Илона Левина

Прыжок в никуда

Прыжок в никуда
Работа №15

Наш преподаватель по теории космоса очень любил наглядные пособия. Одним из самых используемых им предметов был простой лист бумаги. Помню, как на первой вводной лекции он взял лист и сказал:

- Космос – очень простая в своей сути и в теории штука. Он – как вот этот лист бумаги. Возьмите в руки каждый по листу. Видите? Они двухмерные, плоские. Не будем углубляться в микрокосмос с его слоями молекул, господа студенты… Теперь сложите лист пополам. Что получилось? Ага! Лист уже имеет три измерения.

Он взял лист за края и несколько раз развернул-свернул его, будто крылья бабочки. Поднёс его к лицу и посмотрел на нас между линий этой импровизированной буквы V.

- Теперь у него есть не только длина и ширина. Теперь у него есть что-то между вот этими векторами и плоскостями… Пустота, вакуум, пространство или подпространство – вариантов названия много. И в перемещении через это «что-то» вся идея Прыжков. Между двумя точками на скомканном листе всегда два пути: первый – множественный и равняется он выбранному вами расстоянию при движении по плоскости самого листа. Расправьте лист и нарисуйте две точки. Между ними можно проложить не только прямую, согласитесь, но и любое количество самых извилистых линий. Это и есть маршруты в привычном для нас плоском космосе. А вот второй путь…

Он взял со стола длинную металлическую иглу. Видно было, что такая демонстрация свойств космоса доставляет ему истинное наслаждение. Держа сложенный вдвое лист перед лицом, он проткнул его иглой насквозь и с улыбкой первооткрывателя посмотрел на аудиторию:

- Второй путь, господа студенты, это нестабильная по протяжённости прямая между точками, расположенными на поверхности смятого листа. Если лист развернуть – путь будет длиннее, если свернуть – короче. Можно долго чертить линии по длинному пути, а можно сложить лист, увидеть безликую черноту пространства и, прыгнув по прямой из точки А, оказаться в точке Б значительно быстрее. Это и есть Прыжок – мгновенное перемещение на чудовищные расстояния, измеряемые световыми годами. В процессе подтверждения такой теории структуры космоса и была открыта прыжковая физика. Именно её мы будем изучать на протяжении двух семестров.

***

Это было на втором курсе, почти двадцать лет назад. Занятия пролетели быстро, лично у меня в памяти от них осталась только вот эта демонстрация сминаемого космоса. Серьёзно – почти ничего не понимаю в том, почему космос плоский и объёмный одновременно, все эти пространства-подпространства. Да и, в конечном итоге, это не моя забота. Что-то слышал про проколы темной материи, погружение в кротовые норы, о том, что вакуум равняется нулю и не имеет расстояния, вот и всё. Как говорится – я человек маленький и необученный. Винтик…

Обычно «винтик» на лифте доставляют на орбитальную станцию, откуда в капсуле за полчаса переносят на «Джампер-OIPC» – корабль, сминающий пространство и приближающий другие звёздные системы на расстояние вытянутой руки.

Вот и сейчас проходит стандартная процедура на выходе из лифта.

- Сэр, от лица компании «Орбитал Стэйшн» рада приветствовать Вас на станции «Надежда»! – Девушка на ресепшн сияет улыбкой и римской цифрой XI на лацкане униформы. Ещё бы ей не сиять – ведь из лифта вышел я, тайм-детектив Артур Родриго Верос, гражданин категории C++, уважаемая личность, единственный на планете представитель своей профессии. Да, ещё и красавчик.

Девушка тоже ничего, кстати. Жаль, что только одиннадцатого ранга, до буквенных категорий ещё жить и жить. Хотя, после возврата из Прыжка можно познакомиться и поближе, ранги этому не помеха – визитку взяла и подарила новую улыбку, уже персональную, а не дежурную.

За следующие десять минут она поместила меня в капсулу, улыбнулась ещё раз и вот я уже в полчасе полёта до Луны. Там Джампер и Прыжок. Ну а девушка… А девушка потом. Пока есть время подумать и помечтать. Ведь моя работа – точнее, успешность моих командировок и Прыжков и следующее за ними накопление баллов гражданства – приближают меня к моей Цели. И каждый раз полёт в капсуле под тихую мелодию напоминает мне о ней.

***

Мечта моя связана с Прыжком без возврата, Прыжком в никуда, Прыжком в будущее. Дело в том, что пока что дальность любого Прыжка ограничена двумя сотнями световых лет, дальше начинаются какие-то там сложности с расчётами. Джамперы же работают на аккумуляторах, энергии в которых хватает только на обратный Прыжок, иначе земляне заселили бы уже всю Галактику. Теоретически можно прыгнуть и дальше, вторым прыжком снова вперёд, уйти на четыреста лет истории назад и посмотреть на прибытие капитана Кидда в Бостонскую гавань, но только вернуться на Землю уже не получится. Подпространство забирает энергию невероятными объёмами, для перезарядки аккумуляторов используют все мощности последних двух оставшиеся на Земле атомных электростанций.

Так вот, к капсулам. Примерно в таких капсулах, как та, в которой сейчас лежу я, сорок лет назад лежали переселенцы в другие миры. Тогда в спаренные безвозвратные прыжки ушли семь кораблей поколений – Альфа, Бета и так далее – с лучшими представителями человечества, гражданами высших буквенных категорий. В разные стороны космоса, на триста-четыреста лет в бесконечность, к открытым планетам земного типа. Сейчас такие корабли стартуют к новым мирам каждые пять лет.

Это и есть моя Цель – давно хочу подать заявку на невозвратность, но пока идея так и остаётся мечтой. Хотя, ещё через два-три года безупречной работы гражданский статус выйдет на уровень «В+» и мечта может стать реальностью. Безвозвратный Прыжок в компании с такой вот девушкой, как на ресепшне, новый мир…

***

Монитор стыковки показал Джампер. Огромная конструкция, совсем не похожая на привычные по картинкам из романов сияющие космические ракеты, бесформенным сплетением геометрических фигур висит в тени Луны. Говорят, 96% веса Джампера занимают атомные аккумуляторы – стартовый и возвратный, каждый из них размером с Манхэттен. Спутник нашей планеты, со слов ученых, играет роль экранирующего щита, защищающего колыбель цивилизации от возможного негативного эффекта Прыжка. Типа, если аккумуляторы «бахнут», то вдребезги разнесёт только Луну… Главное слово – «возможного», никто ничего не доказал, но страховка – краеугольный камень работы в космосе.

К моменту моего появления на «Джампере» компьютер уже завершает расчёты, мне остаётся занять своё место и выразить согласие на Прыжок. Каждый раз я и экипаж, я и пассажир. Такие же корабли, как этот, используются Всемирным Институтом космических исследований для экспедиций и разведки новых миров в пределах двухсот световых лет. Но «Джампер» со мной на борту – совсем другое дело.

Прыжок! Мгновение полного забвения, абсолютной темноты и тишины. Миг где-то между складок космоса. Почти незаметно. Только полностью разрядился стартовый аккумулятор и теперь энергию даёт возвратный.

***

Я – не учёный астронавт и не отважный первопроходец к другим планетам. Я – детектив, полицейский, космический Шерлок Холмс. Не случайно в самом начале своего рассказа я упомянул, что Прыжок переносит корабль и меня на световые годы. Не парсеки, не триллионы километров. Физически, конечно, так и происходит, но настоящий Прыжок – это скачок во времени, в прошлое. Свет, а вместе с ним и информация ноосферы идут по листу двухмерного космоса, а я – перепрыгнув через складку пространства – встаю на их пути. Сейчас, судя по сведениям бортового компьютера, «Джампер» застыл в информационном отпечатке Земли начала ноября 1977 года. Я не волшебник и предотвратить убийство, совершенное больше века назад, не смогу, но проследить за преступником и установить его личность – вот это уже моя работа.

После открытия прыжков и развития ноосканеров история человечества стала точной наукой. Телескопы видят на миллиарды световых лет вглубь космоса, заглядывают в глубокое прошлое звёзд и планет. А тайм-детектив с помощью ноосканеров расследует преступления давно минувших лет, я вижу криминальное прошлое Земли. Каждый объект материального мира имеет информационный отпечаток, а ноосканер транслирует его в мозг оператора, визуализируя и представляя для анализа звуки, цвета и даже запахи с места преступления, даря возможность отследить перемещение преступника после совершения преступления.

Чтобы избежать недопонимания, сразу отмечу – распяли ли Иисуса и насколько Библия и Коран с Торой точны в историческом плане – мы не знаем. Прыжки ещё не настолько далеки, но работа в этом направлении идёт. Недавно обнаружены ещё две планеты на расстоянии более тысячи двухсот световых лет от Земли, уже готовятся экспедиции к ним с колонизированных планет, так и до библейских историй скоро доберемся. Хотя, не в этом суть.

Повторюсь – я не историк, я детектив. «Джампер» потому и имеет статус «OIPC» – он закуплен Интерполом для расследования особо тяжких преступлений, сбор информации из ноосферы по которым поручен мне.

Вообще-то, с появлением возможности изучения прошлого, бытовая преступность, как социальное явление, практически изжила себя. Выведенные на орбиту Плутона три автоматических ноосканера пишут на мнемоносители любое деяние, совершенное на Земле в течение прошедших пяти часов. Законодательство, приведённое в соответствие реалиям, отменило сроки давности, преступник должен быть установлен и привлечён к ответственности, даже если его кости давно сгнили. Родственники потерпевшего имеют право на компенсационные выплаты от правительства, родственники преступника – обязаны пройти процедуру проверки на чистоту.

Тайм-детектив раскрывает преступления из более далёкого прошлого. Каждый Прыжок уводит меня всё дальше и дальше в глубину лет. После сбора доказательственной базы по всем преступлениям в одном месяце я возвращаюсь, сдаю файлы, отдыхаю и прыгаю в другой временной период. Сегодня первый из распакованных файлов предлагает расследовать убийство некого господина Векслера.

Мне предстоит раскрыть преступление, совершённое неустановленным до настоящего времени лицом в окрестностях американского городка Тенвилль туманным утром четвёртого ноября 1977 года от рождества Христова. Жертва, Ирвинг Векслер, в скользящем мимо меня информационном поле ещё жив, идёт на встречу по поводу продажи дома в частном секторе пригорода. Где-то рядом его ждёт убийца, по одной из версий – последователь Берковица, «сына Сэма». Его-то мне и надо установить, определить личность и представить доказательства вины суду. Кто такой этот Векслер, мне не известно – до прибытия на место преступления, а именно в точку Б, информацию о преступлениях не раскрывают, в целях устранения личной заинтересованности. Ну да, ну да, в 1977 ещё даже мой дед не родился.

Я люблю свою работу. Приятно чувствовать, что даже спустя многие десятилетия после преступления карающая длань закона настигнет если не преступника, то его потомков, у которых по решению суда будет проведена чистка генов с целью устранения предрасположенности к насилию. Жесткий, но справедливый лозунг, устаревшим готическим шрифтом сияющий под гербом Интерпола, лучше всего передаёт всю суть и значимость моей работы. «Duralex, sedlex» - в этом весь смысл полицейских будней.

Будто из учебника, в памяти всплыли строки Кодекса. За умышленное причинение смерти другому человеку, совершённое одним из предков, его живущие на момент вынесения приговора потомки подлежат понижению в гражданском статусе до низшей категории «XV», лишению собственности и генетической чистке. Стопроцентно приводящей к бесплодию, к слову. Такая вот справедливость через века, ответственность потомков за проступки предков.

- Компьютер, открыть дело. Загрузить координаты учётной карты из файла. Активировать ноосканеры. Синхронизировать информационный поток. Доложить по готовности к началу работы.

- К началу работы готов. – Металлический голос звучит в рубке одновременно с начавшимся затемнением. Мою голову мягко охватывает прохладный обруч совмещения сознания с тем потоком информации, который скользит сейчас мимо Джампера.

- Старт…

***

Никаких спецэффектов, взрывов Сверхновых и круговорота звёздных систем. Всё также буднично, как и Прыжок – миг темноты, перенастройки создания, подготовки нейронов к приёму новой информации. Ноосканер совершенно обыденно соединяет мой разум со слепком реальности, ушедшим с Земли в далёком 1977 году, находит место по учетным координатам и вот подо мной, метрах в ста, расстилается серый ландшафт пригорода Тенвилля времен Великой энергетической аварии в недалеко расположенном Нью-Йорке. Сколько таких мест промелькнуло перед глазами за время работы – и не сосчитать.

Клочья тумана только начинают расходиться под лучами пробивающегося сквозь тени невысоких домов солнца, когда на пустыре тормозит серебристый широкий «Кадиллак» с деревянными лакированными панелями на дверях. Ирвинг Векслер, агент по продаже недвижимости, полностью соответствует фотографии из дела: невысокий, плотного телосложения, но не толстый, в узкой серой шляпе и таком же, сером и мятом плаще, который ему немного жмёт в подмышках и на животе. Убийство произошло около автомобиля, труп был обнаружен в 07:30, Векслера ударят ножом три раза в спину в течение ближайших минут, труп будет лежать головой в багажнике.

Ну, чего ждём? Он обходит автомобиль и открывает крышку багажника и в этот момент из-за угла дома быстрым шагом выходит мужчина: белый, высокий, возраст – меньше тридцати, одет в длинный чёрный макинтош и шляпу. Несколько широких шагов, тихий скрип гравия под резиновыми подошвами и вот уже картина места происшествия приобретает тот вид, который оформлен в протоколе. Тело убитого ещё сучит ногами, пытаясь доказать мозгу необходимость жизни, а я уже вешаю метку индикатора на убегающего от машины убийцу, в руке которого зажат портфель агента. За домом стоит старенький «Понтиак» без номеров, тут же удостоенный метки. Через пять минут портфель вылетел в окно движущейся машины и канул в туман под мостом, тоже сверкнув меткой. Часовая гонка по непривычно пустынным улицам закончилась в одном из арендных ангаров, во множестве заполонивших прилегающую к порту территорию. «Понтиак» был оставлен за закрытыми дверями, пачка отмеченных мной бумаг засунута в глубокий внутренний карман плаща. Ещё через сорок минут убийца оказался у себя дома и вошёл в дверь с прибитой к ней адресной табличкой с фамилией владельца.

Дальнейший путь по сбору доказательств был покрыт для меня туманной пеленой. На полном автомате, строго следуя алгоритму протокола, я зафиксировал на мнемоноситель место нахождения «Понтиака» и адрес ангара, снял координаты места падения портфеля и даже сохранил данные о нашедшем его мальчишке, отследил номер почтового сообщения с вложенными похищенными бумагами. Потом просто летал над домами…

К вечеру пасмурного дня, понимая безвыходность ситуации, вышел из ноосферы. Компьютер автоматически внёс в отчёт все собранные мной данные и закрыл дело. Отменив загрузку следующего файла, я долго сидел в кресле и думал, прежде чем дал команду приступить к Прыжку возврата. Долго думал о точке Б…

Эффект бабочки – это выдумка фантастов. Прошлое нельзя редактировать, прошлое – только пакет данных на волне ноосферы, со скоростью света несущийся по плоскости космоса. «Именно этому нас учили в институте прыжковой физики» – внезапно всплыли в голове забытые знания. И эту аксиому сейчас, ожидая возвращения на Землю, я хочу опровергнуть больше всего на свете.

«Dura lex, sed lex», говорите? Всю нереальную жестокость и несправедливость этой древней пословицы понимаешь только в тот момент, когда её применяют к тебе самому.

Когда убийца Ирвинга Векслера – твой прапрадед.

Когда вместо корабля поколений и улыбчивой красотки с цифрой XI на лацкане тебя ждёт совсем другая судьба. И ничего изменить нельзя. Прыжок в никуда…

0
00:07
22
Илона Левина