Светлана Ледовская

Минутная слабость

  • Самородок
  • Опубликовано на Дзен
Минутная слабость

Пахнет скошенной травой и прошедшем дождем.

Уже год над моей головой лишь потолок, не небо. Оно внутри.

Мне говорят «Ты сильная, борись». Только вот борьба теряет смысл, когда у тебя не остается ни веры, ни будущего, когда ты сама можешь выбрать день своей смерти.

Но это будет не август, самый богатый на небо месяц.

Преодолевать можно горы, но не воронки песочных часов.

И я не понимаю, что из всего этого должна вынести. Что болезненная худоба и тени под глазами делают женщин трогательными? Жаль, что Эль Греко уже давно почил - могла бы стать одной из, затерявшейся в сонме его большеглазых тонколиких святых. И хорошо, что картины молчат - святых святыми делает только их молчание.

О чем жалею? О том, что так и не увидела моря (но оно тоже внутри). А ещё о том, что не написала книгу, но ее напишет кто-нибудь другой, вот в это я верю. Жалею о том, что больше не могу закапывать, как в детстве, все своих оловянных солдатиков в песок.

Хотелось бы остаться гордой, но боль лишает человека не только силы, но и достоинства.

Вот только счастье она у меня так и не смогла отнять, даже перед лицом смерти – та девочка, которая родилась мертвой, а потом всю жизнь простояла на сбитых коленях, с улыбкой глядя в небо, будет каждый август вдыхать несуществующий запах гладиолусов (говорят, по ночам они пахнут).

А пока август. Музыка и небо. И птицы с крыльями внутри. И они бессмертны.

P.S. Когда дописывала эти строки, на лоджию влетел молоденький голубь очень редкого окраса. Загнанный кошкой под кресло и обреченный он вряд ли сознавал, что его ждет. Но человеческие руки бережно подхватили птицу и опустили на ветку дерева, откуда голубь взлетел на крышу дома. Однажды он встретиться с небом. А я по-прежнему продолжаю держаться за знаки и слушать море, которое внутри.

P.P.S. А кошке своей я, конечно, теперь сильно задолжала.

Сорочьи мои уловки,

Вишнёвая тяжесть снов,

У края старой циновки

Живу под сенью гудков

Всех поездов дребезжащих,

Меня не берущих в даль.

Шмелей на лугах гудящих,

Цветы обратив в Грааль.

Краснеют мои пороги

От солнца и ворожбы,

И в пыль от старой дороги

Склоняются низко лбы.

И видит душа в потёмках

Стыль налитых спелых слив,

Младенцев в простых котомках,

Забытых у темных ив.
+14
11:35
286
Алексей Ханыкин