Нидейла Нэльте №2

Лыко Воевода

Лыко Воевода
Работа №38

Была у Лыко-воеводы идея собрать и забрать всё, что не Так лежит, гвоздём не закреплено, дверью не затворено, через ссохшиеся доски утекает.

Бывало едет на своём коне буланом — сбруя прилаженная не шелохнется, кольчужные кольца и накладки медно-серебряные не звякнут, лапоть в стремени как влитой сидит. Только увидит на дороге гвоздь от подковы — ржавый да погнутый — валяется, сам с коня сойдёт, поднимет, да в карман положит.

И дружина его разом ходит, словно плот крепко сколоченный по реке плывёт, перекаты оглаживает, утёсы огибает, берегов не касается.

С дружиной этой сначала избороздил всю родную Лыкарию, разорил и объединил все княжества между морями Льда и Жара, между крутыми берегами Непровии и хребтом Уралии. Но не успокоился. На Закат не пошёл, там кеды, да уги живут. У них много чего не Так, но соседствуют они плотно, и хозяин у всего нетакового завсегда найдётся.

Тут донесли лазутчики, что осталась на Восходе земля бесхозная: местные хозяева поубивали друг друга, деревни разорили, стены градские порушили — и всё там не Так и его много.

И дошёл он от Уралии до Восхода самого. А там за морем синим большая земля не Так лежит, лесами лохматится, горами горбатится. И сразу видно, нет у неё хозяина. Да как до неё дотянешься — лодки лыкари строить не умели, воды глубокой боялись. Сообразил Лыко. Дружники его канаты с крюками на землю ту перекинули и притянули к Лыкарии. И ступил на неё Лыко-воевода и назвал её Ласкою. Только не выдержали канаты, разошлись от шторма лютого. И разъехались ноги Лыкины словно полевые балясины мерные — чуть штаны не порвал, но успел на свой берег шагнуть. И остался Лыко-воеводе лишь кусочек малый, похожий на рыбу бегущую по волнам с Жара на Лёд. Видно не Так крепко был связан он с Ласкою, вот и откололся, нового хозяина получил. На нём Лыко свой крайний штандарт и установил.

Только приспел на пир победный гонец из сердца Лыкариии, первопрестольного града Красного, что на семи холмах стоит. И недоброе тот гонец сказывал. Пока Лыко здесь, что не Так лежит, крюками подтягивал, да места заповедные засеками огораживал, навалились с Заката кеды. И ножищами своими, в железо закованными, со ступнями с жернова пудовые, топчут землю лыкарскую уже в двух прогонах дневных коня княжеского. А со Льда по сговору с кедами уги двинулись из болот своих. Где пройдут — топь и грязь болотная, где дыхнут — птица падает от зловония.

Всполошился Лыко и назад поспешил.

На обратном ходу встала дружина на берегу потока широкого, что из ущелья горного изливается и уходит вглубь лесов. Глядь, а в устье ущелья на самой стремнине камень горбится, на нём шатёр красный. Как не спешил Лыко, но не мог устоять перед тем, что совсем уж не Так устроено и что манит Так силой непонятною.

По колено в воде по камням перекатным добрался Лыко до шатра. А в шатре дева. И Такая она красивая, и Так она плавно ходит, и так заманчиво возлежит. И Так она взглянула на воеводу, что сердце того не выдержало. Хоть и Так всё у девы, но решил он её с собой забрать в град свой первопрестольный на семи холмах. А дева ему: да ты кто Такой, чтобы я с тобой пошла! Получается, дева эта — не гвоздь, что на дороге лежит, в карман не положишь. И стал её Лыко уговаривать, до любезностей дошёл, чего отродясь не делал с девками лыкарскими, а брал, да тащил к себе в шатёр княжеский. А она глазами играет, руками белыми обнимает, устами красными в уста целует: Если не можешь меня с собой забрать, Так оставайся и живи со мной. И оставил Лыко дружину свою на берегу потока, а сам возлёг на ложе с девою.

И не ведомо, сколько дней прошло, только мнится Лыко сквозь тяжёлый сон, будто шепчет кто: Вставай воевода, обманула тебя ведьма кедова, погубила дружину твою ладную, а враги твои всю Лыкарию заполонили.

Вскочил Лыко, отодвинул полог шатровый, шагнул и едва не рухнул в пропасть: камень вдруг скалой представился, запер устье узкое. А внизу под ним, там где дружники его давеча стан раскинули, гладь озёрная чёрной зеленью играет, бьёт в подножие волной мощною. И заплакал Лыко горючими слезами по дружине своей, по коню буланому, по державе загубленной. Вставил меч рукоятью в расщелину, разорвал рубаху на груди, от горя содрогающейся, и упасть на меч приготовился.

Обратил прощальный взгляд на гладь озёрную, от ветра пенную, вдруг у ног своих видит цепь. Потянул. Что-то там внизу как откликнулось, пару раз кольца звякнули. Вот и третий раз... А за звоном-скрежетом голос слабый: Что же встал, тяни, горе лыково!

Рванул Лыко цепь и на третий раз вытянул... Перед ним старик, вместо волоса трава озёрная на плечи спадает, глаз зелёный сквозь неё смотрит ласково.

Отвязал старик от ноги груз увесистый, ловко встал и представился: Шамаил — князь озёрный. Жил он в озере не тужил, за хозяйством следил, рыбу белую и красную от щук и сомов охранял. За водой следил, чтобы села рыбацкие не затапливала, и когда надо, словом заветным камень-створ притапливал, воду стравливал. А за это дань брал посильную: корабли топил торговые. И казну свою набивал златом-серебром, а утопленников на работу брал — сомьи жабры им за ушами пристраивал, чтоб дышали и хозяйство подводное обустраивали.

А ведьма кедова иль сама прознала, или кто из своих шепнул про казну озёрную. И явилась она белой лебедью, будто раненной. А на берегу обернулась девой красною. Получилось так, словно князь озёрный освободил деву от чар злой колдуньи и теперь он ей верный суженный.

Да и то сказать, сам-то князь много лет мечтал о супружнице. И построил он на затворе-камне шатёр свадебный, думал уж и гостей созвать. Только за день до свадьбы говорит ему невеста: Уронила в озеро кольцо обручальное. Шамаил со своими утопленниками всё дно обшарил — нет кольца. Только ведьма кольцо не роняла, а в одеждах своих пышных спрятала. А тогда поверил он ей и огорчился страшно. Дева-то и советует: Ты, князюшка, воду спусти, кольцо по мелководью быстрее отыщется. Сказал Шамаил слово заветное и пошёл камень вниз. Только чувствует, что и он вместе с камнем под воду уходит. Глянул, а нога к основанию камня цепью прихвачена.

Видел сквозь поток прозрачный, как кеды, что в лесу прятались, забрали казну. Слышал через звонкий камень как решила ведьма дождаться и Лыко с дружиной его погубить. А теперь летит она по-над землёй на ступнях своих широченных, как на санках, с радуги скатывается, с облако на облако перескакивает. Скоро мужа своего, князя Кедмана увидит и доложит радость долгожданную. И узнают про гибель дружины защитники града Красного и сдадут врагам сердце Лыкарии холм за холмом.

Стоит перед Шамаилом Лыко-воевода, склонил низко голову, руки безвольно свесил, и падают на остриё меча слёзы его горькие, и от этого клинок булатный ржавью покрывается, будто кровью.

А старик ему: Что ты воевода нос повесил. Живы все твои дружники, хоть и прикованы к дну каменистому ведьмой кедовой. Как воды на спящий лагерь нахлынули, крикнул сотник твой, чтоб вздохнули разом и воздух в грудях придерживали. Авось до сих пор стоят, ждут спасения.

Прыгнул Лыко со скалы в воды тёмные, да глубинные. И точно — первым сотник на глаза попался. Глаза выпучены, щёки как меха кузнечные вдохом полнятся, выдох сдерживают. А за ним вся дружина стоит, в волнах покачивается. У кого-то уже глаза закатились, только белки во тьме сверкают, у кого из ушей вдох живительный пузырьками мелкими поднимается. Рассёк Лыко мечом булатным цепь единую, и скоро вместе с дружниками развёл костры на берегу князь-озера.

Но нет радости на лицах бородатых, мелкой рыбой, да раками потравленных: что за жизнь, если ворог на земле родной хозяйничает и нет дороги короткой, чтобы с ним управиться до того, как сядет он на престол Красный.

И снова Шамаил к ним направляется, зелёным глазом подмигивает да щучим ртом скалится. Знает он, что неловок Лыко по волнам плыть и ветрами паруса наполнять. Потому даёт в услужение утопленников в этом деле самых опытных, глиной донною жабры им он залепит, чтобы до конца пути продержались, а там, море Чёрное или Белое примет их и вернёт назад. О том с царями морскими договор имеется.

Вот и струги со дна озера подняты, дыры залатаны, мачты поставлены. Первых два — под дружину и князя. А за ними ещё три, бочками с мёдом и патокой горбатятся. Ну а это зачем? — Лыко спрашивает. То подарок мой деве кедминой, — отвечает старик, — за заботу и ласку, — и хохочет раскатисто. — А теперь берегись!

И сказал Шамаил слово заветное, но трехкратное, и рухнул сквозь землю затвор-камень — как и не было. И вся вода озёрная вдруг в стену ртутную превратилась, высоченную. И упала вниз и пошла волной, по лесам, по долам покатилась, гребнем пенным горы срезая, лезвием острым леса сбривая. А на гребне струги Лыковы, остриями пик что ежи топорщатся, от волны щитами по бортам защищаются.

А за слеги рулей утопленники крепко держатся, и не понятно, чем управляют, то ли стругами, то ли волной, их несущей. Только видит Лыко, как местами вода вверх по склону идёт, то воронкою в землю вворачивается, то петлёй до небес поднимается. И на капли и струи не растрачивается, а всё также лентой ртутною дорогу себе прокладывает.

Долго-коротко так кидало их силой водною, и на взлёте одном взгляду зоркому вдруг открылась внизу вся Лыкария: и такая вся зелено-голубая, бескрайняя! И только на Закате глаз в тень упирается. Солнца луч не пробьёт пыль дорожную, дым пожарища, а там где удачу найдёт, в грязь болотную зарывается, угами нанесённую, — исчезает.

Встали струги на одном из холмов. Крикнул Лыко: Все вдруг, навались! И дружина железом лязгнула, ощетинилась. Ощетинилась... Постояла так и рассыпалась — все от хохота вдруг попадали. Первым Лыко рухнул с коня буланого. Пальцем тычет в тень Закатную, слово молвить не находит сил.

А литой поток мягкой лапою приземлил на холм струги Лыковы и основой своей дальше двинулся. И ударил он угам под ноги, опрокинул их в жижу мерзкую. На Закат ближе к Льду понёс всё войско тёмное, утопил в болоте ржавом всех до единого.

На хвосте принёс струги полные мёда-патоки, опрокинул их на войско кедово. И застыли воины истуканами — ступни их широченные мёдом схвачены и патокой к земле приторочены крепко-накрепко.

И кричит Лыко ведьме кедовой: «Не тряси башкой! Расплевалася. Говорил тебе: хороша земля наша, мёдом мазана. А ты всё мне не верила».

Глянул в небо, а из облака морда щучья Шамаилова стозубо скалится: Так их, Так! Молодец, Лыко-лыково. Как в полон возьмёшь, деву Красную, ведьму кедову мне верни. Приглянулись ступни-ласты её Карпу Карпычу.

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
+5
341
11:27
+2
Понравились две сказки «Древний лес Гвиневры» и " Лыко Воевода". Но если выбирать одну, то это " Лыко Воевода", более захватывающее повествование. Голос
Порадовал «лапоть в стремени»

Ха, так то сказка о золотом петушке ( я про деву с шатром и прелестями)! Да и конец не конечный, а неоднозначный, однако.
Но на безрыбье и рак ГОЛОС
13:20
аха, лапоть в стремени — эта душевно. smile
Мну ещё доставило: И стал её Лыко уговаривать, до любезностей дошёл, чего отродясь не делал с девками jokingly
А вот: «И сказал Шамаил слово заветное, но трехкратное» — от веть повторюшкин! хатя с однократного заветного слова, мошть, тупо не доходит… laugh
22:39
+3
А тут похоже тема «кеды» проросла. Чудны дела твои, Господи…
Мда. А где лес-то? Он был вообще в сказке? Или это только дураки по заданной теме пишут? Чудная сказка, необычная, но я, признаться, едва не уснула, пока читала. Очень много и нудно написано, да ещё стиль такой заунывный. И вот за сим повествованием я смысла-то и не углядела.
01:56
+2
Нет леса, нет комментария…
09:21
+1
Сказка хорошая, интересная. Но как же без леса? Тема не раскрыта.
22:57
+1
Кажется я много узнал о Лыткарино. laugh
Повествование и понравилось, и не понравилось. Понравилось хорошей стилизацией под былину! Замечательно! Не понравилось, тем, что шибко вязко читаются былину такие. Язык старый и тяжел к восприятию.
Если о сюжете сказать, так тут тоже минус. Леса нет, герой из отрицательного не стал положительным, просто победил врагов.
ГОЛОС здесь. Хоть и темы нет. Но технически очень хорошо сделана сказка.
Спасибо
01:55
+1
К сожалению, главное условие не соблюдено…
11:54
+1
Написано забавно. Но где лес?
16:53
+1
Ну а что тут обсуждать, если леса нет? Я, конечно, не зануда, но попахивает неуважением к организаторам и соперникам, типа вы тут корячьтесь, про лес выдумывайте, а мне и так хорошо :)
17:11
+3
Эгегей! Песня Льда и Пламени)))
и объединил все княжества между морями Льда и Жара

А это Шамаханская царица небось?
А в шатре дева. И Такая она красивая, и Так она плавно ходит, и так заманчиво возлежит.

А это авторская находка, я полагаю))))
ведьма кедова

И вообще Автор, имхо, очень самостоятельный человек. Захотел про кеды написать и написал) хоть бы шишку каку-нить присобачил б для порядка)))
Голос
Потому что мне в следующем туре читать, а я хочу читать прилично написанные сказки. А написано хорошо. И приятные придумки.
19:58
+1
Нууу, если тянуть сову на глобус, то лыко — это ж липовая кора, а значит лес все же мимо пробегал.
Я не очень люблю былины, поэтому очень долго вчитывалась в текст, пытаясь поймать смысл. С шатра и ведьмы кедовой втянулась и стало интересно. За стилизацию однозначно браво!
ГОЛОС
22:27
+1
Голосую сюда.
Понравились сюжет и язык. Из трёх представленных сказок в этой группе очевидный лидер.
13:10
ниправельные кеды. Чойта они ножищи-та в железо закововают? када должна быть резина.
Нащёт Таков — все Таки заглавные-прописные, и только возлежит подруга как-то, видать, не больно заманчиво… патамушто не Так, а — так себе. jokingly
Во многих местах перед «да» в значении «и» стоят лишние препинаки, типо «там кеды, да уги живут». А они надо, тока если «да» в хначении «но». Типо «если б кругом одны кеды, да тока там угги нада, бо холодно».
«Только приспел на пир победный гонец из сердца Лыкариии...» — далёко, похож, умотыляли от Лыкари-и-и.
«Как не спешил Лыко, но не мог устоять...» — «ни спешил».
" Вставай,_ воевода, обманула тебя ведьма кедова..." — запятуня потерялася.
«И явилась она белой лебедью, будто раненной» — не, тут тож перебор, вторая «н» никчаму. "… теперь он ей верный суженный" — таж фигня, а то получилось, што его кая-тось злая сила зажала-сузила, и паетаму он терь суженНый.
«Слышал через звонкий камень,_ как решила ведьма дождаться...» — сюда запятуху.
"… с облако на облако перескакивает" — «с облака»
«Скоро мужа своего, князя Кедмана,_ увидит...» — сюда тож нада.
«Что ты,_ воевода,_ нос повесил» — и сюда парочку.
"… всё также лентой ртутною дорогу себе прокладывает" — так же" раздельно.
А чо, лесу штоль нада? а вот жеж он где есть — неТаковская заморская землица лохматилась ими, лесами то бишь. И ещё «по лесам, по долам покатилась» эта ихная водяная ленточка. Хатя моглаб, к примеру, ехать «горами высокима да полями широкима». И поскоку она же ртутно-ядовитая, то попутно эти леса ещё и побрила.… Ну правда бритые леса — оно мошть кагбэ и не айс… Но сперва жеж были! такшта фсё, леса тута были. wink
21:45
про лес что-то ничего не нашла.
не люблю аллюзии на современную политку, не люблю нелюбовь к западу и штампы про угги и кеды тоже как-то… ну не катит мне это. квн какой-то
сюжет захватывающий, язык зубодробительный, местами непонятно что происходит.
забавно: писала-писала я в своих правилах про кристально-чистый язык, но все почему-то прочитали наоборот.
колдовство какое-то злое, не иначе.
с фантазией, труда много вложено, попроще бы и без политики
хотя хохма с кедами добавляет изюминки, наверное.
но… прост не люблю
Загрузка...
Book24

Запишитесь на дуэль!