Маргарита Чижова

Люди за пределами тумана

Люди за пределами тумана
116

Глаза ещё не привыкли к настоящему свету. Дрожи не было – готовился он достаточно долго, чтобы чувствовать себя более-менее уверенно, – зато дыхание перехватило.

Снаружи воздух был намного хуже, чем в Городе, дышать было сложно, в легкие как будто попали измельчённые камешки, утяжелив их. Повышенная влажность с большим содержанием ядовитых паров, говорили ученые. Ему выдали баллон кислорода, но использовать велели только когда дышать станет совсем невозможно. Элем попытался успокоить себя тем, что совсем скоро вернется, но мрачные мысли, похожие на туман, окруживший этот неизвестный, но притягивающий мир, заняли прочное место в голове. Впервые его отправили одного.

Нет, солдаты-одиночки возвращались и, между прочим, довольно часто. Группы тоже возвращались – у них, в общем-то, не было причин не вернуться. Земля опустела. Последние люди ютились под землёй.

Подземные Города, так они назывались. На каждом материке находилось по одному, максимум по два. Началось все внезапно. Элем тогда ещё не родился, как и его мама с папой, да и бабушка с дедушкой.

На самом деле, катастрофу предсказывали ещё в 2105 году, когда Хелена Веррил нарисовала картину, которую сейчас считают пророческой. На ней изображён солдат в зеленой униформе, с кислородным баллоном за спиной, но защитные очки сняты. Автомат направлен на одичавшего человека: длинные тёмные волосы, смуглая кожа, горбатая спина. Лицо вытянутое, худое. Глаза почти черные, не видно радужки, хотя вся картина прорисована пугающе реалистично и чётко, а серый цвет глаз солдата напротив очень хорошо видно. Рот дикаря раскрыт, будто он что-то рассказывает. Обуви у него нет, но ступни преувеличенно большие. Правая рука вытянута к солдату так, что можно разглядеть чересчур длинные пальцы с черными выпирающими костями. Таких у обычных (здоровых) людей нет.

Вокруг них простирался туман, но кое-где все же можно было увидеть зеленые листья или стволы деревьев.

Рост у солдата и дикаря почти одинаковой, пропорции тела, если не брать в расчёт ступни и руки – тоже. Они вроде бы ровесники; обоим по 18-19 лет. Сходство в телосложении пугает, фактически, являются отражениями друг друга, хоть и разные во всем.

Вот только один из них – потомок тех, кто мутировал от вируса 2187 года. Их назвали "веррилами" по фамилии Хелены Веррил. А мальчик-солдат – житель подземного города.

Элем знал многое из истории катастрофы – ему рассказывали об этом дома, в школе, на военной подготовке. Намного меньше он знал о мире, в который его отправили. Неизвестная белая субстанция, названная "туманом", на пути к которой простирается слишком много неизведанных, пугающего, скрытого.

И вместе с тем пленяющего.

Но он с детства мечтал об этом. Что угодно, лишь бы вырваться из Города. Казалось, его окружает очень ограниченное пространство, которое с годами становится все меньше и меньше, а фонари, беспрерывно освещающие улицы медленно гаснут. Когда он впервые вышел наружу с командой – почти год назад, – заплакал. Ему было страшно, одиноко, впереди ожидала неизвестность, но как же он хотел очутиться тут!

Под небом, которое он видел только на картинах и в старых фильмах.

Элем прокручивал в памяти старые-старым рассказам, которые читала ему мама. Рассказы о путешествиях по "морям". Море – это огромная яма, наполненная водой. Они разделяют Города друг от друга. Элем бы хотел посмотреть на "море".

На самом деле, он почти ничего не знает. Но все же.

Недавно его перевели в "наружники" (по-другому – разведчики), куда попадают только самые выносливые, сообразительные и отличившиеся на групповых вылазках. Родители гордятся им. Да что там, им гордятся все.

А он, глупый, грезит о жизни на поверхности.

Чем дальше Элем отходил от Города, тем хуже слышал голос в наушниках. Сначала его спрашивали, куда он идёт, как самочувствие, что видит вокруг, и он негромко отвечал. После связь начала пропадать – появились помехи, громко щёлкающие в голове. Теперь тишина.

Слышно было только какие-то странные, далекие крики, возможно, тех самых птиц, о которых ему рассказывали. Он запомнил эти звуки по тем же фильмам. На самом деле он записался в добровольцы на вылезку именно ради птиц. Хотел их услышать, ведь в Городе не было ни одной.

В Городе вообще не было ни животных, ни птиц. Только остатки людей.

И сегодня он опять услышал. Да, ради такого стоит жить.

Потеря связи не слишком напугала его. Когда он выходил с группой, связь тоже рано или поздно пропадала. Задачей было пройти как можно больше по ядовитому воздуху и самое главное – вернуться назад. По шагам составлялась электронная карта, которая, как только солдат решал закончить вылазку, помогала найти выход из этой серой тюрьмы. За последние десять лет разведывательных экспедиций никто ещё не встретил ни одного веррила, так что и бояться их было бессмысленно. Поселедних видели еще во второе поколение Городов, когда самые отчаяные пытались узнать новости снаружи, но натыкались на изуродованных или одичавших людей. Потому, сейчас, когда шло уже двенадцатое поколение, даже мысль о том, что кто-то выжил была нереальной.

Да и жертв было мало – иногда кто-то сталкивался с дикой собакой, и тогда человека ожидала неминуемая смерть. Такое случалось, да, но собаки и ядовитый воздух – пока это все опасности.

Счётчик шагов негромко пикал, пока Элем осматривался по сторонам. Странно, если сначала из-за тумана не было видно совершенно ничего, и ему приходилось смотреть через очки на дорогу, то сейчас можно было разглядеть кое-где высокие кусты и деревья.

Если так, то может, если бы он продолжил путь, туман бы со временем и вовсе пропал?

Элем решил подойти к одному из деревьев. Он немного знал о таких: растрескивающаяся темно-серая кора, а вокруг раскиданы светло-коричневые шарики овальной формы. В первой же экспедиции он, по совету одного из товарищей, попробовал один из них – отвратительный горький вкус. Историки назвали это "желудями", когда он показал пару принесённых экземпляров. Элем прошёл вокруг дерева, почти облакатившись о ствол и (невероятно!) окружность была просто огромной. Запрокинув голову, он попытался вглядеться и увидеть верхушку (может, получилось бы разглядеть небо?).

Хоть это и было невозможно...

Кто-то дышал ему в спину. Сначала, парень подумал, что ему кажется – собственное дыхание услышал, просто задумался, слишком уж тихо тут. Но, прислушавшись, Элем понял, что не один.

Мне конец... – подумал Элем, уже уверенный в том, что его учуяла дикая собака и вот-вот атакует со спины.

Развернулся и оказался лицом к лицу с человеком. По крайней мере, он выглядел как смуглый юноша с темными волосами, только сутулый и одежды на нем почти не было. Элем, дрожа, вытянул вперёд оружие и попятился назад, спиной зацепившись о дерево. Не будь ткань его мундира такой плотной, точно бы порвалась.

Они стояли друг против друга, окружённые туманом. Элем моргал слишком часто, не мог сконцентрироваться и разглядеть человека напротив. Прищурился и в изможденных чертах лица узнал парня, примерно его лет. Если бы не сутулость, он бы был немного выше Элема, но так рост их почти сравнялся. Черные глаза блестели нескрываемым любопытством, смешанным со страхом. Оба пытались не показывать страха друг перед другом.

Парень что-то крикнул ему, но было это настолько неразборчиво, что прозвучало скорее как ругательство с вопросительной интонацией, чем приветствие.

Элем ничего не ответил.

Опять непонятные звуки, сказанные теперь медленнее и тише. Облизнув губы, человек напротив попятился. Он снова попытался сказать что-то, но не смог. А Элем говорить не собирался. Пожалел только, что связи нет.

— Не надо... — Прохрипел смуглый парень. Этот голос, совсем нечеловеческий, но произносящий знакомые им обоим слова, как будто ударил по Элему, дал хорошую пощечину. Отрезвил.

Рука дрогнула, автомат чуть опустился, но все ещё был готов выстрелить в любую секунду.

— Кто ты? — С опаской выкрикнул Элем, надеясь, что слова прозвучали достаточно громко и уверенно.

Теперь дикарь молчал. Смотрел на него испуганными глазами и дышал так часто, что Элему даже прислушиваться надо было, чтобы услышать тяжелые вздохи и выдохи. Он не хотел признавать, что испугался, но холодок, прошедший по спине, говорил сам за себя.

— Кто ты такой? — Теперь более грубо спросил Элем, опять прицеливаясь. Ответа так и не последовало. — Не молчи! Ты из Города?

Дикарь отрицательно покачал головой, зачем-то протягивая к нему правую руку. Элем на секунду подумал, что парень хочет прикоснутся к нему.

Элем взглянул на его руки – пальцы слишком длинные, с выпирающими черными косточками. То, что происходило, вдруг показалось Элему смутно знакомым. От этого странного чувства ему захотелось закричать, закончить все это, может, даже случайно выстрелить, но собеседник спросил:

— Что такое "г-город"?

Опять этот странный голос. Элем поморщился.

— Подземный Город. Ты, видимо, не оттуда. Тогда откуда?

— Я всегда был тут.

Незнакомец оглянулся по сторонам. Элем опустил глаза на землю и, сквозь клочья тумана заметил, что обуви на нем нет, а ступни огромные.

— Где "тут"? — Спросил Элем, уже догадываясь, кто перед ним стоит. Просто хотел услышать последнее подтверждение.

— Тут, — веррил продолжал заворожённо смотреть солдату
в глаза.

На пару мгновений Элем опешил. Веррилы замечены были в последний раз почти четыреста лет назад, когда ещё первые свидетели катастрофы были живы и устраивали неумелые и по-настоящему опасные разведывательные миссии. Потом, установив связь с другими Городами, правительство запретило вылазки. Воздух портился все сильнее, каждый день приходилось думать лишь о том, как же избавляться от новых вирусов и паров, просачивающихся под землю. Их мир "заснул" почти на четыре века, и только несколько лет назад, когда уровень загрязнения воздуха начал постепенно снижаться, дали добро на новые экспедиции. Ученые были уверенны, что веррилы погибли, не смогли приспособиться к суровым, невозможным условиям, но, если так, то кто же сейчас перед ним?

Люди живы– эта мысль прочно засела в голове Элема. Люди живут на поверхности. Он одичал, плохо говорит и тяжело дышит, но живёт. Значит жить возможно.

И приспособиться возможно тоже.

Только сколько же веррилов? Они живут по одиночке или объединяются в селения? Есть ли у них цивилизация, элементарные знания и воспоминания о прошлых веках, или же человеческий род "начал сначала"?

Элем хотел спросить. Он готов был знать, смотреть, узнавать, и плевать на то, что его ждут в Городе. И на ядовитый воздух плавать. И на то, что кислорода может не хватить на обратный путь – ужасное головокружение уже берет своё, а баллон рассчитан всего на два часа.

Жизнь есть. Есть надежда выбраться оттуда. Из этого ада, который сравнительно неплохо оборудовали для выживания, но для долгой и счастливой жизни – нет.

И он готов был рискнуть всем ради надежды вырваться из Города.

Элем вздрогнул, выведенный из мыслей. Что-то неподалёку громко хрустнуло – наверняка, обыкновенная ветка, – но это его испугало. Потерял внимание на долю секунды и когда обернулся, веррил уже скрылся в тумане.

-1
09:40
615
14:25
В целом неплохо, и кажется, что это фрагмент чего-то большего. Но нет.
А есть вопросы. Почему разведчик ведёт себя так, как будто выбрался первый раз? Оглядывает деревья и слушает птиц.
Для чего, собственно, организована вылазка? Искать провиант, который уцелел за сотни лет? Или найти границы тумана, с чем не справились групповые вылазки? Или это такая прогулка?
А главное — почему он вдруг решил остаться вне города? Просто встретив уцелевшего дикаря, и не взирая на отсутствие нормальной атмосферы, пищи и т.д.? Мотивации как-то не хватает.
Гость
13:32
Да, действительно, рассказ незаконченный и сырой. Мотивация никакая, ситуация натянута.
21:48
У каждого свое мнение, но мне понравилось. Написано очень атмосферно и лаконично, ничего лишнего.
Гость
13:19
очень сыро. Как грамматически — запятые, построение предложений, несогласование времен. Так и в общем — опечатки, заглавные буквы вместо прописных без видимого смысла. В первом комменте уже задали почти все вопросы, которые возникли и у меня. Есть ощущение, что главное в рассказе только идея того, что человек может желать другой жизни и ставить под сомнения устоявшиеся мнения. А все остальное — ну как получилось.
22:50
По содержанию: сначала была провидческая картина. Потом случилась ситуация, повторяющая картину. Главный герой хотел выбраться на поверхность, хотел пообщаться с диким человеком, но не получилось. Такие дела. Как-то никак.
По тексту: средненько. Много «былок», местами кривоватые предложения, неуместные противопоставления. Пунктуация хромает, в диалогах путаница с прописными буквами в авторских комментариях.
16:56
Пошёл герой в разведку. Но судя по его действиям, никакой он не разведчик. Такое ощущение, что первый раз вышел за пределы города. Вышел, шёл-шёл и… и ничего не произошло.
С грамотностью плоховато, запятые не на месте, текст не вычитан. Мотивации у поступков персонажей нет, картинка — туман он и есть туман.
Илона Левина