Стеклянный ангел

Стеклянный ангел
— Ну, ты что… застрял? — Сережа толкнул остановившегося в двери друга.
— Здесь все застряли… — Артем, орудуя локтями, протиснулся вперед и застыл в оцепенении. Смеясь и толкаясь, ребятня выбежала на крыльцо детского сада и, замирая от неожиданности, создала затор.
Зимнее солнце, осветив иней на деревьях, растущих вдоль ограды, превратило игровую площадку в сказочный лес. Утром мороз заставил всех бежать без оглядки до дверей, не оставляя времени на созерцание природы. А сейчас, тонкое ледяное кружево искрилось, вызывая у детей немой восторг. Артем первым нарушил повисшую тишину и, подбежав к высокой рябине, с разбегу пнул ее. Тысяча мелких иголок, сверкая кристаллическими лучами, посыпались, вмиг превратив проказника в живого снеговика. Восторженный смех заглушил тихий шелест падающего инея. Все кинулись выбирать себе заснеженное дерево. Визг, смех, толкотня тотчас наполнили окружающее пространство.
Сергею достался невысокий куст калины с одинокой гроздью ягод на верхней ветке. Маленькие ежики-ягодки под лучами зимнего солнца успели потерять часть своих белоснежных иголок, и их гладкие бока блестели, как яркие коралловые бусины. Разглядывая их, Сережа снял перчатку и осторожно коснулся ветки с щетинистым инеем. Прутик качнулся, и изморось, осыпаясь с него, пробила в пушистом снегу узкую канавку, из которой торчала прозрачная ледышка.
Мальчик повертел стеклянную фигурку ангела, крыло которого он принял за льдинку, посмотрел сквозь нее на холодное солнце и улыбнулся.
—Что это у тебя? — Артем подбежал к Сергею и заглянул другу через плечо. — Где взял?
—Ангел! В снегу нашел!.. — не обращая внимания на подошедшего товарища, он продолжал разглядывать светящуюся на солнце находку. — Смотри! Он улыбается.
—Дай глянуть… — Прищурив один глаз, Артем вытянул руку с зажатой в ней статуэткой,— Ни фига не улыбается… — и тут же предложил:— Давай меняться. На пистолет!
— Нее! Он улыбается мне… Я его сестре подарю… — Сережа бережно спрятал ангела в карман куртки.

***

В коридоре хирургического отделения больницы Наталья, опустив голову и прикрыв глаза, тихо шептала: «Девочка, доченька моя— держись… Ты сильная…».

Рядом сидящий Сергей, не обращая внимания на проходящих мимо врачей и пациентов, вертел в руках стеклянную фигурку.

— Мама! Я его Еве подарю. — мальчик осторожно дотронулся до матери.

— Кого подаришь? — сбрасывая задумчивость, она тряхнула головой и повернулась к сыну. Не дожидаясь от него ответа, резко встала и сделав несколько шагов навстречу идущему к ним врачу, в нерешительности остановилась.

— Как она? Пришла в сознание?.. — Наталья с надеждой смотрела на подошедшего доктора.

— К сожалению, пока нет… Вы можете пройти в палату… Только недолго. Уже поздно.

— Спасибо, доктор… Нам бы только ее увидеть… — как-то сразу осунувшаяся Наталья суетливо подхватила сумку, обернулась и торопливо взяла сына за руку.

Они тихо вошли в палату, где хрупкая девчушка, опутанная проводами и трубками, лежала на одиноко стоящей в углу кровати. Компрессор с шумом дозированно подавал кислород, а зеленая кривая линия, беспрерывно прыгая, бежала по монитору.

— Поговорите с ней… — врач поправил кислородную трубку.

— А она меня услышит?

— Возможно… Будем надеяться…

Наталья присела возле кровати дочери и сквозь слезы тихо запела.

Сергей, разглядывая бледное и совсем чужое лицо сестры, будто убеждаясь, что это действительно она, осторожно погладил ее холодную руку, а затем бережно поставил на тумбочку стеклянного ангела. Подняв голову, умоляюще посмотрел на мать и еле слышно произнес:

— Я его здесь оставлю.

— Сынок! Наверное, нельзя… — неуверенно прошептала наклонившаяся над сыном Наталья и, прижимая дрожащими руками его к себе, продолжила петь.

— Пусть стоит… — доктор потрепал мальчика по голове и добавил:— Ангел ей не помешает.

***

Задыхаясь и дрожа от холода, Ева медленно брела в темноте, где липкая мгла мешала ей дышать и двигаться. В этой чернильной пустоте только маленький кусочек света, внезапно появившийся вдали, давал ей силы идти дальше. Она остановилась перевести дух и, вглядываясь в движущееся к ней свечение, заметила, что оно приняло очертания прозрачного ангела. Его мягкое белое сияние разрывало жуткую темноту на куски, и сквозь трещины в ней показались очертания далекого города. Ангел подошел к Еве, и она почувствовала, как долгожданное тепло окутывает ее тело.

— Нам туда? — тихо поинтересовалась она, указывая на видневшиеся вдали строения.

—Нет! — ангел покачал головой.

Возникший в это мгновение легкий ветерок, разгоняя остатки черного тумана, принес еле уловимый мотив. Что-то родное слышалось в этой тихой песне, зовущей Еву вернуться, и она обернулась.

— Иди. Тебя зовут… — улыбаясь, ангел коснулся Евы, и она очнулась.

В палате темно, с шумом работает компрессор. Лунный луч, пробиваясь сквозь крохотное отверстие в плотно задернутой шторке, освещает маленькую фигурку стеклянного ангела.

Улыбаясь, Ева погрузилась в спокойный здоровый сон.