Пора уходить

Автор:
Rediska
Пора уходить
Аннотация:
кусок из второй части. на растерзание
Текст:

Осень кончилась с наступлением холодов. Тайга ждала снега, прикрыть свою наготу саваном от глаз Хорса, спрятаться под пушистой шубкой от мороза. Рюдзин тоже хотел спрятаться от посторонних глаз. Раньше все были пусть не близки, но доброжелательны. Теперь же все окровенено его чурались: не отвечали на приветствия или вопросы, старались отсесть подальше в гостиной. Это было особенно обидно, они как то сплотились, все делали вместе, слаженно, постоянно перешептывались. Сразу было понятно, они понимают друг друга, а он чужой. Справедливости ради надо сказать, что волчата, Ада, Сусамбиль и Маша тоже не пришлись ко двору. И только Маша горевала об этом, но не признавалась, ссылаясь на другие причины. Ада жила своим садом и в общении не очень-то нуждалась. Сусамбиль все чаще стала бывать в гостиной, но сидела безучастная ко всему. Волчата сначала попытались влиться в общую группу, но их грубо отшили, и те прекрасно обошлись обществом друг друга и своего ментора. Даже Малыш, сначала намеками, как бы извиняясь, а потом и открыто попросил его больше не беспокоить. Когда он это говорил, его голос был холоден как лед, но глаза: красные и усталые, умоляли помочь. Но чем Бесцветный мог помочь? Все чаще Малыш плакал во сне, умолял о чем то, невнятно бормотал. Гога каждую ночь ходил его успокаивать, но будить не решался. Только во сне Малыш был похож на себя прежнего, только очень несчастного. Гога пел колыбельную, которую когда-то пела мама, и не плакал. От этого мальчонка успокаивался.

Уже в середине ноября, в одну из таких ночей он почувствовал, что наконец земля выдохнула с облегчением- пошел снег. Он именно почувствовал. Занятия не прошли даром, он хорошо чувствовал потоки энергий любой стихии, а свою он теперь контролировал. В принципе он мог бы остановить каждую снежинку, но не хотелось расстраивать лес, тот заждался зимнего наряда.
Из комнаты Малыша Рюдзин вышел в темный коридор и услышал зов. В его мозг стучал голос: мягкий и настойчивый, чарующе ласковый и опасный одновременно. Голос шептал ему об избранности, об уникальности, о неизбежном величии, о особости пути. За четким уверенным ритмом шепота читалось нетерпение и подавленные эмоции.
В гостиной освещенной неверным светом луны Рюдзин подошел к окну.. Снег падал на замерзшие камни черной, ночной площади не торопливо, осознавая всю значимость своего визита, наслаждаясь мимолетным господством желанного гонца. Утро прогонит его солнечными лучами зари, но сейчас он господин в пустом доме хозяев. И зов был таким же лживым и неумолимым, как первый снег.
Рюдзин вздрогнул, вырванный из транса ледяной рукой Директора, больно вцепившейся в его плечо.
-Инари прислала за племянником своего цукай. Пойдем встречать,- Директор мягко улыбнулся ученику. Улыбка эта была острой сталью меча и крепким щитом. Двери на балюстраду распахнулись впуская холод. Армия снежинок бросилась на их лица умирать с решимостью камикадзе.
Когда они вышли на балкон, то увидели посреди белой площади неподвижную фигуру хрупкой девушки. Она сидела на груде белых мехов одетая в красно-белое кимоно, ее тяжелые прямые волосы были черны как смоль и стекали с ее макушки, закрывая опущенное лицо и грудь непроницаемой завесой. Снежинки падали на ее голову и не таяли.
-Жаль Ванька этого не видит..-сказал Гога
-Как лепестки сакуры…- ответил Директор
В воздухе раздался женский голос, лишенный любых интонаций, как удар по барабану:
-Я пришла за сыном Ватацуми.
-Я знаю,- ответил Директор так же звонко и бесцветно.
-Отец призывает его.
-Я знаю.
-Я заберу его.
-Я знаю.
Это диалог был похож на звуки ритуального тайко. И Рюдзин понял, что этот ритм ему не нравится.
-Я все решу сам!- его голос бесстрашно наполнился волей война.. и сломался.
-Я слышу музыку господина,- она начала подниматься…
Дернулась красно-черная фигура, кукла-марионетка, подвешенная за центральную нить, оторвалась от земли. Беспомощно повисли в воздухе широкие красные рукава, богатые меха потянулись за подолом, словно пришитые вместе ног. Безвольная черная голова наклонилась еще ниже под весом волос, как у висельника. Наступила глубокая тишина.
Тишина напугала Гогу больше чем зрелище огромной куклы. Он прощупал окружающий мир и понял, что он перестал дышать.
-Страх, всегда рождается в нас самих…-Директор был спокоен. Его голос разбил чары гостьи, как елочную игрушку. Гоге стало стыдно, что он поддался на провокацию.- Не стыдись неопытности, мальчик, стыдись плохой памяти.
Резкий взмах головы и пряди, закрывавшие лицо улетели назад. Открывшееся лицо покрывал грим гейши, оно было непривычным и искусным: белое, круглое, как луна, узкие глаза, маленький кроваво-красный рот, розовые, оттопыренные уши, выглядывающие теперь меж черных прядей,- все это совершенно не укладывалось в каноны красоты, как это представлял себе Гога. Другое дело Маша…
-Маша?.. Кто такая Маша?- улыбнулось жуткое белое лицо на все еще безвольном красном теле висящем в воздухе. Обнажились мелкие, кривые острые зубки. Последний шанс понравиться Гоге пропал.
-Мы бы сами хотели знать…-ответил директор и дал легкий подзатыльник юному полубогу, и за прозрачность мыслей и за неуместность.
Существо засмеялось уже вполне по-человечески и начало спускаться. Видимо представление закончилось, и провал трагедии требовалось обратить в фарс.
-Ты древний, не потерял своего хладнокровия,- теперь лицо улыбалось вполне приветливо и дружелюбно.
-В моем положении трудно потерять хладнокровие, -вежливость искривила губы Директора, -А ты, смотрю, поседела, Патрикеевна, пошла на повышение? Кстати, возможно ты захочешь поздороваться со своим старым приятелем, думаю, он будет рад тебя…
-С каким приятелем?- тон гостьи стал настороженным и не осторожным
-С тем самым, которого ты водила вокруг пальца, целый год, когда он был неопытным щенком…
-Как он?- Девушка уже стояла, скрестив на груди руки, совсем по-русски. Длинные полы ее кимоно покрывали массу меха. Меха шевелились и Гога понял, что это хвосты. Так как шпильки, летающие среди взрослых, его не задевали, он принялся считать хвосты.
-Он прекрасно. Стал матерым волчарой, сильный маг и оборотень. Так позвать?
-Не стоит нарушать сон великого война…
-Ну как скажешь. Где будем говорить?
-Здесь
-Не замерзнешь в шелковом халатике? – Кощей забавлялся.. Гостья только презрительно глянула в ответ.
-Восемь!!- крикнул Гога…
-Девять, между прочим..- и она скривила губы, явно оскорбленная.
-Уже девять? Как бежит время. – Директор наколдовал три кресла и плед для Гоги.
-Я не буду садиться,- объявила девушка
-В ногах правды нет…
-Гибкую иву ветер не сломает…
-И то верно,- Директор уселся и даже сидя он оказался с ней лицом к лицу, так миниатюрна она была. Или кресло было слишком высоким…
-Может быть ты представишь меня сам, Древний…
-Изволь. Георгий, это кицунэ- посланница богини плодородия Инари. Она пришла за тобой. Тебе пора познакомиться со своим родителем и принять свою сущность.
-Я должен пойти с ней?- Гога был обескуражен таким предложением Директора.
-Кто назвал дракона именем убийцы дракона?- вмешалась кицунэ
-Мама! И меня все устраивает. И имейте в виду, что дракону ни чего не мешает стать Ланцелотом!
-Успокойся, мальчик,- Директор сделал пасс и Гога сразу сник.- Дело в том, что когда Ланцелот убьет Дракона, ему придется стать на его место. Некоторая ирония в твоем имени есть, это трудно отрицать. Но это не важно. Важно хочешь ли ты победить дракона в себе?
-Да, -в этом Гога был уверен. А Директор был уверен, что они говорят с ним о разном.
-Тогда ты должен сначала понять себя. Не зная своего происхождения это трудно.
-Мне нужно уходить сейчас?
-Да
-И я не могу попрощаться?
-Нет
-Почему?
-Потому что, уходя искать себя, нужно сжечь мосты.
-Можно мне будет вернуться?
-Всегда,- и Директор отдал ему кольцо,- повернешь камнем к ладони и хлопни в ладоши.
-Значит пора уходить,- и они повернулись к девушке.
-Ты опять поразил меня, Древний, жаль, что ты мертвый…- она недвусмысленно улыбнулась мужчине и подпрыгнув перевернулась в воздухе. Красный шелк разлетелся по площади красными каплями лоскутков, и переда ними стала крупное животное, почти как Волк. Это была белая лиса с девятью хвостами, она была прекрасна.
Площадь давно опустела, а Волк все смотрел, как снег борется с кровавыми брызгами, фантомная боль первой любви, ни как не проходила.
Другие работы автора:
+4
08:20
160
09:29 (отредактировано)
+1
и переда ними стала крупное животное sos
12:02 (отредактировано)
+1
а чего на растерзание? давайте всё, что есть и вообще, я хочу продолжения банкета blush
Фотюююю, аааа!!! rose
13:35
Много кострубатых предложений, читаешь, спотыкаешься. Может писать покороче?
19:32
+1
Так иногда происходит, когда я врываюсь в ваши публикации случайно, не подготовившись и подзабыв что же там было до этого ))) Короче, мне опять мало что понятно, но интересно…
Отсылки к разным культурам и событиям из Мира автора, как всегда, радуют,
использование специфичных названий и слов идёт на пользу персонажам, разумеется это всего лишь моё мнение, Смесь имён — это нечто невообразимое! ))) Спасибо,
а вот с тем что за чехарда там происходит, обещаю в скором времени поразбираться!

Личная просьба: пожалуйста объедините свои публикации в папку или тегом, это бы немного облегчило поиск других глав,
16:53
спасибо)) ваши отзывы всегда очень комплементарны))
Загрузка...
Отчет