Анна Неделина №3

Леший

Леший
Работа №155
  • 18+

Со Стёпкой и Виталиком мы были знакомы с самого детства. Наши мамы дружили, да и жили мы все в одном дворе – быть иначе просто не могло.

Я и Виталик - одногодки, учились в одном классе, а Стёпка был младше нас на пару лет. Мы вместе прошли через огонь и воду, через смену власти, лихие девяностые. Не просто прошли, а выбились в люди, хотя это и было трудно. Как говорят: хочешь жить - умей вертеться. Вот мы и вертелись, как могли. Вот и довертелись.

Много воды утекло с тех пор, как мы жили в тесных хрущевках. Мы стали взрослыми, но для меня мои друзья всегда будут Стёпкой и Виталиком. Для других же они теперь Степан Анатольевич и Виталий Викторович - члены совета директоров известной фирмы. Да и я теперь только для них остался Славиком, а там, за столом переговоров, меня все почтительно называют Вячеславом Григорьевичем.

Все лето мы провели в офисе, парясь в строгих костюмах и попивая кофе из недавно купленного автомата. Работа заперла нас в фирме. Отчёты, отчёты, документы, люди. Быть начальником не так просто, как многие думают. Власть и деньги, может, и есть, но зачем они, если некогда тратить?

Но осенью это безумие кончилось, поэтому мы решили взять отпуск, отдохнуть вместе где-нибудь. Только курорты за несколько лет уже надоели, а в голову больше ничего не приходило.

Тогда Стёпка вспомнил, как давным-давно мы, тогда ещё двенадцатилетние подростки, ходили в лес, на охоту, вместе с его дедушкой. Да, дед у него был мастерским охотником. Сидя на даче у Стёпки, мы часто слушали его рассказы о том, как он ходил на оленей, или на зайцев, или на уток. Да на кого он только не ходил. Но особенно часто он рассказывал о том, как он охотился у Выселок. Стёпкин дед считал тот раз лучшей своей охотой. Дичь так и шла к нему в руки, да так много, что ему пришлось нанимать нескольких выселковских мужиков, чтобы они помогли отвезти ее домой.

Вот Стёпка и предложил поохотиться, вспомнить молодость. Просто так, веселья ради да отдыха. Там, в Выселках. Как раз подходил октябрь - сезон, вроде как.

Мы накупили всего необходимого, но тут возникла проблема. Дед Стёпкин давно помер, а мы дорогу до Выселок не знали. Благо, у всех карты в телефонах есть. Вбили в поиск название, да таких оказалось много по всей России, штук пятьдесят. Хорошо, что дед никогда за пределами области не был - это облегчало задачу.

Тут таких населенных пунктов было три. Делать нечего, поехали проверять их все. Ну, как пунктов - пунктиков. Первый из них был заброшен. Покосившиеся заборы, бездонные проёмы пустых глаз полусгнивших домов смотрели на нас осуждающе. Это определенно было не тем, что мы искали.

Следующие Выселки выглядели куда приличнее. Да только одна проблема - леса для охоты в округе не было, только поля. А на грызунов охотиться мы не собирались.

По дороге в последние Выселки на карте области мы уже начали сомневаться в том, что это то, что мы ищем. Вдруг дед всем врал, а сам втихую охотился на другом конце России? Или ещё лучше, совсем не охотился, а придумал эту историю в пьяном бреду, чтобы похвалиться перед собутыльниками.

Но эта деревня выглядела многообещающе. Конечно, после города она выглядела отсталой и дикой, но тут было довольно уютно. Деревянные дома будто сошли со страниц сказок. И лес рядом. То, что нужно.

Мы остановились перед большой избой, которая, видимо, принадлежала местному управителю, если в деревнях такие есть - мы не знали. Но выглядело именно так.

Виталик остался в машине, а мы со Стёпкой пошли на разведку. К машине сбегалась детвора, поглазеть на невиданное чудо.

- Эй, мелюзга! Кто тут живёт?

Дети молчали.

- Ну, я вас спрашиваю. Или вы не понимаете?

Откуда-то раздался тоненький девчачий голосок:

- Тарас Игнатьич.

- Стёпка перестал кричать на детей и присел на корточки.

- Ну-ну, маленькая, не бойся. А кто он, этот Тарас Игнатьич?

Девочка на секунду задумалась, а потом сказала:

- А он тут самый главный. Мы все его слушаемся.

- Хорошая девочка! Держи конфетку, - Стёпка откуда-то достал замусоленную сосучку и дал малышке. Своей маленькой ручонкой она взяла ее из большой ладони Стёпки и исчезла в толпе детей.

- Ну вот, пойдем.

Он громко постучал в дверь.

Ее открыл рослый старик, выше нас со Стёпкой. Седая борода была аккуратно подстрижена на городской манер, глубоко посаженные глаза окружала паутина морщин. Ему было явно за семьдесят, но казалось, что он в жиме даст фору любому. В любом жиме. Я невольно отступил от его величавой фигуры.

- С чем пожаловали? - голос тоже был подобающим, в нем слышались отблески костра и каленого металла.

Мы со Стёпкой переглянулись. Я сказал:

- Да вот, слушок до нас дошел, что у вас тут, в Выселках, поохотиться можно, что дичь у вас сама в руки идёт. Правду говорят, дед?

Тарас Игнатьич усмехнулся.

- Правду, правду. Да только не всем, конечно, так везёт. А вы чтоль охотники?

- Начинающие, - Стёпка влез в разговор.

- Ну что, охотнички, ладно, оставайтесь. Да только сегодня уже поздно идти. Вишь, смеркаться начинает. Начинающему охотнику в лесу ночью делать нечего, там и бывалый так может наплутать, что век не сыщут. Поэтому давайте, ребятки, мы вам ночлег подыщем, а утром уже пойдете на все четыре стороны.

Я с благодарностью пожал ему руку. Она оказалась шершавой и крепкой, как будто деревянная. Стёпка достал бумажник, чтобы отблагодарить старика монетой.

- А это ты убери, деньги нам не надобны. Что нам с ними в эдакой глуши делать-то?

- И то верно, - Стёпка убрал бумажки обратно, ничуть не расстроившись, что старик не взял их.

- Теперь давайте я вас провожу к вашей ночлежке.

- А.., - я кивнул в сторону его большого дома. Старик покачал головой.

- У меня четверо детишек - внуков, да двое детей, да жена. Некуда вас там положить.

Некуда, так некуда. Мы сходили за Виталиком и пошли следом за Тарасом Игнатьичем.

Он привел нас к избе, стоящей неподалеку. Добротная, хорошо срубленная, она была меньше Тарасовой, однако все равно выглядела солидно.

- Открывай, Димитрич, гости пожаловали! - громовой голос Тараса раскатился по округе, взволновав воздух.

В доме послышался шум, шаркающие шаги и кашель. Дверь, на удивление без шума, отворилась, и на пороге появился дед. Приземистый, крепкий, как и его дом. Он прищурился, оглядел нас и шмыгнул носом.

- И хто они?

- Охотнички. Вот, приехали с городу, говорят, прознали, что у нас тут дичи много. Пустишь их переночевать?

- А чего б и не пустить. Да только тут вам не город, изба моя на квартиры не похожа. Уж не обессудьте.

- Да нам не принципиально, старик. Как тебя звать-то?

- Егор я, Димитрич.

Мы тоже представились. Тарас оставил нас на попечение Егора, а сам отправился домой. Стёпка побежал перегнать наш джип поближе, а мы с Виталиком шагнули внутрь избы вслед за стариком.

- Аккуратней там, - Егор говорил из сеней.

У меня за спиной послышался глухой стук, а после ругательства Виталика. Я обернулся. Он держался за голову. Низкий дверной проем со всего маху ударил его по без малого двухметровому росту.

- Я же сказал, аккуратней. Ничего, в следующий раз будешь помнить, - в голосе Егора слышалась усмешка.

- Кормить вас, али как?

Мы переглянулись. Есть не особо хотелось, к тому же в машине лежали бутеры.

- Чайку бы.

- Это можно.

Я думал, что он сейчас, как в сказке, достанет самовар и нальет нам чая оттуда, однако у Егора был вполне обычный чайник. Он залил в него воды, поставил на плиту.

Мы молча сидели и ждали. Вернулся Стёпка. Егор поставил перед нами стаканы, достал дешёвый пакетированный чай, какие-то печенья.

- Угощайтесь.

Что же, мы сами просили. Да, давно я не пил такой чай. Ну да ладно, мы не брезгливые.

Егор сел пить вместе с нами.

- Так значит, вы собрались у нас тут охотиться?

- Ага. Дедок мой когда-то здесь был, хвалился, что в жизни никогда столько не ловил. Вот и мы решили.

Егор ухмыльнулся и хлюпнул чаем.

- А подарки вы Лесему привезли?

- Кому?

- Лесему. Хозяину леса. Без них не даст он вам поохотиться.

- Да что он нам сделает? Лес общий, что мы ему, помешаем что ли?

- Не общий, а его.

- И кто ж ему дал этот лес?

- Никто. Он просто его хозяин.

- Так не бывает.

- Бывает, хлопец, бывает.

- И где нам его найти? Поговорить бы с ним.

- А нигде. Нельзя его найти. Если ему будет нужно, он сам вас найдет. Да вы что ли не знаете о нем? Вам что, в городе совсем ничего не рассказывают?

- Ты о чем, дядь?

- У нас тут каждому известно, что в лесу хозяин - Лесий, в воде - Водяной, а в доме - Анчутка. А вас этому совсем не учат, как я погляжу.

Мы хором засмеялись.

- Так ты нам тут про Лешего втираешь. А мы-то думали.

- Это вы зря, хлопцы. Ну да бог с вами, мое дело предупредить.

- Спасибо за беспокойство, дядь. Но не стоило, правда, - мы снова расхохотались.

- Как знаете, ребятки.

Димитрич допил чай и залез на печь. Спустя несколько минут мы услышали его храп.

- Пора бы тоже ложиться. Завтра нас ждет веселье!

***

Наутро спина ужасно болела. Спать на лавке – чистой воды самоубийство. У старика оказалось только две кровати. Мы кинули жребий – и я проиграл. Теперь я пытался хоть как-то размяться, корчась от боли.

Солнце только вставало. Я посмотрел на часы – шесть утра. Степка и Виталик еще спали. На мягких кроватях, сволочи. А вот Димитрича уже не было. Не сидится старику на месте ровно.

Я вышел на улицу. Удивительно: жизнь в деревне уже била ключом. Каждый занимался делом. Да, давно я такого не видел. Город встает поздно. Оно и к лучшему.

Я зевнул и потянулся. Спина почти прошла.

- Что, встали, ребятки? – из-за своей избы показалась рослая фигура старика.

- О, Тарас Игнатьич, здорово! Остальные еще спят, это я так… Не спится что-то.

- Вот и правильно. Нечего лежебочиться. Лучше посмотри – день-то какой хороший! Последние теплые деньки. Вовремя вы, потом дожди будут – дорогу развезет. Тогда к нам и не проедешь, даже на вашей, - он кивнул в сторону джипа.

- Да… Повезло, - я не знал, что сказать. – Пойду пройдусь что ли. Красотой местной полюбуюсь.

- Пойди, пойди.

Мне показалось, или в его словах была усмешка?

Я вышел за деревню. Вспомнилось, как в детстве гостил у деда с бабкой. На самом-то деле, не так уже это было и плохо. Природа, спокойствие, зверье всякое, да и люди тут другие совсем.

Вот и лес. Огромная темная громада. Кое-где на ней уже были пестрые пятна: желтые, оранжевые, красные. Все-таки осень за городом – зрелище прекрасное.

- Ох, и повеселимся мы сегодня!

***

Порыв ветра спугнул птиц, весело щебетавших на ветках деревьев. Сучья затрещали. Зайчонок в страхе убегал.

- Беги, беги, - шептал ветер.

Перед лесом стоял человек. Чужак. И лес чуял опасность.

***

Когда я вернулся, Степка и Виталик уже проснулись. Димитрич кормил их завтраком, и тут я почувствовал, как сильно голоден. Егор поприветствовал меня и пригласил за стол. Конечно, внешний вид каши не внушал доверия, но парни не были против. На вкус это было вполне сносно.

Мы решили не тянуть и после завтрака сразу отправились в лес. Тарас Игнатьич и Димитрич пожелали нам удачи, лукаво улыбаясь. Может, опять показалось?

Под пологом леса была тень и прохлада. Никого не было видно, поэтому первое время мы просто любовались высоченными деревьями, слушали птиц. Скоро они улетят на юг, а пока дают свой последний концерт. Для нас.

Треск.

- Кто там? – Степка нырнул в сторону, в заросли кустов. Мы с Виталиком полезли за ним. Я изодрал себе все руки, пока продирался через эти колючки. И как Степка так ловко проскользнул здесь?

Мы выбрались на небольшую поляну. Степки здесь не было.

- И куда запропастился этот идиот?

Мы замерли и прислушались. Тишина. Никого. Только птицы продолжали щебетать где-то наверху.

- Сте-е-е-епа-а-а!

Молчание.

- Шутки он тут шутить решил. Сидит где-нибудь за деревом, да ржет в кулачок. Найдем его – ох, он и получит, - Виталик был зол. Он не любил ребячество. Поэтому лучше бы Степке выйти.

- Считаю до трех, умник! Раз!

Тишина.

- Два!

Я напряженно всматривался в кусты, стараясь разглядеть Степку. Напрасно.

- Три!

Вдалеке хрустнула ветка.

- Ну, держись! – Виталик уверенно пошел туда, откуда послышался хруст. Я едва поспевал за ним, цепляясь за корни и извилистую траву.

Пусто. Мы осмотрели все вокруг – никого. Виталик пошел дальше, все углубляясь в чащу.

- Может, не стоит?

- Нужно его найти. Это уже не смешно.

***

Не знаю, сколько мы бродили по лесу и кричали. Степка как в воду канул. Мы с Виталиком были злые, уставшие и голодные, поэтому остановились на первой попавшейся полянке и сделали привал. Солнце начинало клониться к горизонту. О, черт! Мы проторчали в лесу почти целый день.

Со Степкой или нет, но нам нужно было возвращаться. И тут появилась новая проблема. Мы не знали, куда идти. Ни одной тропки, мы даже не помнили, с какой стороны вышли сюда. Вокруг только деревья, деревья, десятки и сотни одинаковых деревьев.

- Твою мать... – я сел и обхватил голову руками. – Что будем делать?

- Ждать. Больше нам ничего не остается. Провести ночь тут куда лучше, чем плутая среди деревьев. Надо набрать хвороста. Иначе околеем ночью.

***

Один побежал. Кусты услужливо раздвинулись, пропуская его, и закрылись за ним глухой стеной. Он бежал за зайцем. Все глубже и глубже в лес, все дальше и дальше от друзей. Заяц не торопился. Нельзя было, чтоб человек потерял его из виду. Заяц заманивал его.

Когда они убежали достаточно далеко, заяц испарился. Вместо него перед охотником оказался огромный дуб. Он осмотрел его со всех сторон.

- Проклятье! Где ты, маленький трус? Вылезай, я тебя свинцом нафарширую!

Человек шумно дышал. Забег дался ему тяжело. Он сел и прислонился к дубу. Солнце было прямо у него над головой и светило совсем не по-осеннему.

- Уф, что же так жарко? Чертово дерево, где твоя тень?

И тут до него дошло.

- Стой, а… где твоя тень??

Ветка дуба дернулась и потянулась к человеку. Он в страхе вскочил и выстрелил. Это ему не помогло. Он попытался перезарядиться, но ружье заклинило.

- Твою мать! – он бросил бесполезную железку и бросился бежать. Но бежать было некуда. Деревья преграждали путь, хватали за руки и ноги. Ветка все приближалась. Сам дуб, криво переставляя толстые корни, приближался к человеку. Вот он уже за его спиной. Ветвь опустилась на плечо охотника. Обвилась вокруг шеи. Шершавая, крепкая. Человек что-то хрипел, когда дуб оторвал его от земли. Смешно дергался. И затих. Дуб затрещал и начал уменьшаться в размерах. Ветви превратились в руки. Корни стали ногами. Дуб стал бездыханным трупом, лежащим у его ног.

Еще двое.

***

Смеркалось. Деревья вокруг нас слились в одну черную массу. Мы развели костер. Доели остатки нашей еды. Если мы не выберемся завтра, я не знаю, что с нами будет. Но мы выберемся. Мы должны.

Тени плясали вокруг костра. Я смотрел на пламя и пытался ни о чем не думать. Но мысли сами прорывались в голову. Сон на голой холодной земле. Поиск Степки. Плутания по лесу. Это не то, чего я ожидал от нашей охоты. Казалось, что лес сам охотится на нас.

Виталик ворошил костер палкой. Снопы искр вырывались вверх и исчезали. Он провожал их взглядом. Наверное, думал о том же, о чем и я. Говорить нам определенно не хотелось.

- Э-э-эй!

Мы переглянулись.

- Ты тоже это слышал?

Мы посмотрели туда, откуда был слышен крик. Теперь там слышался треск. К нам кто-то шел. Мы встали плечо к плечу, готовые ко всему. И… На нашей полянке появился Степка!

- О, черт, вот ты сволочь! Где тебя носило? – мы облегченно выдохнули. Одной проблемой меньше.

- Скорей, за мной! Там, там..! В общем, пойдемте. Сами увидите!

Мы уже собрались отправиться за Степкой, но что-то меня остановило. Я сказал Виталику:

- Иди, я останусь. Кто-то должен приглядеть за костром. И найти вас, если вдруг что.

Виталик усмехнулся и скрылся в темноте вслед за Степкой.

Я сел у костра, взял палку Виталика и начал ворошить костер. Меня не отпускало чувство тревоги.

***

- Куда мы идем? Может, объяснишь? – он едва поспевал за тем, кого называл Степкой.

- Скоро.

Огонь костра остался далеко позади. Уже достаточно далеко.

- Стой.

- Мы пришли?

Никакого ответа. Никакого движения. Второй пытался отдышаться.

- Эй, ты меня слышишь? На кой черт мы притащились сюда?

В этот раз он услышал сопение.

- Степа?

Тот, к кому он обращался, повернулся. Его глаза горели желтым. Вдруг он стал как будто больше. Его руки почти касались земли. Человек попятился.

- Ты… Ты!..

-ЗРЯ ВЫ СЮДА ПРИШЛИ, - человек услышал голос. Медленный, трескучий, тяжелый.

- Но… Мы же ничего не сделали!!

- НЕЗВАНЫЕ ГОСТИ.

Чаща сомкнулась за спиной человека. Желтые глаза приближались. Груди что-то коснулось. Что-то крепкое, шершавое. Резко вошло внутрь, прошло насквозь. Человек пытался что-то сказать, и с кровью из его рта вырвалось это:

- Леший…

Он обмяк и упал. Леший обтер руку и пошел обратно, к костру. Деревья расступались перед своим хозяином.

Еще один.

***

Прошел час. Другой. Они не возвращались. Я не знал, что делать. Идти искать? И потеряться самому? А вдруг как раз тогда, когда я уйду, они вернутся? Пожалуй, лучшее, что я могу сделать – остаться здесь, поддерживать огонь, а утром попытаться найти дорогу в деревню. А уже потом собрать людей, организовать поиски. И все будет хорошо. Все обязательно будет хорошо.

Я сидел у костра, но мне все равно было холодно. И страшно. Очень страшно. Я буквально чувствовал, как страх течет по моим венам, стынет кровь. Пробирала дрожь. Я подбросил еще хвороста в костер. Может, Степка и Виталик все-таки заметят пламя.

Не знаю, сколько я сидел там. Казалось, будто вечность. Глаза слипались, но я просто не мог лечь спать. Это просто немыслимо. Парни бродят где-то там, в темноте, а я тут и никак не могу им помочь.

Почему-то я закричал. Был ли это крик отчаяния, крик злости, безнадежности, может, я надеялся, что меня услышат. Где-то вспорхнули ночные птицы.

Мне показалось, что меня услышали. Но кто?

***

Леший не торопился. В его распоряжении было полно времени. Он наблюдал. Последний человек сидел на поляне и смотрел на огонь. Леший чувствовал его мысли. Страх. Неизвестность. Потерянность. Отчаяние. И чем дольше человек сидел, тем хуже ему становилось.

Уже скоро.

Человек закричал. Он был на пределе. Самое время избавиться от последнего незваного гостя.

Леший стал терять свои очертания. Он смешался с воздухом, стал ветром. И направился прямо к человеку и его костру – последнему огню надежды.

***

Внезапно налетел ветер. Я не мог вспомнить, чтобы когда-то видел что-то подобное. Это был ветер чудовищной силы. Он прижал меня к земле. Я зажмурился и начал молиться. Это все, что мне оставалось.

- Господи, пусть этот кошмар кончится. Дай мне уйти отсюда.

И тут ветер стих. Так же внезапно, как появился. Я осторожно поднялся и открыл глаза. Ветер потушил костер. Я не мог поверить, что такое возможно. Я остался в полной темноте. Один. И я не знал, что делать. Тут я вспомнил, что на самый крайний случай у меня с собой есть ружье. Я содрогнулся от этой мысли, но теперь я допускал и такое.

Мой взгляд опустился туда, где оно лежало. Я пытался разглядеть его металлический блеск. Вместо этого я увидел два желтых огонька. Я протер глаза и посмотрел снова. Нет, не показалось! Неужели это парни? Но откуда у них фонари? Или это кто-то из деревни? Хватились нас и отправились на поиски. Я вскочил с земли, взял свои вещи. Нужно идти туда, к ним!

Огни начали приближаться.

И тут я понял.

Это не огни. Это глаза. Горящие злостью. Мне стало ясно – они убили парней. Они убили Степку и Виталика и теперь пришли за мной. Мне оставалось только одно: бежать.

И я рванулся назад, подальше от этих глаз, от этого существа. Я не видел его, но не сомневался, что оно ужасно. Перед моими глазами вдруг появлялись жестокие сцены расправы с парнями, и это придавало мне сил. С бешеной силой я продирался сквозь жесткие, колючие ветки, цепкую листву и траву. Я не знал, куда я бегу, но знал: если остановлюсь, мне конец.

Ружье я бросил почти сразу. Понимал, что оно мне не поможет. Моим единственным шансом на спасение было найти выход из леса. Иногда я оборачивался и видел два огромных желтых глаза прямо за своей спиной. Они будто ухмылялись, издевались надо мной. Иногда они пропадали, но только для того, чтобы вновь появиться откуда-то сбоку.

В груди пылал пожар, я задыхался. Но останавливаться было нельзя. Я переставал понимать, что происходит. Мне казалось, что мимо меня проносятся зайцы, олени, волки, пролетают какие-то птицы. И у них у всех были горящие желтые глаза. Иногда я падал, и мое разгоряченное лицо касалось холодной земли. О, как бы мне хотелось прилечь и отдохнуть! Но тогда я уже точно не смогу встать. Никогда.

В какой-то момент мне показалось, что начинает светать. Непроглядный мрак будто начал отступать, а клочки неба, которые проступали сквозь листву где-то впереди стали розоветь. Где-то там, на востоке, должна быть деревня, я точно помнил!

Открылось очередное второе дыхание. Я все бежал и бежал, а сзади меня догонял жуткий треск.

И тут, после бесконечных кустов и веток, весь в грязи и в крови, я вдруг выбежал из чащи к какой-то тропинке. Тропинка! Неужели я спасен?!

Где-то впереди, метрах в двухстах я видел большое пятно света. Выход! Там скоро взойдет спасительное солнце, я выберусь отсюда, сяду в наш джип и укачу отсюда как можно дальше. Забуду все это, как страшный сон.

Треск за моей спиной прекратился. Чудовище отстало? Неужели. Настырная сволочь.

Я шагнул вперед, чтобы выйти на свою дорогу из чертового Изумрудного Города, подальше от его Страшилы.

И тут раздался скрипучий металлический лязг. Мою ногу пронзила острая боль. Капкан! Чертов капкан! Я попытался разъединить его зубья, схватившие мою голень, но они сцепились намертво. Нет времени! Вдруг чудовище вернется? Надо валить отсюда как можно быстрее.

Я поковылял по тропинке, приближаясь к выходу. Я уже видел крыши домов, видневшиеся вдалеке. В голове была только одна мысль: спасен, спасен!

Вдруг я уперся во что-то, и меня сразу же отшвырнуло назад сильным ударом. В глазах потемнело. Кажется, в груди что-то было сломано. Я попытался подняться и увидел перед собой его.

Метра три в высоту, он чем-то напоминал человека. Но ЭТО никогда не было им. Все его тело представляло из себя какое-то хитросплетение стволов, ветвей, листьев. Отдаленно это напоминало эдакий древесный скелет. Длинные руки кончались ветками-когтями длиной чуть ли не в метр. Лицо, если можно его так назвать, тоже было похоже на человеческое. Огромный нос-сучок, две ветки, сложившиеся в губы. А толстые брови из моха нависали над глазами. Желтыми, мать их, огромными глазами!

Но я готов был поклясться, что секунду назад этой гигантской зеленой мрази тут не было!

***

Леший играл с ним. Управлял его мозгом. Насылал видения. Отставал и снова догонял. А напоследок дал ему надежду. Вывел его на тропинку, показал выход. Капкан не входил в его планы, но так получилось даже лучше.

Глупый человек! «Спасительное солнце, вот он, выход, я выберусь отсюда». Леший не отпускает непрошеных гостей.

Он встал прямо перед человеком, но тот не мог его увидеть. Пока не врезался в него. А потом Леший показался в своем истинном обличии. В глазах человека он видел ужас.

- НЕПРОШЕНЫЙ. ТЫ УМРЕШЬ.

- Нет, пожалуйста, прошу тебя! Я… Я сделаю все, что захочешь, только отпусти меня! У меня семья, они ждут меня, умоляю! – человек мямлил, пытался ползти, но сил у него больше не было.

- ТЫ УМРЕШЬ.

Леший подошел ближе и наступил ему прямо на грудь, придавил его к земле. Что-то в человеке затрещало. Леший схватил его за руки и потянул в разные стороны. Раздался крик. Человек метался в агонии. Он видел, как его руки теперь лежат в нескольких метрах от него.

- Пожалуйста, - он все еще пытался хрипеть.

Леший наклонился и посмотрел ему прямо в глаза. Человеку показалось, что он ухмыльнулся. Это было последним, что он видел. Вторая нога Лешего опустилась ему на голову. Снова хруст.

И тишина.

***

На краю деревни стояли люди и смотрели на лес. Солнце только вставало, и в свете его первых лучей лес казался золотым. Огромным и прекрасным.

Потом раздался крик.

Тарас Игнатьич усмехнулся и своей шершавой ладонью потрепал по голове маленькую девочку, стоящую рядом. Димитрич тихо сказал:

- А я говорил. Не слушали хлопцы. Поделом.

- Поделом.

Люди стали расходиться. Их ждали дела. Куда в деревне осенью без дел?

-1
21:02
225
15:39
+1
Интересный получился рассказ, спасибо автору
Загрузка...
Аня Долгова