Валентина Савенко

Страхи Бенджамина

Страхи Бенджамина
Работа №436

— Мистер Бенджамин, вы будете смотреть кухню? — раздался женский голос совсем рядом. Я натянул улыбку и обернулся.

— Да, конечно...

— Вам не нравится цвет стен? — поинтересовалась хозяйка квартиры.

— Нет, что вы! Смотрится отлично! И картина просто великолепна! — фальшиво выдал я, потирая друг о друга вспотевшие ладони. Контакт с людьми, кем бы они не являлись, давался мне с большим трудом. Всякий раз я будто перешагивал через себя, выдавливал себя из глубокой раковины. — Поговорим об оплате, — поспешил я завершить пустой диалог.

Так я оказался жильцом дома не очень приличного района Лондона, но всё же в столице. Квартира находилась на третьем этаже, выше только чердак. Красота! Никаких тебе топающих соседей, минимум шума. То что надо для частного репетитора.

За год я набрал учеников, которые совершенно не тянут школьную программу, и преподавал им английский. Порой, с моими внешними данными, родители детей зависали на полуслове. Однако демонстрация диплома лучшего университета страны всё решала.

Будучи сыном индийца я имел бронзовый цвет кожи, чёрные волосы и карие глаза. А черты лица унаследовал от матери англичанки: выдающиеся скулы, острый нос, тонкие губы, вытянутый подбородок.

В принципе я мог бы жить в стране, где круглый год светит Солнце, если бы бабушка приняла мою мать. Удивительно, но внука она принимала. Семья отца не бедствует, ведёт бизнес в Индии. Нужно отметить, вполне успешно. Правда, из-за происхождения они смотрят на меня с высока. И одна только бабушка не перестаёт зазывать в гости.

***

Голова болела второй день то сильней, то слабей. Последнюю неделю боль начиналась после обеда и прекращалась лишь в середине ночи. Как назло стены дома пропускали малейшие звуки. Вряд ли в стене имелся хоть один настоящий кирпич. Я отлично слышал, как сосед со второго этажа пошёл в туалет, а чуть позже девушка за стенкой спорила со своим парнем. Несмотря на помехи я отлично поработал и откинулся в кресле, вытягивая затёкшие ноги.

В квартире ниже этажом жила миссис Томас — сутулая, вредная, с дребезжащим голосом дама. Отношения у нас сразу не заладились. Вопреки какой-либо логике она считала меня не достойным своего внимания, отворачиваясь при встрече. Воспитание не позволяло мне поступать иначе, и я научился спокойно к этому относиться.

К сварливой соседке не часто приходили гости, а потому было неожиданно услышать чей-то звонкий возмущённый голос в ночной час. Миссис Томас звучала крайне раздражительно:

— С какой стати я должна тебя пустить?! Я уже стара для драм! Твои родители никогда меня не простят! Это ты понимаешь?!

— В таком случае, может, стоило отказаться по телефону?! Или у тебя проблемы с памятью, тётя! Я проделала такой путь, чтобы услышать это?! И не мечтай! Я остаюсь! Так что придётся тебе потесниться! — выплюнула девушка и хлопнула дверью. Наступила тишина.

Я представил юную воительницу, отражавшую удары многоголовой гидры. Я не знал девушку, но зауважал её — ещё никому не удавалось одолеть в словесной дуэли миссис из двадцать второй. Злорадствуя, я отправился спать.

До первого занятия у меня было немного свободного времени, и я решил заскочить в один магазинчик с виниловыми пластинками. Выйдя на лестничную площадку, я порылся в карманах в поисках ключа. У меня есть привычка всегда оставлять его в кармане. Но в то утро там ключа не было. Не было его и в коридоре на старой тумбочке, и в другом плаще.

Облокотившись о входную дверь, я старался унять раздражение, ведь в магазин пластинок уже не успевал. Повторные поиски не дали результатов. Успокоившись, я вспомнил о запасном ключе. Он находился у той самой соседки снизу.

Тапки проделали путь из гостиной до двери ровно за девять минут. Я успел представить, как выбиваю дверь с ноги и беру штурмом квартиру. В детстве я мечтал стать киноактёром, и часто кривлялся перед зеркалом, представляя, как органично буду смотреться на экране вместо какого-нибудь красавчика. Я хихикнул миссис Томас в лицо, и она безжалостно окунула меня в реальность:

— Ох, уж эти иммигранты. Неряхи, — бубнила она, шаркая по пропитанному запахом еды коридору.

Исправно шагая позади, я и не заметил, как она выставила руку, и наткнулся на её ладонь.

— Жди здесь. Ещё обворуешь. Знаю я вас, — оскалилась женщина и скрылась за дверью.

— Вот карга, — прошептал я ей вслед.

Из комнаты доносился бубнёж. Видимо, миссис Томас, ровно, как и я сам, не могла отыскать ключ. Мне надоело топтаться возле порога, и я прошёл вглубь квартиры, рассматривая фотографии на стене. Люди на них были счастливыми. «Наверное и она когда-то умела радоваться». Одна из рамок покосилась. Я инстинктивно поправил, и она сорвалась с гвоздя, обличая мою неуклюжесть. К счастью, хозяйка не расслышала шума, продолжая недовольно бухтеть.

Дверь ближайшей комнаты отворилась, и на пороге показалась юная девушка.

— Ты кто? — выгнула она бровь, облокачиваясь в проёме.

Я не знал, что сказать. Красота девушки была какой-то особенной, неземной: длинные волосы цвета пепла, и такого же цвета глаза, тёмные брови, круглое личико. Я утонул в глубине её глаз, позабыв оба своих языка.

— Ты того? — покрутила она у виска.

Вопрос застал меня врасплох. Не то чтобы я не знал что ответить, но слова застряли у меня в горле. Всё дело в том, что я побаивался красивых девушек, а передо мной была как раз одна из тех гордых красоток, к которым лучше не подходить.

— Бенджамин, — протянул я руку, она рассмеялась.

— Так ты нормальный? — улыбнулась девушка выпрямляясь. Я окинул её взглядом, смущенно потупившись.

Ах, фигура у неё была просто прекрасна! Я зарделся румянцем, уши горели. Хорошо, что на смуглой коже не так сильно заметно.

— Я тебя раньше не видел, — поспешил я перевести тему.

— Зато слышал, неправда ли? — съязвила она, развернулась, и собралась вернуться в комнату.

Тут то и произошло что-то странное. Над головой у неё появилось нечто. Оно напоминало густой чёрный туман. Субстанция наворачивала круги не касаясь, и в какой-то момент опустилась ей на макушку. Девушка остановилась и охнула, выставляя руку в попытке за что-нибудь ухватиться. Не сводя взгляда с явления, я поймал её под руку, и, не позволяя упасть, усадил на постель.

— Ты как?

— Голова кружится, — выдохнула она, упирая руки в колени.

— Джейн? — проскрипела вошедшая в комнату миссис Томас, и покосилась на меня, испепеляя взглядом. — Держи! — сунула она мне в руку ключ и многозначительно хмыкнула. Я быстро ретировался, но весь день пребывал в состоянии тревоги, мысли мои занимала прекрасная девушка.

Ученик читал запинаясь, а я крутился на стуле, размышляя о Джейн. Эти глаза! Они словно серые океаны! Глубокие, манящие! Талия хороша! И ножки у неё, наверняка, стройные! Я и забыл о существовании противоположного пола. Девушки не часто оказывали мне знаки внимания, а сам я с юношества боялся отказа. Так уж вышло. Девчонка, в которую я влюбился в школе, разбила мне сердце, и высмеяла перед всем классом. Я тогда написал ей стихотворение. Что ж. Больше я стихов не писал.

Я прекратил вращение, припомнив падение девушки. Что за чёрную дрянь я видел? Размытые воспоминания детства ускользали, но я всё же выдернул их на поверхность. Мне было шесть или семь, когда я видел что-то похожее. Мать сильно беспокоилась по этому поводу, и меня таскали по врачам. Вначале они предполагали нарушение мозгового кровообращения, затем вегетососудистую дистонию. Впрочем, через год всё прошло само собой, и меня больше не мучили. Я задумался: «Неужели стресс снова даёт о себе знать? Спустя столько лет?»

Вечером я собирался позвонить бабушке, но рабочий процесс затянул в свои сети, а к вечеру энергия приказала долго жить. Я вяло проделал путь до дома, рухнул без сил и мгновенно уснул.

Мне снился странный сон. Я будто вышел из тела, наблюдая себя спящего со стороны. Ну, знаете, как в фильме «Астрал». Я оглянулся в поисках красного чудища, но это всё ещё была комната — немного туманная и таинственная. Так странно было ощущать себя вне себя самого. Ты словно лёгкая дымка, каким-то непостижимым образом отделившаяся от человека.

Привыкнув к ощущениям, я покинул комнату и остановился возле стены. «Интересно? Смогу ли я пройти сквозь неё?» Шагнув, я оказался на лестнице, а затем и в квартире миссис Томас. Ноги сами меня вели.

Соседка спала в кресле-качалке перед шипевшим телеком. Покосившись на неё, я пробрался в комнату Джейн. Она сидела на стуле, навалившись на письменный стол, и используя руки вместо подушки. Глаза у неё были закрыты, веки подрагивали. Я залюбовался струившимися по спине волосами, и немного заострёнными чертами лица, но всё же, по моему мнению, приближёнными к идеалу.

Мог ли я мечтать о такой, как она? Мне не хватит смелости пригласить её на свидание. Не хватит смелости поцеловать. Погрузившись в себя, я не сразу заметил ту субстанцию. Она снова кружилась возле головы девушки, опускаясь, касаясь, проникая то в одно ухо, то в другое. Джейн всхлипывала во сне, будто ей снится кошмар. Мне отчаянно захотелось прогнать надоедливое нечто, чем бы оно ни являлось! Но оно вдруг замерло и стало растягиваться.

Увеличившись, тьма обрела смутные очертания. Теперь у неё выделялось подобие головы с крупными, лишёнными зрачков серебристыми глазами, тощие руки и пальцы, и вытянутый хвост. Мне показалось, будто оно смотрит на меня, мурашки пробежали по спине, бросило в пот. Попятившись, я выбежал из комнаты, и не заметил, как погрузился в крепкий сон без сновидений.

***

Джейн сидела у окна и смотрела на мелькавший за ним пейзаж. Поезд отстукивал одному ему известную мелодию. Она давненько не наведывалась в столицу. Когда-то родители уехали из родного города и поселились на просторах Ирландии. Отцу выпала возможность неплохо подзаработать, а когда материальное положение стало крепким, смысла возвращаться уже не было. Джейн было пять. Она смутно помнила переезд, но чувство грусти запомнила навсегда.

С годами родители из обычных рабочих превратились в праведных прихожан, и её не миновало навязанное мнение, соблюдение правил, и агрессия за непослушание. Благая цель обернулась для дочери кучей комплексов и разросшимся желанием сбежать из тюрьмы, грамотно замаскированной под богадельню.

Девушка смотрела в одну точку, перед глазами у неё расплылось, и в отражении возник чёрный силуэт со сверкающими глазами. Вздрогнув, она усиленно заморгала, и глюк испарился. Перебирая пальцы, она с опаской озиралась по сторонам. В памяти отрывками всплывали события последних университетских недель.

Когда она уехала учиться, то и подумать не могла, что обзаведётся двумя сумасшедшими подружками. Аманда Стивенс оказалась безбашенной и достаточно резкой, но всё это с лихвой компенсировалось внешностью: белокурая, голубоглазая, стройная, с осиной талией, и ногами от ушей — она правила балом во всех мыслимых и нет ситуациях. Сэлли Джонс являлась полной её противоположностью: тёмненькая, с короткой стильной стрижкой, карими глазками, грузной фигурой, мягким характером и отменным чувством юмора. Странно, но Джейн отчего-то слепо тянулась именно к Аманде, хотя та с явной периодичностью жалила словцом.

В тот день Сэлли притащила в общагу сумку доверху забитую книгами.

— Ого, вижу ты серьёзно подготовилась, — иронично подметила Аманда, не питая тёплых чувств к книгам. Сэлли кивнула, устало присаживаясь на край кровати.

— Вы же знаете, как я люблю книги. Один запах чего стоит, — закатила она глаза, шумно втягивая носом. Аманда скривилась. Джейн тоже обожала старые книги, и придвинулась ближе.

— Ах! Какая несправедливость, — обратилась к потолку Аманда, сложив лодочкой на груди руки. — Вокруг меня собрались одни монашки! — Джейн и Сэлли прыснули со смеху, оторвавшись от ветхой книги. — Книжные черви, — улыбнулась она ехидно. — Сегодня в корпусе парней намечается вечеринка. И это, — тыкнула она в книгу, — вряд ли поможет подцепить красавчика! — они весело рассмеялись.

Не прекращая смеяться, Аманда скрылась за дверью, а они с Сэлли уставились в книгу. Страницы были настолько затерты, что некоторых слов просто не разобрать. К тому же, написана она была на другом языке.

— Как думаешь? Что это? — с придыханием спросила Джейн. От предмета исходило странное тепло, но она списала его на своё чрезмерно развитое воображение.

— Сложно сказать, — протянула Сэлли. — Символы напоминают латынь. Они встретились взглядами, блестевшими от любопытства.

— Без переводчика не обойтись, — вздохнула Джейн.

— Кажется Финн знает латынь, — мгновенно покраснела подруга.

— Финн Коул? — поддела её локтем Джейн. — Спорим, он будет на вечеринке?

Сэлли убрала книгу в рюкзак, и они начали собираться. Джейн не планировала увеселительных мероприятий. Алкоголь ей не подходил — тянуло блевать, а парни порядком надоели. В последнее время её больше интересовало духовное развитие — она увлеклась Дхаммападой и активно медитировала.

«Того, кто живёт в созерцании удовольствий, необузданного в своих чувствах, неумеренного в еде, ленивого, нерешительного, — именно его сокрушает Мара, как вихрь— бессильное дерево», — прочла она очередную строчку, пока ждала девочек.

Джейн задумалась над смыслом сказанного и уловила тень, мелькнувшую в углу комнаты. На уровне груди потяжелело, тело оцепенело. Страх был необычный, животный, необъяснимый — такое девушка ощущала впервые. Она вгляделась в скрытую тьмой часть комнаты внимательнее, и подпрыгнула от стука открывающейся двери. На пороге стояла Аманда в неприлично-коротком чёрно-белом платье. Естественно, подруга не упустила возможности над ней посмеяться.

Сэлли одевалась просто, но со вкусом, как и Джейн. Появившись во дворе мальчишеского корпуса, девчонки мгновенно притянули к себе взгляды. Джейн пользовалась популярностью у противоположного пола, и Аманда из чувства соперничества частенько поддевала её перед другими. Но она с радостью вовлекалась в негласную гонку, и колола подругу в ответ.

Финн Коул появился под конец вечеринки. Как и всегда, он был неподражаем: высокий стройный брюнет с глазами небесного цвета и слегка хамоватой улыбкой. Сегодня на нём была гавайская рубашка и обтягивающие чёрные джинсы. Джейн затаила дыхание, не сводя глаз с умопомрачительного красавчика. Сэлли пихнула её в бок.

Пообщавшись с друзьями, Финн направился к девочкам и наигранно расцеловал им руки. От прикосновения его губ горела кожа.

— Какие красавицы, — проворковал он. — Джейн, — улыбнулся открыто, — я так давно не видел тебя на вечеринках. Грызёшь гранит науки? — выгнул он бровь, девушка хмыкнула.

— Думаешь, меня впечатлит заученный текст? — у Финна вытянулось лицо, но он быстро взял себя в руки.

— Этот комплимент я берёг для тебя, — надул он губы. Сэлли вот-вот вскипела бы и засвистела как чайник, и Джейн поспешила перевести тему.

— Слушай, — понизила она тон. — Говорят, ты у нас мастерски знаешь латынь? — Финн буквально раздулся от гордости. — Может почитаешь нам одну старую книжку?

— С радостью, красавицы. У меня и местечко укромное есть, — кивнул он и зашагал к корпусу походкой победителя.

Они вошли в его комнату. К всеобщему удивлению там было идеально чисто. Кровати стояли по стенкам, образовывая по центру просторный квадрат, устланный зелёным ковром. Девочки опустились на ковёр, положив перед собой книгу. Он достал из шкафа бутылку вина, обернулся, и у него с лица медленно сползла довольная рожица. Джейн прищурилась, наблюдая за его реакцией, и расхохоталась:

— Подруга! Наш кавалер рассчитывал, что книга всего лишь предлог! — схватилась она за живот, стараясь подавить приступ истеричного хохота. Сэлли нахмурилась.

— Убирайтесь, — прорычал Финн надвигаясь. Джейн всё ещё улыбалась, но настроение парня её остудило.

— Ты обещал помочь. Мы с подругой можем сказать, что отлично провели вечер… — перешла она в наступление. — Или же преуменьшить твои заслуги…

У парня сжались скулы, он отвёл взгляд. Было видно как нелегко ему даётся выбор. И всё же он опустился на ковёр и нехотя взял в руки ветхую книгу. Финн вёл пальцем по строчкам, букву за буквой облачая в слова. Вычленив несколько фраз, он затряс головой. Девушки отстранились.

— Эй, Финн, ты в порядке? — пискнула Сэлли, протягивая к нему руку. И тогда он неистово закричал.

Звук походил на гудок парохода. Они заткнули уши, во все глаза уставившись на парня, рот которого растянулся и начал трескаться в уголках. Казалось, убийственный крик длиться целую вечность. Но вскоре он прекратился, и Финн рухнул без чувств.

Проводник предложил девушке чаю. Она с удовольствием согласилась. Чашка дрожала на блюдечке, а Джейн гнала тёмные мысли, вновь погружаясь в воспоминания.

Они дождались, пока парень придёт в себя, и покинули комнату. Он ничего не помнил. Сэлли дрожавшим голосом объявила, что спрячет чёртову книгу, а затем сожжет, когда выдастся такая возможность.

Укладываясь спать, они не болтали, нарушая девичий обычай посплетничать перед сном. В ту ночь Джейн снились чудовища и противостоявшие им призраки, и карие, добрые глаза. Проснувшись, она гадала, кому они принадлежат, ведь такого чуткого глубинного взгляда ещё не встречала.

Через неделю происшествие забылось, а по универу расползлись слухи о невероятной мужской силе Финна. Перешёптывания могли бы задеть Джейн, но ей нравилось внимание, пусть даже такой ценой. Наверное так случается, когда давят на психику детские травмы.

Лекция проходила в тишине, нарушаемой лишь шуршанием бумаги и сморканием с задних рядов. Джейн записывала материал, периодически зевая и поглядывая на настенные часы. Время тянулось. Аманда не отлипала от телефона, ведя переписку с новым ухажером. Сэлли потирала глаза, под которыми просели круги. С того дня из-за стресса у девушки нарушился сон, и она выглядела разбитой.

Откинувшись на спинку стула, Сэлли дремала. Ну или делала вид. Как вдруг её тело начало сотрясаться, изо рта пошла пена. Джейн так испугалась, что ситуация для неё пролетела за одно мгновение: профессор подорвавшийся на помощь, кожаный ремень портфеля в зубы, удерживание конечностей, подавление приступа. Позже подругу отправили в больницу, а она переживала за неё, надеясь увидеться после каникул.

Незадолго до начала каникул Джейн увидела Финна в коридоре. Она хотела к нему подойти, но он испуганно на неё взглянул и убежал, расталкивая по пути студентов, столпившихся у входа в аудиторию. На этом странности не закончились — звуки, тени и голоса преследовали девушку. Просыпаясь, она слышала дребезжавший голосок: «Джейн!», и дрожала, оглядывая комнату по несколько раз. Казалось, как только она переместит взгляд, там окажется что-то не поддающееся объяснению, и тогда от страха у неё остановится сердце.

Завершались лекции, ребята разъезжались. Джейн не хотела домой. Пытка общением с родителями могла перерасти в настоящую битву, которую она проиграет. И тогда она не придумала ничего лучше, чем позвонить своей тётке.

Миссис Клэр Реджина Томас имела непреодолимые разногласия с отцом Джейн, являвшимся ей родным братом. Девушка не вдавалась в подробности. Тётка согласилась её принять, остальное неважно.

***

«Ученики учатся, денежка капает» — моё личное изречение. Я погрузился в работу, и пару недель не видел Джейн. Правда ночами я слышал, как она разговаривает в своей комнате. Чтобы расслышать звук её голоса, мне приходилось вычленять его из многообразия звуков многоквартирного дома. Вскоре я начал злиться на соседа зачастившего в туалет, и на чинившую разборки пару, и на звук телевизора миссис Томас.

Засыпая, чаще всего я отправлялся к ней. Иногда она уже лежала в кровати, иногда спала прямо за столом, как в том первом сне. Одно было неизменно — тьма. Она вилась и липла, заставляя девушку испытывать агонию, мечась по подушке. И всякий раз, как я приближался, серебристые глаза обращались в мою строну, а существо принимало предупреждающую позу. Оно словно говорило: «Она моя».

Напуганный снами, которые отчего-то запоминал во всех подробностях, я позвонил своей бабушке.

— Мой любимый внук! — пропела она в трубку, и у меня на лице растянулась улыбка. — Сердце моё! Я так стара и немощна! Приезжай скорее! А то можешь и не успеть! — поддевала излюбленной темой прощания.

Бабушке был девяносто один, но выглядела она максимум на семьдесят. И я отказывался верить, что жизнерадостная старушка когда-нибудь нас покинет. Наивно, неправда ли?

— Конечно приеду. Скоро лето, бабуль. И я весь твой. Да и Лондон у меня уже в печёнках.

— Ещё бы, — проворчала она. — В тот день, когда твой отец уехал в эту страну дождей, я навсегда потеряла покой.

— Ну ладно тебе, ба, — протянул я, разговор о предательстве отца мог затянуться. — Лучше скажи. Тебе когда-нибудь снились странные сны?

— Какие сны в моем возрасте, дорогой. Я засыпаю только под утро.

— Я не об этом. Мне снится, будто я выхожу из тела. И, что странно, помню сновидение в деталях. — Бабушка молчала. — Ба! Ты тут? — я посмотрел на экран, время шло, связь прервалась.

Перезвонить не получилось. Проблемы со связью не редкое явление для звонка в другую страну.

В тот день на меня давили стены. Впрочем, они давили и вчера, и неделю, и две назад — ровно с того момента, как я встретился с Джейн. С того момента, как я начал видеть эти сны. Я был рад покинуть квартиру.

Солнце клонилось к закату. Дождь на краткий миг перестал капать, и я остановился у подъезда, зажмурившись под его лучами. Они не согревали весной. Можно было бы дождаться лета, но и тогда они будут греть лишь в пол силы.

В школьные годы каждое лето, вопреки протестам матери, я проводил на родине отца. Счастливее не было времени. И будет ли? С годами у меня сложилось впечатление, что я застрял где-то посередине между беззаботным состоянием ребёнка и по-настоящему взрослой жизнью. Я не мог больше ощутить радости от простых вещей, но и ответственность взрослого не ощущал.

Прохожий задел меня плечом и выругался. Я собирался сказать ему, чтобы не беспокоился, поднял глаза, и замер. Откинув за спину волосы, ухмыляясь, на меня смотрела Джейн. Если бы я выдавил звук, вряд ли он получился бы внятным.

— Опять язык проглотил? — хмыкнула девушка, упирая руки в бока. — Ну и мужчины пошли! — театрально фыркнула. — Может уже пригласишь меня выпить?

— Я не пью, — зазвучал мой голос так, будто я говорил из ведра.

— Ну чай-то тебе можно? — подмигнула она.

Джейн находилась на неприлично близком расстоянии. Я чувствовал её дыхание и запах цветочных духов. Ноги приросли к полу, тело будто парализовало, давило ощущение беспомощности. Девушка словно почувствовала, что со мной происходит, осторожно взяла за руку и заглянула в глаза:

— Я что такая страшная? — прошептала она.

— Нет, что ты... — начал оправдываться я, понимая, что веду себя как дурак. — Просто думал о другом.

— О чём же? Ладно, расскажешь по дороге, — кивнула она на дверь.

Моё тело мгновенно расслабилось, и я наконец смог взглянуть ей в глаза не увиливая и не закрываясь. На лице Джейн отразилось мимолетное удивление, но она поспешила скрыть его за улыбкой.

Мы пили чай в тишине, отсутствие диалога не смущало. Я вертел на языке вопросы, не решаясь их задавать. Джейн тоже оказалась особой немногословной. Занятно, обычно девчонки любят болтать.

Я бросал на неё взгляды украдкой, и, казалось, в комнате становится жарко. Чай в кружке заканчивался, и я смаковал, не желая уходить. Делая очередной мнимый глоток, я вновь заметил тень, притаившуюся у левого плеча девушки. Из бесформенной тьмы вытянулись длинные костлявые пальцы, острые коготки проткнули футболку. Джейн скривилась, хватаясь за это место.

— Всё в порядке? — спросила она, заметив мой испуганный вид. Я смотрел на издающее шипение существо, и хотел броситься к двери, но усилием воли удерживал себя на стуле. — Бенжи? Не пугай меня.

Твердя про себя, что не сумасшедший, я поднялся и открыл рот, чтобы попрощаться, но не успел. Джейн вскочила, обвила мою шею руками, и…поцеловала. Широко распахнутыми от страха глазами, я наблюдал, как, шипя, растворяется тёмная тварь.

Я всё же ответил на поцелуй ровно за мгновение до его окончания. Джейн смущенно мне улыбалась, глаза цвета пепла приобрели светло-серый оттенок. Она взяла с меня слово, что мы встретимся завтра, и я, озадаченно кивнув, отправился к себе.

Ночью я не мог уснуть, снедали жуткие образы и мысли. Не будь я так патологически труслив, уже прочёсывал бы интернет в поисках психолога. Видеть существа не во сне, а наяву — ненормально. Если первый раз я списал на стресс, то теперь впал в состояние ступора. На экране телефона замигал бабушкин номер. Со всеми этими делами я совершенно забыл ей перезвонить.

— Послушай, Бенджамин, — раздался взволнованный голос в трубке, — Ты можешь видеть то, что неподвластно другим… — Я замер, не веря своим ушам. — Дорогой, будь осторожен. Тьма изворотлива. Не общайся больше с той девушкой. Ей не выстоять в этой схватке… Даже с твоей помощью… — звонок оборвался, раздались гудки.

Я осторожно положил телефон и медленно опустился на стул. «Откуда она знает?» Переживания и навязчивые мысли к середине ночи окончательно меня измотали, и я уснул. В точно таком же, как прежде, сновидении я собирался отправиться к Джейн, но замер на лестничной клетке, заметив серебристую нить, уводившую куда-то под потолок. Проследив за ней, я понял, что нить исходит от меня. Поморгав в надежде, что глюк испариться, я шумно вздохнул и пошёл за ней. Я поднимался всё выше, с опаской поглядывая вниз, и отмечая, что могу летать, а не только проходить сквозь стены.

В какой-то момент нить зажглась ярким золотом, обжигая ладони, картинка крутанулась, и я оказался в комнате, завешанной панно всевозможных индийских Божеств. Осмотревшись, я заметил бабушку, мирно лежавшую в кровати и смотревшую в потолок, её руки были сцеплены на груди. Как только я осознал, что-то коснулось моего плеча. Вздрогнув, я схватился за сердце и зажмурился.

— Бенджамин. Твои сны реальны! — зазвучала бабушка совсем близко, и я, преодолевая страх, решился взглянуть.

Её бесплотное тело стояло прямо напротив меня, бабушка снисходительно улыбалась.

— Ты путешествуешь по астральному миру. Живым он редко доступен. Это дар, дорогой.

— Но как такое возможно? — пискнул я, поглядывая на бездыханное тело.

— Как возможен солнечный свет? Как возможны день и ночь? Помни, дорогой… Не ввязывайся в историю Джейн. Не глупи, — нахмурилась она, прислушалась к чему-то и исчезла.

Очнувшись, я схватился за телефон — на экране были пропущенные. В груди поселилась необъятная пустота. Слушая папу, я находил подтверждение тому, что происходит со мной каждую ночь, и испытывал боль потери.

Я впервые прогулял работу. Родители учеников разразились гневными смс. К вечеру объявилась Джейн, но я не хотел её видеть и не открыл дверь. Да, она наверняка слышала, что я дома, но мне было плевать. Страх полностью овладел мной.

Да, я боялся. Боялся, даже не начав. Но, наверное, на моем месте так чувствовал бы каждый. Для кого-то нормально бояться лететь в самолете, прыгать с парашютом, или нырять со скалы. А для меня, с тех пор как открылись глаза, путешествие «на ту сторону» казалось одновременно всеми стрессами вместе взятыми.

И всё же наступил момент, когда я слез с табурета, и, рассматривая пол под ногами, направился в сторону спальни. Мне нужен был знак. Что угодно, ставшее предотвращением безумного поступка. Но я дошел, включил свет, и — ничего не произошло.

Я посмотрел на часы: «21:18». Никакого сочетания цифр, которое могло бы стать преградой на пути замысла. «Проклятье! Довольно искать поводы, чтобы сбежать!» — разрывался внутри мой собственный голос.

Подавив тревожность, я опустился на край кровати. Я знал, что в итоге просто отложу всё на завтра, а потом на послезавтра. Затем увижу знак и решу, что лучше держаться подальше от Джейн.

Вспомнив о девушке, я снова увидел перед внутренним взором её лицо: бледное, осунувшееся, с заострёнными чертами. Несчастная, она не могла сама освободиться от нависшей над ней твари. Или же это моё сумасшествие? Или это я был неправильным, раз видел подобное?

— Довольно, — затряс я головой.— Просто сделай.

Я лег на кровать и зажмурился. Старался не думать, не спорить с собой, выравнивая дыхание. Последней мыслью было ни во что не влезать, осмотреться и вернуться. Не сражаться, не привлекать внимание, а лишь убедиться…

Тело постепенно расслабилось, и я, немного выждав, окунулся в темноту. Не ту темноту, что появляется перед веками, когда закрываешь глаза. А ту, которая всегда находилась вокруг меня, пропитывая мир людей, как подсолнечное масло картошку-фри.

Сначала кроме темноты я ничего не видел, потом услышал знакомый момент «перехода» — душа едва заметно отделилась от тела. Впервые у меня это вышло осознанно, и я с испуга попытался забраться обратно в тело — не вышло. Судя по всему, это работало как-то иначе.

Как раз в тот момент, когда я собирался с духом, чтобы посетить Джейн, из её квартиры раздался крик, разрывавший его обладателю глотку. Следом к нему присоединились и вопли миссис Томас. Я порывался к двери, но страх останавливал. И тогда я намеренно представил образ Джейн: пепельные глаза, теплоту губ на своих губах, и, скривившись, прыгнул, проваливаясь в эпицентр того, что бы там ни происходило.

Джейн крушила мебель, вопя раненым зверем. Миссис Томас заперлась в своей комнате, но девушка уже расправилась с большей частью мебели, и принялась колотить ногой в дверь. С первого же удара та треснула по центру. Долго она не продержится. Я растеряно наблюдал за припадком, и вновь увидел существо. На сей раз оно сидело на макушке, погрузив девушке в черепную коробку костлявые руки, и управляя ею словно марионеткой.

Я был в ярости. Ещё никогда я не испытывал такого сильного негативного чувства. Собравшись атаковать, я вдруг осознал, что оно реально. «Я не сумасшедший. Это Джейн больна. Я должен помочь».

Я приблизился к девушке со спины и протянул руку, перетягивая внимание существа на себя. Оно оскалилось, вытаскивая из её головы пальцы. Джейн вздрогнула и замерла, испуганно глядя на треснувшую дверь.

Тварь надвигалась, пожирая меня серебристыми глазами. Я пятился, твердя про себя: «Проснись. Проснись». Как вдруг она растворилась, а над ухом у меня задребезжал мерзкий голосок: «Исполнено». И я, задыхаясь, вскочил у себя в кровати.

***

Миссис Томас перепугалась так, что с того для не вымолвила ни слова. Её определили к местному психотерапевту, а Джейн впала в уныние. Я был рядом. Страх пожирал меня изнутри, но любовь к девушке оказалась сильнее. Терзаемый противоречивыми эмоциями, со стороны я скорее всего выглядел как парень с причудами.

Бабушку кремировали. Отец улетел в Индию развеивать прах. Мне тоже хотелось бы проводить любимую бабушку в последний путь, но я вспомнил её призрачное тело, и понял, что возможно уже совершил нечто подобное.

Я заметил, что странная тварь слабеет, когда я рядом. Да и Джейн чувствовала себя со мной лучше. Но каникулы подходили к концу, и ей вскоре придётся вернуться в университет.

Миссис Томас ночевала у подруги, её невозмутимости, судя по всему, настал конец. В тот день Джейн попросила остаться с ней на ночь, постелила мне в гостиной, а сама легла в своей комнате.

Я пялился в потолок, пока не начал различать шаги в своей квартире. Топот нарастал. И вот уже словно десятки ног выхаживали в пустом помещении, раскачивая люстру. Я откинул одеяло, напрягая каждый мускул и не сводя взгляда с явления. Из навязчивого состояния меня вывела Джейн, нырнувшая под бочок и обвившая шею руками. Я дёрнулся от неожиданности, сменил фокус, и грохот прекратился.

Она была тёплой, лёгкой, дыхание щекотало. Я представлял, как целую её, как она отвечает взаимностью, а сам дышал через раз, унимая беспокойное сердце.

— Знаешь, это моя вина. Бедная Клэр. Жила себе, и тут я со своими проблемами… — всхлипнула девушка. Я крепче прижал её к себе рукой.

— Ты о чём? — заглянул я в прекрасные, потемневшие от печали глаза.

— Мы с подружкой книгу нашли, на латыни. С тех пор мне сняться кошмары, Бенжи. Иногда я вижу чёрное нечто. Оно следует за мной по пятам. Звучит, как бред сумасшедшего, да? — потупила она взгляд.

Я знал, момент настал. Не сделаю сейчас, не смогу никогда! Наклонившись, я выбрался из тисков нерешительности и нежно её поцеловал. В ту ночь существо нас больше не потревожило.

***

Мы нежились в кровати, не желая разлучаться ни на мгновение. И как назло у неё зазвонил телефон. Джейн взяла трубку. Резкий голосок, достававший и до моих ушей, сразу показался мне неприятным.

— Подруга! Я уже в универе! Так достали эти лыжи! Ты себе даже не представляешь! Я что звоню? Тут такие новости! Финн рехнулся! Прикинь! — Джейн встрепенулась. — Напал на кого-то, или вроде того, — чавкала в трубку Аманда, со жвачкой она не расставалась.

— С ума сойти… — косилась на меня Джейн, понимая, что я слышал каждое слово.

— И это не всё, подруженция… — понизила голос Аманда. — Сэлли перевели в отделение для душевнобольных. Моя маман знает ректора, информация верная.

— При чём тут это… — прошептала Джейн.

— Ну да. Ты там ещё не двинулась? — усмехнулась подруга. — А то наши ряды как-то стрёмно редеют. Давай дуй в универ. Мне скучно, — протянула она последнее слово и отключилась.

Джейн была напугана до икоты, и я поспешил её успокоить, но она отбросила с плеча мою руку. Отказ ударил по эго, но я распознал свою внутреннюю провокацию, и не стал на неё реагировать.

— Я следующая, Бенжи, — бесцветно изрекла она, пугая меня сильнее чёрного существа. — Финн и Сэлли были со мной, когда мы читали книгу. Они сошли с ума. Финн причинил кому-то боль, Сэлли в психушке. Осталась только я.

— Где книга? — внезапно вырвалось у меня изо рта, и тварь, шипя, проявилась под потолком. Она рванула, собираясь прилепиться к Джейн, но я с испуга коснулся плеча девушки, и тьма рассеялась.

— Сэлли спрятала её. Скорее всего в общаге. Она ведь даже вещи не успела собрать, сразу отправили в больницу.

— Мы должны избавиться от книги. — Я и сам не понимал, откуда знаю об этом. Джейн просияла.

— Значит, ты поедешь со мной? — повисла она у меня на шее, и я кротко кивнул, обвивая её стройную талию.

Мы добрались до университета без происшествий. Мне, как гостю, пришлось пройти несколько формальностей. Войдя в комнату девочек, я нос к носу столкнулся с белокурой дивой, жадно просканировавшей меня взглядом. Когда Аманда была нейтрализована новостью о том, что я парень Джейн, и ей тут не светит, она покинула комнату. И мы, воспользовавшись этим, обыскали её на наличие книги.

Под кроватью Сэлли, в дальнем углу, завернутая в полиэтилен, лежала ветхая книга, написанная на латыни. Как лингвист я мог определить латынь, хоть и не блистал ей в своё время. Я пошарил глазами, силясь определить реакцию существа на находку — ничего. Оно подозрительно затаилось.

На улице было темно. Собравшись, мы побрели прочь из кампуса, и спрятались в уютном скверике на две лавочки, окружёнными густыми зарослями. Свет сюда практически не проникал, но я всё равно дождался, пока фонарик охранника скроется за поворотом. И только потом достал из полиэтилена книгу и облил горючей смесью для зажигалок.

Джейн притаилась, а я настороженно вглядывался в ближайшие кусты. Разум обманывал, пробуждая животные страхи. «Беги, беги», — билось на краешке сознания, но сила намерения перевешивала часу весов. Я чиркнул спичкой, и на мгновение свет озарил испуганное, потерянное лицо Джейн — над головой у неё сверкнули серебром два жутких надоедливых глаза. Я замер, спичка обожгла пальцы и потухла. Я достал вторую, руки тряслись. И тут кусты расступились. Кто-то бросился на меня, повалив на землю.

Крик девушки зазвенел над головой. Чьи-то руки хаотично лупили мне по лицу: расквасили нос, расцарапали кожу. Я задыхался, инстинктивно отбивая удары в темноте. В какой-то момент я смог ухватить нападавшего за волосы и завладеть ситуацией. Человек взвыл и отвлёкся, а я ударил его коленом, обхватил, кажется, за плечи, и придавил навалившись. Он рычал и брыкался, я давил сильнее. И тут он затих, тело его расслабилось. Опасаясь повторения, я нащупал шею и зафиксировал пальцами, не позволяя незнакомцу дышать в полную силу.

— Не отпускай, — дрожавшим голосом прошептала Джейн.

Рот человека открылся, мышцы шеи напряглись, и, вопреки всем законам, он задребезжал: «Не выйдет, Бенжи». В кромешной тьме я ничего не мог разобрать, только мерзкий булькающий звук и теплоту на лице. Не знаю, что он предпринял, но меня повело, щека соприкоснулась с прохладной почвой.

Мой разум бился в агонии. Я не понимал, где нахожусь. Эмоции хлестали изнутри, раздражая и зля. Догадавшись, что именно они мешают мне разобраться, я медленно выдохнул, и увидел напротив себя кружок света. Он льнул ко мне, будто котёнок, а затем поглотился ладонью. Я вобрал ещё два не менее ласковых кружочка, и тело, налившись свинцом, спикировало с высоты.

Преодолевая головокружение, я разглядел своё реальное тело, и сделал вывод, что оказался в астральном мире. Человек с серебристыми светящимися глазами наступал на Джейн, она пятилась. Они вошли в область освещаемую бликами фонарей, и я разглядел над его головой хвост существа. Каким-то образом оно умудрилось практически целиком в нём уместиться. Парень что-то говорил, но в ушах у меня звенело. Жмурясь из-за жуткого перезвона, я подбежал к книге, но не смог её взять. «Зараза!», — в панике шарил я глазами в пространстве. — «Это должна сделать Джейн!» В астральном мире у меня не было шансов. А вернуться в тело я не имел понятия как.

Парень схватил Джейн за шею, серебристые глаза источали чернь, проникавшую ей в ноздри и рот. Я взвыл и бросился в бой! На тело незнакомца я повлиять не мог, но вот тварь. Она находилась в астральном мире. Ну, может, по большей части. Я прыгнул, выставил кулаки, и вытолкал её наружу. Парень завис и отключился. Джейн рванула к книге, но оно опередило её и вошло со спины. Девушка выгнулась, раздался хруст костей. Я кричал во всю глотку, с разбега врезаясь в существо, хватая его за бесформенное подобие головы и яростно заталкивая под землю. Как только оно скрылось, хлопок невероятной мощи прошил пространство, сдувая меня словно пыль.

Я наблюдал, как она кряхтит не в силах подняться, как подрагивают её пальцы, и плакал. Я не отследил тот момент, когда вернулся в тело, но сразу понял — боль пульсировала в плече и висках. Рванув с места, я повалился, поднялся и подполз к книге. Спички нащупал не сразу. «Чирк», — огонёк осветил кусочек ночи. Книга отлично горела, дымилась. Я собрался с силами, поднял Джейн на руки, и понёс к кампусу.

***

Она сидела у крыльца, задрав подбородок к небу, ласковые лучи касались лица. Тётушка Клэр периодически поглядывала в окно. После случившегося она винила себя не меньше её самой. На тротуаре в зоне видимости появился Бенджамин. Бодрой походкой, зажав кожаный портфель под мышкой, он приближался к подъезду, насвистывая под нос что-то индийское. Глядя на него Джейн улыбалась. Он наклонился к ней низко-низко и нежно поцеловал. В карих глазах, которые она когда-то видела во сне, притаились любовь и обожание. Он развернул инвалидное кресло по направлению к пандусу.

— Нагулялась? — шепнул ей на ухо, девушка закивала. — Мне нравится, когда ты встречаешь меня на улице.

— А мне нравится тебя встречать. Правда, на своих двоих это делать было бы гораздо удобнее, — запнулась она замолкая. — Прости… — Он уже подкатил её к двери и притормозил, разворачивая к себе.

— Я не собираюсь сдаваться, — нахмурил он брови. — Тибетские монахи и не такие случаи видели…

— Бенжи! Ну какие монахи! Чудес не бывает! — слёзы грозились пролиться.

— А та тварь? — хмыкнул он. — Мы будем пытаться, слышишь? Будем пытаться…

Другие работы:
+2
22:01
185
17:43
+1
Хмм… Интересно. Полуиндус, преподающий английский язык жителям Лондона, тяга к противоположному полу и на фоне всего этого неведомая фиговина из астрала. Написано ровно, четко и читабельно. До самого конца хотелось знать, чем закончится вся эта история.
Немного придирок:
Символы напоминают латынь.

В тексте отношение к латыни, как к древнеегипетским иероглифам. А ведь символы латыни и английского языка идентичны. Вот и непонятно.

Почему запасной ключ от двери находится у соседки этажом ниже? Не удобнее ли оставлять ключ у соседей по этажу? Или ГГ один живёт на этаже?

Я будто вышел из тела, наблюдая себя спящего со стороны. Ну, знаете, как в фильме «Астрал»

Что за дурацкая привычка отождествлять действия персонажей с моментами из фильмов? А если читатель не смотрел этот «Астрал»?
Достаточно было бы и и просто описания того, что ГГ вышел из тела во сне.

Шагнув, я оказался на лестнице, а затем и в квартире миссис Томас.

На этаж ниже провалился?)

А вообще, понравилось. Вся эта история о том, как переступить свои страхи и совершить то, что требуется в данный момент. Надеюсь, тибетские монахи помогут и парочку ждёт счастливое будущее.
В любом случае, спасибо, автор.
Империум

Достойные внимания