Ведьма с Ромашковой улицы

6+
  • Самородок
  • Опубликовано на Яндекс.Дзен
  • Опытный автор
Автор:
marrtin
Ведьма с Ромашковой улицы
Аннотация:
Детская сказка к челленджу "Дом на Лавандовой улице" - про городок ведьм и всё такое. А на картинке хризантемы, да. Ну вот всё тут такое... Уж мы писали-писали, переписывали-переписывали... лапки устали. Неидеально, да. Ну хоть задача выполнена.
Текст:

В самом конце Ромашковой улицы, в белоснежном домике, похожем на чудесное сливочное мороженое, живёт ведьма Бьянка. Конечно же, Бьянка – как ещё могут звать ведьму, которая всем цветам на свете предпочитает белый? В самом лучшем настроении колдунья пребывает зимой. Тогда метель заносит Ромашковую улицу до второго этажа, а домик ведьмы превращается в сказочный замок с милыми фигурками и ледяными башенками. Детвора обожает играть в зачарованных Бьянкой снежных горках и лабиринтах, а толстощёких снеговиков колдунья направляет на расчистку дорожек для тех жителей, которым не очень нравится барахтаться в сугробах. Впрочем, её соседи не слишком ворчат – они ведь тоже немного дети.

С наступлением весны ведьма слегка грустит, наблюдая, как жаркое солнце превращает снежные покровы в зеркальные лужицы, как тают снеговики и звенят капелью хрустальные башенки её домика. Конечно, Бьянка могла бы поколдовать и оставить себе сияющий ледяной чертог… но вы же не ходите весь год в одном и том же платье, пусть и самом любимом? К тому же весной приходит время для другой радости, поскольку в саду расцветает множество прекрасных цветов: лилии, каллы, гиацинты и нарциссы, бессмертники и тысячелистники – все благоухающие чудесным ароматом и восхитительно белые!

Почтальон Хью был определенно рад, что на дворе стоял замечательно тёплый май, а не, скажем, октябрь. Значит у Бьянки хорошее настроение и можно не опасаться разных неприятных сюрпризов. Он хорошо помнил, как два года назад в хмурый осенний день, пытаясь вручить ведьме посылку, нечаянно влез в охранительные чары и стал белым-белым – от стоптанных ботинок до кончика носа. «Белота» сходила потом две недели, и ему пришлось вынести немало ехидных насмешек насчет своего весьма карнавального вида. Красить почтальона обратно ведьма отказывалась наотрез, уверяя, что так он гораздо симпатичнее.

Но сейчас колдунья гуляла среди своих любимых лилий и даже, кажется, что-то напевала. Хью негромко откашлялся.

- Кхм… госпожа Бьянка!

- А, здравствуйте, господин Хью! Одну минуточку! – Ведьма поставила лейку и подошла к калитке. – Какое чудесное утро, не правда ли?

Хью подал телеграмму и охотно согласился. Если тебя не превратили в ходячего снеговика, то это и правда очень приятно. А уж на свежем воздухе, да под нежарким ещё солнышком… Бьянка читала телеграмму, и почтальон с тревогой заметил, как на улыбчивое лицо ведьмы набежала тень, и между бровей пролегла озабоченная морщинка.

- Плохие новости? – осторожно осведомился он.

Бьянка слегка пожала плечами.

- О, как сказать. Матушка почему-то решила, что одной из её правнучек будет полезно погостить у меня месяц-другой. Набраться опыта, расширить кругозор и поддержать родственные связи. Я люблю своих племянниц, но… кгм… на некотором расстоянии. А уж матушка... знаете, когда ведьмам исполняется пятьсот лет, они становятся удивительно своенравными.

Хью деликатно выразил сочувствие.

- Ах, ничего, не берите в голову, - махнула рукой Бьянка. – У вас всё?

- Не совсем… Прошу прощения, но недалеко отсюда, через два-три дома, я только что видел тётушку Магду… и мне кажется, она опять потерялась.

- О, конечно! – Бьянка поправила кружевную шаль. – Спасибо вам большое, господин Хью. Я сейчас же помогу ей. Два-три дома, вы говорите?

- Да, вон там.

Бьянка вышла за калитку – высокая, стройная, в белоснежном длинном платье – и пошла по улице. Хью посмотрел ей вслед.

«Пятьсот лет, понимаешь… Самой-то небось уже сколько… Тут пятьдесят бы проскрипеть как-нибудь. А то полтыщи… Ох-ох-ох…» Он поправил на плече тяжёлую сумку и подумал, что было бы ужасно скучно пятьсот лет подряд носить почту.

Потерявшуюся ведьму Бьянка заметила быстро. Тётушка Магда стояла посреди улицы, задумчиво глядя на десяток воробьёв, маршировавших перед ней подобно солдатам на плацу. Нале-во! Ать-два, ать-два! Напра-во! Ать-два, ать-два… Сми-и-ирна!

- Здравствуйте, тётушка Магда! – сочувственно спросила Бьянка.– Опять?

- Ой, здравствуй, здравствуй… Опять…

Старушка махнула рукой, и воробьи замерли, переводя глазки-бусинки с одной ведьмы на другую.

- Шла, шла и забыла зачем… К тебе что ли шла-то?

- Наверно, - улыбнулась Бьянка. – Вспоминательное зелье-то принимаете?

- Уж пью его, пью, дочка… когда не забываю. А давеча хватилась – нет твоего горшочка. Надо, думаю, пойти за новым. Вот и пошла, с утра-то, по холодку… И надо же, такая оказия…

Бьянка взяла старушку под руку, и они неспешно двинулись к дому – только ещё тихонько щёлкнула пальцами, снимая чары с заколдованных Магдой воробьёв. Те встрепенулись и с ошалелым чириканьем ринулись в куст шиповника.

- Ничего, - сказала Бьянка. – сделаю вам нового зелья, а пока мороженым угощу, в саду посидите… В саду-то у меня хорошо сейчас. А где же метла-то ваша?

- А, метла! – в сердцах махнула рукой Магда. – В чулан я её заперла, проклятую! Прутья ей повыдергать! Чудить она стала, представляешь! То несётся, как сумасшедшая, то ползёт еле-еле. Вверх-вниз, вверх-вниз… старовата я уже для таких прыжков. Мне внук обещал ковёр-самолёт прислать, он, говорит, спокойный, послушный – как раз для моего возраста… Вот, жду. А пока ножками… Метле-то я, значить, усмирительное зелье сварила, намазала её всю, но как-то ей впрок не пошло. Всё дурит и дурит, пуще прежнего.

- Да… эк её, - сочувственно покивала Бьянка.

Тётушка Магда была стара, очень стара. Она была старушкой уже тогда, когда Бьянка маленькой девочкой зачаровывала метельные вихри да швыряла снежки за шиворот особенно противным мальчишкам. И с памятью у Магды давно уж было нехорошо. Напечь вкусных пирожков, починить платье или вот зачаровать бестолковых воробьёв она ещё могла, а со сложными зельями получалось всё хуже и хуже. Вспоминательное зелье, которое готовила ей Бьянка, отчасти помогало справиться с ситуацией… если бы тётушка не забывала его вовремя принимать.

Потихоньку они дошли до дома. Бьянка усадила старушку в саду, отнесла ей вазочку мороженого из своих зимних запасов и принялась варить вспоминательное зелье. Щепотку того, щепотку сего… - самой бы не забыть рецептуру. Но что же делать с Магдой? Бьянка задумалась, рассматривая баночки с ингредиентами на своей идеально чистой кухне.

«Пожалуй, стоит добавить лепестки золототысячника для более продолжительного действия – немного, буквально парочку на котелок. И щепотку сушеного лабазника для яркости воспоминаний. И капельку семипроцентного экстракта эдельвейса – кто сказал, что старому человеку не о чем мечтать? Мир грёз – чудесная штука, если им правильно пользоваться».

Она любила работать с памятью. Университетские мудрецы это назвали бы специализацией – пусть так… Во всем городе, наверно, нашлась бы лишь пара ведьм, которые варили вспоминательные зелья лучше её. Впрочем, как и забывательные. К сожалению, последние больше пользовались спросом – люди чаще хотели забыть что-то из своей жизни, чем сохранить «на долгую память». Уколы совести, дурные поступки, жестокость и стыд – этого много, слишком много в простой человеческой жизни, гораздо больше, чем…

За окном что-то промелькнуло и, через мгновение, послышался тонкий вскрик и грохот чего-то упавшего.

Бьянка убрала котелок с огня и выбежала на улицу.

Какая-то девочка в её саду пыталась поднять и собрать воедино расколотый пополам мраморный вазон. По белому песку дорожки рассыпались комья земли и выпавшие из вазона помятые нарциссы.

- Ой, здрасьте! – воскликнула девочка, оглянувшись. – А вы тётя Бьянка, да? Я Эвианна, Эви… Мне бабушка про вас рассказывала, что у вас всё белое! Извините, я тут нечаянно врезалась… Но вы не волнуйтесь, я щас всё поправлю! У меня большой опыт на этот счёт!

«Эмм… Большой опыт? С чего бы это?» - в замешательстве подумала Бьянка, оглядывая прибывшую.

Растрёпанные волосы и глаза с милой хитринкой, длинный плащ, расписанный серебристыми паутинками и порезанный внизу на сплошную бахрому, разноцветные гольфы – один голубой, другой оранжевый… такого существа в её доме не было очень-очень давно. На дорожке слегка приплясывала небольшая походная метла, разукрашенная веселенькими красными, жёлтыми и фиолетовыми ленточками. Девочка раскрыла потёртый чемодан с крупными наклейками, достала из него мешочек и дунула порошком на пострадавший вазон. Пара взмахов руками – и тот снова встал вертикально, соединившись своими половинками.

- Ну вот, готово, - довольно улыбнулась Эви, маленьким смерчем возвращая на место рассыпанные цветы и землю. Вазон слегка покачнулся, но устоял. Нарциссы выглядели почти целыми, и трещина была практически незаметна среди мраморных прожилок. Ну, если не приглядываться.

- Милый ребенок, - сказала тётушка Магда, доскребая из вазочки остатки пломбира. – У меня внучка такая же. То есть пра-пра-пра… ну неважно. Просто чудо!

Бьянка откашлялась.

- Добро пожаловать, Эви. Твоя комната на втором этаже, налево от лестницы.

- Ага, уже бегу! - улыбнулась девочка и, подхватив чемодан, пронеслась мимо.

- Ой, как у вас тут здорово! – донёсся звонкий голосок. – Прям как у Снежной Королевы! Мне нравится!

И, кажется, что-то в доме опять упало… Бьянка закатила глаза.

- Ваше зелье готово, тётушка. Я, пожалуй, отвезу вас обратно. У меня хорошая, прочная метла, она выдержит нас двоих.

- Спасибо, дорогая! – благодарно улыбнулась старушка. – А я тебе пирожков на дорожку дам, племяшку побаловать.

Над ними с шумом распахнулось окно, и Эви, высунувшись, весело помахала рукой. Бьянка вздохнула и пошла паковать зелье.

Дорога пролетела быстро. Бьянка даже немного покружила над городом, поднявшись к самой верхушке колокольни и шуганув пригревшихся там голубей. Напряжённая сначала Магда расслабилась; ветер разметал её легкие седые волосы, и она с удовольствием подставляла лицо воздушному потоку, поглядывая с высоты вниз.

«Интересно, сколько же она не летала?» - с грустью подумала Бьянка.

В тётушкином домике всё оставалось по-прежнему. Только у чёрного кота Одеона прибавилось серебристых волосков на морде и вечной печали в глазах. Бьянка помнила его ещё котёнком… как бежит время! Пока Магда собирала пирожков да гостинцев, ведьма поманила его к себе. Кот устроился на коленях и положил голову ей в ладонь.

- Ну, рассказывай, - сказала Бьянка, мягко поглаживая чёрную шёрстку. Кот мурчал.

- А чего рассказывать, сама всё видишь, - неохотно пробурчал Одеон, не открывая глаз. – Сил-то у неё нет уже. За всем присмотр нужен.

- Да уж вижу, - негромко сказала Бьянка, подмечая расколотый горшок в углу и паутину на полках, давно не мытое окошко и прошлогодние листья, усеявшие неухоженный заброшенный сад.

- Мышей расплодилось… А я тоже не молоденький, за ними гоняться… Мне бы на печке лежать, да сметанкой лакомиться… Она и меня покормить забывает, представляешь! Ведьмин кот сухим кормом пробавляется! Дожили! Вот давеча трубочист приходил, опять у неё дымоход забился, так прям думал – уйду в трубочисты, честное слово! Воздух, крыши… свобода! А тут ходишь-ходишь, дом стережёшь, нечисть всякую гоняешь… ещё и мышей развели…

Он нервно забил хвостом.

- Ну-ну, - погладила кота Бьянка. – Не горюй, старый. Посмотрим, чем вам помочь…

Одеон спрыгнул с коленей и расстроенно побрёл прочь.

Возвращалась она в задумчивости. Пристроенный на метле узелок со снедью испускал волшебный аромат. Кулинарная магия по-прежнему хорошо удавалась Магде, но в остальном, в остальном… Бьянка привычно заложила вираж над Ромашковой улицей. Лёгкий ветерок гнал навстречу ей клубы черного дыма. Ведьма неодобрительно поморщилась, лавируя между ними. Вот лентяи! Наверное у кого-то сажа в трубе загорелась. Неряхи! А вот и источник безобразия… и зевак-то, зевак… вот чего уставились, нет, чтобы помочь…

В конце улицы виднелся странный дом, похожий на большую белую корову с черными пятнами на боках.

«Странно, - подумала Бьянка, - чей же это дом? Вроде не было здесь такого…»

Окна строения были распахнуты настежь, и из них шёл чернющий дым явно магического происхождения.

«Ой! – подумала Бьянка. – Да это же мой домик! Мой чудесный беленький домик!»

В растерянности она снизилась, остановилась и сошла с метлы. Толпа расступилась. Дрожащими руками она распахнула калитку; вбежала в дом. По гостиной металась Эви. Перепачканная, чумазая, девочка пыталась оттащить подальше от камина большой кожаный диван, уже сплошь покрытый отпечатками её маленьких ладошек. В другом углу комнаты кучей громоздились кресло, стулья, журнальный столик и прочие вещи, создавая впечатление то ли вечеринки грабителей, то ли внезапного переезда. Камин пылал, как разбушевавшийся индийский факир. Волшебный огонь поминутно менял цвет, становясь то ослепительно жёлтым, то мрачно бордовым или кроваво-красным. Он плевался снопами искр и громко щёлкал, словно плясал с кастаньетами дикий фантастический танец.

Увидев хозяйку, Эви замерла, бросив на неё отчаянный взгляд. Бьянка метнулась к шкафчику, нашла среди запасов ингредиентов универсальный нейтрализатор магического воздействия и бросила в камин щедрую горсть. Огонь ещё пару раз пыхнул и сник. Эви мрачно стояла посреди гостиной, не зная, куда деться от стыда и раскаяния. Бьянка ещё раз оглядела творившийся разгром. Да, медвежью шкуру, прожжённую искрами, придется выбросить. Пятна можно убрать… и шторы постирать с ударной дозой отбеливателя… и пол отмоется…

- Ну что, испугалась? – посмотрела она на девочку, трясущимися руками размазывавшую по мордашке сажу пополам со слезами. Эви закивала.

- Ну, иди ко мне, - Бьянка присела и обняла девочку, прижала её к себе, меланхолично подумав: «… и платье в стирку… ну и чёрт с ним…»

- Чего случилось-то?

- Я чай хотела сделать к вашему возвращению, - всхлипывала Эви. – И плюшки погреть, мне бабушка с собой плюшки дала-а-а…

- Разожгла огонь, а дрова не горят, так? – помогла ей Бьянка. Девочка мотнула головой. – Это потому, что они обработаны бездымным и противосажным заклятиями и так сходу не разгорятся.

- А я подумала, что они сы… сы-ры-ы-ые! – затянула Эви. – И добавила им осушающего и воспламеняющего заклятий!

- Не, ну логично… - согласилась Бьянка.

- А они как бахнут! И как пошли дымить и плеваться! Я тушу, а они не тушатся, я тушу, а они не тушатся… Я вещи спасать, мебель… Как хорошо, что вы пришли!

- Очень хорошо, - согласилась Бьянка. – А то был бы не дом, а логово троллей.

Эви робко улыбнулась и вытерла нос.

- Нам не нужно логово. Мы ведь всё поправим, правда?

- Постараемся, - погладила её Бьянка. – Если ты мне поможешь…

- Я что, я конечно… - заторопилась девочка. – А что делать?

- Сначала умываться! А потом скажу.

Через час они убрали все пятна и пятнышки, вернули на свои места вещи, склеили пострадавшее и расстались с тем, что поправить уже нельзя. Отмыли дом изнутри и снаружи. Сели на большой диван и съели по большой вазочке мороженого. Посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Житьё с молодой племянницей оказалось занятным, но ужасно хлопотным делом. Её яркие разноцветные наряды, громкие (и не очень-то детские) песенки, вещи, которые расползлись по всему дому и никак не желали возвращаться на место – всё это причиняло постоянное неудобство. Бьянка наложила на многие предметы чары «положи-на-место», и теперь по полу часто шуршали расчески, ножницы, тряпочки… но нельзя же заколдовать вообще всё!

В довершение забот из шкафчика в гостиной стали пропадать конфеты. Сначала по две-три штучки, почти незаметно. Потом внезапно опустела половина коробки. Бьянка переставила сладости в другое место – и на следующее утро весь пол в гостиной был усеян мятыми и рваными фантиками. Призванная к ответу Эви наотрез отказывалась признавать свою вину, глядя на сердитую тётю растерянными круглыми глазами. «Но кто-то же их съел!» – сметая бумажки в совок, возмущенно думала Бьянка. «Не привидение же!» Призраков в её доме отродясь не бывало. Может, девочка страдает лунатизмом и сама не помнит, что делала? Среди ведьм это не редкость… Она убрала остатки сладостей в сервант, заперла дверцы на магический ключ, … и следующей ночью кто-то попытался пробраться в хранилище мороженого.

Чутко спавшая Бьянка услышала странные шорохи… скрип ступенек… щелчок подвальной двери. Стараясь идти потише, ведьма осторожно спустилась вниз и остановилась перед дверью в хранилище. Да, там явно кто-то был: слышалось недовольное бормотание, фырканье и неразборчивые слова. Предусмотрительная Бьянка поставила в проходе заклинание невидимой стены, пропускавшее к лакомствам только её одну, и воришка явно не рассчитывал на такое препятствие. Бьянка рывком распахнула дверь – в коридоре было пусто. Совсем пусто. Никого. Из маленького окошка под потолком тянулся невесомый лунный луч – всё тихо и спокойно. Ведьма озадаченно прикрыла дверь. Десятилетняя девочка не муха, чтобы её так просто не заметить. Бьянка поднялась наверх, тихонько заглянула в комнату Эви - племянница мирно спала, уткнув голову в толстого плюшевого зайца. Бьянка в задумчивости сварила себе «прояснительное» зелье, выпила его и пошла спать.

Наутро они обнаружили, что клумба с нарциссами основательно вытоптана, а рукоятка старой походной метлы погрызана мелкими острыми зубками. Эви ошарашенно заверила, что это уж точно не она, и даже предложила – на всякий случай – погрызть метлу ещё в каком-нибудь месте и сравнить следы преступления. Бьянка от такого ценного предложения отмахнулась и отправила племянницу к тётушке Магде – на уроки кулинарной магии и помощь в уборке домика. Ей надо было подумать. К вечеру план сложился. Бьянка сварила зелье-приманку и принялась за сооружение ловушки.

Охоту решили устроить в саду.

Вечером они заняли место у окна. Светила яркая круглая луна, и сонно лежали в небесах пушистые светлые облака. Пригревшаяся в кресле Эви давно заснула, а Бьянка, занявшись вязанием, иногда поглядывала в притихший ночной сад. Ветер шевелил ветки деревьев, и на белой дорожке колыхались тени. Внезапно, нечто показалось ей странным, и Бьянка слегка тряхнула спящую девочку.

- Тссс! Смотри внимательно!

Вскочившая Эви недоуменно протерла глаза.

- Куда?

- На дорожку… Видишь следы?

- Какие следы? Ой, вижу, вижу! А что это? Как это? А почему это следы видно, а остальное нет? – торопливо зашептала девочка.

- А вот сейчас и посмотрим.

Странный гость, оставлявший за собой цепочку еле заметных следов-вмятинок, подошёл к ловушке… и через секунду она захлопнулась и взвилась в воздух!

- Бежим! – скомандовала Бьянка.

С топотом они пронеслись по лестнице и выскочили в сад. Сетка-ловушка трепыхалась над землёй – и была пуста.

- Ой, - озадаченно сказала Эви. – Что-то мы странное поймали. Там же нету ничего.

Бьянка засмеялась.

- А вот и посмотрим.

Она сдула с ладони лёгкую серебристую пыль и там, в ловушке, вдруг проявилось удивительное мохнатое существо – с маленькими лапками, острой мордочкой, пушистой шёрсткой и длинным хвостом, похожее одновременно на енота и опоссума. Визгливо завопив, ночной вредитель завертелся, пытаясь очиститься от серебряной краски, но только ещё больше её размазывал.

- Узнаешь его? – спросила Бьянка.

Эви неуверенно присмотрелась.

- Это похоже на шуршня. Только это очень странный шуршень. Они вообще-то милые, ну в смысле не такие противные. И они не бывают невидимыми, тётя Бьянка!

- Сама противная! – завопил зверёк. – Глупая девчонка! Мерзкие ведьмы!

- Ой, он ещё и говорящий! – удивилась Эви.

- Да, что-то разболтался…

Бьянка ловко щёлкнула воришку по носу.

- А ну придержи свой гадкий язык! А то живо из тебя удобрение сделаю! Рассказывай, что тебе нужно в моем доме!

Шуршень обиженно прикрыл нос лапками.

- Ай, больно же! Чего вы сразу драться, хозяйка! Я расскажу, всё расскажу, не надо меня в удобрение! Ничего не надо в вашем доме так, пошалить просто. Можно отпустить, да, можно отпустить, больше не буду шалить.

- А как это ты стал невидимым? – спросила Эви.

- Вот сам не знаю, девочка! Оно само как-то получилось. Присмотрел я один домик, уж очень вкусные там пирожки пекли… ммм, пальчики оближешь… полез туда через дымоход – и вдруг бах, трах, искры летят! Я как свалился в котёл – аж ошпарился весь! Выскочил, а тут кот – и злющий такой! Насилу удрал от него! Пока отсиделся на чердаке, смотрю – лапки пропадают! И хвост! И сам я весь пропадаю куда-то! Ой, жуть такая! Я так думаю, хозяйка, я в ведьминское зелье попал. Только это какое-то неправильное зелье. У меня после него невидимость появилась и болтливость повысилась. Никак остановиться не могу, всё болтаю, болтаю… Хорошо не видит никто. А невидимым хорошо быть, можно еду какую хочешь таскать или конфеты… Ой!

Шуршень испуганно зажал рот лапками.

- … проговорился… да что ж такое-то…

Ведьмы рассмеялись.

- Тетя Бьянка, давайте оставим его, он смешной!

- Оставить-то оставим, только клетку подберём понадёжнее.

Зверёк всполошился, волчком завертевшись в ловушке.

- Ай, зачем клетку, хозяйка!

- Затем. Очень мне интересно, что это за домик, где ты пирожками соблазнился. И где это такое зелье удивительное… Так что придётся посидеть, дружок.

Зверёк замолчал, обиженно свернувшись клубком. Бьянка подхватила ловушку и понесла её к дому.

- Кот и магия – это в нашем городе, конечно, совсем не редкое сочетание, но вот ещё и пирожки – это наводит меня на некоторые мысли. Только вот не пойму, зачем ей зелье невидимости… да ещё и с искрами… Нет, тут что-то не складывается.

Эви зевнула.

- Говорят, это сложное зелье. И дорогое…

- Ну да. Во всяком случае, переводить его на болтливых шуршней весьма расточительно. Утром узнаем. А пока пойдём спать. Уж конфеты теперь точно никто не утащит.

Зверёк только фыркнул.

На завтрак была чудесная манная каша – белая, вкусная и без комочков. Шуршня угостили большим яблоком, которое он съел с несчастным видом оголодавшего мученика.

- Ешь-ешь, - усмехнулась Бьянка. – Конфет налопался, пора и на диете посидеть.

- А куда мы полетим? – спросила Эви, вылизывая свою ложку и вставая из-за стола. Бьянка закрепила клетку на метлу, привязывая её широкой лентой.

- Давай навестим тётушку Магду.

- Давайте! Пирожки – это точно к ней, а Одеон, правда, довольно милый котик… но, если бы ко мне в котёл свалилось из дымохода непонятное чудище, я бы тоже рассердилась.

Шуршень что-то мявкнул и поспешно закрыл рот лапками. Сохранять страдальческое молчание удавалось ему с большим трудом, и лишь изредка он что-то тихонько бурчал себе под нос.

Летнее утро подарило им чудесный полёт. По чистому голубому небу плыли редкие лёгкие облака; свежий воздух приятно холодил лицо. Эви с весёлым визгом закладывала виражи, то опускаясь к черепичным крышам, то взмывая высоко к сияющему солнцу. Бьянка помахивала рукой знакомым ведьмам, спешившим по своим утренним делам. То тут, то там мелькала усевшаяся на метле юркая фигурка в остроконечной шляпе и развевающемся плаще, или степенный, важно плывущий ковёр-самолёт с колдовским семейством. Шуршень вцепился в прутья клетки и обалдело затих, глядя с высоты на знакомый и незнакомый ему город.

Через несколько минут они добрались до домика Магды. Эви осталась кружить в небе, увлекшись догонялками с юной соседской ведьмочкой, а Бьянка приземлилась на дорожку в саду.

- Доброе утро, красавицы мои! – Тепло улыбнулась тётушка Магда. – А я вот тут прибираюсь. Как мы в прошлый раз с Эвочкой-то ухнули – любо-дорого посмотреть!

Бьянка развела руками.

- Да! Прям красота у вас!

В самом деле, сад преобразился. Дорожки были заботливо подметены, пожухлые листья и сухие ветки собраны в одну большую кучу возле забора, перекопанная клумба под окном радовала глаз рыхлым чернозёмом. На скамейке, пригревшись на солнышке, мирно дремал кот.

Магда устало оперлась на грабли.

- Вот, думаю, вдоль дорожки бархатцы посадить, а там, на клумбе – астрочки. Хорошо выйдет, как считаешь?

- А что ж – замечательно!

- А вы что зашли – так, проведать старушку? Или я опять забыла чего?

- Проведать-то мы всегда рады… - Бьянка отвязала клетку с шуршнем и поставила её на скамейку. – Мы вот тут поймали злоумышленника, тётушка. Может знакомый ваш?

Магда подошла поближе.

- Эге. Да может и знакомый. Где ж вы такого чудика нашли? Да ещё и крашеного?

- Крашеного, ага… - сердито буркнул пленник. – Сами покрасили и сами теперь смеются. Не жалеют бедную животинушку! Са-авсем на жалеют, в клетку заперли, кормят впроголодь… ещё и дразнятся… - затянул он жалостливо.

При звуках знакомого голоса Одеон проснулся, встал и осторожно подобрался к пленнику.

- Ага, попался, крысиный хвост тебе в глотку!

Шуршень зыркнул на него исподлобья.

- Помолчи уж, - погрозила зверьку Бьянка. – Покрасили его, ишь ты. А кто сладости таскал, цветы у меня топтал? Сиди теперь! Это, тётушка, весьма редкий зверь. Уникальный, можно сказать! А подкрасить пришлось потому, что видеть его иным способом никак невозможно… Он, говорит, в зелье невидимости попал.

Магда всплеснула руками.

- Вот чудеса!

- Вот мы и думаем, не в вашем ли котле он искупался?

Старушка недоуменно нахмурилась.

- В моём? Да я такого зелья уж сто лет не варила…

- А ты что скажешь, Одеон? Знакомый тебе вредитель?

- Ещё как знакомый! Я его хитрую морду хорошо запомнил. Этот мошенник всё крутился-крутился вокруг дома, а потом, видно, решил через дымоход пробраться, да в котёл и угодил. Вот шуму-то было! Горшок разбили, занавеску порвали, а через форточку он и удрал!

На дорожку приземлилась раскрасневшаяся Эви.

- Здрасте, тётя Магда! Привет, Одеон!

- Здравствуй, дочка! – кивнула старушка. – Нет, котик, ну ты погоди – а как же зелье-то? Не варила я невидимость, без надобности мне это!

- Может и не варила, а морду его зловредную я хорошо помню! – заупрямился Одеон.

- А вы чего? Про что спорите-то? – встряла Эви, и тут Бьянка увидела, как длинная серебристая лапа медленно-медленно тянется из клетки к кошачьему хвосту. Ведьма только успела открыть рот, как лапа вцепилась в хвост, кот взвился в воздух и наотмашь ударил по коварному шуршню. Клетка полетела кувырком, бахнулась о землю, дверца отлетела в сторону – и шуршень выскочил на свободу! Не теряя времени, он со всех лап дёрнул вниз по улице. Рассерженный Одеон рванул в погоню и Эви помчалась следом с криками: - Держи его, держи! Лови, Одеончик!

Вмиг компания долетела до перекрёстка, где шуршень, хитро оглянувшись, бухнулся в круглый фонтан, весело пускавший вверх тоненькие хрустальные струйки. Подоспевшая Эви увидела только расходящиеся по воде серебристые пятна. Волна булькнула, всплеснулась, девочка обежала фонтан, но заметила лишь темнеющие на земле лужицы… десяток капелек там и тут… мокрые следы, становившиеся всё меньше, меньше и меньше… Подоспевший к ней Одеон мрачно огляделся и сел, нервно дёрнув хвостом и поводя ушами по сторонам. Кто-то хихикнул.

- Уши обтреплю и хвост повыдергаю, - угрюмо пообещал кот. Некто хихикнул снова, послышался топоток, и Эви увидела, как вдаль по улице понеслись крохотные всплески дорожной пыли.

Над фонтанчиком весело играла радуга.

- Удрал, - с грустью сказала Эви.

- Удрал, - покладисто согласился кот. – Но мы его здорово шуганули. Авось не вернётся.

- А жаль, - вздохнула Эви, и кот промолчал, вылизывая плечо. Не торопясь они дошли до дома.

- Не догнали? – спросила Магда.

- Неа…

- Бывает. А знаешь, я ведь вспомнила, что за зелье тогда варила. Всего-то мышей пыталась вывести.

- Не невидимости? – весело подняла бровки Эви.

- Да нет же! Обычное противомышиное зелье, чтобы их, проказниц, от дома отвадить, - махнула рукой Магда. – Котик-то мой давно на них жаловался. Да видать напутала что-то с рецептом… А когда этот вредитель в котёл свалился, то и перевернул мне всё. То-то я думаю, коврик там перед печкой лежал, потерялся куда-то…

- И хорошо, что коврик, - сказала Бьянка. – А то бегали бы у вас по дому невидимые мыши!

- И болтливые ещё! – сказала Эви и все весело рассмеялись.

Одеон запрыгнул на скамейку и скромно уселся, обернув лапки пушистым серым хвостом.

- Как говорила моя бабушка, - негромко промурлыкал он, - когда три ведьмы собираются вместе, они обязательно что-нибудь придумают. Может быть… мурр… вы придумаете что-нибудь сделать с этими мышами?

- Да я бы с удовольствием, лапочка моя, - сказала Магда. – Да вот видишь, что с зельем-то получилось! Забыла, видать… всё забыла.

- А у меня книжка есть! – воскликнула Эви. Она уселась на скамейку и прижала котика к себе. – Мне бабушка на день рожденья подарила! Там и антимышиное зелье есть, кажется… Может мы его вместе сварим?

- А может и сварим, - улыбнулась Магда, – по книжке-то… А я тебя пирожками угощу.

- А может ты поживёшь здесь недельку-другую? До конца каникул? – весело подмигнула Бьянка, и Эви застыла с открытым ртом. – А я вам мороженого привезу всякого…

- Оставайся, - сказала Магда, и девочка махнула рукой.

- Остаюсь! Тут столько всего интересного! А может ещё и шуршень вернётся, вот весело будет!

Одеон только вздохнул. Кажется, у него на этот счёт было иное мнение, но… кто знает, что там ждёт впереди? 

Другие работы автора:
+14
13:00
364
14:52
+3
Чудесная сказка! Недаром так долго вы её писали. Хочу сборник! Ждём Таниту. Давайте её позовём, как Снегурочку. И ещё надо позвать Лили. Ей пора, мне кажется, повторить попытку «в сказку», а нам в книжке не хватает сказок для взрослых.
15:22
+1
Спасибо! blushНа самом деле, это я собирался долго, а писал просто дольше и немного труднее, чем ожидалось. И с перерывами.
А так, конечно, зовите, вместе веселее. )))
23:59
+1
Все призываемые Танитой ведьмы хохоча улетают(((
«Брось меня, Форрест, беги» )))
04:39 (отредактировано)
+1
Надо привлечь к делу вашего вежливого и настойчивого дракона. winkА то ведьмы они такие, непостоянные.
08:19
+2
Это студентки из разноцветного общежития с Анютиныглазкинской. У них сессия, и они халяву ловят. Согласна с советами, зовите дракона. Лишних пусть съест, а про усмиренных будете писать сказку.
16:05
+1
гениально!
я только свистнула, ОН явился. всё стало на места.
будет))))

16:13
+1
Какая прелесть! Все здесь есть и ведьмы, и метлы, даже шуршень есть)) Невидимый! Замечательная сказка, на одном дыхании прочитала. Спасибо, уважаемый marrtin bravosmile
04:44
Спасибо и вам, Эльвира! Читайте ещё другие сказки этого цикла по тегу «дом на лавандовой улице».
23:13
+1
Мне понравилось. История добрая и сказочная) Все жили долго и счастливо. Первое, что бросилось в глаза — это язык/стиль повествования. Такой простой, беззаботный и немного мимимишный) Отлично подходит для хорошей доброй сказки.
Сюжетно показалось затянувшимся введение, почтальон Хью, имхо, мог бы или сыграть в конце, или уйти с горизонта. В остальном очень живо переплетаются линии героев, за ними интересно следить.

Еще немножечко мелких замечаний по тексту:
1)
они ведь тоже немного дети.

С наступлением весны ведьма немного грустит,
близкорасположенный «немного»
2)
погрызана
погрызена, вероятно, будет правильнее
3)
При знакомого звуках голоса Одеон проснулся

4) Резануло слух обращение шуршеня «хозяйка». В голову лезет Галустян wonder, но может это индивидуальное восприятие
5) "- Ага, попался, крысиный хвост тебе в глотку!" — это не кот, это пират какой-то)
04:59
+1
Спасибо за отзыв и замечания, кое-где поправил! rose

4) Хозяйка — да пусть будет, у меня Галустян даже не отсвечивал. Максимум «Хозяйка, пули свистели над головой! — А сапоги над головой не свистели?» © Да и то вряд ли. Но подумаю, может придёт другой вариант.
5) Это да, пиратский немного. Но нестрашно.

Кстати, есть ещё перекличка «Ой, да это же мой беленький домик!» — со словами Пятачка с его лопнувшим шариком. Такое интонационно и ситуационно похожее. Тоже может не очень естественно смотреться для характера Бьянки, но я оставил, пусть пока будет.
00:43
+1
Мартин, прекрасная сказка)))
Героев увидела и услышала))) bravo
05:01
Спасибо, Танита! angelrose
08:28 (отредактировано)
+3
Я все придумала. Мы собираем сборник (а почему Эльвира не хочет написать про ведьму? Мне очень понравилась бабушкина сказка, наверняка у этой бабушки и про ведьму есть!) потом Лакро пишет подводку к рассказам, зовём Серафиму рисовать ведьм. На обложку ставим ведьму Ривер. Кто-нибудь, кто умеет, все это дело верстает и на литнете выставляет. Потом мы даём Денису или Таните задание все это озвучить и зарабатываем наши миллионы. Последние два пункта можно и оплатить, я б с удовольствием вложилась в такой сборник…
16:06
+1
Машенька, после вашего с Мартином намёка на вежливого Дракона история пишется)))
идея с озвучками очень греет!
20:52
+1
Народ, я с вами
Загрузка...
Екатерина Чернышова

Другие публикации