Валентина Савенко

Новая эра

Новая эра
Работа №367

К 2070 году весь мир будто сошёл с ума. Всё то время, что общество боролось с возрастной, расовой и гендерной дискриминациями, было беспощадно растоптано и обращено в пыль. Все те резкие и грубые выпады знаменитостей и политиков о том, что «так жить больше нельзя, мы – цивилизованное и здоровое общество!» стали пустым звуком, который утонул в криках о помощи и крови. Наше «цивилизованное и здоровое» общество оказалось прогнившим и его уже нельзя было спасти. Мы стали хуже зверей, которые ведомы одним лишь инстинктом и желанием – выжить.

Неудачный эксперимент, цель которого – создать нового человека, закончился для общества неоднозначно: это ознаменовало конец и начало одновременно. Начиналась новая эра, которая несла за собой самые жестокие кровопролития, которых ещё не ведала эта земля за последние сто лет. Эра радиоактивных.

В 2065 году, когда встал вопрос о движении вперёд и реэволюции (так учёные назвали переход нынешнего разума человека к абсолютно новому, совершенному), российский учёный выдвинул свою гипотезу о людях, которые живут до сих пор, несмотря на то, что побывали в заражённых радиацией местах. Он утверждал, что их организм ни капли не пострадал, а наоборот – стал практически неуязвим к человеческим болезням. Их кровь имела цвет, колеблющийся между чёрным и бардовым. Учёный так же уверял, что эти люди познали все таинства такой науки, как наномедицина и кибернетика; говорил, что эти люди и есть наше будущее. В тот на день, на Пятом Съезде Учёных Исследовательских Центров, большинство поддержали его идею об изучении нового вида людей и, самое главное, «выращивании» такого типа людей. На территории Сирии они оцепили огромную площадь земли, построили несколько Исследовательских Центров и в тайне от мирного населения перевезли туда всех зарегистрированных «новых» людей и тех, кто ожидал переливании крови и трансплантации органов. Часть этой земли между собой учёные называли сектором R-12, а людей, живших там – радиоактивными.

В течение трёх лет, ООН скрывала от всего мира существование таких людей и вела тщательное изучение на генетическом, молекулярно-физическом и биологическом уровнях. После полугода наблюдений, учёные сделали несколько выводов: репродуктивные способности ничем не отличались от обычных людей, абсолютно у всех (проверенных на тот момент) имелись склонности к точным наукам. Так же они выяснили, что клетки и органы радиоактивных прекрасно приживаются в теле обычного человека. После длительного изучения строения головного мозга радиоактивных, учёные установили, что нейроны имеют более сложное строение, чем у обычных людей, и именно они способствуют усиленной мозговой деятельности радиоактивных.

Несмотря на все эксперименты, проводимые над радиоактивными, они всё равно оставались огромнейшей загадкой для учёных.

В «здоровое общество» начали просачиваться слухи о том, что существуют «иные», которые угрожают своим существованием обычным людям. И есть те, которые становятся «такими» по своей воли.

Вспыхнули волнения, недовольства, митинги, а позже и восстания. Учёный, который и выступал на конференции, заверил, что радиоактивные безопасны, и их деятельность нацелена исключительно на благо всего человечества. Бунты были подавлены, а волны страха и недовольства быстро иссякли. Но это было лишь затишьем перед ужасной бурей.

Численность радиоактивных росла, они быстро обосновались на отведённой им территории. Они не окультуривали землю и не держали скот. Они занимались исключительно тяжёлой работой на заводах и в лабораториях научного направления. Специальное питание им обеспечивало государство, которое они снабжали своими разработками и новейшими технологиями. Так, благодаря радиоактивным появились ликвидаторы – новейшее ручное оружие с голосовым контролем и сенсорным дисплеем, который позволяет выбрать режим стрельбы; протезы, которые срастаются с человеческим телом и позволяют мозгу управлять ими; чипы, которые вживляются в мозг и поддерживают количество и развитие стволовых клеток в организме.

Приход к власти жадных людей подвел жирную, кроваво-красную черту. Политики могущественных государств захотели присвоить все труды радиоактивных, которые успели внести огромнейший вклад в медицину и кибернетику, себе, чем и вызвали новую искру, породившее адское пламя. Один из активных на тот момент политических деятелей заявил, что радиоактивные, учитывая их способности и знания, опасны для «здорового общества». Он утверждал, что обычные люди должны сражаться с «иными». В противном случае он пророчил абсолютную гибель их «цивилизованного и здорового» общества.

После переговоров с русским учёным, который был главным и ответственным за всё, что касалось радиоактивных и их деятельности, мир пошатнулся. Когда он отказался отступить, люди ополчились на него, утверждая, что и он «заражён».

В 2069 году он был публично расстрелян за измену и неповиновение Государству.

Радиоактивные остались без своего «отца», а значит были лишены всякой защиты.

В 2070 году весь мир сошёл с ума. Люди стали хуже зверей, которые только и знали, что смотреть волком и скалиться на любого, кто хоть чем-то отличался от них. Все их моральные устои и принципы о том, что все равны и все заслуживают жизни, канули в лету. Международная армия начала тайно набирать добровольцев для борьбы с радиоактивными. Шли даже не дееспособные люди – ненависть чувствовалась с каждым вздохом. И это поистине пугало. Боже, что же ты сотворил с этими людьми?

Год тщательной подготовки, зверских убийств, которые приписывали радиоактивным (которые, естественно, были ни при чём), Адское Пламя вспыхнуло в ноябре 2071 года, поздно ночью (или ранним утром). Как крысы, «здоровое общество» (которые было отравлено своей надуманной ненавистью) напали на сектор R-12. Первые взрывы прогремели в районе кибернетических фабрик, где радиоактивные работали над усовершенствованными протезами для людей и животных, безопасными запчастями для машин. Жар от горящей земли и запах химикатов чувствовался на высоте более трёх километров. Но на этом люди не остановились.

Они двинулись в мирную часть сектора, где уже сонные и напуганные «иные» пытались пробраться к границе, чтобы спастись. На блокпосте их встретила охрана, исправно защищавшая их доселе. Военные открыли огонь по невооружённым жителям. В свете вспыхивающих огней бурая кровь блестела, как драгоценности. Она тут же испарялась, поднимаясь красным паром в небо. В первую ночь погибло более двух миллионов радиоактивных. Около миллиона людей. По подсчётам специалистов, половина от общего количества погибших были дети. Эта ужасная ночь вошла в историю как Радиоактивная война или Адское Пламя.

После того, как все центральные новостные каналы радостно трезвонили о победе над грязнокровками, мир установился, но ненадолго. Люди не знали, что они только что совершили фатальную ошибку, которая позже повлечёт за собой смертельные болезни, огромный выброс радиации по всему миру. Крушение человечества было не за горами, а эта победа была лишь порогом пропасти, в которую люди слепо шагали.

Эра радиоактивных не закончилась, она только начиналась. Среди мёртвых земель теплилась жизнь. Она дышала, она разрасталась, как опухоль, она была опасна. Она была радиоактивна.

Прошло двенадцать лет со времен Радиоактивной войны, но всё равно оставалось призрачное ощущение, что это было буквально вчера – эта тема оставалась актуальной до сих пор: о ней говорили по телевизору, писали в газетах; о ней говорили паразитированные бомжи на улицах и слезливо жаловались матеря, чьи дети мучительно умирали от неизученных болезней. «Здоровое общество», которое уже не являлось таковым, прокляло само себя, но до сих пор не осознавало этого. Мне снились кадры из документальных и постановочных фильмов об этой войне. Каждую ночь я просыпалась в холодном поту, задыхающаяся – то ли от кошмаров, то ли от смога. Помещение проветривать было бесполезно, ни одна марлевая повязка не спасала от этой вони – казалось, будто все, даже вода, проходящая через несколько бесконечно работающих фильтров, воняла. Но марля хотя бы немного облегчала мои страдания, без неё в горле скапливалась слизь и першение. Антибиотики только ухудшали эту ситуацию.

Сейчас, стоя в противогазе с широким обзорным стеклом и двумя фильтрами по бокам, в линзах с ночным виденьем (несмотря на то, что сейчас было лишь около полудня, из-за нависших серо-красных облаков ночь наступала куда быстрее, чем раньше), с ликвидатором в руках я чувствовала себя паршиво. Только что закончился кислотный дождь, по улицам города с наглой ленью стекал «бульон», таща в своих жирных объятиях чьи-то кости. Я присмотрелась – это были кости собаки. Наверное, той самой, которую я видела по пути сюда: она лежала, тяжело дыша, вся худая. Из пасти виднелась белая пена и кровь – бедняга в приступе эпилепсии откусила себе язык.

В ухе неприятно зажужжало, я нажала на зелёную кнопку на рации.

- Доложить обстановку, - рубленной фразой приказал командир.

- В секторе N-130 всё спокойно. Уровень угрозы колеблется от двух до трёх единиц, - сказала я. – Только что закончился кислотный дождь.

- Принято. Докладывайте о малейших изменениях! Отбой.

Наушник в ухе неприятно пискнул, из-за чего я поморщилась. Этот чёрт никогда не спрашивал о состоянии своих подопечных. Да и, если честно, никого нельзя было удивить своим плохим самочувствием. Сейчас фраза «здоров, как бык», относилась к людям, у которых было менее пяти разных болячек. Вот уже они были счастливчиками, да!

Я пошла дальше, мимо заброшенных многоэтажек, держа ликвидатор разблокированным. Хотя Министерство безопасности и запрещало это, но нас, отчаянных душ (некоторые нас называли потомками самого дьявола, но я-то знала, что истинную опасность представляют они, элита «здорового общества»), это не волновало. Мы боролись не только за свои жизни, но и за мир наших городов и прилежащих к ним секторов. В ухе опять зажужжало и внутри всё неприятно зашевелилось, будто муравьи скреблись в ухе.

- Ворона вызывает Стрекозу, как слышно? Повторяю: Ворона вызывает Стрекозу. Как слышно?

- Да слышу я тебя! – мои нервы были на пределе, я не любила, когда кто-то беспокоил меня по пустякам, особенно, если каждый отвечал за отдельную территорию. – Какого тебе нужно? Я тут, между прочим, не чаи распиваю!

Я остановилась, всё так же внимательно оглядываясь по сторонам. Почему-то я почувствовала, как Ворона нервничает. Она вообще была эмоциональной девушкой, но, когда дело касалась работы, она становилась собранной и серьёзной. Это даже пугало.

- Я… Мне кажется… - я услышала в её голосе нарастающую истерику. И мне невольно стало страшно. Не по-человечески страшно.

- Что у тебя там происходит?

Мой голос дрожал, но я пыталась взять себя в руки. Главное не поддаваться панике. Главное…

- Они…

Внутри всё оборвалось.

Наст отправили сюда после срочного заявления: в секторе R-12 объявлена ситуация полной боевой готовности. Радары засекли какое-то движение на мёртвых (или они только претворялись, что умерли?) землях. По предварительным данным, это «что-то» носит «красный» уровень.

Красный уровень устанавливали при неопознанных объектах. Обычно это оказывались отчаянные смельчаки, которые попёрлись туда в поисках адреналина, а в итоге начали тонуть в жиже, слабо напоминающую грунт. Но это не означало, что мы не должны серьёзно относиться к этому. Прошло всего двенадцать лет, радиация ещё во всю гуляет на просторах этой земли. Сектор N-130 был прилегающим сектором к моему району, где я жила и работала. А как раз за ним, если пройти каких-то двадцать километров, начинались бесплодные земли. Сектор R-12. Я посмотрела в его сторону: там, вдалеке, виднелся зловещий сгусток красных облаков. Холодок пробежал по спине, когда я услышала всхлип.

- Кто – «они» ?! – закричала я. Я надеялась услышать что-то другое, но точно не то, что моя подруга детства сказала после:

- Чёрный уровень. Сообщи о чёрном уровне! – закричала она и связь пропала.

Я даже не обратила внимания на писк в ухе, который приносил только раздражение и боль. Сломя голову побежала на территорию, где была Анна. Чёрный уровень. Нет! Да она наверняка что-то напутала! Она просто сошла с ума! Я бежала, говоря это самой себе, повторяла это, как мантру. «Она просто сошла с ума!». Но на самом деле с ума сходила я.

Я пробежала несколько кварталов верх, в право от меня. Чувствовала необычайную лёгкость, несмотря на тяжёлое и грубое обмундирование. Когда я завернула за последний угол повреждённого дома, то сразу увидела Анну, стоящую ко мне спиной. Я резко почувствовала, как неудобно давил бронежилет на плечи и натирали берцы ноги.

- Чокнутая, ты совсем растеряла свои мозги?! – закричала я, грубо поворачивая её к себе лицом. В глазах сидит, как паразит, страх. Он смотрит на меня и гадко хихикает, точно увидел старого друга. Давно не виделись. Всё лицо подруги бледное, я даже видела выступившие вены на лбу. Обзорное стекло покрылось испариной. Она с секунду пялилась на меня, точно дикая, а потом ухватилась за руки и начала говорить уже знакомую мне фразу: ««Чёрный уровень»! Скажи всем о «чёрном» уровне!».

Я грубо встряхнула её, но Анна не отреагировала. Она повернула голову, куда и смотрела изначально – на сектор R-12. Я проследила за её взглядом.

В голове закрутилась лишь одна мысль, точно белка в колесе: «чёрный» уровень.

Там, на горизонте, где раньше были блокпосты и где находится самая огромная братская могила радиоактивных, стояло около десяти человек. Голова резко закружилась. Они были лишь точками, но с помощью линз я видела их. Нет. Я чувствовала их. Радиоактивные.

Я среагировала быстро: нажала на синюю кнопку, которая соединяла с командиром, и как только услышала короткий гудок, закричала, пытаясь преодолеть помехи:

- «Чёрный» уровень! В секторе N-130 объявляю «чёрный» уровень!

Видно, командир среагировал не сразу. Он вообще был человеком немного туповатым, когда дело касалось быстрой реакции и анализирования информации. И как этот осёл стал командиром нашего отряда?

- Что ты сказала? – неуверенно переспросил он. Я начала злиться, пыталась не начать материться и терпеливо повторила:

- «Чёрный» уровень. «Чёрный», чтоб его, уровень! – накатила истерика. Дышать было трудно, даже невыносимо. Страх запершил в горле. Радиоактивные… живы?

- Какие будут дальнейшие указания, - услышала я голос Анны. Твёрдый и спокойный. Пугающе спокойный.

Он молчал с минуту, пока я следила за точками. Они начали двигаться в нашу сторону.

- Не смейте пускать их в сектор! – сказал командор и отключился. Мы переглянулись с Анной. Она засмеялась. Потом засмеялась я.

- Мы пропали, - сказала она.

На улице стремительно темнело, десять точек приближались с необычайно скоростью. Уверена, они тоже нас видели. Радиоактивные славились своим необычайным, почти сверхъестественным зрением. Мы начали продвигаться к крайним домам-часовым, как мы называли их между собой. Эти бедняги одиноко стояли на границе сектора N-130, за которым шла нейтральная территория, а потом начинался и проклятый сектор. Мы крались, прислонившись спиной к стене, чтобы нас не заметили. Мои глаза непрерывно смотрели за точками, которые уже приобрели человеческие очертания. Мы забежали с Анной в дома, стоящие друг напротив друга. Удобно расположившись на первом этаже, перед окном, выходящем на нужную нам территорию, я установила ликвидатор на подножку и начала ждать. В голове проскользнула мысль, что это могли быть солдаты, и я немедленно сообщила это Анне по рации. Она возразила.

- Нас бы предупредили.

И то верно. Я стала ждать. Линзы натирали глаза, но почесать я их не могла – нельзя, да и стекло мешает. Оставалось терпеть. Тем временем расстояние между гостями и нами было равно ста метрам, если верить показателям дальнего виденья на ликвидаторе. Стрелять было ещё рано.

В этой кромешной тьме мне казалось, будто я слышала, как дышит Анна. Да, это точно была Анна. Потому что я не дышала. Даже не слышала, как бьётся моё собственное сердце. Нас тренировали, но к подготовке для «чёрного» уровня никто всерьёз не подходил. Люди слепо верили в свою мнимую победу и самодовльно гордились ею. Тем не менее, каждый молился, стоило ему включить новости.

Силуэты резко остановились. Я привстала и напряглась. Почему они стоят? Будут стрелять оттуда? Стоило мне моргнуть, как они двинулись с бешенной, точно не человеческой скоростью. Я невольно вскрикнула, но тут же взяла себя в руки. Расстояние стремительно сокращалось. Пятьдесят метров, тридцать, двадцать. Анна открыла огонь. Рано! Тут же в её сторону что-то полетело. Я услышала, как она вскрикнула, а потом комната, где была она, загорелась. Её крик оглушал, мешал сосредоточиться, и когда я уже собиралась открыть огонь, повернулась к окну, то остолбенела. Дуло ликвидатора уперлось в чью-то плоть. Человек (человек ли?) стоял прямо передо мной, за разбитым окном. Я почувствовала просто нереальную мощь, которая исходила от этого тела. Я чувствовала во всём теле вибрации. Меня точно ударили током. Из глаз брызнули слёзы. Я закричала, нажала на кнопку, но тот среагировал необычайно быстро, направив дуло вверх, в потолок. Я отскочила от окна, перезаряжая ликвидатор. Потолок начал обрушиваться. На долю секунды я перестала видеть из-за пыли. А потом увидела тело. Прямо перед собой. В свете огня.

Моё тело вспыхнуло, как спичка. Я чувствовала, как плавиться пластик и обжигает кожу. Искусственная кожа, из которой были сделаны ботинки, тоже плавилась, вонь смешивалась с моим горящем телом, волосами. Я пыталась потушить огонь, катаясь по полу, но всё было бесполезно. Я видела чёрный силуэт мужчины. Сквозь свои вопли я различила его тихий могущественный голос:

- Око за око.

И пока я молилась всем богам, пока умоляла о спасении, просто кричала, он ушёл. Они двинулись дальше по сектору. Адское Пламя пожирало меня.

«Чёрный» уровень. Объявляю «чёрный» уровень. Ворона и Стрекоза провалили задние. Повторяю: «чёрный»…

Мысль билась в агонии вместе со мной, пока совсем не утонула в боли. Я лежала, не шевелясь. Мозг уже не соображал. Я была мертва.

В 2083 году, спустя двенадцать лет после гнусного предательства «здорового» общества и их мнимой победы над радиоактивными, «иные» вернулись. Их время только наступало, а новая эра только начиналась. Эра радиоактивных. И в ней не было места «здоровому» обществу.

0
02:25
475
Гость
01:10
Мстители, Люди Ха и прочие элементы постапокалипсиса. И каждый получает по заслугам.
Империум

Достойные внимания