Зверь в тупике

16+
Автор:
Бабай злой
Зверь в тупике
Аннотация:
В переплетении глубоких труб под городом человек может встретиться со своим прошлым. Даже с тем, которое он убил собственными руками. Патрик Лайт — охотник на нечисть, заключивший соглашение с Главой города, обязан предать людей, чтобы спасти их. И снова убить того, кого он любит.
Текст:

Идти в глубоких трубах, когда за твоей спиной практически неслышно пробирается толпа мутантов — это заставляет адреналин бурлить в крови. Особенно, если ты привык на них охотиться, а сейчас действуешь в связке. Весь мир с ног на голову. Лайт ужасно хотел закурить, но не рисковал.

Впереди был светлый участок. Висящие вдоль стен лампочки говорили о том, что обжитые церковными адептами коридоры уже начались. Сделав знак крадущимся позади, Патрик пошел дальше один. Он помнил про огромную дверь и вооруженного привратника. Наверняка там есть система оповещения в случае прорыва. Он постучал. 

***

Крики отражались от арок металлических стен. В туннеле царил хаос. Люди метались, пытаясь спастись от мутантов. Мутанты метались, сбивая людей в кучки, как овчарки, загоняющие отару. Не было крови и трупов, но паника делала свое дело — людям казалось, что их убивают.

Прорыв был делом техники. Лайту открыл привратник. Пришлось вырубить его, чтобы не поднимать тревогу. Хлынувшие через двери мутанты стали для жителей настоящим шоком. Кто-то сражался, кто-то бежал, но охотника не интересовали люди. Он искал Еву. Но главы "Чистой Крови" нигде не было, даже в храме.

Откуда Глава узнал, где она хранит свою жизнь Патрик не знал, ему было все равно. Сверяясь с картой, мужчина шел по туннелям, оставляя позади свалку, крики и топот. Он подсвечивал себе путь ярким фонариком и, помня о тенях, захватил с собой несколько светошумовых гранат.

Проход уволил все дальше через завалы хлама. Он выглядел заброшенным, отличное убежище. От всякого рода жителей глубоких труб его охраняли последователи церкви, а от любопытных глаз людей — приказ Евы. Вот и стаскивали приверженцы церкви в туннель всякий хлам, который Рик, призывая всех чертей, перепрыгивал и перелезал. Пыль вздымалась до потолка после очередного прыжка, и охотник оглушительно чихал так, что эхо превращало звук в гром.

Он не надеялся застать регента врасплох. Тварь навеняка затаилась, охраняя свою драгоценную жизнь. Он надеялся только на то, что Ева еще ему доверяет. Или хотя бы плохо его знает.

Но оказалось, что регент знает его слишком хорошо. Лайт понял, что прокололся, когда достиг тупичка, скрытого за массивным железным стеллажом. Тут было чисто, почти стерильно, гудели лампы дневного света, отражаясь от полированных боков сркофагов анабиоза. В таких хранили тела для трансплантации, когда мозг мертв, но организм работает. За ними что-то стоит, но Рик уже не обращает внимания.

На одном из хромированных ящиков сидит обнаженный мужчина. Он не изменился с тех пор, как Патрик его видел в последний раз... 

Тогда, в холодном апреле пять лет назад. Он тоже был без одежды. Сидел поверх бежевой простыни. В одной руке дымилась сигарета, другой он перебирал волосы охотника. 

— Макс..? 

— М?

— Ты веришь, что все не случайно? 

— Это очень пространный вопрос, Гор, давай конкретнее.

Он улегся, вытянул сильное тело на кровати. В светлых коротких волосах вспыхивали искры, когда свет из окна на них попадал. Белесые брови и даже ресницы золотые, как солнечные лучи. И глаза цвета ясного голубого неба. Глаза хищника, холодные с прищуром. Гор был похож на волка, который по случайному стечению обстоятельств влез в человеческое тело.

— Патрик Максим Лайт, ты веришь в совпадения? — он затянулся и выпустил в потолок струю сизого дыма. 

— Я верю в закономерности, Гор, — охотник сел на кровати, — вот твоя сигарета. Ты ее куришь. Скоро горячий пепел упадет и прожжет ковер за полсотни. Закономерность!

Он перегнулся через вальяжно лежащее тело и отобрал окурок. Пепел упал на живот Гора, тот тихо зашипел. 

— Да, моя шкура стоит гораздо дешевле, Лайт. Спасибо, что напомнил. 

— Это смотря кто тебя закажет, — рассмеялся охотник, роняя сигарету в пепельницу и падая на кровать.  

Потом все смазывалось в воспоминании. Патрик старательно вырывал и вытирал из памяти эти моменты блаженства. Мучительные счастливые часы, когда он ощущал себя нужным. Любимым. 

Перед глазами снова полыхал яркий лист бумаги. Настолько белый, что слепил. Он был испещрен буквами, которые неохотно складывались в слова. Но даже после прочтения смысл исчезал, он не мог задержаться в голове. Лайт читал снова и снова, но не хотел верить. Убедительнее всего было приложенное доказательство. Видео на крошечной флешке. 

Его Гор в окружении оккультистов. Грязные ритуалы. Много крови и боли. Призванные демоны. Убитые люди. Сумма за доказательства смерти была немаленькая.

Патрик вернулся домой только спустя несколько дней. Все любители играть с преисподней были мертвы, кроме одного. Гор слушал музыку, сидя на кровати. Прилетевший через всю комнату листок врезался в грудь и упал в складки пледа. Он посмотрел на Лайта, стоящего в дверях, стянул наушники и улыбнулся. 

— Ты куда пропал, Макс? 

— Читай. 

— Макс?.. 

— Читай. 

Звякнула зажигалка, хрустнуло, поворачиваясь, колесико, высекло искры и зажегся фитиль. По комнате поплыл серый сигаретный дым. Гор развернул лист и пробежал глазами по строчкам. 

— Как смешно, Лайт, — фыркнул он, отбрасывая бумагу, — так дорого оценить мою... 

В руке охотника дрожал пистолет. Воспаленные глаза были красными, но сухими, под ними разлились темные круги — следы бессонных часов. 

— Прости, Гор. 

Он помнил вспышку, которая поглотила весь мир... Как ему казалось. 

И вот сейчас как будто оживший кошмар, сидел он. Цел и невредим. С улыбкой волка, обжившегося в человеческом теле. Яркие голубые глаза внимательно изучали охотника.

— Макс, ты сильно изменился. 

Дрожащей рукой Рик достал из кармана зажигалку и сигареты. Закурил, глядя в пол. 

— Ты не рад меня видеть? Брось! Я не держу зла! Да, ты убил мое тело, понадобилось много времени, чтобы вырастить новое, заодно обдумать положение, — регент пошевелился, Лайт сделал торопливый шаг назад и врезался спиной в стеллаж. — Перестань, Макс. Я ведь правда люблю тебя. Да, я не совсем человек, но, поверь, я умею чувствовать. Без тебя было чертовски скучно и пусто. Давай ты перестанешь трястись и подойдешь? Обними меня, мать твою! 

Патрик засмеялся. Он хохотал, как одержимый. Сигарета выпала изо рта и, дымясь, покатилась по полу. Он уперся спиной в полки и сполз по ним, сотрясаясь от истеричного смеха. Мужчина пытался прикрыть лицо руками, но сквозь пальцы текли слезы, а вдохи были похожи на всхлипы. Рядом присел Гор, положил руку на плечо, а второй аккуратно коснулся волос охотника. 

— Ну... Ты совсем расклеился, Макс. Я понимаю, как тяжело все это было. Прости, я должен был тебе сказать... Но, сам понимаешь, это по началу было сложно, а потом я не хотел, чтобы ты совершенно проехал крышей. 

— П-п-пр... 

— Что? — регент наклонился чуть ближе к Патрику. 

— П-п-проси, Гор, — выдавил охотник, поднимая голову. 

Ярко-голубые глаза были так близко. От него даже пахло почти так же — сигаретами, немного потом, чуть-чуть зубной пастой и кремом для рук. И губы были такие же мягкие, хотя гораздо холодне, чем Патрик помнил. Он жадно тянул эти секунды, погружаясь в прошлое. Тяжесть пистолета вернула его в настоящее.

Вспышка и грохот.

Мертвое тело падает рядом. Не смотреть. Времени почти нет. Охотник бросился вперед, подскальзываясь в крови, перемахнул через саркофаги. В одном из них спало тело Евы, не сложно догадаться. Взгляд охотника заметался по переплетению проводов. Все не то!

За спиной как будто разогнали катушки Тесла — потрескивание электрических разрядов угрожающе учащалось. Запах озона напоминал о городе после сильной грозы, но тут грозе только предстояло разразиться.

— Где же ты, где?..

Взгляд охотника прыгал с одного предмета на другой. Тут должна быть железная коробка с замком. Просто стальной куб без окошек, гравировки, надписей. Есть. Пальцы с размаху наткнулись на твердую грань и аж загудели. Лайт стиснул зубы, схватил куб и рефлекторно перекатился под прикрытие саркофага. В полу на том месте где он только что был, осталась дыра, как будто что-то беззвучно взорвало металл.

Пальцы Рика нащупали клапан открывания анабиозной камеры, щелкнул механизм и крышка откинулась, прикрывая его сверху. Спустя секунду в ней зияла ажурная дыра. В руках уже была отмычка. Мужчина рванул к соседнему хромированному гробу как раз вовремя, чтобы услышать грохот за спиной. Невидимый, неосязаемый регент был воплощением ужаса. Ты не можешь его даже почувствовать, в то время как он запросто может тебя убить.

Патрик отмахнулся от размышлений, открыл анабиозную камеру и, запрыгнув внутрь, захлопнул крышку. Времени мало. Внутри было не больше восьми градусов, чтобы поддерживать в помещенном теле замедленную иллюзию жизни. Отмычка вошла в паз замка, уперлась, но не провалилась. Покачав ее стремительно замерзающими руками Лайт почувствовал, как становится влажно и душно — через назальные трубки в гроб подавался специальный газ, препятствующий отмиранию клеток. Он погружал организм в анабиотический сон. 

Прижав трубку локтем, Рик усиленно заработал отмычкой. Щелчок. Поворот. Опасный момент. Тело инструмента немного выгнулось, сопротивляясь давлению. Трубка с шипением выскочила из стенки — разорвались крепежи. Газ хлынул внутрь. Охотник задержал дыхание. 

Поворот. 

Щелчок.

Куб открылся.

Голова ватная. 

Перед глазами хищное лицо. Шорох простыней. Влажный поцелуй на груди. Пальцы нащупывают что-то инородное, бьющееся, как сердце. Губы скользят по животу, оставляют дорожку горящих поцелуев. Пальцы сжимаются в кулак.

Оглушение. Невесомость. 

Удар. 

Темнота.

***

— Какой же ты везучий сукин сын, Рик, — доносится голос словно сквозь вату, — наглотался анабиотика, получил сильнейший ожог груди, сломал несколько костей, полетал в этой чертовой холодильной камере и жив.

— М-м-а-и-и-н ? — вместо голоса вырвался едва слышный хрип, спазм скрутил легкие и охотник зашелся в разрывающем кашле.

Сильные руки придержали Парика за плечи. Кто-то зафиксировал голову и между приступами кашля влил в рот холодную как сама Арктика жидкость. Кашель ушел постепенно, зрение прояснялось. Над охотником высоко наверху парил сводчатый потолок. Через узкие окна пробивался скупой утренний свет. Обстановка плыла перед глазами, слепляясь в один теневой ком, из которого выступил Глава. 

— Патрик Максим Лайт, тебе нельзя говорить, пытаться встать, танцевать, петь, есть. Тебе сейчас много чего нельзя. Только покой. — Он едва заметно улыбался. — Ты справился, поздравляю. Но цена высоковата для человеческого существа. Я хотел привлечь к лечению вампиров, но твой друг запретил.

— И это не обсуждается! — вклинился Мартин.

Лайт поднял руку и оба замолчали. Он ткнул пальцем в сторону учителя и покачал головой. Потом показал на регента и кивнул. 

— То есть ты согласен? — переспросил Глава. Охотник снова кивнул. — Отлично. И Лайт, можешь не беспокоиться, твои друзья в безопасности теперь. Я у тебя в небольшом долгу. 

Но Рик только закрыл глаза.

***

Месяц назад ткань жизни словно разорвалась, выпустив прошлое в настоящее. Он убил Гора дважды. Регент. Все это время он был всего лишь нечистью, одержимой властью. Лайт смотрел, как на ложке догорает сахар, как он капает через отверстия в рюмку с зеленой жидкостью. Горечь обожгла горло, упала в желудок микровзрывом. Охотник медленно выдохнул и закашлялся. Пищевод еще помнил ожог анабиотиком.

— Заливаешься, Максим Лайт? — прозвенел над ухом женский голос.

— Аннет, если ты хочешь умереть, могла бы выпить силениум, — вяло огрызнулся мужчина, поморщившись от звука своего второго имени. 

— Да, под крылышком у Главы очень тепло, — вампирша заняла соседний стул и покосилась на нескольких человек, как бы случайно придвинувшихся к стойке. — И каково быть Иудой рода людского? 

— Что тебе нужно? — Рик отодвинул рюмку и посмотрел в глаза кровососке 

— Я... — женщина видела, что он не боится смерти, пыток, морального бичевания, ему уже все равно. — Я пришла мириться, Лайт. Наверное, не с того начала, прости. Наш дом посоветовался и... Ты не виноват в том, что Адам был алчной до крови похотливой свиньей. Я его очень любила, но он вырыл себе могилу сам. 

— Голос разума завелся? — Патрик нашел в себе силы удивиться.

— Вроде того. Мне пора, Лайт. Можешь не опасаться за свою жизнь, — она встала и отойдя на пару шагов, обернулась. — Знаешь, охотник, я читала, что регент не может выдумать человека. Только скопировать.

Она ушла. Охотник опустил лицо на ладони и задрожал как будто от смеха.

Другие работы автора:
+1
13:36
59
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
54 по шкале магометра

Другие публикации