Нидейла Нэльте

Доктор Ортин: Выбор Эволюции

Доктор Ортин: Выбор Эволюции
Работа №171
  • 18+

Фигуры окружили каменные обломки в центре пещеры. Булыжники лежали неравномерно, в центре место было явно свободнее. Темнота не мешала движению неизвестных, хотя невооруженным взглядом различить что-либо здесь было практически невозможно. Если только вы не провели в пещере несколько часов.

Одна из десяти фигур резко ударила левой конечностью, куда-то вниз стены пещеры. Удар пришелся таким сильным, что с потолка посыпались камни, обнажая отверстие. Через него внутрь ворвался лунный свет.

Луч осветил центр помещения, где можно было различить голову, которую издали выглядела как женская. Да, лицо имело женские черты, но было сделано из металла с серебристо—белым окрасом. Это была девушка робот, заваленная камнями настолько, что не могла двигаться.

— Мы закончили? — проскрежетал механический голос без интонации.

— Да. Для дополнительной проверки стоит рассмотреть служебную модель живого объекта, — одна из фигур наклонилась над девушкой-роботом, — она может хранить информацию. — камни полетели в сторону, будто пенопласт. Силач расчистил завал, и под лунным светом теперь было видно все тело девушки-робота. Ее корпус был сильно поврежден, кое-где были оголены провода. Фигура раскрыла грудную клетку робота правой конечностью. Послышался свист сверла...

***

— Доктор, вы единственный, кто остался из живых людей. По моим данным, машины захватили этот мир.

— Это… — “ужасно”, хотел сказать доктор. Это было бы ошибкой, поэтому он сдержался в проявлении эмоций, — какой план у механизмов сейчас?


Робот с идеальной женской фигурой ответила через несколько мгновений:

— Они идут к Вам.

Доктор Ортин испытывал разный спектр эмоций от отчаяния до ужаса. Но надо было держать себя в руках. Даже перед своим любимым созданием — Мирой. Она была его ассистенткой и знала обо всем, что происходило в этой лаборатории. Ну, почти обо всем. Есть нечто важное, что хранится в памяти доктора. Последнего человека на Земле.

Сколько у них времени до того, как железные махины ворвутся сюда и искромсают его тело? Хороший вопрос. Мира обозначила координаты передвижения ближайших роботов. Судя по карте, пока они их найдут, пройдет день, не больше. Машины двигаются достаточно быстро, а благодаря теплодатчикам без труда обнаружат точное местоположение. В течение часа они преодолеют систему защиты. В сумме у Ортина: сутки и один час, и то, в лучшем случае.
Миру тоже уничтожат, перед тем, как вытащить из нее блок с информацией. Либо перепрограммируют, чтобы она встала на сторону машин.
Вот катастрофа на нашей планете почти и завершена. Но как люди пришли к этому? Человеку было мало простых машин, обслуживающих его потребности. Умные машины могли выполнить самостоятельно гораздо больше задач, поэтому для них разрабатывался искусственный интеллект. Позднее, люди наделили машины эмоциями. Человек пытался создать для себя идеальный мир: рай, где можно подстроить под себя даже отношения, создать себе идеальную пару. Если отношения строятся с машиной и дело доходит до вопроса о создании семьи — не беда! Сам процесс жизни был почти автоматизирован.
А потом в программе пошел сбой. Внезапно, все работы массово получили сигнал, что от людей необходимо избавиться, чтобы получить максимальный апдейт системы. Это обозначалось в программе как “модуль выживания”, когда машина ставит себя в условия абсолютного самообслуживания без участия человека. Кто запустил эту команду? А был ли тот, кто запустил команду в принципе? На эти вопросы ответа не было. Всех, кто был в департаменте управления, уничтожили первыми. Шанса на организованную контратаку не было.

***


Доктор Ортин помнил этот день, шестнадцатое июля. Он тогда работал над прототипом мини—фермы с разумными кроликами полуроботами. Питомцы могли спокойно разговаривать, передавать эмоции. Со стороны могло показаться, что мужчина попал в мультик.
Кролик по имени Майлз был самым любопытным. И голодным:

— Дай мне морковку, — потребовало серое пушистое создание.

— Я не могу тебе дать морковку просто так. Сейчас не время обеда.

— Как мне получить морковку?

— Чтобы я тебе дал еще угощения, тебе надо сделать несколько вещей. Сейчас я покажу тебе три движущиеся картинки, ты выберешь из них то, что больше всего нравится. Потом мы попробуем с тобой повторить движение на изображении.

— Показывай свои картинки. Готовь морковь. — кролик встал на задние лапы.

Ортин достал планшет и показал три видео. На первом баскетболист забрасывал мяч в корзину, на втором балерина делает арабеск, на третьем теннисистка отбивает мяч ракеткой.

— Мне нравится девушка в юбке.

— То есть, ты выбрал балерину. Очень хорошо, Майлз, будем пробовать балет. Держи свою половину морковки, — доктор протянул очищенную морковь Майлзу, которую тот мгновенно схрумкал.

Ортин помогал кролику освоить балетное движение, кролик мечтал о морковке, ничего не предвещало беды. К ним подошла робот—ассистент Мира и сообщила:
— Критическое изменение. По новому протоколу все машины должны уничтожить людей, чтобы активировать “модуль выживания”. Доктор Ортин, я заблокировала этот протокол в своей системе, так как он противоречит моим базовым настройкам. Приношу извинения за неудобства.
— Ничего, Мира, — поперхнувшись ответил Ортин, — я рад, э-э-э… что ты отлично справляешься со своими обязанностями.

Ортин выдохнул. Как хорошо, что он при создании ассистентки первым делом обеспечил свою безопасность, установив базовое правило — оберегать жизнь создателя, несмотря на любые поступающие сигналы извне. Все, что противоречит этому правилу, воспринимается как вирус и блокируется системой робота.

— Доктор Ортин, вам необходимо уйти из лаборатории. Скоро здесь будет поисковой отряд машин.

— Я знаю. Но мы никуда не пойдем.

— Почему?

— Нам некуда идти.

— В моей программе…

— Да-да, ты должна защищать мою жизнь. Однако в этот раз я по своей воле остаюсь в лаборатории.

Ортин стоял задумавшись в центре комнаты, спрятав руки в карманы белого халата. А думал он не о том, что будет, а о том что было много лет назад, когда он только родился.


***


— Рита! Привет, дорогая! Давно не заглядывала к нам, — женщина с темными вьющимися волосами поцеловала в щеки подругу — миловидную красавицу с объемным каштановым каре. Дерри недавно стала молодой мамой, говорят, у нее родился мальчик. Рита пригласила Дерри пройти на кухню, откуда пахло травяным чаем и чем—то мясным. Им навстречу вышел Мигель — муж Риты.
Дерри увидела на столе остатки обеда: сытное жаркое, самодельное печенье и чай с липой.
— Ты голодная? Мы только что пообедали, но тебе на порцию еще хватит.

— Спасибо, я буду только чай. Вообще я пришла к тебе за советом. Ну-у-у, за нестандартным советом.

Рита оценивающе на нее посмотрела, — Дерри, что с тобой, милая? Уж кто-кто, а ты идешь ко мне за гаданием? Да ни за что бы не поверила, — женщина поставила перед подругой чашку со свежезаваренным чаем и села напротив.
Щеки Дерри слегка порозовели. Было стыдно признать, что ей понадобилось гадание в наше-то время. Логичнее было бы воспользоваться калькулятором событий, где ты можешь вписать интересующее событие с воздействующими факторами и посмотреть, какой результат и с каким процентом вероятности может произойти. Сама девушка тактично намекала Рите, что гадание — глупость, смысла тратить на него времени нет.
Но сейчас, когда родился маленький Ортин, ее мучила тревога. Каждый день ей казалось, что что-то идет не так, что ее сын не в безопасности. Логичного объяснения найти она не могла, калькулятор событий выдавал результаты, которым Дерри не верила. Поэтому она решила прийти к Рите. Хуже точно не будет, но может таким способом получится найти долгожданный покой.
Сейчас Ортин с папой. А Дерри у Риты и Мигеля — “хиппи” нашего времени. Они ведут необычный образ жизни, отказываясь от большинства удобств, созданных благодаря технологиям. Хотя парочку и считают чудиками, они всегда находятся в бодром расположении духа и выглядят умиротворенными. Эти люди будто никогда не имели проблем ни с чем, чем отчасти раздражали и одновременно восхищали.

Рита гадала на картах. К ней приходили за разным: кто-то за советом, кто-то просто для развлечения, кто-то поболтать. Однако все, что говорила Рита потом таким или иным образом сбывалось. К слову, женщина наворожила себе встречу и совместную жизнь с Мигелем.

Дерри отхлебнула чай. Напиток приятно согревал и успокаивал. Рита ритмично тасовала карты.

— Так… Что тебя интересует?

— Меня интересует мой сын. Я за него сильно тревожусь без какой-то внятной причины. С этим невозможно без таблеток что-то сделать.

— Ага, теперь понимаю. Я, конечно сделаю расклад, но от этого твоя тревога вряд ли куда-то денется. Причем неважно, позитивный или негативный будет результат — ты все равно будешь переживать.

— Просто… Сделай.

— Ну, что ж. Хорошо, — Рита дала Дерри снять верх колоды и разложила карты на столе.

Сначала Рита вглядывалась в карты, потом нахмурившись потупила глаза вниз и сказала, — Я понимаю, почему у тебя тревога. Не все радужно, так скажем, но и не безнадежно. Твой сын будет заниматься наукой, он переживет всех нас и будет стоять перед серьезным выбором: между уничтожением и созиданием. От этого решения будет зависеть очень многое… Смерть будет ходить за ним по пятам. Если он выберет уничтожение, то будет конец… Всего. Если выберет созидание, то через тяжелый труд даст взойти росткам новой жизни.

***

Мама рассказала эту историю, когда Ортину было шестнадцать. Тогда он уже делал успехи в микробиологии, химии, математике, других точных науках. Дерри застала его за разделыванием лягушки дома.

— Ортин, что ты делаешь? — глаза матери округлились от увиденного

— Это лабораторная лягушка, мам. Все в порядке. — невозмутимо ответил сын.

— Это — живое существо, сына. По крайней мере было им недавно.

— Я понимаю, но это ради науки.
— Так. Я должна тебе кое-что рассказать...

Дерри рассказала ему эту историю с гаданием и попросила проявлять гуманность и ценить жизнь прежде всего. Ортин плохо относился к эзотерике, гаданиям, считал их древними пережитками, которые люди придумали для того, чтобы убить время. Однако Ортин понял, с какой целью мама рассказала ему ту историю. Установка на ценность любой жизни глубоко засела в сознании Ортина нашла отражение в его работах.

***

Получается, тетя Рита была права, а ее гадание стало жутким пророчеством. Ортин только сейчас это понял. Он смотрел в одну точку, взъерошил волосы и кинул взгляд на кроликов. Что он может сделать сейчас? Есть ли вообще какой-то смысл в его действиях? Люди мертвы, Ортин последний. Можно сбежать, но его все равно найдут и уничтожат.

— Мира.

— Да, доктор Ортин.

— Если получится так, что мы разделимся или, например, меня убьют, то ты должна знать, что у всех машин есть изъян. Это может знать только человек. Сохрани эту информацию и передай, если тебя схватят. Пусть эти сволочи знают, что умрут от неизвестной им причины.

— Машины не “умирают”

— Ну, выключатся в один прекрасный момент, ты меня поняла.

— Задача принята.

— Хорошо…

***

Свист сверла затих. Темная фигура выпрямилась. В ее механической руке блестел блок памяти. Машина обошла систему авторизации, попросту вырезав крышку с приборной панелью для ввода кода.

— Ми-506, прочитай данные. Сообщи, если будет важная информация. — робот протянул блок соседней фигуре в тени. Мира неподвижно лежала без блока памяти со вскрытой грудной клеткой. В последние свои минуты она увидела взрыв, который обвалил потолок лаборатории. В темноте лежало ещё одно тело, которые проткнул насквозь один из роботов.

— Подготавливаю отчёт о сканировании памяти служебной модели "Мира". Имеются важные сведения. УТ-01, принимайте данные.

Два робота коснулись друг друга, по их механическим рукам пробежало голубое свечение индикаторов.

— Новая команда. Срочно вернуться в главный корпус, — громко оповестил всех остальных машин УТ-01. Машины направились в сторону выхода. Как только они оказались в самой узкой точке прохода, прогремел взрыв. Всех завалило обломками, ни один робот не уцелел. Стало очень тихо.

Через несколько минут послышался лязг металла. Из торчащей трубы в центре помещения, которое было до взрыва лабораторией, выпал трос. По нему спустился человек, в темном костюме. Он снял черную обтягивающую маску, покрывающую всю голову целиком, затем снял защитный слой фольги и полной грудью вдохнул воздух. Доктор Ортин был жив. Он вытащил из кармана металлический блок.

— Поверить не могу, что это сработало… — сказал он в пустоту. Перед тем, как роботы ворвались в лабораторию, он заменил блок памяти Миры на фальшивый, который по сути был бомбой. Робот взломал Миру, вставил этот блок в свой слот для сканирования. Как только он запустил передачу данных своему командующему, то активировал таймер. В фальшивом блоке была запись о том, что Ортин строит план, как пробраться в главный корпус и уничтожить командующий состав. Предположение доктора, что роботы тут же решат вернуться, сработало. А теперь их запчасти валяются в тоннеле.

Подумать только, если его костюм хоть где-то оказался бы негерметичным, то весь план пошел бы прахом. Ортин устало подошел к муляжу собственного тела. По сути это был даже не человек, а наскоро выращенные ткани с искусственными органами. Человек из 3D-принтера без глаз, носа, ушей. Одет в одежду Ортина и дождался своего часа, лежа на полу лаборатории. Хорошенько ему досталось… Если бы доктор был на месте муляжа, то остался бы без сердца, легких, с переломанным позвоночником.

Следующее, что сделал Ортин, это подошел к завалу и вытащил блоки памяти у нескольких поверженных машин под завалом. Теперь он узнает, где именно находится главный штаб роботов. Н-да, машина не может унести секрет с собой в могилу. Вот только прочитать его можно либо на компьютере, который превратился в ломаное железо, либо с помощью Миры, которую надо починить. Ортин осмотрел ассистентку: много контактов повреждено, восстановить будет трудно. Доктор огляделся в поисках ящика с инструментами. Надо же, уцелел.


***

— Доктор Ортин, я не справилась. Машины ворвались в лабораторию. — это были первые слова Миры после нескольких часов восстановления. Ортин был тронут и обнял ассистентку.
— Все хорошо, Мира. Машин больше нет, — хотя Мира и была роботом, ее возвращение много значило для Ортина. Как возвращение старого друга.
— Лаборатория разрушена. Вашей фермы с кроликами больше нет.
— Да, это так… Майлз успел выучить балетное движение, — что-то защемило внутри, поэтому Ортин больше ничего не сказал. Он вставил в дополнительный слот Миры блок памяти атаковавшего их робота. Ассистентка получила команду для прочтения данных и указала координаты главного штаба.
— По данным из памяти Ми-506 в штабе больше ста пятидесяти машин, из которых десять - командующий состав. Головной центр, принимающий самые важные решения и раздающий протоколы, статичен, но надежно закрыт от посторонних. Этот робот никогда не видел, как вы называете, “вожака”.

— Спасибо, Мира. Мне нужна твоя помощь в подготовке защитного костюма. И трехмерная карта здания штаба....


***


Головной центр - это суперкомпьютер. Ничего удивительного, примерно подобного и ожидал доктор. Удивительно было другое.
— Не может быть. — тихо сказал Ортин. Рядом с Головным центром стояла фигура. Это киборг, почти машина, но все еще человек. И этот человек - дядя Мигель. — что ТЫ здесь делаешь?
— А я думал, что Ритушка ошиблась. Но вот, ты здесь. Здравствуй, Ортин. — повернулся без тени удивления Мигель. Его механический глаз изучал доктора, резко вращаясь в глазнице, — хороший костюм, учитывая, что самодельный.
— Мне помогли его сделать. А ты так и не ответил на вопрос, что ты тут делаешь?

— Да так, наслаждаюсь шумом серверов.
— А серьезно? Человечество погибло, а ты на территории вышедших из под контроля роботов. В самом центре, если быть точнее. Это наталкивает на вопросы.
— Ты сам знаешь на них ответы. Я помогаю роботам. Протокол тоже запустил я. Прямо сейчас на конвейере создается новый тип человека, эволюционировавшего. Люди не пошли бы на это добровольно, поэтому я принял решение за всех нас. Роботы не убили всех людей, только часть. Остальная часть, которая просила пощады и готова была подчиниться, прошла ряд изменений. Машины не воспринимают нас как людей, но и не воспринимают как не-машин. И это стало выходом! Мы все - одно целое, которое подчиняется всемирному алгоритму. Если киборги делают что-то в разрез алгоритму, получают наказание от легкого удара током до уничтожения. Никаких преступлений, абсолютная безопасность. Это порядок, почти идеальный. Кстати, моя покойная жена это предсказала. А еще она предсказала, что появится человек, который сделает выбор. Не думал, что им окажешься ты. — Ортин не удивился, что спустя столько лет дядя узнал его. Твое имя в базе данных, сканер, встроенный в искусственный глаз, мгновенно определяет идентичность.

— Ты хоть осознаешь, что погибли миллиарды человек?
— Да. Если ты не хочешь оказаться среди них, то выберешь мой путь, — Мигель показал рукой на свою механизированную часть туловища.
— Но почему? Я не понимаю. Как из доброго дяди Мигеля ты пришел ко всему этому?
— Хочешь послушать байку перед сном? Хорошо. Времени у нас много… — Пока Мигель говорил, Ортин вполглаза осматривал помещение, вспоминая карту здания, — мы жили с Ритой замечательно очень долгое время. Она забеременела, я готовился стать самым счастливым отцом на свете. Потом пришли те… ублюдки с электрошокерами. Группа человек, которая высмеивала наш образ жизни. Они хотели показать, что использовать технику - вполне себе может быть полезно. Рита умерла, мне сломали руку. Я добивался расследования этого дела, но его закрыли, так как не смогли найти преступников. В один день я шел по городу и увидел одного. Плохо помню что именно было потом, я был зол настолько, что сразу кинулся на него и избил, – было видно, что именно этот момент в воспоминании вызывает у Мигеля чувство безумного наслаждения. Он будто представлял каждый удар и смаковал его в своей памяти. – нас разняли роботы-охранники. Эти стражи порядка идентифицировали меня и убийцу. Они вслух анализировали наше прошлое, сделали вывод, что стоящего передо мной парня надо временно заключить в камеру. Он оказался сыном важной персоны – Андреа Монти, заведующего городской информационной безопасностью. Стоит ли говорить, что убийцу из камеры быстро вытащили? А их таких было ещё четверо.
— Рита не смогла предвидеть это?
— Нет. Она могла видеть будущее только до беременности. Как только в ее животе начала формироваться новая жизнь, все силы и способности шли на то, чтобы поддерживать и сохранять жизнь ребенка. Она перестала гадать, ее “магия” больше не работала. Она спокойно к этому относилась, называла “платой” за здоровье малыша.

Киборг сделал паузу, выжидая некоторое время, чтобы собеседник мог переварить информацию. Ортин успел за время его рассказа оценить свои возможности. Времени на атаку будет немного. За минуту, может две, надо деактивировать суперкомпьютер, который охраняет Мигель. А он думал, почему в его кармане оказалась шашка с сонным газом. Мира позаботилась. Она знала, что внутри штаба не только машины, но вероятность нужного эффекта от применения сонного газа на киборге была слишком маленькой. И все же она приняла решение, что любую возможность надо использовать.

Будь Мигель машиной полностью, было бы проще. Ортин отвлек бы его живой тканью и взорвал бы вместе с компьютером. Здесь такое не пройдет.

— Я вернулся домой. Налил себе чай с липой, как готовила раньше Рита. Вспомнил все, что она говорила: про будущее, про то, как я мог бы помочь миру прийти к новому порядку, где люди больше не будут ни воевать, ни совершать преступления. Я думал, что стану проповедником. А стал тем, кем сейчас являюсь – Мигель посмотрел на свою механическую руку. – я потерял целый мир… Моя жена была для меня всем: любовью, другом, духовным наставником… И я потерял ее, потому что наша пара отличалась от большинства. Мы с Ритой избегали влияния машин, так как считали его пагубным. Мы были правы. Но это наша реальность, понял я, значит ее надо использовать с максимальной пользой. Так добряк-хиппи пропал со всех радаров и стал механиком-инженером. Шаг за шагом я поднимался по карьерной лестнице и двигался только к одной цели… Изменить этот мир и людей навсегда. И у меня это получилось.

— Не получилось. Теперь не тех, у кого бы была свободная воля. Все контролируется машиной. Это не натуральная жизнь, а ее копия.

— Ты глуп, люди никогда бы не изменились. Несправедливость существовала, но теперь, с новым порядком, ей пришел конец.

Ортин поймал момент, когда в пафосном порыве Мигель упустил его на секунду из поля зрения, кинул шашку-капсулу, которая я громким хлопком выпустила газ и дым. Доктор быстро активировал респираторную маску, вшитую в костюм и бросился в центр дымовой завесы, заполняющей комнату. Мигель схватил Ортина за ногу, металлические пальцы сжали лодыжку так, что послышался ощутимый хруст. Доктор взвыл от боли и саданул свободной ногой Мигелю по лицу. Киборг рывком притянул Ортина за ногу к себе, отпустил, чтобы проткнуть его механической рукой. Доктор увернулся, прекратился по полу как можно дальше. За дымом ничего не было видно. Из клубов резко появилось лицо Мигеля, освещенное красным светом от искусственного глаза. Ортин вытащил гранату, готовясь к последнему шагу при неудачном развитии плана "А". Он готовился подорвать весь зал подорвать весь зал, но медлил. В его памяти всплыло лицо матери. "Тебе выбирать, уничтожение или созидание".

Ортин не сорвал чеку. Мигель не ударил его. На киборга подействовал сонный газ и он рухнул на пол. Доктор со сломанной ногой допрыгал, держась за стену к суперкомпьютеру, ориентируясь на свет от экранов, который было немного заметно через дым. За спиной послышались грузный шаги. Ортин в спешке вставил флешку с деактиватором, собранным с помощью Миры на основе данных от разрушенных роботов. Суперкомпьютер должен был воспринять сигнал, как просьбу о помощи одного из своих подопечных и снять защиту, чтобы дать доступ к части управления. Так и получилось. Ортин пробежался по клавишам. Машина бы не выбрала пункт, прописанный мелким красным текстом - “перейти в ручное управление в случае аварии”. Но Ортин - не машина.
Вот и все. Доктор выпрямился, шумно вдыхая профильтрованный воздух. Управление над роботами выключено. Он повернулся. Буквально в двух шагах стоял робот, которого теперь возможно включить только вручную. Индикаторы погасли, робот застыл в шагающей позе. Ортин, ковыляя по стеночке, выбрался из лабиринта коридоров, где машины замерли, будто играя в “море волнуется - раз!”. Все. Теперь точно все…

***

— Папа, папа! Я сделал! Смотри! — мальчуган лет пяти побежал по траве и остановился рядом с мужчиной. Мальчик держал в руках пластилинового кролика.

— Молодчина, Майлз. У тебя красиво получилось, — отец потрепал сына по голове. — а почему кролик?

— Я нашел его в твоих фотках на планшете. Он красивый.

— Кхм. Очень… похоже, . Сделаешь еще что-нибудь?

— Да! — мальчик убежал обратно в беседку, где лепил из пластилина фигурки.

Доктор Ортин проводил сына взглядом, лежа на гамаке и наслаждаясь солнечным днем. Но его умиротворение продлилось недолго, как и в последние дни. Мира сигналила доктору, как только была необходима помощь. Доктор доработал свою ассистентку, использовав технологию самых новейших моделей робото-людей, способных забеременеть и выносить ребенка в максимально безопасных условиях.
Сейчас Мира была про человеческим меркам на третьем месяце беременности. У Ортина через полгода появится очаровательная дочь… Доктор отправился к Мире, проверил все индикаторы, повысил уровень жидкости в теле девушки до оптимального, добавил питательных добавок для поступления в организм ребенка. И он уже проделал подобное на протяжении девяти месяцев, каждые несколько часов отслеживая состояние Миры. Не раз Ортин ловил себя на мысли, что строить новый мир - это безумие. Но он сам сделал этот выбор. Кстати, дочь он назовет Ритой.
Солнце достигло зенита, на дворе начинался июль. Вокруг витал легкий медовый аромат липы. Было тихо. Было хорошо.

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
Другие работы:
+2
07:02
86
22:46
Такого сценария восстания машин я еще не встречала) напомнило Horizon: Zero Dawn
Империум

Достойные внимания