Юлия Владимировна

Лунный паладин

Лунный паладин
Работа №198

Презираю тебя, ты во всём виновата! с яростью крикнул Тревер, глядя на сияющий тёплым светом большой ореол Луны, ты не достойна, блистать на небе и возглавлять звёзды.

Молодой человек свирепо сжал в большой ладони серебристое кольцо и яростно бросил его, прицелившись в яркий шар Луны.

И лишь безмолвные седые статуи херувимов, застывшие в вечном танце на центральном парке, стали невольными свидетелями осиротевшего и разбитого сердца молодого юноши. Стройный силуэт уходящей девушки изящно скрылся в ночном тумане, оставляя лишь шлейф циничного смеха после себя.

Тревер свирепой хваткой впился в нежный бутон растерзанной розы, резко вдыхая опьяняющий аромат умирающего цветка. Угнетенный и униженный он беспощадно выбросит кроваво-красные лепестки розы в безмятежную гладь спящего пруда, окропив его багровыми слезами одинокой души. Через мгновение субтильное тело юноши обратится в бегство прочь от проклятого им места страсти, и лишь луна виновно попытается озарить ему спасительный путь в никуда.

Волшебная тишина овеяла безлюдный осенний сад городского парка. Легкая мелодия опустилась на спящий пруд, напевая колыбельную утонувшим красным лепесткам розы. Изумрудные волны нарушили зеркальную гладь водоема, и в уходящем отливе оголилась белоснежная фигура юной красавицы одетой в золотые волосы из лунного света. Легкой поступью новорожденная незнакомка вышла из мерцающих волн пруда и смущенно оглянулась по сторонам.

Прошу Вас принцесса, это платье я сшил специально для Вас,- вальяжным голосом промурлыкал фиолетовый лемур, протягивая голубое платье растерянной девушке, уверен, в это время года, вам подойдет небесно голубой оттенок.

Тонкое запястье сахарной руки прижало прозрачное платье к мокрым плечам, и с жемчужной улыбкой молодая мисс с очарованием любовалась на свое отражение в воде.

Как изящно Вилф, благодарю Вас, звонким голосом произнесла девушка, ты не видел мой хрустальный флакон?

Толстенькое тельце пушистого лемура лениво потянулось на скрипящих ветках. Маленький зверек поднялся на задние лапки, балансируя на кривых руках канадской сосны, и усердно принялся вкушать букеты безмятежных садов, рассекая на невидимый диапазон разноцветные ароматы многомиллионных запахов в поисках хрустального флакона.

Принцесса Мия, я, кажется, нашел его, горделиво провозгласил фиолетовый Вилф, он упал в серебристые ландыши около вашей правой ноги, посмотрите, вот он сверкает!

Мия подняла свой хрустальный флакон с розовыми мыльными пузырями пока еще несбывшихся людских грез и на серебряной цепочке повесила его на свою тонкую шею.

Ваше высочество! Не хочу показаться занудой, но вашего рода особе, не подобает ступать по чужой планете босыми ногами, язвительно подметил Вилф. Прошу Вас, укройте ваши царские
щиколотки этими туфлями из золотых листьев клёна. Могучее дерево приносит Вам их в дар, в честь Вашего прихода на Землю.

О, Вилф, они прекрасны и как раз мне по размеру, очаровалась Мия, глядя на золотистые каблуки, благодарю вас за столь неожиданный подарок, великий хранитель здешних лесов.

Танцуя, вскочив на гранитный бордюр фонтана, Мия принялась кружиться вдоль приветливо струящихся брызг, под бархатистый смех гипсовых статуй ангелочков, охраняющих его.

Приветствуем Вас принцесса! с озорством наперебой пропели гипсовые херувимы, мы собрали звездные заколки, для ваших прекрасных золотых волос.

Мия протянула розовые ладони, собирая падающие словно перья, заколки из звезд, изыскано вплетая их в свою длинную косу.

О, Вилф, посмотри как тут всё вокруг поразительно и необычно, огляделась Мия по сторонам, вверху всё кажется совсем иным, чем сейчас. О, как давно я не спускалась на одну из моих любимых планет.

Ваше высочество, я должен вас предупредить быть осторожнее, боязливо возразил фиолетовый лемур, Земля весьма неоднозначная планета, здешние обитатели могут быть как безгранично доброжелательны, так и лицемерно безнравственны, лишь хрупкая грань надежды, несбывшихся грез и преданности разделяет эти два противостояния. Надеюсь, вы не запамятовали за несколько миллионов лунных лет об этом?

Мой дорогой Вилф, ты как всегда излишне назидателен, конечно, я не забыла три дара, которым наградил мой отец обитателей этой смешной планеты, щекоча за пяточки играющих с ней гипсовых херувимов, ответила Мия. Если ты еще помнишь, отец поручил мне охранять эти три дара, с чем я весьма неплохо всё это время справляюсь.

Что вы я ни в коем случае не смог бы усомниться в вашем могуществе, с наигранным испугом ответил Вилф, но, не стоит забывать, для чего ваш великий отец пригласил вас сюда.

Я помню, можешь быть спокоен, я справлюсь, иронично подмигнула наглому лемуру Мия, вдыхая конфетный аромат распустившихся в ее руках бутонов роз, осталось лишь разыскать этого наглеца и задиру, на которого пал выбор моего отца всего-то.

Посмотрите, на что я стал похож, импозантный лемур выпрямился, потягивая затекшую спину, ссутулился, а на голове свалялся комок из шерсти, моя новая прическа испорчена. И ради этого я летал на другой конец галактики, чтобы привести себя в порядок.

Прекрати жаловаться, ты вполне достойно выглядишь. Волосы можно и самому уложить, ни к чему излишне тешить себя барскими капризами, дразнящим тоном ответила Мия. Я ведь обхожусь без услуг звездного куафера.

Аха-ха, Ваше превосходительство, вы как всегда изящны в сарказме, принялся небрежно льстить Вилф, думаете, я за сто лет позабыл, что ваши волосы нельзя стричь, ведь они озаряют лунной тропой обратный путь к дому всем заблудившимся кораблям в океане.
Я почти решила, что ты позабыл, но память у тебя отменная, недаром ты пишешь свою научную диссертацию, продолжая наслаждаться над обремененной услужливостью Вилфа, ответила Мия,

кстати, как там твои успехи с ней?

Почти семьдесят три года борюсь с заключительной частью, продолжаю искать подходящий материал для исследований, приглаживая утренней росой разлохмаченную чёлку, ответил фиолетовый лемур, надеюсь здесь пополнить свои исследования.

Лемур с забавным перфекционизмом закончил бороться с укладкой на голове и поправил на своём длинном носу круглые очки. Вытянув из туманной дымки большой альбом «Летаргического дрёма», он принялся сосредоточенно перелистывать ожившие в его руках страницы с фотографиями всех кошмаров, снов и фантазий, собранных им от обитателей галактики, с которыми он встречался.

Так посмотрим, что тут у нас, недоверчиво бормоча, произнес Вилф, этим туманным перевозкам не стоит излишне доверять, вечно пытаются вытянуть смешные воспоминания.

Мия закончила вплетать звезды в свою косу и повернулась к Вилфу.

Сколько я тебя помню, ты постоянно занят учёбой, улыбнулась принцесса, для чего такие мучения, разве всё непознанное не сильней прельщает, чем острозубая истина?

Моя драгоценная Мия, постоянное самообразование, есть один из способов независимости, усмехнулся Вилф.

Независимости от кого? с интересом спросила Мия.

От власти, к примеру, томным взглядом улыбнулся лемур.

Гогочущий смех испугал блаженную тишину утреннего сада. Юная принцесса принялась утирать солёные слезы от внезапно рассмешившей её шутки Вилфа. Оскорбившись столь явной фривольностью, Вилф продолжил скрупулезно проверять наличие всех фотографий в своём альбоме, не отпуская раздраженного туманного перевозчика.

Прости, я не хотела тебя обидеть, утешительным тоном обратилась к непоколебимому Вилфу Мия, я знаю как для тебя важна научная степень, она дарует свободу и благородный род.

Да, соглашусь, не всем от природы дана красота и свобода, ужимая улыбку от вида сдавшейся принцессы, ответил Вилф, кому-то приходиться заслуживать эту благодать, но тем она становиться еще значимее.

Я заранее верю, что ты этого достоин, положа руку на маленькое пушистое плечо, ободряюще ответила Мия, поможешь мне найти это бестолковое кольцо?

Куда ж вы без меня, ухмыльнулся Вилф и принялся вновь изыскивать тонкий обручальный запах серебряного кольца в озаренном солнцем пространстве голубого сада.

Фиолетовый силуэт прошмыгнул вдоль лохматых кустов шиповника и с животным инстинктом принялся перекапывать аккуратно стриженый газон.

Ваше высочество, нашёл! с привычным тщеславием воскликнул Вилф, и кто здесь большой молодец?!
Восхитительно! с лучезарным взглядом подбежала Мия и внимательно посмотрела на потухший блеск кольца, и ради этой безделушки меня попросили спуститься?

Осмелюсь поправить вас. Для людей эта как вы выразились «безделушка» имеет весьма большое значение, именно обручальное кольцо объединяет надежду, мечту и верность в одно бесконечное единое целое. Влюбленные провозглашают друг друга хранителями своих сердец навеки веков, лирично подытожил Вилф.

Этот смешной обряд еще имеет место быть до сих пор? примеряя на свой палец колечко, спросила Мия, как мило и забавно, сейчас редко встретишь подобные традиции. Мне больше по душе новое модное движение средь пространства галактик одиночество и независимость, но видимо не все жители этой славной части плеяды следят за модой.

В то время пока Мия и Вилф вели свой шутливой разговор, около последней звезды на кончике стрелы созвездия «Стрельца» раздался утробный смех. Один от рода изгоев из королевского семейства лучезарного сословия Вселенной, случайно услышал о внезапном прибытии Мии на Землю.

Калапзус был последним сыном угнетённого и вымершего рода «Кромешная тьма», который избегался всеми представителями знатного семейства скопления Плеяды. Король лучезарного сословия изгнал всех предателей и саботажников своего властвования на самый далекий край вселенной много миллиардов лунных лет назад, еще на заре времён, когда галактики с маленькой планетой Земля еще не существовало на необъятных просторах космоса. Молодая планета и не помнит позорного изгнания тогда ещё юного и озлобленного Калапзуса и его братьев на край тьмы.

Какая неожиданная весть, донеслась и до этой черной дыры галактики, с многозначительной ухмылкой произнес Калапзус, я уже позабыл, когда в последний раз видел свою легкомысленную сестренку Мию.

Чёрные клубы газовых облаков слились в густой туман в виде царственного пьедестала с остроконечным орнаментом. Калапзус глубоко вдохнул серебристый дым, приносящий южной мглой, и медленно выдохнул его в пространство его скромной обители, куда никогда не проникал ни один лучик света. Кромешная тьма его кельи овеялась дымкой серого смрада переходящего в извилистые волны, наткнувшись на преграды в помещении. Последняя попытка разглядеть обстановку вокруг и досадно, словно слепой, пройти к своему трону «побеждённого».

Как же я соскучился по прежней жизни, всё бы отдал, чтобы выйти из вечности мглы и вновь колесить со скоростью света на своих кометах по безграничному пространству, затягивая звезды под их огненные хвосты, с жалостью вспомнил Калапзус, чтобы вновь ожить необходимо принести кого-нибудь в жертву.

Позади угрюмого пьедестала, на котором пытался горделиво восседать Калапзус, потянулись два черных пятна, еще более темных, чем все вокруг, издавая ехидный смех.

Ваша сумрачность, приветствуем Вас! наркотическим смехом прозвучало за спиной Калапзуса,

мы принесли еще одну потухшую звезду для вас. Да, она потухла прямо у меня в руках.
Пора перестать тешиться падалью и вернуть ту царскую благодать, что была дарована моему погибшему царскому роду до изгнания, брезгливо кинул, не оборачиваясь, Калапзус к двум пятнам у себя за спиной.

Ваша язвительность, о чем Вы пытаетесь сказать? очерчиваясь в грубый контраст, предстали два черный пятна с вытянутыми мордами и длинными хвостами перед пьедесталом своего хозяина, нас навеки лишили права греться в лучах яркого света вашего великого дядюшки.

Времена меняются, задумчиво произнес Калапзус, ведь победа это лишь миф побежденного.

Болезненный смех наперебой раздался средь пустующего интерьера завядшей знати. Две хвостатые кометы с надеждой и преданностью смотрели на своего хозяина в ожидании указаний.

Подберите свои хвосты! наконец провозгласил Калапзус, мы отправляемся на Землю.

Тем временем Мия и фиолетовый лемур, встретив свой первый рассвет на Земле, выдвинулись в не близкий путь в поисках молодого человека по имени Тревер. Озорные звезды указывали им путь своими длинными лучиками, словно компас.

Едкий запах никотина слоистыми облаками занял всё свободное пространство в маленьком придорожном баре. Полупьяный Тревер опустошал пятый бокал крепкого французского коньяка, перебивая горечь тронсёйского привкуса дуба, дешёвыми техасскими сигарами. В его голове под ритм одно тональной мелодии танцевали мысли убитой веры, неоправданной надежды и уходящем желании жить.

Мия, прижимая Вилфа к груди, брезгливо пробиралась сквозь пьяные, неконтролируемые тела постояльцев бара, выслушивая позади себя оскорбительные предложения и сомнительные комплименты.

Эй, красотка, неси свою розовую кошку и присоединяйся к нам! несвязно послышалось за спиной Мии.

Ваше высочество, не оборачивайтесь на нелесные эпитеты здешних обитателей, успокаивающе прошептал на ушко испуганной принцессы Вилф, этим ободряющим призывом они пытаются убежать от реальности своего грядущего декаданса. Каким необходимо быть дальтоником, чтобы назвать меня «розовой кошкой», упрекнул Вилф.

Мия, протирая заслезившиеся глаза от дыма, остановилась и посмотрела на одинокую сгорбившуюся фигуру Тревера.

Это угнетенный кекс и есть тот, кого мы ищем, ваше высочество! подозрительно взглянув на Тревера, произнес Вилф.

Что мне ему сказать? нерешительно спросила Мия у Вилфа.

Начните с шутки или красноречивого высказывания о бытовых проблемах человечества, его возраста кексам интересен подобный стиль общения, заинтересованно заулыбался Вилф.

Мия машинально схватила с соседнего столика большой деревянный стакан с пенистым пивом и решительно подошла к Треверу.
Здравствуй, Тревер, красивое небо, не правда ли? спросила Мия.

Сбитые с центра равновесия зрачки медленно оголились из-под распухших век. Покачиваясь, Тревер из последних сил попытался сымитировать задумчивый образ и посмотрел вверх, но на засаленном от дыма сигарет потолке бара явно не просвечивался утренний небосвод.

Видимо милая леди, вы еще пьянее, чем я, раз на потолке видите звезды, с трудом произнес Тревер.

О, нет, вы меня не так поняли, улыбнулась Мия, присаживаясь за стол к Треверу, я хотела сказать, что рада от того, что, наконец, то смогла вас найти.

Найти? изумился Тревер, кто вы?

Прошу прощения я не представилась, хоть мы ранее уже встречались, протянула руку Мия, меня зовут Мия, а это мой экскурсовод помощник фиолетовый лемур Вилф.

И чем я могу вам с вашим лемуром помочь? с пьяным интересом спросил Тревер.

Вообще-то, это мне поручено тебе помочь, смущенно хихикнула Мия, ведь ты сам обвинил меня в своих бедах.

Я тебя даже не знаю, чтобы обвинять тебя в своих бедах, заметил Тревер.

Отнюдь! Конечно, ты меня знаешь, лишь вчера ты презрительно глядел и бросил в меня свое кольцо, оскорбилась Мия, я та, которая как ты выразился «Не достойна, блистать на небе».

Молодой человек с саркастической улыбкой откинулся на спинку стула и недоверчиво скрестил руки у себя на груди. Мия оскорбилась столь невежливым поведением Тревера, и демонстративно проведя тонкими пальцами по обручальному кольцу на своей руке, которое они с Вилфом нашли в парке, ответила: «Жители вашей планеты величают меня Луной».

Тревер растерялся от вида знакомого ему кольца и, указав на него, спросил: «Откуда это у тебя?»

Ты сам отдал его мне, не помнишь? с гордостью ухмыльнулась Мия, но я могу вернуть его тебе, при одном условии.

О чем ты говоришь? спросил Тревер.

До моего следующего восхождения на небе, взамен кольца ты должен мне показать три дара, которые были подарены каждому человеку моим отцом Лучезарным светом, ответила Мия.

О каких дарах ты говоришь? заинтересовался Тревер.

О надежде, несбывшихся грезах и преданности, уточнила Мия, найди для меня трёх человек, которые в достатке обладают хотя бы одним их трех даров, и я верну тебе твое кольцо.

Не знаю о чем ты, но я не стану играть в твои несуразные игры, безразлично кинул Тревер.

Уважаемый Кекс, негоже не повиноваться просьбе, снизошедшей до вас от самой принцессы, назидательно упрекнул Вилф, я настоятельно советую вам в своей жизни стараться всё доводить до конца, иначе вы рискуете так и остаться незаконченным эскизом бытия.
Тревер пару минут пытался собраться с мыслями и дать логическое объяснение увиденному говорящему лемуру, но не одна версия не могла обосновать происходящее.

Твоя фиолетовая шапка может говорить? изумленно спросил Тревер.

Фиолетовая шапка? перебил его Вилф, Ваше высочество можно я укушу за пятку этого дерзкого кекса?

Не стоит Вилф, успокоительно ответила Мия, возможно здесь приняты подобные комплименты, в таких случаях.

Ох, ваше величество, сомневаюсь, с огорчением ответил Вилф.

Так, что Тревер, ты согласен? снова обратилась с предложением Мия, можешь считать это коммерческим предложением.

В то время пока Тревер обдумывал предложение Мии, Калапзус на своих хвостатых кометах близнецах приближался к Земле, прокрадываясь по тени отбрасываемой планетами.

Нервозное хихиканье, от взволнованных неожиданным путешествием комет, пробудило просыпающуюся планету. Сидкис и Мадкис с ревом обрушились в окрестности утреннего пригорода, оставив после себя взрытый испепеляющийся котлован. Калапзус, отряхнувшись от звездной пыли и космической росы, впервые за несколько миллиардов лет ступил на отвердевшую поверхность повзрослевшей планеты Земля.

Здесь многое изменилось со времен моего последнего визита, подметил он, раньше повсюду бушевали великие вулканы и зарождались гейзеры с хрустальной водой, а что теперь?

Ваше темнейшество, планетам так же свойственно взрослеть вместе со своими обитателями, подметил Садкис.

Да, от беспокойной юности до снежной седины на висках необходимо не так уж много времени,

дополнил Мадкис.

Больших надежд я никогда не возлагал на эту умирающую песчинку галактики, заключительно произнес Калапзус, не так уж горестно будут расстаться с ней.

Калапзус решительно обернулся к своим верным хвостатым кометам и диким ревом приказал им взять след спустившейся Луны. Садкис и Мадкис от испуга принялись, словно дикие псы рыскать в поисках следов Мии, раздвигая кроны старых деревьев своими огромными ручищами с острыми когтями.

Нашёл, она примерно за тысячу миль от нас! воскликнул Мадкис.

Вновь взобравшись на сгорбленные спины своих верных хвостатых комет, Калапзус величественно взял вожжи, и приспешники мглы с рёвом пронеслись темным пятном средь белых кустов.

Озлобленный и рассерженный Тревер неохотно брел средь тихих улиц, мучаясь от приступов тошноты и головной боли. Мия воодушевленно и любознательно бежала впереди него, изумляясь всему, что попадалось у нее на пути.
Чему ты постоянно радуешься? ноюще спросил Тревер, глядя на Мию.

Я изумляюсь, как все вокруг быстро меняется, звонко пропела Мия, мир вблизи ярок своей насыщенностью, чем там наверху.

И количеством сумасшедших, ухмыльнулся Тревер.

Колкая шутка в свой адрес? попытался поддеть Тревера Вилф.

Мне нравиться твоя ручная зверушка, вступил в спор с Вилфом Тревер, может мне тоже завести такого же пушистика?!

Ха-ха-ха, весьма смешно, оскорбился Вилф, доставая свой альбом.

Что это? спросил Тревер, глядя на альбом Вилфа, для чего ты постоянно носишь его с собой?

С помощью этой энциклопедии я могу понимать все насущнее вокруг, говорить на всех языках мира, оживлять кошмары, а главное манипулировать тем, кем захочу, ответил Вилф, так посмотрим причину твоей грубой самоуверенности. Так вот где источник твоей озлобленности, тебя отвергла возлюбленная.

Тревер тут же оживился и принялся гоняться за Вилфом по всей улице, пытаясь отобрать у него его альбом. Вилф, захлебываясь от смеха, с легкостью ускользал от неуклюжего юноши.

Прекратите этот бессмысленный спор, попыталась обратить на себя внимание Мия.

Тревер отвлекся на высказывание Мии, как Вилф изящно выскочил из-за куста и с упоением укусил его за пятку. Молодой человек упал с грохотом на мощеный тротуар. Безнадежное тело угрюмо приняло свое поражение. Безмятежный Тревер, отрешенно от всей суеты оживленной улицы, сидел посреди тротуара и плакал с досады.

Завидев, знакомое лицо, Миссис Морис суетливо подбежала к утирающему слезы сыну своей подруги и попыталась поднять его с тротуара.

Тревер, как тебя угораздило так сильно набраться? с излишней заботой в голосе, спросила Мисс Морис.

Мисс Морис было за пятьдесят лет, она характеризовалась суетливостью и скрытой алчностью. Она никогда не была замужем, а взрослые дети, не выдержав её неиссякаемой энергии, давно разъехались и прекратили общение. Свой огромный арсенал свободного времени не молодая дама тратила на сплетни и походы на вернисаж. Дело в том, что Мисс Морис всеми силами пыталась привлечь к своей горделивой особе внимание общественности, но бремя одиночества давно зависло над ней. По вечерам она всё снова и снова подходила к белому полотну холста, пытаясь выпустить с помощью ярких красок художественный шедевр, томящийся у нее в голове. Но время проходило, тюбиков с красками становилось всё больше, а холст так и оставался белым. «Художница без картин» так едко нарекли Миссис Морис за спиной. Усадив на лавочку Тревера, Мисс Морис осадила его получасовой болтовней, но, не вытянув из него ни одного события, которым она смогла бы поделиться со всем миром, старая сплетница быстро потеряла к нему интерес и, попрощавшись, продолжила свой путь.

Мия с интересом подсела к Треверу и спросила: «Кто эта дама?»
Старая, одинокая сплетница, питающаяся такими ущербными моментами как этот, ответил Тревер.

Смотря, с какой стороны на это посмотреть, ответила Мия.

Хрустальный флакон маняще сверкнул в руках принцессы, вынув золотую соломинку из мыльного эликсира, Мия надула большой разноцветный пузырь в сторону уходящей Мисс Морис. Сквозь стекло шара вместо скрюченной старухи очутилась маленькая девочка, которая разукрасила сочными красками все скучные стены в городе.

Это несбывшиеся грёзы, ответила Мия, мы собираем их в альбом.

Для чего? спросил Тревер.

Чтобы они никогда не забывались, мы навеки охраняем их, в этом моё предназначение, ответила Мия.

Как странно, я никогда не видел в ней человека до этого мгновения, удивился Тревер.

Мия схватила фотографию юной художницы и положила в альбом «Летаргический дрём».

Тревер и Мия продолжили свою прогулку в сторону главной улицы городка, где в то время полным ходом шёл ежегодный праздник уходящего лета. Вся площадь была украшена пурпурными цветами ириса с жёлтыми глазами. Повсюду играла музыка, и слышался беззаботный смех. Мия очарованно закружилась в ритме танца праздничной улицы, вдыхая конфетный аромат цветов. Тревер с Вилфом смущенно следовали за беззаботной принцессой, любуясь ее легкостью и оптимизмом.

Совсем неподалёку Сем раздавал плюшевых слонов победителям турнира по стрельбе из лука. Никто кроме Мии так и не заметил тоску в его глазах. Молодой Сем с детства был прикован к инвалидному креслу, он мечтал хотя бы раз подняться, закружиться вместе со всеми в неосознанном танце и вспомнить, что значит быть свободным. Мия подбежала к нему и схватила его за обе руки. Впервые за много лет Сем смог почувствовать себя непринужденно, словно сердце праздника пригласило его на главный танец его жизни. Чувство радости, словно целебный бальзам, успокоил его старые раны, открыв новое ощущение своей значимости. Мия подбежала к Треверу и Вилфу, протягивая новую фотографию танцующего мальчика по имени Сем.

Я никогда не видел его таким счастливым, подметил Тревер.

До этого момента он был в ожидании счастья, ответила Мия, это и есть надежда.

Прохладный вечер остужал разогретые угарными танцами улицы. Вилф, обернувшись вокруг шеи принцессы, тихо посапывал и лишь кроткие звуки от шагов, убаюкивали дремлющие дома. Проходя мимо изогнутого моста, ребята встретили тоскующего Мистера Брауна. Ему было семьдесят пять лет, а он до сих пор вспоминал, как в этот день пятьдесят три года назад сделал предложение руки и сердца своей молодой невесте Анне. Тогда он и не мог представить, что всего через пять дней она умрет от пневмонии, перед этим ответив ему «да». И каждый год, он будет ждать этот день, чтобы вновь прийти на вечерний мост, надев свой лучший костюм и сделать своему воспоминанию о вечно молодой девушке Анне предложение руки и сердца.
Мия вновь проведет золотой соломинкой по воздуху, и розовые пузырьки разукрасят всю заводь темной реки, в которой отразится навеки молодая пара Брауна и Анны.

Раньше меня раздражал этот упертый старик, стоящий на мосту, виновато прошептал Тревер, но теперь я понял, кого он там ждет.

Пускай его преданность, будет уроком для всех нас, ответила Мия, схватив упавшую фотографию. Это был последний дар, который я хотела, чтобы ты увидел. Возьми своё кольцо, оно теперь по праву твоё.

И, что теперь будет? испугался Тревер, неужели ты так быстро уйдешь?

В этом я сомневаюсь, грозно прошептал голос из тумана.

Четыре красных глаза показались в серой дымке. Угловатая фигура Калапзуса выплыла из ночной мглы на запыхавшихся кометах.

Калапзус? Ты ли это? удивленно спросила Мия.

Здравствуй, моя дорогая Мия, не ожидала увидеть меня? свирепо произнес Калапзус, значит быть удачи!

Что тебе здесь понадобилось? воинственно спросила Мия.

Тоже, что и тебе, полагаю, ответил Калапзус, я думаю, наш общий друг Тревер мне в этом поможет, не так ли?

Я не понимаю, о чём ты говоришь? ответил Тревер.

Всё просто отдай мне своё кольцо, заманчиво ответил Калапзус, оно принесло тебе боль и разочарование, разве не отличный повод избавиться от него?

Не делай этого Тревер, если ты отдашь ему кольцо, то я навсегда исчезну, испуганно ответила Мия, мы рядом с вами пока вы нуждаетесь в нас, лишь этот свет освещает мглу вокруг.

Не слушай эту фантазерку, она не смогла защитить тебя, как ей было даровано. Отдай мне кольцо, и я навеки смогу укрыть всю твою боль и страдания в вечной темноте, прокричал Калапзус, я погружу всех жителей вашей планеты в вечный сон, ведь во сне сбываются самые лучшие мечты. Иначе мои верные кометы сожрут вас всех, и воцариться многовековая война на этой планете, пока не найдется тот, кто поможет мне завладеть троном Луны!

Тревер стоял, оцепенев, сжимая в руке, отданное Мией кольцо. Ведь не так давно оно принесло ему терзание и мучение. Он был в сомнениях. Тяжелое бремя выбора нависло над ним. Огромная когтистая рука всё ближе приближалась к нему. Тревер поглядел на испуганную Мию, схватив её белую от страха руку, он надел кольцо на её безымянный палец.

Оно теперь навсегда будет твоё! ответил Тревер, кинувшись в когти разъяренным кометам, тем самым освободив принцессу от смертного человеческого тела.

Острые когти хвостатых комет впились в мягкое сердце молодого юноши и безжалостно разорвали его на куски. Мия испуганно впорхнула в небеса, озарив ярким светом весь
окровавленный горизонт. Огненными лучами света, она рассекла Калапзуса и его кометы в пыль по всей Вселенной.

Призрачным сиянием, освобожденная от цепей человеческого образа, Мия согрела растерзанное сердце Тревера. В тот день с неба пролились хрустальные слёзы Луны в память о нём.

Король лучезарного царства, оценив поступок юноши, вселил его храбрую душу в большую звезду созвездия стрельца. С тех самых пор красная звезда созвездия стрельца много миллионов лет охраняет покой благодарной ей Луны.

Фиолетовый Вилф, вдохновлённый этой историей, защитит свою диссертацию и обретет долгожданную свободу. Пурпурным закатом, он каждый день будет напоминать всем безутешным людям о подвиге Тревера.

-2
00:20
770
14:50
Милое кружево текста. Не без недостатков, но читать было интересно. Мне понравилась завязка: герой обвиняет луну в неудачах на личном фронте, а она является к нему самолично — звал же. Хорошее начало романтической истории. Мия и её спутник фиолетовый лемур неуловимо напомнили Сейлор Мун и её кошек-помощников и оставили приятное впечатление. А вот мотивация Калапзуса показалась несколько непроработанной. Понятно, что он хотел власти, но зачем она ему? Что он стал бы делать, получив лунный трон? Впрочем, для сказочного сюжета такие условности простительны.

Мне понравилось, как герои искали три дара и Тревер открывал новые стороны в не самых приятных ему людях, которых видел каждый день. Но мотивация юноши в этот момент хромает, по-моему. Он ведь изначально не хотел помогать Мие, а кольцо ему тем более не нужно — он же его сам выкинул. Должно было произойти что-то, что заставило его пересмотреть приоритеты. И его решение пожертвовать собой в финале показалось мне несколько стремительным, хотелось бы, чтобы метаморфозы его характера сильнее ощущались в течение всей истории, а не только в финале. Чтобы было чётче показано, что привело его к решению пожертвовать собой, на это ведь не каждый способен. Но сам по себе ход с самопожертвованием хороший.

Ещё мне кажется, имело смысл дать какое-то развитие романтической линии Тревера и девушки, отвергшей его. В начале юноша произносит такой трагичный монолог, мучается, расставание становится катализатором событий (он ведь из-за этого выбросил кольцо, если я правильно поняла), а в итоге эта сюжетная линия остается незавершенной. Даже имя девушки неизвестно, как и вся предыстория их с Тревером отношений. Я понимаю, что недосказанность — тоже приём, но хоть пару строчек об этом хотелось бы видеть.

Теперь о стиле. Словарный запас виден, много красивых, ярких оборотов. Основной недостаток, на мой взгляд, в избыточности. Подробные описания, определений очень много. И пафос в них проступает, конечно. Временами это даже хорошо и уместно, когда речь действительно идёт о чём-то серьёзном, например, самый финал. А вот тоска Тревера в начале истории кажется преувеличенной из-за возвышенного стиля.

Но даже с учётом недостатков в итоге получился романтичный, сказочный рассказ, который приятно было читать.
Гость
18:18
Сейлормун-матушка, сейлормун, такое девичье фэнтези. Очень хорошая обертка, то есть текст, обороты, даже немножко с перебором. Но содержание… не впечатлило.
Империум

Достойные внимания