Странное дело детектива Кайсара. VIII. Кредит за вход, за выход - два

Автор:
jSullen
Странное дело детектива Кайсара. VIII. Кредит за вход, за выход - два
Аннотация:
фантастическая повесть
Текст:

От шлегелевой таверны до ближайшего "отстойника" было немногим больше километра. С большей долей вероятности, старик пришёл оттуда и там он постоянно обретался. Сложность была в том, что человеку с воли, входящему в "отстойник" не обойтись без проводника. Проводник — его страховка, билет в оба конца, надежда на то, что он вернётся обратно живой и здоровый. Кроме того: он и гид, и живое удостоверение личности, и переговорщик, если потребуется. Не всякий житель "отстойника" может быть проводником, обычно ими становятся люди, знакомые с братством не понаслышке. Работа проводника построена на доверии, уважение в братстве трудно заслужить и очень легко потерять. Проводник похож на лоцмана, чья обязанность провести судно длинным извилистым фьордом, между скрытыми мелями и подводными скалами. От его искусства договариваться зависит, останется ли он сам и человек, которого он сопровождает жив, либо умрёт. Хороших проводников можно было пересчитать по пальцам, отличных проводников в северном "отстойнике" было всего трое и они работали непосредственно на руководителей самых влиятельных банд братства, входящих в "консорциум", своеобразный высший совет, созданный для урегулирования споров между членами преступного сообщества. Прочие считались проводниками неплохими, по-крайней мере до тех пор, пока их, или их клиентов не убивали. Они составляли основную массу посредников, с которыми приходилось иметь дело людям, желавшим по разным причинам попасть в "отстойник" и выбраться из него живым.

Кайсар готовился к вылазке вдумчиво и основательно. Выложив из куртки все лишнее, в том числе и документы, он разложил по карманам запасные обоймы, лейкопластырь, несколько пакетов антисептических бинтов, упаковку таблеток от головной боли, антидот в вакуумном шприце, упакованном в прочный керамический пенал, освежающие дыхание пластинки "Эклипса" (вместо зубной щётки и пасты), две плитки энергетического шоколада, коробочку полевого дезинфектора воды, очки ночного видения, карманный переводчик и металлическую цепь-поводок с гирькой. Деньги, общей суммой в пять тысячи кредитов, свёрнутые в тугую, перетянутую резинкой трубочку, он спрятал в специальный карманчик, пристёгнутый сбоку булавкой к подкладке куртки. Надев бронежилет и поверх него наплечную кобуру с двумя тяжёлыми автоматическими пистолетами,

...в тех краях оружия мало не бывает,

Кайсар облачился в куртку, скрывшую его арсенал средств индивидуальной защиты и нападения за нейтрально-серой синтетической тканью.

Знакомый ему проводник жил в подвале на пересечении проспекта Дев-Дароносиц и улицы Вечных Кипарисов. Кайсар познакомился с ним через Плевка Липского, фартового грабителя, обвинённого в серии кровавых убийств, произошедших в районе, где он обычно промышлял. Липский, стоя на коленях и размазывая по лицу слезы, сопли и кровь из разбитого увесистым кулаком дознавателя носа, клялся и божился, что на такие зверства он не способен, что да, случалось и ему убивать, но лишал жизни он просто и незамысловато: "ножом в живот и разбежались". Дознаватель ему не верил, так как у него был свидетель, утверждавший, что своими глазами видел Липского, убегавшего с места последнего убийства с огромным мясницким топором и окровавленной пилой-ножовкой в руках. Липский, у которого совсем уже сдавали нервы, исхитрился связаться с подельниками на воле, а те вышли на Кайсара и предложили ему за солидное вознаграждение доказать невиновность угодившего в нешуточную переделку кореша. Кайсар не горел большим желанием спасать незадачливого грабителя от смертной казни, но здесь его интересы невольно совпали с интересом Липского, и он взялся за это дело, не отказавшись и от липского гонорара. В итоге оказалось, что убийства совершал мутант-обращенец, бежавший из карантинной зоны "Гамма I" под видом охранника на корабле, доставлявшем гарнизону продукты и почту. Высадившись в порту Стефании он, ошалев от нечаянной свободы, занялся привычной резней, позабыв о всякой осторожности, и, если бы не тупость и нерасторопность местной полиции, не желавшей верить россказням о двухметровом чудовище, пластающем людей длинными саблеобразными когтями, был бы по горячим следам отловлен и возвращён по усиленным конвоем обратно на "Гамму I". Кайсару удалось выследить логово мутанта, где он отсиживался между убийствами. Его грамотно оформленное заявление, подкреплённое аудио и видео записью, позволило Липскому избежать плазменного распылителя, но не спасло от тюремного заключения,

...уж очень много лишнего наговорил на себя Плевок, спасая свою жалкую душёнку,

мутанта отловила команда загонщиков, вызванная в спешном порядке Департаментом полиции Стефании, после того как...

в общем, полицейские решили взять обращенца самостоятельно, не прибегая лишний раз к услугам специалистов по извращённым формам жизни. Рано утром логово выродка было оцеплено превосходящими силами полиции, охранителями нашими, доблестными и бесстрашными, и сам директор Департамента, лично, собственной персоной, кряхтя и шумно отдуваясь, взобрался на полицейский бронеавтомобиль, с тем, чтобы в матюгальник потребовать от злобной твари сдаться полиции доброй волею. В случае добровольной сдачи, он, директор Департамента, лично, под честное слово полицейского, гарантировал мерзкому обращенцу жизнь, безопасность, и справедливое судебное разбирательство с перспективой провести оставшиеся годы, сколько бы их ни было, в отдельной камере с видом на море в самой охраняемой тюрьме сверхстрогого режима. В случае отказа сдаться, он, директор Департамента, лично не обещал ничего, кроме смерти. Противоположная сторона с ответом не спешила. Мутант-обращенец стойко держал паузу. В томительном молчании истекали отведённые на размышление пять минут, после чего директор рассчитывал либо заковать сдавшегося на милость закона преступника в кандалы, либо взять логово мутанта штурмом. Полицейские и бойцы группы огневой поддержки ещё напряжённо всматривались сквозь оптику прицелов в тёмную глубину берлоги, директор, стоя на броневике, ещё следил за неторопливо бегущей очередной круг секундной стрелкой, представляя, как он, мужественно взмахнув рукой, решительным голосом даст команду для начала операции захвата и как выйдут вечерние газеты с его фотографией на первой странице, над которой большими выпуклыми буквами во весь лист будет начертано: "Бесспорный успех столичной полиции", и ниже, под фото, восторженный журналист напишет что-то вроде этого:

"Под непосредственным начальством директора столичного Департамента полиции, самолично возглавившего операцию по силовому задержанию серийного убийцы, в ходе блестяще проведённого силами полиции и группы огневой поддержки, в считанные минуты и без серьёзных потерь был захвачен маньяк и расчленитель трупов, известный под кличкой "Полуночный мясник", превративший до того тихие и безопасные улицы столицы в царство ночного ужаса и террора..."

...а стремительно вырвавшийся из своего гнезда,

...логова, берлоги,

мутант-обращенец уже крушил выстроенные для прикрытия патрульные машины и расшвыривал, топтал, отрывал головы и конечности служителям закона. Тишину разорвали вопли умирающих людей, суматошный вой сирен, беспорядочная стрельба, гулкое уханье ручных гранатомётов и шипящее шорканье лазерных вспышек. Взрывы, мельтешение разноцветных молний, летящих во все стороны, пунктирные линии трассирующих, вперемежку с разрывными, пуль, скачущие зайцами человеческие фигурки, расползающиеся раненые и над всем этим безобразием возвышался взмахнувший было рукой, да так и завершивший движение директор Департамента полиции, поражённый быстротой и силой, с которой обезумевший от безнаказанности выродок крушил все и вся вокруг себя. Отдадим директору должное: соображал он быстро. Едва успев осознать, что броневик, в сложившихся обстоятельствах, не самое лучшее место, директор в следующий миг оказался на асфальте. Бросившись вниз и резво двигая коленями и локтями, он забрался под днище бронеавтомобиля и там затаился, пережидая бушующий на поверхности, гибельный для всего живого ураган исходящей яростью мускулистой плоти. Шум боя постепенно стихал, обращенец гнал потрепанные остатки полицейской армии по проспекту к центру города. Директор выбрался из укрытия. Оглядевшись, он с тоской осознал, что карьера его только что завершилась...

...пока директор, спотыкаясь о трупы и скользя по мокрому от крови асфальту искал, из чего бы ему застрелиться, Плевок Липский, нервно оглядываясь на застывшего у двери комнаты для посетителей охранника, рассказывал шёпотом Кайсару об одном верном человечке.

- Конкретно полезный кент, - сипел Плевок приглушенно, - реально в теме, расклады ему все известны. Ежели, тебе, скажем, в стойняке проблему решить надо, иди сразу к нему. Лохи, те сразу к "дяде" попруться, или вообще, у "папы" нарисуются, фраера долбанутые. Таких потом долго ищут и не всегда находят. Умные как делают? Выясняют, к кому, зачем и кто будет перед старшими слова правильные говорить. Вот этот человечек и знает, какое слово правильное, а какое фуфловое, как базар держать, кому косырять надо, а кому и понтово вкручивать сойдёт. Очень уважаемый в округе человек. Ты его слушай и правилова на тебя ни в жисть не накинут. Найдёшь его аккурат на углу, где блевотница со свинарником сходятся. Кентуется он в подвале, под крысятника рисуется и крысятник за ним тянется, но это так, для хаера, отмазка хилая. Главная его маза, верняк, и верняк он железный. Другие разные понты кидают и кость режут, мол, дело знаем и непонятки всякие перетереть без проблем можем, а как до дела дойдёт, кранты, без понятия лохи, и цена им кредит рваный. Себя вдурку положат

"положить вдурку" значит погибнуть (умереть) глупо, напрасно

и тебя под ствол подведут. Ходить к нему днём надо, - Плевок подозрительно взглянул на дверь, - днём его застать легче. Работа у него ночная, - Липский криво усмехнулся. - Ежели соберёшься к нему, не забудь бумажку кредитов в десять. При встрече свернёшь её вчетверо и угол, который в центре должен быть, надорвёшь полукругом. Это будет для него паролем. Развернёшь деньгу и на стол положишь. Ежели он деньгу возьмёт, значит, согласился тебе помочь, если на пол сбросит, разворачивайся и уходи. Разговаривать в этом разе с ним бесполезно и себе дороже. Он верняк терпеливый, но злопамятный. Положим, начал ты с ним базар гнилой разводить, предьявы кидать, угрозы высказывать, он тебя выслушает и промолчит. Выйдешь ты после этого наверх и все... Пропадёшь ты, фраерок накрученный, и никто не вспомнит, что ты землю эту недавно топтал. Заодно и меня на дно утащишь, потому что за дурака всегда крайний отвечает, тот, кто этого дурика к верняку отправил. Верняк в силе, шепнёт кому надо и крайнего всегда отыщут. Не было такого случая, чтобы крайний в отмазке ушёл. Закон держит крепко: крайний за дурика ответит, иначе псам не жить. Не найдут псы крайнего, сами за него пойдут. От псов пощады не жди. Понял, чем я рискую?

Человечек Липского действительно оказался весьма полезным и, что слегка заинтриговало Кайсара, обладающим неуловимым шармом интеллектуала, проявляющимся ненароком в манере держаться, выстраивать фразы, вдруг проскакивающим в разговоре логически выверенном заключении. Ну, совсем верняк Плевка не походил на того терпеливого и вместе с тем злопамятного типа, без сожаления сдающего лоханувшегося клиента псам братства. 

Чувствовалась в верняке уверенность, свойственная выпускникам солидных, с многовековыми аристократическими традициями, учебных заведений, что-то вроде Старого Кембриджа Земли или Технологического Практикума Урании. Таких людей узнаешь даже в обносках, только встречал ли кто-нибудь когда-нибудь их в трущобах? Традиционно они населяют верхние этажи мега и мультикорпораций, но никак не подвалы и бродят в "отстойниках". 

Кайсар с интересом приглядывался к верняку, собираясь все-таки собраться с духом и расспросить однажды проводника о его прошлом. Решив, наконец, что такой момент настал, Кайсар, во время очередной встречи уже раскрыл было рот, чтобы задать тот самый, не дававший ему покоя вопрос, как проводник, отвлечённый шумом, доносящимся с лестницы, резко прервал беседу и направился к выходу, громко интересуясь, какой это там сволочи вздумалось греметь своими костылями. 

Судя по дальнейшему разговору, спустившаяся в подвал сволочь была в своём праве. Кайсар, как не прислушивался, слов разобрать не мог, гость говорил вполголоса, тоном брезгливо-повелительным, верняк отвечал ему подобострастно-льстиво. Несколько раз занавеска, отделявшая закуток, отведённый под кухню от остального помещения, слегка отдёргивалась и Кайсар ощущал чей-то недобрый взгляд, от которого по позвоночнику бежали холодные мурашки и несуществующая шерсть на загривке вставала дыбом. Насмотревшись, гость задёргивал занавеску и неприятный разговор возобновлялся. 

Посетитель давил и угрожал, проводник скуля и повизгивая по-щенячьи, оправдывался. У Кайсара неприятно-тоскливо заныло под сердцем. Он отчего-то решил, что за серым, нестираным куском полусопревшей ткани, прямо сейчас решается его дальнейшая судьба, жить ему или умереть, здесь и сразу. Кайсар осторожно просунул руку под мышку, нащупывая рукоять пистолета, готовый стрелять в любую минуту. 

Голоса за занавеской смолкли. Кайсар, задержав дыхание, со свистом выпустил воздух сквозь стиснутые зубы и так же осторожно убрал руку от оружия. Верняк вернулся за стол, сел, опустив голову. Просидев в таком положении несколько минут, он, оторвавшись от созерцания рассыпанных крошек хлеба, посмотрел в лицо Кайсару. Глаза в глаза, жёстко и беспощадно. Этот взгляд был честным и откровенным ответом на незаданный вопрос. И подтверждением слов Липского. Такой может. Легко и без всякой жалости. Будь с ним очень осторожен, Лу.

0
19:30
74
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Светлана Ледовская №2

Другие публикации