Видящие | Глава 2

Автор:
amber_linden
Видящие | Глава 2
Аннотация:
Жизнь и смерть тесно переплелись в Городе: не каждый умерший идет дальше, кто-то остается, и тогда появляется заблудшая душа. Никому не известно, станет ли она монстром, одержимым жаждой убийства.
Студент-третьекурсник Виктор видит мертвых, сколько себя помнит, и столько же скрывает свой дар. Ведь если раскрыть его, мертвые уже не оставят тебя в покое. Но что делать, когда от твоего секрета зависят жизнь и смерть невинного человека?
Теперь у Вика нет пути назад.
Текст:

Утро у Жени не задалось: она проспала, забыла зонт и попала под дождь, не взяла с собой перекус в универ и теперь сидела голодная. Пара тянулась бесконечной ириской, и девушке было скучно. Лектором систем искусственного интеллекта оказалась бабушка-одуванчик. Она блеяла что-то с кафедры тонким голоском, а Скворцова с трудом сдерживала зевоту и уже не пыталась следить за лекцией.

Куда интереснее было смотреть в окно: закатный час расцветил небо пурпурным и розовым, облил золотым макушки берез.

На одной из них как раз замерла худенькая мальчишеская фигурка. Женя нахмурилась, гадая, как же подросток туда забрался, и почему никто его не остановил. Она хотела было привлечь внимание к опасной ситуации, но разглядела одежду ловкача. Старомодные брюки, белая рубашка, распахнутый на груди жилет… Упади он с этой березы, ему ничего не сделается!

Словно заметив, что за ним наблюдают, мальчишка поднял руку и помахал. Скворцова в ответ усмехнулась и перевела взгляд на часы: до конца пары оставалось полчаса. Одна радость – это было последнее занятие на сегодня. После него Женя собиралась максимально быстро добраться до дома и наконец-то поесть! В ответ на ее мысли желудок издал протяжный и тоскливый: “Урррр”. С парты впереди тут же послышались смешки.

– Хочешь, я убью их? – шеи Жени коснулось теплое, почти невесомое дыхание, и руки тотчас покрылись мурашками. Когда-то давно девушка вздрагивала, когда он так делал, но потом привыкла.

Скворцова едва заметно качнула головой, отказываясь от столь щедрого, но жестокого предложения.

– Точно?

Женя кивнула, тут же притворившись, что она словам лектора в такт. Выглядело это довольно нелепо, и в аудитории зазвенел искренний смех. Другие студенты его не слышали, но ей было все равно, первокурсница улыбнулась и чуть развернулась так, чтобы видеть своего друга.

Единственного. Самого близкого и дорогого. И плевать, что мертвого!

Она знала его с шести лет. С того самого момента, как свалилась в подвал полуразрушенного особняка. Скворцова не помнила, зачем она вообще пришла к зданию, над забитой входной дверью которого висели две таблички. Первая – “Осторожно, аварийное состояние! Опасно для жизни!”, а вторая – “Внимание! Объект архитектурно-исторического наследия”. Но зато помнила, что после того, как не увидела ничего в замочную скважину, она пошла искать другой вход. И нашла.

Залезла в какую-то дыру, царапая руки о холодный камень, и оказалась в полуподвальном помещении. Больше всего оно напоминало кухню: по центру — покрытая пылью дореволюционная плита, железный камин поодаль, какие-то банки и кадки. И прогнившая крышка погреба, на которую Женя и наступила.

Когда она очнулась, то рядом с ней на корточках сидел мальчишка. Он был так красив, что показался девочке ангелом! Темные волосы в изящном беспорядке, большие синие глаза в обрамлении длинных ресниц, точеные скулы и бескровные губы на бледном лице.

– Ты ангел?

Мальчик удивленно моргнул.

– Ты меня не боишься? – голос его прозвучал как-то надломлено и хрипло.

Женя отрицательно покачала головой, продолжая восхищенно его рассматривать.

– А что это? – девочка указала на синяки на горле незнакомца.

Подросток отшатнулся, рука его дернулась прикрыть увечье, но тонкие музыкальные пальцы не смогли стянуть воротник рубашки.

– Я не ангел, – выдохнул он. – Я мертвец.

– А почему ты тут?

– Призраки привязаны к месту смерти.

– Глупости! – со свойственной детству категоричностью заявила Женя. – Пойдем, я уведу тебя отсюда!

И увела. С тех пор они не расставались. Но ей было семнадцать, а Григорию все так же четырнадцать. Девушка чувствовала себя виноватой за то, что могла взрослеть, могла чувствовать, а он – нет.

– Ты погрустнела, – Гриша заглянул Жене в глаза, и меж его бровей пролегла обеспокоенная складка.

Отвечать Скворцова не стала, вместо этого постучала ногтем по часам, показывая, что до конца пары осталась всего минута.

– Подожду на улице, – с этими словами призрак поднялся со свободного стула (с Женей рядом никто не хотел сидеть) и направился прочь, пройдя сквозь стену.

Виктор шел по парку, наслаждаясь его спокойствием и тихим шепотом крон. Солнце скрылось, но осенние сумерки разгонял теплый свет фонарей. Воздух был влажным после дождя, на дорожках блестели лужи. Пару раз юноша не отказал себе в удовольствии наступить в воду, разбивая дрожащее отражение деревьев и неба. Настроение оставалось прекрасным, несмотря на длинный день. Вик устал, но за сегодня он не увидел никого, кого не должно было быть среди живых. Ни одной души! Это было редкой удачей! В такие моменты парню хотелось поверить, что он вообще их не видит.

Виктор свернул на узкую дорожку – здесь даже фонари стояли реже – и сразу почувствовал, как что-то изменилось. От этого ощущения волоски на руках встали дыбом. Дернув плечами, парень упрямо пошел дальше, но каждый шаг отдавался холодком в солнечном сплетении. Вик уже собрался повернуть назад, как заметил впереди невысокую фигурку, которую он тут же узнал по розовой шевелюре. Девчонка съежилась около лавочки, закрывая голову руками, а над ней нависала…

“Нет, нет, нет!” – парень почувствовал, как по позвоночнику поднимается льдистый холод. – “Только не это!”

Рядом с первокурсницей застыла фигура в белом платье с серой растрескавшейся кожей. Даже не видя ее лица со сгнившими губами и пустыми глазницами, Виктор знал – это та самая. Вчерашняя. И она пришла забрать чью-то жизнь прямо на его глазах.

Парень сделал бесшумный шаг назад, потом второй, третий, но никак не мог отвести глаза от ужасной картины. Монстр издал шипящий стон, и склонился еще ниже. Жертва заскулила от ужаса, и Виктор увидел, как побелели ее тонкие пальчики.

Четвертый шаг.

“Только бы оно меня не заметило! Только бы оно не заметило!” – эта мысль билась вместе с пульсом все быстрее и быстрее.

Девчонка повернула голову, отворачиваясь от чудовища, и серые глаза встретились с голубыми. Виктор понял, что пятого шага не будет. Если он уйдет сейчас, то отнятая жизнь будет и на его совести. А этот взгляд полный безумной надежды будет преследовать его до смерти.

Первый шаг дался парню с трудом, второй легче, третий еще легче, а на четвертом он побежал. Побежал навстречу монстру из ночных кошмаров и своей судьбе, даже не зная, что он будет делать, когда добежит.

***

– Отец…

Оооо, этот виноватый тон! По его оттенкам становилось ясно насколько большой проступок совершил сын: разбил машину, попался с травкой, проститутка вытащила кошелек, пока он лежал в пьяном угаре. Однако такого голоса Петр Игоревич от своего первенца еще не слышал. Дрожащего, жалкого, испуганного.

Мужчина сдвинул брови, от чего стоящий перед ним юнец – двадцать пять всего-то! – задрожал, словно щенок, над которым занесли палку.

– Я не хотел… – проскулил Александр.

– К сути! – отрывисто бросил Петр и посмотрел на часы: золотой браслет свободно охватывал тонкое жилистое запястье.

До звонка губернатора оставалось восемнадцать минут, не хватало еще все это время слушать блеяние непутевого мальчишки.

– Я… – Саша запнулся и побледнел, слова застряли у него во рту, но одного взгляда отца хватило, чтобы он выпалил: – Я убил девушку!

На остром и желчном лице Петра Игоревича промелькнуло удивление. По мнению Гарешко-старшего, Александр был бесхребетной мямлей. Сколько усилий потрачено, чтобы воспитать из него настоящего мужчину: сильного, решительного, готового идти по головам ради своей цели – ничего не получилось. «Сашенька», как назвала сына жена, оставался слабым и ведомым. И приносил больше проблем, чем пользы.

– Какая-то шлюха?

Гарешко-младший медленно повернул голову вправо-влево, плечи его вздрогнули.

– Как это случилось?

– Я… мы… просто хотели развлечься…

Щека Петра дернулась, он кинул быстрый взгляд на правую кисть. На ней не хватало мизинца. Мужчина не понаслышке знал, какими мстительными тварями могут быть женщины. Особенно после смерти.

– Пошел прочь.

На бледных щеках Александра выступили красные пятна, будто отец отхлестал его по лицу, губы приоткрылись, словно с них готова была сорваться мольба или ругань, но молодой мужчина не произнес ни того, ни другого. Просто развернулся и вышел. А Петр Игоревич откинулся на спинку кресла. Гладкая коричневая кожа обивки скользнула по шрамам на затылке, вызвав противную дрожь…

…А ведь он даже не убивал ту девушку, не говоря уже о групповом изнасиловании! Просто бросил, когда подвернулась возможность сойтись с другой – дочь областного прокурора это более перспективная партия для будущего чиновника. А бывшая… Как-нибудь переживет. Ни она первая ни она последняя, кто остался без мужика, но с пузом. Гарешко-старший думал, что большой беды не будет – поплачет, да успокоится. Но Аля не успокоилась, а упокоилась, шагнув под поезд. А потом вернулась: злее самого лютого зверя, страшнее самого жуткого ночного кошмара.

Петр до сих пор помнил ее искореженную фигуру… Она передвигалась на руках и ногах, как какое-то мерзкое насекомое, огромный живот выпирал вверх, голова вывернута так, что лицо оказалось перевернутым. Ее милое, нежное лицо с розовыми губами. Увидев любовника, монстр улыбнулся, и мужчина увидел какие мелкие и острые у него зубки. Они-то и оставили его без мизинца, с изорванным затылком. Мужчина считал, что легко отделался. Ведь он остался жив, в отличие от Указателя, который явился в тот момент, когда Аля собиралась оторвать обидчику голову…

Зазвонил телефон. Петр провел ладонью по лицу, стирая липкую паутину воспоминаний. Пора было сосредоточиться на работе, а потом заняться поиском того, кто избавит Александра от последствий его забав, вышедших из-под контроля.

***

Рюкзак с хрустом впечатался в голову чудовища, от чего та дернулась. Переродившаяся душа повернулась к Виктору и зашипела, в черной бездне ее глазниц зажглись алые угольки.

– Беги! – крикнул юноша, но Женя и сама это поняла. Едва монстр отвлекся, как она на коленях поползла ему за спину, а удалившись на приличное расстояние, остановилась и поднялась на ноги.

Теперь страшилище стояло между студентами, поворачивая морду то к одному, то к другому, и не знало, на кого из них напасть первым. Едва оно делало шаг к Коскинену или Скворцовой, как один из них отвлекал внимание чудовища на себя. «Чего она не убегает?!» – сам парень так бы и поступил, подвернись ему удачный шанс. Но сероглазая девчонка явно считала, что это будет нечестно и неблагородно. Поэтому стояла, сжав кулаки.

Переродившейся первой надоело топтаться на месте. Она сделала выбор в пользу Виктора, после чего уже не отвлекаясь на крик первокурсницы, кинулась к студенту. Парень совершил ошибку – посмотрел прямо в глаза чудовищу. Тело Вика неожиданно стало тяжелым, руки безвольно повисли вдоль туловища, а ноги подкосились. Словно со стороны юноша наблюдал, как падает, а монстр летит к нему в длинном прыжке.

«Мне крышка… – мысль всплыла, словно пузырек воздуха со дна глубокого пруда. – Так глупо...»

– Гриша! Грииииша!

«Какая звонкая… – вяло подумал Вик, не почувствовав боли, когда упал и ободрал щеку о гравий, – интересно, кого она зовет? Уж точно не меня...»

Перед глазами парня появились черные старомодные ботинки. Они мелькнули и пропали, а следом в животе разорвалась бомба боли. Чувства разом обрушились на Виктора. Он задохнулся и дернулся, чувствуя, как снова куда-то летит. Теперь уже в сторону. Полет остановила живая изгородь. Забарахтавшись и обдирая руки о колючие ветки шиповника, студент вывалился из кустов и, с трудом опираясь на руки, приподнялся.

На том месте, где он только что лежал, словно безвольный куль с мясным подношением для кровожадной твари, схлестнулись уже два монстра. Напавший на девчонку и еще один. Виктор потрясенно наблюдал, как хрупкий подросток ухватил за горло первое чудовище и приподнял над землей. Руки незнакомца были чернее сажи, кисти вытянутые, а пальцы переходили в длинные и острые когти.

– Думала, от меня так просто избавиться? – прорычал он, лицо его исказилось: скулы заострились еще больше, а клыки удлинились так, что мешали закрыть рот.

Второй монстр только и мог, что скрести ногтями и извиваться, пытаясь освободиться.

– Никто. Не. Смеет. Трогать. Мою. Евгению. – Цедил чудовищный подросток. – Помоги!

Виктор опешил. Кому это он? Но ответ пришел быстро: до монстров добежала девчонка, которую юноша пытался спасти. Ее розовые волосы растрепались, щеки блестели от слез, но в глазах больше не было ужаса. Она уверенным жестом положила ладони на спину пойманной души и прикрыла глаза.

Хрустнуло. Монстр в руках подростка обмяк, перестав дергаться. Мальчишка разжал пальцы, и чудовище мешком рухнуло к ногам студентки. Миг, и серая кожа поверженного врага окуталась серебристой сетью, а после тело развеялось пылью. Ее унес с собой неожиданно налетевший порыв ветра.

– Спасибо, что помог моей подруге. – Юный незнакомец подошел к Виктору и протянул совершенно нормальную (не черную и не когтистую) руку.

Парень посмотрел на нее с сомнением, а потом поднялся самостоятельно. Подросток склонил голову к плечу, и по его тонким бескровным губам скользнула усмешка.

– Значит, ты тоже видишь души? – глаза девушки лучились радостью. Так она могла бы смотреть на давно потерянного и вновь обретенного друга.

– Нет. – Буркнул Вик, не испытывая ни малейшей радости от того, что кто-то узнал его секрет. – Я видел только монстров. Все могут видеть монстров.

Все двадцать лет его жизни он отводил глаза, смотрел мимо душ, был нормальным. И теперь все рухнуло. Он вляпался так, что макушки не видно! Дрался с переродившейся. Смотрел на призрака. И теперь ему не скрыться от душ. Они почуют его дар. Будут ходить за ним по пятам, не оставят в покое ни на миг. В отличие от живых. Люди станут шарахаться от него, как от чумного.

Юношу замутило. Он поспешно направился к брошенному на дорожке рюкзаку, слыша позади шаги студентки и ее спутника. Как он там сказал: «Не смей трогать мою Евгению»? Получается они давно… знакомы? Виктор закинул рюкзак за спину и оглянулся.

Девушка и ее друг-призрак стояли рядом, больше никого на дорожке не было. Выглядела сероглазая совершенно нормально, если не считать радостного блеска в глазах и улыбки, которая то и дело касалась ее губ.

– Меня Женя Скворцова зовут. – Произнесла она. – А тебя?

Вик посмотрел на стоящего рядом с ней подростка. Распахнутый воротник белой рубашки обнажал его шею и уродливые багрово-лиловые синяки. Когда-то этого мальчика с лицом ангела задушили.

– Не твое дело. – Наконец ответил Вик и, отвернувшись, пошел прочь.

Женя нахмурилась, сияющий взгляд померк. Этот парень был не первым, кто отвернулся от нее, узнав о том, что она видит души. Но первым, кто притворялся, будто душ рядом нет.

Девушка смотрела вслед Виктору, пока темнота не поглотила его фигуру. И только потом пошла домой. Гриша не отставал ни на шаг.

Когда скрылась и эта парочка, из тени деревьев вышел мужчина, чьи руки до плеч покрывали шрамы. Он изучил место, где рассыпался в прах один из монстров, одобрительно хмыкнул, а потом прошелся там, где из кустов выбирался Вик. Что-то в траве рядом с краем гравия привлекло его внимание. Человек присел на корточки и снова хмыкнул, подняв корочку студенческого билета.

– Значит, Виктор Коскинен. – Слова его в вечерней тиши парка прозвучали неестественно громко.

+2
21:38
104
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
54 по шкале магометра