Андрей Лакро

Словодельня

12+
Словодельня
Работа №4. Тема дуэли: В библиотеке должна быть тишина
  • Победитель
Текст:

— Соня?

Здесь была странная акустика: звуки не разносились по помещению, а глохли в узких проходах между шкафов, сверху донизу забитых книгами. Как будто все свободное пространство затянула невидимая паутина, улавливая и гася любое колебание воздуха.

Парень со спортивной сумкой на плече и с букетом тюльпанов в руке замялся у двери. За библиотечной кафедрой никого не было. У наглухо занавешенного окна уныло желтел пустой читальный стол. Шкафы стояли молчаливой шеренгой, точно солдаты на параде, и тусклый свет ламп терялся в густой тени между ними.

— Сонь? — еще раз позвал парень. Подошел к кафедре и громко постучал по столешнице. — Эй, люди! Есть тут кто-нибудь?

— Молодой человек, вам разве не говорили, что в библиотеках надо соблюдать тишину?

Старичок появился у кафедры неожиданно, словно из потайного хода выскочил. Он был невелик ростом и совершенно лыс. Еще он сутулился, сильно вытягивая шею вперед, и носил круглые очки в роговой оправе, что придавало ему сходство с ученой черепахой из мультфильма. На лацкане бурого верблюжьего пиджака красовался бейдж с надписью: «Л. М. Логинов, библиотекарь».

— Извините. — Парень и не подумал понижать голос. — Я, ну, типа, девушку жду. Вы ее, это, не видели?

Библиотекарь поморщился и прижал палец к губам.

— Тише, — прошелестел он страдальческим тоном. — И поменьше лишних слов. Никакой девушки тут нет. И не было. Пожалуйста, уходите.

— В смысле? — Парень нахмурился, комкая обертку букета. — Это же, типа, библиотека? Мы тут договорились, короче, она номер не дала, но сказала, что придет. Я тогда, ну, подожду ее, лады?

Старичок замахал руками.

— Нет! — шепотом вскричал он. — Я вам говорю, никакой девушки тут не было! Никогда! Уходите немедленно!

— Чего? Я, типа, не понял. Она вчера тут была, мы познакомились. Вы ее не видели, наверное...

— Сию минуту! — Старик ткнул узловатым пальцем в сторону двери. — Вон!

— Лексеюшко! — пропел из-за шкафа дребезжащий голосок. — Что ты привязался к бедному юноше?

В проход между полками выбралась опрятная сухонькая старушка, еще более миниатюрная, чем ее коллега. Выглядела она ужасно дряхлой, но ковыляла бодро, блестя веселыми черными глазками из-за толстых очков. «В. К. Логинова, библиотекарь» — гласил ее бейдж, приколотый к обвисшей шерстяной кофте на манер брошки.

— Вербочка, — промямлил старик, втягивая голову в плечи. — Не стоит беспокоиться, право. Молодой человек уже уходит.

— Никуда я не ухожу! — возмутился парень. — Я девушку жду!

Старушка с весенним именем Верба умильно заулыбалась.

— Да что ты, голубчик? Какую девушку?

— Ее зовут Соня. — Парень смерил стариков подозрительным взглядом. — Это че, типа, шпионские игры? Она тут вчера была, я что, врать стану?

— Соня, значит? — Библиотекарша задумчиво возвела глаза к потолку. — А какая она из себя, касатик?

— Ну... красивая. Волосы черные. Глаза такие, типа, голубые, но не совсем. Такие, ну, зеленоватые.

Старушка кивнула и нырнула за шкаф. Не прошло и минуты, как она вернулась и, отпихнув замершего напарника, положила на кафедру книгу в потрепанной мягкой обложке.

— Так, так, — забормотала она, проворно листая книгу. — А, вот оно! «Ее волосы цвета воронова крыла мягкими локонами опадали на точеные плечи, а аквамариновые глаза, словно морские глубины, отражали бесконечную печаль и одиночество...»

— А? — Парень уставился на нее. — Чего отражали? Это вообще к чему?

— Так вот же она, Сонечка, — пояснила старушка, переворачивая страницу. — «Таинственная и непостоянная, как водная стихия, Соня пленила его сердце своим невинным смехом и порочной сладостью горьких поцелуев». Книга «Мой мармеладный сон». Глава вторая, страница пятьдесят пятая.

— Ну, а Соня тут при чем? — буркнул парень. — И книжка лажовая. Кто это вообще читает?

— Никто не читает, светик, — закивала старушка. — В том-то и беда. Книжке ведь что надобно? Чтобы ее читали. Чтобы верили в нее. Слова сами в себя верить не умеют, им для этого человек требуется. Да только человек своей верой не со всякой книжкой делиться будет.

Она обвела рукой темные ряды шкафов.

— И все они тут у нас, касатик. Брошенные, позабытые. Кого от руки писали, кого тыщами печатали, а нынче осталось их на белом свете по одному экземплярчику, да и те никто читать не хочет. Так и угасают они понемногу — а все оттого, что веры им нету.

— Так, может, это... оцифровать их? — предложил парень. — И в сетевую библиотеку скинуть, чтоб не пропали. Раз они такие редкие...

— Нет! — Старик вдруг встрепенулся и сверкнул глазами. — Что вы, молодой человек! Вы... вы просто не представляете, о чем говорите. Здесь миллионы книг — миллионы реальностей, которым не дали воплотиться. И некоторые находятся здесь десятилетиями! Веками! Вы хоть понимаете, как они изголодались по человеческой фантазии?

— Нельзя им в сеть, — согласно вздохнула старушка. — Никак нельзя, после стольких-то лет взаперти. И себе навредят, и людям беду принесут. Лучше уж так вот дожить, да и отойти с миром. Тихо, покойно...

— Ладно, проехали, — оборвал ее парень. — Соня-то где? Только не заливайте, что в книжке.

Старушка погладила обложку книги.

— Так я правду говорю, милок. Лживым словом мы здесь не мусорим. Под этой обложкой она, твоя Сонечка, и больше нигде ты ее не найдешь. Хочешь — верь, а хочешь — проверь. — Ее глазенки хитро блеснули за выпуклыми стеклами очков.

Парень нахмурился. Еще раз огляделся, но кроме него и двух стариков в библиотеке не было ни души.

— Это, типа, прикол такой? Вроде квеста, да? Ну, Сонька, ну, выдумщица... — Он переступил с ноги на ногу и потянулся за книгой. — Давайте, что ли.

Старушка просияла, а старик окончательно сгорбился и поник.

— Книги из библиотечного фонда на абонемент не выдаем, — пробубнил он заученной скороговоркой, вытаскивая из книжки листок формуляра. — Только в читальный зал, на время не более...

— Да, да, — отмахнулся парень. — Давайте уже.

Почти выхватив книгу из рук библиотекаря, он уселся за стол. Повесил сумку на спинку стула, отложил букет и раскрыл книгу на первой странице.

В тишине был слышен только шелест бумаги, когда парень переворачивал очередной лист. Сначала он читал медленно, хмурил брови и подолгу задерживал взгляд на каждой странице. Старый библиотекарь смотрел на него с жалостью, горестно кривя рот.

Шуршание страниц звучало все чаще. Теперь парень листал книгу с нетерпением кладоискателя, роющего землю там, где спрятано сокровище. Глаза его метались, проглатывая строчку за строчкой, лицо раскраснелось. Он то и дело сглатывал, прикусывал пересохшие губы и бездумно постукивал по полу ногой.

Библиотекари, не отрываясь, наблюдали за ним. Старик морщился, словно от прострела в пояснице. Старушка довольно улыбалась.

Постепенно парень успокоился. Руки двигались все медленнее, взгляд сонно скользил по тексту. Возбужденный блеск в его глазах погас, лицо стало скучным и брюзгливым. Не долистав последний десяток страниц, он раздраженно бросил книгу на стол.

— Что за придурок это писал? Сказочка для дебилов. Отстой.

Отодвинув стул, он поднялся, вскинул сумку на плечо. Оглядел сумрачный зал и фыркнул:

— И вот такого хлама у вас полные шкафы? Помойка, а не библиотека. Богадельня, блин. Сожгли бы эту макулатуру, да и дело с концом.

— Вера всем нужна, — тихо отозвался старик. — И богам, и словам.

Но парень уже вышел. Дверь громко хлопнула за его спиной, звук разлетелся по залу, но тут же погас в складках тяжелых портьер, в недрах набитых шкафов. Лишь забытый на краю стола букет качнулся — и мягко соскользнул на пол, шелестя оберткой.

Некоторое время было тихо. Потом старик проговорил, не глядя на подругу:

— Как он вчера-то к нам забрел?

— Верно, дождь пережидал, — равнодушно ответила Верба. — С полудня ж зарядило.

— Не доглядели, — вздохнул старик.

— Полно, Лексеюшко. От судьбы не уйти.

— Жаль парня.

— А ты не жалей. И без фантазии люди живут. Ну, будет себе бухгалтером. Или в юристы пойдет.

Верба подковыляла к столу и погладила книгу. Обрез пожелтевших страниц чуть мерцал сытым розоватым светом.

— А она молодец, хваткая. Смотри-ка, силенки собрала, воплотилась, привлекла внимание. По делам и награда. Теперь еще полвека поскрипит, не меньше. Занеси, дружочек, в каталог: «Мой мармеладный сон», успешная пересадка вторичной веры от добровольного донора.

Старик откашлялся, но промолчал. Полез в ящик за формуляром.

— Да не забудь новичков распределить по местам. «Опустошенный рай», «Лиман, где водится кефаль», «Байки из бункера» и «Дочь лебедя, погибель Трои» можешь в общий фонд поселить. А «Поваренную книгу Молоха» оставь в карантине. Сдается мне, она долго не протянет.

— Будет сделано.

— И еще, — голос маленькой старушки вдруг зазвенел чеканным металлом. — Чтобы я впредь подобного саботажа не видела. Будете отваживать доноров — пошлю вас глиняные таблички разбирать. Вы меня поняли, Лексий Мемрович?

— Виноват, Верба Калиматовна, — глухо отозвался Лексий. — Исправлюсь.

Старушка строго кивнула, взяла книгу и удалилась в темноту между шкафов.

В библиотеке снова воцарилась тишина.

Другие работы:
+11
08:04
446
11:49
+3
шепотом вскричал он

Авторы сговорились laugh
Понимаю, тема располагает к крику шепотом)))
Замечательный рассказ!
Идея подпитки книжьего века энергией эмоций и веры читателя! Вижу впервые. Написано грамотно. Чета старичков! Какие они молодцы! Живут книги — живут они, живет их любовь…
12:41
+5
За любовь к бумажным книгам, за веру в литературу, за двух влюбленных старичков, за твист с преломлением и трансформацией книжной энергии, за «очеловечивание» книг и терапию их немощей и болезней
ГОЛОС здесь.
— Правильный выбор, товарищ!
15:00
+3
Рассказ понравился, товарищ)))
Да тут без вариантов,- самый лучший!
Да бросте, кричать шепотом можно, мы проверяли, причём перед все строем батальона!
У комбата ранение гортани!!! wonder
Шутка, уважаемый сэр Константин)))
10:41
+2
Запоздалая, но искренняя благодарность за голос и комментарии! roseПро старичков тут немножко с хитростью было: они не супруги и даже не люди. Лексий, Верба, Логос (а также Калимат и Мемра) — разные именования Слова, которое было в начале. Вот они за порождениями речи и приглядывают.
11:21
+1
Да. Дела! Тонко. Некто из комментаторов засомневался насчет старичков. А я нет. Толстокожий))
12:24
+5
Голос
Од5означно отдою этому рассказу!
За:
1 Такой фантазии ещё надо поискать;
2 Вера в слово, книгу и автора порой не хватает и по отношению и к самому писателю;
3 Донорство во имя продление жизни книги это по-нашему!
10:41
+1
Большое спасибо за голос и особенно за отзыв! rose
15:59
+3
Написано красиво, ошибок не заметил, есть идея. ГОЛОС
10:42
+1
Спасибо за голос и комментарий.
18:12
+1
Хороший рассказ! Скоро бумажные книги останутся только в музеях, и то — не факт. Печально.
10:43
Что поделать, прогресс… С другой стороны, деревья целее будут, тоже неплохо)))
22:43
+3
Супер! Милейшие старички, один саботирует работу (спасает людей), другая трудится неотступно (спасает книги). Жутковато даже… Розовый сытый свет из книги, которая смогла продлить себе жизнь. И название какое… Книги умирают.
Если не найдется донор. Добровольный донор, ага.

Да простит меня соседка Клавдия, но ГОЛОС милейшей Ведьме Вербе.
21:16
+1
Старички да. Прям крутяк, леди:)))
10:50 (отредактировано)
+1
Перед таким отзывом снимаю шляпу! rosebravoКонечно, добровольнее некуда))) Миллионы забытых книг, не нашедших себе подпитки в виде читательской веры, миллионы вторичных реальностей, жаждущих воплотиться силой чьей-то фантазии… их же не зря под замком и под охраной держат. И в сеть не выпускают. Пираньи в общественном бассейне — это нельзя. А вот если кто-то по незнанию сам прыгнет в аквариум — то добровольный донор)))
Спасибо за голос и рецензию!
05:45
+2
Задел на хоррор мягенько так развекрнулся в мистику) спасибо, замечательная история.
И да, ужас всё таки удался. Сонечка-то… она ведь не только верой подпиталась, но и фантазию парня прибрала.
Задумалась. Вера, она ведь как Солнце и Ветер, на всех хватит, в том смысле, что она или есть или нет, но закончиться она не может. как наполовину универсальный ключ — подходит не всем, но всем кому подходит — подойдёт.
ой, заболталась я, удачи автору, замечательно написано.
11:00
+1
Спасибо! Здорово, что ты разглядела хоррор, а то благостные старички, кажется, отчасти сбили читателей с толку.
Что касается веры, то вот это все справедливо:
Вера, она ведь как Солнце и Ветер, на всех хватит, в том смысле, что она или есть или нет, но закончиться она не может. как наполовину универсальный ключ — подходит не всем, но всем кому подходит — подойдёт.

но только в отношении первичной веры. Первичная вера — в Бога, в созданный им мир. Она действительно неисчерпаема, если уж есть, то есть, если нет — ну, нет. А вторичная вера — в реальность, созданную кем-то иным, в мир, рожденный авторским воображением. И это свойство человека — вкладывать свое воображение в чужой мир и делать его живым — как раз и является тут предметом охоты. И оно, к сожалению, невозобновимо.
11:11
А почему вторичная вера невозобновима?
11:11
вот мне тоже жутко показалось — вынули важную деталь из человека и отправили «холостым» назад в мир.
11:56
В данном сеттинге — вот так pardonА как оно на самом деле, кто ж его знает. Не думаю, что в реальности кто-то проводил опыты по удалению фантазии у живого человека.
11:58
Восстановление веры — очень энергозатратное мероприятие…
11:58
Жутко, конечно. Я даже удивилась, что эту жуть не все заметили. Хотя это скорее в мой огород камень — раз плохо считывается, значит, надо было отчетливее прописывать.
12:10 (отредактировано)
) отчетливее нельзя.
У вас рассказ не о потере внутри человека, главная же выступает Сонечка, а не парень. Центр тяжести смещён на выживании книг. На трагедии их гибели, и самом книгохранилище. Атмосфера старого замка с горгульями и призраками. Парень, ака его фантазия, — мясо, как бы жестоко не звучало. Дед молодец, когда в финале начал говорить о жалости к парню и подчеркнул потерю. Но свинья осталась свиньёй, еда так и осталась едой. Сложно оценить величину потери, когда речь идет о подобном персе. Даже если у меня мелькала мысль о «как ужасно жить без фантазии и веры», то сразу же появлялось «а была ли она изначально», " программисты и технари замечательно живут на белом свете"
12:14
Не знаю. Я б сказала, было бы лучше, если бы он жил, продолжая время от времени вспоминая эту Соню. Это бы подпитывало книгу ещё долго.

Как у меня с памятниками.

Ну тут конечно, кто как придумает.
06:31
+1
Вот это наконец-то хорошо!
И ошибок нет, и слог уверенный, приятный, чёткий. Чуточку стандартный разве что, но и то описания вполне удачные, нешаблонные, зримые.
И идея интересная, не простая.
ГОЛОС, конечно.
11:02
+1
Спасибо за отзыв и голос! roseНо вы меня разбалуете, если будете так часто хвалить))) В следующий раз надеюсь получить от вас головомойку до последней запятой rofl
12:20
Посмотрим…
Попробуйте писать хуже.
09:12
+1
Хорошо написано. С интересом ждала финал, и он не подвел. За умением увлечь читателя ГОЛОС этому рассказу.
11:59
Большое спасибо! Приятно, что получилось увлечь, это на мой взгляд главная обязанность автора по отношению к читателю. rose
11:13
+1
Хороший текст. Но вот я не понял, они, библиотекари кто друг другу? Вроде старушенция командует, вроде фамилии одинаковые, а вроде и «подруга». Или тут смыслы — «библиотекари» и всё тут?
И по речи парня бы я подработал бы — ну очень шаблонно у него всякие «этивон» прописаны. Понятный образ, но чуть бы изящнее, под стать остальному тексту.
11:12
+1
подруга жизни, она же супруга ))
12:07
Библиотекари — порождения Логоса, поэтому оба Логиновы. Лексий, Верба, Калимат, Мемра — разные обозначения слова и речи в широком смысле. «Лексикон», «вербальный» — знакомые термины?
Первая фраза Ветхого Завета — «В начале было Слово» — и это Слово-Бог на разных языках звучит как Логос (греческий), Мемра (иврит), Калимат (арабский) и т.д. Это такой намек на нечеловеческую сущность библиотекарей. Пастыри речи, ангелы слов, проекции Логоса на сфере мира дольнего… и все такое прочее.
11:15 (отредактировано)
+1
Очень хороший рассказ! Действительно, так… немного мрачновато, чуточку печально, где-то довольно жизненно. К сожалению, такое имеет место быть — книги умирают без внимания. Это очень подходящая фраза и сюда она вплетена идеально! ГОЛОС отдам сюда. Нужно больше доноров! Больше читателей «живых» книг! Даёшь читальни в массы laugh
Автору большое спасибо за добротный, хорошо написанный рассказ и за отличный сюжет!
12:12 (отредактировано)
Спасибо за отзыв и голос! roseНо конкретно этим книжкам я бы поостереглась читателей выдавать. Сожрут-с jokinglyпусть не целиком, так фантазию высосут, тоже приятного мало.
И потом, это донорство — оно же как паллиатив. Ну, плохо написана книжка-Сонечка. Мыло мелодраматичное с аквамариновыми очами и черными локонами. Поэтому и не нашла признания, не завоевала читателей и оказалась в забвении. Жаль, конечно, история не виновата, что ее плохо рассказали. Но людей вампирить тоже как-то нехорошо.
13:32 (отредактировано)
Симпатичная история, нормально исполнена. Доноры для книжек и вера в их героев — отлично, ага. Старички-антагонисты тоже. Только чем же парня так разочаровала книжка про Соню, я не особо поняла. Просто забрала энергию, это всё? Ну, это скучно. А я надеялась, что книжки будут действовать как Вселенная — в ответ на донорскую энергию станут возвращать её помноженной. )) Чтоб люди возвращались, и читали, и продолжали множить веру в героев и в необходимость чтения, и всем хорошо бы зажилось. )
Такие старательные отличия в речи персонажей, что где-то казалось перебором у парня с «ну» и «это». )
Ладно, ГОЛОС.
12:26
Только чем же парня так разочаровала книжка про Соню, я не особо поняла.

Для начала, это просто плохая книжка. Некий штампованный любовный романчик. По своей воле парень вряд ли взялся бы ее читать. Но книжки в библиотеке, изголодавшиеся по читательскому вниманию, уже вполне себе хищники. Помните, Лексий говорил, что их нельзя в сеть выпускать — беда будет? И вот парень берется за такую вампирскую книжку, думая, что это некий розыгрыш или задание от понравившейся ему девушки. Сначала вчитывается «через не могу», потом книжка его цепляет и начинает выпивать фантазию, а когда «донация» завершена — человек теряет способность верить в текст, в придуманные истории и вторичные реальности. Поэтому и бросает книжку, которая теперь кажется ему неправдоподобной и дебильной. Хуже другое: лишившись фантазии, он больше не сможет читать и другие книжки. Без вторичной веры художественная правда становится ложью.
С речевыми характеристиками переборщила, да. Признаю sad
Спасибо за комментарий и голос!
15:40
+1
ГОЛОС, конечно здесь. История, которая затягивает так, что я сожалею, что такой короткий рассказ. Отлично написано, необычный сюжет. Тема бумажных книг мне близка.
12:26
Большое спасибо за отзыв и голос! roseОчень приятно)))
15:47
Понравилось как написано, но смысл рассказа показался слишком надуманным. Выглядит как упражнение на тему, а не рассказ. Но это, конечно, моё личное восприятие.
12:30
Ну вот, видите, как важна вторичная вера? laughБез нее история кажется надуманной, неправдоподбной, искусственной. А представьте, как плохо книжкам, в которые никто не верит… Тут, пожалуй, заделаешься вампиром)))
17:47
+1
Уверенная рука, хороший слог и вокабуляр — на этом все.
12:33 (отредактировано)
+1
Я в отчаянии. Думала, уж хоть вы-то должны выловить все заложенные пасхалки и аллюзии. Даже блокнотик приготовила, чтобы отмечать разгаданные вами загадки. Увы мне, зря надеялась pardon
12:38
Я только Молоховец распознала.
Ту и видно, что все книги такие «категории Б». Которые, когда на своп приносят, никто не берет особо.
Сейчас таких уже меньше, а вот в моем детстве-юности еще были.
Очевидная победа,- класс!
12:34
Спасибо за поддержку! blush
Загрузка...
Алексей Ханыкин