Двенадцать последних дней из жизни Бессмертного (5)
Глава 5. День второй. Пробуждение.
Тьма развеивалась вместе с приходом сознания. Неясные и разноцветные всполохи сначала участились, затем превратились в белое пятно. Через некоторое мгновение "белое пятно" шевельнулось и издало вполне человеческую речь:
-Наконец-то Вы пришли в себя, голубчик. Право, нас изрядно заставила поволноваться непредсказуемая агрессия. Поэтому мы просто были вынуждены принять некоторые меры, дабы обезопасить себя, да и Вас, тоже...
Незнакомый мужской голос звучал распевным баритоном и сопровождался частым постукиванием. Резкость моего зрения постепенно улучшалась, и, наконец, говорящее "белое пятно" сформировалось в фигуру седовласого мужчины в белом халате. Тот сидел напротив меня за столом, на котором лежала папка с какими-то бумагами.
Человек в халате теребил левой рукой дужку очков, а пальцами правой руки выдавал мелкую дробь по дереву столешницы.
Руки мои нестерпимо ныли. Они странным образом находились за моей спиной, и любые усилия изменить их положения отзывались неудачей с моей стороны. К тому же, у меня сильно зачесался кончик носа. Неистовый зуд был такой силы, что вместо слов приветствия мои уста выдали мученическое мычание:
-Развяжите мне руки, пожалуйста...
Человек в белом халате положил очки на стол, встал со стула и стал прохаживаться взад-вперёд. Затем отвернулся к окну и как-то отрешённо сказал:
-День сегодня пасмурный. Возможно, к вечеру дождь соберётся. Хорошо бы...
Затем мужчина в белом заложил руки за спину, развернулся ко мне и продолжил:
-Столько всяких полезных дел я мог бы сейчас проделать на своей даче. Клубника нуждается в поливе, да и газоны стричь надо. И вместо всего этого, в свой долгожданный отпуск я вынужден ни свет, ни заря срываться с места и ехать в клинику. И всё для чего?..
Затянувшаяся пауза была длительной, словно собеседник ожидал ответа на свой вопрос. Видимо, не дождавшись, он продолжил:
-И всё потому, что некий гражданин вдруг осознал себя могущественным волшебником и попытался изменить мир. Потому, что Сергей... Как там его фамилия? – мужчина приоткрыл папку с документами, пробежался глазами по бумагам и продолжил, – Сергей Анатольевич Беспалов возомнил себя неким Биллом Эвансом – бессмертным Англичанином, который ищет древний артефакт, способный изменить ход самой Истории.
-Не понимаю, о чём вы сейчас говорите, – пробубнил я сквозь зубы, тем временем рассматривая окружающую обстановку и прислушиваясь к собственным ощущениям.
Кабинет, навскидку, был метра четыре шириной. Передо мной было небольшое окно с массивной стальной решёткой, за которым виднелась крыша неизвестного здания с многочисленными антеннами. Судя по теням, которые отбрасывали эти антенны, было около трёх часов дня. Небо было почти безоблачным. Воздух за окном дрожал от летнего зноя, а в желтоватом мареве, поверх крыши соседнего здания, виделось тёмно-зелёное пятно лесного массива.
На подоконнике красовался цветочный горшок с кактусом, а рядом с ним стояла пластиковая бутылка с водой и распылителем вместо пробки.
При виде воды у меня засосало под ложечкой. Облизав пересохшие губы, я подавил в себе просьбу о глотке воды. Но седовласый мужчина в белом халате заметил мой направленный взор, ехидно улыбнулся, сел за стол и начал снова выстукивать пальцами очень знакомый и незамысловатый мотив.
-Сергей Анатольевич, ведь Вы взрослый и адекватный человек. Поэтому я не стану долго утомлять нас обоих рассуждениями о Вашем психическом здоровье. Мне, если честно, абсолютно безразлично – нормальный Вы человек или законченный псих. Наши общие знакомые поместили Вас в эту лечебницу с одной лишь целью – обезопасить себя от неадекватных поступков с Вашей стороны, а заодно получить некоторую информацию об одном древнем артефакте, имеющем огромную материальную и, не менее значимую, духовную ценность. Как только Вы, Сергей Анатольевич, поделитесь своими знаниями, я тотчас же подпишу положительное заключение о Вашем психическом здоровье и распоряжусь доставить Вас по месту регистрации. Более того – Вам тут же принесут стакан воды. Ведь, право, не стоит переносить жажду, которая мучит Ваш организм.
Я слушал монолог доктора и пытался оценить ситуацию. Заодно рассматривал предметы в кабинете, которые можно использовать как оружие.
-Что будет, если я откажусь? – спросил я у седовласого мужчины в белом халате, повернув голову направо и делая вид, что плечом стараюсь успокоить нестерпимый зуд кончика носа.
Краем глаза я заметил движение позади себя. Кто-то очень легко и почти невесомо, переместился мне за спину. В этот момент я почуял аромат женской туалетной воды и очень знакомый запах шампуня.
-А как Вы сами думаете, Сергей? – вопросом на вопрос ответил доктор.
-Вообще нет никаких идей на этот счёт. Всё же могу предположить, что Вы упрячете меня в одиночную камеру, чтобы сломать волю. Признаюсь, что мне очень нелегко будет перенести подобные лишения, находясь в этом теле. И всё же я отвечу отказом на ваше предложение. Более того, ровно через десять минут я сломаю шею Вам, а затем возьму в заложницы ту женщину, что прячется за моей спиной.
С этими словами я резко повернул голову влево и успел зафиксировать женский силуэт в знакомых джинсах и салатовой сорочке.
-Ксанка, Софи, или как там тебя зовут на самом деле?! – окликнул я особу позади, – Хватит прятаться у меня за спиной! Наверняка ты держишь наготове в руке шприц со снотворным. Так знай – прежде чем я отправлюсь в объятия Морфея, ты пожалеешь неоднократно о своём существовании на этом свете.
Человек в белом халате, что сидел прямо передо мной, не переставая выстукивать мотивчик детской песенки "В траве сидел кузнечик", вдруг ухмыльнулся и сказал:
-Интересно всё-таки, как это Вы станете выполнять свои обещания? Я на счёт моей шеи и прочих угроз в адрес Вики - моей помощницы.
Женщина, что стояла позади меня, чуть слышно хихикнула, затем присвистнула и, демонстративно держа шприц в правой руке, подошла к моему собеседнику за столом.
-А он у нас, кроме того что бессмертный – ещё и "всемогущий", – делая ударение на последнее слово, улыбнулась всеми зубами Софи.
И это действительно была та самая "Амазонка", с которой я творил разбои в Танзании, будучи ещё в теле Билла Эванса.
-Позвольте представить, Виктория Дмитриевна – моя помощница во многих делах. Для своих – просто Вика! – махнул левой ладонью доктор, не переставая тем временем выстукивать "Кузнечика" правой рукой.
-Очень приятно, – не без злорадства оскалился я в улыбке, – Меня Федей зовут, а иногда и Васей. Но, чаще всего, я не нуждаюсь в приглашениях и сам прихожу, когда мне самому это необходимо.
Вдоволь насладившись своей речью и наулыбавшись, я натянул маску серьёзности и спокойно, но достаточно громко, произнёс:
-Восемь!
-Что – "Восемь"? – с неподдельным недоумением произнёс седовласый мужчина за столом, моментально прекратив выстукивание навязчивого мотива по столу.
-Восемь минут – ровно столько осталось времени до начала выполнения моих обещаний.
-Ха-ха-ха-ха! – громогласно отреагировал доктор, затем побагровел лицом и обратился к Вике-Оксане-Софи, – Девочка моя, сделай-ка ему половину дозы. Пусть остепенится да остынет малость.
Женщина улыбнулась своими обольстительными губами, подошла к моему стулу и сказала:
-Ничего личного – только деловые отношения!
Затем вонзила мне в предплечье иглу сквозь больничную одёжку и надавила на поршень шприца. Когда прозрачная жидкость остановилась на половине шкалы, женщина вынула иглу из моего тела и ещё раз улыбнулась:
-Больной либо жив, либо он мёртв. Третьего, в твоём случае, не дано!..
-Какая же ты нежная и ласковая – моя прелестная Смерть! – оскалился я в ответ.
Виктория демонстративно поцеловала меня в губы, затем подмигнула и вернулась столу.
Седовласый доктор снова забарабанил по столу, но теперь уже пальцами обеих рук. "Кузнечик" в его исполнении был превосходен и казался издёвкой над моим положением.
Тем временем я "прислушивался" к своим внутренним ощущениям и пытался угадать, что за "снадобье" мне вколола Вика-Оксана-Софи.
По телу разливалось тепло и лёгкое жжение. По всей видимости, это был "коктейль" из сильнодействующего снотворного и транквилизатора. Судя по дозе, в состоянии бодрствования мне оставалось находиться не более десяти минут. Вполне хватит для выполнения задуманного...
Те двое напротив меня так и смотрели за моей реакцией на препарат. Я сделал вид, что разомлел и начинаю засыпать. Натянув на лицо маску безразличия, я вдруг отрешённым голосом стал подпевать детскую песенку, мотивчик которой так усердно выстукивал доктор.
-В тра-ве си-дел куз-нечик, в тра-ве си-дел куз-нечик. Зе-лё-нень-кий он был...
Затем замолчал на секунду, прикрыл глаза и опустил голову на грудь. Отсчитал ровно тридцать секунд и резко вскинул голову вверх, одновременно почти выкрикнул слово:
-Три!!!
Виктория, подошедшая ко мне в это время вплотную, невольно вскрикнула и отпрянула на полшага.
-Ха-ха-ха! – зычно отреагировал я на испуг женщины и добавил:
-Поцелуй меня ещё раз на прощание, крошка. Я хочу запомнить вкус твоих губ.
-Вот ещё! – возмутилась Вика-Оксана-Софи и вернулась к столу доктора.
-Ну, что тебе стоит? Всего лишь прощальный поцелуй – разве я многого прошу взамен информации о статуэтке?
Мужчина за столом прекратил барабанить пальцами по столу, переглянулся со своей помощницей, затем пристально посмотрел на меня и недоверчиво спросил:
-Ты решил нам рассказать о местонахождении идола?..
-А почему бы и нет, – незамедлительно ответил я, – Вы получите то, чего так желаете. И я не стану рассказывать о тайных свойствах статуэтки, и предостерегать о последствиях применения силы, что таит в себе этот древний артефакт. Вы сами хлебнёте по полной всех прелестей африканской магии. Всего лишь один "поцелуй принцессы" – и идол ваш...
-Ты блефуешь!? – с презрением и недоверием произнёс доктор.
-Возможно, – ехидно улыбнулся я ему в ответ, – Только как проверить – правду я говорю или нет? Думаю, выбор у вас невелик. В тот же момент вы совершенно ничем не рискуете. Всего лишь одно прикосновение её прелестных губ к моим, и у вас появится шанс. Почему бы им не воспользоваться?
Мужчина с женщиной опять переглянулись. Виктория недоумённо пожала плечами, а доктор многозначительно кивнул ей в ответ. Та сделала недовольную мину и приблизилась ко мне, всё также держа шприц с препаратом наготове.
Аромат туалетной воды и шампуня снова ударил мне в нос. На фоне этого благоухания я почувствовал совсем тонкий, почти неуловимый, оттенок лаванды.
Женщина припала к моим губам.
Я пустил в ход язык. Вика поначалу воспротивилась и хотела отпрянуть, но встретилась с моими глазами и продолжила страстный поцелуй.
Ох, как же не хотелось мне прерывать этот миг. Я готов был вечно наслаждаться вкусом её губ, как это было в те давние времена. Как же мне хотелось в тот момент обнять её за талию и войти своей плотью в её лоно...
Но внутренние часы неумолимо отсчитывали последние мгновения, и наконец, я прервал похотливый поцелуй, отстранившись от женщины и громко крикнув:
-Раз!!!
Треск рвущихся волокон ткани смирительной рубашки был заглушён громким хлопком моих ладоней по ушам Софи. Оглушённая женщина вскрикнула от неожиданности и присела на корточки. Я выбил ногой шприц из её левой руки и ловко схватил его на лету.
-Ничего личного – только деловые отношения, – улыбнулся я ей и вонзил иглу в солнечное сплетение.
Затем мощным хуком слева отправил опешившую "Амазонку" в нокаут и одним прыжком оказался на столе перед доктором.
Тот явно не ожидал подобного поворота событий. Седовласый мужичок с неподдельным страхом смотрел на меня снизу вверх, а рука его непроизвольно потянулась к ящику стола.
-Я ведь предупреждал тебя, что ровно через десять минут сломаю шею?
Тот поёжился, схватился одной рукой за горло и медленно кивнул.
-Обычно я сдерживаю обещание, – улыбнулся я доктору, – Почему же в этот раз я должен изменять своим принципам?
С этими словами я моментально уселся пятой точкой на деревянную столешницу, обхватил лодыжками шею седовласого доктора и резко перевернулся на живот. Послышался вскрик и хруст ломающихся шейных позвонков, а затем наступила тишина, в которой слышно было биение моего сердца...
Руки мужчины безвольно свисали вниз, а неестественно вывернутая голова его покоилась на столе, когда я слез на пол и подошёл к телу Вики-Оксаны-Софи.
Она всё также была прекрасна и обворожительна, даже лёжа на полу без сознания. И то, что она вдруг оказалась на стороне неведомого мне врага – меня нисколько не заботило. Я всё также с трепетом относился к её восхитительному телу, что прельщало своими таинствами мужскую плоть.
Я поднял её с пола, взвалил на плечо и направился к выходу. И в этот момент я услышал постукивание пальцев по полировке столешницы у себя за спиной.
Немного опешив от неожиданности, я медленно повернулся к столу и обомлел.
Тело седовласого доктора с вывернутой шеей выстукивало обеими руками "Кузнечика". Затем мужчина за столом невероятно увеличился размером в плечах, а из-под больничного халата вынырнули ещё две руки и присоединились к первой паре. Словно издеваясь, они тарабанили навязчивый мотив всё более неистово. Затем голова доктора вскинулась вверх...
На меня смотрело ужасное лицо Майкла Эванса – Белого колдуна.
Несколько секунд мы глазели друг на друга, но и этот короткий промежуток показался мне вечностью. Леденящим холодом веяло от взора четырёхрукого доктора, и того навязчивого и циничного мотивчика детской песенки, что выстукивали по столешнице две пары рук.
Вероятно, снотворное с транквилизатором уже начали свои неумолимые действия, потому как резкость моего зрения на миг ухудшилось и изображение подёрнулось белой пеленой. Силой воли я добавил бодрости организму, окинул взором обстановку кабинета и схватил свободной левой рукой первое, что попалось на глаза – швабру, которая стояла возле двери.
Придерживая правой рукой за талию тело Софи на своём плече, я шагнул навстречу Белому колдуну. Готовый практически голыми руками вступить в схватку с неведомой силой, я был полон решимости и ненависти. Когда я находился в двух шагах от стола, рот четырёхрукого урода приоткрылся и из него на столешницу вывалились чёрные пауки. А затем и само тело доктора с лицом Майкла Эванса рассыпалось на миллионы членистоногих, которые падали на пол и растворялись в пространстве. Наконец я остался один посреди кабинета со своей "драгоценной" ношей на плече.
-Гадость какая! – сорвалась с моих губ неприязнь ко всему потустороннему.
Ничего больше не оставалось, как покинуть помещение. Подходя к двери, я даже немного сожалел о том, что битва с Белым колдуном так и не состоялась.
Но разочарование длилось недолго, ведь за дверью меня ждало много всяких сюрпризов.
Пятеро мужчин в чёрной униформе, с резиновыми дубинками в руках торопились по коридору, когда я с телом Софи вышел из кабинета. Намерения охранников были предельно ясны, и я не стал ждать, пока они спросят у меня – "Который час". Двое, получив рукояткой швабры между глаз, повалились навзничь, но были подхвачены на руки позади стоящими. Третий ловко отпрыгнул в сторону и парировал мой Кроазе* своей резиновой дубинкой. Впрочем, его навыки в фехтовании были ниже уровня новичка, поэтому тот быстро отправился в нокаут мощным ударом в висок. Те двое, что подхватили на руки своих павших "воинов", быстро оправились от неожиданности и захотели ретироваться. Одного из них догнала швабра. Удар по затылку был звонкий и сопровождался звуком падающего тела. Второй убегающий, видимо, запутался в собственных ногах и распластался метрах в десяти от меня. Подобрав с пола швабру, я подбежал к "вояке" и когда тот попытался подняться на четвереньки, ловким движением поддел его своим оружием под нижние конечности и перевернул на спину.
-Не убивайте меня! – пропищал блюститель спокойствия клиники.
Когда я надавил перекладиной швабры ему на горло, на брюках охранника появилось тёмное пятно и стало разрастаться в размерах, постепенно превращаясь в лужу на полу.
-Где выход? – спокойным тоном спросил я у обмочившегося со страха "воина".
-Там, – указал рукой блюститель порядка в сторону массивной двери.
-Ключи! – безапелляционно потребовал я, не отнимая швабры от его шеи.
Дрожащей рукой он сунул руку в карман куртки и достал оттуда связку.
-Бросай! – сквозь зубы процедил я.
Неловко замахнувшись, тот кинул ключи к моим ногам.
-А теперь вали отсюда, – скомандовал я, убирая от горла поверженного и подавленного противника швабру.
Горе-вояка неуклюже приподнялся на локтях, отполз на метр назад, затем перевернулся на четыре конечности и, спотыкаясь, заторопился прочь.
Подняв с пола связку ключей, я направился к выходу.
За массивной дверью меня ждал ещё один сюрприз, в виде отряда вооружённых полицейских.
-Положите заложницу на землю и поднимите руки! – скомандовал в мегафон здоровенный детина с погонами старлея.
-Моей подружке стало дурно от больничных ароматов, вот я и решил забрать её домой, – стараясь потянуть время, пошутил я.
-У нас есть приказ – не брать вас живыми в случае оказания сопротивления. Поэтому я советую положить на землю женщину и сдаться. Так вы сохраните себе жизнь! – не поняв моих шуток, продолжил старший лейтенант.
-Я требую два миллиарда китайских юаней мелкими купюрами и подводную лодку, – пытаясь изобразить законченного психа, язвительно улыбнулся я.
"Дела совсем плохи" – пронеслось в моей голове, когда из-за угла показался чёрный минивэн, и из него высыпали полтора десятка вооружённых "спецов" в камуфляже и с масками на лицах.
-Я повторяю – у нас есть приказ не брать вас обоих живыми, – не унимался старлей, – Считаю до пяти и открываю огонь!
-Хорошо, хорошо. Может быть, тогда дадите мне катер и немного мелочи на газировку. Страсть как пить хочется, – я натянул на свою физиономию улыбку идиота и обдумывал дальнейшие действия.
-Один! – раздалось в ответ из рупора мегафона.
"Кто за всем этим стоит? Должно быть, это очень влиятельное лицо, которое знает мою историю, связанную с бессмертием, раз по мою душу прибыл отряд спецназа. Кто он, тот человек? И Человек ли он вообще?.." – размышляя, я почувствовал, как веки наливаются непреодолимой тяжестью.
Снотворное брало правление в свои руки. Навскидку, мне оставалось не более минуты. Сила воли, которой я сдерживал действие наркотика, таяла с каждой секундой. Мне больше ничего не оставалось, как сдаться на милость спецам или принять одну из своих смертей. Но что меня ждёт за очередной гранью? Какое воплощение последует после всего этого? На эти вопросы никто не мог ответить.
"Уж лучше смерть и небытие, чем оказаться в каком-нибудь пыточном подвале с вонючей похлёбкой и огромными крысами по соседству" – пронеслась в тающем сознании шальная мысль.
Глазами я поискал хоть что-то, что могло сойти за оружие. Массивная латунная рукоятка на входной двери клиники – вот то единственное, что могло подойти.
-Два! – прозвучал голос старлея.
Подкинув на плече тело Софи, я придал своему телу устойчивости и свободной рукой потянулся к ручке двери.
-Три!..
Прохлада метала приятно ощущалась в ладони. Перенеся точку опоры на левую ногу, я с силой крутанул массивную латунь. Стальной лист двери застонал, словно от боли, с секунду сопротивлялся, а затем выдохнул свою беспомощность диким скрежетом разрываемой стали.
-Четыре! – не унимался рупор мегафона.
Сознание моё находилось уже на тонкой грани. Ещё мгновение, и я потеряю контроль над телом и рассудком. Собрав крупицы воли в упругий комок, я сжал в руке массивную латунную рукоятку и мысленно прицелился. Мой "снаряд" должен точно пройти сквозь стекло автомобиля, которым прикрывался здоровяк в звании старшего лейтенанта. Аккурат чуть выше рупора мегафона он войдёт в лобную кость и составит компанию серому веществу в черепной коробке. А потом для меня наступит тьма и неизвестность, которую я приму с благодарностью...
Губы старлея уже готовились выдать финальную цифру, а серая пелена подкрадывалась к моему "Я" всё ближе, когда с диким рёвом из-за угла клиники вылетел огромный чёрный внедорожник с тонированными стёклами. Машина истошно завизжала тормозными колодками и остановилась в шаге от крыльца. Задняя дверца распахнулась, и чернокожий человек на чистом Русском скомандовал мне:
-Мигом в тачку, если жизнь дорога!
Долго меня упрашивать не пришлось. Ловким движением я закинул Софи на сиденье, а затем и сам бросился следом. Дверца автомобиля с силой захлопнулась, когда водитель нажал на педаль акселератора. Послышался визг шин об асфальт, а за ним раздались выстрелы. Пули оставляли на тонированных стёклах лёгкие отметины, но дальше этого дело у них не шло.
"Бронированная" – пронеслась догадка в моей голове, прежде чем сознание растворилось в сером и липком тумане...
продолжение следует...
