Сола

  • Опубликовано на Дзен
Сола
Аннотация:
Маленькую Солу постоянно дразнят мальчишки. Но однажды она узнаёт, что её настоящий отец - аралисец. Девочка мечтает увидеть отца. Но как попасть в далекий полу сказочный Аралис?
Текст:

Утро Солы. Дразнильщики

Сола любила встречать утро. Она просыпалась, когда небо едва розовело, и сонно натягивала платье. Потом влезала на подоконник и, немного помедлив, спрыгивала из окна на холодную, мокрую от росы траву. Босые ноги стыли, и Сола пускалась бегом — через деревню, через поле, — и дальше, туда, где, почти над самым обрывом, высилось одинокое дерево.

Здесь девочка переводила дух, и, подпрыгнув, цеплялась смуглыми руками за толстую нижнюю ветку. Подтянувшись, карабкалась все выше, пока не взбиралась на развилку между стволами. Здесь было удобно сидеть, обхватив руками ствол, и наблюдать, как розовеют облака и светлеет небо. Внизу шелестело о песок хмурое сонное море. Сола знала: стоит тёплым солнечным лучам коснуться его, как оно из серо-угрюмого станет ласково-синим.

Девочка любила наблюдать, как восходит солнце. Сначала из-за дальней горы веером растекались светлые лучи. Они становились все ярче… А затем начинала алеть, словно уголек, маленькая яркая точка. Она росла с каждым мгновением, превращаясь в сноп яркого света… И вот уже из-за горы, брызжа лучами, в небо выкатывалось жёлтое ослепительное солнце!..

Теперь на него нельзя было смотреть, и Сола оглядывалась вокруг. Столько интересного в мире! Вот две бабочки порхают вместе, будто танцуют. Вот пчела, деловито жужжа, присела на пёстрый цветок. А там зависла, трепеща крыльями, стрекоза...

Серая птичка вспорхнула с земли на дерево, и звонко защебетала: "Свиррь, свиррь!". А вот белая чайка закружилась над морем в стремительном полёте...

Солу охватывала беспричинная радость. И, возвращаясь домой вприпрыжку, она весело напевала:

Э-эй!..

Жёлтым кругом всходит солнце,

И танцуют облака.

Небо синее смеётся

От щекотки ветерка!

Он игриво налетает,

И прибрежную волну

Лёгкой лапкой задевает —

И взмывает в вышину!

А муравка-трава колышется,

И о чем-то шепчут цветы.

Птичья песня весёлая слышится

Из небесной высоты!

А морская волна набегает,

И о берег тихонько шуршит.

Солнце землю лучами таскает,

И по синему небу спешит!..

В этот раз, как часто бывало, возле деревни её подкараулили соседские мальчишки. Сола хорошо знала этих вредин, это были сыновья сапожника, Мишу и Тьерри. Оба рыжие и лохматые, они вечно дразнили её и корчили обидные рожи. Но сегодня с ними был третий мальчик, немного старше и сильнее их. Светловолосый, со смешно вздернутым носом, он кого-то напоминал девочке, но кого — она вспомнить не могла.

Завидев Солу, сыновья сапожника стали строить страшные гримасы и, дико приплясывая, запели:

Сола — хаманка! Съела поганку!

Поганку съела — вся почернела!.. Го-го-го!

Сола остановилась. Радостное настроение улетучилось безвозвратно. Девочка показала дразнильщикам кулак, но что она взаправду могла им сделать? И мальчишки, уверенные в своей безнаказанности, продолжали дразниться.

И тут к Соле, не спеша подошёл старший мальчик. Голубые глаза его смотрели на девочку с насмешливым, нехорошим любопытством.

— Эй!.. Ты знаешь, что ты чёрная? Почему ты такая?.. — спросил он требовательно. — Бабка Марта говорит, будто ты ведьмин подкидыш. Это правда?

Сола не успела ответить. Потому что Мишу и Тьерри, услышав слова своего дружка, завопили хором:

— Ведьмин подкидыш!.. Га-га!.. Го-го!..

Лицо девочки вспыхнуло. Она вскинула голову и посмотрела прямо в глаза обидчику.

— Я не ведьма! — крикнула она. — А если ведьма — то вы все поплатитесь, когда я вырасту и научусь колдовать!

— До тех пор мы тебя сожгем! — лениво ответил мальчишка. И обратился к товарищам:

— Слыхали? Сама призналась, что ведьма. А отец у неё — демон!

Это было уже слишком!

— Неправда! — закричала Сола. — Мой папа никакой не демон, а моряк! Только он ушёл в море насовсем...

Голубоглазый повернулся к ней.

— Кто твой папа?.. Гастон Добряк, утонувший во время шторма?.. Ха-ха!.. Да какой же он тебе папа? Это он твоему братишке папа, а тебе — никто! Поняла?.

Сола онемела от неожиданности и горя.

— Верно говорит! — поддержал Тьерри. — А тебя твоя мать из-за моря привезла. Ещё незамужняя. Так моя мама мне рассказывала, она помнит!

Подскочил веснушчатый Мишу. И крикнул, возбуждённо блестя глазами:

— А может, Люсиэль вовсе не мать тебе? Она вся беленькая, а ты вон какая чернявая! Как думаешь, Ромэн?

— Да что тут говорить, — презрительно пожал плечами названный Ромэном. — эта девчонка всей деревне чужая!

— Чужая, чужая!.. Ведьма! Хаманка! — снова завопили мальчишки. — Сола-хаманка! Сола-ведьма!

В девочку полетели мелкие камни и комья земли...

Сола не выдержала. В горле встал ком.

— Это неправда! Неправда! — с плачем вырвалось у неё, а ноги сами понесли через огороды домой.

Чужеземный отец

Взрослые пили чай на кухне, когда Сола вихрем ворвалась в дверь и, отчаянно ревя, бросилась к маме.

— Мама! Мама!.. Почему они меня не любят? Почему они меня дразнят? — рыдала она, уткнувшись в тёплые мамины колени.

— Кто не любит? Кто тебя дразнит? — спрашивала мама, ласково гладя девочку по волосам.

— Мальчишки… — горько всхлипнула девочка.

Раньше прикосновения маминых рук могли всё. Они утишали боль от ушиба и осушали слёзы от пустяковых обид, они успокаивали и подбодряли, когда Сола болела и ей нельзя было вставать. Прижаться лицом к маминым рукам — значило обрести покой и защиту. Почему же теперь от их прикосновения только горше?

Сола подняла голову и посмотрела на маму.

Мама была всегда такая красивая! Свои золотые волосы она заплетала в косы, укладывая вокруг головы в виде короны. Соле нравилось думать, что её мама — немножко королева. И глаза у мамы были синие— синие, как васильки. А кожа нежная, бело-розовая, даже под лёгким загаром.

Рядом с мамой Сола казалась себе дурнушкой. Разве можно считать красивым, если у тебя волосы чёрные, как крылья у ворона, а лицо такое смуглое, словно солнце долгое время светило только на него… А глаза — так и вовсе некрасивые, тёмно-карие, хорошо хоть, не совсем чёрные...

Раньше мама объясняла Соле, будто она так не похожа на других оттого, что солнце любит её дочку больше остальных. "Солнышко поцеловало тебя, — говорила мама, — и ты стала такой темненькой. Так оно сразу тебя отличает от других детей. И радуется, когда тебя видит." Сола верила маме, но теперь такого объяснения казалось мало. Почему мальчишки обозвали ведьмой? Почему бросали в неё камни? И девочка, всхлипнув, спросила:

— Почему меня дразнят?.. Почему называют ведьмой?

Мама нахмурилась.

— Кто это сказал?.. Опять эти проказники, Мишу и Тьерри?

Сола кивнула.

— Они. И ещё Ромэн.

— Какой Ромэн?

— Не знаю. Голубоглазый такой… У него есть бабушка Марта… Он сказал, что я ведьма, а мой папа — демон!

Глаза бабушки, сидевшей напротив, недобро сверкнули:

— Так это же внук Кривой Марты!.. То-то она мне хвасталась: невестка с внуком в гости пожаловала… Нечего сказать, хорош гусь! Только приехал, и уже детей обижает!

И бабушка неожиданно напустилась на маму:

— А ты-то хороша! Дождалась, девчонку ведьмой назвали!.. Ведь сотню раз говорила тебе: зря её привезла. Думаешь, мальчишка сам выдумал?.. Это он с голоса Кривой Марты поёт! А если уж старая сплетница язык распустила, не будет добра! Ой, не будет добра… Затравят девчонку, как пить дать, затравят… Увозить надо.

Мама растерянно посмотрела на бабушку.

— Да куда везти-то?.. Почитай, половина Граэлии — белобрысые. Чёрных и не найдешь...

— Почему же… Есть, — подал голос из-за дальнего конца стола дядя Эдмон. Только вчера приехавший погостить. — Верранские горцы и те, кто живёт с ними рядом, сплошь черноволосы. И лицами смуглые...

Бабушка всплеснула руками.

— Верранцы?.. Да ты что говоришь-то? Это ж дикие люди. Об прошлый год проезжий человек рассказывал, едва от них ноги унёс. Из-за козлиной бороды за оборотня приняли, едва не сожгли. А ты к ним ребёнка...

Сола шмыгнула носом. Взрослые, как водится, говорили совсем не о том. И, дернув мать за платье, она поспешила задать мучивший её вопрос:

— Мама… А это правда, что мой папа — демон, да?

Мама в ужасе поперхнулась чаем.

— Упаси Владычица!.. — возмущённо замахала руками бабушка, едва не опрокинув свою чашку. — Какой ещё демон? Такой же человек, как все. Только других порядков...

— Да скажи ей, наконец, правду, сестренка! — Дядя раздраженно стукнул ладонью по столу. — Сколько можно рассказывать ребёнку сказки вроде той, что я как-то слышал от тебя? Якобы мы нашли её в поле, среди ромашек и васильков?.. Расскажи девчонке правду об её отце!

Мма сердито поджала губы.

— Эдмон, не заставляй меня ворошить прошлое и вспоминать о том человеке!

Дядя усмехнулся, откинувшись на спинку стула.

— Можно подумать, ты без того о нём не вспоминаешь. Да не смотри так, Люсиэль, не знаю я тебя, что ли?.. Ты стараешься уйти подальше, чтобы мы не слышали, как ты произносишь его имя… Ты его по-прежнему помнишь. И любишь...

Мама вспыхнула, залилась краской. И рассерженно встала из-за стола.

— Эдмон! Это не твоё дело! — сказала она резко. — Да, я помню его, потому что забыть такого человека невозможно… Но разве можно его любить?.. После того, что я вытерпела?

— Страдания любви не помеха, — спокойно ответил дядя.

А девочке внезапно вспомнилось, как однажды бабушка за что-то резко выговорила маме, и та убежала в поле. Сола тогда испугалась и пошла следом. А когда подошла, мама сидела в траве, лицом к морю, и произносила странные, непонятные слова: "Джаяр, джаяр!.. Айэ синтэ таубара!.. Зачем я тебя покинула?"

Сола задумалась. Почему они говорят об отце, как будто его нет?.. За свою небольшую пока жизнь она успела узнать горькую истину: люди не вечны. В мире есть чёрная сила, безжалостно уносящая жизни. Человека может внезапно убить шторм, болезнь или какой-нибудь лиходей. Может, чёрная сила унесла и отца?

И девочка вновь потеребила маму за платье:

— Мам… А мой папа… Его уже нет, да?

Где-то в груди натянулась тоненькая струна. Сейчас, вот сейчас мама скажет это страшное "да", и мир опустеет ещё на одного человека...

Мама глубоко вздохнула.

— Откуда мне знать, дочка? Несколько лет прошло… Всякое могло случиться.

Дядя фыркнул, словно кот.

— Да живехонек он, твой Джаяр! Что ему сделается? Такой себя в обиду не даст, скорее других к праотцам отправит.

— А почему тогда мы не поедем к нему в гости? — спросила Сола. — У дяди Эдмона есть корабль...

— Ты с ума сошла! — воскликнула мама. — Джаяр меня убьёт, если я вернусь!

— Почему? — удивилась девочка. — Папа, наоборот, обрадуется, если мы приедем!

Мама вздохнула.

— Ты ещё маленькая, многого не понимаешь… В папиной стране есть закон, по которому дети принадлежат только отцу. И я, выходит, украла тебя, когда убежала от него.

Сола озадаченно наморщила лоб.

— А почему ты убежала от папы?

— Потому, что у него сердце тигра! — отрезала мама, и в волнении отвернулась к окну.

Сола непонимающе обернулась к дяде. И снова посмотрела на маму.

— Как это: сердце тигра? Почему сердце тигра? — спросила она со смятением.

— Так в Аралисе называют нехороших, жестоких людей, — ответил дядя.

Сола совсем растерялась. Как это папа может быть нехорошим? Ведь он же её, Солин, папа!

А дядя продолжал, обращаясь к маме:

— Сестренка, позволь, наконец, я расскажу ей всю историю. Молчать о таких вещах неосторожно и даже глупо. Девочка может поверить любой небылице, а люди будут только рады морочить ей голову.

Мама вздохнула, сдаваясь.

— Хорошо. Только… Не говори плохо о Джаяре. Он очень разный, словно в нём уживаются два человека. Когда он спокоен, ласковее и заботливее его нельзя найти. Но стоит его рассердить… О, тогда жди беды! В гневе он страшен… И очень жесток.

Дядя поднялся из-за стола.

— Тогда перейдём в комнату, будет удобней рассказывать.

Рассказ о прошлом

— Итак, — сказал дядя, когда все, кроме бабушки, перешли в комнату и уселись на низких стульях. Сола удобно устроилась на полу возле маминых ног. Дядя откашлялся и продолжал:

— Для начала тебе следует узнать, что на свете есть страна Аралис...

— Я знаю, — перебила девочка. — Мама мне часто рассказывает сказки, и там всегда говорится: "Это случилось в далёкой стране Аралис".

— Сказки придумывают люди, — Дядя был немного недоволен. — Об Аралисе известно мало, и потому легко поверить всему, что о нём ни скажи. Но я там был, и скажу тебе: настоящий Аралис мало похож на сказочный. В нём много жестоких, несправедливых вещей, впрочем, как и у нас...

— Эдмон, — вмешалась мама, — зачем ребёнку твои рассуждения? Расскажи всё так, как будто рассказываешь сказку.

Дядя погрозил маме пальцем.

— Ты и сама любительница сказок… Сола уже достаточно большая, чтобы всё понимать без сюсюканья!.. Итак, слушай, — продолжал он, обращаясь к девочке, — Десять лет назад твоя мама, которая тогда ещё не была твоей мамой, поехала с твоим дедушкой… э, хм… кататься на лодке. И случилось так, что на лодку напали пираты. Разбойники сбросили дедушку в воду, а маму забрали на свой корабль, стоявший неподалёку.

— Ой… — поежилась Сола. — А зачем?

— Чтобы продать в Аралисе на рынке невольниц. Люсиэль и сейчас красива, а тогда она была прелестной юной девушкой. За неё дали бы немалую цену. В Аралисе и соседнем с ним Хамане людей продают так же, как у нас — коров, овец и лошадей.

Вот и маму твою собирались продать или обменять на самоцветы… Пиратский корабль плыл долго, ведь Аралис это очень далеко, на другом берегу моря. Морские разбойники люди грубые и жестокие, но пленницу не обижали, и даже хорошо кормили. Не потому, что она внушила им какие-то добрые чувства, просто от плохого обращения красота могла увянуть, и за девушку дали бы мало денег. Наконец её привезли в город Кайру, это аралисская столица. Здесь пленницу продали за три сотни золотых одному торгашу, который зарабатывал продажей специально обученных невольниц. Твою маму тоже стали обучать всяким искусствам: петь, танцевать, играть на музыкальных инструментах… Словом, чтобы она могла угодить будущему хозяину...

Сола вспомнила тут, как иногда, убедившись, что поблизости нет любопытных глаз, мама танцевала для неё странный, чужеземных танец. И, высоко вскидывая руки к небу, пела на незнакомом языке: "Айри-айри-айри!.. Айри анта ла!"… А когда Сола спрашивала про этот танец, лишь таинственно улыбалась. Вот значит, где она ему научилась! В Аралисе...

А дядя продолжал рассказ дальше.

— Только мама твоя не хотела ничему учиться. Ей была противна сама мысль, что её кому-то продадут и придётся унижаться и угождать. Правда, необученных невольниц ждала ещё худшая участь: самая чёрная работа… Видя упрямство девушки, торговец решил её наказать, и выставил на продажу необученной. Наверное, рассчитывал: невольница и так принесёт барыш, своей красотой.

И случилось так, что на рынок, где продавали невольниц, заглянул богатый молодой вельможа. Он был очень красив и статен, и обладал немалой властью в городе… Чему ты усмехаешься, Люсиэль?

Мама покачала головой и снова улыбнулась.

— Ты так описываешь его… Будто ты видел его тогда.

— Я стараюсь рассказать всё, как есть, — насупился дядя. — Разве что-то не так?

— Всё так, — вздохнула мама. — Да, он показался мне в тот день сказочным принцем...

— Это был мой папа? — догадалась Сола. — Он освободил тебя, да?

— Не совсем так, — грустно улыбнулась мама. — Но я ему понравилась, и он заплатил за меня, не торгуясь. И приказал отвезти в свой дворец. Там меня помыли и переодели в красивое дорогое платье, и поместили в комнату, в какой не стыдно жить королеве. Лучшие кушанья, наряды и украшения, слуги и служанки — у меня было всё, что я только могла пожелать. Кроме одного: свободы.

Джаяр относился ко мне хорошо, и разрешал гулять в саду. Сад этот был так тенист и прекрасен!.. Пожалуй, парк нашей графини и то показался бы уродливым рядом с ним… Но для меня он был притягателен иначе. В один прекрасный день я обнаружила в дальнем конце его полузаросшу тропинку, которая привела меня к маленькой узкой калитке. За ней была небольшая площадка, и вниз к морю вела длинная каменная лестница...

Не передать словами, как возликовала моя душа! Ведь это был путь к свободе!.. Но увы, первая же попытка побега окончилась неудачей. Меня поймали и привели обратно. Тогда я в первый раз увидела, каким жестоким и неумолимым бывает Джаяр в момент ярости! Каким бешеным огнём горят его глаза!.. Он сурово наказал меня за побег… и я поняла, что бежать одной мне никогда не удастся...

— Папа тебя ударил? — нахмурившись, спросила Сола.

Мама погладила её по волосам.

— Нет. Но он приказал...

Дядя зло усмехнулся:

— Конечно!.. Зачем бить самому, когда существуют слуги?..

Мама притянула девочку к себе.

— Ты не грусти, солнышко, ведь это было давно.

Сола упрямо тряхнула головой:

— Он не имел права тебя бить!..

— Маленькая моя, в Аралисе свои законы… — вздохнула мама.

И продолжала рассказ:

— Я притворилась, что смирилась со своей участью. Мне нужно было вернуть доброе расположение Джаяра, и я начала учиться всему тому, к чему раньше не имела охоты. Злопамятный, он долго не мог простить мне злосчастный побег, но всё же в конце концов сменил гнев на милость. Я была прощена… Мало-помалу Джаяр вновь стал со мной прежним, весёлым и ласковым, но я уже знала, что под маской добродушия таится свирепый тигр...

Прошло совсем немного времени, и родилась ты. Отец назвал тебя Синрис, что значит "восход солнца". Здесь я постаралась дать тебе похожее имя: ведь Солэйн означает "солнечная"… И хотя у твоего отца уже были дети от других жен, он не мог на тебя налюбоваться. Впрочем, ты и впрямь нас веселила, смышленая и забавная малышка!.. С твоим рождением в моей жизни появился новый смысл. И всё сильнее мне хотелось вернуться домой, в родные края!..

Мама замолчала, вновь переживая минувшее.

Дядя деликатно откашлялся.

— Позволь, сестренка, я закончу. Как видишь, Сола, бежать из дворца было не так то легко… Но помог случай. Или боги, что иногда одно и то же. В ту пору я и мой друг Гастон решили отвезти товар в Аралис, чтобы продать его самим, без посредников. Снарядили корабль и приплыли в Кайру.

Случайно я узнал, что во мраморном дворце томится моя родная сестра. Пока мы торговали, я всё ломал голову, как ей отсюда бежать. Мы пошли на риск. Один человек согласился нам помочь. Он проник во дворец и передал Люсиэль наш план побега. В назначенный день и час твоя мама спустилась по каменной лестнице, неся тебя на руках. Как только она вступила на борт, мы спешно подняли якоря и вышли из залива прежде, чем рассвирепевший Джаяр приказал закрыть порт...

Нам удалось уйти от высланной вслед погони… И радостные, мы поплыли домой. За время плавания мой друг Гастон успел крепко влюбиться, и по возвращении предложил твоей маме выйти за него замуж… Ну, вот и всё, — закончил дядя. И о чём-то вздохнул.

Мама улыбнулась Соле.

— Да, вот и вся история. А теперь иди поиграй. В твоём возрасте вредно сидеть на месте.

Древесница. Крылья бабочки

Легко сказать, иди поиграй. Кто же станет спокойно играть после такой истории? Всё услышанное следовало хорошенько обдумать. А где можно думать безо всяких помех? Конечно же, в графском парке!

Дойдя до кованой ограды парка, Сола без труда нашла в ней свою потайную лазейку. Прямо под оградой землю когда-то размыло дождями, и образовался узкий, неприметный ход. Кто-нибудь побольше Солы здесь точно застрянет, а вот ей — в самый раз. Гибкое тело девочки ужом проскользнуло в дыру. Крепко упираясь руками, она вылезла по другую сторону ограды и осмотрелась вокруг. Никого нет. Да здесь редко кто-то бывает. Особенно в этой части парка.

Деревья здесь растут старые, с корявой, сероватой корой. Сола взобралась на своё излюбленное место: невысоко над землёй, там, где срослись стволами два тополя. Устроившись поудобнее, девочка принялась рассуждать обо всём, что узнала от дяди и мамы.

"Папа, конечно, поступил нехорошо, надо будет ему сказать, что так делать нельзя… Но и мама зря уехала от него. И почему взрослые вечно думают только о себе?.. Как им объяснить, что они не имеют права расставаться, и даже ссориться? Ведь они же не сами по себе, они Солины родители! А ведут себя как дети… Вот как теперь всё поправить?"

Сола прижалась щекой к шершавой коре и задумалась.

"Да… Как увидеть папу, если он живёт так далеко?.. Мама не согласилась к нему поехать, она его боится."

Сола не боится, но она же ещё маленькая. Как одной пересечь море и найти в незнакомом месте отца?

"Эх!.. Вот было бы замечательно, если б взаправду существовали феи!.."

Сола бы попросила… Пообещала бы той все свои сокровища, что лежат в пещере под камнем… И перламутровую раковинку, и блестящий гладкий камешек… И даже зеркальце в узорчатой деревянной оправе...

Солнце между тем пригревало все сильнее. В парке было тихо и сонно. Ползали по коре дерева взад-вперед чёрные муравьи. Неповоротливая божья коровка застыла неподвижно на зелёном листе. Чирикали о чём-то непоседливые воробьи… Голова девочки склонилась, глаза закрылись. Она попробовала представить, что находится во взаправдашнем лесу.

В настоящий лес Солу, понятное дело, не отпускали. Лес далеко, и мало ли, что может случиться… Но может быть, если сильно пожелать, очутишься там, где захочешь?..

Открыв глаза, девочка увидела: кроны деревьев стали темнее и гуще, да и солнечный свет как-то странно померк. Но страшно не было. Лишь ощущение, будто она теперь не одна. Сола повертела головой, но никого не увидела. Тогда она заглянула за ствол тополя. И открыла рот от удивления: на соседнем дереве, качаясь на гибкой ветке, как на качелях, сидела молодая девушка. На вид совсем взрослая, вот только ростом не больше самой Солы. Золотистые волосы и лёгкое воздушное платье словно изучали собственный свет, а за спиной дрожали прозрачные стрекозиные крылышки… Девочке стало любопытно. Неужели взапраду фея?

Из маминых сказок девочка знала: феи бывают разные. Полевицы, водяницы, даже огневицы. Эта была древесница.

Но на всякий случай Сола все же решила спросить.

— Ты ведь фея, да?

Древесница улыбнулась.

— Ты хотела меня о чём-то просить?

Сола встрепенулась.

— Я хочу увидеть папу. Только он далеко… В жаркой стране Аралис. Ты можешь отнести меня туда?

Фея посмотрела на Солу загадочно.

— Я многое могу… Но зачем нести того, кто может летать?

Девочка удивилась:

— У меня же нет крыльев!

— Я дам тебе.

С этими словами древесница протянула Соле что-то розовое. Это оказались крылья, как будто сшитые из розовой воздушной ткани.

Сола взглянула на них и на фею с недоумением.

— Разве на таких можно летать?

— Можно.

Фея взмахнула рукой, и крылья непонятным образом оказались у Солы за спиной. И ожили, развернувшись и трепеща...

— Чего же ты ждёшь? — нетерпеливо сказала древесница. — Летим!

И они полетели. Над зеленью старого парка, над дорогой и полем, прямо в чистое летнее небо… Далеко внизу плескалось синее море, и где-то там, на другом его берегу, лежала страна Аралис...

0
10:46
585
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...