Нидейла Нэльте

Валькирия, потерявшая крылья

Валькирия, потерявшая крылья
Работа №108

Карта, задающая козыри.

- Я думаю, это где-то здесь! - молодой секретарь семенил перед высоким важным пожилым толстяком.

- Ты точно узнал, где можно его найти? Зачем ты притащил меня в этот унылый старый парк? Я тебе дал задание найти человека и привести его ко мне! Смотри у меня! Это задание Генерального директора! И кто мог подумать, что он лично обратиться в наше региональное представительство! - толстяк остановился перевести дух и осмотреться.

- Мы можем встретить его только здесь и он не любит посредников, - извиняющийся голос секретаря убедил толстяка, что это так и есть, не одному же секретарю доверять такое дело, как поиск одного старого субъекта, которого время от времени видят в парке на скамейке, читающего газету.

- Похоже, что он дилер, толкает наркоту своим, очень хитрый дилер, - мы не установили ни его связи, ни его клиентов, - секретарь почувствовал себя уверенней.

- Вон там! - толстяк первый увидел в лёгком сумраке вечера фигуру Человека на скамейке, - останься тут, я сам поговорю с ним.

Спустя некоторое время толстяк подошёл к своему секретарю. Унылый вид обычно самоуверенного и нагловатого толстяка озадачил начинающего бюрократа.

- Я боюсь, что мы провалили задание.

- Он не сказал, где находится, то что мы ищем?

- Этот странный человек показал на моём планшете точку в экваториальных джунглях Латинской америки и сказал, что валькирии находятся там.

- Валькирии? - секретарь попытался поймать взгляд начальника, но тот по прежнему уныло смотрел себе под ноги. - Насколько я знаю, валькирии должны обитать где-то на севере Европы!

- Ага, я знаю, я ему сказал это, но он ответил, что валькирий там больше нет, они от стыда перелетели на другой континент. Бред. У нас точка на карте и больше ничего.

- Он сказал ещё что-нибудь?

- Да, он спросил «Вы верите в Судьбу?» - толстяк хмыкнул. - Сейчас, перед отчётом, это актуальный вопрос, вот ты, секретарь, веришь в Судьбу?

Валет.

Эпизод первый.

«Валет искажённо арабофранцузкое الولد — «мальчик» или valet — молодой, доверенный слуга, лакей, распорядитель, в дореволюционном русском «холоп при барине», польском - «chłopiec», т.е. карта из колоды с изображением хорошо одетого молодого человека.»



- Поднимите её. И принесите стул. Покрепче.

На полу кряхтела от боли старуха. Кровь с её рассечённой седой головы впитали густые косы, капли оросили лоб и пол возле её лица. Вокруг хаотично валялись обломки старого стула.

Тромбон выпустил оставшуюся в руках после удара ножку развалившегося от удара стула и та с неуместным стуком, подскакивая, укатилась в угол комнаты.

- Если ты, древний экспонат на выставке поддельных мумий, думаешь, что вот так сможешь мне морочить голову, то я преподам тебе урок, только в этот раз он ничему тебя не научит, поскольку будет выпускным в мир деревянных ящиков, лопат и расстроенных родственников. Хотя, как я понимаю, по тебе плакать никто не будет! - в комнату внесли металлический стул и Тромбон устало плюхнулся на него. Перед ним опять поставили большую бочку вместо стола и напротив поставили на колени старуху.

- Итак, я не для того перешерстил полмира и забрался в эти глухие и кишащие кровососами джунгли, чтобы какая-то престарелая внучка индейской обезьяны в перьях, мнившей себя последним настоящим вождём, отвечала на вежливый разговор отказом. У меня всего три вопроса. Всего три! Первый вопрос, - Тромбон кивнул. На бочку положили толстую записную книжку в потёртой кожаной оболочке. – Ты знаешь, что это?

Старуха, покачиваясь стояла на коленях, её лицо в пустой обречённости ничего не выражало, глаза остекленели, казалось, что она уже почти покинула этот мир.

- Ясно, опять мимо, не будем тратить времени, мне пора наконец, найти того, кто ответит на мои вопросы, устал я уже от этих полоумных шаманов, стариков-знахарей на словах, экзальтированных наркотов и прочего сброда. Тромбон вынул из ножной кобуры револьвер и щелчком взвёл его, затем направил на старуху. На лице той ничего не отразилось. Совсем ничего.

– Хм, - Трамбон встал и сделал шаг назад, чтобы последствия попадания крупной свинцовой пули в череп старухи не оказались на его одежде.

Из-под старой, полуразвалившейся кровати раздался детский всхлип.
- О, это кто тут так грубо решил прервать наше дружеское общение?

Подручные за ногу вытянули визжащую маленькую девочку. Тромбон опять сел на свой стул и закинул ногу за ногу. Девчонка вдруг изогнулась как кошка и вцепилась в руку одного из удерживающих её бандитов и другого сильно ударила пяткой в пах и оказавшись свободной стремглав метнулась к двери и, в секунду распахнув её, уже почти растворилась в темноте джунглей. Однако Тромбон не был плох на реакцию. Он быстро сдёрнул с ноги тяжёлый армейский ботинок и мгновенно рассчитав траекторию движения ребёнка, боковым рывком швырнул его. Обувь точно попала под колено убегающей девочки, прервав столь удачный поначалу побег. Ребёнка притащили обратно, зажав рот, чтобы не кричала и не кусалась.

- Ты что-то забыл, я же не могу быть на столь важной встрече в таком виде. – сказал Тромбон подручному, показав на свою ступню в зелёном носке с дыркой на большом пальце. Получив ботинок, Тромбон нарочито долго одевал, возился со шнурками, заметив краем глаза тревогу, возникшую в глазах старухи.

- Продолжим беседу, которую мы уже почти закончили. Вот чем лучший повар отличается от хорошего? Хороших поваров много. Они везде есть. Они одинаково берут вот такую кастрюлю.

Тромбон снял со стены большой чугунный котёл.
- Огонь и вода, вот основа рецепта хорошего повара.
Бандит снял крышку с глиняной печи и поставил котёл на открывшееся пышущее огнём отверстие. Затем вылил из деревянного ведра в котёл воду.
- Хороший повар знает хороший, но всегда обычный рецепт. Да, вкусно. Но не запоминающееся событие. И это плохо. Никто не помнит хорошего повара. Вот тут мы видим главную разницу. Встреча с отличным поваром это событие. Его рецепт всегда оригинален. Ровно настолько, что вы это никогда не забываете. Никогда!
Тромбон подошёл к подручному, державшего ребёнка и взяв девочку за руку, подтащил к котлу и с силой опустил её руку в нагревающуюся воду. Ребёнок извивался, пытаясь вырваться. Обречённая тщетность усилий слабого маленького человечка в обычном обществе вызвало бы желание лютой расправы с бандитом, здесь же собрались те, для кого издевательство над людьми было обычным ремеслом.

- Остановись! – проскрипела старуха. – Она безумна с рождения и немая.

- Ну и как это повлияет на конечное блюдо? Хотя ты можешь отменить этот заказ в этом твоём ободранном лесном ресторане. Просто молча моргни глазками, мне не приятно лишний раз слышать те звуки, которые ты издаёшь.

Старуха моргнула.
- Как я понимаю, ты готова ответить на мои вопросы.

Тромбон вынул руку девочки из котла и подтолкнул ребёнка к подручным.
Тромбон опять сел перед старухой.

– Ну, давай быстро и по деловому. Три вопроса. Пройдём это и моя работа будет закончена. Мы счастливо расстанемся и твой кошмар к утру рассеется. Вот только свою хатку сама приберёшь с этой полоумной. Или не приберёшь. Но давай сосредоточимся на первом варианте.

Тромбон выдержал паузу, давая старухе возможность сосредоточиться.

- Вопрос первый. Это то, что я думаю, а не чья-то подделка и тем более выдумка?

- Да, - тихо произнесла старуха. - Это записи моего деда.
- То есть, того самого вождя?

- Он не был вождём. Этот ореол из перьев означал что он был посвящённым, один из двенадцати на континенте и не более того. Но и не менее.

- Конструктивненько начали. Продолжай, – Тромбон расслабился, наконец он добрался до своей цели.

- Теперь ты продолжай, - старуха стала немного успокаиваться.

- Вопрос второй. Это правда, что там?

- Да.
- Вопрос третий. Заключительный. Ты сделаешь это? Или нет? – Тромбон многозначительно посмотрел на девочку.

- Да. Только для тебя был бы лучше второй вариант, – старуха вторую часть фразы произнесла тише.

- Что? Что ты там ещё бормочешь? Оплаты по повышенному тарифу больше не будет, тебе уже заплачено, – Тромбон, кивнув на девочку, достал спутниковый телефон и набрав номер, сказал в трубку: – Всё готово. Можно начинать.

Дама.

Эпизод второй.

«Да́ма(происходит от лат.domina — госпожа, Regina -Королева) — титулованная особа, вплоть до королевы. Старшинство и сила Дамы над Вольтом безусловное...»

Через полтора часа над хижиной раздался рокочущий звук вертолётного двигателя. Большой транспортный вертолёт, ярко мерцая ночными навигационными огнями быстро приземлился неподалёку на луг . Тромбон вышел, поток воздушных завихрений от вращающегося с противным громким свистом винта было снёс шляпу с его головы, но отменная реакция и ловкость движений вернули головной убор на место. Тромбон пригнулся и зашагал к вертолёту. Из люков вышли люди, напоминавшие бригаду «Скорой помощи», открылась рампа и по ней аккуратно скатили носилки. Последним из вертолёта вышел пожилой человек. Тромбон ждал именно его. Они тепло обнялись.

- Ты опять спасаешь меня, Тромбон. Я это помню. Я это запомню. Впрочем, дорогой друг, я бы даже сказал, брат… Ты не против, если я так тебя буду называть?

- О, Бон дэРтук, это честь для меня! Как вы себя чувствуете? – Тромбон ощерился в искренней, счастливой улыбке, обнажив полный рот золотых зубов, чего не делал уже давно.

- Пока ещё терпимо, но не будем терять времени, пойдём, – Бон дэРтук похлопал Тромбона по плечу.

В хижине копошились люди вокруг носилок. На носилках лежал молодой человек в состоянии глубокого наркозного сна, стимулируемого к тому же искусственным холодом – тело было обложено охлаждающими пакетами. Сын большого босса, часть жизни провёл в состоянии вынужденного сна, бодрствование в границах своей постели.

Старуху уже подняли, она стояла в углу и равнодушно смотрела на происходящее. Одной рукой она придерживала девочку, спрятавшую лицо в её лохмотья, другой поглаживала её по головке.

- Кто из них та, кто мне нужна? – деловито спросил дэРтук. Только для знающих людей в сложившейся ситуации не было простой очевидности.

- Та, что слегка постарше и больше похожа на крысу из сточной канавы! – Тромбон зареготал, довольный своим ответом. – А этот крысёныш - крысёныш и есть, интеллект как у собаки, хотя это преувеличение, собака понимает, но не говорит, а эта и не понимает и не говорит.

- Я так понимаю, что эти стены не являются твоей обителью, а тряпки на тебе не твои? – Бон дэРтук не терял времени.

- Ты тот, кто есть в данный момент. И до этого много лет я была всего лишь простой женщиной, живущей со своей внучкой в этой глуши. Я она и есть.

- Ты хочешь сказать, что моя радость по поводу твоего согласия была недолгой? – насупился дэРтук. – Не шути крыса, со мной. Кто ты и кто я!

- Всё тот же пацан, мелкий воришка-голодранец, заглядывавший в окна сеньорам и сеньоритам вымаливая еду и проверяя через открытые форточки содержимое квартир ротозеев из богатых кварталов. Завистливый, подлый и жестокий! Укравший блокнот моего деда и решивший, что если найдёшь меня, то исцелишься от своей болезни. Это то, что ты есть в настоящий момент. Это не скроет твой возраст, твой элитный костюм и платиновые зубы с алмазными кромками в твоём рту и даже твоё фальшивое имя! Но ты всё тот же дурак, я тебе говорила, что то, что вылечило моего деда, тебе не поможет и сыну твоему тем более, пока ты рядом! – старуха раскатисто рассмеялась.

- Твой дед? Да-да, помню, вот же был урод с наростами на лопатках, был развалиной, помер крепким древним стариком, чернь его уважала, не пойми за что. За что его уважать? Записал свой секрет и спрятал от достойных людей!

- Это ты достойный? - выкрикнула старуха.

Тромбон подскочил к старухе. – Закрой рот, крыса, ты сейчас пыль у ног есть будешь!

- Обожди, брат, – Бон дэРтук покраснел от ярости, но держал себя в руках, пытаясь казаться хладнокровным. – Старуха жаждет изощрённой полемики, она её получит. Я тот, кто есть в настоящий момент. Уважаемый человек, бизнесмен, добрый к друзьям и … ммм … немного банди… нет … корсар к врагам, играю на одной стороне, против другой, ладно, - заметив недоумённые взгляды окружающих, запнувшись продолжил, – немного бандит, но самую капельку!

- Убей его! – перебила его старуха.

- Убей … что? – переспросил обескураженный дэРтук, старуха крайне грубо прервала виртуозный полёт его мысли.

- Убей его! – настойчиво повторила старуха и указала пальцем на Тромбона.

– Ты же знаешь, что тебе придётся это сделать. Ты же знаешь, что твоё благородство фальшиво и ты чётко знаешь когда нужно платить. Ты считаешь его другом и братом, но спроси себя действительно ли это так? Ты же знаешь, что нет. Сейчас он не даёт тебе сделать шаг вперёд. У него на лбу сейчас появилась надпись «нет». Он - это твоя плата мне, за то, чтобы ты мог двигаться дальше. Не надо говорить что-то вроде, как «ты можешь» и что «ты никогда своего друга» и так далее. Это лишнее. Я сейчас твоя самая ценная добыча, не он, я! Не говори лишних слов, ты уже сделал свой выбор и тебя удерживает лишь то, как ты будешь выглядеть в глазах этих людей, но они все как овцы пастуха, зависят от пастуха, а пастух, когда нужно, платит мясом. Иного не будет. Слишком много ты поставил на кон.

- Я не …, - начал Бон дэРтук.

Старуха с сожалением посмотрела на него.

– Посмотри на себя, слабак! Я помогу тебе!

Она вдруг вынула из складок одежды кинжал и прислонила его остриём к груди, напротив сердца.

– Он и так был почти трупом, когда несколько раз приближался ко мне. Кинжал ядовит и достаточно простого пореза. Я или он!

Тромбон побледнел: - Брат ты же не допустишь… Его прервал выстрел, пуля пронзила его сзади и ушла сквозь стену в ночные джунгли. Тромбон молча рухнул на каменный пол как обычный мешок с песком.

Бон дэ Ртук с одобрением посмотрел на своего телохранителя, тренировки не прошли даром и тот научился правильно распознавать едва уловимые жесты, мимику хозяина, шифрующие нужные команды.

- Возьми премию у него из рта, - открытый рот Тромбона блестел небольшим состоянием из чистого золота двух рядов искусственных зубов. Телохранитель достал нож и подошёл к поверженному Тромбону.
Тем временем старуха нажала на небольшой камень и в полу открылась лестница, ведущая в широкую тёмную нишу. Старуха с девочкой спустились вниз и старуха жестом поманила остальных следовать за ней.

Король.Червовый.

Эпизод третий.

«Король. Тот кто думает, что он решает за всех. По старшинству король, как правило старше дамы, его число - 13.»

ДэРтук пропустил вперёд двоих телохранителей, носилки, затем сам осторожно ступил на каменные ступени. Лестница змеилась под полукруглыми арками, сложенными из древнего кирпича, местами кладка была разрушена водяными потоками, попадавшими сюда в сезон дождей, стены блестели следами многочисленных слизней, облюбовавших это место из-за постоянной сырости. Но чем дальше они продвигались вглубь этого подземного сооружения, тем становилось суше и чище. На сводах росли странные светящиеся нити, среди этих нитей копошились длинные черви. От червей шло неровное синее сияние, словно много фонарей светили в темноте, некоторые гасли, некоторые тут же зажигались.

Наконец они оказались в большом зале глубокого подземелья. Потолок светился тысячами обитателями, похоже, что полная темнота никогда не воцарялась в этом месте. Процессия вдруг остановилась.

- В чём дело! - дэРтук окликнул своих людей. Те молчали, замерев и не отводили взгляда от большого свёртка на полу. Бон прошёл вперёд и увидел среди нелепых грубых свитков истлевшей ткани и кожи древний скелет.

- Что уставились? Старых костей не видели? Вперёд! - дэРтук торопился к концу своего путешествия.

- Но золото! Вон! - один из телохранителей показывал на кисть скелета.

ДэРтук разглядел в неестественном свете, что погибший сжимал в руке золотую рукоять ножа, лезвие уходило между рёбер в темноту грудной клетки, туда, где когда-то билось сердце.

- Ого! Ладно, когда закончим тут, будет чем немного компенсировать затраты на это предприятие! - деРтук наклонился, чтобы лучше рассмотреть древний артефакт. Обстоятельства случившейся когда-то в этом месте трагедии его не интересовали, но интересовала ценность предмета.

- Смотрите, ещё один! И ещё! - телохранители указали вглубь зала. Там, в зыбком неестественном свете были видны останки людей разных культур, рас и из разных эпох. Рыцари в ржавых доспехах, разные авантюристы в истлевших камзолах и даже представители современной эпохи, всех объединяло одно - они пришли сюда со своим оружием и убили себя сами.

Старуха указала в сужающийся и самый тёмный угол зала: - Вам туда!

- Так это правда, что там я излечусь, как сказано в блокноте твоего деда!

- Да! - уверенно ответила старуха.

- И мой сын выйдет из комы?

- Да, выйдет.

- Он с рождения в коме, если не выйдет, то я накажу тебя!

Старуха только усмехнулась.

- Там, - неуверенно протянул дэРтук, указывая в угол.

- Там, слабак, там!

- Эй, сходи посмотри что там есть, - дэРтук, ткнул пальцем в охранника, он не хотел рисковать.

- Там ничего нет, только небольшой помост и ... о, пирамида над головой.

- Всё?

- Да.

- О каком просветлении написано в блокноте?

- А, это побочный эффект, - старуха махнула рукой: - что-то вроде проснувшейся совести.

- Совесть? Это меньшая из моих проблем.

- А, это из-за полного отсутствия таковой? - старуха стала уже раздражать дэРтука.

- Да и не проси тебя убеждать в этом, а то легко к ним присоединишься! - дэРтук кивнул в ту сторону, откуда они пришли и где лежали предыдущие посетители помещения.

ДэРтук прошёл вперёд, стал на помост и посмотрел вверх: - точно, похоже на пирамиду!

ДэРтук подпрыгнул и коснулся основания пирамиды. Концы пальцев сбросили слои пыли вниз и там в следах блеснул жёлтый цвет дорого металла.

- Это весь ритуал? Без всяких тупых заклинаний? Так просто?

- Да, - спокойно ответила старуха: - дело сделано, осталось дождаться результата.

- Так, ладно, я думаю, что это больше никому не понадобиться. Вы все, идите сюда! Постойте тут, потом достаньте мне эту штуку!

Телохранитель, побывавший в углу немного странно посмотрел на своего босса. Он не двинулся с места, остальные, кто нёс носилки, с ношей вошли на помост.

Вдруг лицо дэРтука исказила гримаса внутренней боли: - череда событий его нынешней роскошной жизни оказалась вывернутой наизнанку, эпизоды его грязных дел завертелись в памяти, причиняя невыносимую боль.

- Что это? Как ты отравила меня? Как ты ухитрилась ...

- Я? Тебя? - старуха неотрывно, с любопытством смотрела на корчащегося бандита: - с чего бы? Нет конечно! Это и есть просветление, твоя очистка и твоя совесть! У тебя теперь мораль как у праведника.

- У меня нет ... совести, но нет же! Уберите это из моей головы! - дэРтук переживал гибель своего верного друга Тромбона и других людей, ушедших в иной мир из-за него.

ДэРтук упал на пол и застонал. Рядом с ним один за другим падали его люди, корчась от переживаний за свои тёмные стороны.

- Просветление не убирается, это чистилище, один из входов, - старуха совершенно не сопереживала.

- Я не вынесу этого, Тромбон, Тромбон, прости меня, - дэРтук нащупал в кармане небольшой пистолет и выстрели себе в рот.

Раздалось ещё несколько хлопков ручного оружия, бандиты сводили счёты с жизнью испытывая невыносимые муки совести.

«Король червей, червовый король - король-самоубийца, посвящённые художники рисуют его с мечом, метящим себе в голову»

Джокер.

Эпизод четвёртый.

«Джокер может финализировать цепь событий и быть любым персонажем, согласно своему предназначению. Любым.»

Старуха, переступая тела, подошла к носилкам и осторожно покатила к выходу. Девочка спокойно пошла следом.

- Как ты думаешь, это он? - спросила девочка.

- Я думаю, что да.

- Мы вернёмся домой, если так?

- Да, вернёмся. Если в мир мы приведём праведника. Нас простят.

В хижине старуха переложила юношу на постель. Его щёки порозовели и он скоро пришёл в себя.

Он привстал, его взгляд упал на зеркало, висевшее рядом. Юноша обхватил руками лицо.

- Кто я?

- Праведник или пророк, я думаю, - с улыбкой сказала старуха, - в любом случае, ты избран, потому, что безгрешен. Повезло тебе или нет, не знаю. Знаю одно, ты тот, кто может сделать этот мир лучше.

За спиной старухи выросли крылья, она посмотрела на внучку, у той прорезалось сперва одно крыло, второе не раскрывалось из-за крепких лохмотьев.

- Домой? - спросила девочка.

- Домой! - старуха подошла и расправила внучке крыло.

Валькирии вылетели в выбитую дверь и унеслись вверх, навстречу облакам ночного южного неба.

0
00:03
275
10:06
В истории есть несколько элементов, которые не вяжутся друг с другом. Если рассматривать только сюжетные ходы, то все выглядит хорошо. Но если рассматривать в деталях, то некоторые элементы выглядят дико неестественно: валькирии в джунглях, на деле оказавшиеся павшими ангелами? Праведный коматозник, излечившийся от прикосновения к золотой пирамиде? Наказание бандитов совестью? Боюсь, здесь всё-таки нужна некоторая пояснительная записка, потому что иначе история выглядит набором разобщенных элементов различных культур.
07:42
+1
Зачем занимать место карточными определениями? Онии никак не вписываются в историю. Эпизоды никак не делят историю, продолжается одна и та же линейка. Много жестокости и оскорблений. Вот для чего это «я не для того преодолел полмира» и тут же застрелить старуху. Тут же узнаем, что в истории та старуха не единственная. Начать пытать ребенка. Старуха сначала молчит как партизан, потом болтает как базарная цыганка. Хотя она красиво отомстила мучителю.
«С рождения в коме»… тут у моего мозга было длинное «э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э». А когда он проснулся, оказался разумным, образованным, знающим, еще и праведником! Вы знаете, что такое первородный грех? Человек рождается уже грешным. Если валькириям (вообще что тут в истории делают эти создания, они немного из другой сказки. Или подошли бы любые бабы с крыльями? — есть еще сирин, ангелы, баньши всякие, да мало ли их!) нужен был праведник, принесли бы любого младенца, если грех отменяется. Так человека, который впервые видит мир, тут же и бросили одного. В джунглях. Умрет через час. Как и бандиты. Что-то уж очень быстро муки совести проявились и доконали их… Много лишнего, еще больше — непродуманно, мораль — неоднозначная, впечатления — на троечку с минусом. Прорабатывайте персонажей, ведь не из одних пороков же ваш рассказ должен состоять!
Анастасия Шадрина