Антон Карелин

Первый снег...

Автор:
Анатолий Дмитренко
Первый снег...
Работа №471
  • Опубликовано на Дзен

‒ Марта! Маргарет! Стефан! Пора домой! ‒ Солнце клонилось к закату, когда мама позвала играющих во дворе детей в дом. ‒ На улице уже темно и прохладно.

Довольные и смеющиеся дети побежали домой, где их ждал уют, тепло, и горячая пища на столе.

‒ Необычно холодный вечер для середины лета. ‒ Потирая руки, в дом вошел глава семейства.

Мальчик потянулся к горячей булочке.

‒ Стефан, ‒ строго обратилась мать к сыну, ‒ сначала молитва!

Мальчик закатил глаза и сцепил руки в замок.

Отец начал:

‒ Поблагодарим богиню Корнелию за плоды, что даруют нам ее земли Арстерии. За чистую воду, которой мы напиваемся, что делает наш дух крепким, а тело здоровым и сильным. Да будет твое правление вечным и мудрым в мире титанидов. Восславим богиню, Святую Корнелию, ‒ закончил глава семейства.

‒ Восславим, ‒ ответила семья с сопровождающимся звуком битого стекла на втором этаже.

Мать нахмурилась и сердито обратилась к детям:

‒ Если ваш дурацкий кот разбил бабушкину вазу, клянусь, дети, я выгоню его на улицу, ‒ разозлилась мать.

Дети растерянно переглянулись, ведь кот, мирно дремал на коленях Маргарет.

‒ Это не кот, мамочка, ‒ ответила Марта.

Будто в подтверждении ее слов, послышались тяжелые шаги и страшный рык, заставивший вздрогнуть всю семью. Боясь пошевелиться, семья застыла за столом.

‒ Дорогая, побудь здесь с детьми, я проверю комнату, ‒ прошептал супруг, вставая из-за стола.

Глава семейства ‒ Таллин, снял с камина свой старый армейский клеймор.

На улице послышались беспокойные шум и крики.

‒ Дорогой, кажется на улице что-то…

‒ Тише, Клара, ‒ резко оборвал Таллин жену, прислушиваясь к шуму наверху. ‒ Будь готова взять детей и бежать.

‒ Папочка, ‒ пискнула Маргарет.

Отец приложил палец к губам.

Закаленный в армейские годы взгляд супруга выражал полную уверенность. Но от Клары не укрылась тревога в его глазах.

Шаг за шагом, Таллин приближался к комнате на втором этаже, лишь предательский скрип половиц, выдавал его приближение к комнате. Поднявшись по лестнице, он тихонько толкнул дверь и вошел в окутанную мраком спальню.

Осколки битого стекла захрустели под ногами. Завывающий сквозняк жутко раскачивал шторы. Таллин слышал, как бешено бьется его сердце. Комната была пуста, но многолетнее армейское чутье не позволило расслабиться главе семейства. Тень мелькнула за шторами, готовый атаковать, Таллин сдернул шторы и поднял клеймор. Но там оказалось пусто.

Холодный ветер окатил его лицо, рассеивая мрачное наваждение.

‒ Снег? ‒ удивился Таллин, потирая растаявшую снежинку в руках.

Но что-то не так было с этой снежинкой. Что-то темное и липкое осталось на его пальцах. Вглядываясь в руку, Таллин подошел ближе к окну и не заметил, как из темного угла на него устремились два огненных синих глаза.

‒ Это же кровь, ‒ понял шокированный Таллин.

Буря усилилась, и остатки окна взорвались ледяными осколками.

Таллин вскрикнул, и, закрывая лицо, попятился назад в объятия самой тьмы.

Существо поймало мужчину, и холодные длинные пальцы, схватили его за шею. Над Таллином возвысилась огромная фигура, с черными крыльями за спиной. Лицо ее скрывал капюшон, из-под которого выбивались длинные белые, как снег волосы, а из глаз, по щекам стекали ледяные сгустки темной магии.

Склонившись к главе семейства, существо злобно пророкотало:

‒ Богиня услышала вас!

‒ Клара, бегите! ‒ выкрикнул Таллин в последний миг.

Пальцы существа вспыхнули синим пламенем, и свет вырвался из глаз Таллина. Пронзительный и оглушающий крик разнесся по всей округе.

Малышка Марта заплакала, и в ответ ей вновь раздался страшный рык.

‒ Бежим! ‒ выкрикнула Клара, хватая детей за руки.

Вырвавшись наружу, Клара и дети увидели страшную картину. В бушующей метели, горожане и стражники сражались с существами, из чьих глаз текло синее пламя. А практически черный, как сама тьма силуэт с крыльями, взмыл вверх и наблюдал за окутавшим ледяным хаосом городок. Жители в гневе набрасывались и терзали друг друга.

Прижимая к себе детей, Клара попятилась назад и врезалась в препятствие. Позади, послышался пробирающий до глубины души стон. Женщина резко обернулась и замахнулась, в попытке защитить детей, но не смогла нанести удар. Перед ней стоял муж и отец семейства.

‒ Т-талин? ‒ запинаясь, спросила шокированная Клара.

‒ Папочка, ‒ вырвалась Маргарет и подбежала к отцу.

‒ Нет, Маргарет!

Мать в ужасе прижала руку ко рту. Ведь глаза Таллина горели синим пламенем и пламя стекало по его щекам.

Дочь обняла отца.

Темные существа, в которых Клара узнала соседей, торговку с рынка, кузнеца, схватили ее и отобрали детей. Яростный, почти тигриный, материнский рев вырвался из груди Клары. Ведь последнее, что увидела Клара ‒ Таллин поднял дочь на руки и глаза малышки Маргарет полыхнули ярким сними пламенем.

Снежная буря поглотила Клару…

***

Компания товарищей из «Пылающих» ‒ элитного военного ордена земель Арстерии, по традиции после успешного похода коротали вечерок в таверне «Окосевшая львица».

‒ За будущие походы, которые привнесут мир и спокойствие в наши беспокойные земли Арстерии, ‒ поднимая кружку эля вверх, произнес Вайолет, самый молодой член элитного отряда.

Высокий блондин, в очках и бело-голубой рясе был жрецом в компании «Пылающих». Парню едва перевалило за двадцать, когда он единолично три дня отстаивал родную деревушку Фарвуд от нашествия врага. Вдобавок парень был неплохим лекарем и уже спас жизни ни одной сотни людей.

‒ Сильно не налегай на алкоголь, ‒ предупредил Кай. ‒ Мы ведь не хотим, чтобы эта таверна всполыхнула, как в прошлый раз.

‒ Но я еще и кружки не выпил, ‒ возмутился жрец.

‒ Я знаю, и говорю это не тебе, ‒ командир посмотрел в сторону соседнего столика, где королевская разбойница Муна, наливала себе в бокал уже вторую бутылку отличного южного вина. ‒ Сомневаюсь, что королевская казна вновь готова раскошелится, чтобы покрыть расходы прошлой посиделки.

Идеально гладкие и черные как смоль волосы разбойницы были чуть длиннее плеч, гармонично сочетались с красивыми, изумрудного цвета глазами.

Девушка посмотрела на своего командира и с хитрой улыбкой на лице, одним глотком осушила бокал.

‒ Подумаешь, было-то всего один раз.

‒ Черт, да эту девчушку даже смертельный волчий эль не свалит, ну дает! ‒ рассмеялся Большой Билл, огромный, накаченный паладин с рыжим ежиком на голове. Его басовитый смех разошелся по всей таверне, заставив вздрогнуть даже свечи на люстрах.

Рядом паладин уложил свой священный молот из специального камня ‒ амиирила. Руда, добываемая паладинами-адептами в недрах самой высокой горы ‒ Небесный страж. На изящной, но крепкой рукоятке красовалась горящая завивающаяся гравировка ‒ имя молота ‒ Молти. Поговаривали, что даже во сне, Большой Билл не расставался с Молти.

‒ Твой смех слышно даже на самых северных землях Арстерии, здоровяк. ‒ В таверну вошел последний член отряда «Пылающих» ‒ Аксель.

Аксель самый меткий стрелок в Арстерии. Он владел всеми видами стрелкового оружия, начиная от примитивных луков и заканчивая новейшими огнестрельными орудиями. На лысой голове Аксель всегда носил свою счастливую бандану. Как он утверждал, в ней он никогда не промахивается. А под левым глазом стрелка красовался свежий шрам, который Аксель получил от сектанта из последней вылазки в леса Падающих Звезд.

Своими странными речами о возвращении настоящих правителей и начале новой эры, сектант отвлек Акселя. Растеряв бдительность, другие адепты попытались напасть на стрелка, но чувства Акселя всегда были предельно остры. Как итог, каждый свинцовый шарик, выпущенный из огнестрела, нашел свою цель. А в награду за свою ошибку Акселю достался шрам.

Компания праздновала завершение удачного похода.

Командир отряда «Пылающих» Кай Кэссиди. Его светло-каштановые волосы убраны назад и лишь предательски выбившаяся прядь, спадала ему на левый глаз. Один из самых храбрых воинов Арстерии. Не проигравший ни одной битвы, всегда был начеку. И в этот раз он почувствовал приближающиеся сзади шаги, но сразу понял кто это, и, спокойно затянувшись трубкой, выдохнул серый дым, расслабился и продолжил наслаждаться общением в компании друзей. Через секунду нежные руки обхватили его грудь, и, Кай уловил знакомый аромат зеленого яблока и розы, а нежный голос прошептал:

‒ С возвращением, мой герой, ‒ теплые и родные губы коснулись щеки Кая.

Молодая, светловолосая волшебница, талантливая выпускница академии Аргривус и девушка командира ордена «Пылающих» ‒ Айрис Хольт. Ей прочили великое будущее. Место в совете короля или будущее великого ученого, который покорит все возможные просторы в мире магии, но она выбрала тихую жизнь магистра в той же самой академии Аргривус.

Когда Айрис была рядом, Кая ничего не тревожило и не волновало, он был спокоен. Они наслаждались друг другом.

‒ Голубки воркуют, Муна напивается, кажется все в сборе, ‒ усмехнулся Вайолет.

‒ Пора устроить жаркую ночь, ‒ радостно завопил Большой Билл, поднимая кружку эля.

Компания поддержала здоровяка, подняв кружки вверх.

‒ Не зря королевский казначей попросил меня передать вам, впредь не разжигать костры, которые больно бьют по королевскому карману, ‒ вдруг произнес знакомый голос за спинами компании. Воины узнали этот уверенный и благородный тон.

‒ Ваше Величество! ‒ вскочил Кай. Остальные воины последовали его примеру.

Его величество король Кейрин. Благородный мужчина, слегка за сорок. Полные жизни карие глаза. Три шрама на подбородке слева украшали его грубые и одновременно мягкие черты лица.

Король рассмеялся, рассмеялись и все остальные.

‒ Садитесь, вы как в первый раз.

От зоркого внимания короля не скрылась девушка в центре компании «Пылающих».

‒ Айрис, я полагаю, ‒ Кейрин взял руку девушки и поцеловал, ‒ Кай много рассказывал о вас.

‒ Ваше Величество, приятно познакомиться, ‒ смущенно, но достойно и уверенно ответила волшебница.

‒ Просто Кейрин, ‒ улыбнулся король.

Тут же руку Айрис перехватил другой человек, сопровождающий короля.

‒ Магистр Айрис, вновь рад нашей встрече.

Распущенные черные локоны защекотали запястье Айрис. С черной пряди сорвались два крохотных феникса. Обогнувшие запястье волшебницы, птицы взмыли в высь в огненной пляске и сгорели прямо на пальцах высшего мага огня ‒ Файро Скайгарда.

‒ Не желаешь и со мной поздороваться.

Прежде чем губы коснулись руки волшебницы, перед носом Файро вырос кулак.

‒ Кэссиди, ‒ недовольно проворчал маг.

‒ Скайгард, ‒ парировал Кай.

Маг хмыкнул.

Передразнивая, пятерка «Пылающих» притворно хмыкнула в ответ.

‒ Как дети малые, ‒ усмехнулся король, присаживаясь рядом. ‒ Иногда я чувствую себя отцом многодетной семьи, ‒ шепнул Кейрин Айрис.

Волшебница рассмеялась в ладонь.

‒ Милая Муна, не пристало леди столько пить, ‒ осторожно сказал король, обращаясь к разбойнице.

Девушка ответила в своем фирменном стиле.

‒ Эта леди почтена вниманием и заботой короля, но леди прекрасно знает, что должна и в каких количествах, ‒ откупорив новую бутылку, парировала разбойница.

‒ Приятно видеть, что ты не меняешься, ‒ улыбнулся король.

Муна наполнила бокал и подняла его в сторону его Величества.

‒ И так, что же привело самого короля в нашу скромную компанию? ‒ спросил Кай, и ответ не заставил себя долго ждать.

Яркий свет разлился в самом центре зала, отгоняя уютный полумрак таверны прочь. В материализовавшемся светлом круге появилась высокая женщина с длинными, заплетенными в косу волосами. Руки и шея женщины были украшены татуировками с письменами из священного гримуара Арстерии, а запястья украшали амулеты, обозначающие принадлежность к церкви верховных жрецов Святой Корнелии.

‒ Твое появление как всегда эффектно Адалия, ‒ приветствовал Кейрин.

‒ Советница? ‒ удивился Кай. ‒ Сдается мне, наша встреча не была случайна, Ваше Величество, ‒ саркастично подытожил он.

‒ Ты сомневался? ‒ усмехнулась Муна.

Король заговорщически прижал палец к губам и подмигнул Муне.

‒ Король Кейрин, лорд Скайгард, господа «Пылающие», ‒ кратко и в своем стиле приветствовала верховная Жрица. ‒ Перейдем к делу.

‒ Уже третий день, из городка Исток на севере нет известий, ‒ начал пояснять Кейрин.

‒ Церковь обеспокоена происходящим в Истоке. Мы никогда не чувствовали такой силы, ‒ пояснила советница Адалия. Я уверена, что юная волшебница почувствовала то же самое. Разве я не права? ‒ тяжелый взгляд жрицы упал на Айрис.

И вся компания посмотрела на Айрис. Легкий румянец выступил на щеках волшебницы, но почувствовав, как рука Кая легла на ее плечо, Айрис почувствовала уверенность и заговорила:

‒ Это случилось дня три назад.

Адалия утвердительно кивнула. Волшебница продолжила:

‒ Все в академии испытали странное ощущение. Дышать стало труднее, будто ледяные оковы обхватывают тебя и сжимают до тех пор, пока не вытеснят всю жизнь.

‒ Черт, кажется, дело дрянь, ‒ понял Большой Билл.

‒ Поэтому я отправлю с вами два специальных королевских отряда, ‒ кивнул король.

Муна тяжело вздохнула, понимая, что отдых окончен, и осушила еще бокал.

‒ Когда мы выдвигаемся? ‒ понимая серьезность ситуации, спросил Кай.

‒ На рассвете, ‒ ответил король Кейрин.

‒ Вот тебе и поход, жрец, ‒ проворчала Муна.

‒ Можно подумать ты не рада, ‒ парировал Вайолет.

В ответ разбойница лишь пожала плечами и подлила себе выпивки. Как правило, это означало согласие.

***

В глазах Кая и Айрис разгорались огни. Их губы соприкоснулись, пальцы сплелись, объятия стали крепче и в едином порыве, они нашли желанное единение друг в друге.

Айрис положила голову на грудь Кая и провела пальцами по груди, огибая боевые шрамы.

‒ Я слышу, как бьется твое сердце, ‒ шепнула она и все так же прислушиваясь, добавила. ‒ Сильно и быстро.

И она была права. Когда Айрис была рядом, его сердце почти вырывалось из груди. Он прижал ее крепче.

‒ Так бывает только с тобой, ‒ с улыбкой на лице ответил Кай.

‒ Ты меня обманываешь, Кай Кэссиди, ‒ улыбнулась она в ответ.

‒ Нет, не обманываю, Айрис Хольт.

‒ Докажи, ‒ хитро улыбаясь, прошептала она ему на ухо.

Кай притянул ее к себе, и нежно прижимая тело, поцеловал. Сладкое мгновение. Как же Айрис хотела, чтобы оно никогда не заканчивалось.

Отпрянув от его губ, она снова посмотрела на него и в душе промелькнула грусть. Неприятный, гнетущий комок внутри не давал покоя молодой волшебнице.

‒ Тебя что-то беспокоит, ‒ почувствовав напряжение, констатировал Кай.

Заглянув в серые глаза, Айрис прошептала:

‒ Ты только вернулся и вновь покидаешь меня.

‒ Король рассчитывает на меня, рассчитывает на «Пылающих». К тому же Кейрин выделил два своих лучших отряда для этого похода. Мы справимся быстро, ‒ попытался успокоить Кай Айрис.

‒ Знаю я его специальные отряды, ‒ не скрывая раздражения, выпалила Айрис. ‒ Всего по двадцать человек в каждом, ничего особенного.

Айрис замолчала, собираясь с духом.

‒ Просто… ‒ голос сорвался, и Айрис тяжело вздохнула. ‒ Просто вернись ко мне как можно быстрее. Что-то не так с этой магией. Ни один волшебник еще не ощущал подобного. Церковь что-то не договаривает.

‒ Не переживай, Айрис. Дела церкви ‒ остаются ее делами, но, а я вернусь к тебе. ‒ Кай улыбнулся, как улыбался ей всегда той самой родной и дорогой улыбкой. ‒ Все будет хо-ро-шо.

Он вновь поцеловал ее. Но холодный ком в груди Айрис не отступил.

***

‒ Кажется это Катрингшторм, ‒ констатировала Муна, спустя неделю похода.

‒ До Истока еще неделя пути и я не вижу ни одного дозорного, ‒ ответил Большой Билл.

‒ И мы не встретили ни одного патруля, ‒ насторожился Аксель.

‒ Будьте начеку, ‒ скомандовал Кай, оглядывая воинов через плечо.

Главные ворота города покачивались в гордом одиночестве. Вступив на тихие улицы города-призрака, компания осторожно осматривала дома и улочки вплоть до заката. Но они не нашли абсолютно никого. Аномальная пропажа жителей города вызывала тревогу в душе Кая. Опасения командира подтвердил голос из-за спины.

‒ Что-то не так, ‒ сказал жрец.

Брови жреца сползли в хмурую дугу.

Вайолет выпустил шарик света, разделившийся на множество маленьких светлячков. Каждый из них проникал в окна, дымоходы, и дверные щели, исследуя окрестности. Закончив, они собрались в единый шар, который глухим хлопком взорвался в конце улицы.

‒ Ииии? ‒ протянула Муна. ‒ Что это значит?

‒ Жизни больше нет в этом городе, ‒ растерянно заключил жрец.

‒ Не нравится мне все это, ‒ заключил Большой Билл. ‒ Я не чувствую…

‒ …ничего, ‒ закончил Вайолет. ‒ Такое ощущение, что этого места просто не существует в этом мире и времени.

Солнце уже наполовину преодолело горизонт. В сгущающейся темноте, бесполезно было осматривать город.

‒ Остановимся здесь на ночлег. Займем свободные дома. Расставьте дозорных на крыше в этом квартале, пусть сменяются раз в два часа, ‒ скомандовал Кай командирам отрядов.

‒ Есть!

‒ Черта с два я тут останусь, ‒ возразила Муна.

‒ Останешься, ‒ приказал Кай. ‒ Нам нужно отдохнуть и подготовиться к завтрашнему дню. Неизвестно, что нас ждет впереди.

‒ Но…

‒ Выдвигаемся на рассвете, ‒ оборвал Кай разбойницу уже строже.

Разговор был окончен.

***

Муна всегда очень чутко спала. И в этот раз, она схватилась за кинжал под подушкой, когда услышала, скрип входной двери. Муна встала и, осмотревшись, поняла, что не хватает Кая.

Тихо и незаметно разбойница последовала за командиром.

Кай проследовал на смотровую вышку и спокойно закурил трубку. Волосы его слегка покачивались на ветру.

‒ Бессонная ночка, командир?

‒ Всего лишь одна из многих, ‒ усмехнулся Кай, выдыхая дым.

‒ Черт, как же тут холодно, ‒ поежилась Муна.

Разбойница и командир вглядывались в мрачный горизонт, который хранил в себе ни одну тайну.

‒ Ты помнишь, как мы познакомились? ‒ вдруг спросил командир, вглядываясь в звезды.

Горькие чувства накатили на девушку, когда она вспомнила ту встречу.

‒ Я оплакивала сына, когда ты нашел меня, ‒ твердо ответила разбойница, стараясь не выдать дрожь в голосе, то ли от холода, то ли от нахлынувших горьких воспоминаний.

‒ Оплакивала родного тебе человека, среди мертвых тел, убитых тобой бандитов, ‒ подтвердил Кай.

‒ К чему этот вопрос? ‒ легкая злость послышалась в голосе Муны.

‒ Мы опоздали тогда, Муна. Я был уверен, что мы успеем. Каждую ночь я вижу эту страшную картину. Ты с мертвым сыном на руках и лежащим рядом мужем. Именно это съедает меня изнутри каждую ночь.

‒ Ты не виноват в том, что призраки прошлого сами нашли меня. Никто не виноват, кроме меня…

Они остались наедине с ночной тишиной.

‒ Выступая с нами на опасные задания, рискуя собой, ты ищешь смерти Муна. Я никогда не проигрывал битвы. Но тогда, я проиграл. Прости меня.

Неожиданное признание командира ошарашило и сбило с толку разбойницу. Она долго смотрела на Кая, не зная, куда деть взгляд. Он читал эмоции и чувства Муны, как раскрытую книгу. И вот он посмотрел на нее и серьезно сказал.

‒ Мы твоя семья и я не позволю тебе умереть, Муна ‒ разбойница его королевского величества.

Муна даже не знала, что ответить на такое неожиданное признание. Предательская слеза замерзла на ее щеке. И выпал снег…

‒ Это снег? ‒ Разбойница переключила свое внимание на аномалию.

‒ Командир!

Муну прервал разразившийся с крыши дома крик дозорного.

‒ Взгляните в небо!

Каю пришлось приложить усилие, чтобы среди звезд заметить темный силуэт, летящий прямо на них.

‒ Поднимайте людей, ‒ обращаясь к дозорному, послышался голос уже не спавшего жреца. ‒ Теперь мы тут не одни.

Взгляды Вайолет и Кая пересеклись.

‒ Я чувствую силы, которых никогда не чувствовал, ‒ ответил Вайолет на читаемый вопрос.

‒ Я тоже чувствую эту мощь, ‒ подоспел Большой Билл.

Темный силуэт плавно спустился на крышу городского дома. И такие же темные как сама ночь крылья, превратились в плащ.

‒ Я ‒ Ион, ‒ громким эхом прокатился голос незнакомца по улицам опустевшего городка, ‒ Вестник, посланный титанидами, создавших мир, который вы называете Арстерия. Пришло время послужить нам!

‒ Кай, только дай знать, я готов снять его, ‒ послышался шепот Акселя, скрытого темнотой.

Кай указал средним и указательным пальцем в землю, давая знак готовности стрелку, и обратился к незнакомому гостю.

‒ Значит, это ты причина аномальной силы, ‒ понял Кай и тут же спросил. ‒ Что же ты сделал с жителями этого города?

‒ Я дал этим людям лишь то, чего они хотят ‒ свободу. Вы ‒ люди, несете в себе столько злобы и ненависти. А я лишь помог раскрыться этой темной силе. Дальше ваша истинная суть сделала все за меня.

‒ Но зачем тебе это? ‒ спросил жрец.

Даже скрывая под капюшоном взгляд, Вайолет почувствовал, что вестник смотрит на него как на дурака.

‒ Все, на что падает ваш взгляд, земля, на которой вы стоите, воздух, которым дышите, не принадлежит вам.

‒ В данный момент мой взгляд упал на тебя, ‒ пробасил Большой Билл, закидывая молот на плечо.

‒ Этот мир не принадлежит вам, ‒ повторил незнакомец. ‒ Пора возвращать долг вашим хозяевам. Вы послужите на пользу моей госпоже в потустороннем мире титанидов. Во славу моей госпоже Корнелии.

Слова больно задели жреца, верно служившего своей церкви.

‒ Нет, этого не может быть, Святая Корнелия защитница и создательница всего живого в этом мире, ‒ парировал Вайолет. ‒ Она дарует нам силу, чтобы сражаться со злом.

Слова жреца вызвали неподдельный жуткий смех у вестника. Его клыкастый оскал прорезался в неприятной улыбке.

‒ Позвольте, я продемонстрирую вам истинную силу, ‒ на этих словах голубые огоньки заиграли на кончиках пальцев вестника, а вместе с ними, свет разгорелся в каждом доме. Буквально превращая на короткое мгновение ночь в день.

Ночной воздух содрогнулся.

Этот возглас послужил Вайолет сигналом. Он произнес заклинание, взмахнув посохом. Золотая пыль вырвалась, окутывая воинов защитной аурой.

‒ К бою! ‒ скомандовал Кай, доставая мечи.

Солдаты короля обнажили мечи и подняли вверх щиты.

И вновь тишина, и тьма воцарилась на улицах города. «Пылающие» замерли в ожидании. В темноте, в доме напротив, послышался шум и два бледных огонька уставились на воинов. Тонкими струйками огоньки стекали на пол. Медленно, они приближались, покидая порог дома, и шок накрыл всех воинов без исключения.

‒ Это же ребенок, ‒ растерянно констатировал Кай.

Глаза Муны в ярости округлились.

‒ Ах ты, ублюдок! ‒ закричала разбойница и метнула нож в вестника.

И не моргнув глазом, Ион легким взмахом руки отбил клинок.

‒ Это еще не все. ‒ Уголки губ вестника, довольно поползли вверх.

За спиной ребенка зажглась еще пара огоньков. И во всех остальных домах Катрингшторма загорались огоньки. Все больше и больше невинных жертв Иона заполняли улицы.

‒ Скоро и вы присоединитесь к ним, «Пылающие». ‒ Сигнал к действию был подан.

С ревом, к воинам метнулась сначала одна марионетка. Пытаясь не навредить горожанину, рыцарь отбил его щитом. Но за первым последовал второй, третий и все остальные. Выбора не оставалось, пришлось бить насмерть.

Снежная буря усиливалась. Под натиском армии нежити, воины начали отступать. В королевских рядах появились первые жертвы.

‒ Вайолет! ‒ выкрикнул Кай. ‒ Зажги, парень!

Прикрываемый товарищами, жрец сконцентрировался и выдал мощный поток света, раскидывая нежить в разные стороны. Защитный купал, накрыл отряды. Противник не мог пробиться сквозь барьер.

‒ Отступаем, ‒ приказал Кай.

‒ Я смогу удержать барьер до выхода из города, ‒ заверил Вайолет товарищей, но сам не поверил в то, что произошло через секунду.

Взрыв поразил барьер и разорвал его на магические осколки.

Ион пробился сквозь барьер и схватил жреца за горло.

‒ Вайолет! ‒ яростно закричал Большой Билл и замахнулся молотом, но ударил в пустое место.

Ион взмыл вверх вместе с Вайолет.

В попытке вырваться, жрец вскинул руку. Золотая вспышка магии была прервана. Вестник схватил ладонь жреца в кулак и с хрустом сжал. Хриплый стон невыносимой боли вырвался из груди жреца.

‒ Большая честь стать первым жрецом в потустороннем мире и послужить своей госпоже.

Аксель прицелился и попытался сбить вестника, но тот, не глядя, отбил болт одним взмахом крыла. Вестник начал свой ритуал.

Глаза Иона загорелись синим пламенем. Слезы темной магии распространились по руке, переползая на Вайолет. Мрак поразил жреца, терзая его тело и душу. Энергия пробилась сквозь глазницы и вырвалась в небо. Еще пару секунд жрец кричал и извивался, а потом он замолк…

‒ Добро пожаловать, ‒ довольно пророкотал Ион и отпустил жреца. Бездыханное тело Вайолет устремилось вниз.

Паладин ринулся вперед, поймать товарища, но на него набросилась нежить. Он не успел. Тело упало на холодный дорожный камень. Кровавые струйки лучами разбежались из-под его тела. Такой молодой, его взгляд даже сейчас был живее живых, но он был мертв.

‒ Нееееет! ‒ с яростью и болью в груди Большой Билл скинул с себя нежить и вспышки светлого пламени озаряли его молот с каждым новым ударом.

Метель продолжала наигрывать свою песнь жутким воем.

‒ Билл, нам надо уходить, ‒ сам не веря своим словам, выкрикнул Кай. Его друг только что погиб на его глазах. Он и сам был готов рвать и метать, но понимал, что сейчас это будет не правильное решение.

‒ Билл!

Метель усиливаясь, образуя белую пелену. Кай различал светлые вспышки молота в этой завесе из снега и льда. Но потом… вспышки прекратились. А синие плачущие глаза, прорвавшись сквозь пелену, бросились в атаку.

Войны короля, сраженные, падали один за другим. Кай понял, если не выберутся сейчас, это будет конец.

‒ Бежим скорее к воротам!

Муна и Аксель, не веря в смерть товарищей, опомнились и поняли, что им нужно бежать, чтобы жертва друзей не была напрасна.

Остатки отряда добрались до конюшни, где они оседлали лошадей.

‒ Ну же, еще чуть-чуть, ‒ подгонял Аксель скакуна, ‒ еще чуть…

Кай услышал, как Аксель запнулся и обернулся к нему. Тяжело покачиваясь в седле, с губ стрелка стекала кровь. Улыбнувшись напоследок, Аксель повалился в бок и выпал из седла. В его спине торчал ледяной осколок. К ним приближался мчащийся в воздухе вестник Ион.

Выход уже показался на горизонте, но Кай понял страшную правду ‒ им не выбраться и остановил лошадь.

‒ Какого черта ты творишь, Кай?! ‒ выкрикнула, Муна, останавливая лошадь.

‒ Муна, уходи!

‒ Никогда! Я тебя не оставлю, Кай, ‒ слезы утраты показались на глазах. ‒ Только не ты!

Кай потянулся к плащу и резким взмахом меча отрезал свой командирский плащ. Испачканный в своей крови и крови товарищей, Кай передал его Муне.

‒ Я прошу тебя как старого друга, Муна. Передай плащ Айрис, доложи королю. Вы должны быть готовы.

‒ Не делай этого, Кай, ты же знаешь, я не могу оставить тебя, ‒ голос ее сорвался, слезы замерзая, покатились по щекам. ‒ Прошу тебя…

‒ Я задержу их. Иначе нам… тебе не выбраться.

Кай улыбнулся из последних сил, и наклонив ее к себе, поцеловал в лоб. Перед ее глазами еще стояла последняя улыбка командира, когда он шлепнул лошадь, и та понеслась вдаль.

Муна хотела развернуться, но она не могла подвести его. Она не могла подвести миллионы жителей Арстерии, которые даже и не подозревают об опасности, которая грозит им.

Кай проводил Муну взглядом и обернулся на стоящего перед ним вестника Иона. Буря стихла, в воздухе плавал пар, выдыхаемый Каем.

Кай Кэсседи ‒ командир ордена «Пылающих» обнажил парные мечи. Ион ухмыльнулся и нанес стремительный удар в живот, пробивая доспех Кая. Кровь сгустком прыснула изо рта. Обхватив за шею, Ион оторвал Кая от земли и броском отправил в поле замерзших цветов. Каждая косточка в теле Кая отзывалась неприятным хрустом. Нежить расступилась перед Ионом, не позволяя себе напасть на игрушку вестника.

‒ Вставай, ‒ приказала себе Кай, облокачиваясь на меч.

Кай проигрывал, он знал это. Единственное, на что он надеялся, что этого времени достаточно, чтобы Муна успела скрыться.

‒ Еще жив? ‒ удивился Ион. ‒ Ты будешь полезен мне.

Мрачная улыбка показалась на бледном лице.

‒ Попробуй возьми, ‒ Кай сплюнул и с яростным криком выбежал на вестника.

От каждого удара Ион ловко уворачивался, играя с воином. Но веселью пришел конец, когда Каю удалось ранить его щеку. Ион увернулся еще и выбил первый меч, перехватив его в воздухе. И вот Кай открылся, его же меч ударил его в грудь. Кровь окропила замерзшие цветы. Кай взвыл, и кровь просочилась сквозь его плотно сжатые губы.

Наслаждаясь победой, Ион опустился на колено и заглянул в глаза война. Кай хрипло дышал. Второй меч, выпал из обессиленной руки.

И снова, в воздухе закружились снежинки.

‒ Посмотрим, лорд Кэссиди, насколько мрачная ваша душа, ‒ пророкотал вестник.

Холодный меч сильнее врезался в грудь Кая. И страшный крик боли вырвался из его груди, а из глаз его вырвался столб света. Ниточка за ниточкой темные сгустки проникали в этот свет, насыщая его черной краской.

‒ Я знал, ‒ оскалив злую улыбку, довольно пророкотал вестник. ‒ Теперь ты мой, Кай Кэссиди. Ты окутаешь этот мир мрачной пеленой тьмы исходящей из твоего сердца. Ты еще послужишь нашей госпоже, пополняя ее ряды новыми войнами.

Пока Муна гнала лошадь подальше от кровавого побоища, она могла поклясться, что слышала, как смех вестника наполнил эту проклятую ночь.

***

‒ Они вернулись! ‒ воскликнула радостная Айрис, когда фанфары оповестили о возвращении героев.

После завершения занятий, Айрис была первой, кто вырвалась из аудитории и чуть не врезалась в главу академии.

‒ Вы-то мне как раз и нужны, магистр Айрис. ‒ Лицо архимейстера было мрачнее тучи.

‒ Простите, архимейстер, я обещаю, что скоро вернусь, и мы обязательно побеседуем за чашечкой чая.

‒ Постой, дитя, ‒ выкрикнул он вслед, пытаясь остановить Айрис, но та уже скрылась.

‒ Бедное дитя, я должен был подготовить тебя к этому…

Архимейстер академии Аргривус первый получил донесение о единственно прибывшем воине.

Приближаясь все ближе к центральной площади, в толпе, Айрис стала чаще замечать встревоженные лица горожан, от чего ее сердце неприятно кольнуло, и холодный ком внутри вновь напомнил о себе неприятным толчком. Трубы больше не выдували приветственные фанфары, а толпу в центре окутала мрачная тишина.

Когда волшебница пробилась сквозь толпу, она увидела Муну, стоящую в центре, грязную, в запекшейся крови и прижимавшую сверток к груди.

‒ Муна… ‒ тихо позвала Айрис.

Муна вздрогнула и в ужасе посмотрела на волшебницу. В глазах разбойницы стоял неподдельный страх. Губы Муны дрогнули, и она стыдливо отвернулась более не в силах вынести на себе взгляд Айрис.

‒ Дорогу королю! ‒ закричали рыцари королевской гвардии, отгоняя и расталкивая толпу. ‒ Расступитесь! Король идет!

‒ Муна, что же случилось? ‒ спросил встревоженный Кейрин, и обнял разбойницу за плечи.

Девушка склонила голову не в силах взглянуть своему королю в глаза. Кейрин почувствовал, как трясет разбойницу, почувствовал исходящий от нее ужас.

‒ Мы отведем тебя во дворец. Там ты будешь в безопасности.

Но Муна резко вырвалась и отступила назад, обнажив свой кинжал. Стража короля со звоном выхватила мечи из ножен. Кейрин не отступил, он поднял руку, давая сигнал страже отпустить оружие.

‒ Мой король!

‒ Убрать оружие! ‒ гневно выкрикнул приказ король.

Холодной сталью, приказ эхом разлетелся по улицам города. Сама тишина повиновалась королю. На суровом лице застыл вопрос, обращенный к Муне.

Разбойница занесла кинжал, стража в напряжении сжала рукояти, но продолжила выполнять приказ. Схватив плащ, она одним взмахом отрезала ткань. Кинжал со звоном ударился о землю.

Муна протянула плащ королю. Все еще не понимая, Кейрин принял плащ и почувствовал, как вместе с плащем в его руку лег конверт.

‒ Я ухожу, ‒ сказала она.

‒ Муна? ‒ все еще не понимал король.

‒ Я подвела вас, ‒ голос разбойницы дрогнул. ‒ Я подвела всех.

Кейрин хотел было спросить, но Муна опередила его.

‒ Их нет… Никого нет… Они все мертвы! ‒ страшная правда и горькие слезы вырвались наружу.

После этих страшных слов, время для Айрис остановилось. Оно просто перестало существовать. И даже ее сердце перестало биться в этот момент.

«Их нет…»

Его больше нет.

«Никого нет…»

Ее Кая больше не существует в этом мире.

«Они все мертвы!»

Он мертв.

Окружающая короля и разбойницу толпа нервно зашепталась. Послышались всхлипы женщин и ругань мужчин. А наблюдавшая с крыши в образе белой кошки советница короля Адалия, в скорби закрыла глаза. Страшное сбылось, опасения церкви подтвердились.

‒ Командор, ‒ обратился Кейрин к главе, разгоните толпу. ‒ Только осторожно, ‒ добавил он, не забывая об испуганных жителях.

‒ Слушаюсь, Ваше Величество.

Адалия услышала достаточно. С горечью, она растворилась в тени. Тайна хранившаяся в недрах церкви оказалась правдой. Боги пришли забрать то, что им положено.

‒ Муна, ‒ окликнула Айрис разбойницу, догнав ее на выходе из города.

Муна обернулась и молча протянула ей сверток.

‒ Он спас меня…

Айрис раскрыла сверток. Это был окровавленный плащ Кая. Слезы капнули на ткань. Айрис хотела обнять Муну, расспросить обо всем, но разбойница словно растворилась в воздухе. Муна ушла.

***

«Их нет… Никого нет… Они все мертвы» ‒ вновь и вновь проносились слова Муны в голове Айрис. Она прижала плащ к груди, пытаясь вновь обнять, вновь почувствовать Кая рядом. И, кажется, всего на секунду, но ей показалось, что Кай стоит рядом. Но неожиданный стук в дверь отбросил наваждение.

Волшебница почувствовала его, может это он? Ее Кай? Айрис метнулась к двери. На пороге стоял высший маг Файро.

‒ Здравствуй, Айрис, ‒ приветствовал он, увидев, как гаснет лучик надежды на лице волшебницы и осторожно спросил. ‒ Я могу войти?

Айрис кивнула. И почему она надеялась увидеть Кая?

«Глупая дурочка» ‒ выругала себя Айрис.

Маг прошел в комнату и встал в центре, очевидно, не зная, куда самому деться.

‒ Может чай? ‒ спросила Айрис.

‒ Нет, спасибо, Айрис. На самом деле я пришел по делу.

Айрис пожала плечами и подошла к чайнику.

‒ И какое же дело у высшего мага огня ко мне?

‒ Прошел месяц, а народ лишь может догадываться о том, что случилось в Катрингшторме, ‒ начал Файро с больного.

Айрис стиснула зубы, сдерживая внутреннюю боль.

‒ Но мы знаем, ‒ ошарашил Файро Айрис.

‒ Откуда? ‒ от волнения Айрис выронила чашку.

‒ Вместе с плащом, Муна передала письмо королю.

‒ Муна думала, что подвела своего короля, но она… ‒ Файро замялся и тут же поправился, ‒ «Пылающие» выполнили свое задание. Их жертва не была напрасна, мы узнали все, что нам нужно.

‒ Прошу, не томи, ‒ взмолилась Айрис.

‒ Подробности похода Муна опустила, но дала знать кто наш враг.

‒ Что в письме? ‒ требовательно переспросила, Айрис.

‒ «Они вернулись, чтобы забрать то, что принадлежит Им. Готовьтесь к битве, ведь бежать уже некуда», ‒ процитировал маг последние строчки письма. ‒ Мы подозреваем, что в потустороннем Мире произошел переворот. И вестник был послан в наш мир, чтобы начать новую эру. Эру правления темных титанидов.

‒ Наш противник сами Боги? ‒ осторожно спросила Айрис, в надежде, что она ошибается.

‒ Вестник выдает себя за посланца Корнелии, но мы не можем утверждать кто наш противник, но церковь больше не ощущает связь с Корнелией, ‒ на этих словах, он хлопнул в ладоши. В его ладонях вспыхнуло и зашелестело пламя.

‒ Получается Муна права ‒ бежать некуда.

‒ Издавна церковь и круг магов познавали магию по священному гримуару ‒ «Свет». Но есть и второй гримуар. Гримуар потустороннего мира ‒ мира титанидов, называющийся «Раскол».

Во вспышке света и огня, в руках Файро материализовалась огромной толщины книга.

‒ Это ‒ «Раскол», Айрис. И жрица Адалия попросила передать его тебе.

Файро осторожно уложил гримуар на стол.

‒ Мне? ‒ непонимающе спросила Айрис.

Маг кивнул.

‒ Она знает, что только тот, кто все еще по настоящему верит, сможет найти разгадку этой тайны и, возможно, единственному спасению. ‒ Файро взглянул в окно и его взор устремился к звездам.

Айрис уже углубилась в изучение гримуара, рассматривая письмена и иероглифы. Пока одна фраза не заставила ее остановиться.

‒ Он был мне другом, Айрис. Да, он был наглецом, и с академии я недолюбливал его. Но чтобы не случалось, он был рядом всегда. И я уважал его за это.

Слезы капнули на «Раскол». Файро обхватил руки Айрис и прижал к груди. Такое теплое прикосновение.

‒ Мы найдем Муну, и с ней возродим орден «Пылающих», чтобы дать отпор титанидам. Я, Файро Скайгард, от имени его Величества, короля Кейрина Могучего, прошу тебя, Айрис Хольт, одну из самых талантливых волшебниц, присоединиться к нам в новый орден. Угасшее пламя возродится вновь с новой силой. И его яркий свет отчистит наш мир от нависшей над ним угрозы. И имя ему ‒ «Возрожденные».

Искра надежды вспыхнула и разожгла пока небольшой, но все же жаркий огонь в душе Айрис. Почувствовав, что Айрис может продолжить дело «Пылающих», она ощутила связь с возлюбленным. И сердце ее заполнила отвага и вера. От новой надежды и наступившего облегчения, Айрис обняла мага и со слезами на глазах сказала:

‒ Я принимаю твое предложение, старший маг огня Файро Скайгард… Я не подведу вас. Я не подведу моего Кая.

***

Прошел ровно месяц с вылазки в Катрингшторм. Об Ионе больше ничего не было слышно. Народ простился с «Пылающими» и попытался забыть историю их падения, как страшный сон. Но сон никогда не был сном, а кошмар и страх оставались реальными. Об этом народу напоминала последняя из «Пылающих».

Муна вернулась в родной дом в Рейнхольме. В дом, который хранит в себе страшную историю. В попытке сбежать от прошлого, Муна вернулась туда, где все началось. Туда, где все закончится.

Разбойница ненавидела себя. В давящем полумраке и тишине, она смотрела на отражение в зеркале. В отражении ее прожигали испепеляющие изумрудные глаза. Глаза, которые рисовали чудовищные картины.

«Нет! Мама помоги! Мамочка, мамааа!»

Муна резко встряхнула головой, выбрасывая из головы жуткое наваждение. Но отражение не уступало и продолжало вырисовывать новые пугающие картины.

Она обнимает сына, который буквально растворяется в объятиях, оставляя на руках, лишь кровь. Кровь, которая мерзнет, становится гуще, а на ее ладони медленно падает снег. В ушах проносится яростный и жуткий смех вестника Иона. Теперь ее сын и Кай в объятиях тьмы.

‒ Мама!

‒ Муна…

‒ Мамочка!

‒ …уходи!

‒ Заткнитесь! ‒ Бутылка полетела в отражение в зеркале.

Пустые бутылки со звоном покатились по комнате. Тяжело выдыхая, Муна по очереди перебирала пустые бутылки в поисках пойла. Недопитая бутыль откатилась к старому, запертому на ключ комоду. Муна замерла перед темницей больных воспоминаний. Осмотрев комод, она нащупала ключик за стенкой и открыла его. Сердце Муны больно вздрогнуло. В самом верхнем ящике, рядом с другими дорогими ей вещами лежал сверток. Раскрыв его, Муна увидела детские, наивные и такие родные глаза ее сына Мира и мужа Грейси.

Муна тяжело вздохнула, пытаясь подавить боль. Слезы скатились на семейный портрет, и, выдыхая боль, холодный пар окутал дорогие образы.

‒ Мама, помоги!

Муна очнулась от забвения. Голос ребенка был не в ее голове. Голос был реален. За окном бушевала метель.

‒ Мама! ‒ закричал ребенок.

Женщина обняла дитя покрепче, пытаясь защитить его своим телом.

Предсмертная тень упала на женщину с ребенком, но удара не произошло, лишь холодная жидкость капнула на них. Открыв глаза, женщина увидела мертвую тварь и девушку, возвышающуюся над ней. Черные, как смоль волосы Муны развивались на ветру.

Разбойница резко обернулась. Ее лицо покрывали брызги черной крови нежити, а изумрудные глаза наполняли злость и решимость.

‒ Уходите, ‒ приказала она матери ребенка. ‒ Живо!

Женщина опомнилась, и, пролепетав благодарность, взяла свое дитя на руки и пустилась в бегство.

Разбойница посмотрела на опешившую стражу. По их виду было понятно, что они узнали девушку. Муна отдала следующий приказ:

‒ Уводите людей, нам не победить.

‒ Но куда нам вести их?

‒ Да хоть на край земли, ‒ разозлилась Муна и добавила, ‒ а лучше еще дальше!

‒ Как же ты? ‒ спросил один из стражей с отличительным знаком командира.

‒ Я окажу этим тварям достойный прием. У меня личные счеты с их хозяином.

Еще секунду командир стражи смотрел на девушку с гордость и уважением. Уходя, он отдал честь Муне и сказал:

‒ Спасибо, последняя из «Пылающих».

От услышанного, сердце Муны забилось быстрее, пальцы крепче сжали рукояти клинков. Леденящие душу рев и крики мертвых разнеслись по всей деревне. С ответным яростным криком, Муна рванулась в бой. Каждый ее удар ‒ был смертелен. Каждый взмах ‒ рассекал плоть, и как надеялась Муна, освобождал мучимые души бедных людей.

Но снежная буря усиливалась, а вместе с ней и нежить. Они окружали Муну, подбираясь все ближе. Не смотря на горы мертвых тел, противников не становилось меньше. Более того в некоторых из них, Муна узнала отголоски прошлого. Некогда живые люди Рейнхольма…

‒ Ну же Ион, покажись, ‒ пытаясь отдышаться, тяжело прошептала разбойница.

Ответом ей послужил холодный голос из толпы.

‒ Муна… ‒ произнес до боли знакомый шепот в голове.

Нежить начала расступаться, а Муна напряглась и встала в боевую стойку, в готовности встретить врага.

В толпе показался черный доспех, украшенный черными крыльями, которые пронзали десятки мечей, а на голове был шлем украшенный загибающимися шипами в виде короны.

‒ Муна, я пришел за тобой, ‒ повторил ледяной шепот.

‒ Этого не может быть. ‒ Руки Муны опустились.

Темный рыцарь снял шлем. Муна была готова к встрече с Ионом или любым другим врагом. Но… не со старым другом. Это был он, стоял перед ней живой и смотрел прямо ей в глаза ‒ Кай Кэссиди.

Он изменился. Его когда-то серые глаза, стали холодно-голубыми, в убранных назад светлых волосах появились серые пряди, а кожа стала бледнее, с проступающими на ней темно-фиолетовыми венами. От него веяло смертельным холодом.

Муна сделала ошибку, и потеряла бдительность. Она слишком поздно услышала, как что-то со свистом настигло ее. Резкая и невыносимая боль прожгла плечо. Выпущенный из арбалета болт, нанес глубокую рану.

Позади Муны стоял Аксель. Его шрам под глазом разросся на пол лица, перетекая на шею и дальше под доспехи, а второй глаз окутала бледная пелена.

Громкий топот настиг ее так же внезапно, как и выпущенный болт. В последний момент Муна увернулась от удара молота, но потеряв равновесие, повалилась на землю. Взирая на разбойницу сверху вниз, Большой Билл закинул молот на плечо.

Амиириловый молот раскололся на несколько частей. Поддерживаемый темной магией, он соединялся лишь потоками темно-голубой энергии. А прекрасный рыжий ежик Большого Билла лишился жизни, покрывшись холодной сединой.

Тень упала на Муну. Посох врезался рядом с головой. Сильная волна темной энергии откинула разбойницу на несколько метров в сторону. Жрец Ваойлет прошипел проклятие.

Взглянув на старого друга, Муна ужаснулась. Из глаз некогда молодого и талантливого жреца стекали сгустки темной магии. Мрачные слезы одинокого отчаяния и боли.

Кай двинулся вперед на обессиленную подругу, обнажив свой меч. Меч, который указывал на свет, меч, который нес справедливость, теперь был направлен против Муны.

В последний момент разбойница сгруппировалась, и парировала атаку, скрестив кленки. Но в едином ударе, ее оружие рассыпалось на маленькие ледяные осколки, а острие меча прорезало кожаный доспех и рассекло живот. Снег окрасился в темно-алый. Муна пошатнулась и упала на колени. Во рту почувствовался неприятный металлический привкус.

Кай поднял бывшую подругу за шею и взглянул ей в глаза. Голос трескающегося льда пророкотал:

‒ Теперь ты будешь с нами.

‒ Все там будем, ‒ выдавила Муна, доставая зажигательную бомбу.

Муна оттолкнулась ногами от груди Кая, и, вырвавшись, с ловкостью раскинула в воздухе зажигательные бомбы.

Взрыв был оглушительной силы. В хаосе огня и плоти, Муна затерялась в густом пороховом мраке.

Пошатываясь, разбойница с трудом добралась до своего дома. Тяжело дыша, она вошла в свою комнату, оставив кровавый отпечаток на двери. Она села за стол и сморщилась от жгучей боли в животе. Тысячи холодных игл прожигали ее изнутри. Она нашла в себе силы дотянуться до семейного портрета. Она ‒ Муна, ее муж Грейс и такой молодой, еще не видавший жизни сын Мир.

Кровавая слеза капнула на холст.

‒ Простите… ‒ сорвалось с губ, ‒ …родные мои, кажется, мы с вами еще не скоро увидимся.

Звон в ушах от взрыва еще не прошел, но Муна услышала, как половицы в коридоре натужно заскрипели под тяжелыми шагами. От ледяного взрыва дверь разлетелась в щепки. На пороге стоял он ‒ Кай Кэссиди, бывший командир «Пылающих». Муна ощутила холод, ворвавшийся в комнату. Ледяные иглы ответили на зов хозяина, и не в силах вытерпеть боль, Муна вскрикнула, выронив из рук семейный портрет, и зажала рану на животе крепче. Сквозь холодные пальцы сочилась горячая кровь.

Кай медленно подошел к своей старой подруге, и, приподняв ее голову за подбородок, посмотрел ей прямо в глаза. Как когда-то Ион посмотрел в его глаза. Теперь Кай новый вестник титанидов. Новая игрушка в руках ненасытных богов.

Его холодные голубые глаза заглянули внутрь Муны, выжигая ее насквозь. Слезы катились ручьем по щекам последней из «Пылающих».

‒ Какое унижение… ‒ прорычала Муна, отдергивая голову и злясь.

Из последних сил она кричит на своего бывшего командира.

‒ Какое унижение было служить плечом к плечу с тем, в сердце которого затаилось столько злобы и ненависти!

Муна бросается на Кая в последний раз.

Ее сердце прожигает боль. А глаза заполняет тьма…

***

Айрис оторвалась от изучения гримуара потустороннего мира, когда странная и пугающая тишина воцарилась в ее комнате. Огонь в камине погас, а треск бревен, сменился треском морозного инея, расползающегося по окну. Сердце ее забилось сильнее, когда проревел сигнал тревоги. Выйдя на улицу, Айрис ощутила холод, и изо рта вырвался густой пар. Еще недавно сияющее солнце затмили темные тучи.

На дворцовой башне уже стоял король Кейрин в окружении командиров, рядом стояла его советница, верховная жрица Адалия и высший маг Файро. Новый орден ‒ «Возрожденные».

‒ Снег, ‒ ответила Файро на немой вопрос волшебницы.

Выставив ладонь вперед, Адалия поймала снежинку. Растаяв, та превратилась в красную капельку.

‒ Кровь, ‒ догадалась Айрис.

Адалия кивнула.

‒ Собирайте воинов, ‒ отдал первый приказ король Арстерии.

Поразмыслив немного, он отдал второй приказ.

‒ Начинайте эвакуировать жителей. Ведите их к подготовленным кораблям, они отвезут их в южные земли, к моему брату.

‒ Кейрин, нужно верить в наших солдат, ‒ осмелившись на дерзость, выпалила Айрис.

Но король не разозлился на волшебницу. Айрис заметила, как в его глазах исчезла та самая яркая искра, которая вела людей за собой. Наверное, эта искра погасла, когда Муна покинула его.

‒ Там, ‒ Кейрин посмотрел вдаль, ‒ стоят мои лучшие войны. Мои друзья… Мы будем удерживать город столько, сколько сможем.

Айрис проследила за взглядом короля и не могла поверить собственным глазам, когда на горизонте появился он.

«Неужели это правда?» ‒ спрашивала она себя, прижимая руки ко рту, чтобы не закричать. Но это была самая жестокая правда. Ее Кай стоял на горизонте, в окружении подступившей армии зачарованных мертвых, а рядом с ним стояли Вайолет, Большой Билл, Аксель и…

‒ О, нет, ‒ стены последней надежды рухнули в голосе Айрис.

Муна стояла рядом с Каем. В отличие от остальных, ее волосы остались такими же прекрасными, насыщенно-черными.

‒ Муна, прости нас, мы опоздали, ‒ тихо прошептал король.

В его словах Айрис почувствовала надлом и горькую боль.

Рука легла на плечо волшебницы. Обернувшись, Айрис посмотрела на Адалию, чьи запястья и шею больше не украшали амулеты восславляющую Святую Корнелию. Лишь покрывающие руки татуировки с письменами служи напоминанием о былой ошибке.

‒ Сейчас нам важно защитить живых. Люди в городе нуждаются в нас. Мы их стены, мы их последний оплот. ‒ Ты готова, Айрис?

Еще раз взглянув вдаль, где стоял ее, когда-то живой возлюбленный, с тяжестью в сердце, сдерживая слезы, Айрис сжала кулаки и кивнула.

В небо взмыл тот самый проклятый вестник Ион. Его меч взмыл над головами, и острие указало на город. Следуя за падшими «Пылающими», армия выдвинулась вперед.

Так первый снег, стал знамением смерти для всего рода людского. Приближением темных сил, обозначавшим конец веры и надежды.

И так началась Великая война. Война между миром людей и миром мрака богов-титанидов, знаменующаяся как «Мрачные сердца» Арстерии.

0
23:09
615
19:08 (отредактировано)
Рассказ написан неумело. Много нелепых выражений и повторов.
Таллин подошел ближе к окну и не заметил, как из темного угла на него устремились два огненных синих глаза.

‒ Восславим, ‒ ответила семья с сопровождающимся звуком битого стекла на втором этаже.

Закаленный в армейские годы взгляд супруга выражал полную уверенность

Чем закаленный? Что, взгляд закаленный?
заставивший вздрогнуть всю семью. Боясь пошевелиться, семья застыла за столом.

Таллин приближался к комнате на втором этаже, лишь предательский скрип половиц, выдавал его приближение к комнате.

Есть неправильно составленные предложения и ошибки в пунктуации.
Дочитывать не стал. Для конкурса работа слаба.
Мне очень жаль, что работа оттолкнула вас. Действительно ошибки очень позорные и мне за них стыдно.
Спасибо за ваш комментарий! Есть о чём подумать.
20:25
А-а-а, не стыдитесь.) Каждый с чего-то начинал. Просто работайте над текстом и учитесь.
А на первых порах можно воспользоваться бета-ридером. То есть перед отправкой текста на конкурс дать его почитать человеку, знающему хорошо русский язык.
Если таких нет в окружении (бывает, чего уж там) можно нанять репетитора по-русскому на часик-другой. Пусть читает и отрабатывает деньги.)
И на критиков не обижайтесь. Писать нудные поучающие портянки скучно. А с юмором — веселее.))
Успехов вам!
Я с вами полностью согласен. Всем нам необходимо встречаться с правдой лицом к лицу, чтобы учиться и становиться лучше ))
А за советы спасибо! Репетитор — это действительно хороший вариант.
Загрузка...
Михаил Анатольевич