К Венере!

Капитан имперского межпланетного корабля военно-космического флота Его Императорского Величества «Кайзер Вильгельм XIV» Отто фон Штрубер был не на шутку взволнован. Он едва заступил, впереди маячили восемь часов вахты, когда дежурный офицер связи передал сообщение с Земли. Наблюдатели докладывали об успешном старте с Луны российского имперского корабля «Петр IV». Отто сухо усмехнулся: опоздав с запуском всего на месяц, русские безнадежно отстали. Все расчеты указывали, что «Вильгельм» достигнет орбиты Венеры первым, что принципиально, учитывая, что батискафы ВКФ Российской Империи уже бороздят пески Марса.

Авторитет Австрийской Империи ощутимо пошатнулся, во всех салонах только и разговоров, что о непостижимой отваге русских, отправивших на заселение красной планеты десятки семей. Правда, ходят неподтвержденные слухи, что поселенцы сплошь ссыльные преступниками. Как бы то ни было, Австрия получила на этом направлении сокрушительный удар. Посланные вслед английские и австрийские колониальные части были с позором изгнаны, успевшие расквартироваться – перебиты, а имущество перешло победителям.

Кайзер и приближенные негодовали и требовали сатисфакции, но истощенная гонкой казна показала дно. Существовало еще несколько направлений, по которым можно было попытаться обойти русских, среди которых наиболее перспективной оказалась колонизация Венеры. Конечно, о полномасштабном заселении пока не могло идти и речи, но, подняв свой флаг на ее орбите, империя однозначно заявила бы о своих правах. Поднапрягшись, Австрия приступила к постройке корабля.

И почти сразу же стало известно о начале русскими собственного проекта. Их верфи расположились в кратере Тихо, в восьмидесяти километрах от австрийских, и все время, пока шло строительство, пространство между площадками кишело батискафами разведки обеих сторон. Русские не подпускали шпионов близко, но все же кое-что разглядеть удалось. «Петр IV» был полкилометра высотой, стремительно вытянутый заостренный цилиндр без каких либо украшений, ряды иллюминаторов и люки пушечных расчетов вдоль борта. Также стало известно, что русский корабль оснащен восемью пушечными двигателями, что предполагало существенный прирост скорости. Инженеры потеряли покой и сон. Четырехпушечный «Вильгельм» проигрывал гонку, и последнее, что оставалось – это стартовать как можно скорее.

Что и было сделано. Закрыв глаза на мелкие недоработки, командование дало добро на старт, и вот уже две недели «Вильгельм» на всех парах мчался к заветной цели.

На его борту разместили оборудование, необходимое для постройки купола, строительные материалы и генераторы кислорода. Это увеличивало массу корабля, замедляло скорость и ухудшало маневренность. Однако австрийцы рискнули. Глядя в черную тьму, усыпанную блестящими точками звезд, капитан уже мысленно прикручивал к парадному мундиру орден – золоченую птицу с турмалиновыми вставками, купался в лучах славы и внимании первых красавиц Австрии. Можно будет даже надеяться на положительный ответ баронессы фон Кляйн, кольцо, предназначенное для помолвки, уже куплено. Они покажут этим недотепам-русским, кто хозяин в космосе, отомстят за марсианские выходки.

Грёзы капитана Штрубера нарушило вежливое покашливание Гертруды Шлехт, офицера службы безопасности (у австрийцев не было предрассудков насчет женщин на корабле). Эта неприятная особа обычно приносила плохие новости и совала везде свой длинный крючковатый нос, многие её недолюбливали.

- Капитан, уделите мне минутку?

- Разумеется. Что-то нештатное?

- Дело в том, что я получила секретное донесение от нашего человека с корабля русских. Он утверждает, что они бросили в нас «Топор». Это их новейшее оружие и оно приближается к нам невероятно быстро.

- Этого не может быть, - рассмеялся Отто, - но… Вы ведь сообщили Командующему?

- Естественно, я пришла сюда после разговора с ним. Было принято решение изменить курс. Венера подождёт.

- Тогда «Петр IV» опередит нас!

- Мы тоже приготовили сюрприз для русских. Отряд истребителей типа Орлан атакует Петра на пути к Венере.

Отто фон Штрубер коротким кивком выразил согласие с решением начальства и направился в рубку дать распоряжение о смене курса. Да, конечно, он слышал о «Топоре». В салонах ходили глупые слухи. Сказки. Мало кто верил в них. Русские любят бахвалиться, однако даже их автомобили вызывают смех и выдают полнейшую некомпетентность инженеров.

Но не успел он пройти и половины пути, как ощутил нарастающий гул. Корабль словно вздрогнул и затрещал от мощного удара. Отто упал на пол, фуражка слетела с головы и покатилась по узкому коридору. Оглушительно взвыла сирена, обшивку корабля пропороло блестящее металлическое лезвие. Последнее что увидел Отто, теряя сознание, была надпись на лезвии: « Русские не сдаются!»

В том, что происходило потом, Отто был не вполне уверен. Чудилось ему, будто из блестящего хромированной сталью обуха «Топора» вылетели десятки феечек с тонкими серебристыми крылышками. Будто феечки эти, рассеявшись над корпусом «Вильгельма XIV», как по команде вгрызлись в листы обшивки и исчезли внутри, оставив после себя круглые чёрные дыры и пыльные облачка обломков. Чудилось, будто истошно вопившая корабельная сирена захлебнулась и стихла; и что Гертруда, вредная ничтожная Гертруда, вдруг подняла его, как котенка, за шиворот и, зашвырнув в кают-компанию, несколькими резкими движениями прикрутила верёвками к стулу.

Мерзкий запах нашатыря привёл Штрубера в чувство. Он вскинул голову, огляделся, невольно дёрнулся – верёвки держали крепко. Чья-то рука снова сунула под нос вонючую ватку, и Отто чуть не стошнило.

- Хватит, - сказал властный голос. – Достаточно.

Властный женский голос. Отто зашарил вокруг глазами, пытаясь найти его обладательницу.

- Слушаюсь, ротная, - Гертруда отошла в сторону, чуть ли не плюнув на своего бывшего капитана. Та, к кому она обращалась, стояла у двери. Потёртый десантный бронекостюм должным образом свидетельствовал об обширном боевом опыте хозяйки. Холодные серые глаза, слегка вьющиеся светлые волосы, жёсткий рисунок губ – наверное, так выглядели валькирии, легендарные древние воительницы, сказал себе Отто.

- Я хочу, чтобы вы четко представляли себе свою дальнейшую судьбу, капитан Штрубер, - голос ротной был негромким, но резал, как отточенный нож. – Выбор у вас небольшой – глупо умереть, цепляясь за отжившие предрассудки, или спасти оставшихся в живых членов команды. Ваш каптернамус оказался идиотом, включив систему самоуничтожения корабля. У нас осталось шестнадцать минут, после чего это дырявое корыто превратится в кучу обгорелых обломков – вместе с вашими живыми, ранеными и мёртвыми. К сожалению, и вместе с припасами, которые нам необходимы. Код отключения в сейфе, шифр к сейфу – у вас в голове. Я слушаю.

Отто опустил голову. Корабль дрожал еле заметной дрожью – верный признак нестабильной работы двигателей. Да, ещё немного и тут всё взлетит на воздух. Штрубер облизнул губы и прохрипел:

- Я не выдаю секреты врагу.

- Это достойно уважения, - кивнула ротная. – Но мне не нужны ваши секреты. Я просто меняю немного австрийских жизней на кучу бочек и ящиков. Я дам вам спасательный шлюп и убирайтесь к дьяволу. Ну?

- Вы, русские, удивительно жадный народ, - пробормотал Отто.

- Мы, русские… - скривила губы валькирия. – Вы глупец, Отто. Слушайте, кто вас назначил капитаном – баронесса фон Кляйн? Вас только поманили пальчиком, и вы уже нафантазировали себе буйную ночь. Мужчины никогда не изменятся…

Отто растерянно заморгал.

- Но «Топор»?..

- Господи, ну что «Топор»? Что «Топор»?!! На русских всегда вешали всех собак! Мировые кризисы, пустая казна, понос у кайзера – да всё подряд! Какая вам разница, что там на самом деле?

Штрубер упрямо выпятил челюсть.

- Для меня есть разница.

- Да??? – Валькирия приподняла бровь. – Тайна за тайну? Обменяемся?

- Да. Скажите, кого вы представляете, и я открою шифр.

- Для капитана имперского корабля вы удивительно наивны. Но хорошо. Если вам нужен фиговый листочек для прикрытия вашего… кхм… поражения, то извольте. – Ротная нахмурилась и резко бросила. – Цель вашей экспедиции?

- Цель? Венера…

- … И что вы хотите с ней сделать?

Отто непонимающе посмотрел на неё.

- Завоевать… покорить… Венера должна быть нашей, понимаете? Это вопрос престижа монархии, залог нашего будущего. Мы возведем города, свяжем её дорогами, откроем шахты, заводы и фабрики… Мы изменим её до неузнаваемости, и это будет…

- Венера никому ничего не должна! – с ненавистью отчеканила ротная. – Вы изгадили Землю, испоганили Луну и Марс – мы не дадим вам сделать то же с нашей священной утренней звездой!

- Простите, но кто это мы?

- Ещё не понятно? Мы, женщины! Та самая сила, которую вы никогда не принимаете в расчёт, видя в ней всего лишь покорный фон для «эпических мужских подвигов», фальшивое прикрытие ваших агрессивных и хищных планов.

Отто молчал.

- Шифр от сейфа, живо! – рявкнула ротная.

- Двадцать два ноль восемь, - прошептал Штрубер.

- Громче!

- Двадцать два ноль восемь, - сморщившись, словно от зубной боли, повторил капитан.

Валькирия мотнула головой, и Гертруда выбежала из кают-компании. Спустя несколько минут томительного ожидания мелкая дрожь корабля прекратилась. Двигатель был заглушен. Отто выдохнул и закрыл глаза.

Через полчаса он стоял у шлюзовой камеры. Остатки экипажа – подавленные, оборванные, израненные – молча грузились в спасательный шлюп. Если всё будет в порядке, через неделю их подберёт патрульный дредноут. Оставшись последним, Штрубер поправил фуражку, отряхнул китель. Валькирия молча стояла рядом.

- Признаться, я до последней минуты ждал выстрела в затылок, - сказал капитан. – Не боитесь, что я выдам вашу тайну?

Светловолосая воительница с жалостью посмотрела на него.

- Нет, не боюсь. И знаешь почему? – Она придвинулась к Штруберу вплотную, и тот пожалел об опрометчиво сказанных словах. – Потому что тебе будет стыдно признаться, что бабы надрали вам задницу. Поэтому – русские, Отто. Вали всё на чёртовых русских.

Штрубер кивнул и неловко полез в шлюз. Задраив дверь, он привалился к переборке и ткнул в кнопку переговорного устройства:

- Капитан на борту, стартуем!

- Есть стартуем! – хрипло отозвался динамик.

Резко щёлкнули отошедшие швартовы, и шлюп медленно тронулся с места. В круглом иллюминаторе показался дырявый борт, напоминавший теперь изъеденное червями яблоко. Бывший капитан имперского межпланетного корабля военно-космического флота Его Императорского Величества «Кайзер Вильгельм XIV» Отто фон Штрубер поправил фуражку и вздохнул:

- Чёртовы русские… Что ж, по крайней мере они тоже не получат Венеру!