Эрато Нуар

Принцесса Андевотера

Принцесса Андевотера
Работа №44

Только во сне он может преодолеть сотни километров, чтобы коснуться моей руки. Только во сне я могу забыть, что между нами океан. Когда я вспоминаю, что мы рождены на одной планете, расстояние перестаёт пугать. Меня лишь волнует, когда состоится наша встреча. Каждый день я смотрю в окно и представляю, что нахожусь в окружении звёзд, а внизу красуется Земля. С твёрдой сушей и непреодолимыми лесами, с миллиардами людей и животных. После Всемирного затопления всё это кажется фантастикой, а ведь раньше подводный город был чьей-то безумной идеей. Мир перевернулся.

Сколько бы я ни воображала, что однажды окажусь в другом месте, коралловый риф преследует меня повсюду. Я заточена под водой, и пейзаж вряд ли когда-нибудь сменится. Всё застыло, как и моя жизнь. В последнее время некогда даже помечтать о будущем. Такое чувство, что все вокруг сговорились. Только и слышу: «Лидия, сделай так! Лидия, скажи это!». Никто не думал, что Лидия просто хочет побыть одна, собраться с мыслями и привести их в порядок?! Я не справочное бюро и не могу постоянно быть на связи. Неужели без меня не могут решить, какого цвета постелить скатерть в большом зале для проведения делового ужина? Политикам и учёным без разницы, какая у них будет тарелка, они дальше своего носа не видят. Этим людям плевать, в каком платье я выйду. Вместо меня они видят значок в виде синей капли с именем внутри. Именно так я отображаюсь на интерактивной карте города. Лидия Руд, дочь президента Андевотера. В народе меня называют принцессой из-за смешанной формы правления.

Я люблю свой город и людей, которые в нём живут, но не люблю полномочия. Говорят, я стану хорошей правительницей, хотя бы потому, что знаю историю Андевотера от и до. Он идеален, автономен и многофункционален. На постройку нового дома для остатков человечества, который по иронии спрятался от воды в воде, ушло несколько лет. Изначально планировалось возвести город под куполом, но после установления факта неизбежной катастрофы было принято решение разделить его на локации, независимые друг от друга. В случае затопления можно отключить систему питания в одном здании и распределить по остальным, тем самым обеспечив выживших дополнительным запасом кислорода. К сожалению, ничто не вечно. Даже дворец, в котором я живу с родителями и другими представителями власти. Наш дом видно с любой точки города. Он возвышается над остальными зданиями, расположенными вокруг него. Если смотреть сверху, кажется, что мы находимся в центре живого лабиринта.

Во дворце живёт шесть семей, являющиеся членами Совета, каждой из которых выделен отдельный этаж, и шесть групп сотрудников, относящихся к разным сферам деятельности. Некое государство в государстве. Дворец является не только крышей над головой, но и местом работы и отдыха. Некоторые месяцами не покидают его стены, потому что здесь есть всё, что необходимо для нормальной жизни. Я же стараюсь менять пейзажи, чтобы хоть на несколько часов перестать чувствовать себя частью корпорации, построенной на идее моего дедушки и его советников. Новая система сформировалась так же быстро, как суша ушла под воду.

Совет взял лучшие элементы из каждой формы власти, чтобы создать свою. Из-за монархической черты я через несколько лет должна буду занять пост отца, а через 7 месяцев, когда мне исполнится 21 год, придётся выбрать мужа. Это неминуемая участь и неоспоримое условие передачи борозд правления. Я и так отсрочила решение. Отец уже 3 года обещает народу, что я выберу себе жениха, но каждый раз я выступаю перед публикой, что не готова, и прошу претендентов не давить на меня и принять этот выбор. Я устала объяснять журналистам, что на данный момент посвящаю себя решению социальных вопросов, уходу за животными и урокам живописи. Со временем сложилась история о развивающейся, искренней, заботливой и совершенствующейся принцессе, женитьба на которой принесёт вселенскую радость.

Это заслуга моей матери. Она создала мой образ, основанный на реальной Лидии. Я постоянно подкрепляю слова действиями, чтобы не потерять доверие людей. Делаю выставки своих картин в знак доказательства, что действительно увлечена искусством. Чтобы не чувствовать себя лживой, я снова и снова прохожу разные онлайн-курсы и делюсь результатами в своих соцсетях. Не было дня, чтобы я не научилась чему-то новому ради отсроченного спасения.

Из-за нежелания выбрать жениха к назначенному сроку мы постоянно ссоримся с мамой:

– Это твой долг! Ты же принцесса!

– Демократическая! – добавляю я, напоминая, что у меня есть выбор. Должен быть.

Любая девушка мечтает оказаться на моём месте: иметь культовых родителей и весомое слово в Совете. Мне следует гордиться своим статусом, вместо того чтобы, как говорит отец, им пренебрегать. Наверное, он думает, что их дочь подменили в родильном отделении. Если бы мне предложили обычную жизнь, я бы не смогла отказаться. Получила бы профессию, которую выбрала сама, и устроилась на работу. Я смогла бы уделять больше времени рисованию и животным вместо изучения скучной литературы по психологии управления и политике.

Наша семья всегда на виду и является примером для подражания. Все хотят жить так же дружно и счастливо. Я вынуждена играть по чужим правилам. Вынуждена жить под диктовку родителей. Хоть за долгие годы у меня выработалась привычка, я всё равно устаю без конца улыбаться и делать вид, будто нет ничего важнее собственного величия.

Моя мать пользуется авторитетом среди андевотерцев. В её присутствии каждый готов на любой подвиг. Она сочетает в себе качества, присущие как истинной леди, так и грамотному лидеру. Мама привила горожанам чувство стиля, ввела условный дресс-код, который свидетельствует о принятии новой обособленной от прежнего мира культуры. В гардеробе жителей города обязательно присутствуют голубой, синий или изумрудный цвета. Благодаря её любви к «морской» палитре и несмотря на отторжение искусственности она позволяет мне красить волосы в голубой цвет.

Я ограничена даже в выборе причёски, потому что любая мелочь может повлиять на отношение ко мне народа. Мама знает о моих всяческих попытках сопротивления. Знает, что я не хочу думать ни об одном претенденте, потому что влюблена в парня, не имеющего ничего общего с политикой города. Я никогда не держала свои отношения от родителей в секрете, но это не мешало маме составлять список кандидатов на мою руку и сердце, а папе – придумывать испытания, которые эти несчастные парни должны будут преодолеть. Это похоже на грустную сказку, в которой принцесса не может сама выбирать спутника жизни.

Я мечтаю отказаться от будущего поста президента, но не знаю, как признаться родителям и обществу. Наверное, привыкла жить, как меня учили. Каждое утро напоминаю себе, что не должна играть по их правилам. Разум сопротивляется, но сердце не обманешь. Каждый день я засыпаю и просыпаюсь с двумя мыслями: успеть поговорить с Михаэлем и порисовать. Если оба желания исполнены, значит день прожит не зря.

Чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, я улеглась на кровать, задвинув нежно-голубой балдахин, создающий личное пространство и украшающий минималистичную конструкцию. Для меня это не только идеальное место для сна, но и место, где можно скрыться от внешнего мира и побыть наедине с собой.

Чувствуя непреодолимую потребность в общении, я крепче сжала джифон – ниточку, связывающую нас с Михаэлем. Он давно знает, что однажды нас разлучат, но мы стараемся не обсуждать это.

Я, развалившись на мягких подушках, в сотый раз пообещала себе, что не буду грустить после разговора, и коснулась пальцем фотографии Михаэля в списке контактов. У меня целая галерея его снимков, благодаря которым я так досконально изучила черты лица, что могу нарисовать их по памяти. Дымчато-серые глаза смотрят на меня из каждого скетчбука, но я по-прежнему не знаю, какие на ощупь у него руки и губы на вкус.

– Прошла целая вечность после нашего предыдущего разговора, – сказал Михаэль в присущей ему ласковой манере.

– Меньше суток, если быть точнее, – поправила я, разглядывая его ключицы по видеосвязи.

– С каких пор ты стала реалисткой?

– Это временное помутнение, как видишь, – сказала я и погладила его голограмму.

– Рад, что смог добиться твоей аудиенции, – подмигнул Михаэль. Кажется, знаю, почему в него влюбилась.

– Вообще-то я тебе позвонила, – засмеялась я, слегка расслабившись. Его голос – лучшее успокоительное после сложного дня.

– Правда? Иногда мне кажется, что я звоню тебе даже во сне!

– Тебе не кажется, мы и правда разговариваем во снах, по крайней мере, в моих, – сказала я и изобразила телепатическую связь между нами. – А мне иногда мне кажется, что я выдумала наши отношения.

Не понимаю, почему Михаэль до сих пор не женился на другой. У него уже могла быть семья. Зачем он общается со мной? Не верю, что ему больше никто не симпатичен. Иногда я чувствую себя действительно любимой, как сейчас. Эйфория испаряется, когда представляю разговор с родителями о моём будущем и будущем города.

– Скоро мы поженимся и навсегда будем вместе, – напомнил Михаэль, но эти слова больше похожи на аффирмацию, чем на констатацию факта.

– Навсегда, – эхом повторяю я и растворяюсь в любимом голосе. Мы можем часами болтать обо всём на свете.

***

Нет ничего вечного. Когда мы говорим “навсегда”, обещаем, что так будет до тех пор, пока возможно. Наше “навсегда” померкло слишком быстро. Через несколько дней в свой выходной я раньше назначенного времени спустилась в семейную гостиную на завтрак. Родители не ждали меня вовремя. Я стала свидетельницей их тихого разговора. Ещё никогда Александр и Елена не казались такими чужими. На мою сторону встал только дедушка, который вряд ли видел, что я стою за углом, так и не осмелившись войти в гостиную, напоминающую музей. Мне всегда нравилось находиться здесь, но только не сегодня. Шторы цвета морской волны, украшенные белым жемчугом, больше не казались особенными. Синие стены с картинами великих художников, которые удалось спасти во время катастрофы, вызывали лишь ужас. Атмосфера во дворце ещё никогда не была такой накалённой, по крайней мере для меня.

– Нашему роду конец! – причитала мать. – Какая-то горничная услышала разговор Лидии с Михаэлем и пустила слух, что принцесса собирается замуж. Замуж, Александр!

– Так это прекрасно, – сказал папа. От нежности к нему у меня защипало глаза.

Я сама во всём виновата. Забыла об осторожности. Забыла включить звукоизоляцию в комнате или хотя бы отключить громкую связь.

– Замуж за Михаэля! – не унималась мать. – Он не является претендентом. Он даже не из нашего общества. Очнись!

Я всегда пыталась войти в мамино положение. Она боится потерять власть и желает сохранить безопасность народа. Я понимаю её, но она не понимает меня. Мама злится, что я противлюсь судьбе, и постоянно приводит в пример отца. Он выбрал невесту за 3 года до инициации, и народ знал о его выборе. Это было прямым доказательством, что именно Александр станет будущим правителем, и никто не мог претендовать на его место. Мама хочет, чтобы и сейчас всё было очевидно.

– Мы что-нибудь придумаем, найдём способ обыграть ситуацию, – сказал отец, и это ещё больше вывело маму из себя.

– Эта ситуация вызовет резонанс. Мы обретём статус слабых и безответственных правителей, не сумевших справиться даже с собственной дочерью. Закон есть закон. Принцесса должна исполнить долг перед обществом.

Меня бросило в дрожь от обезличенного обращения, будто прямым долгом матери было воспитание будущего президента.

– Елена, нам нужно вместе всё обсудить. Уверен, Лидия сумеет найти выход. У жителей не будет шансов возглавить город! – сказал отец. Он знает, что люди не готовы к смене власти.

– Когда твоя дочь отвергнет всех женихов, начнётся хаос. Люди потребуют объяснений. Они захотят знать, почему Лидия водила всех за нос. Я этого не допущу. Ты должен заставить её выбрать мужа!

В лицо она никогда так прямо не заявляла мне об этом. Злится, что я не рассказала ей о предложении Михаэля стать его женой.

– Может, вы подарите дочери свободу выбора? – вступил в разговор дедушка, который всё это время слушал речи сына и невестки. Когда-нибудь я скажу журналистам, что моим первым словом было «деда», развеяв миф о совершенной семье.

Я не стала дожидаться окончания разговора и вернулась в комнату, написав отцу, что плохо себя чувствую и не спущусь завтракать. Я устала всем лгать и давать ложные надежды. Я трусиха. Боюсь править городом. Боюсь потерять Михаэля. Боюсь пойти по чужому пути. Боюсь противостоять родителям. Боюсь разочаровать народ. Боюсь любого исхода, но чтобы стать независимой, я должна сделать выбор. И я делаю. Принимаю самое необдуманное решение в своей жизни. Нахожу выход.

– Ариэль Блу покидает дворец, – сказал бестелесный голос в шлюзовом проверочном пункте, когда я приложила джифон к сканеру.

Утром горничная Ариэль обнаружила меня плачущей в комнате. Она поняла, в чём дело, а я поняла, что это она раскрыла нашу с Михаэлем тайну. Хочу верить, что это получилось случайно. Она поменялась со мной джифонами, чтобы искупить вину, иначе я бы не смогла выйти из дворца необнаруженной. Отца, конечно, сразу оповестят, что я покинула территорию города, но мне нужна фора. Благодаря видеокамерам в общественных местах и интерактивной карте города родители поймут, что я не вернусь домой, но будет уже поздно.

Добравшись на транспортной капсуле до батискафной парковки, я впервые почувствовала себя свободной. Спасибо дедушке, который научил меня управляться с машинами. Я никогда самостоятельно не поднималась на поверхность, но адреналин способен творить чудеса.

Андевотер охраняется электромагнитной системой блокировки. Датчики образуют сенсорное поле и срабатывают только когда кто-то проникает в город извне или покидает его. За пределы поля города можно выходить только в исследовательских целях, а путешествия под строгим запретом. На предмет исследования необходима разрешительная документация, и она у меня есть. Благодаря электронному пропуску не сработают датчики, а это значит, что силовое поле не сработает, и я останусь жива.

Поднятие батискафа прошло словно во сне. Не знаю, как мне это удалось, но назад пути нет. О чём я думала? Решила положиться на судьбу и отпустить мысли. Сверху Андевотер похож на живой организм, сотканный из металлических и стеклянных конструкций, человеческих трудов и судеб. Моя судьба теперь в руках океана. Моя судьба… Проклятие!

Море звёзд...

Парад планет…

Бесконечность…

– Лидия, – зовёт меня тысяча голосов. Я тону в них и выныриваю обратно.

– Лидия, милая, ты жива?! – миллионный раз повторял отец.

Жива. А вы не знали?

***

Спустя несколько часов, которые показались вечностью, я проснулась в больничном крыле с подозрением на сотрясение мозга и совершила второй необдуманный поступок за сутки – вышла в прямой эфир и призналась, что выхожу замуж за парня с космической станции.

– Вам нужны ещё доказательства, что я недостойна поста? – спросила я у родителей, когда они зашли в мою палату. Судя по их радостным лицам, они готовы простить мою выходку.

– Давай сейчас не будем об этом, – как всегда, попытался сгладить углы отец.

– Когда Михаэль потерял связь с тобой, он сообщил нам, где ты, – сказала мама и погладила меня по голове. – К чему такие радикальные методы, Лидия? Мы могли потерять тебя.

– Тогда не пришлось бы оправдываться перед народом, – сказала я, о чём сразу пожалела. Мама поняла, что я слышала их утренний разговор. Это было так давно…

Лоб пронзила боль, и я вспомнила, что не справилась с управлением батискафа. Произошёл резкий скачок, а потом сильный удар головой о пульт управления. Мне даже не удалось подняться на поверхность. Я поступила по-детски, сбегая из дома в надежде, что за мной прилетит Михаэль и заберёт на станцию. На это потребовался бы не один день.

– Прости нас.

– Люди уже начали протестовать? – спросила я, мысленно радуясь, что всё-таки смогла публично признаться.

– Ты будешь удивлена, но народ радуется, что свершится великий союз между принцессой подводного города и будущим капитаном космической станции! Мы так благодарны Михаэлю. Если бы не он, мы бы тебя потеряли. – Мама сменила гнев на милость.

Андевотерцы всегда знали о жизни в Космосе, ведь после Затопления мир разделился. Наше правительство поддерживает связь с представителями станции, благодаря чему мы и познакомились с Михаэлем в детстве. Тогда родители были вне себя от радости, что я подружилась с сыном капитана. Они не подозревали, что общение перерастёт в сильные чувства, которые однажды станут помехой в наследовании президентского поста. Неважно, где мы будем жить, в космосе или под водой, наше “навсегда” началось сегодня.

– Ваша любовь войдёт в историю, – сказала мама, и я впервые искренне с ней согласилась.

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
0
124
07:50
+1
Кстати, подводный город и правда безумная (и сложнореализуемая) идея. Лучше плавучий.
Героиня-не-такая-как-все. Ясен пень, прЫнцесса. Нет, не прЫнцесса. Королевна! Литнет, похоже, и тут. Андевотер, блин. Андервотер-мазафака тогда уж.
"– Это твой долг! Ты же принцесса!
– Демократическая! – добавляю я, напоминая, что у меня есть выбор. Должен быть."
Да нет. Это означает совсем другое. Избираемость власти, например, участие в правлении народа или его представителей и т.п.
«Наверное, он думает, что их дочь подменили в родильном отделении». Монаршие особы рожают вместе с обычными людьми? Три раза ха.
Какая-то путаница в терминах. Почему президент? Президент — выборный глава государства в странах с республиканской или смешанной формой правления; избирается на установленный срок. Или вы уже не надеетесь, что ОН сменится?))
Т.е. как может быть принцесса, монархия, а во главе президент, который передает свою власть по наследству? Чушь какая-то.
А вот в эту строчку просто нужно вчитаться и проникнуться. «Чувствуя непреодолимую потребность в общении, я крепче сжала джифон – ниточку, связывающую нас с Михаэлем.» G-phone она крепче сжала, т.к. чувствовала непреодолимую потребность в общении. Если вы поняли, о чем я.
В общем, я герой и сэкономлю вам время: тут от фантастики только то, что есть два народа. Один под водой, второй в космосе. Остальное про лубофф. Точнее про сопли, т.к. любви здесь тоже никакой.
Загрузка...
Илона Левина