Валентина Савенко

Это был не сон

Это был не сон
Работа №200
  • 18+

***

Свежий летный лиственный лес навевал мысли о созидании и романтике. Палящее солнце слегка портило весь настрой, но, может быть, повезёт, и останется время, чтобы искупаться в местной речушке.

Мы брели по широкой просеке в поисках нужной делянки. Мы — это студенты третьего курса Лесохозяйственного института: Настя, Коля, Витёк, Сашка и я. Меня зовут Вика. С Настей мы лучшие подруги. Хорошо, что нас с ней в одну группу определили. Был хоть один человек, на которого я могла положиться. А то парням лишь бы улизнуть. Опять в сторонке курить будут да хохотать.

Наша делянка номер сорок два находилась уже где-то недалеко. Что мы будем там делать? Ограничим участок площадью один гектар и проведём на нём весь день, отрабатывая практику по таксации (если коротко, это наука об оценке леса).

Несмотря на жару, мы все надели футболки с длинными рукавами, спортивные штаны, заправленные в носки, и кроссовки. Сезон клещей, такие дела.

У каждого за спиной висел рюкзак со всем необходимым: высотомер, полнотомер, возрастной бур, рулетка, журнал для записи измерений, карандаш, компас, паёк и бутылка воды. Сашка и Коля ещё несли заранее заготовленные вешки, которыми нужно будет обозначить периметр делянки, а Витёк — мерную вилку, чем-то похожую на огромный штангенциркуль. Ею измеряют диаметр стволов деревьев.

Вообще в этом лесу, который относится к центральному лесничеству, тусят все курсы с института. У кого практика по таксации, у кого по лесоводству, почвоведению, геодезии, дендрологии и так далее. Направо пойдешь — под нивелир попадёшь, налево пойдёшь падающим деревом в лоб получишь. Весело.

К девяти утра студентов привозят сюда на автобусах, бросают на произвол судьбы, а в девять вечера забирают.

***

Солнце склонялось к горизонту, ветерок ненавязчиво шуршал, насекомые жужжали, птички заливались вовсю. Красота.

Почти вся работа была выполнена: определён породный состав делянки, оценён подрост, подлесок, травостой. Осталось измерить ещё несколько деревьев.

Мы лежали в траве под сенью раскидистых берёз. Устроили отдых перед финишной прямой.

Из-за высокой травы я никого из одногруппников не видела. Лень растеклась по моим венам, косые солнечные лучи, пробиваясь сквозь ветки деревьев, слепили глаза, какая-то травинка щекотала ухо.

— Ну что? Давайте уже доделаем, и можно валить, — предложил Коля.

— Давайте, — поддержала я и с трудом поднялась. — Где вилка?

— Я её возле осины оставил, — подал голос Витька.

— Возле какой? — Не помню, чтобы в породном составе мы указывали осину.

— Возле той, на которую осина поменьше облокачивается.

Две осины. Их стволы образовали букву «Л». Врата Сатаны.

Я смотрела на то место, где стволы соприкасались, как завороженная, медленно приближаясь к осиновой букве.

Странно... Мы их уже померили?

Листья на ветках беспрестанно трепетали, и я вспомнила, что осину ещё называют тополь дрожащий. Вот и я сейчас ощущала себя одним из этих листков.

Что ж такое? Я же вроде бы не суеверная?

Вилка расположилась прямо в ногах буквы. Витька что, специально её так бросил?!

За спиной всё стихло. Во мне начало подниматься какое-то нехорошее предчувствие. Наверняка мои одногруппнички сейчас зажали себе рты и покатываются со смеху!

Так. Глубокий вдох. Разве это сложно? Схватила вилку — и назад.

Я встряхнулась, резко шагнула вперёд, быстро взяла инструмент и пулей помчалась к месту привала.

Но здесь никого не было. Высокая трава покачивалась от ветра, кусты орешника шелестели листьями, всё так же пели птички.

— Эй! — крикнула я.

Справа от меня, из густой поросли клёна, послышалось какое-то шуршание. Спрятались, значит, шутники.

— Ну всё, вылезайте! Витька! Хватит прикалываться!

Мне не ответили. Недолго раздумывая и не выпуская из рук мерную вилку, я направилась в заросли. И только шагнув в них, сразу заметила кроссовки цвета хаки, чёрные носки и заправленные в них адидасовские штаны. Ликуя, я двинулась дальше, раздвигая гибкие стволы кленового подроста, ожидая увидеть футболку, но там было какое-то кровавое месиво.

Я молниеносно отшатнулась назад, загородившись вилкой. Заросли клёна сомкнулись, закрыв от меня только что увиденную картину.

Не веря своим глазам, я осторожно наклонила вилкой поросль, чтобы точно убедиться, что это не глюки.

Моему взору предстало всё то же зрелище: кроссовки, носки, штаны, кровавое месиво, которое уже облюбовали муравьи и мошкара.

Пульс подскочил, стало трудно дышать. Красный цвет затопил собой всё вокруг.

Оглушительно каркнула ворона, ужасно напугав меня. Её крик был последней каплей. Подскочив на месте, я бросилась бежать, куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда.

Пока бежала, в голове крутились мести о том, кто это мог быть, у кого я видела такие кроссовки.

Довольно быстро дыхание у меня сбилось, и, упав в траву, я осталась лежать, шумно вдыхая и выдыхая. Было очень жарко. Одежда прилипла к телу, волосы прилипли к лицу.

Что за чертовщина?! Куда делись ребята? Неужели даже Настя оставила меня?

Перед глазами так и стояли заросли и чьи-то ноги. Только ноги!

Стало дурно. Я перевернулась на спину. Кроны дубов и берёз высились надо мной. Солнце скрылось с небосвода, уступая место сумеркам.

Может, ребята тоже увидели те ноги, испугались и убежали, кто куда?

Тут что, ходит маньяк? Надо быть начеку. Приподнявшись на локтях, я осторожно огляделась. У меня с собой не было ни ножа, ни газового баллончика.

И тут я вспомнила, что у меня же есть сотовый, хорошо, догадалась вытащить его из рюкзака! Хоть бы ловил ещё! Я достала его из кармана, набрала Настю. Но сеть мигала на нуле.

На экране телефона горели цифры часов: двадцать и семнадцать. Я аж села от неожиданности.

Чёрт! Надо идти к автобусу!

Ладно. Оценим ситуацию. Где я нахожусь? Не знаю. Наверное, нужно вернуться на делянку: на ней и сеть ловила, и рюкзак мой там остался. Но меня страшила сама мысль о делянке и о том, из-за чего я её покинула!

Возможно, получится поймать сеть, если залезть на дерево? Да и в какой стороне автобус, я бы сейчас не определила. Нужно высокое дерево, чтобы сориентироваться.

Высматривая подходящее, я блуждала по лесу. Попадались достаточно высокие, но их нижние ветки, за которые я могла бы уцепиться, были недосягаемы.

Местность казалась незнакомой и более дикой. А ведь здесь должно было быть полно других студентов. Но мне не встретилось ни одной запоздалой группы.

Со мной в лесу находились лишь стрекочущие сверчки да щебечущие пташки. Ладно, хоть они ещё были, а не полная тишина.

И стоило мне об этом подумать, как все звуки разом смолкли.

Мурашки поползли по спине, стекая холодными каплями пота. Мне мерещилось, что со всех сторон за мной пристально наблюдают.

Почему стало тихо? В лесу так бывает перед опасностью или перед природным бедствием. Что за опасность грозила сейчас?

Стремительно темнело.

Я услышала, что кто-то бежит. Довольно быстро. Ко мне бежит. Не мешкая, спряталась в кустах бересклета.

И я увидела. Адидасовские штаны, кроссовки хаки.

Чтобы не закричать, зажала себе рот руками и старалась не дышать.

Ноги пронеслись мимо меня, не замедляя ход. Боясь моргнуть, я проводила их взглядом.

Боже, такого не бывает. Такого просто не может быть. Что происходит?! Паника нарастала во мне, парализуя мысли. Не в силах пошевелиться, я статуей замерла в кустах, отлично меня скрывавших.

Невероятная мысль поразила меня: что если я сплю! Иногда мне снятся ужасно правдоподобные сны. И кошмары тоже. Эта мысль здорово успокоила меня.

Я хлестнула себя по лицу. Хм... больно или нет? Как-то непонятно получилось. Тогда я со всей силы ущипнула себя за ухо и покрутила его, как это делала бабушка, когда в детстве ругала меня. Да, всё-таки больно. Значит, не сплю.

От этого открытия мне стало очень страшно. Внутри все похолодело. Я почувствовала себя совершенно беспомощной.

Что же здесь происходит?

Неужто я прошла через эти чёртовы Врата Сатаны?! Я не могла вспомнить чётко тот момент, когда забирала вилку под осинами. Голова шла кругом. Противоречивые эмоции затопляли меня. Как же это меня угораздило?! Ведь я даже не верю ни во что такое!

Как ни крути, похоже, мне всё же придётся вернуться на делянку к этим Воротам, чтобы пройти через них обратно.

В полном смятении озираясь по сторонам, я не знала, что мне делать, и мечтала, чтобы этот кошмар быстрее закончился.

Внезапно мой взгляд зацепился за едва заметный просвет между стволами соседних деревьев.

Пройдя через него, я очутилась на просторной поляне. Здесь высился замечательный старый дуб. Удача улыбнулась мне.

Приободрившись, я подпрыгнула и, ухватившись за нижнюю ветку, принялась карабкаться на вершину.

Предо мной протирался бескрайний лес. Во все стороны — сколько хватало моих глаз!

А где деревенька, что была недалеко от лесничества? И большая магистраль, по которой мы приехали сюда на автобусе из города?

Я не могла так глубоко забрести в лес. И как мне теперь найти Ворота? Где наша делянка номер сорок два?

На западе солнечная заря ещё горела алым. С востока надвигалась темень.

Телефон всё так же не ловил сеть. План связаться с кем-то провалился. Мной овладели отчаяние и безысходность. Сколько дней я смогу протянуть в этом лесу? В этом совершенно ненормальном лесу?

Мне ужасно захотелось пить.

Откуда ни возьмись налетевший ветер начал рьяно раскачивать мой дуб. А я, если признаться, уже решила на нём заночевать, устроившись на одной из нижних толстых ветвей. Покидать дерево мне совсем не хотелось. На высоте, казалось, было безопаснее. Может, пониже всё-таки не так сильно качает?

Потихоньку я начала спуск. Мне приглянулась ветка метрах в трёх от земли. Усевшись на неё, я почувствовала себя увереннее и спокойнее. Ветер здесь не буйствовал, и наблюдательная точка вышла превосходная: поляна просматривалась полностью.

Мой телефон завибрировал, от чего я чуть не рухнула с дуба. Звонила Настя! Во мне зародилась надежда.

— Вика! Вик, ты слышишь?

— Да, Насть! — Какое это облегчение, слышать её.

— Чёрт! Никак не могла до тебя дозвониться. Ты, блин, где?! Мы тебя искали-искали! Вообще не смешно! Давай приходи уже. Вы там с Юлькой Медведевой что ли тусите? Её тоже нет. Автобус приехал. Твой рюкзак мы забрали.

Я слушала её и плакала.

— Ты там что, ревёшь что ли? — испуганным голосом спросила подруга.

— Угу. Насть, я заблудилась и не знаю, где вообще нахожусь. Мне очень страшно.

— Чёрт! Вик, ты пропадаешь!

— Нет! Нет! Подожди!

Раздался громкий хруст, и, вскрикнув, я вместе с веткой полетела вниз. Приземлилась спиной и затылком на жёлуди, больно ударилась локтем левой руки, в которой держала телефон. Он куда-то отлетел. Вскочив, я стала шарить в траве, но мне попадались только палки да жёлуди.

Всхлипывая, я с остервенением пальцами бороздила травинки.

— Вииииикааааааа! Виииииикааааааа! — Жуткий вопль донёсся из леса с восточной стороны. В согнутой позе я так и застыла, как вкопанная.

Оттуда же послышались тяжёлые глухие и как будто неспешные шаги. Меня сковал страх. Я поняла, что эти леденящие душу звуки не могут принадлежать миру людей.

— Вииииикаааааа!

Опомнившись, я попыталась снова забраться на дерево. Но у меня ничего не получалось. Казалось, что ветка, на которую я до этого вскарабкалась относительно легко, поднялась выше по стволу. Подпрыгнув, я не могла даже коснуться её рукой. Всё без толку!

Я спряталась за ствол дуба, нащупала на шее цепочку с крестиком, сжала его в кулаке и шептала «Господи, помоги! Господи, помоги!».

Мне подумалось, что нужен крест побольше, тогда они меня не заметят. Кто «они», даже представления не имела.

Украдкой поглядывая на заросли, откуда раздавался оклик, я нашарила в траве небольшие палочки, выбрала две, сантиметров по двадцать каждая, шнурком от кроссовки связала их под прямым углом и затянула как следует. В одной руке — серебряный крестик, в другой — деревянный.

Господи, помоги!

Сумерки сгущались. Хотя это больше походило на некий тёмный туман, липкий и противный. Уже ничего толком нельзя было разобрать. Лес казался чёрным и зловещим.

Мой взгляд, словно магнитом, притянуло к себе хлипкое деревце на окраине поляны. В следующую секунду оно с треском рухнуло, и из леса шагнуло какое-то существо.

Рост его составлял не меньше пяти метров. Очень красивое лицо, приковывающее к себе взор, излучало едва уловимое сияние. Это лицо можно было бы назвать приятным, если бы не холодный блеск в глазах. Что-то подсказывало, что лучше не встречаться с этими глазами взглядом. Лучше вообще в них не смотреть.

На голове чудища высились изящные изогнутые рога, словно бы вылитый из бронзы. Светло-русые длинные волосы почти касались земли.

И тут моё внимание привлекли его ноги. Покрытые густой короткой шерстью, в коленях они сгибались в другую сторону, как у лошади, а вместо ступней были копыта.

Такая же шерсть шла по всему туловищу до шеи, где кожа заметно светлела.

Большие уродливые узловатые руки заканчивались длинными когтями, длинной около полуметра.

Передо мной стоял настоящий демон. Весь его облик источал жестокость и беспощадность. Я вжалась в ствол дуба, стараясь быть как можно незаметнее.

Тем временем существо сделало ещё пару шагов и внимательно осматривало опушку. Правую руку оно держало согнутой в локте. На когтях же было что-то нанизано.

Приглядевшись, я увидела, что это верхняя часть человеческого туловища. Всё во мне заледенело от ужаса. Юля. Её тоже нигде не могли найти. Вот чьи ноги я обнаружила в зарослях клёна.

Два когтя протыкали её торс, и один — голову, от подбородка к затылку. Её руки безвольно болтались при каждом движении демона. Засохшие кровавые потоки, чернея на Юлиной коже и одежде, продолжались на огромной руке чудища.

На мертвенно бледном лице девушки застыла гримаса страха и отчаяния. Но глаза, вытаращенные и обезумевшие, периодически вращались в орбитах в разные стороны, будто каждый был сам по себе. Её рот, постоянно открываясь и закрываясь, с большим трудом исторгая нечеловеческие вопли.

Я зажмурилась и скрылась за дубом, но было уже поздно. Левый глаз Юли заметил меня за мгновение до этого.

— Виииикааааа! Я знаааюю, гдее тыыыыы!

Чудище двинулось к дубу. Я же, заслышав его шаги, со всех ног ринулась в лесную чащу. В моей крови бушевал адреналин, заставляя бежать на пределе возможностей, не разбирая дороги.

Руками я отбивалась от веток, норовивших хлестнуть по лицу. Было неудобно из-за крестов, которые я всё так же сжимала в кулаках, но мне бы и в голову не пришло выбросить их.

Мой путь пролегал по пересечённой местности. То тут, то там попадались какие-то кочки или булыжники, высокая трава затрудняла бег. Ноги горели огнём.

От усталости правая нога заскользила по траве в сторону. Потеряв равновесие, я кубарем ухнула в откуда-то взявшуюся яму. Хотя в темноте я могла её просто не заметить.

Приземлившись на бок, я почувствовала могильный холод и сырость. Но у меня сразу возникла успокоительная мысль, что, возможно, на этом участке второкурсники проходили практику по почвоведению и вырыли яму для оценки почвенного профиля, а значит, с одной из сторон ямы есть земляные ступеньки.

Но сейчас эта «могила» стала для меня лучшим убежищем. Забившись в самый дальний угол, наполненный непроглядной тенью, я притянула к груди согнутые в коленях ноги, обхватила их руками с крестиками в кулаках и, уткнувшись в них лбом, начала молиться.

Верую во единого Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым. И во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, Иже от Отца рожденного прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна...

Это оказалась единственная молитва, которую я смогла вспомнить в данный момент. Два месяца назад, становясь крёстной, я читала её наизусть в церкви на крестинах своей племянницы.

Представляя над собой церковные своды, я раз за разом шептала Символ Веры. Заканчивала и снова начинала.

А у меня над головой в лесу кто-то бродил, шуршал. Разные голоса, писклявые и грубые, приятные и омерзительные, звали меня.

Кто-то даже спускался ко мне и голосом, очень похожим на Настин, спрашивал: «Вика, это ты?».

Но всё-таки крестики не давали им меня обнаружить. Трясясь от страха и боясь разомкнуть веки, я надеялась, что молитва защитит меня.

***

Я открыла глаза и оказалась в своей комнате у бабы Риты.

От удивления пару раз моргнув, я села в постели и огляделась. Одеяло с мишками Гамми, обои с феечками, шторы в цветочек.

В дверях появилась и сама бабушка.

— О, Викуль! Ты ещё не встала? Поднимайся, соня. Времени-то уже!

— Бабуля! Мне такой кошмар приснился!

Улыбаясь, она подошла ко мне, наклонилась к самому уху и прошептала:

— Это был не сон. — И так жутко рассмеялась!

Меня передёрнуло всем телом, и я проснулась сидящей в холодной «могиле». О, Боже! Я заснула! Но я жива?

Было тихо. Никто не стонал, не ходил вокруг. Лишь ветер слегка шелестел листвой да птицы весело щебетали.

Я вся продрогла. Ноги и руки затекли, спину ломило. Хотелось выбраться из этой сырости.

Не меняя позы, приоткрыв один глаз, я попыталась оценить обстановку. Рядом со мной никого не было. Я осмелилась поднять голову. Потом встать.

Если бы не земляные ступеньки, мне пришлось бы попотеть, чтобы вылезти из ямы, глубина которой превышала мой рост раза в полтора.

Меня встретил солнечный летний лес, каким он был вчера днём. Нервно озираясь по сторонам, я сунула оба крестика за пазуху и с наслаждением размяла пальцы.

Неподалёку стояло два дерева: одна прямо растущая осина и другая поменьше, облокачивающаяся на первую.

Как они здесь оказались?

В недоумении, продолжая оглядываться на ближайшие заросли, я быстро продвигалась к ним.

Мне дают шанс уйти?

В радостном предвкушении я прошла Ворота Сатаны и очутилась на нашей делянке. Тут же валялась мерная вилка, хотя вроде бы я кинула её где-то в лесу.

В кармане завибрировало. И телефон при мне! Странно.

Звонила Настя.

— Вика, блин! Ты где?! Мы тебя искали-искали! Вообще не смешно!..

Слушая наезды подруги, я медленно подошла к густой поросли клёнов. Отогнула стебли.

Мои глаза так и впились в кроссовки цвета хаки.

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
+1
11:15
98
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Светлана Ледовская №2

Достойные внимания