Никогда не бейте детей! (часть 2)

Мальчишка благополучно доехал на двух электричках до Малой Вишеры и купил билет до Бологое. Электричка уходила поздно и в конечный пункт должна была прибыть заполночь. Парень, толком не питаясь целый день, решил сходить в привокзальную столовую. Там он оставил целых полтора рубля и очень сытно поел. Наполнив флягу водой из колонки, он дождался своей электрички.

Парнишка сидел около раздвижных дверей в тамбур и смотрел в окно, где почти ничего не возможно было рассмотреть – ночь есть ночь, к тому же на небе сгустились тучки. Мерный стук колёс постепенно усыпил мальчишку, который обычно в такой час уже давно спал в своей кровати. Рюкзак стоял рядом на сиденье, и паренёк, облокотившись на него уже крепко спал.

Он и не предполагал, что неприятности начнутся так скоро.

Его вывело из сна чьё-то настойчивое прикосновение. Кто-то тряс его за плечо.

– Мальчик! Мальчик! Проснись!

Он спросонья не сразу сообразил, где находится, и что вообще происходит. Протерев глаза, он увидел перед собой старушку – она и трясла его за плечо.

– Ты свою станцию не проехал случайно, миленький? – старушка участливо интересовалась у одиноко сидящего мальчика его судьбой. – Где твои родители? Почему ты так поздно один?

– Я.., я.., – возвращаясь в реальность и вспоминая, что придумал говорить в таких случаях, принялся отвечать беглец, – я от бабушки еду из Малой Вишеры, там ей срочно помогать надо было. А в Бологое ждёт мама.

– А чего же ты так поздно? Маленьким в такое время нельзя.

– А я не маленький, – гордо возразил парень, – четвёртый класс скоро заканчиваю.

– Самостоятельный, значит, ты.

– Да.

– Я тоже из Малой Вишеры, а твоя бабушка где живёт? Может я её знаю?

Подобного вопроса парень никак не ожидал и перепугался, что не ответит, а если начнёт врать, то эта старушка быстро всё поймёт. И он по привычке принялся просто молчать. Сердобольная старушка всё допытывалась, а внутри мальчишки зрела паника от возможного разоблачения его планов, особенно после упоминания пожилой женщиной милиции, куда она захотела обратиться, чтобы позаботиться об одиноком мальчике. В это время электричка замедлила ход, подъезжая к очередной станции, а старушка спросила, просто предположив:

– Ну, миленький, чего же ты молчишь? Из дома сбежал что ли?

После такого вопроса, паренёк коротко испуганно взглянул на старушку, а электричка остановилась. Мальчишка вдруг вскочил с места, схватил рюкзак, моментально рванул дверь в тамбур и успел выскочить из электрички. Электропоезд умчался в ночь, а беглец остался один на пустынной платформе, шумно дыша от испуга. В свете одинокого фонаря мальчишка подошёл к табличке с названием станции.

«Остановка Березайка, кому надо – вылезай-ка», – процетировал себе под нос парень стишок, известный с детского сада, но именно эта шутливая фраза вывела его из стрессового состояния бегства от назойливой бабульки.

Он достал карту, нашёл станцию на карте и понял, что Бологое совсем недалеко.

Поздний апрель радовал теплом, но принялся моросить неприятный дождик. Спать мальчишке уже расхотелось, и он решил пойти пешком по железке. Достаточно быстро он понял, что дальше идти ночью невозможно и решил найти место для ночлега, к тому же очень хотелось спать. Он достал из рюкзака «жужик» – фонарик на динамо-машинке и, нажимая на ручку, заставлял гореть лампочку. Спустившись с насыпи он наткнулся в лесу на огромную ель, под которой было сухо. В рюкзаке находился спальный мешок, и завернувшись в него с головой, парень крепко уснул под ёлкой.

***

Мать, придя с работы вместе с младшим сыном и не застав  старшего дома, забеспокоилась. Обнаружив его школьный портфель, она решила, что сын ушёл за чем-то к однокласснику, к которому иногда ходил в гости, и стала просто ожидать его возвращения, немного успокоившись. Приготовив ужин и дождавшись мужа с работы, её тревожность принялась нарастать с новой силой.

– Каков стервец, – раздражённо говорил отец, – хоть бы записку написал, куда идёт. Вот вернётся, я ему высплю по первое число!

Прошло ещё время, за окном стало с всем темно.

– Нет, ну ты подумай! – возмущался отец. – Точно высплю ремня, да, так, что неделю сидеть не сможет!

– А тебе не кажется, что ты слишком строг с ним?

– Это я строг? – закричал муж на жену. – Ты вечно с ним цацкаешься, всё позволяешь ему, вот он и отбился от рук. Надо было пороть его каждый день...

– Как тебя в детстве. Да?

– И что? Отец из меня человека сделал, а твоими методами толку из сына не выйдет...

Дальнейший спор привёл к ругани двух супругов, и они разошлись по разным комнатам...

– Послушай, – жена подошла к мужу после того, как заглянула в шкутулку в шкафу, – ты деньги брал?

– Какие деньги? – переспросил муж, поостыв уже после ссоры.

– Да, вот, тут пятидесяти рублей не хватает.

– Сколько?! Полтинника?

Муж подошёл к жене и заглянул в открытую шкатулку. Тут же сообразил, что к чему и воскликнул:

– Вот паскудник! Он деньги из дома украл! Теперь ты точно мне не помешаешь научить его уму разуму.

– Давай только в этот раз, чтобы без травмотологии обошлось, мне хватило тогда беседы с врачом.

– Не его собачье дело! Как считаю нужным, так и воспитываю сына!

– Ладно, остынь, лучше подумай, зачем сын забрал столько денег.

– Вот, когда выпорю его, как следует, тогда и спрошу!

– Всё-таки я схожу к его другу, у него так и не поставили телефон, а для начала позвоню классному руководителю.

Выяснилось, что сын сегодня в школе не был вовсе, и никаких мероприятий на вечер не запланировано. Ещё учительница сказала, что последний месяц мальчик очень интересовался географией и много расспрашивал о железной дороге. После разговора с педагогом, мать запаниковала:

– Давай проверим вещи в доме, всё ли на месте.

После обнаружения исчезновения большого количества походных вещей, оба родителя догадались, что их сын сбежал из дома.

– Я звоню в милицию, – взволнованно поговорила мать, – ну, почему он сбежал? Мы же всё для него делали...

***

Проснулся беглец утром от звука проехавшей мимо электрички. Удивительно, но он не замёрз, а даже, наоборот, и очень хорошо выспался. Почувствовав зверский голод, он вскрыл консервную банку тушёнки, достал складную ложку и пакетик сухарей, которые он в тайне от родителей заготовил дома в духовке заранее. Запил свою еду водой из фляги, собрал вещи, не забыл завезти старые отцовские часы,  и двинулся вдоль железной дороги в направлении Бологое. Было семь утра. Часа за два паренёк дошёл до крупной станции, намереваясь купить билет на электричку в Москву.

При подходе к зданию вокзала он увидел двух милиционеров и, здорово струхнув, помятуя ночное бегство от бабульки, решил проследить издали.

«Вдруг эта старушка сообщила в милицию, и меня уже ищут», – подумал мальчишка.

В это время милиционер окликнул одного мальчика, но к тому быстро подошла женщина и увела за собой.

«Значит, меня уже ищут, – решил беглец, – на вокзале меня поймают».

Он отошёл в сторону и достал карту. Долго изучая её, беглец нашёл шоссе, ведущее в Москву, понял, куда нужно идти и двинулся в том направлении. Стоя у обочины с вытянутой рукой, он ловил попутку. Мальчишка видел, как это делал отец, когда голосовал на перевале в горах возле моря.

Много машин проехали мимо, но остановился один большой грузовик. Открылась дверца, и за ней показался шофёр.

– Чего? Подбросить?

– А можно? – робко спросил пацан.

– Ну, а нафиг я тогда остановился? Конечно, можно. Тебе куда?

– Вообще в Москву.

– Во, и мне туда. Да, залезай, ты не бойся, я нормальный мужик. Давай помогу с рюкзаком.

Мальчишка подал рюкзак шофёру и сам залез в кабину. Посмотрев внимательней на незнакомца, нашёл его добрые глаза и улыбку.

– Ну, что, – начал беседу водитель грузовика, тронув машину, – давай знакомиться, я Пётр Иванович, можно просто дядя Петя. А тебя как?

– Вася, – заранее заготовленным именем назвался беглец.

– Ты, как на трассе оказался?

– Я? Это... у бабушки был, ей помочь надо было, а теперь возвращаюсь, вот только денег нет, и билет на электричку не купить, – заученно выпалил мальчишка.

– А-а, бывает, – сочувственно протянул шофёр, – так я довезу, не дрейфь, за мной не заржавеет. Вдвоём веселее в пути. Согласен? Ты в Москве живёшь?

– Угу.

– А где? Может мне по пути, так я тебя домой заброшу, всё равно порожняком иду, груз уже отвёз и возвращаюсь на базу. Дома-то кто ждёт?

– Только мама.

– Ну, а адрес-то скажешь?

– Улица Ленина, дом два, – быстро без запинки ответил попутчик.

– А, это где? Чего-то я не припомню... Рядом какое метро?

И вот тут парень понял, что попался, ведь он совсем не знал Москвы, тем более названий станций метро. От этого он так перепугался, что вовсе замолчал. Эту перемену в поведении мальчишки заметил дядя Петя.

– Ты чего побледнел, Васька? Просто не помню, где такая улица. Не переживай, если не смогу довести, я тебе дам копеек тридцать-сорок, у меня мелочь есть, так тебе и на метро, и на мороженое хватит... Э-э, да ты чего? Я что-то не то сказал? Ты чего плачешь?

Пётр Иванович остановил грузовик и полностью повернулся к пацану.

– Ну, ты чего, сынок? Чего слёзы-то льёшь? Случилось что?

– Вы.., вы.., меня... меня.., – всхлипывал мальчишка, заливаясь слезами, – в милицию.., а они.., они... меня обратно...

– Ты что, Вася, – вдруг догадался шофёр, – из дома сбежал что ли?

Паренёк только закачал утвердительно головой не в силах уже говорить, утирая слёзы.

– Ну, ты, брат, даёшь! – водитель пододвинулся к мальчишке и обнял его, утешая.

От шофёра пахло мазутом, табаком и ещё чем-то неизвестным и резко-неприятным, но парнишке всё вместе показалось очень добрым. Он почувствовал, что этот чужой человек заботиться о нём, сопереживает ему и хочет помочь. Парень всегда сторонился, когда его пытались приласкать мать или отец, от этого внутри него возникало жуткое ощущение неудобства, сродни какому-то отвращению. А тут посторонний мужчина обнял его, от чего скрытая нежность внутри парнишки вышла наружу. Он обнял дядю Петю и зарыдал ещё сильнее в объятиях того.

– Ну, ладно, брат, – успокаивал мальчишку шофёр, поглаживая по спине, – давай, ты мне расскажешь, а потом мы подумаем, как быть. Хорошо?

Паренёк кивнул головой в знак согласия.

– Ну, вот и славно. Только поедем, по пути лучше говорится.

Беглец рассказывал дяде Пете всё, как есть в отношениях с родителями. Когда же дошёл до недавнего эпизода с избиением железным прутом, шофёр невольно произнёс:

– Вот сволочь!

После чего вставил крепкое непечатное словцо.

Дослушав откровения пацана, дядя Петя, призадумавшись, произнёс, глядя на дорогу:

– Теперь всё понятно, почему ты дёру дал из дома. А, где ты на самом деле живёшь?

– В Ленинграде.

– В Ленинграде?! – удивлённо переспросил шофёр. – И когда ты сбежал?

– Вчера утром.

– Обалдеть! За сутки так далеко уехать! А ночевал ты где?

– Под ёлкой в лесу около Березайки, – смутился беглец, говоря о своих приключениях, – бабка одна пристала в электричке и сказала, что пойдёт в милицию и расскажет обо мне. Вот я и выбежал ночью на станции раньше.

– Ну, ты, брат, даёшь! Уважаю! И не страшно было ночевать в лесу?

– Не-а.

– Знаешь, это очень смело с твоей стороны уйти в никуда. Я вижу, ты не просто сбежал, а продумал свой побег. Вон, палатка у тебя, а в рюкзаке, небось, спальник есть, может, даже примус. Я слышал, как брякнуло что-то в рюкзаке, когда ты его сюда закинул.

– Да, я долго думал и готовился...

– А скажи-ка мне по-честному, ты любишь своих родителей?

Мальчишка взглянул внимательно на шофёра, потом перевёл невидящий взгляд на дорогу, задумавшись.

– Ну, чего молчишь? – допытывался дядя Петя.

Он не давил на мальца, понимая, что ему очень тяжело. Мужчина говорил мягко и доверительно, вызывая мальчишку на откровенность.

– Я не знаю, – выдавил, наконец, маленький попутчик.

– Не знаешь, почему молчишь, или не знаешь, любишь ли их?

– Я их боюсь, – понуро и тихо сказал парнишка, продолжая смотреть на дорогу, – вот каждый раз боюсь, когда они меня зовут к себе, когда просто подходят, когда... ну, это... обнимают или целуют... мне от этого становится неприятно. Я знаю, что это неправильно, я должен их любить...  Это же правильно любить своих родителей? – мальчишка вопросительно посмотрел на дядю Петю.

– Знаешь, брат, конечно, правильно, но любовь штука взаимная. А вот то, что ты рассказываешь, это скверно. Не то, что чувствуешь, а вообще, как всё сложилось. И мне жалко тебя, малыш. Ей-богу, жалко!

Седой водитель грузовика оторвал правую руку от баранки, дотянулся до пацана и нежно погладил его по голове. Мальчишка вздрогнул, и мужчина снова заметил заблестевшие слёзы в глазах парнишки.

– Тебе не понравилось, что я тебя погладил?

– Нет, – всхлипнул беглец, – наоборот... очень..., а когда мама гладит, то очень не нравится, ну.., неприятно...

– Ох-хо-хо, н-да, – только и сказал дядя Петя.

(Окончание следует.. )