Гости

Автор:
Елена Чиркова
Гости
Аннотация:
Рассказ об одиночестве среди людей
Текст:

Со мной скучно.

Ко мне не ходят гости. Разве что случайно.

- Олечка, у тебя таблеточка от температуры есть? –

Моя соседка, бизнесменша, хозяйка двухэтажного кирпичного коттеджа, тараторит торопливо и изобилует уменьшительно-ласкательными суффиксами.

Так говорят с детьми: покровительственно, вежливо и немного свысока.

С детьми, от которых хотят поскорее отделаться.

– Что –то мне не хорошо… я вот думаю, температура есть. А таблетки нет… - Поясняет она. - Не в город же ехать.

- Никуда не надо ехать… ещё и вечером, ещё и в метель. –

Соглашаюсь я, жестом приглашая соседку пройти в дом.

Но та протестующе крутит головой и продолжает топтаться на пороге.

***

– Так что тебе дать? Таблетку? Лекарство? Ректальные свечи? –

Как услужливый бариста за стойкой кафе, жонглирую я ассортиментом домашней аптечки.

- Ну что ты… какие свечи? Я же не маленькая. –

Выуживает из моей пригоршни с медикаментами, упаковку парацетамола соседка. – Кстати, как твои малыши? Здоровы?

- Здоровы. – Киваю я.

И, как будто, подтверждая мои слова, из –за двери, на животе выползает, моя годовалая дочка.

- Вот те на... рыбка выплыла! –

Не по-настоящему радуется бизнесменша и суёт таблетки в карман. – Ладно, Оленька, я побегу, чтобы микробов не плодить… А ты в гости с ребятишками заходи. Я всегда вам рада.

***

Но соседка лукавит.

О чём ей со мной говорить? О грудном вскармливании? О детских болезнях? О мультяшках?

- Навряд ли, к тебе выберемся… -

К неудовольствию случайной гости, тяну я бессмысленный диалог. – Все тропинки замело. Куда я с двумя детёнышами?

Соседка на вопрос не отвечает, использует секундную заминку и спешит окончательно распрощаться.

- Терпенья тебе, Олечка. – Говорит она.

Последние года три, после того, как я родила погодков, мне только терпенья и желают. Мои робкие потуги объяснить, что дети – это не только терпенье, никто не слушает.

Не интересно.

Не интересно это и бизнесменше. «Пока, пока», - частит она, хлопнув дверью.

И мы опять остаёмся втроём.

Втроём в большом двухэтажном доме, за окнами которого разбушевалась пурга. Справа - лес. Слева – река.

Классика загородного жанра.

***

Зимняя ночь длится долго.

Дети (сын – возраст два года с «хвостиком», дочь – год «схвостиком») посапывают в кроватках, которые поставлены в супружеской спальне, в просторной комнате со скошенным потолком, под самой крышей.

Мне 42 – опасный возраст.

Мужа в постели нет. Он остался ночевать в городской квартире. Сказал, что допоздна был занят на работе.

Что ж…

Я не сплю, мне страшно.

В окна хлещет метель.

Ветер воет в каминной трубе… Воспоминания приходят, не стучась.

***

- Это чё? Копыто? -

На крыльце деревенской школьной столовой валялась огромная берцовая кость, видимо принадлежащая когда-то взрослой корове.

- Собаки приволокли. –

Сказал мне мой, тогда ещё жених (дело было двадцать лет назад) и носком сапога пихнул жёлтый затасканный мослак, увенчанный копытом, с глаз долой. Тот бултыхнулся в клумбу, в гущу с высокими разноцветными «ноготками», и правда, стал почти что незаметен. – Делов-то!

Зрелище это по –нехорошему меня впечатлило.

В этой столовой мы готовились играть свою свадьбу. А тут копыто!

С одной стороны, в жилах моих (как и моего избранника) не текла голубая кровь. Выросла я в деревне, и задирать свой нос, брезгливо относится к разбросанным копытам, мне и моей семье не пристало.

Но с другой стороны, я уже закончила медицинское училище, и была искушена городской жизнью.

***

Это был конец девяностых, и уже вовсю купались в ванных с шампанским валютные проститутки; бритые бугаи на чёрных бумерах увозили с учебных пар моих тоненьких одногруппниц в коротких джинсовых юбках прямиком в опасные приключения; красивые девушки танцевали в клубах стриптиз, после чего на их плечиках приживались пушистые белые шубки.

Мне не светили эти блага.

Я не умела их себе присвоить. Я, и тогда, была невзрачная, да и таланта не хватало.

Поэтому меня ждала другая участь. Я вернулась в деревню, чтобы работать в медицинском пункте, встретила там своего будущего жениха и сюрприз – на крыльце свадебного банкетного зала меня ожидало коровье копыто.

Обещающе!

Там, в школьной столовой, на собственной свадьбе, я и впервые увидела ту пару.

Пара сыграла в моей жизни роковую роль.

***

- Дай я у тебя фату из волос выну. –

«Под занавес» свадьбы пьяные гости выволокли меня на танцпол и принудили вихляться под хит Алёны Апиной «Бухгалтер».

Под конец композиции мне удалось –таки сбежать в туалет. Там-то я и столкнулась с девушкой из той самой пары. – У тебя фата вон… отваливается… Давай сниму… устала ведь.

Не дожидаясь моего согласия, незнакомка принялась вытягивать из моей прически шпильки.

Я не хотела мириться с такой услужливостью. Мой самый главный женский трофей прибирала к рукам чужачка. Я не желала его отдавать!

Но я покорно замерла. Стояла, не шелохнувшись.

Слова и действия незнакомки подействовали на меня гипнотически. Почему?

Думаю, потому что я никогда в жизни не видела такой девушки. Весь вечер исподволь наблюдала за ней.

Девушка была необычайно красива.

Красива не уместной для школьной столовой красотой.

Ей точно было здесь не место.

***

Тощая и гибкая, как ящерица, втиснутая в изумрудно – блестящую чешую, внешне девушка тянула на Хозяйку медной горы, владелицу и хранительницу кладов Уральских гор, которая когда-то произвела неизгладимое впечатление на мою детскую психику.

Только у незнакомки вместо короны – облако иссини –чёрных волос, вместо волшебной силы – женская магия.

Я тогда не знала, есть ли у неё богатства – пока не в этом суть.

Суть – в первом впечатлении. Оно же было ошеломляющим.

Есть люди, которые в изумлении открывают рот, при виде шедевра, произведения искусства.

А открываю рот при виде красивых людей.

«Ну вот… - Протянула мне девушка отшпиленную фату. – Так лучше… всё равно уже поздно… гости расходятся».

Я кисло кивнула. И приняла свергнутый с пьедестала, свадебный венец.

- Кто это? –

Спросила я у своего пока ещё «новенького» супруга, глядя, как незнакомка в изумрудном платье подходит к спутнику, который ей подстать.

- Это мой одноклассник с подругой. Серёга с Татьяной. – Пояснил мне тот. – Ну что? Домой поедем?

Так я стала женой.

***

Засыпаю к рассвету.

Просыпаюсь от того, что дочка копошится в моей голове, перебирает волосы. Превозмогая себя, открываю глаза.

«Слава Богу утро». –

Думаю я и целую дочкины ладошки. Сын завистливо смотрит на эти лобызанья, сквозь решётку кроватки, но за ласками не спешит, ленится.

Я тянусь к телефону, лежащему на тумбочке.

«Приеду с гостем. – Читаю сообщение от мужа. – Испеки пирог».

«Ну, что валяемся, медведи? – Шутливо наезжаю я на ребятишек. – Выползаем из берлоги!».

По винтообразной, опасной лестнице крадёмся вниз, к уже остывшему камину. Я развожу огонь под заранее сложенными дровами, варю детям манную кашу, мешу тесто «Министерское», чтобы испечь куриный пирог.

***

В дом, прогретый камином и пропахший стряпнёй, наконец, приезжает из города муж. С ним неизвестный мне человек.

- Это тренер по зимней рыбалке. –

Сообщает мне супруг, представляя мне гостя, с очень светло-голубыми, неподвижными, по-рыбьи стеклянными глазами. – Он покажет, как рыбу в проруби правильно ловить… Так, чтобы улов был богатым.

«Рыбак с рыбьими глазами. – Накрывая на стол, думаю я. - Кто в кого уродился?».

Красиво режу круглый горячий румяный пирог, наливаю в тарелки суп, сваренный из сушёных лесных грибов.

Мужчины, не дожидаясь, пока я присяду (дети отвлекли) начинают есть.

***

Гость рассказывает историю про то, как приготовил дома, своей жене, добытый когда-то улов.

- Я купил дорогое вино. Но жена любимое вино даже пригубить забыла. –

С завидным аппетитом хлебая грибовницу, хвалился рыбак. – Запечённую щуку ела да нахваливала...

- Так Вы не только рыбак, вы ещё и повар знатный. – «Лью мёд» я. – Хотя про моё угощение, гость ни гу-гу.

- Есть такое. – Охотно соглашается тот.

- Ну что, идём? – Запустив в рот остаток пирога. – Торопит тренера муж. – Солнце скоро сядет.

Рыбаки собираются, тормоша рюкзаки, перебирая блёстны. А я собираю грязную посуду. Мой суп уже остыл.

Дверь хлопает, впуская в дом клубы белого пара.

Мужчины ушли на реку.

Мы с ребятишками садимся обедать.

***

- Тебе паричок носить надо, -

говорит мне Надежда Аркадьевна, очкастенькая, полненькая, коротко стриженная врачиха, которой я помогаю вести приём в деревенском медпункте, поступив сюда на работу после окончания училища.

До начала рабочей смены остаётся несколько минут, мы в кабинете пьём чай, в ожидании пациентов.

Летнее утро.

Окно распахнуто. На цветущих акациях жужжат пчёлы.

- Какой-такой паричок? –

С интересом и с испугом за внешний вид своей шевелюры, уточняю я, поправляя волосы.

- Ну такой паричок… кудрявенький. –

Заметив моё любопытство, оживляется Аркадьевна и даже перестаёт пить чай, чтобы целиком сосредоточиться на описании предлагаемого товара. – Такой шиньончик на заколке… Они разноцветные бывают… Я такие парички в телемагазине видела… Цепляешь к голове такой шиньон – и красавица… А то у тебя свой-то волос тонкий.

***

Сижу, молча выслушивая совет. Брякаю карамелькой во рту.

Я на Аркадьевну за «тонкий волос» ни в обиде. На неё давно никто не обижается, все её жалеют.

У врачихи зависимость.

Все свои деньги она готова потратить на покупки в телемагазине. В её семье уже есть надувной матрас, супер-острые ножи, чудо-тёрки и куча другого хлама.

Сегодня день зарплаты.

Но деньги Аркадьевны пойдёт получать её муж. Надежда нервничает, а вернувшись вечером домой, она будет просить у супруга отдать ей получку. Не стесняясь детей, Аркадьевна сначала жалобно заплачет, а потом начнёт кричать и полезет в драку.

Муж «выкинет белый флаг», даст Аркадьевне возможность совершить одну покупку.

Та оформит заказ и с усталым облегчением, как всласть нарывавшийся ребёнок, уляжется спать.

Все деревенские об этом знают.

***

- Мне бабы посоветовали одеколоном «Гвоздика» колено натирать. –

Наша первая пациентка, местная бабка, которая заговаривает младенцам пупки, тяжело опустилась на стул. – А в сельпо только «Огуречный» лосьон продаётся… «Огуречный» нельзя… Он зелёный, а надо жёлтый.

- Зачем вам «Гвоздика»? –

Сердится Аркадьевна. – Сдались вам эти бабы… Что они в медицине понимают? Купите лучше витафон!

- Тафон? Ничего такого я про тафон не знаю. –

Сильно сомневаясь, крякнула бабуля. - Что за тафон такой?

- Ви - та- фон! –

Внятно и по слогам произносит Аркадьевна. – Электроприбор такой… маленький… для физиопроцедур… в телемагазине продаётся.

- Не надо витафон! –

Спохватываюсь я. – У него, между прочим, противопоказания есть!

Бабка и Аркадьевна с удивлением смотрят на меня.

Они только что разговаривали на равных. А тут влезла я, выскочка с «тонким волосом».

«Выписывай, рецепт!». –

Сердито командует Аркадьевна и диктует что-то из ассортимента деревенской аптеки.

Я с облегчением тянусь за бланком.

…Через год медпункт сгорел синим пламенем. Никто не пострадал, но мне пришлось искать другую работу.

***

Потом мы зарабатывали с мужем тем, что скупали у деревенских жителей мясо, картошку, молоко и на раздолбанной «копейке» возили в город, там продавали на рынке.

- Шубы, шубы, элитные шубы! –

Голос, который я услышала в меховом ряду, заставил меня вздрогнуть и приглядеться к его хозяйке. – Эй, девочки, выбираем роскошную шубку!

Песцовая шапка, надвинутая на глаза; на шее – шаль; короткая дублёнка, отороченная мехом и валенки до колена – даже эти грубые вещи, не истребили редкую красоту женщины, в них упакованную.

Это была Татьяна.

И она торговала шубами на рынке. В одной руке-остывающий кофе в одноразовом стаканчике (предполагаю с коньяком), в другой – тонкая сигарета.

Это зрелище меня потрясло.

- Как так? – Спросила я у мужа.

- Ну, вот так. – Ответил мне он. – Все зарабатывают, как могут.

- А Серёга что делает?

- Да… кого-то «крышует».

Спустя время, мы с мужем смогли снять в городе квартирку, на самой его окраине, в неприглядном двухэтажному доме, в подъезде которого по ночам тусили бомжи.

Мы по дешёвке купили на базаре селёдочные молоки и икру (которые запекли на противне, в духовке), дорогущий ликер амаретто и пригласили на новоселье Серёгу и Татьяну.

Гости приехали, но ели и пили неохотно.

С их стороны это был визит вежливости – не более того. Разговор не клеился. И, вскоре, разочарованные друг другом, мы распрощались.

«Мы им не интересны». – Сказала я мужу.

Тот ничего не ответил, обозлённо схватил со стола тарелку с недоеденными рыбьими потрохами и сунул её в холодильник.

***

В наш загородный дом приехали гости.

Вернее, заскочили проездом. Это были знакомые мужа, которых я видела впервые. Среднего возраста супружеская пара, присматривающая в наших краях земельный участок. Пара произвела на меня хорошее впечатление.

Я пригласила гостей за стол.

- У вас детки есть? – Завидев моих ребятишек, как бы удивилась женщина. – А у меня тоже двое!

- Здорово! –

Наконец-то предчувствуя интересную беседу на понятную мне тему, очень сильно обрадовалась я, ставя на стол четыре кружки с горячим чаем.

- Так вот!.. –

Вдохновлённая моим любопытством, начала разговор мать двоих детей. – Когда я сына рожала, у нашего роддома, в кустах, маньяк сидел!

- Что вы говорите?!

- Честное слово! Мы с девчатами сиськи под краном полощем, а он в бинокль на нас пялится!

- Вот те раз!

- А ещё, вот что помню… нам нянечка детей на кормление принесла… да перепутала! –

В истеричном запале, перескакивая с одной темы на другую, продолжала женщина. – Не тут-то было! Мой старший сыночек с такими же губами, как у меня родился… Я их шлёпанцами называю!

В этой части своего монолога рассказчица наглядно продемонстрировала работу губ, запустив их в действие, результатом которого стал звонкий «чпок».

- Так вот… мамочка к которой он по ошибке попал, аж вскрикнула: «Кого вы мне принесли?! Это же рыбка влюбленная, а не ребенок!» … -

Продолжала обладательница «шлёпанцев». -

Эх, если бы губки сыночка, да моей дочке приладить… на силиконе девчонка точно бы сэкономила! … Зато она кудрявая будет!.. У мужа-то шевелюра-то вон какая, богатая!.. Правда, что он на Александра Пушкина похож!?

И женщина потрепала супруга за кудри.

***

- Ну всё!.. Хватит «лясы точить». –

Вывернувшись от жены, спохватился Пушкин. – Ехать пора.

- Как пора? –

Я аж привстала из-за стола. Мою надежду на возможностью приятно поболтать, грубо «обломали». - Мы ж не поговорили!

- Пора. – Подтвердил мой муж. – Нас хозяин земельного участка ждёт.

- Пора. – Настаивала мать «влюблённой рыбки».

Я проводила гостей.

***

Тогда, в молодости, мы с мужем, решили вложится в ларёк.

Взяли кредит, и дело, к счастью, пошло.

Через пять лет у нас уже была сеть городских продуктовых киосков, сытая жизнь и возможность, наконец-таки, родить детей.

Но не тут-то было!

Я думала, что забеременеть просто, оказалось, что сложно. Начались походы по врачам, по священникам и даже по бабкам – ворожеям.

Ничего не помогало.

Шли годы.

И только в 38 лет я забеременела сыном. А после его рождения – и дочкой. Воспитание погодков занимало всё мой время. От меня отдались подруги и супруг, который по-прежнему много работал.

Поговорить мне было не с кем.

К нам редко приезжали гости.

***

Но однажды всё изменилось.

- Ты бутербродик с икрой, пожалуйста, скушай… Так, чтоб я видела, что ты не голодная… А дочку дай мне… Я сама её покормлю. –

Я не верила глазам. Татьяна, по-бабски располневшая, с остатками перманентного макияжа на лице, умудрённая опытом, сидела у меня за столом, и кормила из ложки моих детей.

Тут же, в предвкушении вкусной еды, суетились наши мужья.

Сергей разливал по бокалам шампанское, решили выпить за встречу.

- Ну что… владычица морская! –

Татьяна восторженно развела в стороны руки. – Пьём за тебя, за твоего мужа… мы рады за вас! ... За владельцев такого богатства! Огромный домище отгрохали! Молодцы!

Я смотрела на Татьяну.

Мне её было очень жаль. Мы –то своё богатство обрели. А она своё богатство, свою красоту – потеряла.

Тем более, что за прошедшие годы, эта пара ничего не нажила. Как теснились в двушке, так и теснятся. Только теперь уже со взрослым сыном.

- Я сама посуду помою. –

Объявила мне в конце ужина Татьяна. – Ты отдохни… Тебе ещё с ребятишками возиться.

- Какие вы гости хорошие! – Искренне подивилась я. – Приезжайте почаще!

- Приедем. – Охотно согласились те.

***

К моему удивлению, Татьяна с Сергеем зачастили.

Таня с порога начинала хлопотать, тискала детей, раскладывала по полкам холодильника привезённые продукты, накрывала на стол, отмывала баню, чтобы пойти в неё попариться.

Для меня такая услужливость была в диковинку.

Но я к ней быстро привыкла.

И сама не заметила того, как каждое субботнее утро поглядывала на часы, с нетерпением ожидая в гости Серёгу с Татьяной.

Мы сроднились с этими людьми.

Мой муж «замутил» с Сергеем бизнес, с нашим серьёзным денежным вложением.

Но однажды в субботу, гости не приехали.

- У меня долг. – Сказал мне муж. – Придётся продать дом… Вернее отдать.

- Кому отдать?

- Серёге.

- Как так?

- Вот так… Бизнес есть бизнес.

Я вспомнила свою фату, свой свадебный венец. То, как Татьяна сняла его с моей головы. Мне сразу всё стало ясно.

***

Видела в фейсбуке фото.

Татьяна и Сергей пьют шампанское, сидя на моей садовой качели.

Лайк не поставила.

Зато поставила свою жизнь в режим «будь, что будет», взяла детей и уехала жить в другой город.

А муж остался.

Он хочет приехать, но я говорю, что не принимаю гостей. 

Другие работы автора:
+4
10:31
98
брезгливо относится (-ться)
мы с мужем, решили вложится (-ться)
.
15:57
+1
«Только у незнакомки вместо короны – облако иссинЯ –чёрных волос, вместо волшебной силы – женская магия».
«Я на Аркадьевну за «тонкий волос» нЕ в обиде».
«Та оформит заказ и с усталым облегчением, как всласть нарыДавшийся ребёнок, уляжется спать».
«Воспитание погодков занимало всё моË время».
". От меня отдалиЛИсь подруги и супруг, который по-прежнему много работал".
После прямой речи вместо точки ставится запятая, а слова автора пишутся с маленькой буквы, если не являются отдельным независимым предложением.
Ващета грустная история получилась. А мужа почему за борт?
Загрузка...
54 по шкале магометра

Другие публикации