Черешневый дурман

  • Кандидат в Самородки
  • Опубликовано на Яндекс.Дзен
Автор:
ksysha
Черешневый дурман
Аннотация:
Иногда трудно понять: сон или явь, свою жизнь ты живешь или следуешь по жизненному пути другого человека? Это мистика или реальность, которую можно осознать, только побывав в ней?
Истина где-то рядом.
Текст:

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Ангелина сидела у окна и ела черешню. Начало лета, когда дышится так легко, и еще нет изнуряющего зноя, всегда было ее любимым временем года. Всегда – это значит те десять лет, что она помнит себя. Сейчас ей четырнадцать, а с четырех она напрочь влюбилась в жизнь и была совершенно ослеплена этой любовью.
Девочку мало трогали проблемы взрослых, которые смотрели на нее с состраданием. В этот момент их лица складывались в противную гримасу, и хотелось закричать, что есть мочи или даже ударить любого из этих «сострадальцев». Но все эти страсти бушевали внутри, а внешне она оставалась красивой и спокойной девочкой, которой было суждено провести жизнь в инвалидном кресле.
Впрочем, Ангелина не задумывалась об этом, особенно сейчас, когда полностью отдалась такому увлекательному занятию. Сочные ягоды черешни брызгали соком во все стороны, но она была аккуратной. К тому же, девочку больше интересовали косточки, которые она не просто выбрасывала в окошко, а делала это по заранее продуманному сценарию. Каждая косточка, проделав невидимую дугу над подоконником, должна была попасть точно в цель – небольшую лунку, выкопанную на пустыре перед домом. Ангелину почему-то не удивлял тот факт, что она видит эти ямки – их вчера выкопал сосед Петька - и с легкостью забрасывает в них косточки. Ничего странного, она и не такое умеет.
Например, две недели назад ей стоило только посмотреть на дядю Гошу, чтобы понять, что он на этом свете не заживется. Гость смеялся, травил анекдоты, а Ангелина знала: через четыре дня он попадет под поезд. Предупреждать было бесполезно. Во-первых, нет смысла – все решено, во-вторых, взрослые снова начнут корчить сострадальческие рожи. Мол, чего взять с больного ребенка.
Она знала, что отец изменяет матери, и эту черешню передала его любовница – тетя Марина. Эти знания приходили откуда-то, складывались в картинки, и так же неожиданно исчезали, оставляя след в душе. Ангелина любила жизнь, потому что была уверена, что проживет ее интересно и умрет в этом доме старой и счастливой. Вопреки судьбе и прогнозам докторов.
Впрочем, она утомилась, ведь сажать таким образом сад еще никто не пробовал. Целая миска черешни ушла на то, чтобы он когда-то появился. Умиротворенная, Ангелина спала, откинувшись на спинку кресла.
КАРТИНА ВТОРАЯ
- Геля, ты опять не хочешь меня слышать, - укоризненно сказал молодой мужчина своей спутнице. – Нельзя есть столько мороженого, можно ангину подхватить.
- Какой же ты зануда, Петька. Противней тебя только касторка или левомицитин, - ответила девушка смеясь. - Я же с детства без проблем могу съесть дюжину порций, но раньше тебя это не волновало.
- Прости, но тогда я не был врачом и уж никак не рассчитывал стать твоим мужем, хотя влюбился по уши. А сейчас я просто обязан беречь здоровье любимой женушки.
Все, кто встречал эту чету, улыбались вслед. Ослепительная белокурая красавица и обаятельный недотепа, оба молодые, загорелые, подтянутые и хорошо одетые. Не пара, а картинка из модного журнала.
- Сегодня мне приснился странный сон. Как будто мне лет тринадцать, я сижу у окна нашего старого дома и бросаю в окно косточки от черешни. А главное – ягоды такие большие, насыщенного винного цвета.
- Еще раз наешься на ночь, не такое приснится, - ответил муж. – Сегодня останешься без ужина.
- Тиран, у меня фигура фотомодели.
- Пока, моя дорогая, пока, - насмешливо ответил молодой мужчина.
Ну что было делать. Оставалось только выпить кефира и лечь спать. После дневной духоты легкий ветерок был так приятен, он словно убаюкивал, напевая колыбельную на ушко.
КАРТИНА ТРЕТЬЯ
- Ангелина Павловна, совсем себя не жалеете. Петр Михайлович за порог, а вы за старое. Зачем вам нужно было лезть на эту стремянку?
- До чего же противный фальцет у этого доктора, - подумала Ангелина. – Да ей всего-то сорок, а он как со старухой общается. Друзья сына и то себя лучше ведут. Ну, полезла, чтобы книжку достать с верхней полки. Что такого?
При виде роскошной Ангелины Павловны доктор тоже терял голову и специально вел себя так, чтобы не вызвать подозрений. Она вошла в тот возраст, который мужчины-остряки называют зенитом. Еще лет пять, и покатится под откос ее женская судьба. Впрочем, может и десяток лет продержится снежная красота Ангелины, кто знает.
Фортуна благоволила к ней. (Сегодняшнее падение – не в счет). Муж не просто уважаемый человек, а ею любимый. Ну, а в том, что он ее боготворит, сомнений не было. Прекрасные дети, карьера сложилась, друзья верные - сплошное воплощение счастья. Правда, всю жизнь ее мучают странные сны: в них она долго болеет и мучительно умирает совсем еще юной девушкой. Причем этот повторяющийся кошмар всегда становился преамбулой к основному сну, который, как правило, оказывался вещим.
Из липких объятий Морфия она вырывалась с трудом, потом сильно болела голова, и Ангелина с ужасом ждала известий. Они приходили с телефонными звонками и телеграммами, и всегда были трагичны. Так ей приснилась гибель отца – молодая женщина отчетливо видела, как он падает, пораженный ударом тока. Именно кошмарный сон стал предвестником смерти матери: Ангелине привиделось, как та бьется в агонии, хватаясь руками за горло, и затихает на больничной кровати. «Тромбоэмболия. Непредсказуемая вещь», - скажут потом врачи. Ужасал тот факт, что сон являет картину неизбежного, когда уже горе нельзя предотвратить.
И всего несколько раз в жизни ей снились вещуны, которые сбывались в течение дня. Они сами выбирали, когда прийти – днем или ночью. И, прокрадываясь в сознание женщины, ранили душу еще до того, как случалось горестное событие.
...Пребывая в приподнятом настроении после ухода доктора, Ангелина решила немного вздремнуть. Вывихнутая нога уже не беспокоила, а до возвращения мужа есть время отдохнуть. И она окунулась в приятную дрему…
КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ
Сначала дыхание спящей было ровным, но потом она начала метаться по дивану, пытаясь проснуться. Ей нужно было, чтобы кто-то разбудил. Но дом был пуст и тих. Он заодно с кошмаром.
- Это твой пятый и последний сон, - сказала ей девочка в инвалидном кресле. – Ты и так прожила больше, чем заслуживаешь.
- Кто ты и почему мучаешь меня?
- Я – это ты? Разве не помнишь?
- Помню, но откуда это кресло?
- Ты прожила чужую жизнь, прибрала к рукам моего Петьку, родила моих детей, и еще спрашиваешь? Инвалидка несчастная! Ненавижу! Ведьма!!!
- Да я книги по черной магии никогда в руках не держала, ни одного заклинания не знаю, да и не верю во всю эту чертовщину.
- Знаешь, веришь и умеешь и зелье варить, и порчу насылать. За что тебя ребята избили так, что ноги отнялись, а? За то, что Ваську убила. Он тебя обижал, ну ты и крикнула как-то в сердцах: «Чтоб ты сдох, подавился своими словами обидными». Он и подавился за обедом. И трех часов с твоего проклятья не прошло. Дальше – больше. Уже в кресле сидела, а тетю Марину со света сжила. Она влетела на машине в обрыв через пять часов после того, как ты сказала, что дорога ее скоро оборвется.
- Но я совсем другое имела в виду. Мне казалось, что тетя Марина неравнодушна к отцу. Вот и предупредила, чтобы дорогу в наш дом забыла.
- Казалось ей! Не прикидывайся. Точно знала, что она любовница твоего отца, и убила несчастную женщину. А потом ты в Петьку влюбилась, и мне пришлось отпустить тебя, чтобы он уцелел.
- Это бред, бред, который закончится, как только я проснусь. Я всегда была здоровой и счастливой. Ты говоришь знакомые мне вещи, но ужасно искажаешь факты. Просто перевертыш какой-то.
- Ты не проснешься, вернее, очнешься в другой реальности, которую больше заслужила.
- Но почему нас двое. Мы одинаковые и такие разные. Как это получилось?
- Я отпустила тебя. Вошла в транс, сознание раздвоилось, и ты – ушла. Встала на ноги, а ведь тоже калека. Мы - одно целое, и абсолютно разные. Долгие годы так было лучше для всех, но сегодня твое время истекло.
Ангелина вздрогнула, инстинктивно глотнула воздуха и затихла. Казалось, что она мирно спит.
ЭПИЛОГ
В старом доме у окна сидит старуха. Всю жизнь она провела в этом ненавистном инвалидном кресле и состарилась до срока. Говорят, когда-то была красавицей, но ей этого не припомнить. Ее одиночество скрашивает черешневый сад, старый и заброшенный, как она сама. Почему то, глядя на него, она молодеет… Никому не нужная, одинокая, несчастная, калека, от которой все отвернулись.
Впрочем, сегодня она встретила день в приподнятом настроении, и виновник этого торжества – сон. Только во сне она всегда молодая и здоровая, сильная, любимая. Всю жизнь смотрела свои сны как сериал, и теперь готова была умереть, досмотрев последнюю серию. Муж, дети, карьера, самый расцвет красоты. Хэппи энд, и не нужно другого финала.
Старухе не было дела до объявления в газете, скучной, как ее жизнь. Некролог, в котором говорилось о смерти молодой женщины из высшего общества, вряд ли бы тронул разбитое сердце. Не знала старуха и о том, что причину смерти этой несчастной так и не установили. Кто-то словно "выключил" жизнь богатой красавицы. Но что до этого одинокой калеке, которая смотрит задумчиво на черешневый сад.

+8
11:49
170
12:08
+3
Такое впечатление, что нужно развернуть во что-то большее.
12:14
+4
Спасибо. Очень может быть, что нужно. Хорошо, когда есть взгляд со стороны. rose
21:18
+2
Удивительная обволакивающая мистика, в которую погружаешься с головой. Написан рассказ превосходно. Мне больше всего понравился вот этот фрагмент:
«Сначала дыхание спящей было ровным, но потом она начала метаться по дивану, пытаясь проснуться. Ей нужно было, чтобы кто-то разбудил. Но дом был пуст и тих. Он заодно с кошмаром.»
09:14
+2
Большое спасибо за Ваш отзыв. rose
08:34
Шикарная история! Браво! bravo
14:39
Спасибо! rose
Загрузка...
Анна Сафина