Мой ангел
Мой ангел устал не спать - измучен своей бессонницей, и видами из окна, и стрекотом саранчи. Ночами устал рыдать, и звездная перезвонница уже не утешит слез, а только сильней горчит. Мой ангел под простыней остатки хранит бессмысленной надежды на что-то-там-незримое-но-своё. Мой ангел на брудершафт с ужасно земными мыслями не первую уж давно из подпола достает, тоскливо кормя стакан ненужными сожаленьями о море и о дожде, об ангельском о своем... Мой ангел, пока темно, с безмолвными увереньями веревку с петлей потасканной тихонечко достает и прячет опять в углу, подальше, за паутинами, чтоб больше не доставать. Но знает - опять найдёт. Мой ангел хотел сбежать от этой гнилой рутины и остался - кто б знал, зачем - и слезы в обиде льёт на кровь, что течет из рук, на зелень листвы под кедами, на небо - зачем оно?! Зачем, раз нельзя достать? Мой ангел сошел с ума. Да, спятил, какая невидаль... Где ангела хоть одного бы не спятившего сыскать? У ангелов жизнь – пи*дец, нельзя ж быть такими добрыми, нельзя, чтобы свет в душе об землю в который раз, чтоб грязной ногой в крыло без жалости и без скорби и без чувства вины опять втоптала какая мразь! Мой ангел так терпелив - покуда хватало жалости к убогим вокруг, молчал, вбирая людскую боль. Мой ангел беззвучно выл, истоптанный в злобной зависти, мой ангел всегда любил юродивых над собой, мол, тоже они живут, а значит, зачем-то надо так, так буду ж терпеть еще, теряя остатки крыл. Мой ангел весь в синяках, истерзанный и израненный, и все еще любит, хоть не знает, зачем любил. И рвет себя на куски, и травит себя безудержно, сжигает себя дотла - не сдохнет же все равно, хоть боль заливает грудь, не сделать и вдох (и нужно ли?), и хоть бы уже конец, и хоть бы уснуть без снов, забыться, уйти, пропасть! Без звезд, простыни и стрекота, без всех дураков вокруг, без звона стекла в ночи, без речки, в которой бобр построил плотину где-то там, без мошек и комаров, без кедов и саранчи! Мой ангел устал рыдать, мой ангел совсем измучился, и кудри его давно слежались от пьяных снов. Мой ангел, моя любовь, на небо б - да только тучи там чернеют, застили все, не скинуть уже оков. Мой ангел, тебя б обнять, мой ангел, моё бескрылое... Мой ангел, тобой дышать! Ты, главное, сам дыши... К чертям бы и к бесам всё тлетворное и унылое! Мой ангел устал сшивать остатки своей души. Они разойдутся вновь, совсем истреплются кромками, как крылья - а их давным-давно уже не собрать. И штопает ангел мой ночами душу в потемках и сквозь маты рыдает, ведь завтра придется сшивать опять.
