Лара Шефлер №1

Самый грустный день в году

Самый грустный день в году
Работа №1. Тема: Фалафель

Нут

Старая мясорубка издает едва слышный хруст. Я засыпаю в неё влажные, потяжелевшие за ночь желтые горошины и пару раз проворачиваю ручку. Точно так же, как делала когда-то бабушка Рая.

— Бабушка, есть же комбайн!

— Вот станешь сама готовить — возьмёшь свой комбайн. А я по-старинке...

Бабушка крутила нут привычно, резко. За десять минут вместо чашки тугих горошин — чашка рыхлого, с легким ореховым ароматом пюре.

Бабушки нет почти двадцать лет. Почти двадцать лет я готовлю сама. Кручу зёрна вручную — жалко выбросить или оставить без дела древнего чугунного динозавра.

Папа говорит, чем старше я становлюсь, тем больше похожу на бабулю. Эта мысль приятна.

Высокая, черноволосая, с редкими паутинками седины в тугом пучке, в грубых очках с толстенными линзами, в детстве бабушка Рая казалась мне излишне строгой, даже суровой. Помню, очень меня привлекали её круглые, в стальном корпусе часики с потёртым кожаным ремешком. Так и тянуло повертеть в руках, если они оказывались где угодно, кроме запястья хозяйки.

— А ну не тронь! — одёргивала баба Рая, не любившая, когда вещи тревожили без надобности.— Того и гляди, голову им сломаешь!

— И где у часов голова? — бурчала я себе под нос.

— Иди вот лучше, примерь, — будто не замечая моих надутых губ, бабушка протягивала аккуратные — петля к петле — связанные варежки или доставала из шкафа новую пару желтых, как само лето, сандалий. Обида вмиг забывалась, растворялась в шершавом тепле рукавичек или меркла перед весёлой солнечной обновкой.

Бабушка была основой семьи. К ней шли с радостями и огорчениями, с секретами и жалобами, с вопросами и открытиями. Отрывистая в движениях, скупая на разговоры и проявления чувств, она, тем не менее, могла найти нужное слово, правильный жест для каждого. Похвалить — так, чтоб не зазнался; отругать — не обидно; подбодрить, подтолкнуть, напутствовать. Дети слушались её беспрекословно, да и взрослые побаивались возражать в открытую. Она могла так припечатать темным тяжелым взглядом, что хотелось сквозь землю провалиться. А ведь за всю жизнь бабушка не то что руки — голоса ни на кого не подняла.

Взгляд её в последние годы жизни из тёмного становился всё прозрачнее и прозрачнее. Зрение она почти потеряла — даже очки не помогали. Смотрела из-за линз не на собеседника, а будто внутрь его.

А вот ясность ума и памяти сохранила до последних минут. За пару дней до смерти она подозвала меня, сняла с запястья часы:

— Тебе, — нащупала мою руку, сжала, — и береги, Катя, наш сундучок. Не выбрасывай.

Я берегу.

. . .

— Мам, ну есть же блендер!

— Вот станешь сама готовить — возьмёшь свой блендер...

Кинза

Пока я рублю зелень длинным острым ножом, вспоминаю о маленькой Марийке.

Младшая бабушкина сестра кинзу не любила, хотя сама была — точь-в-точь ее веточка. Стройная, гибкая.

Так и вижу её в любимом ситцевом платьице: белые горошины на бледно зеленом. И яркие ленточки в тон в косичках-баранках. Пока Марийка приплясывает, заглядывая через материнское плечо в письмо из города от старшей сестры, косички смешно прыгают в такт. Рая пишет, что устроилась в общежитии хорошо, что соседки приветливые, что окна выходят на широкую красивую улицу — живи и радуйся! Пишет, что летом возьмет к себе сестрёнку погостить.

Да не судьба. Зимой в Марийку вцепилась пневмония. Съела ее, тоненькую, маленькую, в считанные дни.

Бабушка Рая вернулась в посёлок, да так и осталась. Мать дни напролет лежала пластом на кровати — взгляд в стену. Ни есть не могла, ни говорить. Бабушка её, как ребенка, выхаживала. В неполных восемнадцать сама стала для матери матерью.

. . .

— Мам, ну куда столько зелени?

— Ой, и правда, Веруся... Задумалась...

Кунжут (сезам)

Белые зёрнышки на разогретой сковороде становятся золотистыми, сладко-ароматными.

— Ты пахнешь праздником, сладостью... как сезам, — украдкой шепнул бабушке Рае дед Ефим, когда они, молодые и счастливые стояли под хупой*. Фата прятала смущённый румянец.

Пара они были несуразная. Невеста высокая, ладная телом, а лицом — грубая, некрасивая. И жених — на полголовы ниже, худой, жилистый, с благородным, даже иконописным каким-то взглядом, широким разлётом бровей, и по-женски нежными губами.

Как-то летом бабушка Рая с трудом доковыляла на вывихнутой ноге на приём к новоиспечённому фельдшеру. Он, поправив круглые очки, осматривал место вывиха и запел вдруг тихим ласковым голосом:

— Только раз бывает в жизни встреча...

— ...только раз судьбою рвется нить... — улыбнувшись нелепости происходящего, продолжила бабушка.

Так и спелись.

В детстве, глядя на них, я всё удивлялась — зачем дедушка так часто заклинание повторяет? Он ведь так и звал её всю жизнь — «мой сезамчик».

. . .

— Смотри, как подрумянился.

— В самый раз. Держи-ка чашечку — пересыпь.

Чеснок и паприка

Чеснок я рублю на крошечные кусочки, но такие, чтобы чувствовались в нутовой массе. Это по семейному рецепту. А вот щепотка паприки — моя вольность, которую бабушка бы ни за что не допустила. Я и не настаивала. Не скандалить же из-за готовки?

Папа, пожалуй, первый в семье, кому бабуля спустила с рук своеволие. Статный, видный — её порода; в хорошей должности — без пяти минут начальник. Мог бы взять порядочную еврейскую невесту, желающие были. И надо же — женился на хохлушке! Кадровичке! Шумная, болтливая, весёлая по поводу и без. Красивая, конечно: глаза синющие, коса толстая, золотая, как пшеничный колос. А до чего хитрая лиса — за пару месяцев сумела к бабушке Рае так подольститься, что та и не заметила, как расползлись по дому пёстрые рушники.

Смирилась бабушка. Да и как возмущаться: сын не мальчик — давно за тридцать. Браки в семье, будто по традиции какой-то, поздние, а значит осмысленные. Сам невесту выбрал — сам пусть с её норовом и справляется.

Мама и впрямь норовистая, вспыльчивая. А папа будто не замечает. Мама пошумит-пошумит, да и угомонится, не встретив сопротивления.

А после папиного «выверта» мой русский муж бабушку Раю не то что не возмутил — не удивил даже. Глянула на него оценивающе, да рукой махнула: «Живите!»

. . .

— Мам, может, чуток побольше паприки?

— А давай!

Лук

Перед тем как очистить, я держу луковицу в холодной воде, а после легко, в одно движение, снимаю кожицу. Режу мелко-мелко. Глаза начинает щипать.

Прощаясь перед отправкой на фронт дед Фима уговаривал бабушку:

— Ненадолго, Раечка... Не волнуйся, всё хорошо будет. Не надо плакать...

Бабушка и не плакала. Это в его глазах стояли слёзы. А она только сжала побледневшие губы и вцепилась в лацкан его пиджака так, что костяшки пальцев побелели. Пришлось силой разжимать.

Так же точно прощались домашние с бабушкиным отцом, сгинувшем в первую мировую.

Она не помнила — слишком маленькой тогда была. Но знала из рассказов матери. Страх потери, посеянный в детстве, пророс теперь в сердце, крепко уцепившись корнями.

Бабушке Рае повезло. Дед вернулся. Хоть и на костылях — снаряд разорвался рядом с санитарной палаткой, где он принимал раненых — но вернулся.

И снова зашёптывал её тревогу:

— Не надо слёз, сезамчик. Всё хорошо...

. . .

Мама, ты плачешь?

— Ой, доча, луковица уж больно злая...

Кумин (зира)

Семена кумина невзрачные, серенькие и шероховатые. Стоит чуть растолочь их в ступке, появляется глубокий, пряный, чуть горьковатый аромат.

Верусе пятнадцать. Взгляд у нее тёмный, цепкий, как у прабабушки, а на губах всегда насмешечка — в отца, обаявшего меня в своё время неиссякаемой иронией к жизни.

Дочь похохатывает над моими старыми привычками. Фотографирует мясорубку и отправляет в Инстаграм с тегом «как тебе такое илон маск». Обещает привести подружек на экскурсию.

Я ставлю перед ней старую мраморную ступку. Дочь закатывает глаза, но убирает смартфон и принимается за специи. Я представляю, как на пестик поверх руки дочери ложатся невесомые призрачные руки каждой из женщин нашей семьи. Тепло их нагревает холодный камень, не дает Верусиным пальцам замерзнуть.

Дочь работает споро, с удовольствием. Минута — и специи отправляются в нутовое пюре.

. . .

— Поперчила? Посолила?

— Конечно, Веруся.

— Ну, что? Давай лепить?

Фалафель

Это не самая привычная пища в нашей семье. Борщи, пироги, сибирские пельмешки — вот что предпочтут муж и дочь, да и, признаться честно, я сама.

Но раз в год открывается на пожелтевшей странице бабушкина амбарная тетрадь с рецептами. Крупным почерком в самом верху выведено: «Мамин фалафель». Правки в рецепте — мои.

Стакан нута, половина луковицы, зубчик чеснока, четверть стакана свежей петрушки (зачеркнуто, сверху другими чернилами подписано — «лучше кинза»), любое растительное масло, одна щепоть кумина, горсть кунжутных семян, соль, перец. (Снизу другими чернилами дописано — немного паприки).

Замоченный на ночь нут пропустить через мясорубку, порубить луковицу, зелень, чеснок. Растереть в ступке кумин. Все соединить, хорошо вымешать. Слепить небольшие шарики, обвалять в подрумяненном на сковороде кунжуте. Жарить в кипящем масле.

Дочь ловко орудует шумовкой, вынимая из масла ровные, с хрустящей корочкой шарики. Нарезанные овощи уже стоят на столе. Я заканчиваю готовить острый соус. Молчу. Жду.

Веруся ставит горячее ароматное кушанье на стол. Достает из шкафа свечу, зажигает.

— Расскажешь про бабушку Раю?

— Расскажу, родная.

Цепляю взглядом круглые стальные часики на запястье — скоро к нам присоединятся мои родители, вернётся с работы муж. Мы достанем из комода бабушкин сундучок. Там хранятся старые фотографии, перевязанные выцветшей Марийкиной ленточкой, и фронтовые письма деда. Каждое начинается неизменным «Здравствуй, мой сезамчик!».

Мы станем вспоминать семейные истории, заученные уже наизусть. Папа, немного захмелев от вина и печали тихонько и ласково запоет: «Только раз бывает в жизни встреча...». Веруся обнимет его за плечи и подхватит песню молодым звонким голоском.

А меня в который раз согреет счастливая мысль, что среди многочисленных дней жизни, ожидающих мою дочь, найдется место и для этих — дней фалафеля. Самых грустных и тёплых в году.

________

*Хупа — балдахин, под которым еврейская пара стоит во время бракосочетания.

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
+12
769
05:50 (отредактировано)
+5
Плачу, плачу, плачу…
Чудесный рассказ. Чудесный.
Я сама уже бабушка, но каждый день вспоминаю свою: маленькую, добрую, улыбчивую. Ее обеды, которые только для меня…
Автор, огромное вам спасибо!
01:33 (отредактировано)
Вернулась с ГОЛОСОМ. Этот рассказ меня не оставлял всю неделю, при том, что в этом туре почти все рассказы очень достойные.
07:30
+3
Хороший рассказ. Удивительно, но никаких слез не вызвал.
Хорошо продумана подача воспоминаний. каждый ингредиент будит новый образ. Тепло, душевно.
09:23 (отредактировано)
+3
И я не прослезился, но укутался в рассказ, как в тёплый плед. Душевно, искренне, нежно и тонкими штрихами. Рассказом можно любоваться, как статуэткой, вышедшей из-под руки мастера. Именно такие работы и ожидаешь прочитать в финале. Браво, автор! bravoyahoothumbsup
И таки ГОЛОС сюда smile
Спасибо всем участникам финала!
Выбирал чисто имхошной вкусовщиной blush
10:14
+2
Трогательно, душевно. Столько воспоминаний всколыхнулось… Не хочу выходить из этого состояния, остальное потом почитаю.
10:56
+1
Грамотно, всё по полочкам, душевно. Монотонность убаюкивает, трогает, но за душу всё же не хватает.
10:58
+4
Хорош рассказ! В нём так тепло и уютно, что я по-дурацки лыбюсь от удовольствия. Спасибочки)
Раз сто ещё буду это читать.
Автор, вас надо в аптеках продавать)

П.С. Картинка — то, что надо, не сбоку припёка. За неё тоже плюс.
Вот дяяя…
Картинка обалденная!
11:09
+2
Ню… Умеет автор атмосферу создавать
12:38
+1
Хорошая находка: через компоненты подавать воспоминания о родных. Две мелочи, которые не понравились:
1. «Главы» все эти жирные подзаголовки лишние, имхо, в данном объёме и рубят рассказ на куски, которые просто смешать переходным предложениями.
2. В конце подача рецепта показалась совершенно лишней, это всё-таки рассказ, а не поваренная книга.

В целом — очень хороший и атмосферный рассказ.
18:27
+2
2. Мы были б очень разочарованы, не узнай в итоге, что такое эта самая фалафель.
18:36
+2
Да, но можно и рецепт подать художественно, как автор и сделал с компонентами.
Комментарий удален
13:35
+3
Ты пахнешь праздником, сладостью… как сезам

Приятно, когда про рассказ, ничего не нужно говорить. Достаточно процитировать автора rose
20:15
+1
Плюс за традиции. Плюс за семейные ценности. Плюс за традиционные семейные ценности.
Читал, погружался, вспоминал своих. Спасибо за рассказ. Спасибо за Мясорубку. Спасибо за: Фотографирует мясорубку и отправляет в Инстаграм с тегом «как тебе такое илон маск».
16:26
Всё-таки этот рассказ произвёл большее впечатление. Тут целая жизнь: и горести, и радости, и печали, и всё это мастерски вплетено в приготовление одного блюда — загадочной фалафели. Разные мысли и воспоминания. Душевно, трогательно, жизненно. Зацепило, затронуло, вошло в резонанс, долго ещё звучало внутренним откликом. И слёзы, и светлая печаль. ГОЛОС.
Автору огромное спасибо!
Извините за высокопарность, так получилось.
21:41
Хм… ну, куда ж без Марийки… не, я мимо пройду. Совсем не мое. Написано складно, но больше скать мне нечего
13:08 (отредактировано)
По рассказу у меня возникли несостыковки. Вначале там к Гг кто-то обращается «бабушка», значит, должна быть внучка. Но потом по тексту внучка нигде не упоминается, только дочка Веруся, которой 15. Косяк. А в остальном — ладно скроено. Но мимо меня.
Я когда читаю про войну и тут же про нут, у меня возникает диссонанс. Я про нут узнала лет 5 назад, когда в большом супермаркете его увидела. Сомневаюсь, что моя бабушка знает о его существовании. Она пережила войну, дед воевал. Сомневаюсь, что моя мама знает о его существовании. Это я к чему: редкая штука — нут. Внутрисемейное, внутринациональное. А я где-то снаружи этого. Я в другом кругу. Поэтому мимо совсем.
Но всё же сюда ГОЛОС, потому что это самый крепкий рассказ в забеге.
14:13 (отредактировано)
+1
Первая внучка — это Рассказчик. А Веруся — ее дочка. Ты чем читаешь, мать?)
P.s.
Бабушка Рая — бабка Рассказчика
Жопой читаю, конечно, жопой
15:59 (отредактировано)
Она говорит: «Бабушка, возьми комбайн». Допустим, рассказчице 35, при условии, что она родила в 20 (хотя она что-то там говорит про поздние браки). Т.е. при самом раннем раскладе — примерно, как мне. И вот что-то я не могу представить, чтоб я такое сказала своей бабушке crazyВ то время в России (т.е. в СССР) если и были комбайны, то те, которые пшеницу с поля убирают. Но, вероятно, всё, что описывается в рассказе, в каком-то другом мире происходило, недоступном обычному советскому человеку. И нут вам, и комбайн))) Москва, не иначе))) Другое государство)
Но я всё равно читаю жопой, естественно.
18:24
ненуачо?))
18:38
22:20
+1
Эт все так, про жопу, то есть. В рассказе, собственно, никто не сообщал, что это — история семьи «y» жившей с 1938 по 2005… я такого не углядел. Худ вымысел? Допущение? А че б и да? То, что ты ищешь параллели с реальностью — твои, чисто читательские, замашки. Не более. История может быть, как альтернативной, так и мемуарной. Слишком многое остается за кадров, что бы вменять ей недостоверность
22:26
ну вот есть роман С неба упали три яблока… там вот как раз то, о чем ты говоришь. исторические события, растянутые в реальности, в романе сжаты на судьбу одной женщины. Такого, конечно, быть не может. Но тем и глубже это все, что как бы над реальностью. Как обобщение в одну жизнь жизней нескольких поколений.
Здесь меня ничего не насторожило. Комбайны и «советские» были. У меня кофемолка электрическая была, не комбайн, конечно, но… такой диплодок среди приборов. И соковыжималка...)))) Щас все припомню.
Ммм, это, оказывается, фантастический рассказ. Ну-ну…
23:07
Ну или не ну, а ты покажи, где автор указал, что это — реальные события?
23:08
Я говорю лишь о том, что рассказ не претендует на хроники, и потому не обязан соответствовать каким-либо историческим фактам. Пересекается? ну, ок. Соответствует в чем-то — еще лучше. Противоречит? Да и пофигу. Рассказ не про историю мира. Тащем-то
23:12
ну ок, ок…
18:01 (отредактировано)
Интересная находка разделить рассказ на отдельные эпизоды в соответствии с ингредиентами. Но это и все, что мне понравилось.
Сам по себе рассказ оставил меня равнодушной. Возможно, просто не мое, но попробую сформулировать собственное восприятие:
1) Бубушка Рая кажется шаблонной, «усредненной правильной бабушкой»: и поругать и пожалеть, и рукавички вяжет, и кажется строгой, и ясность ума до последнего момента, и именно в этот момент передает внучке любимые часы. От индивидуальности бабушки, на мой взгляд, только фраза «Голову им сломаешь!».
2) Рассказ ведется от лица Кати — внучки бабушки Раи. Но при этом некоторые моменты рассказываются скорее от «третьего» лица. Например, Марийка — младшая бабушкина сестра. Почему Катя зовет ее Марийкой, а не бабушка Мария? Да и как можно вспоминать «Так и вижу её» (будто ГГ видела ее своими глазами), если она умерла, когда бабушка Рая была еще студенткой?" Тут же «Мать дни напролет лежала пластом». Это же мысли Кати, не лучше ли написать прабабушка, или хотя бы «ее мать»? А так в этих матерях начинаешь путаться. Так и с отрывком, когда бабушка провожала деда на войну. Теряется «лицо» рассказчика.
3) ну, здесь самое незначительное, пишу скорее из интереса. Неужели у кого-то, я имею в виду на постсоветском пространстве есть дни, посвященные еде? (в голливудских фильмах я тоже встречала дни макарон или чего-то там еще) И почему, если день реально посвящен бабушке, его называют в честь еды?
23:11
+1
На счет имени бабушки… ряльно, у меня есть бабушка, которую я называю по имени — Люся. Она до сих пор жива, и, надеюсь, этот процесс займет еще, как минимум, годы. Но… да. Так сложилось, что она — Люся. Ее сестра родная — была, вот, Тетя. А моя родная бабушка — ее вторая сестра — Баба (ну, говорю, как есть). А вот с третьей, так сложилось — Люся… И, ничего. Никто от этого не умер smileна счет остального — к автору :)
00:09
+1
Люся, Тетя, Баба и все бабушки — да у вас полный комплект))
У моего племянника одна бабушка тоже предпочитает, чтобы он ее называл по имени. Наверное, это не такое уж редкое явление)
Но в рассказе ситуация, мне кажется, немного другой, но это, конечно, только мое восприятие, вот народу выше зашло
00:52
Ну какая же она Бабушка, если умерла девочкой? Ну а кто сказал, что рассказчик не может меняться, что нельзя подавать этот эффект присутствия? Память семьи, Рассказы, любовь к близким, да, они позволяют видеть все своими глазами. Мне это очень понятно, мне даже странны такие вопросы. Может, в нашей семье было так же. Ты знал людей по рассказам и словно проживал это с ними. Я не вижу здесь недостатка прозы. Это индивидуальное читательское невосприятие, на мой взгляд. Рассказ закрыт для вас и не воздействует.
01:29
У меня на это другой взгляд.
08:20
Хорошо что вы понимаете, что это ваш взгляд, а не положение вещей.
09:45
Я не вижу здесь недостатка прозы. Это индивидуальное читательское невосприятие, на мой взгляд.

Хорошо что вы понимаете, что это ваш взгляд, а не положение вещей.
10:07
Ну, хорошо, хорошо, вы можете со мной бесконечно препираться в комментариях, даже при отсутствии смыла, времени полно, почему бы его и так не провести, действительно. Но просто мне странна куча ваших вопросов к тексту, я без труда нахожу ответы на них. На меня текст воздействует, подобного неприятия не вызывает. Отсюда мой вывод. Вы предъявляете к авторской современной прозе стандарты повествования 19 века. Ну вы в своем праве, конечно, но рассказ для вас закрыт, и мне искренно жаль. Потому что текст реально хорош и производит все то, что производит хорошая литература на читателя. Если он не требует чего-то собственного.
10:29
Признаться, он и для меня — закрыт:)
10:40 (отредактировано)
У меня ключей нет, меня так пустили. там открыто
11:01
+1
Более чем.
Бытовая история, в каждой семье найдётся с не один десяток подобных. Автор симпатично разложил все по ингредиентам. А что, так модно сейчас писать. Да и получается всё разложенным по полочкам.
11:06
Ну во г-н Гроссмейстер ниже полностью мои мысли передал, я просто не умею так излагать, но согласна
11:26
+1
Виктория, я не знаю стандартов повествования ни для 19 века, ни современной прозы. Вы мне льстите.
Да и открытых/закрытых рассказов я тоже не знаю. Но необоснованно прыгающий фокал мне действительно не нравится, как и отсутствие индивидуальных черт у персонажей. О чем я и написала выше.
Вы уже дважды пытаетесь навязать мне вашу точку зрения про раскрытые рассказы и память крови семьи. Но это так не работает. Если у вас есть ссылки на стандарты современной прозы, можете бросить, я посмотрю. В противном случае ваше мнение имеет столько же веса, сколько и мое. А автор пусть сам решает учитывать ему мнения или нет.
И не стоит разбрасываться фразами, которые, обращенные к вам, вам не нравятся.
11:35
В противном случае ваше мнение имеет столько же веса, сколько и мое
Представьте, именно это я вам и пытаюсь донести. Последнее предложение я не понимаю, но, действительно, оно того не стоит. По поводу остального, мне лишь жаль, почему, я писала выше. Своё же восприятие я не могу вам подарить, а все пояснения вы отвергаете. Ну, пусть это будет мимо.
13:04
И зачем вы мне пытаетесь это донести, разве я пыталась ущемить ваше мнение?
13:29
Не зачем. Извините, что пыталась поделиться тем, что мне дал рассказ. Ходите убежденной в своей правоте. Никого не слушайте. Тем более меня.
16:16
+1
Подскажите, а что такое фокал?
17:33 (отредактировано)
Это новомодное понятие, дорогой друг. Обычно в штыки его принимают сторонники классической системы. Но я часто им оперирую в последнее время, ибо инструмент простой и качественный.
Собственно, фокал, точнее фокальный персонаж, это тот, с кем себя при чтении ассоциирует читатель. Не влезает в его шкуру, а через его мироощущение воспринимает историю. Рассказ может быть написан не от первого лица, но фокал, если это не зарисовка о природе или другие рюшки, присутствует всегда. Фокал может в течении рассказа меняться. Как у нас с пиратом в «клинке и чётках» два перса были и каждый мироощущениями своего персонажа писал.
Но вообще, для достоверности скачков фокала не должно быть. Рассказывая об узнике, к которому пришли конвоиры, например, правильно написать «услышал звук проворачиваемого в замочной скважине ключа» а не «сержант вставил ключ в замочную скважину».
В моей истории об Алине я её как фокального персонажа вывел на сцену. Потому и восторженный рассказ про ящерицу и наивное: «фрилансер выживет без мамы». Это мироощущение девушки, а не реальность, выдаваемая сухим изложением.
18:36
+1
Благодарю Вас, милорд, за разъяснения.
Термин звучит… некрасиво с точки зрения русского языка. Отталкивающе.
Суть ясна.
По-русски лучше бы было сказать «позиция», но поскольку некоторых так-же натолкнёт на ассоциации, то лучше бы было сказать…
«наблюдатель» — тот, с чьей точки зрения и восприятий идёт повествование.
18:45
+1
Да, как сказал Жан Кристобаль, фокал употребляется как персонаж, от лица которого воспринимается в данный момент действие
Если не ошибаюсь, у филологов есть термин более классический. Вообще, относительно фокала когда рассматриваешь прои, находишь любопытные ляпы. Скажем, главный герой, его переживания и фокусировка действия на нём. И вдруг:
«За спиной Гарри бесшумно раскрылась дверь»
Вродь норм, ведь история словами автора. Но если написать так, чтобы акцент был на том, что персонаж дверь не услышал, повествование станет более выпуклым живым.
«Гарри не слышал, как за спиной провернулась на хорошо смазанных петлях дверь»
19:21
+1
Да. Я это понимаю.
Как погрузить читателя в произведение — эта задача решается.
Способы, методы, приёмы. Иногда текст описательный (Ильф и Петров, к примеру) и ими объекты и люди (и действия) наделяются характеристиками точными, но описательными. А читаешь — не оторваться. Хотя всё как бы и без «погружения».
Магия :)
19:22
+1
Спасибо!
Думаю, что просто владение литературным словом. smile
То, что сейчас постепенно уходит в прошлое
01:04
+1
Звучит трагично ))
Будем верить в цикличность
развития )))
И в то, что всё-таки истина существует…
Дык, конечно циклично!
После Большого Взрыва всё повторится)))
А мож и раньше!
За позитив!!! drink
02:53
)))
Я про более короткие циклы и витки истории.
11:43
+1
А я, вот — никого не убеждая, просто делюсь мнением.
Крайне не люблю, когда лит.произведение приобретает привкус изложения по прочитанному за авторством школьника 5-го б класса.
Гарри не услышал, Гарри посмотрел, Гарри не знал… Гарри получил по лбу. Это не литература, в моем понимании. Не вязь слова и смысла, не вязь образов, а просто изложение фактов. Вот, откуда Гарри узнал, что открываемая дверь, которую он не слышал — на прекрасно смазанных петлях?
Я, думаю, что мир нужно подавать так, что бы герой не приобретал сверх.способностей. И если ГГ не имеет на затылке глаз, то и читатель не должен видеть, что там.
Как раз, подать открывающуюся дверь, через слова рассказчика, а не через призму всезнающего героя — правильнее. И интрига, и «обожемойОпасность», и тайна для читателя.
Такие дела.
12:10 (отредактировано)
Ну, тут тонкая грань, дружище. Имхо, именно сухое изложение фактов со стороны всезнайки-автора лишает текст эмоциональности, превращает его в доклад о событиях. Ведь автор, в отличие от персонажа, знает что убийца дворецкий что будет дальше. Читатель не может в достаточной мере погрузиться в историю, если подсознанельно себя внутри нее не увидит. Это как после просмотра фильма «Кобра» когда-то мужики из кинотеатра выходили со спичкой в зубах, ассоциируя себя с героем Сталлоне.
Кстати, оба варианта писательства, эмоциональный и технический, были и будут. И каждый имеет своих сторонников. Тут даж спорить не стоит, ибо это два разных метода.
17:48
+1
Дык, я и не спорю:)
02:06
+2
Хорошо, тепло.
Обозначить главы истории семьи названиями компонентов — отлично.
В конце рецепт с внесёнными правками поколений — великолепно.
Аллегория. Каждый член семьи, каждое событие, есть компонент, без которого не будет… фалафеля и гармонии. Все разные, но объединены в единое целое.
И композиция и баланс элементов и… душа.
ГОЛОС мой сюда.
02:21
+1
После вашего комментария мне рассказ ещё больше понравился. Прекрасную аллегорию вы усмотрели: каждый член семьи, как ингредиент, без которого не будет целого
02:47
+1
В этом идея автора.
Teo
13:34
Не прослезился, но эстетически насладился
19:22
Впечатлительно. Вот прям крайне) Тёплая атмосфера, тёплая история. Тема обыграна потрясающе (рецепт взял на ус))) ГОЛОС
01:39
Автор! Читательский клуб, в котором я состою, пусть и в режиме онлайн, но продолжает еженедельные встречи. Я предложила к обсуждение на этой неделе ваш рассказ. Обычно я эту информацию отправляю авторам, чьи рассказы обсуждаем, в личные сообщения, но тут анонимность :))) Если есть вопросы, то пишите мне в личку. Я вас не выдам :)))
Загрузка...
Анна Неделина

Достойные внимания