Светлана Ледовская №2

База данных

База данных
Работа №444

Марк Филиппок терпеть не мог свою фамилию, но так как по имени его никто никогда не звал, то и дело слышал:

— Эй, Филиппок, мухой в бухгалтерию, у них принтер накрылся!

— Почини сеть, Филиппок!

Даже девушка, уходя от него, на прощание сказала:

— Бедовый ты… Филиппок.

Эх, поменять бы «к» на «в», и получилась бы нормальная русская фамилия! Филиппов! Собственно, так она и звучала во времена деда, а потом одна криворукая паспортистка ошиблась в последней букве, и следующие поколения Филипповых стали Филиппками.

Марк давно бы вернул правильное звучание, но такие бюрократические штуки отнимали массу времени, пришлось бы подавать заявление в ЗАГС, куда-то ходить… Да и все равно знакомые-то будут звать Филиппком. Так что какой смысл?

Трудился он в небольшой компании. Как пришел вчерашним студентом лет шесть назад, так и остался.

Работа непыльная — следи, чтобы вайфай работал да роутер не отваливался. И всякое по мелочи: картриджи в принтерах сменить, выловить и прихлопнуть зловредный вирус в ноутбуке начальника, выдать корпоративную почту новенькому… Ерунда. Как, впрочем, и зарплата, но мысли о том, чтобы сменить место, Марк сразу отбрасывал. Это ж надо резюме делать, по сайтам трудоустройств раскидывать, а не дай бог позовут на интервью? Идти куда-то, унижаться на собеседовании, а вдруг коллектив гнилой окажется? Не. Уж лучше здесь, где хоть и не уважали Марка, помыкали им, но люди эти в своем хамстве и глупых подначках были привычны.

Начальник, грузный и быдловатый Абаев Алишер Газизович, конечно, не считал Марка человеком, зато зарплату платил исправно. Один раз даже премию выдал! Правда, логики в этом Марк не увидел, хотя и пытался вычислить алгоритм и повторить последовательность действий, приведшую к нежданному подарку. Но та премия так и осталась разовой акцией, а зарплаты ни на что не хватало: аренда квартиры-конуры, коммуналка, интернет. От бич-пакетов уже желудок сводило…

Года два назад он переустанавливал систему после очередного трояна и, воспользовавшись близостью начальника, набрался смелости и, пока Абаев ковырялся в смартфоне, робко проговорил:

— Алишер Газизович… — Но тот и ухом не повел. Тогда Марк поднялся и выкрикнул, пустив петуха: — Алишер Газизович!

Шеф оторвался и телефона, посмотрел мутными глазами, рыкнул:

— Чо?!

— Я уже почти четыре года здесь, Алишер Газизович! — затараторил Марк, боясь, что перебьют, или смелость закончится. — Я ценный сотрудник! Могу ли я попросить вас повысить…

— Нет! — рявкнул шеф и перевел тему: — Э, чо там с компом? Быстрее давай чини! У меня конференц-колл, э!

«Конференц-колл, блин, — мысленно выругался Марк. — “Э”! “Э”! Разговаривать научился бы сначала, чурка недоделанная!»

Но с шефом он виделся не так часто, чтобы воспылать к нему ненавистью. Абаева он просто недолюбливал и побаивался, а вот Давида Кукяна искренне ненавидел. Молодой армянин, не так давно появившийся в компании, активно самоутверждался, гнобя Марка:

— Филиппок, опять лагает! Наладь сеть! Чем ты там у себя занимаешься?

— Работаю, — бурчал Марк.

— От такой работы волдыри на ладонях, задрот! — хохотал Кукуян. — Похоже, весь траффик съедаешь своими порноканалами! Смотри, шефу пожалуюсь!

Марк вспыхивал от стыда, ведь обвинения были частично справедливыми, но еще больше от ненависти. Кукуян был именно таким, каким мечталось стать Марку: уверенным, при деньгах и популярным у девушек, — а оттого особенно ненавистным. Убил бы без колебаний, если б не наказание. Тюрьмы Марк боялся больше, чем ненавидел Кукуяна.

Чаще всего его вызывала к себе Маргарита Иосифовна Кац, главный бухгалтер. То у нее система не грузилась, то отчет не печатался, то принтер съедал бумагу, то экран не включался. Вредная женщина! Иногда Марку казалось, что главбуху за радость что-нибудь сломать, а потом пить чай с пирожными, отпуская нелестные комментарии, пока «компьютерщик» возится в пыльных проводах.

— Где ж таких рукожопов-то делают? У других, я спрашивала, компьютерщики чистенькие, умненькие, и все у них работает и летает, а наш что? Ты себя в зеркало видел, Филиппок? Хоть бы причесался! А техника у тебя какая? Главный компьютер организации, где все деньги компании, а ломается каждый день!

— Так я сколько раз служебки писал, Маргарита Иосифовна! — подавал голос Марк. — Здесь все менять надо! У вас вон диск скоро посыплется! Всё же заворачивают!

— Самый умный? Филиппок, с новым оборудованием и я справлюсь! А тебя тут никто не держит, на твое место вон у кадровички полный ящик желающих!

«У-у-у! Стерва! Жидовская морда!» — Марк скрипел зубами, но перечить не смел.

В тот январский день он осознал, что с него хватит. Дело было не только в работе, он начал страдать от резей в желудке.

В очередной раз вернувшись из бухгалтерии, заперся в своей пыльной каморке, забитой старыми системными блоками, проводами и деталями, твердо решив уходить и искать место получше. У него даже созрел план, как не просто уволиться, а уйти, громко хлопнув дверью, пусть осточертевшие хамы пожалеют, что его потеряли. Все эти Абаевы, Кабанчуки, Кацы и Кукуяны — чертовы неруси, заполонившие не только верхушку компании, но и всю страну.

Он поелозил мышкой, чтобы пробудить компьютер. Заставка сменилась фотографией красотки на рабочем столе, и Марк потянулся курсором к иконке браузера, но его внимание привлекло нечто странное. Обычно он держал рабочий стол компьютера чистым, чтобы не заслонять девушку, но сейчас ее левую грудь перекрывал ярлык экселевского файла: «База_данных.xlsx».

Перед тем, как его открыть, Марк проверил путь — оригинал файла находился в недрах корпоративного сервера. Прошерстив указанную папку, Марк заявленный файл не нашел. Ярлык вел в никуда.

«Троян», — мелькнула мысль. Антивирус догадку не подтвердил. Это было странно. Может, скачал базу сам, а потом забыл?

«А, плевать, все равно валить собрался», — мстительно подумал Марк, частью души желая, чтобы файл открылся и оказался зараженным.

Он дважды кликнул по ярлыку.

Ничего необычного не произошло, разве что всплыло окошко с предупреждением:

MicrosoftExcel

Эта книга содержит связи с внешними источниками данных (возможно, небезопасными).

Если вы считаете эти связи надежными, обновите их, чтобы получить последние данные. В противном случае продолжайте работу с имеющимися данными.

Обновить / Не обновлять

Обновлять Марк ничего не стал, вчитывался в строки.

Экселевская книга содержала лишь один лист — полный список сотрудников организации, где трудился Марк. В столбцах отображались ФИО, даты рождения, национальности, домашние адреса, должности, помесячные оклады, номера телефонов, электронные почты, даты трудоустройства… Столбцов было так много, что в стороны лист прокручивался еще много раз. Была даже графа «вероисповедание».

Вернув первые столбцы, Марк с интересом изучил национальности топ-менеджеров: «ингуш», «еврей», «армянин», «украинец», «кореянка»… Худшие опасения подтвердились — русских, таких, как Марк, было мало, и все служили на низших должностях.

С неменьшим интересом Марк ознакомился с размерами окладов. Кукуян, к примеру, за прошлый месяц получил в девять раз больше, чем Марк! А кто такой этот Кукуян? Сын подруги Маргариты Иосифовны! Бездарь, умудряющийся выдать десяток орфографических ошибок в одном предложении!

Вечером, когда все разошлись по домам, Марк решил задержаться на работе. Придумал, что нужна профилактическая чистка и перенастройка сервера, метнулся в магазин за пивом и заперся в кабинете.

Закрыл базу, снова открыл, однако теперь «обновив связи».

***

«100 000 рублей»! Сердце Марка рвалось из груди, в висках стучало — только что он получил сообщение о поступлении зарплаты. На карту пришло сто тысяч рублей — ровно столько, сколько он прошлой ночью вбил в базу данных!

Следующую пару недель он провел в страхе, деньги практически не тратил, каждый день ожидая, что вот-вот ошибка вскроется — и полученное заставят вернуть. Потом, конечно, переступить через эту черту пришлось, но ничего лишнего он себе не позволил. «Чужого нам не надо», — думал Марк, хотя и мечтал о том, чтобы начать тратить фантастически накрученные к окладу излишки.

Еще один месяц закончился, и в первых числах следующего снова динькнуло уведомление: «На ваш счет поступило 100 000 рублей…»

И снова никаких претензий, словно так и должно быть. Маргарита Иосифовна все так же его гоняла, Абаев не замечал, а Кукуян ходил гоголем и хвастался новой «Ауди», по-клоунски флиртуя с девушками компании — с симпатичными и не очень. Кукуяну было все равно, с кем и как, лишь бы. «Животное», — думал о нем Марк не без зависти.

Спустя три месяца, после того как появился ярлычок к базе данных компании, Марк, уже осознавший внезапно привалившее богатство, страшно боясь спугнуть удачу, решил поэкспериментировать на ком-то другом. На Кукуяне.

Смеха ради накануне зарплаты сменил ему вероисповедание на «буддист», а оклад сделал в девять раз меньше — как у себя прежнего.

Сам не зная, чего ждет, Марк пошел в отдел, где работал Кукуян, посмотреть. Может, надеялся, что тот переоделся в одеяние буддийских монахов или обрился наголо. Нет, ничего не изменилось — все тот же Кукуян.

Но через неделю тот приехал на работу на скромном «Шевроле-Ланосе». Марк, чувствуя себя разведчиком в стане врага, стал выходить на перекуры вместе со всеми.

Там-то и узнал, что Кукуян продал «Ауди»:

— Бензина жрет много, не тяну. К тому же все это тщета. Чего пыжился, спрашивается? С моей зарплатой роскошная машина лишь увеличивает страдания!

Словно жизнь его не изменилась, как по мановению волшебной палочки, а так всегда и было! И вообще, Кукуян стал другим. Перестал флиртовать с девушками, начал больше работать, а позже и вовсе уволился. Говорили, уехал в Калмыкию.

Пораженный открывшимися перспективами, несколько месяцев Марк переваривал новый опыт. Несколько раз открывал базу данных и тут же закрывал ее, боялся, уж слишком мощное оружие у него в руках. И слишком невероятное, чтобы быть правдой.

К середине лета Марк слег в больницу с язвенной болезнью желудка. На второй день сбежал из стационара, озаренный идеей.

Ворвался в офис, метнулся в свой кабинет и открыл базу данных. Нашел себя, промотал до «Состояние здоровья» и прочел диагноз — точь-в-точь такой, как озвучили врачи. Это было странно, но объяснимо, а вот откуда база знала, что у него начальная стадия рака поджелудочной, первичный билиарный цирроз печени и еще с десяток совсем ничего не говорящих патологий? Повинуясь порыву, Марк удалил строчку о язве.

Внезапно полегчало! Вот это да! Воодушевленный, он удалил вообще все и вписал одно слово: «Здоров».

Его словно молнией шандарахнуло! Прояснилось в мозгах, картинка в очках поплыла, и он их снял, восторженно фиксируя такую четкость зрения, что голова закружилась! Пульсация в висках и слабая, но постоянная боль в затылке исчезли, стало так непривычно, что Марк потряс головой. Словно ходил всю жизнь в тесной обуви у аэродрома и внезапно снял ее, одновременно заткнув себе уши, облегчение и тишина! Спокойствие! Ясность!

В центре экрана вдруг всплыло:

MicrosoftExcel

Возможно подключение дополнительных модулей.

Подключить / Не подключать

MicrosoftExcel

Доступны дополнительные данные.

Загрузить / Не загружать

Без колебаний Марк «подключил» и «загрузил». Процесс затянулся на несколько дней — программа ни на что не реагировала, однако перегружать компьютер он не стал, все остальное исправно работало.

Ровно через неделю программа отвисла. Марк, места себе не находивший все это время, возликовал и уже по привычке запер дверь кабинета.

Промотал таблицу с данными и вдруг наткнулся на знакомую фамилию: «Кукуян». Это как? Человек давно уволился, а все еще в базе?

Оказалось, файл пополнился на сотни миллионов строк. Теперь база данных включала в себя не только сотрудников организации, но и вообще всех жителей страны. Причем не только живых.

Когда Марк попробовал прокрутить таблицу вправо, компьютер застонал и попытался разогнать вентиляторы, чтобы не перегреться. Появились новые столбцы: «Судимость», «Преступления», «Статус». Последнее было особенно интересно — в этом столбце имелось два варианта заполнения ячейки: «жив/жива» и «мертв/мертва».

Марк нашел «Кукуяна Давида Грантовича». Кликнул в ячейке «Статус» на «жив», и выпала другая опция — «мертв». Его прошиб холодный пот, сердце затарабанило, в горле пересохло. Если каким-то мистическим образом база меняет реальный мир, то…

Риска курсора мигала на «мертв», но Марк не решался кликнуть. Нервы щекотало осознание того, что теперь в его власти награждать и штрафовать, карать и миловать, возносить и низвергать. И Кукуян, его извечный обидчик, зажат червем между пальцами и даже не догадывается, что его собираются нанизать на крючок.

И все-таки — «жив» или «мертв»?

В голове заворочался трус, тот, кого Марк в себе ненавидел и презирал, и запищал, укоряюще спрашивая, разве он имеет право лишать человека жизни? Да, Кукоян противный, но он ведь встал на путь исправления! Жизнь даже самого последнего подонка ценна до тех пор, пока у него есть шанс раскаяться и захотеть измениться. Некстати вспомнилось, как в курилке у Марка разболелся желудок, его скрутило, а Кукоян носился по кабинетам, пытаясь раздобыть лекарство, даже на уборщицу наорал… Шуточки были тупые у армяшки, с этим не поспоришь, но в школе и универе Марка и не так обзывали — «задрот» было самое безобидное.

Марк убрал было руку с мышки, но вдруг пробудился тот, кем всегда хотелось стать скромному «компьютерщику», некто могущественный и сильный. Его истинное «я», даже не так — «Я!» Этот, истинный, ухмыльнулся злобно и напомнил, что никто не смеет унижать Марка, и уж точно не понаехавшие черножопые. Зашептал вкрадчиво, уж не размяк ли он? Уж не стал ли подстилкой под ногами неруси, от которой столько натерпелся?

От этих понаехавших кукуянов, наглых, рвущих страну на части, не уважающих культуру и традиции великой страны, тошнило больше, чем от несвежей шавермы, съеденной накануне.

Ладонь, снова накрывшая мышку, взмокла от волнения.

«Давай же», — вкрадчиво шептал этот второй, Марк почти увидел его величественный силуэт, блеснувшие красным прорези глаз. Марк шумно сглотнул, кликнул и уловил едва слышное: «Впус-с-сти-и-и…»

Статус Кукояна сменился на «мертв», а в душе Марка будто всхлипнула оборвавшаяся струна и умолк сопливый слабак, который так портил жизнь.

Вскоре подтвердилось: Кукуян мертв. Коллеги шептались, а Маргарита Иосифовна поделилась: внезапная остановка сердца, причем без всяких предпосылок. В тот же день Марк скрутил жесткий диск с рабочего компа и отнес домой. Подключил к своему и убедился, что ярлык к файлу с базой данных работает.

Полночи, глотая пиво, он развлекался, вспоминая старых обидчиков. Столбец со статусом «жив/мертв» он больше не трогал, слишком просто и неинтересно. «Рак мозга», «ВИЧ», «гепатит С»… Благо «Гугл» в соседнем окне помогал с диагнозами повеселее.

Под утро, выдув ящик пива, Марк пошел в разнос. Он фильтровал жителей страны по национальности и всех нерусских парой кликов отправлял в небытие, просто удаляя строки. «Россия для русских!» — стучала праведная мысль. С каждой минутой Родина становилась чище: исчезли жиды и армяшки, как будто их и не бывало, испарились узкоглазые чурки и вонючие черные, а вместе с ними и хохлы, и татары, и вся нечисть, заполонившая страну.

Добрался и до пшеков. «Поляк», «поляк», «полячка»… Заскребли сомнения — а вдруг? Мать говорила, бабка ее из поляков была. Испугался так, что протрезвел. Нашел себя и убедился: «Марк Александрович Филиппок, русский».

Ctrl+A, чтобы выделить все. Delete, чтобы удалить.

Одна за другой строчки опустели.

Руки дрожали, и тремор этот передавался всему телу — Марка затрясло. Залпом, мощными глотками, опустошив последнюю бутылку пива, он схватил сигареты и рванул на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха и, покурив, успокоиться.

Уже рассвело, вдалеке, на озере, заливались птицы, встречая своего огнеликого бога. Так отчетливо пели, как в лесу, на природе. А в остальном было как-то подозрительно тихо. Марк прислушался: ни рокота моторов первых машин, ни «вжих-вжих!» таджикского дворника — ничего. Пусто. Безмолвно. Мертво.

Щелкнув зажигалкой, Марк поднес огонь к зажатой в зубах сигарете и оторопел: его кисть теряла краски и исчезала, словно незримая рука гигантским ластиком стирала слой за слоем. От догадки бросило в жар, в холод…

И воцарилось спокойствие...

Мгновением позже упала на пол зажигалка. Так и не подкуренная сигарета ударилась о перила и, кувыркнувшись, устремилась вниз.

+5
22:09
370
22:53
+1
Идеи в воздухе витают… есть тут рассказ со схожим смыслом — Верстальщик. Мелкая сошка получает доступ к божественной программе, и давай мир менять. Только здесь реализация лучше намного. Особенно финал, в котором герой не справляется с навалившейся ответственностью.
Но всё же хочется спросить — а почему именно Филлипок чести удостоился, что за фирма такая волшебная?
Удачи в конкурсе.
09:56
+1
Ух, как про себя прочитал. Все обижают айтишнега! Правда, когда я работал нач. IT в банке, у меня зарплата почему-то была третья после директора и главбуха, но ведь специфика бывает разной, и это говорит просто о том, что надо всегда двигаться, искать места получше.
И опять-таки, главная мораль рассказа: «поляков трогать нельзя» — она и мне близка, у самого тёща полуполячка.
Ну а если серьёзно, то хоть это и небольшой рассказ-зарисовка, но на этом рассказе я впервые за конкурс подумал, что этому автору стоит продолжить заниматься писательством.
15:44
+3
Оценки многоуважаемых спонсоров клуба “Пощады не будет”

Трэш – 1
Угар – 0
Юмор – 1
Внезапные повороты – 1
Ересь – 0
Тлен – 2
Безысходность – 5
Розовые сопли – 0
Информативность – 0
Фантастичность – 0
Коты – 0 шт
Серверы — 1 шт
Соотношение потенциальных/реализованных оргий – 1/0
Использованное программное обеспечение — Microsoft Holly Office (пиратка)

— Bloody russian spies, — шептал Илон Маск, подкуривая четвёртую сигарету от третьей.
Руки миллиардера дрожали. Ещё бы, только что накрылся его новый сверхсекретный проект. Он затянулся и подозрительно взглянул на улыбающегося, как обычно, Цукерберга.

Марк лишь пожал плечами, мол, имя просто совпадение. Я, конечно, собираю, но чтобы в таких масштабах, как наш старшенький? Тут он кивнул головой в сторону худого очкарика в лиловом свитере. Билл тут же ожился.
— It`s a bull shit! — форточник покраснел от гнева. Он яростно чесал шишку от вживлённого в шею 5Г чипа.

Я поднял руку, призывая богачей к порядку.
— Билли, успокойся, как там у вас в Америке говорят, кип калм. Ну натырил информации о пользователях, обычное дело, сейчас все это делают. Давайте может что по существу автору напишем? Как в целом рассказ-то?
— Gavno! — хором закричали Илон с Марком.
— Stop dicking around, blya, I gonna leave this nutty house, — Билл поднялся со своего трона.

Компания ВИП-ов потянулась к припаркованным на лужайке бизнес-джетам. Даже не попробовали запечённого осетра, которого я лично выловил в своём пруду. Накрылась фиеста.
— Ребят, напоминаю, что завтра последний день уплаты членских взносов, — крикнул я им вслед.
Илон поднял руку с торчащим средним пальцем.

Ну спасибо тебе, автор, остался без очередного транша. А ведь все собранные в клубе средства я отдаю в фонд ликвидации компьютерной безграмотности среди бухгалтеров.

К сюжету у меня претензий мало, потому что сам рассказ его не подразумевает.

Ctrl+A, чтобы выделить все. Delete, чтобы удалить.
Одна за другой строчки опустели.


Первый раз вижу, чтобы строки к Экселе удалялись так медленно. Но ничего не поделать, на этом строится финалочка, правдоподобность нынче не в моде. И сразу было понятно, что сказочные случайности никак объяснять не планируется.

А вообще очень примитивная история а-ля Тетрадь-Смерти в сокращённом варианте для школьников. Неудачнику достаётся шанс изменить мир и он лажает. Что тут нового? Да таких историй каждая третья на конкурсах, словно один и тот же человек пишет, только в ворде автозаменой имена переделывает.

Дело бы спас второй персонаж, получивший доступ к базе. Конченный игроман-анимешник додумался сам добавлять новые строки, заполняя их любимыми героями, а потом сколхозил простенький макрос и нажал старт как раз в тот момент, когда Марк нечайно похерил всех людей.

То-то Марк удивился бы перед исчезновением, увидя летящего по утреннему небу Ведьмака верхом на Сэйлор Мун. Тут тебе и ещё один внезапный поворот, и позитивный финал и даже задел на сиквел, как Думгай с Крутым Сэмом поднимает Россию с колен.

Вышло слабо, примитивно, шаблонно, уныло и слабофантастично, с кучей не отвеченных вопросов. Как говорит Билл Гейтс своим подчинённым «Such a bone head blunder”. Что в переводе означает «Ещё раз похеришь базу данных — трахну ананасом».

Критика)
Илона Левина

Достойные внимания