Агапэ

Закон единства и борьбы противоположностей: в основе всего лежат два противоположных начала; они находятся между собой в постоянном конфликте. Их природа едина, каждый объект имеет противоположные стороны, свойства, тенденции; взаимно дополняя и отрицая друг друга, они составляют противоречие, которое служит причиной развития объекта. (с)

Демон - существо очаровательнейшее по своей сути, желтый пушистый мячик для пинг-понга с глазами красными, словно капли свежей крови.

- Я создание зла, квинтэссенция тьмы. Я велик! Я единица мира, заключающая в себе весь Мир!

- А ещё ты пафосный хомяк.

И этому хомяку очень тесно в собственной шкуре, его конечности затекали от постоянного нахождения в мягком слабо оформленном теле, развернуть которое можно не более чем на клетку площадью в четверть квадратного метра. Но стеснённые обстоятельства, сколь долгими бы они не были, не приучали к смирению, и только тот с кем можно поговорить изредка вырывал демона из состояния отчаянной нехватки свободы.

 Две пары глаз, две пушистые морды смотрят друга на друга сегодня как и вчера, как должно будет случиться завтра.

- Значит, опять вру - не слушай. А ты снова рядом и терпишь? Но на твой аппетит не хватит одного меня - кусок слишком мал. Так уйди и не трать силы. Тобой, Катя, легко быть: в любой момент можешь слушать крики судного дня меховых шариков, подобных мне. Сколько уже было таких? Сможешь ли ты всех вспомнить, из уважения к их бессмертным душам.

Черная когтистая лапа легла на железные некрашеные прутья клетки. Этот жест превосходства должен бы смутить душу Демона, но кот имел в себе столько небрежности и простоты, что становился для своей добычи скорее товарищем и равным, чем врагом. Котик зевнул, беседы с этим хомяком забавляли его. Мелкий паршивец считал, что у него есть что-то кроме маленьких розовых лапок, скрипучего повизгивания и самомнения. Так ведь и правда, хомяк имел в себе особенность: человечище, купивший его, не нашёл имени лучше, чем "Демон". Но на этом фантазия человека истощилась, а может появилось чувство юмора, потому как котику в момент появления в квартире дано было имя "Кот", которое постепенно трансформировалось в "Котя", а хомяком читалось как  "Катя".

- Не хочешь ли короновать меня, мелочь? Ты уже стал очень многим, а когда-нибудь станешь и хлебом. Тогда время исчезнет, и весь мир взорвётся, потому что без тебя ну какой же это Мир? - в голосе отчетливо слышался сарказм.

Когти царапнули по холодной решетке. Но железки не только мешали освободить собеседника, а также и защищали его. Кровь кота закипала при мысли об освобождении Демона, грешного желания коснуться его зубами и языком. Такие мысли насыщали очередную ночь душным чувством, гнали на открытый балкон перегрызать горла птицам. Глаза загорались от понимания, сколь далеки подобные отношения от дружеских, но на этом строились все взаимодействия этой парочки: хомяк провоцировал - котик был рад провоцироваться.

- Катя, расскажи, что происходит на улице? Удалось убить кого-нибудь?

- Никого. Я решил дать человеку возможность накормить меня, - котик потянулся, изгибая чёрную глянцевую спину, широко зевнул.  - Солнце происходит. На улице происходит лето и солнце.

«Ничего нового» - скользящая мысль под несколько шагов  вплотную к краю, так что острые резцы хомяка вгрызлись в металл: «Опять упоминает человека. Этот чёрный слишком полагается на него».

Презрение своё Демон умело скрывал. Его темница была вечной, зависимость от хозяина неизбежной. То, что кот умышленно шёл к хозяину, а порой даже искал ласки, не могло вызвать положительных чувств. При этом хомяк никогда не спрашивал Катю об искренности подобного поведения. У каждого из них своя шкура и она ближе к телу.

Вот и сейчас мелкий терпеливо ждал ночи, когда сможет бесноваться, пробуя силу и ловкость маленького тщедушного тельца: бег по кругу, ходьба по ручной лестнице, заменяющей потолок. Но больше всего он любил повторять роющие движения лапками: передними – задними, к себе - от себя, циклично, не останавливаясь. Это сосредоточение на рефлексе, изначально заложенном в грызуне, как нельзя лучше подходило демону, как попытка уйти под землю, туда, где нет еды и решёток, где всё сложно, но так близко для его духа.

В темноте, спустя часы тишины и одиночества, земля сдвинулась; кот толкнул клетку, приближая её к краю. Один раз, затем другой. Сколь велико было доверие хозяина к хищнику, если он не сделал крепёж для клетки с добычей. Мир сдвинулся вновь и полетел вниз, в пропасть, расколовшись на части при ударе. Закрытая дверь больше не имела значение - дно уже отделилось от стен и потолка.

Тело хомяка непроизвольно напряглось, он встал на задние лапы и поднял уши, вслушиваясь, всматриваясь, пытаясь осмыслить пространство вокруг себя, уловить движение. Розовыми лапками Демон осторожно ступил на незнакомую землю, подергивая усами и носом отчаянно пытаясь справиться с волнением, когда что-то коснулось его спины.

Катя жадно вдыхал специфический аромат, приближаясь к грызуну. Движения его замедлились, сердце застучало чаще, нечто внутри сжалось, готовое к прыжку:

- Рядом с тобой уютно. Я не был уверен, что это поможет, но сегодня мне плохо, поэтому я пришел к тебе, может быть стоило сделать это раньше.

- Да, кстати, почему сейчас? Может, раньше боялся отвлечь меня?

- Отвлечь тебя? Невозможно. Я шагаю бесшумно, а ты волен не замечать никого вокруг. Потому что сегодня я бы охотно потерся о тебя. Мне нужен рядом кто-то близкий и тёплый.

Отчаянный скрипучий крик и бросок в сторону кошачьей морды. Демон обнажил тонкие коготки, оставляя царапину на носу зверя, и метнулся в сторону, где угадывалась стена, но сделал это не достаточно быстро. Одним прыжком кот достиг его и лапой отбросил ближе к середине комнаты, подальше от укрытий. Стремительное движение в сторону и хищник коротко прижал добычу к полу, челюстями сжал туловище, переламывая хребет. 

Кровь несколькими каплями попала на язык и подбородок. Молнией раскололся Мир, шерстка Демона продолжала излучать мягкое желтое сияние, тепло, исходившее от тушки, разлилось внутри кота.

«Мне приятно убить тебя»

«Я не верил, что ты сможешь»

«И это понятно, мы были друзьями»

«Нет»

«Справедливое нет»

«Надеюсь, я отличаюсь от еды привычной тебе, и ты запомнишь меня, но это так... к слову»

«Спасибо, что был со мной»