Илона Левина

​Дом для отшельника

​Дом для отшельника
Работа №377

Вы заметили, какими приятными стали современные самолёты? Речь идёт даже не о местах в бизнес-классе. В последнее время стал гораздо комфортнее и класс эконом. Широкие сидения, вкусный обед, различные мультимедиа. В таком самолёте иногда хочется остаться подольше. Свить себе уютное гнездо из заботливо выданного пледа. Воткнуть в уши наушники, и, разглядывая землю через стекло иллюминатора, отгородиться от всего мира. Сколько всего теряют люди, спящие в это сладкое время! Множество мыслей человек успевают прокрутить в своей голове. Под безопасный гул двигателя мы думаем о сложных проблемах геополитики и о том, выключили ли мы плиту в квартире. О мире в целом и о самом себе, не желая соединить два этих понятия. Мы, покопавшись внутри своей сущности, можем полностью измениться всего за несколько часов. Однако для пассажира самолёт всегда остаётся лишь транспортом, а не домом. И в душе люди знают, что главное в полёте – это приземление.

***

Космонавт ждал свой груз. Вглядываясь в звёздное небо, он считал минуты до появления новый звезды. Время ползло медленно. И вот она появилась из-за горизонта, спеша навстречу лунной базе. Космонавт расслабился. Конечно же, ничего не могло случиться, операцию проводили не первый раз. Но ведь лишены волнения только роботы. Хотя и изображают его весьма искусно.

Летающий объект снижался. Теперь он уже не был похож на звезду. Столб огня, вырывающийся из сопла, придавал ему сходство с огненным шаром. Как близко… А вдруг прямо в базу? Это почти невозможно, и всё же сердце Юрия сжалось на секунду. Потом он ухмыльнулся. Ему нравилось чувство лёгкого страха – такого редкого на доброй старушке Луне.

Космонавт дождался, пока грузовая ракета не скрылась за холмом Обзорный. Юрий бросил взгляд на карту и оценил расстояние до места прилунения. Два километра. По меркам космоса, земляне из научного центра отправили посылку почти к порогу. И всё же Юрий пробормотал что-то едкое в их адрес, надевая скафандр.

***

В космосе царит величественная тишина. Всегда. И только ритмичный стук крови в ушах даёт не забыть, что ты ещё жив и продолжаешь ворошить рыхлый грунт Луны.

Много лет назад Юрий встроил в шлем колонки, и не разу не пожалел об этом. Космическая тишина давила на него, а к музыке он всегда относился с уважением. В этот раз он выбрал лёгкий электронный трек, который навевал для него мысли о дороге, дальних странствиях и старых авантюристах.

Сегодня приключений не случилось. Более того, груз оказался чуть ближе рассчитанного. Посылки с едой доставляли на Луну ежегодно. Надо же было Юрию чем-то питаться, помимо водорослей из лаборатории. Но в прошлый месяц неожиданно поломался луноход. Это было неприятным сюрпризом для Центра: луноходы были рассчитаны на пару десятилетий. Возможно, было в этом и вина Юрия, перегрузившего машину своими камнями. Но никогда он в этом не признается, пусть уж лучше ищут проблему в системе подачи топлива. Она всё равно барахлила.

Теперь же ему прислали новый луноход. Большего всего он походил на машину-кабриолет, с крупными широко расставленными парами колёс и смешными фарами. Рядом с луноходом в объёмных мешках лежал годовой запас провизии. Приятные мелочи от родственников прислали в отдельном контейнере и прикрепили к боковой стенке лунохода. Юрий обошёл машину со всех сторон, но не нашёл имени, обычно выгравированном на крыле. Только цифру два. Прекрасно. В голове космонавта прокрутились имена, которые можно было дать луноходу. Нет, стоит дождаться, пока машина… Ну, проявит себя, что ли? Смешно, конечно, но Юрий был убеждён, что это работает. А пока пусть будет просто Второй. Космонавт ласково погладил Второго по солнечной панели, а потом начал загружать луноход присланным провиантом.

***

И только вновь оказавшись на базе, Юрий вскрыл контейнер. Отец прислал красное сухое Шатонеф-дю-Пап 2039 года. И флягу. «Чтобы наслаждаться напитком в космосе!». Старый остряк. От мамы были приправы, бумажный кулёк с чаем, книга рецептов. Сестра Валя прислала открытку. На ней она изобразила Москву, родной дом, родственников. То, чего по её мнению не хватает Юрию.

Космонавт, крякнув, отбросил открытку и опустился в кресло. Посидел в раздумье, потом рывком поднялся. Прошёл на кухню, достал бокал для красного вина, наполнил его отцовским подарком. Вино пошло хорошо. Видимо, несмотря на нечётный год, то лето было удачным. Юрий с улучшающимся настроением открыл скринфон и в списке контактов нашёл Валю. Это было не трудно, кроме Вали там были только родители, которые предпочитали старую тормозящую видеосвязь.

Звонок шёл долго. За это время Юрий даже успел выдвинуть несколько идей по поводу того, почему люди до сих пор называют этот процесс звонком и запить эти идеи новым глотком красного французского. Наконец на экране появилось лицо Вали. Они поздоровались.

– Я получил твою открытку – не стал тянуть Юрий.

Валя выжидающе молчала.

– Ты же знаешь, мне нравится на Луне. Я люблю Луну.

– Больше чем нас?

– Ну конечно мою семью я тоже люблю. Но я не вернусь на Землю.

Валя быстро закрыла лицо руками. Юрий был за это благодарен, слёзы его бы только разозлили. Девушка тут же убрала руки. Почти ничего не изменилась, только глаза покраснели.

– Ты жила со мной, ты же понимаешь… Милая. Мне лучше на Луне.

– Не надо со мной ласкаться! Наши родители скоро могут умереть, так и не увидев тебя… В полный рост, – Валя замолчала, будто испугавшись сказанного.

– Прости.

– Забыли, – примирительно ответила сестра, – на какой ты сейчас букве?

– На «р». Скоро уже закончу.

– А потом?

– Придумаю что-нибудь. Вы выбрали имя девочке?

– Да, Светлана.

– Это в честь кого-то?

– Да нет, просто Светлана. Назвали уже одного в честь космонавта…

Брат с сестрой распрощались. Юрий расслабился. Разговоры с сестрой случались регулярно, удовольствия не приносили, но были необходимы. Что же, времени до ночи ещё много, сейчас он допьёт бокал вина, рассортируют продукты, а потом можно и покататься на новом луноходе. В груди Юрия разлилось что-то тёплое, и это вовсе не вино сыграло роль. Ну разве можно добиться такого на Земле? Великолепная аскетичность пейзажа, отсутствие политики, суеты. Ну а главное: почти полное отсутствие людей. Юрий нашёл свой рай, и он действительно оказался за пределами планеты.

***

Почему-то человечеству для объединения всегда надо испытывать страх. Нет бы народам объединиться ради общей идеи, ради изучения космоса, ради сохранения природы. Однако, только страх может стать настоящим мотивом. И страны, напуганные катастрофами, объединяются, чтобы восстановить вовремя не сохранённую природу.

Восемнадцать лет назад умножились жалобы населения на НЛО. Сейчас сложно вспомнить, из-за чего, но почти все государства поддержали стремление граждан к безопасности. Появились новые союзы. Начался очередной виток вооружения, потекли деньги в соответствующе спецслужбы. И люди поверили в придуманный ими самими миф.

А потом на Луне появилась вспышка. «Дефект камеры» – говорили учёные. «Спутники засекли бы подозрительную активность» – говорили учёные. Но их шёпот заглушил испуганный, любопытный, корыстный гул людских голосов. Частные компании объявили сбор денег на полёт на Луну. Нужные средства набрались за неделю. Америка во всеуслышание заявила, что собирается послать на Луну своих астронавтов. Русские же заявили, что отправят на Луну целую ракету с лабораторией. Спустя какое-то время свои ракеты отправили на Луну шесть государств, с целью основать базы. В этой гонке никто не победил, все пришли к финишу одновременно. Не нашли ничего, но базы остались.

Пара государств оставила базы почти сразу. Пять лет назад бросили без присмотра базу японцы. Ну а русские, американцы и китайцы до сих пор присматривают за своими базами. Обычно дежурные сменялись ежегодно, но Юрий однажды прилетел и остался навсегда. Правительство это радовало, и оно платило приличную зарплату космическому охраннику. Родители, вопреки словам сестры, не сильно убивались. Прекрасно зная отношение их сына к людям, они приняли новость о его решении стойко. Иногда по скайпу родители признавались, что понимали: если Юрий не стал бы отшельником, то кого-нибудь убил бы. Юрий посмеивался. Родители молчали.

***

Луна небогата на развлечения. Без хобби здесь можно сойти с ума. Кто-то писал стихи. Читал их Юрий. Ничего общего с жизнью на этом спутнике – он вовсе не угнетает и не подавляет. И вообще, человек должен уметь сам искать себе развлечения. Юрий вот выкладывал надпись из тёмных лунных камней. Она была не высокая, но буквы были крайне широкие. Юрий хотел, чтобы надпись можно было увидеть из космоса, с окололунной орбиты.

Сначала Юрий хотел написать «МИР ВАМ, ЗЕМЛЯНЕ», но после трезвой оценки своих сил сократил надпись до слова «МИР». Сейчас он выкладывает букву «Р», и давно бы уже окончил, но в последнее время тёмные камни в округе закончились. Приходилось ехать за ними целыми днями. Порою, выезжая утром, космонавт не успевал вернуться к вечеру и ночевал в луноходе. В инопланетян он не верил. Самая большая опасность состояла в том, что дежурные с других баз, сойдя с ума от безделья, найдут его и прирежут во сне. Он старался не думать об этом.

Сейчас Юрий огибал кратеры на луноходе Второй. Он ехал к небольшому скоплению тёмных камней, находящемуся вблизи китайской границы. Когда-то Юрий уже ездил туда – на грунте остались следы от колёс. На Луне ни ветров, ни дождей, ни вулканической активности. Следы, оставленные здесь космонавтами, не заметёт никакая пурга, они более вечны, чем Земные горы.

Юрий благоговел перед вечностью, кое-где он даже выводил в Лунной пыли послания археологам. И это если не считать его грандиозную надпись МИР…

Приехали. Мужчина отключил поднадоевшую музыку в шлеме. Пять часов в дороге… Как он устал. Что, если ему опять придётся ночевать в дороге? Потом, когда он вернётся на базу, Юрий скинет этот огромный неповоротливый скафандр, примет душ…

Но сначала он погрузит камни во Второго.

Участок тёмного камня не представлял собой ничего красивого. Однако на Луне, где весь ландшафт представлен светло-серым цветом, тёмно-серый уже кажется оригинальным. Вообще-то космонавту нравился зелёный, но на Луне его был крайний дефицит. Некоторые неудобства жизни на нашем спутнике признавал даже Юрий.

Светлые и тёмные камни лежали вперемешку. Мужчина начал отбирать нужные ему, думая о предстоящем душе. И о том, что пора бы начать поиски другого хобби.

Кубик. Небольшой, с кулак. Юрий рассеянно держал его в руке. Прошла целая секунда, а он ещё ничего не понимал. Пошла вторая… А откуда, собственно, этот идеально выточенный куб на Луне?

– Что? Нет, нет, НЕТ! – мужчина продолжал что-то бормотать, а в голове мысли скакали, как кузнечики, – «Бросить, бросить прямо здесь и забыть. Но что, если найдут другие… Невозможно! Или нет? Я должен передать сообщение на Землю. Должен ли? Мой мир, он может рухнуть.»

Из-за спины ударил свет, зажёгший блики на стекле шлема. Внезапно, как айсберг в Каспийском море. Юрий выронил кубик и тот медленно опустился вниз. Юрий обернулся.

На возвышении стоял другой космонавт. «Он увидел? – быстро подумал мужчина – он рассмотрел, что я выронил?». В руке встреченного мигал фонарик. Раз, раз, два раза подряд… Азбука Морзе. Одно слово, повторяет несколько раз. Receiver! Приёмник! Юрий выругался и нажал на кнопку у основания шлема.

– Кто вы и что делайте у китайской границы? – связь была плохая, но голос явно женский.

– Русский космонавт – старался сохранить спокойствие Юрий, – я произвожу обход русской границы, а вы?

– А я китайской. Меня зовут Джан Лан. Как зовут вас? – разговор шёл на английском, акцента не было и следа.

– Юрий Подсотников.

Китаянка немного подошла и вытянула руку, предлагая рукопожатие. Юрий ограничился тем, что помахал ей. Лан быстро убрала руку.

– Мы уже давно познакомились с американской парой, а вы почему-то избегаете общения.

– Очень жаль, что так получилось.

– Может вы разрешите нам погостить завтра у вас на базе?

– Что? О, нет. Столько дел…

– Серьёзно? Дел? На Луне?

Как снег на голову. Разве это вежливо? Ох, беда не приходит одна…

– Мы договорились?

– Да, – сказал Юрий, только чтобы отвязаться. Спустя час он что-нибудь придумает. Или завтра.

Женщина ещё что-то сказала мягким голосом, и, помахав, села в свой луноход и уехала. Юрий будто отмер. Он сел прямо на грунт. Взял кубик, взвесил в руке. Если он возьмёт его с собой, ничего не случится. Его мир уже почти разрушен.

Кто мог там обточить куб? Не природа же его таким создала. И не другие космонавты – зачем? Тогда, инопланетяне?

А ведь он летел на Луну полный скептицизма, исключительно из личных интересов. Ну какие инопланетяне, смешно же.

Ему надо сообщить об этом. Он должен.

Восемнадцать лет назад из-за этой вспышки на Луну прилетело почти двадцать человек из разных стран. Сколько прилетит, когда станет известно о кубе, изготовленным пришельцами? Сотня? Наши точно пришлют человек десять. И зачем в таком случае было улетать с Земли? Такую компанию он не выдержит. Так может… Разбить его на мелкие кусочки?

Юрий смотрел на камень сквозь стекло шлема. Надо решать. Что же… Время у него есть.

***

Шатонеф-дю-Пап хорошее вино. Он почти никогда не пил, и целой бутылки ему хватило.

Утро было сухим и горьким. Возможно, самым горьким за последнее время. Вопреки ожиданиям, Юрий помнил все детали вчерашнего дня. Кубик, разговор с Лан, как он нёсся домой, взяв лишь пару тёмных камней, как пил вино.

Несмотря на густой туман в голове, Юрий попытался вспомнить, что люди обычно делают перед приходом гостей. Хотелось запереться в своей комнате и никого не пускать. Он невесело усмехнулся и начал медленно прибираться.

Китайцы возвестили о прибытии стуком в шлюз. Юрий, вздохнув, дёрнул рычаг и впустил гостей. Лан пришла со своим напарником по базе – молодым крепким мужчиной лет тридцати трёх.

Только сняли шлемы, как начали говорить. Лицо у Лан было приятное – тонкие скулы, чёрные брови. Напарника звали Гуй, он почти не говорил и держался весьма сдержанно.

– А знаете, – делилась Лан – я хорошо осведомлена о русских традициях. Мы с подарком!

В руке у Гуя был контейнер. Теперь его открыли. По комнате разлился терпкий аромат выдержанного коньяка. Пока Юрий изучал подарок, гости осмотрелись.

– А где ваша напарница по дежурствам?

– Кто? – спросил Юрий, не отрывая взгляда от этикетки, – а, понял. Я живу один. Ну что? К столу?

Они присели. Открыли коньяк. И тут Юрий опомнился и запинаясь побрел к посудному шкафу. Гости, понимая причину его нетвердой походки, с усмешкой переглянулись. Юрий уже начинал нервничать.

– А давайте лучше посмотрим базу, – чтобы как-то заполнить молчание, предложила Лан.

Ошибкой будет сказать, что все базы одинаковы. Да, они похожи снаружи, но для каждого космонавта база – это дом, который тот старается обустроить по вкусу. Комната, в которой они сейчас находились была комнатой отдыха. Потолок горел жёлтым, имитируя свет Солнца. На одной стене было огромной панорамное окно, которое при желании можно переключить в режим зеркала или телевизора. К другой стене крепились некоторые тренажеры. В центре стол с креслами и диваном. Остальная часть помещения представляла собой что-то среднее между витриной с трофеями и столовой. Минибар для напитков, полки с книгами, интересными камнями, оружием. Видно было, что база принадлежит мужчине, и во всём чувствовался вкус хозяина. Книга, открытая на середине. Фото сестры и родителей, смотрящие со стен…

– Сколько уже вы здесь? Кажется, будто не один год!

– Я живу здесь двенадцать лет.

– Что?

– Я прилетел сюда спустя три года после той вспышки и остался навсегда.

Лан будто ударили. Она даже рот прикрыла.

– Но зачем? Совсем один! – не поверил Гуй, – это ведь не ради денег?

– Нет, конечно. Мне просто нравится такая жизнь. Я бы мог так работать и бесплатно.

– Я не понимаю… Двенадцать лет на Луне…

– Да. Моё имя есть на сайте рекордов Гиннеса.

Космонавты замолчали. Гуй смотрел в окно. Лан скользила взглядом по полкам.

– А что это? – девушка указала на кубик, найденный вчера и мирно стоящий на полке.

Юрий вспотел. Он что, забыл его спрятать? Язык прилип к нёбу. Он попытался скрыть растерянность и придумать что-нибудь убедительное. Но мысли не шли.

– Точка.

– Но это куб.

– Вы видели надпись на подъезде к базе? По пояс высотой и очень широкую.

– Мы не поняли, что это.

– Это слово «МИР». Ну так вот: я почти закончил её. А этот куб – будущая точка на конце слова.

– Маловата, – нахмурился Гуй.

– Ну… Их же будет много.

Затем Юрий без энтузиазма показал китайцам остальные помещения. Кухню, где ещё не до конца был разложен присланный недавно провиант. Технический отсек. Указал жестом, где расположен туалет, после они спустились в лабораторию. Побродили между простаивающего лабораторного оборудования. Вдоль грядочек с водорослями, которые выглядели как обычная трава. Больше гости интереса ни к чему не проявили. Юрий обрадовался, и под предлогом вынужденного обхода территории предложил распрощаться.

Гуй и Лан уехали. Только закрылся шлюз, как Юрий громко выругался, и, бухнувшись в кресло, отпил конька прямо из горла бутылки.

– Никогда, – прохрипел мужчина, наполняя бокал, – никогда…

Тем не менее, одной проблемой меньше. Можно снова спокойно жить без общения и стрессов. Хотя, один стресс всё же остался. Юрий встал и подошёл к полке с кубиком. Попытался его взять. Рука свободно прошла через голограмму. Да, Юрий такое предполагал. О, в душе он даже надеялся, что шустрые китайцы заберут гадский кубик. Двумя проблемами меньше.

Космонавт провёл рукой под изображением кубика, нашёл монетку-голограммер, рассмотрел. Простая, одноразовая. Игрушечная, можно сказать. Видимо, его настолько не уважают, что решили особо не тратиться. Надо же, обидно. Обидно не то, что обокрали, а то, насколько незамысловато.

–Ну, знаете, – прорычал Юрий, надевая скафандр, – то, что я не общительный, ещё не значит, что я совсем тюфяк!

Шлюз открылся. Подгоняемый раздуваемой самим собой злобой, он сел во Второго. Он их догонит.

***

Земля висела прямо над головой в окружении звёзд, а Юрий разогнал Второго до непозволительной скорости. Если бы на пути ему попался какой-нибудь маленький кратер, последствия могли бы быть печальными. Но Юрий об этом не думал. Прошло уже четыре часа. Где же они?

На Лунной орбите летают два спутника, созданные для связи космонавтов с Землёй. Один на низкой орбите, второй на высокой. Но том, что на низкой, есть ещё и секретные камеры, снимающие поверхность Луну. Однако все космонавты знали о камерах. Юрий в своё время их взломал.

Мужчина включил монитор на панели управления и теперь наблюдал за перемещением лунохода Гуя и Лан. Он их недооценил. Они не делали остановок, и скорость их была высокой. Но он всё равно их догонит. Потому что Луна – это его мир.

***

Прошло восемь часов. Юрий увидел их луноход издали. Тот уже был рядом с китайской базой.

– Остановитесь, – спокойно сказал Юрий в передатчик – это я, Подсотников. Остановитесь.

За прошедшие часы он успел и позлиться, и едко выматериться в пустоту. Теперь он успокоился и устал. Ответа от китайцев не последовало. Возможно, было ещё просто слишком далеко. А возможно, они просто не собирались отвечать.

Спустя пятнадцать минут они были на расстоянии пятисот метров друг от друга. И вот преследуемые, наконец, начали тормозить. Прошло ещё пять минут, пока луноходы сравнялись. Наконец, Юрий услышал голос Лан в приёмнике.

– Юрий, что случилось?

– Вы кое-что забрали у меня, и я спешил вернуть.

У лунохода Второй не было крыши. Юрий размахнулся и кинул в китайский луноход маленький голограммер. Тот отскочил от машины и упал в грунт.

– Очень красноречиво.

– Ну почему этот догиперинформационный голограммер? Это унизительно!

– Юрий… – Лан подбирала слова – я видела, как ты нашёл куб. Тогда, на границе. Нежели ты не хочешь, чтобы на Луну прилетели люди? Чтобы её изучали! Юрий, на Луне есть загадка! Наши приборы улавливают рассеянное излучение. Что, если этот камень – открытие века? Доказательство теории струн. Или инопланетный артефакт. А ты оставил его лежать на полке, мы этого не выдержали!

– Ладно, – скрипя зубами, выдал Юрий, – я понял. Я сейчас возьму кубик, верну его на базу, передам о нём сведенья на Землю. Прилетят учёные, чтобы перерыть весь грунт. Устраивает?

– Вообще-то, нет – включился в разговор Гуй – мы не отдадим куб, ты зря ехал.

Сопло двигателя китайского лунохода мелко задрожало.

– Ну уж нет!

Юрий соскочил с лунохода и одним прыжком преодолел отделявшее его от цели расстояние, благодаря слабой гравитации. Заглянул в кабину китайской машины.

На него в упор смотрело что-то похожее на бластер и фонарик. И оно включилось. Из дула выстрелил яркий свет прямо ему в глаза. Юрий будто ослеп. Китайский луноход тронулся. Всё ещё ничего не видя и слабо что понимая, Юрий схватился левой рукой за какую-то металлическую деталь и запрыгнул на чужой луноход. Правой он уже достал нож. В его шлем выстрелили повторно, вызвав боль в глазах.

– Отцепись от лунохода!

Вместо ответа Юрий быстро нащупал плечо одного из космонавтов, и, не дав тому увернуться, приложил к его скафандру нож.

– Я, я перережу материал! До базы далеко, кислород кончится быстро!

– Лан, – заговорил Гуй, – он сумасшедший, отдай ему Куб.

Лан грубо ответила на китайском. Луноход не останавливался. Резь в глазах прошла и Юрий уже мог различить двух космонавтов и контейнер между ними. «Действуй, действуй…» Он потянулся к контейнеру, Лан крикнула, попыталась оттолкнуть, и нож вошёл в её плечо. Юрий схватил контейнер и спрыгнул с лунохода. Гуй что-то кричал ему в след, но он широкими прыжками бежал к своему луноходу. Беспокоиться о девушке некогда, к тому же Гуй не даст ей умереть.

Юрии запрыгнул во Второго и начал разворачивать луноход.

– Скотина! Мы вывели из строя передатчик на твоей базе, русский! Беги! Ты всё равно ничего не сможешь предать!

В ответ Юрий послал в адрес Гуя крепкий мат и разогнал луноход по направлению к базе.

***

Теоритически, на Луне нет дорог. Луноход везде сможет проехать, как катер по морской глади. Но Юрий пути, по которым проезжал особо часто, гордо именовал дорогами. Порою для удобства. Отчасти, чтобы себя развлечь.

Сейчас Юрий стоял на «развилке». Одна, широкая ветвь дороги вела к базе Юрия. Он почти не сомневался в том, что Гуй сказал правду по поводу передатчика. Можно конечно, вернуться на базу. Закупорить шлюз и попытаться починить сломанное устройство.

Не верилось, что у него появились враги на Луне. Настоящие, как в книгах. А полчаса назад он даже ранил одного из них. Скоро уже они будут здесь, надо соображать быстрее. Девять часов в скафандре, как хочется, наконец, глубоко вздохнуть.

Юрий посмотрел на вторую ветвь дороги. На ней была только одна колея, он ездил по этому пути всего раз. Но, видимо, другого выхода нет.

Юрий поехал по второй ветви. К заброшенной японской базе. Пять лет назад Страна восходящего солнца перестала присылать новых дежурных на свою базу. Космонавт прекрасно понимал, почему: научная бесперспективность Луны уже тогда была очевидна.

Выход японцев из игры много шуму не поднял. За последние пять лет почти никто из космонавтов не ездил к японской базе, единицы её видели. И только Юрий когда-то подобрал код к шлюзу и пробрался внутрь.

Для японцев игра не стоила свеч, и они не стали забирать с собой оборудование. Остался на базе и передатчик. Вряд ли китайцы о нём знали. Этим Юрий и воспользуется.

***

Юрий вновь смотрел на монитор, получавший изображение с камер орбитального спутника. Лунохода китайцев на нём видно не было. Странно это. Они не могли просто так оставить эту удивительную находку в его руках. Юрий прибавил скорости. До заброшенной базы японцев оставалось ещё два часа, его враги могли еще догнать его.

Потом он потянулся за контейнером и открыл его. Злополучный кубик сиротливо лежал в углу. Надо же, какие большие надежды связывали с ним китайцы. Доказательство теории струн… Что она там сказала? Слабое излучение? Нет, рассеянное. Надо же. «А что, если учёные уже что-то накопали, но делиться не спешат? – думал Юрий, – конечно, зачем предупреждать человека, который уже двенадцать лет впитывает в себя это излучения. Может, я уже сам излучаю, как лампочка. То-то у меня на той неделе так спина ломила».

Космонавту теперь нужно было регулярно оглядываться, чтобы заметить чужой луноход, если тот устроил засаду. Крутя головой по сторонам, Юрий уронил взгляд на кубик в контейнере. Он дрожал. Мужчина взял его в руки.

Конечно, он ничего не почувствовал сквозь толстые перчатки. Но камень действительно дрожал. А ещё его куда-то тянуло, как кота тянет к холодильнику. Или как булавку к магниту.

Юрий тихо вздохнул. Всё, именно так выглядит конец света в его личной вселенной. Идеально выточенный дрожащий кусок камня к чему-то спешит. Луна никогда отныне не будет тихим спокойным местом.

Юрий развернул луноход в сторону от японской базы и направил туда, куда рвался кубик с энтузиазмом голодного зверя.

***

Долго плутать не пришлось. Возле высокого кратера кубик дрожал, искрился, и тянул с такой силой, что выпустишь – полетит. Юрий спустился с лунохода. Машина не могла въехать на такой крутой склон. Мужчина развернулся ко Второму, погладил по солнечной панели.

– Ты себя достаточно проявил, – пафосно сказал Юрий, – я назову тебя Верный.

А потом космонавт развернулся и пошёл к вершине кратера.

– Подсотников! – это голос Гуя раздался у Юрия в шлеме.

Юрий оглянулся, прибавив шаг. Луноход китайца стоял возле Казуса.

– Что у тебя в руке, Юрий?

– Кубик, – ответил Юрий просто, – что с Лан?

– Не твоё дело.

Гуй выстрелил из своего бластера-вспышки. Луч света ударил у ног Юрия. Второй выстрел попал мужчине в спину, но ничего, конечно, не случилось.

– У меня с собой импульсные гранаты, – выдал Гуй.

Юрий запыхался, но продолжал подъём. До вершины кратера оставалось всего несколько метров, когда граната разорвалась в дюжине метров от него.

Юрий ничего не услышал и не успел увидеть. Его рвануло и отбросило в сторону. Куб к тому времени переливался радужными цветами и дрожал, как тоненькая берёзка в бурю. Прямо во время полёта кубик с новой силой потянуло в центр кратера. Юрий сжал его в своих руках, крепко, как мог, и полетел вместе с ним.

С высоты котёл кратера ничем не отличался от других. Только в центре была небольшая, плоская, явно рукотворная плита. Куб резко изменил траекторию полёта, бросившись вниз. Юрия ударило о грунт и быстро потащило к плите. Одной рукой он сжимал куб, второй зацепился за булыжник. От боли в плече мужчина взвыл.

– Что там!? – не выдержав, закричал китаец.

– Гуй! Передай моей сестре, что я был счастлив!

В последний раз космонавта рвануло, его пальцы соскользнули с опоры. Добравшийся да вершины Гуй успел только увидеть, что едва куб коснулся плиты, он исчез вместе с телом Юрия. После долгой гонки и подъёма, он еле переводил дух. Его будущее исчезло вместе с инопланетным кубом. Он вернётся к Лан ни с чем. Проклятый русский.

***

– Прихожу я в себя, и понимаю: я в Раю. Ни усталости, ни страха. Открываю глаза – батюшки! Да я как будто в самом центре гигантского фейерверка. Всё вокруг шипит, искрится, взрывается, переливается какими-то невообразимыми цветами.

– Ну а дальше? – Валя давно уже узнала всю историю из СМИ, но из уст брата всё было интереснее.

– А потом воздух вокруг меня заструился, заколыхался, и почуял я, что в моей голове кто-то выписывает слова: «Юра, мы ждём тебя уже несколько лет. Мы, странники, путешествуем из мира в мир, с планеты на планету и их спутники. Присоединись же к нам».

– Угу, понятно-понятно. Ну так почему ты отказался? Об этом не сказано ни в одном издании.

– Понимаешь, я хотел сначала, а потом спросил, сколько их там. Десять миллиардов. Я как осознал, что сейчас одновременно разговариваю со стольким количеством людей, меня такой ужас охватил, ты не представляешь. Я с соседями-то по дому общаться не могу дольше пяти минут.

Валентина посмотрела в окно. Голубое небо, зелёная трава, дома. Автомобили, флайкары. Юрий смотрел на всё это вроде с интересом, но отношения с людьми у него ухудшились окончательно. Он успел поссориться с тремя гражданами, не успев даже дойти до дома.

– Куда ты сейчас, Юр?

– Родителей надо повидать. А потом… Посмотрим. Что-нибудь придумаю.

***

Наст хрустел под ногами, ломаясь. Днём был мороз, и деревья вокруг дома покрылись тонким слоем инея. Сумерки. Юрий отвык от этой прекрасной части суток, на Луне темнело мгновенно. Бывший космонавт, теперь же таёжник Подсотников сидел на лавке, одетый в мягкий свитер и шубу. Ежедневные хлопоты были закончены, и Юрий выкроил пару минут, чтобы посидеть просто так. И посмотреть на Луну. Мужчине нравилось смотреть на Луну с Земли, искать глазами места, где бывал, вспоминать названия кратеров. Достав из кармана бинокль, Юрий, поставив его на максимальную возможное приближение, искал. Попадались и тёмные точки новых баз… Как их много, он уже насчитал десять. Вот база Китайцев. Гуй и Лан до сих пор там, их годовой контракт ещё не истёк. А где же его, родная база? Юрий искал. И нашёл. Маленькая, почти незаметная точка.

А рядом… Юрий напряг зрение. МИР, его надпись. Буква «Р» не закончена. Колечко отсутствует, получилось что-то вроде МИГ.

Юрий вскочил со скамейки. Он хотел звонить. Он хотел просить, чтобы его надпись закончили за него. Потом он снова сел, глубоко вздохнул, втягивая в себя морозный воздух. Он должен смириться. Он должен просто жить дальше.

Внезапно за спиной у него раздался лай. Юрий обернулся. Обычная дворняга, каких много. Сама ли она убежала от хозяина, бросили ли её? Какая разница? Мужчина поднялся и пошёл в дом. Собака подбежала к нему и потёрлась о ногу.

– Ух ты, зверь. Как тебя зовут?

Собака молча ласкалась.

– Я буду звать тебя Подлиза. Или, нет. Пускай пройдёт немного времени, и я дам тебе название. То есть, кличку.

Юрий опустился на корточки и погладил собаку. Она хитро на него смотрела.

– А знаешь, что? – сказал неожиданно Юрий, – поехали завтра в город? Куплю тебе корма. И миску. Не будешь ты есть с пола, как какой-нибудь поросёнок.

***

Космонавты девяноста пяти стран ворошили лунный грунт, принимали посылки, изучали плиты в кратерах, обращая свои взгляды на Землю. А Земля сквозь тонкий слой атмосферы смотрела на Луну. Великий сверхразум вглядывался в глубину космоса, постигая то, чего ещё не постиг. А под всем этим сидел на корточках Юрий и улыбался, гладя по мягкой шёрстке собаку.

+1
19:45
526
15:59
Удручен.
Столько текста зря. Не зацепило.
Автор старался как мог, тыча в интригу, раскручивая экшн и пытаясь оживить героя. Увы, пациент мертв.
Может, писалось в лихую годину или сухость в натуре автора. Герою совершенно не хочется сопереживать. Он картонный и на ходулях. Дебильная фамилия героя, а имя китайца так и тянет переделать в нецензурное. А потом и весь текст гамузом обозвать неприлично.
Ску-у-учно. Пыльно. Неубедительно. Много лишнего. Все, буквально, притянуто за уши. Вымученно. Холодно. Синтетика.
Где эмоции яркие? Почему «вдруг» не в рапиде а тянется контуженной улиткой?
16:12
+1
А мне вот понравилось. Даже плюсик поставила. Не без косяков, но тем не менее работа достойная.

1. Песронажи
Во-первых мне очень понравился главный герой. Почему? Он не добрый и не злой, он просто чудик, которому нравится жить без людей, со своими привычками и убеждениями. Вообще он мне всем приглянулся. Отсутствие описания внешности меня устроило, так как повествование идет хоть и от третьего лица, но сосредоточено на нем. А еще мне очень забавно стало от описания второстепенных персонажей. Вроде как написано просто «китаец» и «китаянка», а образ в голове сам собой тут же подобрался. Интересный ход, засчитано.

2. Идея и сюжет
Идея, как я поняла, такая: «битва за странный кубик». Ну что ж, прикольный такой, типичный макгафин… был бы, если бы он не рассказал о том, что с ним под плитой случилось. Хотя все равно идея забавная. Да, отчасти она притянута за уши, но тем не менее ее можно было бы списать на то, что действующим лицам очень и очень скучно там, на луне, куковать. Сюжетные составляющие все на месте, и кульминация есть, и завязка и развязка. Развязка так вообще шикарная. НО. Есть много провисающих, нелогичных мест и смысловых ошибок. Вроде того, что он опустил рычаг и впустил гостей на базу. Это бы все как-то обыграть поинтереснее, чтобы не звучало так наивно. В остальном — годно.

3. Язык
Очень простой, мало описаний, зато повествование плавное (хотя иногда глаголы попадаются скачущие во времени и повторы), легко читабельное, и рассуждения есть, благодаря которым ты главного героя понимаешь как личность. Повторюсь — то, что главный герой немного сволочь мне очень понравилось, я ему даже позавидовала, тоже хочу на луну, в уединение. Далее о грустном. Лунную атмосферу у вас передать не получилось, хотя попытки были мной замечены. Ну и в общем-то язык бедный, средств выразительности речи почти нет. Сказать больше нечего.

Вывод — обыграть некоторые наивные места поинтереснее, подкрутить атмосферу добавив описания и средства выразительности речи, и будет очень неплохое произведение. А вообще мне повеяло «Сиянием» Кинга немного, не знаю уж почему. Всех благ.
Юлия Владимировна

Достойные внимания