Валентина Савенко

Точка

Точка
Работа №377

Султан решил провести очередной летний отпуск в большом деревенском доме родного дяди. Эпидемия коронавируса прервала его череду путешествий по тропическим островам. Багамы. Мальдивы. Фиджи. Бали. Большой Кайман. Ямайка. Галапогоссы. Бермуды. Занзибар. Ну а Канары и другие, менее известные острова остались мечтой.

***

Один из самых преуспевающих бизнесменов Подмосковья привык ни в чем не отказывать себе в жизни. И это у него получалось. Разве что семейная жизнь пошла под откос на первых же километрах пути. Не сошелся характером с женой – дочерью одного из своих бизнес-партнеров. «Ну и к лучшему», – решил Султан. – Будет ли мне благодарна душа, которую я вырву из блаженного небытия и брошу в котел человеческих страстей в качестве сына или дочери…». Султан на исходе третьего десятка лет собственной жизни стал буддистом.

Как у него это совмещалось: стремление к просветлению и получение сверхприбыли, выход из колеса сансары, или перерождения, и инициирование новых серых схем бизнеса?!

Ответ на этот вопрос потребует от нас написания современного варианта романа Теодора Драйзера «Финансист». Наша задача несравненно скромная. Ограничимся одной из самых известных цитат певца реалий американской мечты: «Богатство человека наполовину заключается в его умении ладить с нужными людьми», и обратимся к единственному оставшемуся в живых брату отца Султана, – Рамилю абзыкаю – дяде Рамилю.

Он наварил к приезду любимого племянника чуть ли не озеро самогона из лесных ягод. (Пожалуй, было лучше назвать Султана, оставшегося сиротой в 10 лет, одним из его сыновей, он так и вырос под крылом дяди до своего отъезда на учебу в Москву). Касаемо сыровяленой конины и сыровяленых гусей – непременных атрибутов стола Рамиля абзыкая, и многого другого, что придавало своеобразный национальный колорит образу жизни почтенного управителя лесов под Зеленодольском, всего этого тоже было с избытком: своя ферма исправно удовлетворяла нужды большой семьи Рамиля абзыкая. Лес-кормилец также буквально подступал к большому заднему двору Рамиля абзыкая. Неподалеку было и Раифское озеро, где тоже произойдут главные события нашего повествования.

Вот и второй день отпуска начался. Султан, сопровождаемый дядей и его сыновьями, другими родственниками мужского пола, дошел до сельского погоста. На большом пригорке, густо засаженном можжевельником и соснами, было отведено место для последнего приюта местных мусульман. Один из кузенов Султана, что тащил за рог упиравшегося из всех сил черного барана, под благодарственную молитву старших родственников Всевышнему, сопровождаемую собственным сакральным рефреном «Бисмилляхир рахманир рахим (С именем Бога, милостивого, милосердного)», совершил ритуальное жертвоприношение. Мясо жертвенного животного было вручено представителю местной мусульманской общины для последующей раздачи сирым и убогим. Султан сказал дяде, что вернется с погоста позже: «Не был с прошлой зимы, посижу рядом с родными могилками…».

День выдался солнечным и теплым. В кущах можжевельника чирикали вездесущие воробьи, что-то сердитое и важное на макушке одной из вековых сосен повторяла одинокая ворона. Пахло хвоей и сырой землей после вчерашней грозы. Султан присел на корточки и, проведя ладонью по холодному граниту могильных плит отца и матери, смахнул побитые с деревьев шквалистым ветром хвоинки можжевельника и сосен. «Ваши души в раю…», – еще раз повторил про себя Султан. Рядом с родителями, а также родичами до седьмого колена покоился прах его бабушки, или зурани, по отцу. Нахлынуло воспоминание:

«Расскажи, ну, расскажи, зурани, сказку…

–Ты же боишься страшных сказок…да и сколько их можно рассказывать…

– Ну, тогда дай мне свой палец, я буду его держать, мне не будет страшно…

Маленький Султан держал указательный палец любимой бабушки в ладошке и слушал в очередной раз ее повествование, на этот раз о неродном брате лешего – шурале. Ему нравились оптимистичные финалы бабушкиных сказок. В них добро побеждало зло, а жигит (парень) – чудищ, какими бы они ни были страшные и могучие.

– Вот шурале послушался жигита и всунул пальцы в щель в стволе большого сухого дерева. Жигит выбил клин из щели и защемил пальцы шурале. Они были у него длинные и неутомимые, насмерть ими он мог защекотать случайного одинокого путника или путницу в лесу. Но в этот день силы природы отвернулись от лесного чудища. Попал он в хитроумные силки жигита-молодца. И пропал…

– Как? Совсем пропал?

– Ну, не совсем. Жигит-молодец, зная злобный нрав шурале, назвался ему Былтыром – Прошлым годом. Собрались вокруг шурале, обманутого жигитом-молодцом, лесные чудища: «Ты почему так кричишь. Всю лесную птицу распугал, медведя разбудил, лису испугал, волка обозлил, дикий мед испортил, су аниси – русалка стала заикаться. Кто тебя обидел? Мы найдем его и отомстим за тебя!». Отвечает шурале: «Былтыр меня обидел…». Смеются чудища: «В прошлом году тебя обидели, и ты сегодня, посреди зимы, только вспомнил. Ну, ты и дуралей…». Говорят, так и ходит этот шурале со стволом дерева под мышкой, не может освободить свои страшные пальцы. И вспоминает жигита-молодца Былтыра, назвавшегося Прошлым годом…».

Султан вздохнул и вернулся в настоящее время. Очередная серая финансовая схема обещала в скором времени почти удвоить капиталы группы стратегических клиентов. Это означало, что увеличится содержимое одного из его оффшорных счетов на Британских Виргинских островах. Мир шатался, но не падал. Коронавирус еще раз поставил вопрос: «Что могло бы дать железные гарантии в современном мире, меняющемся далеко не в лучшую сторону»?! Разве что еще бóльшие капиталы и еще бóльшая политическая власть?!

Молодой финансист, собственно, был на половине освоения данной формулы и собирался приступить к полному ее овладению в ближайшей перспективе. После отпуска. «Ну, ладно, Марс (так звали его испытанного заместителя по режиму, полковника в отставке, старшего кузена Султана) никогда не подводил. Схема работает, все на мази. Можно позволить себе отвлечься на неделю от дел мирских, нескончаемых…и дать что-нибудь душе…завтра поеду на «Точку», отдохну от людей…».

***

«Точкой» Султан называл неприметный хутор Солнечный в глубине леса. Встав на ноги, молодой бизнесмен построил в лесу дяди убежище, имеющее два подземных этажа и один надземный этаж, представляющий собой имитацию скромной выездной резиденции дяди-лесничего. Султан не питал особых надежд на отечественное убежище, каких бы усилий и прежде всего организационных оно не потребовало от него, но никак не мог остановить свой выбор на убежище за пределами родины. Может, оно должно было быть на экзотическом острове, а, может, пора было переключиться на путешествие по горам, в пещерах которых когда-то и зародилось человечество, и где можно было начать все сначала после смертельного урагана ядерных ракет, накрывающего всю планету…

Мысли в тот замечательный день особо не утруждали Султана. Он дал положительный ответ на просьбу директора местной школы, уже прослышавшего о приезде знаменитого земляка, помочь с ремонтом учебного заведения. Он еще раз напомнил себе о необходимости навестить дальнего родственника, просившего приглядеть за сыном в Москве. Он выбросил это и другое из головы, когда увидел стол, накрытый в его честь во дворе дяди. Тетушка когда-то ревновала Султана к собственному мужу до его отъезда в Москву. Встретила и на этот раз слезами и причитаниями, одно из которых повторялось из года в год: «Вылитый отец…», и постаралась на славу. После обильных возлияний, сопровождаемых горячей и холодной закуской, домашней куриной лапшой, фаршированной курицей, а также пирогом из баранины и уговорами ласкового дяди: «Ну, давай, бери, бертуган (родной) выпьем…за будущую твою семью, твоих сыновей и дочерей отдельно выпьем» захотелось на лесной простор.

Предупредив дядю, что вернется к вечеру следующего дня, Султан переоделся в армейский камуфляжный костюм, обул яловые сапоги, закинул на плечи рюкзак с припасами, приладил скатку из плащ-палатки, повесил на шею охотничью винтовку и вышел в дорогу. Он вступил под кроны сосен и исчез с поля зрения своих родичей.

По дороге его внимание привлекла белка. Маленькое животное какое-то время сопровождало его, перепрыгивая с одной сосны на другую. Султан хотел проверить прицел охотничьей винтовки, но вспомнил наказ дяди: «Летом у белки шкурка никудышная, да и жалко ее: детушек кормит…». Ее сердитое цоканье недолго слышалось ему. Его заглушило пение иволг, коноплянок, корольков…

Хутор встретил его ласково. После набора секретного кода в неприметном месте одной из комнат резиденции лесника заработала автономная атомная электростанция, так и не доехавшая до нового атомного ледокола, открылись тяжелые двери, ведущие на протяженную лестницу, что соединяла наземный и второй этажи «Точки». На втором этаже открылись еще одни тяжелые двери. Султан заглянул в бильярдную комнату, погонял шары, выпил кофе с коньяком – каким бы ласковым ни был дядя Рамиль, но его самогон из лесных ягод и закуска из сыровяленой конины и сыровяленой гусятины оскорбили желудок Султана, какой уже год отдававшего предпочтение элитным маркам алкоголя и закусок. Пора было на третий этаж, который отделяли от поверхности земли еще десять метров пирога из усиленного железобетона и свинцовых плит. Лифт доставил его на место. Султан прошелся по комнатам, в самой большой из них полюбовался коллекциями золотых монет, холодного и стрелкового оружия, а также красочных мандал – разнообразных геометрических структур-символов Вселенной и мира буддийских божеств, послушал записи мантр в исполнении знаменитых буддийских монахов, а затем отпер еще одну незаметную тяжелую дверь. Пройдя около десяти метров по проходу в укрепленной стене, он открыл еще одну тяжелую дверь. Подземная галерея в карстовой пещере, искусственно углубленной и укрепленной, привела его к одному из подземных ключей, что питали Раифское озеро и охлаждали реактор автономной ядерной электростанции. Султан по традиции, имевшей место уже три года, вынул из кармана складной серебряный стакан, разложил и набрал им из ручья родниковой воды, выпил ее, зачерпнул еще один стакан воды и вернулся с ним на главный, третий этаж «Точки». «Хорошо…». Потянуло на сон. Он не стал противиться ему. Одна из четырех спален самого нижнего этажа «Точки» приняла его в свои объятия.

***

«Она вышла из стены. Которую он считал нерушимой. Она улыбнулась ему. Она была такой, какой он представлял идеальную женщину внешне. Маленькие руки и ноги, огромные синие глаза, прядь золотых волос, выбивающаяся из-под платка. Об остальном из ее облика оставалось только догадываться: почти все тело молодой женщины было в одежде из плотной ткани черного цвета. Султан улыбнулся: «И во сне нет покоя от мира. Вот и женщина в хиджабе приснилась. Она наверняка будет просить у меня помощи лицею-интернату для девочек из неблагополучных мусульманских семей…».

Ход мыслей Султана был прерван мелодичным голосом женщины: «Ты ошибаешься, Султан…Холодновато в твоих апартаментах. Поэтому я закуталась. Зови меня госпожа дию-пери».

Султан вспомнил сказку бабушки – зурани о дию-пери: «Они живут на дне морей озер и рек, в глубоких пещерах. Невидимые эти духи выходят на поверхность земли, принимают облик соблазнительной девушки или симпатичного парня. Я слушала такую вот сказку о дию-пери от своей матери…».

Бабушка рассказала не самый плохой вариант общения дию-пери с человеком, из многих имеющихся в фольклоре: «…Дию-пери предложила Абдулле, любителю терьяка (опиума), клад на дне озера Кабан в обмен на его любовь. Абдулла согласился, но вначале попросил напоить и накормить его. Дию-пери согласилась. Абдулла, хорошо знавший коварные повадки дию-пери, во время роскошной еды и питья незаметно подсыпал терьяк в питье –шербет из лепестков роз, и усыпил грозного духа. Оставалось только отнести дию-пери на берег озера Кабан, привязать к ее ногам два огромных мельничных жернова, по одному на каждую ногу и утопить. Говорят, что Абдулла потом хвастался: «Хотела усыпить меня и оставить меня перед скатертью с лошадиным навозом. Не на того напала…». Оказывается, именно в навоз превращалось угощение дию-пери. Но самое плохое было не в этом. Видя конский навоз на скатерти вместо роскошного угощения, жертва дию-пери сходила с ума».

– А что, клад так и остался на дне озера Кабан? – поинтересовался в тот поздний вечер Султан.

– Этого я не знаю, – ответила бабушка…

– А что стала с дию-пери…

– На дне озера Кабан…

Последнее примечание, скорее всего, должно было успокоить Султана и приступить бабушке и внуку к заключительной части вечера – ко сну. В другом варианте сказки о дию-пери, рассказанном бабушкой Султана на следующий вечер, этот представитель большого сонма местных духов после серии забавных и не совсем забавных проделок с доверчивыми людьми благополучно доживал до 1000 лет и превращался в аждага – дракона, и улетал на далекий экзотический остров. Очевидно, прожить свою старость, как бабушка, в теплом кругу родных аждагов…

– Не бойся меня, я все знаю о тебе, ты хочешь безопасности в мире людей, еще с того дня, когда погибли твои родители, - прервала ход мыслей Султана дию-пери. – Как многие из смертных, ты полагаешь, что безопасность в жизни дают большие деньги. Я пришла не для спора с тобой. Я пришла против своей воли. Ты вмешался в вековой ход процессов в нашем лесу. Меня послали уговорить тебя отключить раз и навсегда атомную электростанцию. Ты хотел спрятаться, но не получилось. Хутор Солнечный вошел в список приоритетных ударов стратегических сил врагов. После взрыва ракеты противника здесь никто не выживет, ни человек, ни лесное чудище, ни дух в радиусе 100 километров…

– Интересно, – ответил Султан. – А что я получу взамен…

– Все, что угодно…

Диалог прервался. Султан задумался. А затем сказал: «Организуй мне путешествие по местам, где зарыты клады. Хочешь, мы поделим их пополам…».

– Хорошо, – сказала дию-пери. – А клады, которые мы найдем, можешь оставить себе…Нас, духов, такие земные вещи не интересуют…

– Хорошо, договорились, – ответил Султан и деактивировал автономную атомную электростанцию.

В одно мгновенье дию-пери и Султан поднялись в небо. Вслед за ними с земли взмывали клады. Шлейф сокровищ, очевидно, не заметный специальным и случайным наблюдателям, через некоторое время стал напоминать массивную комету. Трудно сказать, сколько часов, а, может, суток парило в небе искусственное образование, но, направляемое волей дию-пери, легло на дно Раифского озера.

– Это совсем недалеко от твоих родных мест, – уточнила дию-пери. – Я выполнила свое обещание. Ко мне не будет вопросов?

– Личная просьба. Что ждет меня после смерти?

–Ты не сможешь использовать передаваемые тебе духовные знания на пути обретения нирваны, твои капиталы исчезнут в глубоких карманах случайных неродных людей. А еще после смерти тебя ждет перерождение в крысу, – ответила дию-пери.

- Ну, спасибо, - было обиделся Султан. – Но крыса крысе рознь. Может, я стану крысиным королем…

–Вполне может быть, но придет время, и молодая, полная сил крыса свергнет тебя с престола, – констатировала дию-пери»…

Султан хотел задать еще один вопрос, но что-то вырвало его из сна. В голове вертелись готовая схема приватизации Раифского озера, а затем вывоза сокровищ, покоящихся на его дне. Были еще готовая схема так называемой «мгновенности», дающая шанс человеку стать Буддой в течение одной человеческой жизни, но не в течение трех мировых циклов – кальп (одна кальпа составляет 4,32 миллиарда лет), как уверял заезжий лама. А еще виделись готовые схемы очередных прибыльных ставок на валютных биржах в связи с окончившимися выборами Президента США…

А еще всплывали глаза отца и матери, так и не постаревших, вечно молодых…

Совсем не к месту он вспомнил ироническую улыбку бывшей жены…

Появилось теплое ощущение от ласкового пожатия рук дяди Рамиля и кузена Марса…

Радовала веселая улыбка двоюродного племянника Тимура…

Пугали холодные глаза держателя «крыши» из правительства Московской области, пустой взгляд инвалида на платформе 90-й километр…

Вспомнились ему тоже неожиданно слова из предсказания бабушки, гадавшей ему на подбрасываемых в воздух и падающих на землю белых и черных камешках незадолго до своей смерти: «У тебя родятся три сына и одна дочь, внук старшего сына получит душу твоего покойного отца…»

И не совсем к месту тоже пришла на ум сказка бабушки:

«Жила-была одна женщина, и были у нее три дочери. Ничего не жалела для них женщина. Выросли дочери, вышли замуж. Мужья увезли их. Прошло несколько лет. Пришла к женщине старость и принесла с собой страшную болезнь. Послала женщина свою ручную белочку за дочерьми. Старшая дочь сослалась на занятость: надо срочно дочистить два больших таза. Рассердилась белочка: «Так тебе два таза дороже родной матери…Так будь с ними неразлучна…». Тазы обхватили старшую дочь снизу и сверху. Большая черепаха, в которую превратилась старшая дочь, неспешно уползла из своего дома. Средняя дочь сказала белочке, что ей нужно наткать холста для продажи на ярмарке. Опять рассердилась белочка: «Не хочешь остановиться ради матери. Так не останавливайся всю жизнь…» и превратила среднюю дочь в паука. Младшая дочь, даже не вытерев руки от теста, побежала на помощь матери. И сказала ей белочка: «Приноси людям радость, люди будут беречь и любить тебя, и не только тебя, но твоих детей, внуков, правнуков…». Долгую жизнь прожила младшая дочь и после своей смерти превратилась в золотую пчелу. Летом она собирает нектар, а зимой спит в улье…».

***

Султан собрал свою волю в кулак. Сон окончательно покинул его. Всё и вся были на месте. Атомная электростанция продолжала работать. Об этом говорили данные на информационном табло.

–Ох, уж этот дядин самогон. Надо взять с собой в Москву канистру чудесного самогона, наверняка пригодится при обсуждении сложных деловых вопросов, – обратил случившееся в шутку Султан. Он отбросил от себя последнее наваждение и вышел в дорогу.

Далеко позади осталась выключенная мини-атомная электростанция.

Выходя из леса, Султан заметил длинный золотой волос, трепещущий на ветке сосны под порывами свежего вечернего ветра…

История продолжается. Но это будет совсем другая история.

0
21:32
234
17:43 (отредактировано)
Ваш рассказ довольно короткий, и я решила его прочитать. Повествование (манера), безусловно, затягивает, нестандартно, самобытно. Содержание. Не смогла понять, некоторый сумбур. У вас все вместе: вы решили познакомить нас со своей культурой через фольклор, лично для меня чужой, впрочем, довольно изящно; добавили к этому, возможно, свои духовные поиски (в основном буддизм, в конце рассказа вы явно переборщили), и еще подключили реалии сегодняшнего дня (коронавирус). Сказка бабушки про дочерей отличная, но вы, скорее всего, её не сочинили, а пересказали. И действительно, она пришла герою в голову совсем уж не к месту, к чему она? С точки зрения знакомства с героем и с легендами вашего народа — волшебно. Герой у вас живой. С точки зрения единого литературного произведения — абсолютно нет цельности, какой-то морали.
Илона Левина

Достойные внимания