Валентина Савенко

Волк

Волк
Работа №457

…И мы, сплетясь, как пара змей,

Обнявшись крепче двух друзей,

Упали разом, и во мгле

Бой продолжался на земле (…)

Я пламенел, визжал, как он;

Как будто сам я был рожден

В семействе барсов и волков

Под свежим пологом лесов.

М. Ю. Лермонтов «Мцыри»

На третий день, пробираясь через заснеженный лес Фобоса, Сид почувствовал, что за ним началась охота. Хищник был еще слишком далек, чтобы мужчина смог оценить степень угрозы, которая его поджидает: телепатическая связь на таком расстоянии слишком слаба. Сейчас он был только уверен в том, что зверь, идущий по его следам, черезмерно голоден, а насколько он опасен и силен, Сиду пока уловить не удавалось. Но и желания ждать, когда преследователь подойдет ближе, не было. Из оружия у него имелся только кинжал. И пусть владел он им профессионально, но о грозных хищниках Фобоса ходили неоднозначные легенды, и проверять их Сид не горел желанием. Беспокоило только одно: от усталости его движения замедлялись, в то время как чувство голода подгоняло зверя. Ноги по колено утопали в снегу и с новым шагом все больше наливались свинцом, а лес казался бесконечным.

Космический шаттл «Стикс» с тремя пассажирами на борту вылетел с отстроенного космопорта Харона, и полет его был недалек – всего лишь до Плутона. Но революция против власти землян еще не была окончательно подавлена. Вспышки терроризма велись почти ежедневно. Из-за взрыва в механическом отсеке вылетевший в космическое пространство «Стикс» тут же оказался выведен из строя, а капсулы с немногочисленными пассажирами выбрасило в заснеженные леса Фобоса. И Сид, пытаясь нати в этих дебрях двух попутчиков, думал лишь о том, что вовремя он отговорил от полета Жюли. Сейчас только мысли о ней помогали двигаться ему вперед, не давали упасть и замерзнуть.

Сид двигался по навигатору, который указывал, куда упала капсула пилота. Только в ней был встроен радиомаяк, с которого можно было передать свои координаты на Плутон. Конечно же, он все-таки и спутников надеялся найти живыми, ведь Фобос сейчас был абсоютно безлюдным местом и кишел только хищниками. Стараниями землян здесь были уничтожены все травоядные животные, а вымирающим плотоядным приходится охотиться друг на друга. Выжили сильнейшие. Поэтому Сид знал, что зверь, крадущийся по его следам, окажется не домашней кошкой. Тем более у животного, живущего в постоянном мраке на Фобосе, которого не достигали лучи солнечного света, большое преимущество перед человеком – оно прекрасно ориентировалось во тьме. Но Сид тоже имел свой козырь – он обладал телепатией и в случае нападения мог заранее предусмотреть, когда и с какой стороны будет атака. Его попутчики подобным даром не обладали, поэтому выживание их на Фобосе практически равнялось нулю.

В давние времена Фобос являлся заповедником, принадлежащим Плутону. Но, когда началась ожесточенная битва за последнюю планету от Солнца, земляне, которые уже полностью израсходовали собственные рессурсы, окупировали всю Солнечную систему. Дольше всех сопротивлялись плутонцы. В принципе, планета, которая не имела практически никакой ценности, держала противостояние дольше всех. Можно было плюнуть и забыть о ней, но жадность землян не имеет границ. Миллионы человеческих жизней с обеих сторон за обладание еще одной каменно-угольной шахтой. Это все, чем был богат Плутон.

Войска Земли обосновались на Фобосе, откуда велась яростная атака против плутонцев. Заповедник был разрушен. Те, животные, которые оказались вне зоны военных действий, насыщали желудки захватчиков, которые после взятия Плутона, навсегда покинули спутник. Минуло двадцать лет, и теперь жалким остаткам хищников приходилось или сдыхать от голода, или искать более слабых особей. После крушения «Стикса» Фобос разбогател тремя таким особями – людьми.

У Сида у самого уже неприятно бурчало в желудке. Провизия, которой снабжались путники до прибытия на Плутон, закончилась еще вчера. Как бы он ее не растягивал, но то, чего должно было хватить на пятнадцатичасовой полет, не укладывалась в «туристический» поход по темным дебрям, который мог продлиться неизвестно сколько дней. Трое плутонских суток блужданий, а маячок на навигаторе не приблизился еще и на четверть к месту крушения капсулы пилота. Сид разгребал руками снег и ножом пытался выковыривать из замерзшей земли коренья, но они были противны на вкус и особо не спасали от голода. А тот, кто шел сзади уже смачно облизывался.

Что можно было разглядеть в мрачной тайге Фобоса? Силуэты хвойных деревьев, напоминающие земные ели. Только росли они не стройными треугольничками, а зигзагообразно извивались на пять метров в длину. На ветру они чудовищно извивались, а тени от них напоминали карикатурных монстров, нарисованных детской рукой. Серый снег под ногами хрустел, словно Сид шел по мерзким тараканам и по колено утопал в их кишашей массе. И деревья, и снег, и даже воздух (какой-то прогорклый) - все здесь было чуждо и негостеприимно. Фобос ясно давал понять, насколько Сид нежеланный гость – один из представителей того алчного народа, который погубил диковинную природу спутника.

И лишь подняв голову вверх, можно увидеть что-то родное, близкое… Небо, полное звезд. Даже в зловещей тайге Фобоса оно было такое же, как дома. На фиолетовом полотне мирно перемигавались звезды. Маленькими светящимися точками пролетали космические корабли. Где-то там осталась Жюли, его любимая маленькая Прозерпина, как ее прозвали в честь супруги Плутона. Она с малых лет жила на Хароне - единственная землянка среди мрачных харонцев. Сид познакомился с ней в баре, где она работала. Их любовь вспыхнула почти мгновенно. О такой любви можно прочитать лишь в исторических романах, написанных в XX-XXI веках. Она, можно сказать, спасла его душу, вытащила из нее Мрак, который поселился где-то в области сердца. Теперь Сид даже не мог представить свою жизнь без Жюли. Но Харон надолго еще останется землей повстанцев. Это пока не то место, где можно чувствовать себя в безопасности, поэтому Сид захотел увезти свою любимую на Плутон, который уже отстроился после жестокой войны и даже был освещен искуственными лучами солнца. Но Сид не хотел привезти ее в пустоту, поэтому решил сначала полететь один, купить дом и сразу же вылететь за ней. О, как переживал он, покинув ее на Хароне, уже даже решил оставить эту затею и лететь вместе. Теперь, изможденно в очередной раз упав в сугроб, Сид впервые подумал, насколько в безопасности сейчас Жюли даже на Хароне. Он не спал уже трое суток, но знал, что стоит закрыть глаза, больше открыть ему их не удасться. А сейчас, как никогда раньше, Сид хотел выжить – выжить ради нее.

Зверь приблизился уже настолько, что мужчина мысленно видел его образ. Теперь он имел четкое понятие, кем являлся его преследователь. Это был волк. Вернее, это был волк, если говорить на земном языке. Сид представлял его, как волка; чувствовал его, как волка, потому что настоящего названия этого животного он не знал. Хищник был уже так близок, что, скорее всего, своим чутким обонянием мог чувствовать запах пота, исходящего от его тела. Сид, собрав всю силу, попытался проникнуть глубже в голову зверя, чтобы узнать его тактику, основные приемы охоты. Первое на что он наткнулся, проникнув в мозги хищника, это невероятный голод – страшная удушающая жажда убить. От следующего открытия у Сида яростной болью взорвалась голова.

Волком двигал не просто инстинкт… Он думал… Это было разумное, сродни человеку, существо!

Почувствовав мысли зверя, первой догадкой Сида было, что где-то неподалеку находится один из его попутчиков. Ведь когда он выбрался из капсулы, первое, что сделал, так телепатически прощупал ближайшее пространство на объект мышления. Но тайга вокруг него была нема, отчего Сид понял, что его попутчики разлетелись в разные стороны на приличное расстояние. И вот за три дня он услышал мысль, но мысль не человека, а животного – разумного животного. И в следующее мгновение острая боль пронзила голову, так как зверь тоже копался в его мозгах.

Это было уже слишком. Если раньше Сид думал, что имеет запасной козырь в рукаве, то теперь шансы уровнялись. Волк тоже обладал телепатией и так же спокойно, подойдя на близкое расстояние, мог предугадывать поступки человека. Нет, сейчас Сид был даже в проигрыше – причем, в огромном.

Во-первых, это территория Волка. Волк лучше видит во мраке. У Волка острее обоняние и слух. Волк сильнее человека.

«Почему ты называешь меня Волк?» - мысленный вопрос достиг Сида. Благодаря ему он смог определить точное расстояние, разделяющее их с хищником. Около трех километров.

Сид послал ему ответ картинкой, на которой были изображены земные волки. Преследователя похоже удовлетворил ответ, потому что очередного вопроса не последовало. Тогда это сделал Сид.

«Зачем ты хочешь убить меня?» Это был не тот вопрос, на который ждут ответа, потому что мужчина знал его. Он просто хотел войти в контакт с тем, кто идет по его следу, чтобы лучше узнать своего противника.

«Я голоден!» Этот посыл вновь разорвал болью голову Сида. Мысль была брошена с такой яростью, что ощутилась как удар боксера-тяжеловеса.

«Я тоже! - ответил Сид с такой же силой и точностью и тут же почувствовал, что и Волк взвыл от боли. Это уже становилось похоже не на общение, а на боксерский матч. – Оставь меня в покое или я тоже начну охоту!» Ультиматум предложен.

«Ты называл себя человеком и думал, что человек слабее волка. Так раз ты сам признался в своей слабости передо мной, так почему ты думаешь, что я испугаюсь твоей урозы?»

«Потому что человек хитрее волка!» - ухмыльнулся Сид.

Преследователь промолчал. Он был озадачен: что означает эта фраза? Человек засмеялся, чувствуя, что теперь и у зверя появилась частичка страха перед ним. Волк даже остановился, решив полизать снег, чтобы увлажнить сухой язык. Он ведь даже не мог понять, что мужчина может и блефовать. Волк знал только одно, и это еще больше наполняло желчью его сердце, больше придавало ненависти к тому, кого он преследовал. Он остался последним! Из-за «человеков» вымерло все его племя. Они были хозяинами на этой земле. Жили, охотились. Иногда во чреве железных банок прилетали бледные «человеки» с Плутона, называя их землю «заповедником», но они не причиняли вреда их миру. И поэтому племена Волка никогда не трогали их. А потом появились другие – издалека, с земли, где есть свет, который в тысячу раз ярче света маленьких точек на небе. Тогда и их земля воспламенилась светом, который начал убивать все вокруг – и животных, и растения. Все, что попадало под этот свет, загоралось и погибало. Огонь. Припомнил Волк название того страшного пламени. Он остался последним из всего племени. И, чтобы еще какое-то время просуществовать, надо догнать и съесть этого человека.

«Я убью тебя! И разорвав твой живот, буду наслаждаться вкусом твоих кишок!»

«Попробуй! Я приберегу твой череп, как трофей, - ответил Сид и, собираясь продумать план охоты на Волка так, чтобы тот не узнал его мыслей, запел старую детскую песенку: - Нам не страшен серый волк, серый волк…»

За то время, пока Волк остановился и думал над словом «хитрость», Сид успел покопаться в его мозгах. И так как противник не знал, что такое быть хитрым, он не пел в это время песню, чтобы как-то утаить свои мысли. Сид узнал, что они на Фобосе были почти как люди, но как люди примерно каменного века. У них была своя община, свои законы, даже своя иерархия. Общались посредствам телепатии, так как голосовых связок у них не было; также письменности не имели. Слух, нюх и зрение развиты на высоком уровне, что делало их превосходними охотниками. Питались они только сырым мясом. До прибытия на Фобос людей они и понятия не имели, что такое огонь. Здесь никогда не было гроз, молний, отчего огненной стихии появиться было неоткуда. На их веку сюда даже метеориты никогда не падали, чтобы спалить тайгу. С огнем они в первый раз столкнулись, когда Фобос стал ареной боевых действий. И, вспоминая об огне, Волк испытывал страх. Теперь Сид знал, каким образом можно противостоять своему сопернику.

Если у Волка были клыки и когти, то Сид всегда хранил в кармане отличную зажигалку и фляжку с виски. Плюс - хорошо наточенный кинжал. А так же десятилетний стаж работы в марсианских шахтах, который закалил его здоровье круче железа. Это то, что нужно. Теперь он мог бороться с любым зверем, даже если тот будет мыслить, как Эйнштейн.

У Сида прибавилось сил. Он уже не шел, спотыкаясь и падая лицом в сугроб. Не пытался сбежать от преследователя. Даже желудок перестал ныть от голода. Свинец вытек из ног примерно в ста метрах позади. Сердце забилось сильнее, дыхание стало ровным, в крови закипел азарт. Навигатор он убрал в карман, так как мигающее красное пятно на его дисплее уже порядком поднадоело, а курс Сид видел теперь, даже закрыв глаза, что с темнотой Фобоса было почти то же самое. Он, не торопясь, ступал по рыхлому снегу. Если противник окажется слишком близко, почувствовать его будет несложно, и тогда Сид начнет свою охоту. А пока он потихоньку продолжал напевать песенку, чтобы не дать Волку пробраться в свои планы, или думал о Жюли. Мысли о любимой были даже более прочной преградой.

«У меня тоже была семья… И я любил… - услышал Сид позади себя. – Но вы разрушили все на нашей земле», - на этот раз в мыслях Волка не было злобы, в них была печаль.

И Сид увидел темную пещеру, но глазами Волка, способными глядеть сквозь мрак, поэтому каждое очертания жилища предстало его взору.

Полукруглый вход занавешен шкурой какого-то животного, даже маленький коврик у порога. В глубине пещеры в самом уголке большой стог сена из травы, растущей здесь под снегом. (Сид замечал ее, когда искал коренья.) Этот стог служит кроватью. В неглубокой нише земля тоже засыпана мягкой травой, только еще утепленна мехом животного. Детская. Для их маленьких волчат. Сид увидел, как три волчонка резвятся, играют в каменной пещере, в которой были чем-то сбиты все острые углы, чтобы невзначай детеныши не поранялись.

В том мире жила идеальная семья, которой могли позавидывать и люди. Да что там могли?.. Должны многие завидывать!

У Сида теперь пропал азарт, с которым он собирался охотиться на Волка. Когда десятки взлетевших с Фобоса ракет полетели в сторону Плутона, одна из них, набрав высоту, стала падать. И, черт подери, под ней оказалась именно та скала, в которой находилось жилище Волка. Сам он в это время охотился, считая, что в пещере его семья может быть в безопасности. Вернувшись с дичью в зубах, вместо родной скалы он обнаружил только груду камней, под которой навсегда остались погребены его Волчица и волчата (две самочки и один самец).

У Сида глаза сделались влажными. Но нет! Слезу пускать нельзя. Они не закадычные друзья. Нельзя жалеть Волка, иначе он почувствует слабость, которая присуща человеческому существу. Они враги на одном поле боя. Охотник и добыча. Только кто из них кто, пока неясно.

Сид продолжал так же медленно ступать по снегу, когда вдруг его нога за что-то зацепилась, и он повалился лицом в снег. От неожиданности Сид не успел даже вытянуть перед собой руки. Его голова полностью оказалась в сугробе. Лицо обожгло холодом, снег набился за шиворот. Поднимаясь, он смачно выругался и со всей силы пнул засыпанное снегом бревно, о которое споткнулся. Бревно издало какой-то булькающий звук, зашевилилось и стало выкарабкиваться из сугроба.

Сид отступил на шаг и достал из-за пояса кинжал. Он приготовился к схватке с очередным хищником. Когда «бревно» полностью оттряхнулось от снега, Сид ухмыльнулся и убрал оружие.

- Морти, ты как тут очутился? Черт тебя подери! – радостно вскрикнул Сид. И вдруг озадаченно подумал, почему, приближаясь, он не уловил его мысли. А подойдя, чтобы дружески хлопнуть попутчика по плечу, поймал себя на том, что и сейчас он ничего не чувствует. Сид силой пустил телепатическую волну в мозг Морти. От такого действия у человека сильнейшая головная боль нередко сопровождается кровотечением из носа. Но Морти даже не шелохнулся, а наоборот, поднял голову и безжизненными глазами уставился на Сида, который сосредоточенно продолжал лезть тому в голову. Но… там было пусто. С таким же успехом Сид мог пытаться прочитать мысли у дерева.

Морти – второй пассажир «Стикса» - летел на Плутон, где у него родился сын. Он был солдатом, участвовавшим в освобождении Харона, но благодаря радостному событию получил отпуск. Сид помнил его счастливое лицо, когда они ожидали взлета. Он не мог выговориться, разказывая о своей прекрасной жене и том, какое чудо она ему подарила. Сид не скупился на поздравления, но Морти словно и не слышал его. Все щебетал и щебетал, словно влюбленная девица. Пилот объявил о взлете, капсулы их закрылись, но Сиду казалось, что тот и этого не заметил, а продолжал все что-то говорить. Он тогда улыбнулся, подумав, сколько жизненной энергии в этом человеке, и даже не мог представить его на поле боя.

А сейчас перед ним стоял абсолютно другой Морти – восковой слепок с того счастливого парня. Глаза пустые, никакой мимики на лице. Сид видел его мертвое выражение даже сквозь сумрак Фобоса. Словно зомби. Единственным доказательством того, что перед ним стоял живой человек, были струйки пара, выходящие из его ноздрей. Следовательно, он еще не утратил способность дышать.

Как не пытался проникнуть в его голову Сид в надежде узнать, что же произошло, какой фактор «отморозил» его мозги, ничего не выходило. Во время катастрофы или здесь, уже на Фобосе, что-то повлияло на парня? Последнее страшило больше всего, так как Сид сам мог попасть под это воздействие. Но если бы у Морти вспыхнула хоть частичка разума, то Сид прочел бы в нем, что на счет Фобоса, можно было не переживать. Все случилось во время катастрафы. На «Стиксе» взрыв в механическом отсеке произошел прямо под капсулой Морти, разгерметизировав ее. Кислород в ней закончился раньше, чем она приземлилась на Фобос. Парень уже задыхался, и из-за сильного кислородного голодания мозга он превратился в живой труп, что для него теперь не имело никакой разницы – живой или мертвый. Морти превратился в растение с животным инстинктом – есть.

Сид не мог, конечно, всего этого узнать и надеялся на лучшее, что у парня просто шок – невероятно сокрушительный для его мозга, но шок, и на Плутоне ему можно будет помочь. Он вновь подошел к Морти, взял за локоть и как младенца хотел вести его к пилотской капсуле. Сид подумал, что борьба с Волком теперь осложиться, так его план рушился. Теперь стоило спасать еще и Морти. Сид поймал мысли Волка – тот ликовал. Парень будет тяжелой обузой, но бросать его он не собирался. Ему вспомнилось счастливое лицо Морти накануне отлета - сколько в нем было жизни! Подумал о его новорожденном сыне, о красавице жене, образ которой он видел перед полетом в голове парня, и опять о ребенке. «Нет, Морти, я не оставлю твоего сына без отца!» - решил для себя Сид и потянул парня за руку, но тот не сдвинулся с места. Тогда он попробовал похлопать его по щекам в надежде привести в чувство. Но когда Сид поднес руку к лицу Морти, тот впился зубами в его запястье. Сид вскрикнул от боли и пытался выдернуть руку, но Морти крепко ухватил ее своими пальцами и сильнее сжимал челюсти. Пока Сид вырывался, тому удалось перегрызть вены и сухожилия на левой руке.

Нащупав за пазухой фляжку с виски, Сид крепко сжал ее в ладони и со всей силой обрушил на голову Морти. Фляга смялась, пробка из нее вылетела, и жидкость, предназначаемая для борьбы с волком, потекла по лицу Морти, который не почувствовал боли, но челюсти все же разжал. Этого хватило, чтобы Сид смог освободить левую руку. Он попытался оттолкнуть Морти, но сам не удержал равновесие и упал на спину.

Серый снег вокруг обагрился кровью. Боль была адской. Он пытался подняться, но Морти накинулся на него сверху, на этот раз пытаясь зубами вцепиться в лицо. Сид предупредил атаку, подставив правую руку, удерживал парня от своего лица на расстоянии двадцати сантиметров. Левой, невзирая на боль, со всей силы бил его по лицу, одновременно посылая мощные телепатические удары в голову Морти, от которых обыкновенный человек потерял бы сознание. Но в глазах Морти жизни не было! Так почему он дышал и двигался? Этого Сид понять не мог.

«Приди в себя! Вспомни меня! Вспомни меня!» - бил он парня мысленными атаками. Но мозг Морти был каменной стеной, от которой отражалось эхо: «…помни меня… мни меня… меня… ня…» Сид уже не удерживал натиска. Сила парня с его безумием возрасла в два раза. Свободной, но покалеченной рукой Сид пытался теперь нащупать кинжал, но и посылать мощные импульсы не прекращал. «Морти! Вспомни меня! Кто я?» На долю секунды он уловил слабую искорку мысли в голове Морти, поэтому с большей силой бросил в него: «Кто я???» Тело парня расслабилось и немного подалось назад. На лице появилось задумчивое выражение.

- Сидни… - не шевеля губами, произнес Морти. На миг в его в глазах появилось какое-то осмысление, но только на миг. – Сидни… - еще раз, но уже невнятно пробубнил Морти и снова бросился на Сида, пытаясь вцепиться в оголенное горло.

Но Сид уже крепко сжимал рукоять кинжала в ладони. И, как только Морти наклонился, лезвие по рукоять вошло в его сердце.

- Не Сидни, а Сид, - с горечью выдохнул он.

Тело Морти обмякло и навалилось на Сида, тот скинул его в бок с себя и встал на колени перед трупом парня. Ладонью закрыл пустые глаза, которые казались сейчас более живыми, чем две минуты назад. Пристально всмотрелся в его лицо – такое молодое. Ему ведь не было еще и тридцати.

«Нет, Морти, я не оставлю твоего сына без отца!» Сид заплакал.

Склонившись над телом Морти, он забыл о Волке. Не думал о том, что у него больше нет горючего виски, сам он покалечен: на левую руку полагаться больше не стоило.

Привел его в чувства посыл Волка: «Обернись! Я не хочу вцеплятся тебе в затылок».

Сид обернулся. Перед ним стояло существо, похожее на волка – только в два раза крупнее, а вместо передних лап у него была пятерня с пальцами, когти на которых разгребали под собой снег. Глаза его алчно горели, в них отражались звезды. Из ноздрей клубами выходил пар. Весь его вид показывал – это был прирожденный убийца. Крепко сбитое тело, обросшее лоснящимся серым мехом, мускулистые лапы, мощные челюсти. Все это против одного кинжала и одной руки Сида.

Волк мысленно ухмылялся: «Тебя даже приятель съесть хотел. Вы, человеки, только и годитесь для пищи».

Сид медленно поднялся с колен, крепко сжал в правой руке кинжал и с ненавистью смотрел на Волка. Его уже не интересовал исход этого сражения.

Человек чуть пригнулся, готовясь к атаке. Волк присел для прыжка. Мысли обоих утопали в ненависти друг к другу. И не успели броситься рвать противника зубами, когтями, кинжалами, как из дебрей выскачила огромная рычащая тень. Хищник, превосходящий в размерах даже Волка, подбросил зверя вверх метра на два. Махнул лапой, и Сид отлетел, как пушинка, ударившись спиной о дерево. Перед глазами все поплыло. Но холодный снег, в котором присутствовала и соль, попал в рану, жгучей болью приведя человека в чувство.

Сид открыл глаза и сквозь мрак пытался разглядеть монстра, раскидавшего двух врагов, как оловянных солдатиков. Зверь был похож на медведя с длинной бурой шерстью, с хоботом и четырямя глазами: два по центру головы, два сбоку.

Противники были так увлечены ненавистью друг к другу, что даже не почувствовали приближающуюся для обоих опасность.

Отбросив Сида в сторону, этот слономедведь забыл о нем. Слишком мелкая добыча, когда есть Волк. Два зверя стояли друг против друга. Волк то отходил, то подходил, нацеливаясь на уязвимое место медведя. Он понимал, что если промахнется и попадет в лапы гиганта, то тому не составит труда раздавить его.

Сид начал медленно красться со спины медведя. Он полз, стараясь, чтобы снег хрустел под ним тише.

Но тут в голову пришел новый план. Сид дотянулся до сухой ветки и с силой сломал ее. Она хрустула не так громко, как он ожидал, но в этом напряжении звук показался оглушительным. Голова медведя инстинктивно дернулась в сторону Сида, и это сыграло на руку Волку. Он оттолкнулся задними лапами и прыгнул, целясь в горло медведя. Но и гигант не дожил бы на Фобосе до этих времен, если был бы таким простаком. Он успел сгрупироваться, поэтому челюсть Волка сомкнулась на плече медведя. Тот взвыл от боли и попытался оторвать серого противника, но челюсти Волка были словно капканы. Медведь бил его лапами, но Волк абстрагировался от боли. Он сильнее сжимал зубы и дробил ключицу гиганта, а мохнатыми руками-лапами пытался добраться до горла, разрывая его грудь острыми, как бритвы, когтями. Медведь еще раз замахнулся и кувалдой-лапой попал Волку в нос. Хватка челюстей ослабла. Тело Волка немного обмякло.

Больше красться Сиду было не за чем. Он видел, что его враг сдает под натиском другого врага. Сейчас он мог просто убегать, уверенный в том, что медведь, убив Волка, не погонится за ним, ведь в его лапах будет неплохая добыча. Но Сид не ломанулся в дебри. Он прыгнул на спину медведя. Левой рукой, забыв про боль, ухватился за ухо. Кинжал воткнул под лопатку мостра. Раздался оглушающий рев. Потом еще и еще удары кинжалом, которым Сид уже стал пользоваться как киркой, чтобы забраться по зверю выше, прямо на голову медведю. Хищник ревел, но дотянуться до Сида не мог, поэтому вновь обрушил всю ярость на Волка. Еще два удара, попавшие в нос, обессилили зверя. Челюсти разжались, и он упал под ноги медведя. Но Сид в это время уже смог дотянуться до места, куда целился. И как только нога медведя поднялась, чтобы размозжить голову Волка, Сид сразмаху вонзил длинное лезвие кинжала в глаз чудовища.

Первое, о чем он тогда почему-то подумал было: что если бы собрать всех жителей Плутона в одном месте и заставить одновременно закричать во все горло, то звук будет раз в десять тише, чем тот рев, который издал умирающий медведь. Он падал прямо на Волка, но тот все же нашел в себе силы и успел отскочить от громозкой туши.

Медведь был убит. Сид и Волк лежали по разные стороны гиганского трупа.

«Что такое схитрить?» - донеслись слабые мысли Волка.

«Не бери в голову!» - ответил Сид.

«Когда ты сломал ветку, чтобы отвлечь его, ты схитрил?»

«Не совсем… Это называется – проявить смекалку».

«Тогда мне придется умереть в неведении».

«Многого не потеряешь».

Сид лежал на спине и смотрел в темное небо Фобоса, где перемигивались звезды. Где-то там, на Хароне, Жюли, может быть, тоже смотрит на звезды и вспоминает о нем. На душе так легко. С мыслями о любимой не страшно ничто. Он вернется к ней! Он ведь обещал ей вернуться. Купит дом на Плутоне в каком-нибудь тихом квартальчике, где по утрам разъезжает молочник, а по вечерам вернувшаяся со школы ребятня гоняет мяч. И счастливо заживут они в своей маленькой пещерке. Утром Сид спешит на работу, а Жюли остается хлопотать по хозяйству. И трое детей (две девочки и один мальчик) будут, играя, носиться по комнатам. Вот она жизнь не зверя, но человека!

+2
23:07
267
Светлана
16:20
+1
Обалденный рассказ! Я в восторге! Склоняю перед автором голову.Очень интересно, реалистично, эмоционально. На данный момент, лучшая работа, что я прочитала из данной группы. Продумана вселенная, понятно кто с кем сражался и в каких политических отношениях рассы с друг другом, понятны мотивы персонажей. Круто. Сильно. Эстетично. Спасибо за такой увлекательный рассказ.
23:46
+2
Ну просто действие, действие, желание написать что-то. Тайга на Плутоне…
Не знаю. Все крутится вокруг очень расхожих сюжетов, достаточно старых, по меркам фантастики
14:15
+2
Напоминает старую американскую фантастику.

Автор хорошо потрудился, правда есть слабые места.

Извините, но думаю это будет полезно для дальнейшего творчества.

1) Плутон и Фобос? Фобос вместе с Деймосом у Марса, а у Плутона кроме описанного Харона, ест Стикс, Никта, Кербер и Гидра.

2) Плутон планета карлик, меньше нашей луны. А Харон меньше Плутона в восемь раз. Вы понимаете как это не удобно для колонизации.

3) Из-за большой удалённости от солнца температура там ниже -200.

Ваш мир продуман, даже искусственные лучи солнца есть (наверное имелись в виду лучи искусственного солнца), для создания колонии этого достаточно, но жизнь появится и эволюционировать в таких условиях не смогла бы.

К сожалению без знания темы, может получится фантастическая фантастика.

Чтобы не заморачиваться, делайте местом действия вымышленные планеты и спутники.

Расширяйте кругозор и пишите, у вас получается, вы молодец.

P.S. Солёного снега у нас тоже к сожалению не бывает. Это возможно при очень низких температурах, при которых человек за считанные минуты, станет куском солёного льда.
15:23
+2
Вода, замерзая, образует лед.

При этом в процессе замерзания лед образуется из пресной воды, а запас соли из нее вытесняется в морскую воду, которая попадает в прослойки между пресным льдом.

Получается такой «слоеный» пирог — слой пресного льда и тонкая прослойка воды повышенной солености, которая ввиду повышенного содержания соли имеет более низкую температуру замерзания.

В процессе замерзания прослойка соленой воды может полностью вытесниться из-под льда (это обычно и происходит при длительном процессе) — тогда лед будет пресный и его можно использовать в пищу и для питья.

Если же замерзание происходит быстро или лед относительно молодой — соленая вода могла и не выйти из прослоек между льдом. Тогда лед имеет соленый вкус — это по сути конгломерат пресного льда и густого рассола.

В среднем же соленость льда из морской воды в 4 раза ниже солености морской воды (3-8 промилле), а общие пределы солености варьируются от 2 до 20 промилле.
Прямо вот задело меня это утверждение. Пошла я искать информацию — возможно ли в неземных условиях существование солёного льда. Попутно искала информацию, которая у меня в голове давным-давно застряла, мол, на Плутоне не менее 20 видов твёрдых состояний воды, которые невозможно создать на Земле. Не нашла, может, придумала сама или неправильно поняла… Рассказ не читала. Но солёный лёд допустим. Тем более на Плутоне. Убеждена в этом.
12:28
+2
Всё правильно говорите )

Просто события происходят в тайге, и речь в рассказе не о льде, а о снеге. А снег это «замёрзший» дождь, а дождь это дистиллированная вода, минеральных примесей там нет.
Мозг отказывается понимать как его «посолили» unknown

А ещё рассказ напомнил «Любовь к жизни» Джека Лондона
14:11 (отредактировано)
+1
Хорошо построены и много препятствий у героя, но есть логические… ээ… недочёты.

«даже своя иерархия»
почему «даже», иерархия это нормально и у наших не разумных волков она есть. я бы сказала «и разумеется, была иерархия»

финал-то непонятно они выжили или нет ))) чую, что нет… у мужика большая кровопотеря, про волка не знаю.
14:03
+1
Идея понравилась. Исполнение сильно хромает.
13:49
+2
Хороший рассказ. Боевое фэнтези.
Много ошибок и нелепых фраз, да и штука с этим зомби-Морти неправдоподобная — где это видано, что от кислородного голодания люди становились зомби?
Пример нелепых фраз:
Но революция против власти землян еще не была окончательно подавлена. Вспышки терроризма велись почти ежедневно. 

Но в целом, бодренький рассказ. Автору спасибо!
Автор! У вас ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ рассказ. Красивый, интересный и оригинальный. Кто-то пишет в комментариях про недочёты, на самом деле это придирки к мелочам. Произведение очень хорошее. Искренне желаю победы.
Илона Левина