Елена и Новый год

Поток гостей иссяк только к ночи. Семья Елены была под огромным впечатлением, но уже немного утомлена, а подарков и гостинцев по-прежнему оставалось столько, что, казалось, их и до следующего года не разобрать. А Елена чувствовала себя абсолютно здоровой, бодрой и окрылённой.

- Милые мои, - обратилась она к мужу и детям, - у меня к вам большая просьба! Пожалуйста, помогите разобрать это всё, - она указала рукой на мешочки, корзинки и кулёчки, а я полечу и всё-таки украшу нашу центральную площадь, как и планировала сегодня. Весь город проявил ко мне заботу и любовь - будет честно, если и я им отвечу приятностями. Вот будет сюрприз, когда к утру они обнаружат центральную площадь украшенной! - глаза феи озорно засверкали.

- Милая, ты уверена? - с беспокойством поинтересовался Леон, - ещё несколько часов назад у тебя не было сил встать с постели - а сейчас ты уже готова творить самое большое волшебство в году?

- Я абсолютно уверена! - фея нежно обняла супруга за шею, - любовь творит чудеса! - обтекаемо произнесла она, - у меня столько сил, энергии и желания делать чудеса, что я не усну, если не займусь этим сейчас же!

- Ну что ж, ты лучше знаешь, как поступить! - Леон обнял Елену в ответ и затем мягко отстранил, - лети, моя прекрасная фея! А мы здесь со всем разберёмся.

Елена расцеловала семью, оделась потеплее - у неё был прекрасный серебристый комбинезон, защищающий от любых холодов, и такие же тёплые сапожки, и в самом буквальном смысле полетела, выпорхнув в дверь, словно серебряная искорка.

Конечно же, Елена умела летать, но никогда не делала этого просто так. Но сегодняшней ночью, когда весь городок спал, у неё было слишком много дел, чтобы терять время. Поэтому, прилетев на Центральную Площадь, фея огляделась и довольно потёрла руки.

Снегопад уже закончился, и центральная площадь была укутана нетронутым пушистым снежным одеялом. Фее некогда было ждать, пока её расчистят, поэтому она взмахнула руками, и снег моментально разлетелся и собрался в большие сугробы по периметру площади.

- С вами я разберусь позже, - шепнула им Елена и начала облетать площадь по кругу, чтобы удостовериться, что во всех близлежащих домах на всех десяти улочках, лучами расходящихся от площади, окна погашены, и жители мирно отдыхают.

Убедившись в этом и вернувшись к центру площади, фея сделала жест руками снизу вверх, и прямо из-под земли за считанные секунды выросла огромная пушистая ель.

Всю ночь до самого раннего утра Елена летала вокруг площади и дальше по улочкам, что-то шептала, делала пассы руками, улыбалась и хихикала, предвкушая радость жителей города.

В утренних сумерках она оглядела дела рук своих и удовлетворённо хлопнула в ладоши. Она хотела уже лететь в сторону дома, но любопытство взяло верх: в ближайших к площади домах начал загораться свет, а,значит, скоро люди начнут выходить на улицы. И фея притаилась, чтобы понаблюдать за их реакцией.

И уже совсем скоро до Елены донёсся восторженный крик:

- Мама, мама, смотри! - вышедший из дому малыш, ещё секунду назад бывший совершенно сонным, радостно расхохотался, оглядывая то, во что превратился Городок за ночь. Малыш стоял и заворожённо смотрел под ноги, ведь сейчас к каждому дому, к каждому подъезду вели расчищенные дорожки, на которых было совсем не скользко. А под ногами сияло много-много маленьких серебряных звёздочек, мигающих и искрящихся. Ребёнок наступал на них ножкой - и они становились больше и ярче. Поднимал сапожок - и звёздочки снова уменьшались.

Расхохотавшись, ребёнок начал прыгать по дорожке, а его не менее удивлённая мама указала куда-то в сторону:

- Глянь-ка сюда, солнышко, - перед ними сидел зайчик из снега, - прямо как живой!

Забыв про звёздочки под ногами, малыш подошёл к зайке и погладил его по голове, а тот в ответ шевельнул ушком, поднялся на лапки и поскакал по городу.

- Мама, он и есть живой! - восторг заискрился в голосе ребёнка.

Тем временем на другой улочке ещё один малыш дёргал за руку отца:

- Папа, папа, смотри, какой большой снежный медведь! А посади меня на него.

Отец легко поднял своего ребёнка и усадил на широкую снежную спину. В ответ медведь шевельнул головой и аккуратно, чтобы не уронить юного наездника, зашагал по улице.

Ребёнок, на миг слегка испугавшийся, тут же расхохотался, а медведь встал у ноги его отца и посмотрел на того снежными глазами, словно спрашивая, куда идти.

Огорошенный отец сделал шаг вперёд - и мишка шагнул за ним и остановился. Ещё шаг - и мишка снова шагнул. Тогда отец уже уверенно пошёл по улице в нужном направлении, а медведь повёз хохочущего ребёнка следом.

На третьей улице юная парочка, вышедшая из дома в сторону работы, замерла, разглядывая окна: морозные узоры на всех окнах города вдруг стали ожившими картинами: вот красивая пара на коньках кружится в танце, а на следующем окне с горки катится малыш. На третьем окне весёлый Дед Мороз машет рукой в пушистой рукавице.

- Боюсь, мы так не дойдём до работы, - рассмеялся юноша, с восторгом разглядывая окна.

- Думаю, сегодня никто не дойдёт до работы, - девушка посмотрела вперёд, где собиралось всё больше и больше народу - и каждый замирал, разглядывая очередную диковину: снег, который ещё вчера лежал на площади и тротуарах, весь превратился в удивительные художественные фигуры: где-то стояли гордые северные олени, время от времени ударяя копытом, где-то - полярная медведица играла со своими медвежатами, где-то целые семейки снеговичков играли в салочки. Снежные зайчата и белочки гонялись друг за другом.

А люди шли и удивлённо осматривали эти ожившие фигуры, толкая друг-друга локтями:

- Смотри-смотри, это же полярная лисица смотрит на небо!

- Глянь-ка - а вон волк роет снежную нору!

Снежные шапки, лежавшие на фонарях, тоже исчезли - теперь вместо них от фонаря к фонарю тянулись снежные гирлянды в форме ярко сияющих звёзд. Они были такими яркими, что даже в сумраке раннего утра становилось светло - но Елена знала, что так будет не всё время: когда люди отправятся спать, звёзды станут тусклее, чтобы не мешать отдыху жителей Городка.

Порадовавшись произведённому впечатлению, Елена отправилась домой отдыхать после непростой ночи.

Вечером того же дня, позвав с собой супруга и детей, Елена отправилась на центральную площадь.

Во что она превратилась! Никогда народ не видывал таких чудес!

Статуя Основателя Города вдруг принарядилась в снежное пальто и снежную шапку, заставляя детей - да что скрывать, и взрослых тоже - жизнерадостно хохотать.

А ровно по центру площади высилась невероятных размеров ель - высотой до самого неба и шириной с целый дом! Она была такой красивой и такой пушистой, какой никто прежде не видел. Но и это ещё не всё: каждая иголочка волшебной ели сияла, сверкала и светилась, играя разными цветами!

Люди останавливались и заворожённо рассматривали диковинное дерево.

Украшена ель была огромными золотыми и алыми шарами и бантами.

- Ой, смотрите! - кто-то из детей подошёл поближе, и увидел, что на высоту человеческого роста на ели висят не только украшения, но мандаринки, шоколадные шарики, расписные прянички и изогнутые карамельки.

Ребёнок снял один большой шоколадный шар - и на его месте тут же появился новый.

- Ого! Их не становится меньше!

Детвора сгрудилась вокруг ёлки, собирая сладости. А когда дети разошлись, к ели подошли и взрослые (ведь взрослые тоже любят сладенькое).

- Ого, это же мой самый любимый горький шоколад! - с восторгом заметил дедушка, откусивший кусочек шоколадного шара.

- А у меня белый, с сушёной малиной, - заметила женщина, стоящая рядом с ним, - надо же, я один раз такой пробовала - и всё мечтала снова ощутить этот вкус. Возьму-ка ещё несколько, попьём дома чай с семьёй.

- А моя карамелька с лимонным вкусом. Обожаю кислую карамель, - улыбалась девочка, облизывая длинный леденец и морща носик.

- А у меня клубни-и-ичная, - протянул пухленький малыш.

Вдоль площади рядком выстроились маленькие, словно избушки, деревянные домишки. И в каждом из них происходило какое-то чудо, поэтому у домиков толпился народ, желая поскорее узнать, что за же это за чудо.

Женщина средних лет кричала из первого домика своей подруге:

- Айза, иди сюда, здесь печка сама печёт пирожки! Какой попросишь, такой она и испечет, представляешь?! Я уже попробовала с капустой, очень вкусный

У другого домика люди стояли с красивыми керамическими кружками, от которых шёл пар, и одна девушка рассказывала другой:

- Заходишь туда - а там маленький шкафчик. Открываешь его, а нём кружечка. Мне попалась вот такая, с лисичками, обожаю лисичек! Посмотри, у всех разные, - девушка оглядела кружки в руках людей: у кого-то была маленькая, буквально на пару глоточков, у кого-то огромная, поллитровая, у кого-то чисто беленькая, у кого-то с яркими картинками.

А люди переговаривались между собой:

- Я как раз хотела всего пару глоточков кофе.

- Обожаю пить много чая!

- Мне так нравится минималистичный дизайн!

- Как же я люблю яркие рисунки!

- Так а что, там ещё и напитки разные? - удивлённо спросила подруга у девушки, отхлебнувшей напиток из кружки с лисичками.

- Да, берёшь кружечку свою, а дальше самовар. Открываешь краник, а из него напиток льётся. У меня горячий шоколад. Кому-то чай налился, кому-то кофе.

- Ого! Встану, пожалуй, тоже в очередь!

Из третьего домика выскочила смеющаяся пара, держа в руках небольшой шарж.

- Ой, а что там? - поинтересовалась у них подошедшая дама в возрасте.

- Там холст, карандаши, кисти, краски - и портрет сам рисуется, представляете? - ответила девушка

- Вот так чудеса! - дама поспешила к домику: больно уж хотела она посмотреть на свой портрет.

Но ей домик нарисовал не забавный шарж, а целое произведение искусства - настоящую картину, да ещё и обрамил её изящной рамкой.

- Вот так подарок! - обрадовалась дама, - надо будет внучат привести!

У четвёртого домика стояла, пожалуй, самая большая компания, ведь там каждый зашедший получал небольшой подарок-сюрприз - и каждому доставалось то, что ему прямо сейчас очень-очень нужно.

- Набор отвёрток! Вот только сегодня о нём думал! - мужчина средних лет почти вприпрыжку шёл в сторону дома, восторженно разглядывая чемоданчик в своих руках.

- А у меня новая удочка! - его друг с не меньшим восторгом смотрел на длинное удилище, - я ведь как раз хотел поехать на зимнюю рыбалку.

- Новые ботиночки для малыша, - молодая мама с коляской сияла, разглядывая тёплые меховые ботиночки, ведь они были так нужны.

- А у меня смотрите, какой большой набор карандашей, - обрадованно показала ей коробку девочка, которая очень любила рисовать!

Люди радовались за себя и за всех вокруг. А Елена, глядящая на всё это со стороны, не могла сдержать широченной улыбки.

Пятый домик тоже был непрост: он давал жителям секретные записочки с предсказаниями на грядущий год. Но там люди ничего не говорили: молча читали свои записочки и прижимали их к груди, мечтательно глядя в небо. Ведь предсказания все были очень добрыми и хорошими!

В шестой домик забегали те, кто замёрз: там было очень тепло и уютно. И кто чувствовал, что пальцы на ногах или руках уже плохо слушаются, шли туда и садились на скамеечку, разглядывая яркие украшения, развешанные по стенам. И уже через пару минут им становилось тепло-тепло - и можно было снова идти на улицу развлекаться.

У седьмого домика народ танцевал: там играла музыка. Но самое забавное было то, что каждый слышал свою музыку - именно ту, которую хотел. Поэтому одни вальсировали, другие плясали гопак, а третьи просто покачивались из стороны в сторону в такт тому, что они слышали.

Восьмой домик стал источником счастья детей: там можно было взять любую игрушку, какую только захочешь: и малыши уходили оттуда со счастливыми улыбками: кто-то тащил огромного плюшевого спрута, кто-то - конструктор в виде корабля, кто-то - заводную куколку.

А девятый домик был заполнен тёплыми вязаными вещичками: рукавичками, шапками, шарфами, носочками - и каждый там находил изделие под свой вкус и размер.

- Мама, смотри, какой пушистый синий шарф! - весёлая девочка с голубыми глазами радостно смотрела на мать, - я же как раз на днях говорила тебе, что хочу для себя синий шарф, - а тебе, смотри, мамочка, я нашла шапку с рукавичками. Они идеально подходят под твоё пальто!

Но и это было не всё! Рядом с ёлкой на площади выросла большая длинная снежная горка с высокими бортиками - и дети, подростки и даже взрослые вереницей скатывались с неё и бежали снова вверх по деревянным ступеням.

- Ю-хууууу! - пролетел мимо Елены по горке парень лет пятнадцати.

- А-а-а-а! - за ним катился его семилетний братишка.

- Вот здорово! - в самом низу они поднялись, хлопнули друг друга в ладони - и снова побежали наверх.

А рядом с горкой появился небольшой каток с ледяным покрытием, играющим всеми цветами, словно северное сияние. У входа на каток стоял стеллаж, где можно было найти коньки своего размера, если вдруг пришёл на площадь без них, но захотел покататься.

- Маришка, смотри, - девочка лет десяти медленно катилась по радужному покрытию, глядя под ноги.

- Ого, это же рыбки! - и действительно, под ногами словно плавали разноцветные голографические рыбки, оставляя за собой золотистый след.

Народу так понравилось волшебство феи, что каждый вечер после всех дел Городок собирался на площади и веселился, играл, танцевал.

А в новогоднюю ночь вдоль всей площади вкруговую вдруг появились столы, которые были накрыты такими блюдами и напитками, каким даже сама скатерть-самобранка бы позавидовала: там были и горячие блюда всех видов, и закуски, и экзотические фрукты, и напитки холодные и тёплые. Каждый мог подойти и попробовать всё, что он хотел - и тут же пустеющие тарелки заполнялись снова и снова, а испачканная посуда моментально становилась чистой.

Весь Городок, как одна большая дружная семья, собрался на площади в новогоднюю ночь.

А когда часы на башне начали бить полночь, все замерли, отсчитывая вслух удары.

И после последнего удара вдруг откуда ни возьмись в небе появились - нет, не салюты - а олени в упряжке и настоящий Дед Мороз. Из повозки Дедушки фонтаном полетели подарочные коробки и начали плавно спускаться в прямо в руки жителям города - и детям, и взрослым. И никто в ту ночь не остался без подарка, даже сама фея Елена: ей досталась волшебная шкатулка, в которую уместилась вся любовь жителей Городка, полученная ей. И стоило Елене лишь немножко приболеть или пригорюниться - открывала она шкатулку, ощущала любовь - и тут же хворь и печаль проходила, потому что любовь - самое большое из всех чудес.