Писательский детектив. «Дело» №18. Нить, которая обрывается
Есть поговорка, которую часто приписывают Джорджу Бернарду Шоу: «Все случается с каждым рано или поздно, если хватит времени». А еще есть шутка: «Для того чтобы прыгать без парашюта, надо начать прыгать с высоты 10 см и каждый день увеличивать высоту на 5 см».
Вот и у меня так. Кажется, времени хватило. Работая над «Писательским детективом», я научился с удовольствием читать рассказы других авторов. А раньше я их читал только для удовольствия. Обратите внимание на разницу. Раньше — для удовольствия. Теперь — с удовольствием.
А все дело в том, что каждый рассказ стал для меня, можно сказать, квестом, пройдя который я нахожу для себя что-то ценное. Хоть капельку, но ценное. В данном случае — это какой-нибудь интересный писательский прием.
Так произошло и с рассказом «Нить Ариадны» (автор Хитрунов Александр). Я взял свой «старательский лоток», прочел рассказ и «намыл» для себя (и для вас) новый прием — «Потеря опоры». Это когда в рассказе до какого-то момента кажется, что все ясно и понятно, а потом вдруг и герой, и читатель оказываются в полном неведении.
Именно это произошло со мной в середине рассказа «Нить Ариадны». Я, читатель, потерял возможность предугадывать, что будет дальше. Мне оставалось только ждать вместе с героем, а значит, продолжить читать рассказ. Стало немного некомфортно, но очень интересно.
И это, конечно, побудило меня выяснить, с помощью чего автору удалось этого добиться.
Вот какие «улики» я смог найти.
Улика № 1. «Я не боялся никаких проверок»
Тео задумчиво вздохнул. Он не боялся никаких проверок — заказчик обеспечил полную надежность его легенды.
Хочешь — не хочешь, а придется чуть-чуть спойлернуть. Тео Лукарно только что прибыл на станцию «Ариадна». Он — мошенник, который выдает себя за ученого. Он уверен в своей легенде. Он контролирует ситуацию.
Пока это не «потеря опоры». Автор ее только строит для героя и читателя. Тео уверен. Он знает свою роль. Он верит в свою легенду. И читатель верит вместе с ним. Это, можно сказать, фундамент.
Без «фундамента» нельзя. Если герой изначально не уверен, то и терять нечего. А вот если уверен и вдруг теряет эту уверенность, то эффект сразу заметен.
Улика № 2. «Бионическое тестирование?»
— Бионическое тестирование? — нахмурился Тео Лукарно. — Впервые о таком слышу. Напомню, что тесты на пригодность к работе в космическом пространстве я проходил и прохожу ежегодно, как и положено. Здоровье в полном порядке.
Лаборантка Иоланта сообщает Тео, что перед встречей с профессором ему нужно пройти «бионическое тестирование». Тео не знает, что это такое. Он не понимает, зачем это нужно.
Так герой впервые сталкивается с чем-то, чего нет в его легенде. Он не знает, как реагировать. Его фундамент-уверенность дает трещину. И я, читатель, чувствует это вместе с ним.
Пусть трещинка еще невелика, но ее достаточно, что я начал подозревать, что дальше все пойдет не так, как задумывалось.
Улика № 3. «Тело не слушалось»
Нет, он не был парализован, но как будто на время позабыл, как пользоваться своими руками, да и всем остальным. ... Рефлекторно он сделал рывок, пытаясь освободиться, но тело не слушалось.
Тео оказывается в кресле для бионического тестирования. Он чувствует, что его тело перестает ему подчиняться. Он теряет контроль над собой.
Опора продолжает рушится. Сначала на уровне знания, когда он не понимает, что происходит. Потом — и на уровне тела, когда он не может двигаться. Когда тело перестает слушаться, то кажется, что рушится все.
А еще благодаря второму уровню я не просто понимаю, что герой потерял контроль. Я чувствую это телом.
Улика № 4. «Я не понимаю, что произошло»
Даже думать не хотелось, что произошло с ним в кресле для бионического тестирования. Вряд ли его вычислили, тогда бы не оставили здесь просто так. Может, и в живых бы не оставили. В мире сумасшедших денег и тайн с ворами разговор, как правило, был короткий. Нет, тут дело в чем-то другом.
Тео приходит в себя в незнакомой комнате. Он не помнит, что произошло. Он не может найти объяснения.
Это, на мой взгляд, момент продолжение разрушения опоры. Ни герой, ни я, читатель не знаем ничего. И это, можно сказать, объединяет меня с героем. Я начинаю ему сопереживать.
Улика № 5. «В груди зияла незримая дыра»
В груди как будто зияла незримая дыра, была какая-то гулкая, странная пропасть. Побочный эффект после потери сознания, не иначе.
Тео приходит в себя. Он чувствует пустоту в груди. Он не понимает, что это. Он думает, что это побочный эффект. Но читатель уже подозревает, что это что-то большее.
Автор дает хорошее описание физического ощущения потери. «Гулкая пропасть» — это метафора пустоты, которая осталась после того, как у него что-то забрали. Я, как читатель, тоже чувствую это.
Улика № 6. «Человек, который все потерял»
Она совсем не боялась его. Ни один мускул не дрогнул на лице, ни капли страха не было в глазах. Конечно, она считала его простым ученым, и все же… Это была крайняя степень смирения со своей судьбой.
Тео разговаривает с Иолантой после пробуждения. Он понимает, что она знает больше, чем говорит. А еще он понимает, что его роль — не та, которую он играл.
В этот раз трещина в "фундаменте" прошла на уровне роли. Я, начиная читать текст, думал, что герой опытный аферист, который сейчас всех обманет. А оказалось, что он — жертва. Мне становится жаль Тео. И, возможно, я сопереживаю не мошеннику, а человеку, который все потерял.
Улика № 7. «Древо Жизни — человеческое существо?»
— Древо Жизни — человеческое существо? — вскрикнул Тео. Но даже без ответа понял, что это не совсем так, пристальнее рассмотрев содержимое контейнера.
Профессор показывает Тео Древо Жизни. Тот не понимает, что это. Он пытается найти объяснение. Но его нет.
Сначала потеря контроля, потом потеря роли, а сейчас у героя рушатся ожидания. Тео думал, что Древо Жизни — это дерево. Или что-то символическое. А оказалось, что это безликое и бесполое тело.
Новая трещина проходит уже на уровне ожиданий героя. И, конечно, это ускоряет разрушение опоры и у героя, и у меня, читателя.
Улика № 8. «Меня же нет»
— Иоланта! — закричал он. — Эй, Иоланта, ты здесь? Мне так одиноко…
Финал. Тео заперт в Древе Жизни. Он бесплотный сгусток энергии. Он не может двигаться. Он может только кричать. И он кричит.
Фундамент рухнул окончательно. Герой потерял все: роль, план, тело. Осталось только сознание, запертое в чужом теле. Он может только кричать.
Я понимаю, что этот крик не от боли, а от одиночества. Но я ничем не могу помочь герою. Ощущение собственного бессилия создает сильный финал.
***
Чтобы прием «Потеря опоры» работал, надо создать фундамент, а потом целенаправленно его разрушать. Как в рассказе: сначала знание, потом роль, потом тело, и, наконец, жизнь. А еще надо все это не описать, а дать почувствовать мне, читателю.
В рассказе «Нить Ариадны» прием «Потеря опоры» использован не идеально. Но он работает. Именно в середине рассказа. Именно там, где герой и читатель вместе теряют опору. И это, на мой взгляд, создает настоящее читательское вовлечение.
П.С.
Пробежал глазами пост и подумал, что «Потеря опоры» — это не только прием для разбора. Это, возможно, каркас для рассказа. Например, пусть у ГГ что-то рушится. Что-то физическое (дом, карьера, любимый автомобиль), а вместе с ним рушится что-то не физическое (семья, дружба, привязанность или любовь). Показать все это картинками, придумать финал. Хотя, возможно, что финал не самое главное. Ведь читатель хочет получать удовольствие не только в конце рассказа, а на всем его протяжении.
Что скажете на это?
