Юлия Владимировна

Охота на зверя

Охота на зверя
Работа №132
  • 18+

Солнце скрылось за деревьями. Темнело с каждой минутой. На обочине дороги, идущей у края леса, стоял бронированный фургон. Такие обычно использовали специальные подразделения. И этот не был исключением. В машине находилась снайперская команда из четырех человек: капитана Алана Тейта, лейтенанта Фрэнсиса Харпера и сержантов Брайана Лоуэлла и Эдварда Ферроу. Командир отряда Алан Тейт держал на коленях планшет, куда приходили данные от беспилотников, круживших над лесом. Они сканировали лесной массив в видимом и инфракрасном диапазонах отслеживая перемещение животных. Целью было выяснить местонахождение стад оленей и косуль. Если хочешь обнаружить хищника, сначала выясни, где находятся его жертвы. А уж хищник, питающийся ими, обязательно объявится рядом.

– Ещё один участок леса. Думаю, сегодня закончим. Найдём где травоядные, потом решим где организуем засаду с приманкой. – Капитан оторвался от планшета и обвёл взглядом команду.

Лоуэлл читал книгу и лишь молча кивнул. Харпер спал и ничего не слышал. Голос подал только Ферроу. В отличие от остальных ему было заняться нечем, и он решил развлечься разговором.

– Уже третий день тут торчим. Мне начинает надоедать ходить в туалет под конвоем. Быстрее бы найти тварь и прикончить. Ну, или не найти и ехать домой. Тоже хороший вариант, – он засмеялся.

– Найдём. Прикончим. Никуда он не денется. Как и остальные до него, – Алан снова уставился в планшет.

Беспилотники старательно проверяли лес. Для приёма данных от них на крыше фургона были установлены антенны. Жаль только, что ни один беспилотник не сможет обнаружить тварь, за которой отправили сюда команду снайперов.

Лоуэлл закрыл книгу, потёр глаза и обратился к товарищам.

– А если его здесь нет? Может в Центре ошиблись?

– Здесь была внезапная, необъяснимая миграция хищников, а это, – Ферроу поднял указательный палец вверх и изменил голос, добавив назидательный тон, – один из признаков, что в лесу завёлся ликантроп. Другие признаки – это пропажа людей или их гибель в результате нападения «хищных животных», как обычно пишут в газетах. А также нападения на фермерский скот. По отдельности каждый пункт не показатель, а вот вместе…

Лоуэлл отвернулся. Он помнил, что, облюбовав себе территорию, твари вытесняют с неё других хищников: волков, пум, рысей, койотов. Даже всеядным вроде медведей приходится подвинуться или умереть. Ликантропы не терпят конкуренции, в том числе и с себе подобными. Взрослая особь не боится даже стаи волков. Тварь порвёт их как щенков. Порвала бы, если бы волки напали. Но они не будут. Ликантропов панически боятся даже хищные звери. Команда снайперов уже успела убить нескольких тварей и в отличие от других подобных команд имела самый большой опыт.

– Спасибо за лекцию, профессор. Миграция не показатель, – Лоуэлл поморщился. Она может произойти по другим причинам. Люди здесь пока не пропадали. Нападений «хищных животных» на человека тоже не наблюдалось. Только грызли скот у фермеров. Из четырех признаков есть два. Маловато, чтобы утверждать с уверенностью.

– Тем не менее нас сюда послали. Только миграция и скот. Но это лучше, чем, как в прошлый раз. Когда была куча разорванных человеческих тел, – Алан оторвался от планшета. Не забывайте, что нам платят независимо от того, найдётся тут тварь или нет. Считайте, что выехали на оплачиваемый пикник. Хотя премия за голову зверя не помешала бы.

– Я хочу яхту, буду катать на ней девчонок. Много девочек и музыки, – Ферроу осклабился, обнажая желтые зубы.

– С такими зубами девочек привлечь ты сможешь только яхтой, – Лоуэлл не удержался от шутки.

– Пошёл ты, – Ферроу отвернулся. – Надеюсь, что тварь тут. Не люблю тратить время впустую.

Ликантропы не любили шум и запахи города. Поэтому предпочитали селиться подальше от населённых пунктов – в горах и лесах. Это были не те оборотни из легенд и сказок. Звери на которых охотился Алан, и его товарищи были результатом экспериментов по созданию суперсолдат. Военные хотели вывести гибрид человека и хищного животного. Опыты в целом были признаны неудачными. Получившиеся образцы были слишком агрессивными и неуправляемыми. Если первое для солдата не так плохо, то второе никуда не годится. Некоторым особям даже удалось сбежать. После чего этот проект прикрыли. Потом, несколько десятков лет твари вели себя очень тихо и о них не было слышно. Но постепенно они размножились и стали представлять угрозу.

Вопреки сказкам настоящие ликантропы имели только один облик – звериный. Не боялись серебра, не зависели от фазы луны. Что совпадало с легендами так это их свирепость, огромная сила, выносливость и живучесть. В общем сказки были верны лишь от части. Но даже той части, что была правдой хватало с лихвой. На охоте за ликантропами применялись только разрывные и экспансивные пули – для того, чтобы нанести при попадании, как можно больше повреждений и быстрее убить опасного врага. И только оружие военного образца – снайперские и автоматические штурмовые винтовки.

– Мне надо в туалет, – Ферроу нахмурился, – кто пойдёт меня охранять?

– Идём, – Лоуэлл неохотно отложил книгу и взял лежавшую рядом винтовку.

Алан проводил их взглядом. Рядом заворочался спавший Харпер. Он открыл глаза и теперь смотрел на капитана. Харпер всегда был предельно серьёзен, Алан ни разу не видел, чтобы тот улыбался.

– Ну что? Есть что-нибудь? – Голос спросонья был хриплым.

– Пока нет. Иначе я бы тебя разбудил.

– Где остальные?

– Один захотел в туалет, второй его караулит.

Харпер кивнул. Регламент запрещал на охоте ходить в одиночку. Это было слишком опасно.

– Я хочу размяться после сна. Пойдём пройдёмся вокруг машины.

Капитан не успел отложить планшет, как вдруг тот запищал. Последний участок леса был проверен. Алан внимательно смотрел на экран. Потом стал листать снимки, сделанные в инфракрасном диапазоне.

– Ну что там? – Харпер нетерпеливо смотрел на Алана.

– Обнаружили местонахождение стад копытных. Надо будет выбрать место для засады и установки приманки, – задумчиво протянул капитан.

Двери машины открылись, Лоуэлл и Ферроу вернулись.

– Так бойцы, – Алан смотрел на подчиненных, – где находятся травоядные мы нашли. Теперь осталось найти хищника, он должен появиться поблизости. Ночуем здесь. Ферроу и Лоуэлл, расставьте вокруг машины датчики движения. Я сейчас проверю снимки и определюсь с местом засады. Перед рассветом едем туда. Всё, как обычно, по стандартному протоколу.

Ликантропы постоянно перемещались по своей территории вслед за передвижением их жертв, не имели логова и никогда не спали два раза в одном месте. Они были активны и в ночное и в дневное время. Единственным самым относительно «безопасным» периодом были предрассветные часы. В это время суток риск столкнуться с тварью был минимальным.

По стандартному протоколу требовалось обработать одежду, оружие и снаряжение нейтрализаторами запаха. Потом принять препарат, обостряющий восприятие. Затем придётся отправиться в лес, захватив с собой свиную тушу, а также канистры со свиной и бычьей кровью в которую были добавлены антикоагулянты, предотвращавшие её быстрое свёртывание. На заранее выбранном участке леса нужно найти подходящее место для засады. Потом установить приманку, разлить кровь и ждать. На запах крови, как обычно должен явиться ликантроп. Потом дело техники. После убийства твари они заберут тело и отвезут в Центр для изучения. Получат свои премии. А дальше… Дальше всё повторится. В другом месте, в другом лесу.

На эту работу нанимали только бывших военных. Все они подписали бумаги о неразглашении. Алан вспомнил, как поначалу жена хотела устроить скандал по поводу его отлучек. Но увидев, сколько денег он привозит из каждой такой командировки она замолчала. И лишь иногда спрашивала законна ли его работа. На что Алан с неизменной улыбкой говорил, что он, как раз поддерживает закон и порядок.

После установки датчиков движения вокруг машины все кроме Алана легли спать. Сам он какое-то время просматривал снимки леса. Наконец подходящее место для засады было найдено. Он проверил, показания тепловизоров, установленных на корпусе фургона. Вокруг никого не было. Бронированная машина давала ощущение безопасности. Он положил рядом с собой винтовку и тоже лёг спать. В случае приближения кого-нибудь к машине сработают датчики и люди, спящие в ней, поднимутся по тревоге…

***

На следующее утро фургон ехал к назначенному месту.

– Тормози здесь. Дальше идём пешком, – Алан дал указание Лоуэллу, сидевшему за рулём. Фургон остановился.

– Пора принимать препарат. Я, как обычно первый. – Капитан достал инъектор и вставил в него ампулу, на которой не было маркировки. Чудо военной фармакологии. Секунду помедлил, потом сделал инъекцию в шею. Теперь ждать.

Вот оно. Началось. Сначала дрожь во всём теле. Озноб. Потом бросило в жар. Кровь стучала в висках. Слух и обоняние обострились. Он слышал, как бьётся его собственное сердце. Запахи, витавшие в машине, проявились теперь отчётливее: оружейное масло с их винтовок, пахнущее елью и лиственницей, запах пластика, пищи из открытой коробки армейского сухпайка и многое другое. Алан шумно вдыхал воздух, казалось, что он задыхается. С грохотом открыв дверь он вышел наружу. Открывался фургон негромко, но теперь этот звук оглушал. Капитан слышал шелест листьев, словно нарастающий звук океанского прибоя. Голоса птиц сверлили мозг вызывая раздражение. Сейчас Алан без всяких затруднений мог точно определить откуда шёл звук и сколько примерно до его источника. Зрение тоже обострилось. Он видел малейшее движение травы и листьев, трепетавших на ветру. Препарат, который он себе ввёл на некоторое время обострял восприятие, уподобляя человека хищному животному. Алан выждал несколько минут, пока шла аккомодация организма. Теперь звуки и запахи не вызывали дискомфорта. В таком состоянии уже можно было работать. Он взял винтовку в руки и дал команду остальным, чтобы и они начали приём препарата.

Закончив с иньекциями и выждав, когда мозг привыкнет к новым ощущениям и большим объемам информации от органов чувств они стали переодеваться. Запах нейтрализатора, которым была обработана одежда и снаряжение был нестерпим. Но вонь экстракта хвои, которым люди натирали ладони и лицо была сильнее. Они установили вокруг фургона датчики движения, взяли с собой всё необходимое и пошли в глубь леса…

– Вот здесь, – Алан указывал на поляну, к которой они подошли, – здесь разложим приманку и разольём кровь. А там, – он указал на кусты, стоящие метрах в пятидесяти от поляны, – сделаем огневую позицию. Оттуда поляна хорошо простреливается. Через час рассвет. Надо начинать…

Не всё из приёмов охоты на тех же волков подходило для охоты на ликантропов и снайперы это прекрасно знали. Обычные охотничьи засидки и лабазы не годились вообще. Для осторожных ликантропов они были, как бельмо на глазу. Поэтому для охоты на опасных тварей больше подходили приёмы снайперской войны, комбинированные с некоторыми способами охоты на хищных животных. Необходимо было найти место для установки приманки. Потом выбрать положение огневой позиции, подготовить её, замаскировав своё присутствие. Больше одной огневой точки никогда не использовали. Людей было не так много, а разделяться и рисковать не хотелось. На огневой позиции два человека со снайперскими винтовками наблюдали за местом с приманкой. Остальные два со штурмовыми винтовками и тепловизорами следили за обстановкой вокруг, не давали зверю незаметно подойти к снайперам. Каждые полчаса они менялись ролями, так как долгое наблюдение притупляло восприятие окружающей обстановки.

Рано или поздно тварь выходила на запах приманки и крови. Ждать по опыту приходилось по-разному. От пяти часов, до трёх суток. Если же на запах приходил кто-то из крупных хищных животных: рысь, волк, пума – это было главным признаком того, что в Центре ошиблись и ликантропа в лесу нет. Свирепые твари не терпели конкуренции, легко расправляясь даже с самыми крупными и сильными хищниками. Лишь всякую мелочь вроде лис они не трогали. Однажды Алан видел остатки медведя гризли, который стал жертвой ликантропа. Зрелище было не для слабонервных. Взрослого медведя буквально изорвали в клочья. Из-за своей свирепости ликантропы жили поодиночке. С момента начала охоты на тварей ни разу никто не видел самку ликантропа. Все убитые ранее особи были самцами. Ученые в Центре предполагали, что самки, как более слабые физически просто могли стать жертвами самцов, убивавших их в конкуренции за территорию.

От использования на охоте собак отказались сразу же после первого крупного инцидента. Равно, как и от задействования обычных охотников. Тогда привлекли лучших волчатников, объяснили им с чем придется иметь дело и хорошо заплатили… Сначала ликантроп убил собак, которые своим лаем и вонью выдали присутствие людей. Потом взялся за охотников... Из шести человек, отправившихся на охоту, не выжил никто. После этого стали использовать только бывших снайперов вкупе с военным снаряжением...

***

Прошло несколько часов после рассвета. Снайперская команда сидела в засаде, выжидая, когда, почувствовав запах, зверь выйдет на поляну. Но пока кроме птиц – падальщиков и пары лис никто не появлялся. Ожидание было утомительным, но это было частью охоты. Алан и Лоуэлл смотрели по сторонам с помощью тепловизоров. Ликантропы всегда приходили с подветренной стороны. Наконец капитан что-то заметил. Тепловизор позволял разглядеть животное даже, скрытое небольшими деревьями и кустарниками. Какое-то пятно появилось справа от их позиции и стало приближаться.

– Лоуэлл, вижу цель на три часа от нас. Пока не разглядеть, что это. Стрелять только по моей команде, – тихо произнёс Алан. Он отложил тепловизор в сторону и взял снайперскую винтовку. На ней был тепловизионный прицел и глушитель. Харпер и Ферроу смотревшие на место где лежала приманка сквозь прицел снайперских винтовок не шелохнулись.

Алан видел, как пятно приближалось постепенно, увеличиваясь в размерах.

«Неужели ликантроп» – подумал он. На коротких дистанциях ликантропы могли двигаться с огромной скоростью. Это одна из причин почему они были настолько опасны. Светлое пятно в прицеле увеличивалось. Кровь стучала в висках, во рту пересохло. Капитан чувствовал покалывание в ладонях. Цель приближалась. Обострённый слух позволял слышать хруст веток под ногами животного, раньше, чем услышал бы обычный человек.

«Непохоже, что ликантроп. Они двигаются гораздо тише» – Мелькнула мысль. Он пытался разглядеть, что это был за объект и понять в какую сторону тот будет двигаться дальше. Наконец светлое пятно стало принимать чёткие очертания.

«Кабан? Чёрт. Проклятая свинья» – Алан напряг зрение. Несомненно, приближавшаяся фигура была кабаном. Лесная свинья с шумом ломилась через лес. Если кабан пойдёт прямо на них придется стрелять.

– Вижу ещё цель. На шесть часов от нас. Заходит к нам со спины, Лоуэлл тоже говорил очень тихо. Сквозь тепловизионный прицел он видел светлое пятно вдалеке, но оно не приближалось.

Кабан шёл быстро, словно что-то спугнуло его заставив двигаться. И шёл прямо на огневую позицию. А это уже было опасно для людей. Потому что раздражённый кабан, увидев человека мог ринуться в атаку.

– Я сниму свинью сам, – Алан по-прежнему говорил полушёпотом. Он дождался пока зверь выйдет из-за деревьев и приблизится, после чего нажал на спусковой крючок. Раздался хлопок, кабан взвизгнул и повалился на землю. – Проклятая свинья, – Алан всё также полушёпотом выругался.

– Цель на шесть часов не двигается, – Лоуэлл по-прежнему следил, что у них происходит за спиной. – Я никак не пойму, что это. Оно замерло. Стоит на месте. А вот сейчас скрылось из виду, – светлое пятно в прицеле исчезло.

– Ждём дальше. Харпер, Ферроу, берите тепловизоры, меняемся ролями…

Прошло ещё несколько часов в ожидании. Ликантроп так и не вышел к приманке.

– Уже тринадцать часов ждём, – прошептал Харпер, который осматривался по сторонам.

– Если тварь так и не появится, то либо это очень сытый ликантроп, либо его тут попросту нет, – Ферроу также смотрел по сторонам.

– Его здесь не было бы, если бы к приманке вышел какой-нибудь койот или волк. Меня это устроит больше, чем текущая ситуация. По крайней мере стало бы понятно, что, наверное, здесь ликантропа нет. Возможно мы его спугнули, убив чёртового кабана. – Алан тихо подал голос, следя за поляной с приманкой через прицел.

– Боюсь сидеть нам здесь и сидеть. Кэп, полчаса прошли, пора меняться, – Лоуэлл отложил винтовку и взял тепловизор…

***

Сидение в засаде продолжалось. К птицам и лисам, навещавшим приманку днём, добавились еноты по ночам. На третьи сутки к приманке вышел одинокий волк.

– Кэп, сдается мне, что мы тут просто теряем время, – Ферроу, как всегда был нетерпелив.

– Судя по волку, твари в лесу нет, – Харпер поддержал товарища.

– Еще пару часов. Если никто не выйдет к приманке, перед рассветом возвращаемся к фургону. Потом ищем новое место для засады и всё повторяем. Я хочу убедиться, что в этом лесу правда нет ликантропа…

Назад к фургону снайперский отряд продвигался колонной. Впереди шёл Лоуэлл с тепловизором. Замыкавший Ферроу также осматривался с помощью тепловизора. Внезапно Лоуэлл поднял руку призывая остановиться. Алан и Харпер вскинули винтовки, готовые открыть огонь.

– Впереди, на десять часов что-то есть, – тихо произнес Лоуэлл, – наверное, какое-то животное. Лежит на земле за деревьями. Я не могу понять, что это.

– Точно, – Алан видел светлый силуэт через тепловизионный прицел, – вдруг это чёртов ликантроп?

– Стреляй кэп. Лучше не рисковать. Разбираться будем потом. – Ферроу нехорошо ухмыльнулся.

– А если это человек? Здесь же иногда бывают люди, – Лоуэлл продолжал всматриваться в фигуру через тепловизор.

– Мне не нравится, что оно лежит по пути нашего следования, – осторожный Харпер встрял в разговор.

– Поступим так, – Алан наконец решился. – Ферроу и Лоуэлл займите позицию для удобного ведения огня, не разделяйтесь. Я и Харпер зайдём сбоку, проверим, что это.

Оставив товарищей позади, капитан вместе с Харпером продвигались вперёд, стараясь не шуметь. Существо оставалось неподвижным. Алану не нравилось, что оно прижималось к земле и не двигалось, поэтому невозможно было его идентифицировать издалека. Это мог быть и ликантроп и кабан, который отдыхал после еды и вообще кто угодно.

– Мне кажется или оно шевелится? – Харпер говорил шёпотом.

– Возможно, но я пока не вижу этого.

Они приближались всё ближе и ближе, но существо практически не двигалось.

– Я слышу его дыхание, – прошептал Харпер.

Алан быстро взглянул на напарника. Сам он пока ещё ничего не слышал поэтому удивился. Действие препарата заканчивалось и восприятие было уже не таким острым. Наконец и он по мере приближения стал слышать тяжелое дыхание существа. Подойдя ближе, они наконец разглядели его. Это был лось. Он лежал на земле, бока его судорожно вздымались. Ноги были повреждены, поэтому он не мог встать и уйти. Алан втянул воздух, почувствовал запах крови. Несколько секунд он смотрел на раненое животное в недоумении. Слишком сильно это было похоже на … Внезапно от страшной догадки по спине пробежал мороз, а волосы на затылке зашевелились.

– Засада, Харпер, это засада! Назад! – Алан говорил уже не шёпотом, он кричал, не боясь, что враг услышит их. Потому что было уже поздно…

Ферроу и Лоуэлл расположились рядом с упавшим деревом, приготовившись стрелять, если придётся. Капитан вместе с Харпером ушли вперёд, и теперь заходили справа к лежащему непонятному существу. Лоэулл периодически смотрел по сторонам через тепловизор. Направив окуляр прибора на ближайшие заросли, он вдруг увидел стремительно приближавшийся к ним со спины силуэт. Практически одновременно с этим он услышал крик капитана о засаде. Лоуэлл отбросил тепловизор и потянулся за винтовкой, но не успел. Ликантроп двигался с чудовищной скоростью и уже был вплотную к людям. Одним ударом могучей лапы зверь отбросил человека в сторону. После чего сомкнул зубы на горле у повернувшегося на внезапный шум Ферроу. Всё произошло буквально за пару мгновений, ни Лоуэлл ни Ферроу даже не успели закричать.

Капитан вместе с Харпером открыли огонь по твари из штурмовых винтовок. Пули срезали ветки, отрывали кору и щепки от стволов, уродуя деревья. Ликантроп после стремительной атаки встал на четыре лапы и с огромной скоростью уходил с линии огня, сумев скрыться в чаще за деревьями. Люди сменили пустые магазины, после чего бросились проверять пострадавших товарищей. Отброшенный ударом в сторону Лоуэлл лежал неестественно, вывернув голову и был мёртв. Ферроу, мечтавший плавать на яхте теперь плавал в луже собственной крови, вытекшей из разорванного клыками горла. Алан не мигая смотрел на мёртвых товарищей. Каких-то пару минут назад они были ещё живы. Первая его охота с человеческими жертвами. У капитана дрожали руки. Из забытья его вырвал голос Харпера, доносившийся, словно издалека.

– Алан, надо двигаться к фургону! Тела придётся оставить до прибытия подмоги. Алан очнись, они мертвы! Мы им уже не поможем! Если станем их тащить к машине легко станем трупами сами! Идём! Скорее!

– Да, ты прав. Чёрт побери. – Алан наконец смог выдавить из себя хоть какие-то слова. Он наклонился к мертвому Ферроу и закрыл ему глаза. – Надо идти к машине и вызывать подмогу. Идём спина к спине. Не бежать, – капитан помнил, что ликантропы всегда старались нападать со спины. А бегство только провоцировало их звериные инстинкты.

Они шли медленно, затаив дыхание. Направляли стволы штурмовых винтовок на каждый куст или толстое дерево, за которым могла притаиться опасность. Везде им чудился смертоносный враг. Люди пришли в этот лес охотиться. Теперь охотились на них самих. От этих мыслей по коже бежали мурашки, к горлу подкатывала тошнота. Казалось путь занял бесконечно много времени. Наконец фургон уже показался за деревьями. Алан остановился.

– Стой, Харпер, стой. Датчики движения. Надо проверить. Не хватало, чтобы тварь притаилась за машиной. Тепловизор не обнаружит зверя за такой преградой. – Капитан закатал рукав на запястье левой руки, где был браслет, связанный с датчиками. Потом нажал на нём пару кнопок и стал смотреть на дисплей, косясь при этом по сторонам. – Похоже, чисто. Датчики ничего не зафиксировали. Идём.

Они двинулись дальше. Браслет на руке Алана завибрировал, когда люди вошли в периметр, образованный установленными вокруг фургона датчиками движения. Люди дошли до машины. Алан собирался открыть дверь в фургон, как вдруг опять почувствовал вибрацию браслета. Капитан резко развернулся и одновременно с Харпером открыл огонь по ближайшим зарослям, из которых послышался шум. Грохот выстрелов практически перекрыл визг подстреленного в кустах кабана. Магазины винтовок опустели. Браслет на запястье Алана снова завибрировал. От самого толстого в поле зрения дерева отделилась и стремительно рванула к ним фигура, покрытая тёмной шерстью. Это была глыба стальных мускулов, увенчанная головой, напоминающей волчью. Зверь двигался с такой скоростью, что человеческий глаз практически не мог уследить за моментом его появления. Идеальная машина для убийства. Вот только создана она была не природой, а людьми.

Харпер не успевший сменить магазин закрылся от удара винтовкой. Лапа зверя отбросила человека в сторону. Он покатился по земле и больше не шевелился. Алан вставил полный магазин и открыл огонь, но ликантроп успел схватить дуло винтовки и отвести его в сторону. Пули ушли в пустоту. Капитан потянулся за ножом, но перед его глазами мелькнула лапа. От последовавшего удара в грудь у Алана потемнело в глазах. Он услышал хруст своих костей, отлетел в сторону и повалился на землю. Ликантроп медленно приближался к капитану, тварь уже не спешила. Неожиданно за спиной зверя раздались звуки выстрелов, он зарычал от боли и рухнул на колени, как подкошенный. Шерсть на его груди окрасилась в красный цвет из пасти текла тёмная кровь.

«Наконец-то. Подстрелили» – Мысли Алана путались. Он дышал с трудом и уже не мог подняться. Каждый вдох отдавался сильной болью в груди. На губах появилась кровь.

Харпер подошёл к раненному ликантропу и нацелил дуло винтовки в голову зверя.

– Сдохни, тварь, – человек нажал на спусковой крючок. Выстрела не последовало, магазин был пуст. Харпер злобно оскалился, обнажая длинные острые клыки. Слишком длинные и слишком острые для человека. Он отбросил винтовку и с размаху ударил ликантропа кулаком в спину, прямо в рану от попадания экспансивных пуль. Кулак с хрустом вышел из груди зверя. Ликантроп успел издать рык, прежде чем обмяк, как тряпичная кукла. Харпер вытащил руку из тела твари и свалил тушу в сторону. Алан заметил, что зрачки его товарища были расширены почти во всю радужную оболочку. Отчего она казалась чёрной.

– Ты… ты… один… из них? – Каждое слово давалось Алану с трудом. Теперь он понимал почему Харпер никогда не улыбался.

– Нет. – Харпер отрицательно помотал головой. Он присел рядом с капитаном, чтобы осмотреть его раны.

– Тогда… кто ты, чёрт… возьми?

– Скажем так, не все эксперименты по созданию суперсолдат были неудачными. Хотя я и не такой быстрый и сильный, как эти твари, – Харпер кивнул в сторону мёртвого ликантропа. – Сейчас надо занести тебя внутрь машины…

Договорить Харпер не успел потому что за его спиной, словно из ниоткуда выросла тёмная фигура. Когтистые лапы резко опустились на его плечи не давая подняться, а клыкастая пасть сомкнулась вокруг шеи. Послышался хруст. Харпер захрипел и попытался вырваться, но могучие лапы придавили его, не давая встать. Зверь резко дёрнул пастью, опять раздался хруст, и оторванная голова человека отлетела в сторону.

Вторая тварь была меньше убитой и не такой мускулистой. Приглядевшись, капитан понял причину. На животе и груди зверя шерсти было гораздо меньше чем на боках и спине. Алан смог разглядеть четыре пары сосков. Это была самка ликантропа. Он первый, кто наконец-то увидел женскую особь. И теперь унесёт это знание в могилу. Человек не отрываясь смотрел на зверя, а тварь не торопилась его убивать, словно раздумывая. Наконец ликантроп перевёл взгляд на убитого сородича. Самка подошла к телу мёртвого самца и села рядом.

Алан смотрел на сидящую фигуру зверя и думал о том, как же ошиблись в Центре. Люди считали ликантропов безмозглыми тварями лишь чуть сообразительнее обычных животных. Раненный лось на пути следования их отряда был приманкой, отвлекающим маневром, на который они купились. Кабан, которого сейчас спугнули и погнали прямо на их машину тоже был нужен для отвлечения внимания. Ведь сразу же после его появления ликантроп атаковал, не давая сменить магазины. Наверняка, кабан, который шёл на их огневую позицию у приманки тоже появился там не просто так. Ликантропы загоняли дикую свинью прямо на людей, чтобы выстрелом те выдали свою позицию. Поэтому твари так и не вышли к приманке. Выходит, что это ликантропы охотились на людей, а не наоборот.

Алан внезапно почувствовал себя обманутым и брошенным. В Центре не знали, что ликантропы разумны, а значит представляют ещё большую опасность. И сейчас он сдохнет в одиночестве в этом проклятом лесу, расплачиваясь за незнание других. Самка ликантропа молча сидела рядом с телом мертвого самца, не сводя с него глаз. Потом поднялась, и медленно подошла к Алану. У капитана перехватило дыхание.

«Всё. Смерть пришла» – Пронеслось в голове.

Зверь наклонился и сомкнул зубы на горле человека. Тот захрипел и обмяк. Но перед смертью он увидел, то, что поразило его больше остального за этот день. Он увидел слёзы в глазах зверя, горевавшего по убитому сородичу.

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
0
22:11
45
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Отчеты

Достойные внимания