Светлана Ледовская

Трасса 066

Трасса 066
Работа №362. Дисквалификация из-за отсутствия голосования

Шёл проливной дождь. Бурные ручьи текли по асфальту, превращаясь в фонтаны под колёсами машин. По дороге мчался небольшой красный автомобиль, которым управляла молодая девушка с длинными светлыми волосами. Одна рука водительницы была на руле, другой она держала электронную сигарету.

Девушка нервно втягивала ароматный пар. Её красивые голубые глаза, устремлённые на дорогу, угрюмо застыли. Девушка не замечала ни движения «дворников», сбивающих с лобового стекла струйки дождя, ни мечтательных звуков классической мелодии, льющейся из колонок.

«Какая жуткая дорога, — мрачно размышляла девушка. — Точное отражение моей жизни. Как же так вышло? Чем же я, Людмила Некрасова, так прогневала судьбу? Всегда была умницей, вела себя скромно и прилично!».

Людмила не преувеличивала даже в мыслях. Она с красным дипломом закончила столичный вуз, поступила в магистратуру, вела научную работу по психологии. Проходила практику у ведущих специалистов. Всё складывалось так, чтобы девушка стала успешным психологом. Но вместо этого она вернулась в маленький городок, где прошло её детство.

— Как же сильно я мечтала уехать отсюда, — бормотала Людмила, вновь затягиваясь из вейпа. — Навсегда забыть эти дома-развалюхи, кривые дороги, вечно пьяных соседей. И всё из-за бабушки!

Девушка запнулась на полуслове. Автомобиль вдруг резко занесло на обочину дороги. Счастье, что склон был невысок, и машина не перевернулась. Людмила заглушила двигатель и несколько минут сидела, стиснув дрожащие руки.

«Господи! Что за ужасные мысли приходят мне в голову? Ведь бабушка воспитывала нас с сестрой после гибели наших родителей, дала кров, воспитание, помогала всем, чем могла… Как же я могу бросить её без помощи теперь, когда она перенесла инсульт?».

Немного придя в себя, Людмила продолжила путь. Дождь слегка утих, и струи барабанили по крыше уже не жёстко, а успокаивающе, наводя странную дремоту.

«Да, приходится работать в исправительном учреждении, — думала Люда. — Но это не так уж и плохо. Работа с заключёнными — хорошая практика для карьеры психолога».

Тут девушка притормозила и вышла из автомобиля. Её смутил дорожный знак, которого она раньше не замечала. Номер трассы «066». Он прятался за кустами осинника, хотя обычно дорожные знаки стоят на открытых местах. Девушка вновь села за руль.

— Боже мой, ещё немного, и я тут умом тронусь, — пробормотала она. — Местные жители верят, что эта трасса проклята. Всегда крестятся, когда проезжают тут. Говорят, здесь много народу пропало без вести. Ну, не глупость ли — верить в такие нелепые байки?

Собственный сарказм успокоил Людмилу. Она решительно направила машину по трассе 066 к месту своей работы.

Подъехав к шлагбауму, Некрасова трижды посигналила. Выбежал молодой парень в синей служебной форме. Посмотрев на номера автомобиля Людмилы, он поднял шлагбаум. Девушка припарковалась на площадке, отведённой для личного транспорта работников исправительного учреждения. Затем последовал небольшой досмотр на контрольно-пропускном пункте, после чего Людмила вошла во двор учреждения.

Мимо прошёл строй заключённых, одетых в одинаковую серую униформу. Заметив Людмилу, один из молодых зэков заливисто свистнул и показал рукой непристойный знак. Конвойный офицер немедленно врезал ему дубинкой по ногам. Людмила даже в лице не изменилась.

Поначалу девушку сильно смущали подобные выходки. Но, поработав с местным контингентом пару месяцев, она поняла, что это — не более чем издержки профессии. В исправительном учреждении номер тринадцать или, как называли его сами заключённые, «чёртовой дюжине», отбывали наказание самые жестокие преступники — убийцы, насильники, каннибалы, рецидивисты. Нельзя ожидать приличного поведения от тех, для кого жестокость и садизм давно стали нормой жизни.

Купив кофе в автомате, Людмила направилась в свой рабочий кабинет. У двери стоял невысокий рыжеволосый парень в офицерской форме с двумя золотыми звёздочками на погонах. В руках он держал два пластиковых стакана с кофе.

— Здравствуй, Ваня! Ты меня будешь так поджидать каждое утро? — строго спросила Людмила.

— Я тебе кофе принёс, — расстроенным голосом ответил Иван. — Да гляжу, ты уже купила…

— Оперативная часть находится в другой стороне здания, — холодно ответила Людмила. — Если вам, лейтенант, не требуется психологическая помощь, прошу мне не мешать.

Девушка вошла в кабинет и закрыла дверь прямо перед носом у разочарованного парня.

Все рабочие дни Людмилы проходили абсолютно одинаково. Куча бумажной работы — составление психологических портретов заключённых и сотрудников, заполнение личных дел. Кроме того, психолог помогала осужденным приспособиться к тюремной среде. Людмила чувствовала себя выдернутой из внешнего мира. Не проходило ощущение, словно её сослали в ад, имеющий форму куба. Девушку окружали лишь три цвета — серый, синий, мутно-зелёный. Никаких событий, никаких новых впечатлений, никаких контактов с внешним миром.

Иногда Людмиле приходилось проводить групповую терапию. Преступников приводили в небольшой зал группами по семь-девять человек, обязательно под конвоем вооружённой охраны. Психолог была отделена от заключённых специальным барьером. Она пыталась разговорить своих подопечных, предлагала им рассказать об эмоциональных переживаниях, проблемах из детства. Некоторые охотно болтали, зачастую выдумывая невероятные истории, просто чтобы впечатлить своих товарищей и особенно красивую «психологиню», как здесь называли Людмилу. Другие просто отмалчивались, хмуро глядя в одну точку.

— Давайте сегодня послушаем классическую музыку, — предложила как-то Людмила. — Например, Чайковского!

— Да ну его! — дерзко возразил бойкий зэк по кличке Байбут. — Он же голубой был!

Группа загоготала, но Людмила, не обращая внимания, просто включила увертюру к «Ромео и Джульетте». Несколько минут зэки вслушивались настороженно, но потом на их лицах отразилось умиротворение и даже удовольствие. Позже они часто просили: «Давайте Чайковского послушаем!». Людмила включала им также Моцарта, Вивальди, Прокофьева и Брамса.

Иногда на групповых занятиях Людмила предлагала настольные игры. В процессе игры заключённые беседовали, попутно решая свои межличностные конфликты.

Сначала преступники относились к девушке-психологу скептически. Мол, пришла какая-та малолетка и пытается учить жизни таких матёрых волков, как они. Но со временем они почувствовали к Людмиле уважение, стали доверять ей. Конечно, были и те, кто ни за что не желал взаимодействовать с психологом. В основном, это были люди, живущие по «воровскому закону» — специфическим криминальным понятиям.

Однажды, ближе к вечеру, Людмила почувствовала резкую усталость от сидячей работы. Выйдя во двор, она прошла на место, отведённое для курения, достала свою электронную сигарету и втянула первый клуб душистого пара. Вдали показалась группа конвойных, сопровождавших одного пожилого заключённого.

Людмиле бросилось в глаза, что на нём были наручники, соединённые цепью с ножными кандалами. Девушка ни разу не видела такого в колонии. «Что-то многовато охраны для одного заключённого. Да и немолодой он уже… Странно!» — размышляла Людмила.

А пожилой заключённый вдруг замедлил шаг и обернулся в сторону Людмилы. Разглядев девушку, он изменился в лице и вырвался из окружения конвойных.

— Людмила? Людмила Некрасова? — нервно выкрикивал он.

— Да, это я, — удивлённо ответила девушка.

Охранники заломили заключённому руки за спину и поволокли его прочь.

— Мне нужно с тобой поговорить, Людмила! — продолжал кричать тот.

— Подождите, дайте мне его выслушать! — попросила Людмила.

Но сотрудники не вняли её просьбе и утащили мужчину в неизвестном направлении.

Людмила возвращалась в дом бабушки со странным чувством. Словно какая-то неизвестная сила вторглась в её голову и перемешала все мысли. Девушка не могла понять, что её тревожит, ощущала лишь неприятное давящее предчувствие.

«Как перед грозой, — подумала она, — или будто должно случиться что-то нехорошее».

Она поставила автомобиль, как обычно, во дворе, под старой липой, и вошла в дом. В гостиной негромко бормотал телевизор, но бабушка спала под его звуки на своей старой, ещё советской кровати с высоким металлическим изголовьем. Людмила поправила на старушке одеяло, выключила телевизор и прошла в свою комнату.

Здесь стояла такая же кровать, покрытая покрывалом в пёстрых ромбах. Над нею висели венки из сухих целебных трав, наполнявшие комнату приятным ароматом. На комоде сидели в ряд три куклы и розовый плюшевый заяц. Всё осталось так, как было в детстве. Только на столе, где раньше Людмила и её сестра Юля делали уроки, появился белоснежный ноутбук. Людмила привезла его с собой из Москвы.

Девушка переоделась в домашнюю пижаму и принесла из кухни бутылку вина. Это было необычно для Людмилы — она редко употребляла алкоголь и, тем более, не имела привычки пить в одиночестве. Но сейчас ей показалось, что вино поможет избавиться от тягостных мыслей.

«Кто такой этот старый заключённый? Откуда меня знает? Он никогда не приходил ко мне на консультации, групповые занятия тоже не посещал. Судя по тому, как его охраняют, он особо опасный преступник, может быть, из одиночной камеры?»

У девушки невольно возникли ассоциации со знаменитым триллером «Молчание ягнят». По спине побежали мурашки. Людмила заснула с тревожными мыслями, время от времени просыпаясь от страшных снов о маньяках и каннибалах.

На следующий день Людмила попыталась разузнать у сослуживцев, кто был тот пожилой арестант. В лечебной части никто не дал внятного ответа. Тогда девушка спросила Ивана. Влюблённый лейтенант пообещал:

— Я для тебя, Людочка, землю носом вскопаю, но узнаю, кто он!

В середине рабочего дня Иван постучался в кабинет психолога:

— Люда, ты свободна? Я здесь с этим заключённым. Заводить?

— Да, конечно.

Людмила встала из-за рабочего стола. Охрана ввела в кабинет пожилого мужчину, в котором Людмила тотчас узнала того, кто вчера обращался к ней во дворе. Иван пристегнул заключённого наручниками к железному стулу, приваренному к полу. Людмила жестом отпустила охранников.

— Вы хотели меня видеть? — спросила девушка.

Она старалась говорить «профессиональным» голосом — ровным, спокойным. Это было не так-то просто. Нет, в новом пациенте не было ничего жуткого или отталкивающего. Обычное лицо мужчины лет шестидесяти, много повидавшего на своём веку. Но глаза его были необычными — пронзительные, горевшие молодым блеском, они словно заглядывали вглубь души.

— Как же ты красива! Вся в свою бабушку, — холодно проговорил мужчина.

Неприятные предчувствия, мучившие Людмилу со вчерашнего дня, усилились.

— Так о чём же вы хотели поговорить? — повторила она, стараясь не глядеть старику в глаза.

— Мне нужна твоя помощь.

— В чём она заключается? — быстро спросила девушка.

— Я хочу умереть, — ответил мужчина. — Помоги мне с этим!

Голос заключённого изменился. Появились нотки тревоги, словно он чего-то опасался.

— Вы хотите покончить с собой? — удивилась Людмила. — Почему? Что вас тревожит?

Старик опустил подбородок на грудь. Лицо его стало напряжённым, челюсти крепко сжались. Почти минуту он молчал.

— Хочу уйти в мир иной и обрести покой, — наконец ответил он.

— Давайте поговорим о вашей проблеме, — мягко возразила Людмила. — Что побудило вас к этому решению?

— Не разговаривай со мной, как с психом! — резко перебил её заключённый. — Слушай чёткие указания! Ты должна найти полянку в гуще леса, слева от трассы номер «066». Там, где стоит дорожный знак. Ходи туда каждый четверг, в полночь!

Теперь голос старика звучал властно, требовательно. Людмила вдруг почувствовала, что не в силах отказаться от этой странной просьбы или, скорее, приказа.

— Что же меня ждёт на этой полянке? — дрожащим голосом спросила девушка.

— Ты такая же дура, как и твоя бабушка! Сказано идти, значит, иди! — угрожающе крикнул мужчина и попытался вскочить со стула.

Перепуганная Людмила нажала кнопку на своём столе. Немедленно вбежала охрана и утащила заключённого. Впрочем, в их руках он мгновенно успокоился. И лишь на пороге обернулся к Людмиле и жёстко спросил:

— Ты запомнила, что надо делать?

Людмилу трясло с головы до ног. Она купила в автомате кофе и отправилась со стаканом во двор, чтобы немного успокоиться. Шагая рядом, Иван уговаривал её не нервничать.

— Успокойся, ничего он тебе не сделает, — повторял парень.

— Расскажи мне об этом заключённом, — попросила Людмила. — Я пыталась найти его личное дело, но документов нигде нет.

— Я тоже искал, и бесполезно, — подтвердил Иван. — Мне сказали, что этот старик сел раньше, чем поступили на работу самые старшие из нынешних сотрудников. К тому же, десять лет назад в колонии был бунт заключённых, и многие документы пропали. Известно только его имя — Анатолий Доманов.

— Странно, очень странно, — проговорила Людмила с последним глотком кофе.

Вернувшись с работы, Людмила застала бабушку сидящей в гостиной. Одетая в длинное ситцевое платье, с головой, повязанной платком в цветочек, старушка выглядела старомодно и трогательно. Она уже три месяца, как оправилась после инсульта, могла ходить по дому и даже делать несложную работу по дому. Но старушку часто мучили приступы слабости и головной боли. Именно поэтому Людмила, бросив Москву, переехала к ней.

Подняв голову от фотоальбома, который она просматривала, бабушка улыбнулась Людмиле:

— Как дела, Людочка? Почему ты такая грустная, моё солнышко?

— Как всегда, обычный дурдом на работе, — устало отозвалась Людмила. — Как ты себя чувствуешь, бабуля?

— С божьими молитвами, всё хорошо. А тебе нужно менять работу, детка. Найти спокойное место, где можно встретить подходящего парня, выйти замуж и родить детишек. Как твоя сестрёнка Юленька!

— Бабуля, я понимаю, что ты очень любишь Юлю, но когда ты заболела, первой к тебе приехала я, — раздражённо ответила Людмила. — И сейчас присматриваю за тобой тоже я.

— Тебе проще, детка, — вздохнула бабушка. — У Юли муж и дети, хозяйство, а ты пока свободная.

— Хорошо, я тебя поняла, — обиженно ответила девушка и отправилась на кухню, чтобы приготовить ужин.

Людмила сварила овсяную кашу для бабушки и отнесла ей в комнату. Себе девушка приготовила овощной салат с сыром, и осталась ужинать на кухне, запивая еду вином. Её не оставляли мысли о странном клиенте — Анатолии Доманове. Почему он упоминал её бабушку? Значит, они были знакомы?

Людмила встала из-за стола и пошла к бабушке, занятой просмотром телевизионных новостей.

— Бабуль, ты когда-нибудь слышала такое имя — Анатолий Доманов? — поинтересовалась девушка.

Бабушка коротко вскрикнула и быстро встала с дивана. Потом она мелкими шажками перешла в спальню, опустилась на колени перед висящей в углу иконкой и принялась читать молитву. Людмила некоторое время молчала, чтобы не мешать бабушке. Но когда та поднялась на ноги, спросила испуганно:

— Бабушка, что с тобой? Кто этот Анатолий?

Старушка повернула к внучке лицо, иссиня-бледное от страха.

— Кто тебе про него рассказал, деточка?

— Я консультировала его сегодня. Он отбывает наказание в нашей тюрьме.

— Как отбывает? — воскликнула бабушка, и рухнула без чувств. Людмила едва успела подхватить её. Уложив старушку на кровать, девушка быстро принесла таблетку нитроглицерина.

— Бабушка, как ты? Прошло или вызвать скорую помощь? — испуганно спросила девушка.

Старушка была всё так же бледна, но дышала ровнее, и могла говорить.

— У меня под кроватью стоит сундучок. Достань его, Людочка! — попросила она.

Девушка послушно вытащила сундучок и откинула запылённую крышку. Там лежал ворох пожелтевших фотографий, явно полувековой давности. На них Людмила с изумлением узнала Анатолия Доманова. Он был изображён в военной форме. А лицо — словно вчера было сфотографировано, того же возраста, что и сейчас.

— Анатолий Доманов — самый настоящий Сатана в людском обличье, — тихо сказала бабушка. — Он — мой родной дед.

— Как — дед? — ошеломлённо спросила Людмила.

— Именно так, — уверенно кивнула бабушка. — До войны дед Анатолий был офицером НКВД. Занимался обеспечением общественного порядка и государственной безопасности, охранял социалистическую собственность. Ну и, конечно же, надзирал за узниками в сталинских лагерях. Рассказывали, что дед отличался необычайной жестокостью, любил пытать людей и не раз расстреливал подозреваемых без решения суда. Его все боялись — сослуживцы, соседи, даже собственная семья.

Людмила слушала, затаив дыхание. Она понимала, что бабушка поверяет ей тайну, которую много лет скрывала ото всех.

— Когда началась война, наш городок оккупировали фашисты, — продолжала старушка. — Анатолий боялся, что его расстреляют, как советского офицера, поэтому сразу же перешёл на сторону фашистов. Вступил в гражданскую вспомогательную полицию, работал надзирателем в концлагере. Сколько зверских преступлений он там совершил! Но страшнее всего то, что он собственноручно расстрелял своего сына и невестку, которые были задержаны за связь с партизанами. Это были мои родители…

Бабушка задрожала от рыданий. Людмила обняла её и успокаивающе гладила по голове. Ей было страшно даже взглянуть на пожелтевшие фото с мужчиной в униформе полицая.

— Мне было всего шесть лет, — всхлипнула бабушка. — Доманов оставил меня у себя и приказал делать всю работу по дому — стирать, подметать, готовить. Я жила, как рабыня, постоянно ожидая ругани или побоев. А после победы, когда советские солдаты освободили нашу область, мой дед убежал в лес. Меня он поволок с собой. Помню, мы долго шли через чащу, потом оказались на круглой полянке, обросшей старыми дубами. И вдруг в небе загорелся ослепительный свет. Вспышка почти сразу погасла. Думаю, это был божий свет…

Бабушка сделала паузу, с трудом переводя дыхание. Людмила подала ей стакан с водой. Сделав пару глотков, пожилая женщина продолжила:

— На полянку вышли советские солдаты. Бежать деду было некуда, и его арестовали. Меня взяла к себе добрая бездетная семья. Они воспитали меня, как родную дочь. Что случилось с дедом, я узнала много лет спустя. Военный трибунал приговорил его к смертной казни через повешение. Когда его казнили, на площади собрались тысячи людей. Доманов причинил так много зла, что народ готов был растерзать его на куски. Охрана едва сдержала натиск разъярённой толпы.

Зачитали приговор, и солдат выбил из-под ног Анатолия табурет. Тело злодея повисло в петле. Но, к ужасу людей, Анатолий остался живым даже после того, как проболтался на виселице до вечера. Его сняли и отправили назад в тюрьму. Казнить второй раз запрещалось по закону. Анатолия подвергли множеству научных исследований, но так и не поняли секрета его бессмертия.

Чтобы не предавать огласке этот феномен, Доманову предъявили обвинение в шпионаже в пользу США и приговорили к пожизненному заключению. Говорят, в тюрьме он убивал сокамерников, нападал на охранников. Но я никогда больше не встречала его. Выросла в приёмной семье, а спустя годы вернулась в свой родной дом. Вышла замуж, родила сына, работала в местной школе учительницей…

Голос бабушки снизился до шёпота. Видно было, что тягостный рассказ сильно утомил её. Людмила уложила старушку в кровать и заботливо укутала одеялом:

— Отдохни, бабуля! Все эти ужасы давно позади… Постарайся заснуть!

Старушка, и вправду, вскоре задремала. А Людмила не могла найти себе места. Странная тайна, прежде давившая изнутри, как булыжник, теперь горела беспощадным огнём. Не понимая, что делает, девушка тихонько вышла из дома, села в машину и на большой скорости помчалась по шоссе.

«Что это было? Страшный сон или разыгравшееся воображение? Что делать? С кем поговорить?» — лихорадочно размышляла Людмила.

Внезапно радио в салоне выключилось, автомобиль стал замедляться, а потом мотор и вовсе заглох. В темноте Людмила увидела светящийся дорожный знак: «Трасса 066».

— Что же это творится? Осталась одна посреди леса! Да тут ни одна машина ночью не ездит! — в ужасе бормотала Людмила.

Она вытащила из кармана плаща мобильный телефон, собираясь позвонить кому угодно — начальнику колонии, сестре Юле, Ивану. Но связь словно обрубили. Людмила была на грани истерики. И вдруг в глубине леса засиял белоснежный свет.

— Что там такое? — воскликнула девушка.

Взгляд её вновь упал на дисплей телефона. Там высвечивалась дата и время — четверг, полночь. Именно об этом говорил её зловещий предок, Анатолий Даманов.

Не чувствуя под собой ног, девушка пошла в лес. Она освещала себе путь фонариком телефона. Примерно через полчаса Людмиле удалось дойти до полянки, но никакого света там больше не было. Только гигантские стволы серых дубов слабо отражали свет фонарика да чёрные тени от кустов шевелились, как притаившиеся чудовища. Замирая от ужаса, Людмила вдруг увидела за деревьями высокий мужской силуэт.

— Извините, вы мне не поможете? — крикнула девушка. — У меня машина сломалась, на трассе, неподалёку!

Незнакомец долго стоял неподвижно, хотя Людмила чувствовала на себе его взгляд. Она в страхе попятилась назад. Вдруг глаза незнакомца загорелись красными огнями. Он сорвался с места и бросился к девушке.

Дико вскрикнув, Людмила побежала в непроглядную лесную тьму. Ветки хлестали её по лицу, сучья цеплялись за волосы. Девушка споткнулась и свалилась в какую-то неглубокую ямку. Полежав там немного, Людмила поняла, что за ней никто не гонится.

Она решила осторожно вылезти. Острая боль в щиколотке говорила о том, что Людмила, вероятно, растянула связки. Едва девушка сумела выпрямиться во весь рост, как сверху вновь загорелся слепящий белый свет. От неожиданности Людмила упала на землю без чувств.

Запах сухих трав подсказал Людмиле, что она находится в своей спальне. Девушка открыла глаза. Действительно, она лежала в постели, одетая в любимую сиреневую пижаму. Нога не болела, царапины, оставленные ветками на руках, исчезли.

Дверь скрипнула, и в комнату вошла бабушка.

— Людочка, к тебе гость! Заходи, Ваня!

Вошёл Иван, смущённо теребивший в руках пакет с мандаринами.

— Здравствуй,— сказал парень, кладя мандарины на стол. — Это тебе. Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо. Пока как-то непонятно, — ответила девушка. — Я как раз хотела обратиться к тебе за помощью. Мне нужно срочно встретиться с Анатолием Домановым.

Людмила села в постели и тотчас ощутила чудовищную головную боль.

— Есть одна проблема, — замялся Иван. — Я тоже заинтересовался этим зэком. Решил поднять все документы, связанные с ним, но ничего стоящего не нашёл. Тогда я отправил запрос в управление. Мне ответили, что Анатолий Доманов был расстрелян ещё в семидесятые годы. Было принято оперативное решение вызвать заключённого на допрос. Когда охрана вошла в его «одиночку», Анатолий был мёртв. Экспертиза показала, что у него остановилось сердце.

— Почему ты мне ничего не сказал? — вскрикнула Людмила. — Почему не позвонил?

— Я звонил, но ты не отвечала. Тогда я приехал к тебе домой, и бабушка сказала, что ты заболела, и тебя нельзя тревожить.

— Когда ты приезжал? — растерянно спросила Людмила.

— На прошлой неделе…

— Как — на прошлой неделе? — девушка подалась вперёд, но во лбу снова разлилась палящая боль.

— Ты не выходила на работу с прошлого четверга, — тихо ответил Иван.

Разговор прервал странный грохот, донёсшийся с кухни.

— Помогите! Помогите! — закричала бабушка.

Иван и Людмила бросились на зов, но оказалось, что дверь спальни заперта снаружи. Иван стал выбивать дверь ногой, а Людмила попыталась выбраться через окно.

На дворе вспыхнул белоснежный свет, ослепивший молодых людей. Когда они смогли открыть глаза, вспышки уже не было. Ивану удалось выбить дверь. Они с Людмилой бросились на кухню. Здесь царил страшный беспорядок — кастрюли сброшены с полок, табуретки перевёрнуты, пол усыпан осколками тарелок и стаканов.

— Кто это натворил? Где твоя бабушка? И почему… почему так потемнело?— спрашивал изумлённый Иван.

Он обернулся к окну, за которым стоял непроглядный мрак.

— Который час? — быстро спросила Людмила.

Иван показал ей свои электронные часы. На них горели цифры «23.50».

— Как же так? — пробормотал Иван. — Ведь я пришёл в десять утра!

— Ваня не паникуй, а слушай меня, — твёрдо сказала Людмила. — Нам нужно срочно ехать на лесную полянку, которая находится у трассы «066». Я уверена, бабушка там.

— Ты что, веришь в местные байки? — удивлённо спросил Иван.

— Ваня, просто делай то, что я говорю.

Произнеся эти слова, Людмила почувствовала, что её головную боль как рукой сняло. Она ощущала себя свежей и бодрой, словно хорошо выспалась.

Молодые люди сели в автомобиль Ивана и помчались к лесу. Парень пытался расспросить Людмилу, что ей известно о загадочной полянке. Но девушка молчала, сосредоточенно вглядываясь в дорогу, освещённую лишь фарами машины.

Недалеко от дорожного знака «Трасса 066» до сих пор стоял автомобиль Людмилы. Парень и девушка вышли на дорогу и направились в лес. Там было мертвенно тихо, даже ветер не колыхал ветки.

— Ты можешь, наконец, объяснить, что происходит? — раздражённо выкрикнул Иван.

— Тсс! Слышишь? — Людмила показала рукой вглубь леса, откуда донёсся крик бабушки.

Иван достал табельный пистолет, мгновенно зарядил и бросился на крик. Людмила помчалась за ним. Боковым зрением девушка вдруг заметила между деревьев высокий мужской силуэт. Тот самый, что она видела в зловещую ночь, неделю назад.

— Иван, стой! — крикнула Людмила.

Но молодой лейтенант был уже далеко. Силуэт исчез и снова появился, теперь с другой стороны. Вслед за ним возникла вторая тёмная фигура. Потом ещё одна…

«Что за чертовщина?» — застыв от страха, спрашивала себя Людмила.

Вдруг впереди послышался громкий крик Ивана. Девушка сорвалась с места и побежала на доносящиеся из леса стоны. Вскоре она наткнулась на бездыханное тело Ивана, лежащее на поваленном дереве.

— Ваня, что с тобой! Очнись, умоляю! — упав на колени, закричала девушка. — Не оставляй меня!

Она попыталась сделать Ивану непрямой массаж сердца. Но в это время над парнем загорелся яркий белый свет, ведущий к небу. Тело стало медленно подниматься вверх. Свет потух, вновь воцарилась непроглядная темень. Тело Ивана исчезло.

— Куда вы его забрали? Верните, умоляю! — истерично закричала Людмила, не понимая, к кому обращается.

В отчаянии она упала на землю. Рыдания девушки разрывали страшную лесную тишину. А потом снова загорелся ослепительный свет. Людмила открыла глаза и обнаружила, что лес пропал, а она находится в неизвестном пространстве, залитом белым сиянием.

— Где я? Кто тут? — кричала Людмила.

Она металась из стороны в сторону, пока не поняла, что в этом месте нет стен.

— Успокойся. Выхода отсюда нет, — произнёс грубый мужской голос.

Людмила никогда прежде не слышала его.

— Кто ты, чёрт тебя возьми? Покажись уже! — крикнула девушка.

— Мы давно за тобой наблюдаем, — ответил голос.

— А кто вы такие? — спросила Людмила, оборачиваясь по сторонам.

Казалось, с нею разговаривают со всех сторон сразу — сверху, снизу, с боков…

— Мы — инопланетный разум. Давно следим за вашей планетой, изучаем вас, людей.

— Что вам нужно от меня? — прижав пальцы к вискам, спросила Людмила.

Ей казалось, она сходит с ума или же ей снится кошмар.

— Ты уже спрашивала об этом, когда была у нас. Но мы отпустили тебя, чтобы ты привела нам для изучения молодого мужчину.

— Я такого не помню, — пробормотала Людмила.

Как ни странно, она начала успокаиваться. Больше не хотелось ни кричать, ни плакать.

— Мы изучили алгоритм твоего поведения, и поняли, как ты будешь действовать. Поэтому стёрли твою память. А твоя бабушка нам помогла.

— А при чём тут моя бабушка? — в голосе Людмилы снова зазвучали боль и страх.

— Когда она была маленькой девочкой, то часто приходила на эту полянку. Молилась тут вашим богам, чтобы они спасли её от деда-тирана. Мы обратились к ней, чтобы она поставляла для опытов людей, которые нам нужны. Взамен обещали наказать её деда самой страшной карой. А самое страшное для вас, людей — это вечная жизнь. Мы одарили его бессмертием.

—Так он же умер в своей камере, — растерянно пробормотала Людмила.

— Потому что твоя бабушка нарушила договор. Каждый четверг в полночь она должна была приводить новых людей. Она выходила на трассу и просила проезжих помочь ей, а потом заманивала их на ту самую полянку. Мы использовали этих людей, как подопытный материал. Но в позапрошлый четверг она не привела того, кто нам требовался — молодого здорового мужчину. Говорила, что не может найти такого. Мол, никто уже не ездит по трассе из-за слухов о пропаже людей. И молодёжи в вашем городке нет, только пьющие возрастные мужчины. Мы решили пойти на контакт с её дедом. Приказали ему встретиться с тобой и убедить тебя пойти на полянку. Взамен мы обещали ему долгожданную смерть.

Людмила помолчала несколько мгновений, пытаясь осознать услышанное.

— Для чего вам всё это нужно? — тихо спросила она.

— Мы изучаем другие планеты, — спокойно отозвался голос. — Но с вашей цивилизацией пока не можем разобраться. Вы говорите о любви, но продаёте своих ближних за малую плату. Вы боитесь умереть, но вечная жизнь для вас — страшное мучение. Вы превозносите ценность жизни, а сами убиваете миллионы своих собратьев. Клянётесь в верности, а потом изменяете. Придумываете законы, и затем нарушаете их. Уничтожаете и губите природу, которая приносит вам пользу. Вы — странные, непонятные существа.

— Зато мы не такие безжалостные уроды, как вы! — воскликнула Людмила, и бросилась бежать.

Но она тут же наткнулась на двух существ, похожих на людей, но с ярко-красными глазами. Они были одеты в белые костюмы, как врачи. Людмила попыталась оттолкнуть их, но одно существо слегка тронуло её рукой. Ощущение было такое, словно девушку сильно ударило электрическим током. Ослабевшую и оглушённую, её подхватили и куда-то понесли.

Распахнулись высокие электронные двери. Девушку втащили в кабинет, похожий на научную лабораторию. Вокруг искрились и шипели непонятные приборы, над сверкающими столами горел ярко-красный свет. Людмилу положили на металлическую лежанку. Один из «врачей» коснулся её ноги тонкой блестящей трубочкой, и всё тело девушки вмиг парализовало.

Но зрение у неё сохранилось. Людмила видела, как напротив неё положили Ивана, полностью обнажённого. Существа в белых костюмах зафиксировали тело парня ремнями. Затем один из них взял светящийся прибор и вонзил его в грудь Ивана. Брызнула кровь. Иван завопил от адской боли. Людмила не могла пошевелиться, но закричала во весь голос:

— Пожалуйста, не мучайте его! Я сделаю всё, что вы потребуете, только оставьте нас в покое!

По застывшему лицу девушки струйками стекали слёзы. Над нею склонились два высоких существа с красными глазами.

— Ты уверена, что готова на всё? — спросил тот же инопланетный голос.

— Да, да, на всё!

— Вот и славно, — прозвучал спокойный ответ.

Мимо леса ехал симпатичный зелёный минивэн. В нём путешествовала молодая пара с двумя детьми. Отец семейства пытался разобраться с электронной картой, как вдруг мотор минивэна заглох. Автомобиль остановился на дороге у знака «Трасса 066». Не понимая, в чём дело, муж и жена вышли из машины.

— Вам помочь? — раздался сзади женский голос.

Молодые люди обернулись и увидели женщину с длинными светлыми волосами, в которых виднелось уже немало седых прядей. Она была одета в старое длинное пальто и грязные резиновые сапоги.

— Будьте так любезны! У нас неожиданно заглохла машина, а связь тут не ловит, — ответил отец семейства.

— Здесь неподалёку есть автомеханик и телефон, — сообщила женщина.

— Проведёте нас туда? — спросил проезжий.

— Конечно. Пойдёмте со мной, тут недалеко, через полянку.

Молодые люди высадили из машины шестилетних близнецов, мальчика и девочку.

— Мама, куда мы идём? — спросила девочка.

— К дяденьке, который отремонтирует нашу машину. Вот эта добрая тётя нас отведёт, — пояснила молодая мать, указывая на седую женщину.

— Меня зовут Людмила, — улыбаясь, представилась та.

— Спасибо вам большое, Людмила, вы так любезны! — сказала мать близнецов.

— Всегда пожалуйста! Мы, люди, должны помогать друг другу!

Людмила повернулась спиной и, усмехнувшись, направилась в лес. Глаза её блеснули ярко-красными огоньками.

-1
20:02
195
00:17 (отредактировано)
К сожалению, в рассказе хорош только замысел, но и он очень похож на достаточно проходной и не раз виденный обычным зрителем голливудский фильм ужасов про исчезающих на трассе людей и связанные с этим мистические события.
Автору, помимо прочего, очень не хватает общего мастерства: герои, движения, события, переходы идут вскачь, неровно и резко… Но в целом есть небольшая атмосферность, её немного попортили инопланетяне во второй половине, но и с ними этот лёгкий саспенс делает рассказу небольшую поблажку. Балла 3 ставить можно, на мой взгляд.
Империум

Достойные внимания