На границе земли и воздуха

Азалиус болтал ногами, сидя на дереве и наблюдая, как Нелли лепила снежки и бросала в цель. Снежки попадали с раздражающим постоянством. Крутой у него член команды. У Азалиуса так ловко корректировать полёт не выходило. Обычно Лилейка обеспечивала магподдержку, а Азалиус, как капитан, следил за общей картиной боя. Без Лилейки их разобьют в пух и прах! Привлекательность снежного сражения тускнела.

– Вот бы Лиля выздоровела! – мечтательно протянул мальчишка.

– Ага, – откликнулась Нелли. – Но Зимнепраздник через три дня, а у нее высочезная температура и жуткий кашель.

Вдруг Азалиус спрыгнул на землю и с энтузиазмом выдохнул: – Надопомочь Лиле быстрее поправиться! Споймаем каладрия!

Нелли хрипло рассмеялась.

– Белоснежную птицу, которая унесёт все болезни? Серьёзно? – язвительно сказала она. – Когда мама болела, я прочитала всё про чудесное исцеление. Живую воду, каладрия, амфисбену… – загибала она пальцы. – Всё – враньё! – и, развернувшись, бросила: – Пойдем уже! Я замерзла.

– Может, – грустно протянул Азалиус, но уныние длилось недолго: – Вот если бы сейчас была не Волшебная неделя, а начало весны! Я бы поставил мисочку молока духу Нового года и попросил исцелить Лилю!

Нелли закатила глаза и толкнула калитку, а Азалиус, пиная ледышки ногами, поплёлся домой.

Зимой темнеет быстро. Вдоль улиц зажглись фонари, а в чёрно-синем небе засверкали звезды. В их холодном свете стало заметно мерцающее волшебство, разлитое в воздухе. Безветренно. Но магия текла, завихряясь и клубясь, окрашивая небо тонюсенькими разноцветными огненными следами. Азалиус с нетерпением ждал конца недели, предвкушая пиро-магическое представление, в котором традиционно участвовали все взрослые Гродеи. Мама год готовилась создавать в небе огроооомного дракона. «Вот только, как же веселиться без Лилейки?» – вздохнул мальчишка на пороге.

– Заболел, что ли?

Азалиус подпрыгнул от неожиданности.

– Ба! Напугала!

– Неча ворон считать. Поди лучше амулеты да талисманы подвесь-поменяй. Неделя уйдёт – наполнить не успеем.

– Не ворчи, ба! – обнял он бабушку. – Всё перезарядим! Скажи… а Мартис сейчас ну никак не ответит?

– Удумаешь! Дух Нового года – дух самой жизни, – воздела она палец вверх. – Жизни тепло надобно. Он с первым распустившимся цветком просыпается.

– Медведь какой-то, а не дух, – проворчал мальчишка, за что схлопотал подзатыльник, – Ай! – и поспешил ретироваться.

Но идея уже захватила Азалиуса. В конце концов, Мартис – не ведьмища какая-то, а добрый дух. Подарки на Новый год приносит. Разве такой обидится, если его чуточку разбудить?

***

Азалиус с Нелли стояли на заднем дворе и смотрели на вход в холм погреба. Под полукруглым навесом, на большой дубовой двери была нарисована украшенная цветочным орнаментом половинка маленькой дверцы. Казалось, вторая половина находится под землёй, под припорошенной снегом входной площадкой.

– Так вот, где у вас живёт дух Нового года! – воскликнула Нелли. – А почему не в доме?

– Не знаю… – удивился Азалиус. – У всех так. Живёт на границе земли и воздуха, так положено.

– У нас… в городе, в смысле,… вход для Мартиса на лестнице между первым и минус первым этажами.

– У вас не по канону!

– Зато духу явно теплее, – уязвленно ответила девочка.

Время тикало, и Нелли поторопила:

– Ну, давай…

Мамина стеклянная форма для выпечки, вытащенная из кухни, решительно звякнула. Азалиус слегка подравнял её ногой, ровнёхонько к посередине площадки, и, удовлетворённо кивнув, налил целый пакет молока. Конечно, в новогоднюю ночь мама ставила маааахонькую мисочку с подношением, но Азалиус решил не жадничать. «Чтобы наверняка,» – подумал он, потом нагнулся и легонько постучал в нарисованную полу-дверцу. Ответа не последовало. Азалиус постучал решительнее. Слабый магический скрип? И тишина. Азалиус забарабанил ещё громче. Безрезультатно.

– Уверен, дверца приоткрылась!

– Угу, но дух спит в берушах.

– Дааа?– протянул Азалиус, не обращая внимание на девчачью язвительность и задумчиво притопывая ногой. – Придумал! Надо полить дверь водой. Она попадёт в дом духа. Мартис решит, что уже тает снег и проснётся!

«Если взять шланг и подключить к крану…» И Азалиус понёсся в кладовку.

– Погоди! – закричала Нелли вслед – Думаешь, хорошая идея – топить чей-то дом?

Из-за угла высунулась взлохмаченная голова Азалиуса. Звучало как-то не очень…

– И картошка в погребе утонет, – добавила Нелли.

«За картошку точно влетит…» – подумал мальчишка. «Какие ещё варианты? Может, дух спит далеко от выхода в погреб Азалиуса? Ведь полу-дверцы есть в каждом дворе. Надо просто найти нужную!» Нелли искать отказалась, и Азалиус отправился дальше в одиночку. Дом следовал за домом, и плескавшегося с края на край молока становилось всё меньше. Последняя надежда – одноклассник Цинти – заглянул в почти пустую форму.

– Ну, с таким подношением, даже самый добрый дух прибьёт тебя! – сжалился он и притащил из холодильника большущий кусок колбасы.

Но и на колбасу дух Нового года не клюнул.

Азалиус не отчаивался.

– Надо расширять зону поиска! – сказал он на прощанье.

– Удачи, брат, –похлопал по плечу Цинти.

Машинально счавкав колбасу, Азалиус направился к Нелли.

– Нел! – воодушевленно закричал он. – Едем завтра с классом в зоопарк!

– Ты ж не хотел? – удивилась девочка.

Поставив левую ладонь от носа до подбородка, чтобы звук не шёл в гостиную, Азалиус зашептал:

– Это прикрытие! Думаю, ты права. На зиму Мартис перебирается в тёплый город! Вот и спит в берушах.

***

Азалиус город не любил. Казалось, нигде не скрыться от рёва машин и людских разговоров. Поэтому мальчишка с трудом представлял, зачем духу здесь жить. Но попытка не пытка.

– Микрорайон около зоопарка – самый тихий. Животным мешает шум, – объяснила Нелли, когда они улизнули от взора учительницы. – Пойдём быстрее.

Они забежали в подъезд дома. Девочка уверенно прошла мимо лифта, повернула налево, и оказалась около лестницы. Спустившись на несколько ступеней, она указала на маленькую дверку, нарисованную на противоположной стене под верхним лестничным пролётом. На середине высоты, с правой стороны торчала дверная ручка, а чуть ниже верхнего края посередине была приклеена тощая буква «О».

– Почему «О»? – опешил Азалиус.

– Это ноль!– возмутилась Нелли от такой несообразительности. – Номер квартиры.

Азалиус хмыкнул и достал заготовленные мисочку (маленькую, чтобы уместилась в рюкзаке) и молоко.

Центр двери в дом духа, действительно, находился приблизительно на уровне земли. Но это в метре над головой, если стоять прямо под ней! Поэтому от дверки к лестничной площадке тянулась нарисованная изящная лесенка, в конце которой Азалиус и примостил подношение. Осталось постучать. С противоположного лестничного пролёта рукой не дотянуться.

– Надо палка, – констатировал Азалиус.

Нелли вздохнула:

– Подожди.

Она позвонила в квартиру номер один. «Тётя Лунь, здравствуйте,» – донеслось до мальчишки. Назад Нелли вернулась со шваброй.

Стук громким эхом разнёсся по подъезду. Азалиус слегка вжал голову в плечи и заозирался, предполагая увидеть выбегающих жильцов. Нелли сохраняла хладнокровие:

– Здесь ещё и не так стучали…

Азалиус заколотил усерднее.

Стук. Стук.

Не успела рукоятка ударить третий раз, как нарисованная дверь распахнулась. Азалиус чуть не вылетел за перила, пытаясь удержать швабру, а Нелли вскрикнула от неожиданности.

Маленький человечек с большой белой бородой сбегал по нарисованной лестнице, что-то недовольно ворча. В мягких тапочках на босу ногу, зелёной пижамке и красном длинном ночном колпаке сердитый сонный дух выглядел мило. Осознав произошедшее, Азалиус радостно и громко завопил:

– Ура!!! Мартис!

Человечек, находящийся на последних ступенях, вздрогнул, вскинул взгляд на мальчишку и, машинально продолжая движение, наступил прямо на край стоящей под лестницей миски. Будто из катапульты, молоко полетело на Мартиса, который подскользнувшись, не удержал равновесие и шлёпнулся.

– Да что за! – взревел он, отряхиваясь и потирая ушибленные места. – Вчера весь день стучали и стучали, стучали и стучали. Только заснул – опять! Что у вас? Мор? Поветрие? Драконы?

– Эээ, не то, чтобы мор… – замялся Азалиус. – Хотите ещё молока?

Мартис стрельнул на него красноречивым взглядом. Когда суть проблемы – вылечить Лилейку – таки была изложена, дух тяжело опустился на ступеньку и сильно потёр ладонями лицо.

– Какой настырный ребёнок, – пробормотал он себе под нос.

Нелли же, тяжело опираясь на перила, стояла очень тихая и бледная:

– Неужели… – шептала она. – Неужели, надо было всего лишь быть настойчивее?

Тем временем, уперев локоток в коленку, дух Нового года опустил подбородок на ладонь и смотрел исподлобья:

– Магия требует эквивалентную плату. Ты готов заплатить? – ткнул он пальцем в мальчишку.

– Наверное… – растерялся Азалиус.

– Твоя подруга выздоровеет. Но все-все-все вирусы я перемещу из неё в тебя, – нехотя разъяснил дух. – Хоть знаешь, что такое вирус?

– Вместо неё заболею я? Ну…, окей. – «Я же мужчина, – подумал Азалиус. – Что мне какой-то насморк! Да и отступать стыдно…»

– Погоди, – вклинилась вдруг Нелли. – Организм Лилейки уже справляется с болезнью. За время, которое прошло, её иммунная система научилась находить и уничтожать вирусы. А твой –нет! И времени у него не будет! Просто представь, что случится, если укусит не одна оса, а целый улей?

– Умный цыплёнок, – усмехнулся Мартис.

– Ооо! – глаза Азалиуса расширились. Представить было очень-очень легко. – Пожалуй, – проговорил он, – я подожду, пока Лилейка выздоровеет сама.

– А что же я? – обиженно протянул дух. – Вы же меня разбудили!

– Эмм, простите, – дети замялись, не зная, что ещё сказать.

– А и ладно! – воскликнул дух Нового года, подскакивая. – Полетаем, раз уж такие дела! Даже помогу вам! Не проиграть в снежки… – захихикал Мартис.

Он крутанулся волчком, и на ступеньке оказалась сидящей маленькая белоснежная амфисбена. Блеснув чешуёй, рептилия быстро поползла к выходу. Дети бежали следом. Чуть не сбив в дверях входящих, они выскочили на улицу и успели увидеть, как амфисбена превращается в белого грача.

– Кааарррр! – крикнул он, улетая.

– Каладрий, – прошептала Нелли.

В зоопарк Азалиус и Нелли вбежали, когда учительница начинала паниковать.

– Вы где были? Мы вас полчаса ищем!

– У рептилий застряли, – пробурчала Нелли одновременно с фразой Азалиуса: «Изучали ворон.»

***

– Вот жеж, – ошеломленно протянул Азалиус, переглядываясь с Нелли, когда они приехали в Гродею.

Порывы теплого ветра бросали брызги воды в лицо. Под дождём снег мгновенно таял, оголяя черную грязь с вкраплениями гнилой листвы. Оставалось надеяться, что никто не догадается о виновниках подтопления зимнего праздника.

– Лилю не вылечили, да ещё и… вот, – грустно махнул рукой Азалиус.

– А я рада, что ты достучался до Мартиса, – внезапно прошептала Нелли в ответ.

Весь промокший, Азалиус приплёлся домой.

– Ты что, глупый мальчишка, Мартиса разбудил? – хватили его за ухо.

– Ай, ба!

Бабушка тяжело вздохнула и сунула коробку:

– Поди забери амулеты. Испортятся.

– Ба, – жалобно протянул он, оглянувшись, – а представление не сорвётся? Мамин дракон…

– С погодой как-нибудь сладим, – пробурчала она. – Шусь, бегом, кабы не заболеть! Потом на кухню. Греться и крендельки печь.

Возвратившись, Азалиус первым делом схватил телефон и набрал Лилейке.

– Лиль, привет! Ты как? Лучше? Круто! Мы с Нелли придём к тебе послезавтра. Под окно. Будем вместе смотреть фейерверки!

И лишь позже, пригревшись в тепле, вспомнил слова сонного духа.

– Ба, – спросил мальчишка. – А драконы, действительно, существуют?