Валентина Савенко №2

Я тебя вижу!

Я тебя вижу!
Работа №36
  • 18+

Отставной военный хирург Евгений Фёдорович Сковородкин выскочил из подъезда своего дома и остановился. Мимо, неестественной походкой, проковылял зомби. Во внутреннем кармане камуфляжной куртки у Евгения Фёдоровича лежал завёрнутый в полиэтилен прививочный сертификат. Сковородкин в действие вакцины «Антизомби V» давно удостоверился — зомби человека не замечали, но каждый раз, встречаясь с мертвяками Евгений Фёдорович впадал в ступор.

— Ук-колотый, — заикаясь, с трудом прошепелявил зомби, сделав очередной шаг.

Евгений Фёдорович вздрогнул.

— Ук-колотый, ук-колотый, ук-колотый, — как заклинание повторил живой мертвец и остановился.

Сковородкин звучно икнул. Зомби, отреагировав на звук, неуклюже развернулся на месте.

— Да! — неосознанно воскликнул Евгений Фёдорович.

Зомби оскалился.

На протяжении нескольких лет Евгений Фёдорович торговал сковородками. Ассортимент посуды для жарки не большой, но весь товар высококачественный. Бизнес, начавшийся в крохотной палатке на рынке, оказался успешным. Евгений Фёдорович даже сменил фамилию Мочалин на Сковородкин. Спрос, как известно, создаёт предложения. Через пару лет ИП Сковородкин перебрался из палатки в собственный магазинчик, который на скопленные им деньги построили рядом с рынком. В ассортименте появились: жаровни, сотейники, сковородки гриль и сковородки вок.

«Сковородка — это зеркало души» — гласила новая вывеска, прикреплённая к кирпичной стене магазина.

Зомби, щеря гниловатые зубы, продолжал пристально смотреть на человека.

Первая волна зомби-апокалипсиса заставила людей испытать шок. С точки зрения науки, зомби не существует. Ведь зомби — это мертвец, оживлённый при помощи колдовства. Но никакого колдовства в реальности быть не может. Следовательно, зомби — это выдумка, которую можно повстречать исключительно в художественных произведениях, играх или фильмах. Любой другой апокалипсис люди допускали, и он произошёл, когда появился неизвестный ранее вирус. За две недели вирус умертвил большую часть населения Земли, из примерно восьми миллиардов человек осталось меньше одной трети. Ещё через неделю их стало вполовину меньше. А потом, когда всё умершие ожили и превратились в зомби, случился тот самый шок.

Вторая волна научила выживать. Не подвергшихся вирусу людей эвакуировали в специальные лагеря, окружённые минными полями.

К третьей волне готовились всем миром. Разработали вакцину. Увы, первые эксперименты оказались неудачными, но разработки продолжили.

Евгений Фёдорович, взмокший от назойливого любопытного взгляда мертвяка, про себя повторял: «Я вакцинирован… Я вакцинирован…» в ужасе, что вакцина может не сработать.

Наконец, Сковородкин отважился и сделал осторожный шаг, не бросив ни одного взгляда на зомби. Он страшился на него смотреть. За первым шагом последовал второй, за вторым третий… Реакция зомби была очень важна, но остановиться и оглянуться Евгений Фёдорович просто не мог. Он всё ещё панически боялся тех изменений, которые заметил в поведении мертвяков неделю назад. Собственно, они и явились причиной его задержки в городе.

В составе группы военных он бродил по улицам родного городка, позволяя своим спутникам убеждаться в эффективности разработанной им вакцины «Антизомби V», постепенно погружаясь в осознание собственной гениальности, купаясь в ней, ставя себя в один ряд с известными учёными всех времён и народов.

Его вера в себя рухнула через неделю. Их отряд двигался назад, в сторону лагеря. Он собирался сделать воякам дополнительные инъекции, и сделал бы, не затей те игру: «Кто круче?» Сковородкин видел, как накапливающийся годами страх исчезает. Солдаты жаждали мести за пережитый ужас. Бесшумные выстрелы в затылок, падающие зомби и восторженный крик сержанта: «Семь — шесть, Жбан ведёт!» А потом всё закончилось. Спорщики исчезли среди толпы каннибалов.

Когда у сержанта, оказавшегося в кольце разлагающихся тел, закончились патроны, он посмотрел в сторону медика. В самой глубине его глаз застыл вопрос: «Да как так-то?» и оттого, что Евгений Фёдорович не в силах был на него ответить, боль и обида.

Сковородкин мог спасти солдата. Их разделяло всего несколько метров, он мог бросить сержанту заранее приготовленный шприц, но вместо этого вколол себе добавочную дозу, так, на всякий случай. В тот момент Евгений Фёдорович презирал себя, как врача. С другой стороны, он упивался действием вакцины. Не беда, что она действует всего семь дней, главное — действует. Разъярённые зомби его по-прежнему не замечали, кроме одного, стоящего чуть в стороне и пристально рассматривающего человека. «Стоит и стоит», — раздражённо поморщился Сковородкин. Анализировать поведение мертвяка он не стал, просто запомнил все увиденное, и опрометью ринулся домой.

По дороге Евгений Фёдорович решил, что необходимо продолжить работать над вакциной именно в городе. С наслаждением представлял, как возвратившись в лагерь, явит миру новый, более длительный по времени антивирус. Придерживая дверь своей студии, он слышал в ушах воображаемые крики «Браво!», но те молниеносно прекратились. Увиденное мгновенно отрезвило. В его квартире словно бы прошёл свирепый ураган... Ламинат усыпан осколками стёкол. На обоях и полу — языки копоти и выжженные пятна, будто там рвались пороховые заряды. На плите лежал чей-то изуродованный труп. Вздохнув, Евгений Фёдорович вышел на лестничную площадку, зачем-то запер дверь, спустился на первый этаж и, оказавшись на улице, встретил «разговорчивого» зомби, того самого мертвяка, который недавно рассматривал его.

— Ук-колотый, — заикаясь, снова прошепелявил живой мертвец.

— Да! Да! Да! — взорвался Сковородкин, свирепея.

Зомби хихикнул.

Евгений Фёдорович обмер. Он уже слышал этот смех. Так хохотать мог только Даун — Андрюша Мурин, внук Марии Семёновны, проживавшей в квартире этажом выше, слегка заикающийся, страдающий врождённым слабоумием.

Сковородкин, мысленно чертыхнулся, поморщился. Синдром Дауна — тяжёлая и неизлечимая болезнь, вызванная присутствием в геноме человека лишней хромосомы. В нормальном геноме двадцать три пары хромосом, одну хромосому из пары человек получает от матери, другую — от отца. Оба родителя сорока девятилетнего Андрюши при жизни пили по-чёрному, так что их сынок получил ещё тот набор хромосом. Вообще-то люди с таким диагнозом редко доживали до пятидесяти, а, следовательно, Андрею Мурину в какой-то мере повезло. А ещё вирус скрыл характерные физические признаки синдрома Дауна: «плоское лицо», короткий нос, вечно открытый рот, воронкообразную грудную клетку. Не то чтобы вирус сделал мужика привлекательнее, нет, но сильно не навредил.

Первым порывом Евгения Фёдоровича было желание размозжить башку психу, который на протяжении многих лет, вместе со всем своим семейством и алкашами со всей округи, тиранил соседа снизу. Потом вспомнив, что после смерти родителей в квартире наверху поселилась доброжелательная старушка, на плечи которой легли практически все заботы о неразумном внуке, успокоился. Соседи уже не были такими громкими. Семёновна скончалась за несколько дней до появления вируса. Андрюша остаток жизни должен был провести в лечебнице.

Сковородкин сделал ещё один шаг и, остановившись, задумался. Зомби не видят людей. Они слышат нутром, чувствуют тепло поблизости. Они неспособны произносить осмысленные фразы. У некоторых может сохраниться остаточная память и, скорее всего, это и произошло с Дауном. С другой стороны, что привело его с другого конца города к родному дому? И вдруг он реально его видит? Евгений Фёдорович скупо матюгнулся сквозь зубы, затем развернулся и зашагал к Андрюше-зомби.

— Андрюша, здравствуй!

Зомби снова оскалился.

— Я Сковородкин Евгений Фёдорович, твой сосед снизу.

— Д-да ид-ди ты… — прохрипел в ответ Даун.

Сковородкин выждал паузу, в услышанные слова не верилось, к тому же он растерялся. Взгляд у Дауна был… сложный. По убеждению Евгения Фёдоровича, лучше всего подошло бы именно это слово. В глазах зомби жутковато переплелись злость, упрямство, боль, и ещё что-то… Это «что-то» заинтересовал хирурга. По сути, перед ним стоял хищник, жаждущий кромсать зубами «живое мясо». Но слова его были разумны.

— Ты меня видишь? — сипло произнёс Сковородкин.

Даун не ответил, к тому же закрыл глаза. Евгений Фёдорович стоял и глядел, не зная, что делать дальше. Зомби не шевелился, только худая грудь под мятым синим спортивным костюмом с изображением спортивного клуба «Динамо» двигалась в такт прерывистому дыханию…

— Ты меня видишь? — через несколько секунд, снова спросил Сковородкин. Даун стоял неподвижно.

Ответом стало всё то же безмолвие. Сковородкин чуть помедлил, и пошёл боком дальше по улице, не выпуская зомби из вида.

«Глупо было на что-то рассчитывать, — удручённо решил Евгений Фёдорович. — Зомби не способны думать, выполнять сложные действия и уж тем более осмысленно говорить».

До магазина он добрался за час. Всерьёз переживая, что застанет его разгромленным, но опасения оказались напрасными. Внутри царило спокойствие, никаких следов проникновения. Без изменений, правда, не обошлось: снаружи исчезла вывеска, кто-то оторвал её от стены. Сковородкин не исключал, что этот «кто-то» один из зомби, но смысла в его агрессии к неодушевлённому предмету не находил. Евгений Фёдорович запер дверь и облегчённо выдохнул. Встреча с соседом… Даун хренов…

Сковородкин стянул с себя верхнюю часть камуфляжа, чуть поразмыслил, и перетаскал из склада в прихожую все имеющиеся в магазине сковородки. Вдруг зомби ночью попытаются штурмовать дверь. Из оружия у Евгения Фёдоровича был пистолет-пулемёт «Кедр» без глушителя, но его он использовать даже не собирался, шума много, а звук удара сковородки о голову мертвяка глухой, почти не слышный. «Может, и не полезут, на окнах — решётки, двери железные, но лучше подстраховаться», — решил Сковородкин.

Евгений Фёдорович наскоро поужинал галетами из единственного оставшегося у него армейского сухпайка и лёг спать: завтра с утра надо было приниматься за работу над новой вакциной. Сон не шёл, хотя уже слышались крики «Браво!» Наслаждаясь ими Сковородкин всё-таки задремал.

Разбудил его стук в дверь.

Евгений Фёдорович мысленно сплюнул, взял сковородку и пошёл к окну, чтобы пересчитать зомби, решивших штурмовать его магазин. Немного отодвинул штору, и невольно отступил на шаг. Замер. У двери, освещённый луной, стоял единственный мертвяк. Сковородкин невольно поёжиться — это был Даун. Через секунду Евгений Фёдорович метнулся в сторону окна у запасного выхода. Выглянул. Никого. Вернулся к входной двери, остановился и прислушался. Тишина. Подкрался к окну, снова выглянул. Даун стоял метрах в пяти от входа.

«Что же ты такого задумал?»

Через пару минут, сжимая в руках сковородку, Евгений Фёдорович осторожно начал по миллиметру приоткрывать дверь: готовый в любой миг захлопнуть её. Он прекрасно осознавал, что рискует и ждал худшего…

Случившееся имело только два объяснение: или — зомби за ним следил, или — Даун не собирался проникать в магазин, а просто хотел поговорить. Второе — это, конечно же, бред.

«Господи, что я творю!», — мелькнуло в голове Сковородкина, когда он почти полностью открыл створку двери и негромко произнёс:

— Что тебе нужно?

Даун стоял на прежнем месте. Евгений Фёдорович облегчённо выдохнул сквозь зубы. По крайней мере — он успеет закрыть дверь, если мертвяк решится напасть.

— Что тебе нужно? — чуть громче повторил вопрос Сковородкин.

Даун молчал. Евгений Фёдорович покусал губы, раздумывая, что делать. А потом, решив вернуться в магазин, потянул дверь на себя…

— Я тебя вижу, — неожиданно произнёс зомби.

Сковородкин от неожиданности резко захлопнул дверь.

— Так, спокойно… — он помассировал голову, в которой носился рой мыслей. — Что за хрень творится?!

За дверью послышалось подобие шороха. А потом голос Дауна глухо повторил:

— Я тебя вижу.

— Проваливай, дебил! — воскликнул Сковородкин.

Евгений Фёдорович ожидал хоть какой-нибудь ответ, стук, шаги, любой звук: но по ту сторону двери снова было тихо. Сковородкин сел на пол. Зло и возбуждённо, глуша страх, выдохнул:

— Сука! Что делать-то?

Через минуту Евгений Фёдорович вздрогнул, встал, сжал кулаки и шагнул к двери…

  • * * *

Евгений Фёдорович снял камуфляж, одел белый халат, с профессиональной ловкостью стянул все завязки, затем вымыл руки, поглядывая на привязных к столам пациентов.

Неделя оказалась удачной. Сковородкин чувствовал, что близок к сотворению новой вакцины. С мёртвыми он вёл себя достаточно раскованно, но осторожно, а ещё он чувствовал себя не менее чем властелином. Он решил продавать антивирус, но не за деньги, которые давно обесценились, а за личную преданность новому Властелину мира, то есть Евгению Фёдоровичу Сковородкину. Фамилию он снова решил понять, но ещё не придумал на какую.

Сковородкин прошёл между рядами столов, читая надписи на белых карточках:

— Киноман. — Любителя белых экранов он пленил в кинотеатре, тот сидел в зрительном зале и пялился в одну точку на экране, а может его переклинило и он смотрел фильм, с этим хирург решил разобраться позже. — Добро пожаловать в команду!

— Зомби-блондинка. — Её он приволок с улицы Ленина. Хирург склонился над мёртвой девушкой. — Вы сегодня ослепительны, дорогая. Кто бы мог подумать, что у вас такие сильные руки. Если бы не чугунная сковородка… Простите, за проломленный череп, сейчас я вам его подравняю.

Евгений Фёдорович подрезал череп по кругу, приподнял верхнюю часть черепа и несколько минут изучал мозг. Потом бросив отделённую часть черепа на пол, громко рассмеялся.

— Так намного лучше! — произнёс он, и перешёл к следующему столу.

— Приветствую вас, молодой человек. — Парень, лет двадцати пяти, смотрел на него пустыми, стеклянными глазами. — Знаете, что я сейчас сделаю, мой юный друг? Во-первых, отрежу вам голову.

Евгений Фёдорович включил бензопилу и отрезал голову зомби.

— Теперь — положу её на сковородку. Это теперь мой ужин.

Сковородкин на минуту погрузился в воспоминания о своих злоключениях. Еда кончилась через неделю после встречи с Дауном, антивирус за это время сделать не удалось, пригодные для опытов тела мертвяков попадались редко. Из съедобного у зомби только мозг. Сначала Евгению Фёдоровичу было противно, но потом он привык. Человек привыкает ко всему.

Сковородкин бродил по своим владениям, склоняясь то над одним, то над другим пациентом, с каждым разговаривал.

Последним оказалось тело Дауна, того самого соседа который «видел».

— Я тебя вижу, — произнёс Даун.

— О, я снова слышу эту фразу! — расхохотался хирург, поднимая на уровень глаз стеклянную баночку с глазами зомби. — Ты очень подвёл меня Андрюша, очень!

Голосовая речь для зомби такая же сложная задача как бег. Даун «убегал» и прятался от Евгения Фёдоровича почти две недели.

Даун попробовал приподняться.

— Глупо, — проговорил Сковородкин, склоняясь телом. — Ты всегда говоришь одну и ту же фразу, но я уверен, ты можешь...

— Пр-рекрати, — прошептал Даун, — уб-бей!

Евгений Фёдорович умиротворённо улыбнулся и сказал:

— Не могу, ты ключ к вакцине.

Даун застонал. Стон длился секунды три, не дольше: а потом зомби затих.

— Э, ты чего удумал? — испуганно вскинулся Сковородкин. — Ты не можешь умереть, ты уже мёртв!

По телу Дауна прошла судорога.

Евгений Фёдорович неуклюже попятился от него, забыв разогнуться. В широко раскрытых глазах застыл ужас.

Вдруг сбоку раздался срывающийся голос мёртвой блондинки:

— Умер! Умер! Умер!

Затем те же слова произнесла отрезанная голова.

Через секунду хирург понял, что что-то не так. Тела всех мертвяков мелко завибрировали. Отрезанная голова, свалилась на пол и покатилась к входной двери.

Евгений Фёдорович хотел метнуться за ней, но остановился, услышав из её уст сдавленный, жуткий вопль:

— Они видят!

А потом все находящиеся в магазине зомби замерли или умерли. С этим хирург решил разобраться позже, сначала нужно избавиться от головы, есть находящийся внутри её мозг он уже не мог.

Сковородкин подбежал к двери и распахнул её. Вернувшись назад, разбежался и пнул по проклятой голове. Проследив за её полётом, хотел что-то крикнуть вдогонку, но не смог. На Евгения Фёдоровича смотрели несколько десятков зомби.

— Ах, ты ж… — жалобно пробормотал Сковородкин.

— Мы видим! — закричал хор негодующих голосов.

* * *

— Ао-оа-ао…

Голос звучал не сверху, а где-то совсем рядом. Сковородкин приподнял голову.

В нескольких шагах от него стоял Даун в белом окровавленном халате. Рядом с ним несколько мертвяков.

— Что за хрень творится?! — тихо произнёс Евгений Фёдорович.

Даун, подойдя ближе, прошепелявил:

— Я тебя вижу.

Сказал и снова отошёл. Сковородкин обмер, лихорадочно пытаясь вспомнить что же произошло… И тут заметил, что, во-первых, привязан, а во-вторых, увидел на своей левой руке укус…

— Вы что… суки сделали, — выдохнул Евгений Фёдорович, про себя удивляясь отсутствию боли. — Твари, я уже ног не чувствую!

Страх набросил удавку и начал затягивать её на шее Сковородкина. Он замер, до боли сжав кулаки. В голове бултыхался сделанный из всего увиденного вывод: «Это конец!»

— Даун… су… сука… — тихо выругался Евгений Фёдорович.

Зомби спокойно наблюдал за ним, держа в руках два своих глаза. Сковородкин хотел сказать что-нибудь ещё: громче, с угрозой… Но, вдруг осознал: сопротивляться бессмысленно. Если тебя укусили — ты сам становишься зомби. Это неизбежно. Слюна, выделяемая зомби содержит тот самый вирус, который при попадании в кровь через открытую рану, начинает действовать. Активно взаимодействуя с ещё пока живым организмом он очень быстро умерщвляет, превращая в ходячего мертвеца. Процесс заражения обратим в принципе, но только при помощи специальных препаратов, которых у хирурга нет. Обычная медицина здесь бессильна, «само» заражение точно не пройдёт.

Зомби отбросив глаза в сторону, направился к Сковородкину.

— Уйди… — с ужасом прошептал Евгений Фёдорович, кричать уже не получалось.

Зомби приближался. Осталось три шага, два… Обезображенное лицо Дауна не выражало эмоций, да и не мог зомби испытывать каких-либо чувств. Мертвяк добрался до него, приблизив своё лицо вплотную к лицу Евгения Фёдоровича, словно хотел заглянуть в душу и понять, какой кары заслуживает человек…

— Уйди… — зажмурившись, выдохнул Сковородкин, пошевелиться он уже не мог.

Когда пальцы мертвяка коснулись его щеки, Евгений Фёдорович взвыл от страха. А потом Даун вырвал у человека глаза…

Спустя секунду Сковородкин услышал звуки удаляющихся шагов: Даун уходил. Уходил с его глазами в своих руках. Но Евгению Фёдоровичу уже не было страшно, боли он так же не чувствовал, его интересовала лишь спина удаляющегося зомби, о чём он тут же и сказал:

— Я тебя вижу.

-2
00:06
244
01:34
+1
Ох. Вирус и зомби. Никогда такого не было и вот опять. Хотелось бы чуть больше оригинальности. Ну, или чтоб зомби были фоном для интересной истории. (Хотя бы трешовой). По итогу и вирус не раскрывается, и зомби – это просто зомби, и герой довольно скучный, и история ничем не зацепила. Хотя надо отдать должное Сковородкину. Питаться мозгами зомбей не заразившись при этом вирусом и не подхватив сильнейшую диарею – это действительно подвиг.
Отличный рассказ! До конца держит в напряжении, обожаю постап, и у автора получилось передать атмосферу происходящего и ужаса в душе главного героя. Интересная идея!
Загрузка...
Светлана Ледовская №2