Хард ( глава 5)

Автор:
NIHIL
Хард ( глава 5)
Текст:

5. Глава пятая, проливающая свет на таинственный образ незнакомца, делающего весьма странное предложение незамужней девушке.

Итак, повествуя о таинственном незнакомце, мы остановились на моменте, когда откуда не возьмись, из тёмного переулка на увальней налетел огромный, лохматый пёс.

Здоровяки, не смотря на свои внушительные размеры, мигом ретировались.

Пёс подскочил к лежащему в грязи несчастному Дардальдуи скуля стал облизывать, разбитое всмятку кровавое месиво, что некогда называлось лицом.

Незнакомец одобрил действия Аргальда, так ловко превращенного им в собаку.

- Занимайся дружком. Зализывай раны!

Он обошёл трактир. Заглянул с фасада в тусклое окошко и достав из под плаща чёрную трость, вошёл во внутрь.

Народу поубавилось. Скрипач, как ни в чём не бывало, сидел на своём табурете и фальшиво пиликал на затёртой скрипочке быструю музыку.

Посреди трактира дико выплясывало вдрызг пьяное тело. Судя по высоким сапогам, затянутых под пахом мощными ремнями, короткой куртке, заляпанной рыбьей кровью, и веющим от пьяного тела, отвратительным зловонием протухшей селёдки, вне всяких сомнений это был местный ночной рыбак. Плут и воришка, ставящий сети и за пару серебряных монет, готовый пырнуть тебя, острой, рыбацкой финкой.

Хотя стоит заметить, что судьба у него была незавидная.

Ночных селёдочных пиратов, ловили стражники и подвешивали на ближайшей сосне, ногами вниз. И только попробуй проходящий мимо не плюнуть пирату в морду и не ударить пару раз по рёбрам палкой.

А вдруг за кустами сидит соглядатай и доложит барону?! И будешь ты висеть рядом с разбойником, и всяк мимо идущий, будет плевать тебе в лицо и лупить с неимоверным наслаждением, радуясь тому факту, что не он висит на твоём месте.

Тело выплясывало что-то своё, отчаянное и не в такт музыке.

Руками крюками, рыбак выписывал неясные движения, вероятно на подсознательном уровне пытаясь вставить невидимому сопернику финку под ребро.

В углу за столом, наливаясь вином и громко споря, сидели трое юношей проигравших в кости мошеннику Дардальду.

- Я вам втолковываю,- басил один из них, слащавый тип, с отвратительной бородавкой на кривом носу, по виду сын местного, подлого булочника. – Заговоренные кости у него!

- Ерунда твоя! – парировал ему другой, чуть постарше, но видимо из того же сословия, кутящих детей, местной знати. – Ерунда, трижды ерунда, ерундовая!

Он основательно, но осторожно постучал холёной рукой по краю стола.

- Кости специально подделанные! – он заговорщицки подмигнул игрокам.

- Есть одно место. Мастер специальный есть, всё сделает, так как надо.

Дырочки незаметные просверлит и туда свинца. И кости будут падать, так как надо.

Третий, пухлый малый. Пьяненько икающий и щёлкающий свиными, сонными глазками, одобряюще кивал головой, повторяя за ними последние слова.

- Кости у него…

- Как надо…

Увальни были тут как тут и прикрывая на пятой точке, порванные псом штаны, что-то нашёптывали на ухо, невозмутимо восседающему за барной стойкой Псу Грандальгу.

В самом тёмном углу, склонив годами немытую голову прямо на стол, храпела неясная фигура. Хотя есть основательное подозрение, что и не спал он вовсе, а состоял на службе соглядатаем. И всё слушал и докладывал с утра тому, кому положено знать обо всём.

Перед ногами у всех мельтешил с подносом прыщавый мальчишка- служка.

- Любезный,- обратился вошедший незнакомец к Грандальгу, снимая шляпу и отворачивая высокий воротник плаща.

Вот теперь мы имеем возможность сделать паузу и рассмотреть внешность незнакомца. Это был молодой человек, лет тридцати. С худощавым лицом и тонким но, тем не менее, волевым подбородком. Пронзительным взглядом и с красивым ртом с язвительно - иронической ухмылкой, всем видом выдающий в нём бойца и человека из высшего сословия.

Густые и чёрные как смоль, вьющие волосы, были аккуратно заплетены алой, атласной лентой.

– Лучшего вина! Кусок свежего мяса, чтобы был не прожаренный с кровью и чтоб никакой там твоей зелени. Овцы пусть жуют.

Он бросил на барную стойку три серебряных монеты. Серебряки, как их тут величали. Простолюдины рассчитывались по обыкновению медяками или бронзой.

В баре нависла тягостная пауза. Рыбак все же продолжал совершать танцевальные па, под слышную только ему одному музыку.

Грандальг со знанием дела скользнул хищным взглядом по дорогой одежде вошедшего. Обратил внимание на трость из чёрного дерева, явно не растущего в этих краях. На серебряный, мощный набалдашник в виде головы змеи. И разумеется же на огромный перстень на мизинце правой руки, с вставленным кроваво-красным рубином и странным гербом.

- Да и, - незнакомец оглядел таверну. – Накрой по возможности чистую, не заблёванную твоими свиньями скатерть, и пусть мне прислуживает, не это…

Незнакомец ткнул пальцем в сторону стоящего с открытым ртом, прыщавого служку.

- А кто- то благообразный, опрятный…

Незнакомец с сомнением вновь оглядел унылое помещение трактира.

- Желательно женского пола…

- Не извольте беспокоится, благородный господин! – затявкал в ответ Грандальг.

Он повелительно цыкнул зубом на застывшего посреди трактира, мальчишку. Едва заметно подмигнул увальням, что впрочем, не ускользнуло от внимания незнакомца. Все трое мигом исчезли. Вслед за ними с высокого барного табурета, кряхтя слез и сам Грандальг, хищно сгрёб серебряные монеты и растворился в дебрях кухонного царства.

Незнакомец померял шагами помещение. Ни на кого особо не глядя, проходя мимо замолкшего скрипача, покопался в кошельке, достав пару медных монет, кинул ему под ноги.

- Что-то грустное…Песнь Адельды знаешь?

Скрипач растерянно пожал плечами.

- Пёс с тобой, играй что умеешь…

Скрипач затянул заунывную медленную мелодию, которая в таверне считалась танцевальной совместно с женским полом.

Селёдочный пират, неожиданно для себя завершил адскую свистопляску.

Он с удивлением оглядел тусклый зал, по видимому выискивая соответствующую музыке пару.

Не найдя ни одной юбки, он плаксиво поднял брови и схватив в охапку близь стоящий дубовый табурет, закружил с ним вокруг столов.

В это мгновение в зал вошла Андельгильда.

Незнакомец замер, с удивлением разглядывая, нежные черты лица, появившегося ангела. Каштановые волосы, после ночного сна, не были собраны в тугую косу и переливающимся водопадом ниспадали на фарфоровые, слегка оголённые плечи. Высокая, статная фигура, держа в изящной ручке, свежею скатерть, фривольно проплыла мимо незнакомца, на миг ослепив его блеском, огромных, серых глаз.

- Вот это сюрприз…- прошептал самому себе незнакомец, следуя к столу, уже ловко накрытому свежей скатертью.

- Вино и мясо будут через пару минут,- звонко и как показалось, озорно проронила девушка и спешно направилась в сторону кухни.

В этот момент, допившийся до беспамятства, танцевавший с табуретом рыбак, попытался ухватить девушку за руку.

Андельгильда молниеносно развернувшись, влепила мерзавцу затрещину таковой силы, что эхо ударилось стальным звоном в стаканы за барной стойкой, отлетело рикошетом о стену и бахнуло скрипачу в самое ухо.

Скрипка поперхнулась верхним ля и обречённо затихла.

Селёдочный пират мигом отрезвел и уразумев кто стоит перед ним, упал на колени, пытаясь поцеловать ручку Андельгильды.

- Пшёл вон, свинья…- девушка презрительно оттолкнула мерзко извивающееся тело и исчезла на кухне.

Рыбак поднялся с колен, доковыляв к своему столу, вылакал, захлёбываясь и причитая, остатки кислого пойла и уронив голову на руки- крюки, зарыдал.

- Однако…- незнакомец вальяжно расселся, рыкнул взглядом на рассматривавшую его троицу игроков. Те в момент отвели пытливые взоры и стали тихо и подозрительно перешёптываться.

Незнакомца же совершенно перестало забавлять окружающее действо, он с нетерпением ожидал появление девушки.

В это самое время на прожжённой, проваренной, прогоревшей маслом и свиным жиром кухне, Грандальг наставительно втолковывал дочери.

- ….и будь с ним поласковей! Никак благородных кровей будет, сынок барона видать, кошель то на поясе забит серебряками!

- Ой, батюшка, - отмахнулась Андельгильда. – Как бы вам хуже не было от этого чужака.

Она ловко выложила на медный поднос тушённую телятину, приготовленную искусным образом. Нарезанное кубиками мясо пробланшированное в кипящей воде, затем промытое в холодной, проточной, заправляют обжаренном в сильно подогретом жире, луком репчатым и луком- пореем. Не жалеют моркови и корня сельдерея.

Мясо жарят до приятной глазу румяной корочки.

Вливают куриный бульон, да чтоб мясо слегка утонуло и тушат в закрытой посудине до полуготовности. Затем кладут картофель, нарезанный ломтиками, мелко нашинкованную капусту и продолжают тушить до готовности. Подают же на стол, поливая соусом, полученным при тушении.

Незнакомец, однако, совершенно позабыл о том, что заказал кровавую отбивную и без всяких там овощей.

Да стоит сказать, что позабыл и о таковом позднем ужине. Всё внимание его привлекала красавица Андельгильда.

Она ловко накрыла на стол. Не переставая насмешливо улыбаться.

- Сию минуту вино принесу.

- Погоди, присядь красавица,- незнакомец отодвинул стул.- Скажи, как зовут такое божественное создание?

- Достопочтенный господин видимо весьма погорячился, сравнив меня с чем-то божественным,- отвечала девушка, скромно присаживаясь на край стула. – И хотя мы все дети божьи, но во мне больше от дьявола…

Ответила она тихо, наклоняясь к лицу незнакомца и смело заглядывая ему в глаза.

У последнего вдруг перехватило дыхание, он как зачарованный смотрел и утопал в бездонных глазах красавицы.

- А зовут меня Андельгильда. И этот, дикого вида мужчина за барной стойкой, хозяин таверны и мой отец.

- Вот уж никогда бы не подумал,- выпалил незнакомец и тут же извился за фривольный тон.

- Великодушно простите, красавица Андельгильда, но слишком уж невообразимый контраст между вами и вашим отцом.

- Вы правы,- кивнула девушка.- Я приёмная дочь. Своих детей Грандальгу Бог не дал. А меня нашли девятнадцать лет тому назад, на берегу, в утлой лодочке, сколоченной из деревьев, что не растут в местных лесах. Грандальг выкупил маленькое создание у ночных пиратов и вот теперь я здесь…

Она с тоской оглядела сумеречное помещение таверны.

- Да что же вы не откушаете? – спохватилась девушка. – И кстати вы не сказали вашего имени?

- Хард. Меня зовут Хард.

- Странное имя. – задумалась девушка.

- В наших краях всё странное, всегда синее небо и теплое море. Ласковое солнце, белые и просторные дома. Много свежего ветра и свободы. Люди живут долго и счастливо. – отвечал ей с грустинкой незнакомец.

- Хард, признайтесь, вы пришли в наш ад прямиком из рая?! – засмеялась девушка.– Что же вас привело в наш, богом забытый край?

Молодой человек хотел было ответить, но вдруг заметил на груди девушки одну вещь. Вещь с таким же странным гербом, как и у него на перстне. Хард тихонечко снял перстень и спрятал в кошель.

- Скажите милая Андельгильда, откуда у вас этот медальон?

Девушка задумчиво повертела серебряное украшение.

- Это всё что осталось у меня от настоящих родителей.

- Я сейчас задам вам один вопрос…- замешкавшись, сказал Хард.- Только вы хорошенько подумайте, прежде чем ответить.

- Вина достопочтенному господину! – пролаял Грандальг.

Андельгильда смутившись, поднялась, направившись за вином, но Хард успел удержать её руку нежно, но впрочем уверенно.

- Спрашивайте же,- прошептала девушка не оборачиваясь.- Отец гневается.

- Перестаньте себя обманывать, - быстро зашептал Хард, не отпуская её руки.- Никакой он вам ни отец. И совершенно не место вам в это клоаке. Хотите вернуться домой?

Девушка вздрогнула всем телом.

- Да, - коротко бросила она в ответ, вырвавши руку.- Но это всё глупости, обратной дороги нет.

Она быстро направилась к кухне, стараясь убежать от собственных мыслей, бурлящих в её очаровательно головке.

- Есть. И я знаю эту дорогу. –Вслед красавице промолвил Хард.

Тем временем быстро светало. Скрипач вновь запиликал заунывную песнь. Троица игроков незаметно ретировались. Рыбак сладко храпел в обе ноздри, выдувая определённый звук, было что-то по музыкальной грамоте, вероятно пониженная квинта.

Соглядатай как-то тоже незаметно испарился, вероятно, побежал докладывать о прибывшем в город, богатом чужаке.

Подтянулись увальни. Присели молча у камина не глядя на чужака, сопя перебитыми носами и тупо уставившись в грязный пол.

Андельгильда вынесла кувшин с вином и, наливая гостю в кружку, тихо и быстро шепнула.

- Вино не пейте, там сон- трава. Батюшка злое задумал.

Она поставила кувшин и вышла прочь.

- Хозяин! – Хард окликнул появившегося на горизонте Грандальга.- Выпей-ка со мной.

- Прошу простить меня великодушно,- промямлил тот, пряча в пол глаза.

-Состояние здоровья и слабость желудка не позволяет мне утешать душу и греть тело этим славным напитком.

- Ну а вы там, у камина? - Хард не отводя взгляда от спрятанных под барной стойкой рук Пса Грандальга, обратился двум увальням. – Выпьем за славного хозяина!

По всем правилам приличия, никто не посмел бы отказаться от подобного предложения. Увальни шумно поднялись и, покачиваясь, направились к столу незнакомца.

В этот момент Пёс Грандальг явно понял шестым чувством, что пора…

Он выхватил из-за барной стойки потрёпанный, но заряженный арбалет и не целясь выстрелил. Хард с легкостью уклонился, едва повернув в сторону голову.

- Неплохой выстрел, как для такого старикана,- заметил он разворачиваясь и со всего маха опуская трость, острым и мощным набалдашником на голову ближайшего увальня.

Голова раскололась с арбузным треском. Второй увалень, собрался метнуть финку, но замешкался в одеждах и через мгновение с таким же проломленным черепом, повалился рядом с приятелем.

Хард обернулся к барной стойке, но Пёс Грандальг исчез.

- Берегитесь! Сзади! – услышал он голос Андельгильды и вовремя отпрянул в сторону.

Нападавший рассек тонкой шпагой затхлый, трактирный смрад.

Хард обернулся и, подняв трость, мастерски отбил следующий удар.

К его удивлению скрипач довольно сносно орудовал шпагой.

- Подлый удар! – Заметил Хард, отходя по кругу и внезапно отделив нижнюю часть трости, достал как из ножен великолепную шпагу.

- Давно тебя ожидаю! – запыхавшись затараторил лже скрипач.

Они яростно скрестили шпаги и, Хард почувствовал в этом непростом скрипаче весьма сильного противника.

- Кто ты? – Хард сделал ложный выпад и толкнул плечом соперника, тот ударившись о стол завертелся, но удержал равновесие.

- Я идущий по следу волка! Я не смыкающий глаз, преследующий днём и в ночи. Нагоняющий свою добычу в ледяную вьюгу и среди пылающего лета.

Шпаги вновь скрестились, замелькали убийственной сталью, звеня и подрагивая от ударов.

Скрипач явно стал выдыхаться.

- Я охотник за странными вещами!

Он попытался сделать обманный выпад и ударить в шею, но Хард с усмешкой отбил шпагу, закатив мощную оплеуху сопернику.

- Ба! Господин Стервятник. Но сколько пафоса! Как это я сразу не догадался по твоей никчемной игре на скрипке, что ты не тот за кого себя выдаёшь.

У скрипача, именуемого Стервятником, из разбитого носа полилась тонкая, красная струйка.

- А ты кем себя возомнил!? – выдыхаясь, захрипел Стервятник.- Поглядите на него! Единственный отпрыск Богов и королей, шляется, вдали от родины как неприкаянный по чужим странам, собирая подобно старьёвщику всякий хлам…

- Артефакты! – Хард выбил шпагу из трясущихся рук Стервятника.- Это называется артефакты. Порой странные с виду вещи, бывают весьма полезными.

- А тебе мало богатства, славы, почестей в своём королевстве?

Брызгал слюной Стервятник, с лютой ненавистью глядя на соперника.

-Бессмертья захотелось? Охотишься за Священным плодом с древа «Познания добра и зла».

Он привалился к стене, явно ожидая заключительного удара.

- Убьёшь меня?

- Я не стервятник, падалью не питаюсь…- Хард наклонился, подняв шпагу скрипача переломил её пополам. – Пошёл вон…

- Значит это всё правда, о далёких и волшебных странах…– услышал он за спиной тихий голос.

Хард подошел к красавице Андельгильде, достал из кармана перстень и надев на мизинец, показал девушке герб.

- Ой, - девушка достала свой медальон. – Да на вашем перстне такой же знак, как на моём медальоне!

- Это герб страны, из которой я родом и, по всей видимости, там и твой дом.

Он протянул руку.

- Ну что? Возвращаемся домой?

- Да, – коротко ответила девушка, смело и открыто глядя в глаза Харду.

+3
11:11
75
16:51 (отредактировано)
bravo(подправить — Хотите вернуться на домой?)
10:05
Загрузка...
Эли Бротовски