Эрато Нуар

​Быть капитаном

​Быть капитаном
Работа №11

1

Галактический крейсер «Мио» был хорошо знаком всем техникам, работавшим на орбите. Почти после каждого своего задания этот корабль требовал ремонта. И дело было не в том, что его эксплуатировали небрежно (всё было как раз наоборот), и даже не в том, что он уже давно выработал свой ресурс (команда крейсера считала совершенно иначе). Настоящая причина частых поломок заключалась в том, что на те задания, которые доставались «Мио», не соглашался больше никто.

Вот и теперь, когда крейсер только что вернулся после многомесячного отсутствия, его состояние никого не удивило. «Мио» явно предстояло не только плановое техобслуживание, но и капитальный ремонт большинства блоков. Не дожидаясь, пока команда покинет свой корабль, невозмутимые техники сразу же приступили к оценке повреждений. В случае с «Мио» даже дополнительные полчаса никогда не бывали лишними. Уже беглый осмотр и первичная диагностика оборудования позволили выявить блоки, которые не подлежали восстановлению — их было непривычно много. Что именно случилось во время этой миссии, никто из персонала так и не осмелился спросить у мрачного и смертельно усталого капитана.

Он с трудом покинул свой потрёпанный крейсер и, обернувшись, нехотя обронил:

— Неприятная встреча на границе с Андромедой.

Техники понимающе кивнули и вновь занялись делом. На ближайший месяц ремонтной бригаде предстояла огромная работа по приведению этого космического корабля в надлежащее состояние. Более трети бортового оборудования подлежало замене. Обшивке досталось и того больше — почти половина расположенных на ней турболазеров и ионных пушек была разрушена. От генераторов щитов, вообще, остались одни воспоминания. Каким чудом этот крейсер смог добраться до Земли, оставалось загадкой.

Совсем юный техник, проверяя обшивку корабля, заглянул в довольно глубокую вмятину неправильной формы. Здесь обнаружилось скопление деформированных и спаянных между собой металлических деталей. Однако каким образом всё это держалось на обшивке во время полёта, было непонятно. Техник достал лазерный нож и аккуратно обвёл им контур бесформенной груды металла. Демонтированный блок легко отделился от поверхности и с грохотом упал на металлический пол.

— Ты, давай аккуратнее там! — прикрикнул на подчинённого начальник ремонтной бригады. — Может быть пригодится ещё, а ты разбрасываешься запчастями направо и налево. У меня даже ухо от этого грохота заложило!

— Хорошо. Шуметь больше не буду, — ответил смущённый техник.

— Конечно, не будешь. Что там было-то? — уже примирительно спросил бригадир.

— Похоже на космический мусор. Наверное, он впечатался в обшивку и каким-то образом зафиксировался на ней, — неуверенно сказал техник и, не дождавшись реакции начальства, продолжил осмотр.

Бригадир решил поближе рассмотреть демонтированный блок. «Мало ли что этот зелёный пацан принял за космический мусор. Видно, тяжёлая махина, раз так громыхнула. И каким образом этот металлом зафиксировался на обшивке? Что-то не похоже», — думал он, тщательно осматривая решетчатый пол. Однако ничего подходящего там не обнаружилось. Мелкие металлические обломки были не счёт.

— Что-то я здесь никакого космического мусора не наблюдаю, — поднял голову вверх бригадир. — Тогда, что громыхало-то?

— Я сбросил демонтированный блок вниз — он и громыхал, — оправдывался техник. — Может закатился куда-то?

— Ты смотри мне! — строго сказал бригадир, по-своему расценивший слова подчинённого. — Из ангара ничего выносить нельзя! Работай, давай!

2

Раненых оказалось много. Их по очереди размещали в аварийном шатле, который последний раз использовался несколько лет назад. Несколько человек экипажа были без сознания. Кровавые пятна на их серебристых комбинезонах уже потемнели, а информация с нарукавных мониторов отнюдь не внушала оптимизма. Трое носилок сделали по несколько кругов, пока все тяжело раненые не покинули крейсер. Бригада врачей уже оказывала им неотложную помощь, когда аварийный шатл отправился с орбиты на Землю.

Остальная команда «Мио» без суеты грузилась во второй челнок. В просторном салоне было неестественно тихо и сумрачно. Почему-то никто не шутил, хотя на лицах людей явно читалось облегчение — все явно были рады снова оказаться дома.

Все ждали капитана, который осматривал бессчётные повреждения со стороны дальнего борта крейсера. Когда его высокая фигура показалась на площадке, неожиданно послышался одобрительный гул, переросший в ликование.

— Капитану ура! — раздалось из шатла.

Подхваченное командой приветствие, словно эхо, многократно прозвучало под сводами огромного ангара. Даже техники прекратили работу и с любопытством выглянули со своих мест. Они до сих пор не могли привыкнуть к такому проявлению уважения к капитану. Хотя при возвращении «Мио» подобное повторялось регулярно, тем не менее, каждый раз эта сцена буквально приковывала внимание окружающих. Это вдвойне удивляло, учитывая то, что сегодня крейсер вернулся с задания едва живой.

— Да ладно вам, ребята, — примирительно поднял руки капитан. — Мы и не из таких передряг возвращались! Верно?

— Верно-то верно, капитан, — ответил старпом Тимофей, — только таких серьёзных повреждений у нашего корабля ещё не было. Да и стольких раненых у нас я не припомню. В любом случае, если бы не ты, Максим, от нас бы сейчас даже космической пыли не осталось. До сих пор не верится, что живыми вырвались!

— Как говорили в старину, за что боролись, на то и напоролись, — невесело усмехнулся капитан. — Мы ведь хотели обнаружить другую цивилизацию!? Так вот! Прошла всего пара веков от начала активных поисков и, пожалуйста! Обнаружили. Стремились ли мы вступить в контакт с внеземным разумом!? Ещё как! Так получите и распишитесь! Никто не виноват, что чужие попались такие злобные и воинственные. Может и мы где-то сплоховали — не без этого. В любом случае отчёт о случившемся уже отправлен в центр. Пока ждём, что решат наверху. А пока надо бы привести себя и корабль в порядок. Думаю, что это только начало. Ладно, ребята, позже разберёмся. Ну что, поехали? А то дома нас уже заждались, — устало сказал капитан и поднялся на борт.

Двери плавно закрылись, и челнок отправился на Землю. Там всю команду крейсера ждал стандартный курс реабилитации, а некоторых — полноценное лечение.

Ещё до приземления коммуникатор Максима своей зелёной подсветкой сообщил о принятом сообщении из центра. «С возвращением. Рад, что все живы. Раненым — полный курс лечения плюс месячный отпуск, остальным — просто отпуск. За корабль свой не беспокойся — всё восстановим. Твой отчёт получил. Есть, о чём подумать. Пару дней отдыхай, а потом жду тебя лично».

Максиму всегда нравился подобный телеграфный стиль. Эта особенность появилась у Сергея задолго до того, как он стал командующим земным космофлотом. Ещё в школе они соревновались в умении чётко формулировать свои мысли буквально в двух словах. Часто Максим ограничивался всего одним словом. Иногда вообще обходился невербальными средствами. Тем не менее, его всегда понимали правильно. Сергею приходилось сложнее из-за его пристрастия к точности. Теперь же в связи с переходом на руководящую должность ему, стало ещё труднее говорить кратко. Порой, Сергею, требовалось использовать весь словарный запас, чтобы донести свою мысль до собеседников. И получалось это далеко не всегда. Однако в общении с Максимом он, как и раньше, предпочитал краткость.

3

Через два дня капитан крейсера «Мио» в штабе управления космофлотом сообщил то, что не вошло в стандартный отчёт.

— Как вы уже знаете, на границе с галактикой Андромеда мы столкнулись с недружественными проявлениями неизвестной цивилизации. С одной стороны, наша миссия удалась. Многолетние поиски внеземного разума, наконец-то, увенчались успехом. Но с другой стороны, сразу же возникла новая проблема, которая требует немедленного решения. Что теперь делать с этим неудавшимся контактом? Судя по огневой мощи их кораблей, эти чужие опережают нас в своём развитии лет на пятьсот, а то и больше. То, что нам удалось уйти живыми, иначе, как чудом, не назовёшь. Либо это очень большое везение (в чём я лично сомневаюсь), либо нас отпустили намеренно. Тогда встаёт вопрос, что за цель они преследуют, и насколько их присутствие опасно для нас?

— Насчёт цели, на мой взгляд, всё ясно, — вступил в обсуждение Сергей. — Скорее всего, чужие хотят колонизировать наиболее пригодные для себя планеты Солнечной Системы. Учитывая уровень развития нашей цивилизации, Земля может интересовать их лишь как источник сырья. Вполне очевидно, что люди для них — лишь досадная помеха. А вот почему они не уничтожили наш патрульный корабль, я не знаю. Наверняка, причина есть. Но то, что в боевой мощи мы им не соперники, это совершенно точно.

— Что верно, то верно, — подтвердил Максим. — Они с нами, словно в кошки-мышки играли. И почему-то отпустили в итоге. Я этому, разумеется, рад. Но что-то здесь не так.

— Совершенно не отменяя высочайшего профессионализма Максима, — снова вступил в обсуждение Сергей, — я тоже считаю, что они сознательно отпустили наш патрульный крейсер. Причина проста — чужие хотят, чтобы Земля узнала о реальной угрозе вторжения и об их военной мощи. Другими словами, нас просто запугивают. Они явно надеются на капитуляцию.

— Ты прав, — согласился Максим, — но есть и другой вариант развития событий. Возможно, они рассчитывают на нашу повторную миссию, которая будет более представительной. Скажем не один патрульный крейсер, а пара сотен кораблей или даже больше. Вот тогда чужие и уничтожат практически весь наш флот, чтобы потом осуществить полномасштабное вторжение. Как вам такая перспектива?!

— Предсказуемо не радует, — ответил Сергей. — Что же ты предлагаешь взамен?

— Чтобы чужие вдруг не подумали, что мы испугались или неправильно их поняли, я предлагаю сразу отправить к Андромеде повторную миссию, — сказал Максим. — Только посылать туда весь наш флот — это явный перебор. Да и не хочется идти у них на поводу. У чужих мы насчитали всего лишь пять крейсеров и десяток истребителей. Думаю, что и одного моего корабля будет вполне достаточно для мирной миссии. Воевать-то с ними совершенно бессмысленно — можете мне поверить. Поэтому попробуем решить вопрос дипломатическим путём. Это наш единственный шанс выжить.

Обсуждение продолжалось ещё долго. Однако большинство собравшихся боевых офицеров согласились с Максимом. Возобновить пусть и неудавшийся контакт будет куда проще, чем наладить новый. Тот инцидент, в результате которого крейсер «Мио» так сильно пострадал, сейчас все склонны были рассматривать не более, чем досадное недоразумение, связанное с трудностями перевода. В любом случае, Совет надеялся на улаживание конфликта.

Как следовало из техотчёта с «Мио», в тот день оператор, согласно инструкции, транслировал в эфир запись приветственной фразы на всех известных языках. Дроид-переводчик, как обычно, находился рядом. Его лингво-модуль был переключён на ручной режим. Никакого отклика в эфире, разумеется, не наблюдалось. Тогда, уже отчаявшись, капитан и разрешил активировать у дроида автоматический режим. Искусственный интеллект лингво-модуля похоже начал комбинировать все известные ему языки. В сердцах сказанную капитаном фразу «Где же вы прячетесь-то, черти чужие?» он воспринял как новое приветствие и сразу же транслировал в эфир. Всё произошло настолько быстро, что оператор не успел ничего сделать.

Никто и не предполагал, что сказанная по-русски фраза и переданная в двоичном коде окажется понятной гостям из другой галактики. Но факт остался фактом. Уже через несколько минут появились корабли неизвестной цивилизации и ответили предупредительным огнём, который довольно быстро стал прицельным. Некоторое время земной крейсер с трудом избегал полного разрушения лишь благодаря ручному управлению, которое взял на себя капитан. К счастью, гипердвигатели «Мио» оказались целы, и корабль смог совершить переход прямо из-под обстрела. Преследовать земной крейсер, к счастью, никто не стал. Но даже для первого контакта с инопланетным разумом впечатлений было более, чем достаточно.

В результате обсуждения ситуации Советом было решено, что после полного восстановления галактический крейсер «Мио» снова отправится в приграничную зону с Андромедой с целью установления дружеских отношений с неизвестной цивилизацией. Также нелишней была бы дополнительная информация о самих чужих и их кораблях. Уровень развития непрошеных гостей из соседней галактики, безусловно пугал. Но тех скудных сведений, что значились в отчёте Максима, было явно недостаточно для окончательных выводов.

Зал заседаний постепенно опустел. Там остались всего двое. Они пересели в удобные кресла напротив огромного головизора, который в очередной раз транслировал запись крайней миссии крейсера «Мио».

— Думаю, ты и сам понимаешь, что это задание максимальной степени сложности и такой же степени опасности, — медленно произнёс Сергей, тщательно взвешивая каждое слово. — Впрочем других тебе давно уже не предлагают. Поэтому я настаиваю на том, чтобы ты и вся твоя команда прошли процедуру ментального сканирования. Не будем думать о худшем, но случиться может всякое.

— Допустим, я соглашусь, — задумчиво ответил Максим, — но что вы будете делать с нашими ментальными картами при самом плохом раскладе? Насколько я знаю, технология переноса личности в другое тело ещё в стадии разработки. Да и найти подходящего донора со стёртой собственной личностью, согласись, весьма проблематично.

— Ты сильно отстал от жизни, — попытался улыбнуться Сергей. — Уже неделю назад наши разработчики продемонстрировали первую успешную запись и воспроизведение ментальной карты. Кстати, теперь не нужно искать подходящего донора тела. Перенос личности возможен в любой материальный объект. Другими словами, можно выбрать себе абсолютно любое тело и совсем не обязательно живое. Хоть дроида бери, хоть — целый шатл. Как тебе такая перспектива?

— Интересно, — сдержанно отреагировал Максим. — Ты хочешь сказать, что полная копия моей личности теперь может быть перенесена в любое тело на мой выбор?

— Совершенно верно. В любом случае при копировании ментальной карты ты ничего не теряешь. Более того, ты получаешь второй шанс в новом теле в случае... Ну ты сам понимаешь...

— Заманчиво. Может и вправду попробовать?

— Мне будет намного спокойнее, если ты согласишься на ментальное сканирование. На других условиях я тебя и не отпущу. Вдобавок я дам тебе кое-какое оборудование, которое значительно расширит возможности твоей ментальной карты. Пока это только прототип. Тем не менее, прибор может оказаться крайне полезным. Однако я очень надеюсь, что ты вернёшься живым, и карта личности тебе вообще не понадобится.

— Я тоже надеюсь ещё пожить в своём собственном теле, — невесело улыбнулся Максим.

4

Через два дня он первым из своего экипажа прошёл процедуру ментального сканирования.

— Ну вот. И с капитаном ничего не случилось... ещё, — шутил Максим, подбадривая боевых товарищей. — Теперь осталась самая малость — попытаться уцелеть и никогда не воспользоваться этой страховкой.

— Капитан, а ты уже выбрал себе тело на крайний случай? — окликнул его старпом.

— Конечно. Это ведь обязательное условие ментального сканирования. Но пока это секрет. Надеюсь, что секретом и останется, — ответил Максим и в сопровождении белоснежной медсестры отправился в комнату для отдыха.

Спустя установленный инструкцией час, он был благополучно отпущен из центра нейроментологии. В задумчивости выйдя из здания, Максим едва не налетел на рекламного дроида. Это была давно устаревшая модель, которую, тем не менее, всё ещё использовали некоторые мелкие компании. Сам дроид был каким-то сильно обшарпанным и поцарапанным. На его корпусе имелись многочисленные дефекты.

— Прошу прощения за беспокойство, — прозвучал вежливый металлический голос. — Компания «Механоид Инкорпорейтед» предлагает совершенно новую услугу по автоматическому поиску вашей второй половины во всей Солнечной Системе. Только сегодня вы можете воспользоваться нашим бесплатным предложением. Задайте сейчас параметры поиска, и в ближайшие полчаса все найденные результаты будут отправлены на ваш коммуникатор.

— Неужели я так одиноко выгляжу? — задал риторический вопрос Максим.

Тем не менее, дроид счёл своим долгом ответить:

— Вы выглядите прекрасно. Однако, судя по реакции на моё внезапное появление, вы слегка напряжены. Возможно, это связано с вашей работой, но я склонен полагать, что истинная причина кроется в личной неустроенности.

Максим пропустил мимо болтовню дроида, но отметил про себя, что этот весьма потрёпанный металлический коммивояжёр и в самом деле появился уж слишком неожиданно.

— То есть это так и было задумано, чтобы я налетел на тебя?

— Прошу прощения, но, боюсь, что всё действительно так и есть. Моя программа предусматривает мгновенное считывание психофизиологических параметров в ответ на появление неожиданного препятствия. Даже небольшое касание вашего тела позволило моим датчикам зарегистрировать сорок семь показателей из доступных восьми с половиной тысяч. Моё заключение — вы испытываете дефицит общения с противоположным полом. Думаю, что наше предложение придётся, как нельзя кстати, поскольку поможет решить вам эту проблему в кратчайшие сроки.

— Не обманывай себя — думать ты не в состоянии. Ты всего лишь исполняешь свой программный код. И мои проблемы никого, кроме меня, не касаются. Приведи себя в порядок, а то из-за твоего обшарпанного вида все потенциальные клиенты разбегутся. Свободен! — резко ответил Максим и презрительно сплюнул.

Дроид молча удалился. Когда между ними было уже более десяти метров, спину капитана перечеркнул плотный световой луч. Разрезанное надвое тело упало на прорезиненное покрытие, быстро заливая его кровью. На том месте, где только что стоял дроид, осталось лишь облачко серого дыма. Через несколько секунд и оно бесследно растаяло в воздухе.

5

Когда все формальности были улажены, Сергей откинулся на спину своего кресла. Искусственный интеллект мгновенно считал основные параметры жизнедеятельности и запустил программу релаксации. Тело ощутило мягкие массирующие движения по всей спине. Хотелось закрыть глаза и забыть обо всём на свете. Сергей сделал над собой усилие, чтобы не заснуть.

Нескольких минут вполне хватило, чтобы восстановить кровообращение в затёкших тканях. Он встал и подошёл к огромному окну. Датчик освещённости тут же оценил поток солнечного света, который попадал в глаза человека. В верхней части окна мгновенно появилось затемнение. Плотность фотокомпозита изменилась ровно настолько, чтобы ограничить излучение во всех диапазонах. Едва появившееся ощущение тепла на коже сменилось привычной прохладой.

Несколько небоскрёбов времён двадцать первого века нелепо возвышались над городом. Их оставили исключительно в качестве исторических памятников и в назидание потомкам. Экскурсоводы не уставали повторять многочисленным туристам, что такого типа строения из стекла и бетона опасны для людей по многим причинам. Находясь выше седьмого этажа, человек утрачивает связь с Землёй — не только психологическую, но и физическую. Кроме того, взрывное увеличение числа онкологических заболеваний у жителей небоскрёбов очень быстро нашло своё объяснение. Оказалось, что на большой высоте интенсивность высокочастотного электромагнитного поля в разы выше, чем у поверхности земли. Поэтому в 2131 году строительство небоскрёбов запретили на всей планете.

С этого времени прошло уже двадцать лет. Тем не менее, Сергей хорошо помнил многочисленные судебные процессы между строительными корпорациями и Объединённым министерством устойчивого развития, которое внесло в Совет Земли предложение о запрете небоскрёбов. Это была настоящая война, в которой здравый смысл всё-таки одержал победу над алчностью и гигантоманией.

Сергей прислонился лбом к окну и приставил руки к лицу. Прохладный биополимер отреагировал по своему: его прозрачность увеличилась до максимума, а вокруг возникла зона затемнения. «Как всё это нелепо, Макс, — с горечью подумал Сергей. — Ещё недавно мы общались с тобой по коммуникатору. Ты тогда пошутил насчёт выбора тела для себя в случае необходимости переноса личности из ментальной карты. А ведь мы оба были уверены, что она тебе никогда не понадобится! И откуда взялся этот проклятый дроид!? — ударился лбом о прозрачный биополимер Сергей. — Уже двое суток никто не может найти ни малейшего его следа, хотя ваш разговор с ним был зафиксирован сразу несколькими наружными камерами. Компании «Механоид Инкорпорейтед», разумеется, не существует. Ума не приложу, кому всё это могло понадобиться!?»

Сергей взглянул на коммуникатор. На его экране высветилось входящее сообщение от директора центра нейроментологии. «Перенос ментальной карты капитана Белова в новое тело завершён. Через полчаса мы будем готовы к процедуре пробуждения».

Сергей ответил сразу:

— Спасибо, док. Я скоро буду. Без меня не начинайте.

6

Дея удобно расположилась в кресле второго пилота. Она закрыла глаза и попыталась почувствовать этот крейсер, как часть себя. Вместо этого ладони ощутили мягкое тепло, а потом внутри все сжалось и замерло, как будто тело падало в пропасть. Это было приятно и одновременно жутко. Дея с усилием открыла глаза, и сразу всё прекратилось. На лбу выступили капельки пота, а появившийся было шум в ушах тут же исчез.

«Что за чёрт!? Наверное, мне пора к психоаналитику обратиться? А может всё-таки генератор искусственной гравитации барахлит? Хотя, вроде бы техники его полностью перебрали недавно. Надо бы у капитана ненавязчиво поинтересоваться, было ли что-то подобное раньше?».

Она ещё раз осмотрела центр управления крейсером. По-словам капитана, техники и в самом деле постарались на славу. Всё оборудование работало исправно. Индикаторы показывали достаточный запас топлива и полный боекомплект. Даже датчик искусственного гравитационного поля показывал норму. В это хотелось верить, но периодически накатывающая дрожь настораживала. В навигационную систему уже были введены координаты места прошлого контакта с чужими. Всё было готово к полёту.

В командную рубку вошёл капитан. Он встал у руля «Мио» совсем недавно, но это было совершенно незаметно. После трагической гибели Максима Белова команда не стала дожидаться назначения из центра и единогласно проголосовала за Тимофея. После стольких лет работы старпомом Тим был всем, как родной. Да и корабль он знал, как свои пять пальцев. Другие кандидатуры командой даже не рассматривались. Сергею, как командующему космофлотом, оставалось лишь принять это решение экипажа крейсера.

Тим сел в соседнее кресло и скользнул взглядом по приборной панели. Опытный взгляд боевого офицера не нашёл, за что зацепиться. Он удовлетворённо кивнул и, повернувшись к старшему помощнику, спросил:

— Уже освоились на новом месте?

— Вполне. Хотя, в училище таким большим крейсером управлять не доводилось, — честно ответила Дея, украдкой стирая пот со лба.

— Всё будет в порядке. Конечно, за два дня освоиться на таком корабле, как «Мио», очень трудно. Но, думаю, что за время гиперперехода, вы всё наверстаете. Если что, я буду рядом, лейтенант Ланс. Да и весь экипаж в вашем распоряжении, — пообещал капитан.

— Спасибо, за поддержку Тим. Эта задание — моя первая миссия после... м-м... после училища. Если сказать, что я сильно удивилась этому назначению, то значит ничего не сказать. Остаётся надеяться, что руководству космофлота виднее.

— Разумеется. Сергей, не вдаваясь в подробности, сказал мне, что выбора у него практически не было. Вы были единственной кандидатурой на место старпома «Мио».

— Да, мне он сказал то же самое. Попросил не обращать внимание на разные трудности с моим... э-э... здоровьем. А ещё добавил, что от меня будет многое зависеть.

— Насколько я понял, у вас была нейроментальная травма, верно?

— Да. Но теперь всё это в прошлом. Хотя, меня до сих пор беспокоят... головные боли, на работе это не отразится. Обещаю.

— Уверен в этом. Думаю, что мы с вами быстро поладим.

— Надеюсь, что так и будет, — ответила Дея.

— В любом случае задача перед нами поставлена, и теперь надо её решать.

— Да, капитан. Вы уже думали над планом действий?

— Конечно, и теперь хотел бы обсудить с вами детали.

— Разумеется. Я внимательно слушаю ваши соображения.

— Учитывая то, что наша миссия исключительно мирная, стоит сосредоточиться на сборе информации и установлении контакта с нашими гостями. Как вы помните, на экипаже «Мио» лежит ответственность за всё человечество. Очень надеюсь, нам удастся прийти к пониманию с представителями внеземного разума. Поэтому каждая мелочь может оказаться важной для успеха всей операции, — капитан сделал паузу и продолжил: — Однако, если что-то пойдёт не так, как мы ожидаем, на крейсере дополнительно установлены спасательные капсулы с гипердвигателями. При необходимости можно будет совершить переход к Солнечной Системе и уже там подать сигнал бедствия. Только, боюсь, что в этом случае ничего хорошего людей уже ждать не будет.

— Я вас прекрасно понимаю, капитан, — ответила Дея.

— Отлично. У вас есть вопросы, лейтенант?

— Всего один, капитан. Расскажите мне о Максиме Белове. Какой он был? И пусть вас не удивляет мой интерес. Мне кажется, что это очень важно для нашей миссии.

Тим долго и пристально смотрел на нового старпома. И только потом, пожав плечами, ответил:

— Если очень коротко, то он был сильным и одновременно мирным. У него была прекрасно развитая интуиция и совершенно не было врагов. Чужие не в счёт. Вся наша команда его очень любила. Много раз Максим спасал нам жизнь. Поэтому и доверие к нему просто зашкаливало. А ещё он очень дорожил каждым членом экипажа и своим крейсером.

— Спасибо, Тим. Этого более, чем достаточно, — ответила Дея. — Мне будет, о чём подумать во время гиперперехода. Я сделаю всё возможное для выполнения задания. Это мой долг по отношению к погибшему капитану Белову.

— Не сомневаюсь в этом, лейтенант, — сказал капитан.

Затем он включил интерком и ровным голосом произнёс:

— Десятиминутная готовность. Всем занять свои места.

7

Галактический крейсер «Мио» завершил двухмесячный гиперпереход в точно заданном месте. В приграничном с Андромедой районе было на удивление спокойно. Никаких кораблей чужих не наблюдалось. Тем не менее, интуиция подсказывала Дее, что первое впечатление обманчиво, и враг совсем рядом.

Она посмотрела на капитана и сказала:

— Началось. Они уже здесь, Тим.

— Ты уверена?

— Да, как никогда прежде.

Капитан помедлил секунду и объявил по интеркому:

— Боевая готовность. Разведчикам обследовать этот и прилегающие районы. Обо всём подозрительном сразу докладывать мне.

Через минуту пять разведывательных модулей отделились от крейсера и быстро скрылись из поля зрения. Довольно долго никаких данных от них не поступало. Вдруг один из разведчиков взорвал эфир своим сообщением:

— Капитан, вижу подозрительный астероид. Приборы молчат, но форма у него очень необычная — похожа на неправильный конус. Передаю изображение.

— Принято, лейтенант. К астероиду не приближаться. Продолжать наблюдение и держать меня в курсе, — ответил капитан, напряжённо всматриваясь в мониторы.

После минутной паузы тишина эфира вновь была нарушена очередным сообщением:

— Капитан, наблюдаю значительное скопление космического мусора. Похоже на обломки корабля. Точнее сказать не могу — слишком большое расстояние до объекта.

— Принято. Соблюдайте дистанцию и продолжайте наблюдение.

С интервалом в одну-две минуты подобные сообщения поступили ото всех разведывательных модулей. Некоторые успели обнаружить даже по нескольку астероидов и космических свалок. Количество найденных в данном районе подозрительных объектов, просто зашкаливало. Причём, ни одного из них не было на имеющейся карте.

— Что будем делать, капитан? — спросила Дея.

— Похоже, ты права. Они уже здесь. Поэтому сейчас мы... Лейтенант!? Что происходит!?

Дея лежала в кресле, не в силах пошевелиться. Её закрытые веки то и дело вздрагивали, хотя глаза оставались закрытыми. На тело опять накатило то состояние беспомощности, что и два месяца назад, когда крейсер ещё был на земной орбите. Но на этот раз падение продолжалось дольше и с гораздо большим ускорением. Ладони нестерпимо горели, словно касались раскалённого металла.

— Да что с тобой происходит!? — откуда-то издалека донёсся приглушённый крик Тима.

Всё тело Деи ощутило сильные толчки, а плечи сдавило, словно в тисках. Она всё ещё не могла открыть глаза. Внезапно это затяжное падение прекратилось, и ладони стали медленно остывать. Тело медленно восстанавливало свою чувствительность, а боль в плечах усилилась.

Вдруг Дея приподняла голову и удивлённо уставилась на Тима. Она выглядела так, словно и не было тех тревожных минут, проведённых ею без сознания:

— Ну, наконец-то! — облегчённо выдохнул капитан, — а то я уже врача собрался вызывать.

— Не надо врача. Мне уже лучше, — слабым голосом ответила Дея.

Потом она на секунду снова закрыла глаза, а, открыв их, стала выглядеть как-то иначе. Что-то неуловимое изменилось во взгляде и выражении лица. Тиму показалось, что теперь на него смотрит уже не двадцатилетняя девушка, а суровый воин, прошедший через многое.

— С Деей всё будет хорошо, Тим, — как-то странно сказала она слегка изменившимся голосом. — Теперь, когда моя личность окончательно интегрировалась в новое тело, можно считать, что я вернулся. И нам срочно нужно подумать, что делать с чужими. Иначе они, как в прошлый раз, вчистую разнесут наш крейсер.

— Макс!? Это правда ты!? — вскричал Тим, во все глаза уставившись на Дею. — Это же просто...

В этот момент со стороны одного из астероидов к крейсеру протянулся плотный пучок света. Он быстро прочертил на обшивке ровную линию и погас. Спустя несколько секунд, послышался глухой металлический скрежет. Тут же взвыла сирена, а освещение перешло в аварийный режим. Терминал коммуникатора пестрил десятками сообщений от членов экипажа. На экране головизора было видно, как астероиды один за другим трансформируются в боевые корабли. Космический мусор, словно проснувшись, стал собираться в плотную кучу. За считанные секунды бесформенная груда обломков, как по волшебству, превратилась в огромный крейсер и десяток истребителей.

— Помнишь компанию «Механоид Инкорпорейтед», из которой был тот дроид-убийца? — крикнул Макс голосом Деи.

— Да. Читал в отчёте, — пробормотал Тим, очнувшись от удара о приборную панель. — А какое это имеет...

— Прямое! — перебил его Макс. — Нас сейчас атакуют корабли механоидов! Это их дроид был на Земле и убил меня! Похоже, я им чем-то мешаю. Быстрее думай, как это использовать! Ещё секунд тридцать, и будет поздно! — кричал Макс уже охрипшим голосом Деи.

— Твоя ментальная карта! — одними губами прошептал раненый Тим и потерял сознание.

— Ты хочешь сказать..., — не замечая ничего вокруг, сказал Макс. — Я, кажется, понял! Спасибо, за подсказку, Тим! — крикнул он и понёсся в оружейный отсек.

Там он достал из кармана кристалл со своей ментальной картой и опустил его в подаренный Сергеем портативный ретранслятор. В радиус его действия попадали сразу несколько вражеских кораблей. Макс включил питание и быстро ввёл координаты ближайшего из них. Генератор ментального поля, достигнув максимальной мощности, слегка потрескивал. Затем на ретрансляторе загорелся зелёный индикатор, показывающий полную готовность к передаче сигнала. Макс снял защиту с кнопки пуска и утопил её в панели.

Несколько минут ничего не происходило. Затем ближайший крейсер чужих разом прекратил огонь и стал разворачиваться в сторону своих кораблей. Его залп из всего набортного оружия разом ополовинил вражеский флот. Огромные крейсеры стали распадаться на части, разрезанные плотными световыми пучками. Многочисленные иссиня-белые языки, словно лава, расползались по обшивке, вспарывая её. Сразу несколько вражеских истребителей вспыхнули, словно жёлтые карлики, и превратились в мелкую пыль. Уже следующий мощный залп поставил точку в этом скоротечном бою.

Тим очнулся, когда от вражеского флота остались одни обломки. Он с удивлением рассматривал картинку на мониторах, а потом долго тёр кулаками глаза. Подошедший Макс устало опустился в кресло и голосом Деи тихо произнёс:

— У нас всё-таки получилось!

— Трудно поверить, но ты прав, — ответил Тим.

— Осталось только одно одно незаконченное дело.

— Что ты имеешь в виду?

— Если я правильно всё рассчитал, то...

В этот момент последний корабль чужих внезапно вспыхнул ослепительно ярким светом, оставляя после себя разлетающиеся обломки и газовые кольца.

Когда всё стихло, Макс достал кристалл со своей ментальной картой из ретранслятора и положил в нагрудный карман комбинезона.

— До следующего раза, — тихо сказал он охрипшим голосом Деи.

-2
02:05
583
12:18
Про Дею ясно с первых же строчек, хотя автор усиленно маскирует очевидное. Но написано бодренько. Пока читала, ни разу не ощутила желания бросить.
Да, про Дею прозрачно. А вот что с чужими стало, совесть замучила?
23:09
+1
Итак, надеваем 3д очки, готовим поп корни, заворачивается в плед. Перед нами по-своему замечательное произведение, не напрягающее мозг и не претендующее на великое, но тем не менее не являющееся плохим. Итак, поехали.

1. Герои
Капитан, капитан, улыбнитесь… Есть капитан. Он просто есть. И все. У него нет ни мыслей, ни биографии, ни внешности. Ни один из персонажей произведения не обладает уникальностью, а почему? А потому что автор очень любит смотреть фильмы. Это только мои догадки, но осмелюсь предположить. Вы — огромный фанат стартрека, чужого, звездных врат, звездных войн и всего подобного. Это отлично. Однако чтобы хорошо писать нужно много читать а не смотреть.

2. Идея и сюжет
Штамп на штампе и штампом погоняет. Один штамп другого штампа ярче. И поданы они штампованным сюжетом. Вообще сборник по использованию, совмещению и культивированию штампов. Однако это не плохо и это работает. Простому человеку эта простая работа понравится, и простой человек будет ей доволен. Сюжет тоже штампованный, но дырявый. Почему робот пытался убить капитана? Почему капитан решил влезть в женское тело? Почему капитан сразу не сказал, что он капитан? Почему они разгромили в конце-концов пришельцев, хотя их посылали на миротворческую миссию? Непонятно. Дырок так много, что я не буду перечислять их все и давать советы. как их закрыть. Уж слишком много на это времени уйдет.

3. Язык Ни единого, даже штампованного завалявшегося эпитета или метафоры. Ни единого. Описания и рассуждения сведены к минимуму. Текст состоит из повествования и диалогов. Больше в нем ничего нет. Ни один персонаж не имеет внешности. Но читается ну очень легко. Честно.

Итог. Хороший попкорновый рассказ. Таких работ в избытке в таких сериях, как «фантастический боевик» и подобных. Люди их любят. И это не плохо и не хорошо, это просто есть. Желаю творческих успехов автору, вы молодец, но нужно стараться лучше. Все же попкорновый космический боевик без дыр в сюжете лучше, чем космический боевик с дырами. Всех благ.
18:21
Трщ Сардис права по большинству пунктов, поддерживаю всеми иглами. Правда, у меня рассказ (скорее, мини-повестушка) вызвал очередной вывих челюсти и желание промотать его до финала поскорее. Ну и да, за художественный прием «один участник событий рассказывает другим участникам тех же событий, как рекомые события, сопсна, с ними всеми событнулись» — так вот, в приличном обществе за подобное отбирают клавиатуру и отправляют читать великих. Но за крейсер «Мио» спасибо. Я, честно говоря, при появлении этого имени понадеялся, что рассказ будет тонко зашифрованным постмодернистским трэшиком. Увы.
Илона Левина

Достойные внимания