Чужое небо (14)

День 196

Когда начало светать, Алекс услышал голоса в пещере, и через пару минут из нее вышел Сиплый и, зайдя за угол, справил нужду, затем постоял немного у входа в пещеру, широко зевая, и вернулся внутрь.

«Надо действовать», — подумал Алекс и пошевелил руками и ногами, разминая затекшие конечности. Он решил подождать еще некоторое время, чтобы главный наверняка уснул.

Примерно через полчаса Алекс снял предохранитель на ружье и выставил максимальную мощность. Стараясь не шуметь и держа ружье на изготовке, положив палец на курок, он поднялся и вышел на поляну.

Держа ствол ружья перед собой и готовясь в любой момент выстрелить, Алекс подбирался к пещере. Остановившись у стены, он прислушался — внутри было тихо. Алекс глубоко вздохнул, выдохнул и резко выскочил из-за угла, но то, что он увидел, поразило его и одновременно заставило осознать, что он недооценил бандитов.

Главный сидел на постели из веток у стены с ружьем, направленным в его сторону. В глубине пещеры, пригнувшись, стоял Сиплый и со страхом смотрел на него. Посреди пещеры, недалеко от входа на земле, находился его охранный маяк «Сторож», работающий в бесшумном режиме; только яркая красная лампочка моргала, сигнализируя об приближающейся опасности.

Все, что он увидел и о чем подумал, уложилось в секунду — до того, как прозвучал выстрел, и Алекс почувствовал, как обожгло его руки, грудь, шею и нижнюю часть лица, а ударной волной отбросило назад. Ружье выскользнуло из его ослабевших рук. К нему подбежал Сиплый и начал бить ботинком по лицу с радостными криками:

— Чё, попался, лошара? Сейчас мы тебя изуродуем…

Алекс, продолжая чувствовать ужасную боль в теле, попытался закрыться руками и отползти назад.

— Отойди, Сиплый, — услышал он голос Бригадира, и тот, пнув его в последний раз, отошел в сторону.

— Я не понял, ты что, вернулся, дурак? — спросил главный, доставая огромный военный нож и подходя к Алексу.

На парализованном лице Алекса застыла гримаса боли, он не мог произнести ни слова и полз на спине назад. Он лишь подумал, что сильно ошибся в выборе пути и сделал главную ошибку тогда, когда отправился на Тиамат, а все остальное было лишь следствием. Ему постоянно приходили знаки: сначала кто-то прошел по его участку и не оставил записи, потом поломка корабля, убитый старатель, эти видения… Но он упорно не замечал знаков и гнул свое. И это привело к тому, что сейчас его убьют, и он больше никогда не увидит Киру.

— Ты мне не нравишься, — подойдя ближе, заговорил главарь. — Такими, как ты, сложно командовать, вы все норовите сделать по-своему, и невозможно понять, что у вас на уме. Поэтому вы и работаете в одиночку.

Фигура главаря возвышалась над ним, как само воплощение зла. Взгляд его холодных, бесчувственных, наполненных безликой злостью глаз говорил, что убийство человека для него ничего не значит. Алекс почувствовал отвращение и к этому бандиту, и к ситуации, в которой оказался.

Главарь присел рядом с ним и продолжил:

— Пока я сидел в тюрьме, занимался изучением литературы — времени свободного было много. И мне попалась книга про происхождение видов. Я сделал такую аналогию. В основном есть два типа людей — бараны и волки. Большинство — бараны: они живут и ждут, когда придут их резать, и почти не сопротивляются. Второй тип — волки, они сбиваются в стаи и смотрят на остальных как на баранов, только и ждут удобного момента, чтобы сожрать.

Он сделал паузу и некоторое время смотрел на Алекса, боль которого из острой превратилась в тупую и ноющую; он постепенно приходил в себя.

— И здесь, на этой планете, я заметил, что есть еще один тип людей, — продолжал бандит. — Они не могут ужиться с баранами, но и с волками им не по себе. Я думал, к какому животному их отнести, и вспомнил, что здесь водятся лесные кошки — саблезубые рыси. Живут поодиночке, в стаи не собираются. И вот вы, старатели, такие же одиночки, ходите тут по одному и не можете жить ни с волками, ни с баранами. Вы — бесполезные существа с точки зрения эволюции, тупиковая ветвь.

Его неожиданно перебил встревоженный голос Сиплого:

— Бригадир, тут это…

Тот обернулся на зов. Алекс тоже посмотрел туда и не поверил глазам. Посреди поляны стояла саблезубая рысь — крупный зверь. Оскалив зубы и опустив голову, она грозно рычала.

— Сиплый, бери ружье, — произнес Бригадир. — Я его отвлеку.

Ружье Алекса валялось у входа в пещеру. Сиплый начал пятиться к нему боком, а Бригадир двинулся в противоположную сторону. Зверь, рыча, делал угрожающие выпады то к одному, то к другому, будто не решаясь, на кого напасть.

Бригадир, держа нож в правой руке, нагнулся, приготовившись к схватке. Рысь повернулась в его сторону. Сиплый, пригнувшись, осторожно шагал к ружью, и, когда до него оставался всего метр, зверь неожиданно развернулся и прыгнул на него. Тот с криком упал под его тяжестью — послышалось яростное рычание и дикие визги бандита. Алекс видел со своего места, как зверь вцепился в лицо жертвы и, уперев в него мощные лапы, рвал из стороны в сторону. Истошные крики боли, отчаяния и страха разлетались по поляне.

Главный запрыгнул на зверя сверху и нанес удар ножом в спину. Рысь подпрыгнула на месте, и от толчка Бригадир отлетел в сторону, но тут же поднялся. Зверь бросился на него с яростным рычанием, смешавшимся с криком главаря, полным ярости и злобы. Они скрылись в глубине пещеры, и оттуда доносились только звуки борьбы.

Алекс попробовал подняться. Это удалось, хотя он не мог опереться на правую ногу — она оказалась парализованной. Хромая, он поплелся к модулю.

Доковыляв до корабля, он поднялся по ступеням внутрь, закрыл дверь и, усевшись на место пилота, стал готовить корабль к полету. Загудели турбины. Алекс включил навигатор и выставил автопилот на точку последней стоянки. Он выглянул в иллюминатор: зверя видно не было, у входа в пещеру лежало растерзанное тело Сиплого.

Модуль завибрировал. Алекс снова сел в кресло и положил голову на панель — сил не было, только боль во всем теле, вдобавок половина туловища оставалась парализованной и плохо слушалась.

Вдруг он почувствовал, что дверь открылась. Он резко развернулся и увидел в проеме бородача. Тот держал в руках ружье, направленное в его сторону.

— Что, брат, хотел бросить меня там на съедение зверям?

Алекс молча смотрел на него. Фома отошел от двери и кивком показал на выход.

— Ну, давай, выходи, — скомандовал он, ухмыляясь.

Алекс стал пятиться к двери, но модуль неожиданно приподнялся, и его качнуло. Фома потерял равновесие, и Алекс прыгнул на него, хватая за ружье и направляя дуло вверх. Они начали бороться. Дверь плавно закрылась, и корабль медленно набирал высоту, но болтало из стороны в сторону.

Алекс и бородач, ухватившись за ружье, изо всех сил пытались вырвать его друг у друга. Их мотало по кабине, они бросали друг друга об стены, и вдруг корабль снова сильно тряхнуло — они упали на пол. Бандит оказался сверху и со всего размаху ударил Алекса головой в лицо. Алекс почувствовал резкую боль, у него померкло в глазах, он ослабил хватку, и бородач, вырвав ружье, направил его на него.

— Выстрелишь — вырубится вся электроника, и мы разобьемся, — предупредил Алекс, хотя и не был уверен в этом.

Бородач задумался на пару секунд, затем усмехнулся.

— Блефуешь, небось?

— В инструкции строго указано — почитай сам, — продолжал врать Алекс, пристально глядя ему в глаза.

— Ну ладно, — проговорил бородач, поднимаясь на ноги. — А че нас так трясет?

— Понятия не имею, — ответил Алекс, подползая к стене. — Что-то не так.

— Куда мы летим? — спросил бандит, глядя в иллюминатор.

— На базу, — снова соврал Алекс.

— А вот тут ты точно блефуешь. До базы это корыто не долетит, — с усмешкой произнес бородач, подошел к шкафу лаборатории и, держа в одной руке ружье, направленное на Алекса, открыл дверцу. Второй рукой он нащупал там минерал и показал его Алексу.

— Я еще этой ночью хотел удрать, все приготовил, но меня послал Бригадир тебя искать, — начал он объяснять.

— Где ты его взял? — поинтересовался Алекс.

— Долгая история, — ответил Фома, и тут кабину сильно тряхнуло. Бородача отбросило, он ударился об стену, минерал выпал у него из руки. Кабина наклонилась, и он покатился по полу. Упав, бородач закричал на Алекса:

— Ну, сделай что-нибудь!

Алекс с трудом поднялся. Кабину сильно мотало. В иллюминаторе он увидел, что они пролетают над горой с круглой вершиной. Он сел в кресло и взглянул на монитор: все системы оповещения были отключены, модуль работал на автопилоте, игнорируя предупреждения. На экране мигала надпись: «ПЕРЕГРУЗ».

Корабль стал терять высоту и несся на скалы. Алекс включил сканер местности и, достав джойстик, переключил управление на ручной режим, но было поздно — корабль не слушался.

— Сейчас разобьемся! — закричал он, видя на экране 3D-сетку местности и то, как модуль на скорости мчится прямо на скалы. Он попытался с помощью джойстика остановить корабль, но лишь немного затормозил — через секунду корабль ударился о скалы. Послышался скрежет металла, Алекса и Фому отбросило к стене, корабль замер. Алекс потерял сознание.

Свет погас, затем через секунду загорелось аварийное освещение. Раздался глухой удар, дверь автоматически сорвало с петель, и она выпала наружу. В кабину проник солнечный свет.

Алекс очнулся и увидел, как бородач поднялся, встал на колени и, шатаясь, направился к выходу. Алекс снова закрыл глаза. В голове гудело, он еле соображал, все тело болело, и хотелось просто лежать. Алекс вспомнил про минерал. «Нет, теперь я так просто его не отдам», — подумал он и, стиснув зубы, пополз к выходу.

Выглянув наружу, он увидел следующую картину. Они находились на склоне горы, на небольшой площадке; вниз уходил покатый каменистый склон из мелкой сыпучей породы. Небо было ясным, светило солнце. Прямо напротив висел огромный серп Келены, а чуть ниже дублировала его Иона. Вид был потрясающий, но его удивило другое.

К нему спиной стояла громадная фигура Бригадира. Его спина была изодрана когтями, через разорванную ткань комбинезона виднелись окровавленные раны. Он надвигался на пятящегося от него бородача. Теперь Алекс понял причину, по которой модуль не хотел лететь и они потерпели крушение.

— Что у тебя в руке? — грозно спросил он Фому и, схватив его одной рукой за горло, начал давить.

Фома захрипел и разжал ладонь, показывая минерал. Главарь вырвал его из руки и яростно прохрипел:

— И ты молчал, крыса?

Он ещё сильнее сжал шею бородача, и тот отчаянно повис на его мощной руке, пытаясь что-то сказать и глядя выпученными глазами на Алекса, который, вытаскивая молоток из-за пояса, подходил сзади.

— Эй, волчара, — крикнул Алекс.

Бригадир отбросил как пушинку бородача, тот упал на камни, схватился руками за шею и развернулся к Алексу. Через его лицо наискосок проходили три глубоких шрама от когтей, на груди из разорванного комбинезона виднелись кровоточащие раны. Но глаза всё так же были налиты холодной яростью.

Алекс, вкладывая все оставшиеся в нём силы и всю накопленную ненависть к этому человеку, с резким выдохом ударил его молотом прямо в висок, откуда тут же хлынула кровь. Но к его удивлению, Бригадир бросился вперёд и с размаху ударил Алекса кулаком по лицу так, что тот отлетел назад и упал на камни. Бандит тут же навалился на него сверху, прижимая одной рукой его шею к камням, а другой, в которой он сжимал минерал, с размаху стал бить его по лицу. Исполосованная когтями зверя физиономия, кровь, сочившаяся с виска, и гримаса ярости — казалось, главарь впал в бешенство, и невозможно было его остановить.

Алекс попытался закрыться руками, но это было бесполезно. Он достал с пояса нож и одним резким движением ударил бандита в бок. Но это ничего не дало. Он ударил ещё и ещё раз, но и это его не остановило.

Вдруг на него сверху навалился Фома и, закинув шнур на шею, начал душить. Бригадир резко поднялся и отбросил того к обрыву. Фома заскользил вниз по сыпучим камням.

В этот момент Алекс успел вскочить на ноги, и когда бригадир развернулся к нему, со всего маху вогнал нож в грудную клетку по самую рукоять. Бригадир вдруг наконец замер и, открыв рот, из которого потекла густая кровь, посмотрел на нож, торчащий из груди, и рухнул на бок, раскинув руки. Его тело медленно поползло вниз по склону.

Он лежал на спине, и в вытянутой в сторону руке, в раскрытой ладони, Алекс увидел минерал. Тело главаря скользило вниз, набирая скорость. Там внизу был высокий обрыв, и если он упадёт, то найти минерал будет невозможно.

Алекс, встав на четвереньки, осторожно, чтобы самому не сорваться, стал подбираться к ускользающему главарю, но в этот момент почувствовал на себе взгляд и увидел, как в пяти метрах от него, лёжа на животе ногами вниз, скользит бородач и отчаянно пытается ухватиться за камни.

Он не звал на помощь, не кричал — в его взгляде была даже не мольба, а какое-то отчаяние, страх и покорность судьбе.

Алекс посмотрел на него, потом на бригадира и на секунду задумался. Затем бросился к Фоме и протянул ему руку. Пару секунд спустя главарь с минералом в руке исчез из виду, был слышен только глухой удар где-то внизу, шум камнепада, вызванный падением его тела, и эхо этих звуков разлетелось по окрестным горам.

Через несколько минут Алекс и Фома лежали на спине рядом и смотрели на небо, на величественную Келену и её младшую сестру Иону. Рядом лежал на боку покорёженный модуль. Грело солнце, дул приятный ветерок, слышны были крики птиц, парящих высоко в небе.

— Дурак ты, брат, — произнёс вдруг Фома. — Мог бы быть богачом сейчас. Ей-богу, не понимаю я тебя.

Алекс, не отвечая, закрыл глаза.