Эрато Нуар №1

​Светлая тень

​Светлая тень
Работа №477

Пролог

Молодой парень ступает сквозь пелену смрада болота, вокруг отвратительно пахнет гнилью, тянет сыростью. Он пробирается сквозь лужи грязи и ветви деревьев, с каждым шагом становится тяжелей дышать. Солнце совершенно не греет. Сквозь кроны джунглей едва пробивается слабый солнечный свет. Кальн уже весь мокрый, ему холодно, протёртые кожаные сапоги хлюпают на фоне стрекотаний насекомых, но, когда он останавливается, все звуки вокруг него пропадают, остается лишь его дыхание. Он несколько раз оборачивается вокруг, словно боится обнаружить себя потерявшимся. Ещё несколько шагов вверх.

И вот оно место, ради которого он забрался в такую глушь, на небольшом холме снежный покров застилает дом и всю ближайшую территорию. Вся живность старается держаться подальше от этого места.

Дом представляет собой обыкновенную деревянную хижину, покрытую изморозью, иногда с вкраплением камня. Единственной отличительной приметой в нём было большое количество труб. И что-то кроме снега хрустело под ногами. Кальн пробует подойти ближе к дому, скрип от снега раздражает слух и от страшного голода-холода он уже ускорил шаг, подбежал к двери, но в самый последний момент решил остановиться и очень аккуратно постучать в дверь. Стук-стук, ничего. Глухой гул раздался, парень решил ухом приложиться к двери. В следующий момент эта самая дверь ударяет его по лицу, а звон в ушах, грохот ставней становятся просто музыкой в довесок к крику обоих.

- ААААААААаааааааа… Кто ты, и что ты тут забыл? Целуешься с моей дверью?

- Уф, нет, что вы, господин. Эммм, вот цель моего прибытия, - парень передает свиток из кожаной сумки.

Хозяин хижины вскрывает печать пергамента и читает. Понемногу на его лице проступает довольная ухмылка, перерастающая в смех.

- Ну-с ты и попал, паренёк. Ну-ка покажи-ка зубки: так, вроде, целы. Хм, средний рост, глаза зелёные, так, придворное тряпье, о, ещё и лютня. А что в сумке?

- Господин, перестаньте, пожалуйста, меня послали к вам в помощь, а не в услужение, - сказал паренёк, отталкивая “господина” уже роющегося в сумке.

- Я-то думаю, почему печать не надорвана. Ты не догадался прочитать письмецо от своего начальника?

- Нет, оно же вам адресовано.

- Ну так вот почитай, Кальн. Слишком уж у тебя хорошее имя для придворного шута.

- Я музыкант и… бастард, - слегка смущенно промямлил парень.

- Тогда и понятно. Читай уже, если умеешь.

Дорогой Алриен, посылаю своего “лютника”, поскольку в последний раз ты помог мне разобраться с должной проблемой “должными средствами “, других средств нет. Ближе к делу, на севере, ближе к озеру Нистраль, собирается невиданной силы паломничество новой религии Нистранизма. Собственно, вера слишком быстро распространяется, и мне это не нравится. Пока это не переросло в реальную чумную проблему, прошу тебя заняться ею.

С уважением, Король Синрас.

- И что это значит? Я ради этих пары строк бежал сюда? И зачем тогда он сказал взять все свои вещи? И чем я могу помочь? И что значит «плата»?

- Уф, помолчи, пожалуйста, не трещи так много. Ты - моя плата за эту работу, потому как золота из-за меня у короля нет. Ты хоть знаешь, кто я?

- Чернокнижник Алриен.

- А чем чернокнижники занимаются? Я думаю, ты уловил цепочку, а теперь в дом немедленно приступим к твоим обязанностям. В колбочке ты пока мне не нужен.

- Но как же…

- ПОКА не нужен.

- Слушаюсь.

- Уже хорошо, что ты не так сильно туп или глух, как можешь показаться. Что ж, тебе повезло, уже темнеет, ложись вон там спать. С утра покажешь, что умеешь, – показывая на диван сказал с ухмылкой седоватый господин.

- Ваше величество! Вы должны меня выслушать!

- Отстань, и без тебя тошно, ещё одно донесение, да?

- Как вы догадались… Но, милорд, это гораздо хуже прежнего!

- Да куда хуже, говори уже.

- За два дня пять деревень были опустошены, людей просто нет, остались только очень старые, или люди, которые не могут передвигаться. Они говорят, что все продолжают стягиваться к озеру. Поля опустошаются, в столицу не сдаются налоги, и провизия не пополняется, через месяц будет нечего потреблять.

- Ты закончил? Или у меня кто-то умер? Может быть, уже кто-то вторгается?

- Нет, в этом есть небольшое утешение: ваши северные соседи Дрархия, испытывают схожие проблемы, причем гораздо значительнее: в нынешнем положении от их народа откололась треть населения.

- Ладно. Ты послал людей, как я просил?

- Да, но уже три дня никаких вестей.

- Значит, отправь запрос в Агнель, южане должны нам, пускай едой выплатят, потому что чувствую, это надолго…

Глава 1 Сияние теней.

- Вставай! Тебе тут не царские покои. У тебя много дел. ЭЙ! Ты меня слушаешь! НЕ смей засыпать!

- Простите, господин, путь был долгим.

- Не извиняйся, я ухожу, поэтому твоя задача поесть и почистить дом, к склянкам не лезь, тебя убьёт в лучшем случае. И я не шучу. Я скоро вернусь, поэтому просыпайся, я не изверг. Будь готов к выходу. И да, в подвал можешь заглянуть, если интересно.

Привстав, Кальн спросонья начал более детально рассматривать помещение. Снаружи дом казался совершенно непримечательным, но изнутри это было совсем не так. Дверь обмотана чем-то чёрным, потому отметины на лбу парня оказались не обычным синяком, а сеткой. Чем-то это даже напоминало паутину. Остальные стены покрыты таким же слоем, только более тонким, нежели дверь. Пол выстлан коврами, от них комфорта немного больше. Сам Кальн сидел в углу на кровати, которая была мягкой, сделанной из шкуры крокодилов или аллигаторов, чёрт их разберёт. Вся комната обставлена книжными полками тумбами и прочим, что создавало лабиринт из полок, книг, склянок и непонятных вещей. Несмотря на всю захламленность, было понятно – порядок тут есть. Что же тут убирать было непонятно. В другом углу напротив кровати покоилась еда на плотном и сплошном столе из дерева возле печи-камина. И ещё одна странность – дымохода не наблюдалось.

“Соня” встал и пошёл к еде, не задумываясь больше ни о чём на голодный желудок. В тарелках была обычная похлёбка из картошки и мяса, немного хлеба, что-то похожее на рыбу с луком. Выходит вполне прилично.

Кончив завтрак менее чем за 10 минут, я решил прибраться – тряпка, пыль, паутина. Порядок порядком, а в подвал хочется залезть даже под угрозами смерти от нового господина – только посмотреть. Туда можно было попасть через люк в полу рядом с входной дверью, а далее по деревянным ступеням.

Тьма. Едва видимый бардак в тенях, здесь ещё больше хлама из книг и колб, чем наверху. Подвальное помещение, кажется больше чем сам дом, мало что можно разглядеть лишь отголосками света. Кальн не стал рисковать и всматриваться дальше без факела, тогда станет слишком заметно, что он лез сюда. Но было точно понятно – здесь много всего, и это не останется без его внимания.

- Я вижу, тебе всё же интересно, - это был голос Алриена, и его нельзя было спутать со спины, за этим снова последовал крик парнишки.

- Почему? Как? Что ….

- Так, ну я тебя предупреждал сюда не лазить, это во-первых, а, во вторых, это мой дом, следовательно, я умею “проходить” так, как мне хочется, - маг отвел испуганного парня в сторону, усадил на стул и сел напротив, попивая чего-то из своей поясной фляги.

- Давай разберемся. Тебя отправили ко мне с письмом, где говориться, что ты моя собственность. И твой “папа” все же заботился о тебе, раз ты умеешь читать, у тебя все целое и на тебе какие никакие шмотки, а не тряпье, значит, либо тебя все же не любят либо… ты провинился.

- Либо я пошёл сюда сам.

- О, как! Интересно. Зачем? Ну не точно мне служить.

- У меня на то свои причины, господин, я хочу вам служить в обмен на услугу.

- Пфаххахх, - прыснул маг, - и чего бы мне делать услугу моей же собственности? Ну давай, удиви меня. Может, ты хочешь любви своего отца? Или быть может ты хочешь вернуть кого-то, быть может тебя понравилась девушка и хочешь, чтобы я для тебя ее охмурил?

- Второе…Я потерял свою девушку.

До этого лицо владельца дома было спокойное и задорное, в утреннем свете из окон можно было теперь разглядеть его целиком. Морщинистый, щетинистый, но не старый мужчина приблизительно лет 47, пончо, рубаха, коричневые штаны, множество шрамов на пальцах и возле шеи, и в его зелёных глазах постоянно читалась ухмылка до этого момента.

- Так вот, слушай меня. Таких романтиков-нытиков на всей земле столько, что всех пальцев нормальных, разумных людей не хватит, чтобы посчитать. и каждый из вас думает, что он особенный и его пара особенная…

- Но…

- Твоё – «но», в моё - зло. Не беси меня больше, а теперь бери из комода вещи потеплей и пошли, там, куда идем – холодно, мерзко и промозгло, точно, и еды бери побольше, я не люблю голодать.

Парнишка хотел было что-то вставить, но ком в горле не дал произнести и слова, слишком сильно ударил он по больному месту. Пока он собирался и выдвигался в путь Кальн делал все в забытье, как многие делают, когда вспоминают прошлое и делают все не задумываясь. Он всегда так поступал.

Кальн всегда себя помнил послушным и талантливым парнем. Его оберегал король, все вокруг знали, кто он. Любой, кто пытался говорить на эту тему прямо и с оглаской, лишался языка в обоих значениях. Король Синрас имел сыновей чистой крови, зачем, собственно, ему он нужен? Как разменная монета для чернокнижника? Чтобы он продолжал петь песни при дворе о его семье? Или жить ради той, которую он так лелеял. Почему чума забрала ее? Лилиан, дорогая Лилиан..

Отдаляясь от дома по снегам и лужам,

Мы будем идти дальше от тех, кому мы не нужны,

По стропам сквозь пургу и стужу

Пройдем больше, чем ад, и дойдем, до того, кому мы нужны.

- А неплохо, хоть где-то мне не хочется тебя затыкать.

Куда ведут меня пути, ни кому не понятно.

Просто куда идти и с кем меня сводят постоянно?

Чёрный маг, возьми мою душу, отдели ее от моей туши

И пусти ее на дело получше - куда оно ведёт?

Под песню они отходят от болот к северу, куда вело их задание короля. Кальну было непонятно, как живность снова их не трогает и не реагирует на его голос. Минуя стволы деревьев, они выходят на тропы королевства – трактат торговли королевства севера и юга и владения Синраса между ними. На “глазок” любого человека, здешние земли пешком до севера можно пройти за 6 дней. Таская тяжёлые сумы вместе со своими пожитками, ему оставалось смотреть в землю или на спину перед ним. Он думал, о том, как что-то цокало в болоте или в рюкзаке, но этот звук исходил от господина даже после того, как он натянул кожаный плащ. Цк-цк-цк, словно что-то перетирается на его поясе.

Они вышли на путь к северу. Ещё несколько дней назад он спал в самом центре земель, в безопасности, а теперь был втянут в быстрый поток приключений. Причём с самим великим Алриеном, чернокнижником, про которого всякое болтают. Он способен убивать взглядом, он мошенник, якшающийся с тенями болот, недавний мор создал тоже он; и вообще все беды и войны от него. Но благодаря отцу, он единственный с кем говорит маг, он знал, Алриен - это единственный, кого волнует судьба народа короля. Атаку южан он отбил за счёт казны, не понятно, как, но сделал это, за минуту от тысячных армий ничего не осталось. Нашествие Чумы остановил тоже он в уплату долга за убийства на востоке, от чего и появились болота Крази. Кого и стоило в этом мире слушать, так это его. Только отец молчал, почему он всё это делает, хотя мог погубить все за один день.

В королевстве Синраса мы не бьемся за добро или зло,

Мы живем, чтобы пережить всё и другое, и это.

А на страже стоят звери и тени под командованием Алриена,

Чернокнижника, чья душа пуста давно, он подчинил и то, и это.

Ему не нужна твоя душа, не страшна никакая каста.

Среди болот живет и не порочно его дело,

Ведь он не слушает никого кроме себя и короля.

Сквозь снегопады и невзгоды они построят нам царство,

И нам не нужно южное братство,

И север отойдет хозяевам,

А Синраса и Алриена не волнует ни то ни это.

Только лишь люди, лишь их народ.

- Прекрати давить на мое самолюбивое эго, мы почти пришли туда, где можем поспать, в своих песенках ты прозевал весь день, – с ухмылкой произнес маг.

- Вы правы, господин.

Парень и не заметил, как они прошли за весь день холмы Нердилла, и уже начало смеркаться. В своих думах и песнях все прошло так незаметно, что он осознал свой голод только сейчас. Они давно прошли полосу, где были отблески последней травы и нехвойных деревьев в этом году. И началась зима, причём не наколдованная, а настоящая со снегом и льдом. Пар изо рта и холод давали о себе знать.

На минуту путники остановились, причём на краю очередного холма, когда они пробирались сквозь кустарные холмы вдоль дороги, поле уже давно перешло в возвышенности. Приостановившись Арлиен спросил:

- А ты знаешь, почему они названы в честь Нердилла и кто он вообще такой?

- Нет, но припоминаю, что он был рядовым воином, отличившимся во время баталий защиты границ.

- На этом самом месте он убивал со своим отрядом Краллов.

- Это те, что ростом в 6 метров? И вы хотите сказать, что…, - протяжно протянул носильщик.

- Да, мы сейчас стоим на старых поросших телах этих самых Краллов. Так что, если любой захочет, он может проверить подвиг просто копнув вглубь. Забавно, да? – сказал седой шутник, но глядя на паренька, стало понятно, что, если бы он поел до этого, очень скоро пожалел бы об этом.

- Ладно, мы поднялись, собственно, чтобы найти Клари. Я её вижу, так что пошли. Сейчас поедим.

Постоялый двор располагался у подножья холма напротив, причём скрыт между деревьями в устье трех дорог, Кальну показалось это очень удачным местом. Посеменив по склону, скрипя и барахтаясь в снегу, странники оказались прямо на середине дорог, где их могли все видеть. Оно из достоинств - подобраться незаметно к зданию было сложно. Сама таверна является пристройкой к одному из холмов, деревянная основа встроена в холм наподобие прииска.

- Пока мы не вошли, ты должен не говорить, кто я, на то много причин и нет сил, тебе всё разжевывать, меня зовут Рист – я торговец. Ты моё протеже - Лайл, держись поближе и слушай поди что пригодится.

Здание вблизи казалось более приятным и уютным, чем вообще может быть: вокруг вбит забор на подобии мини стойла, снаружи стоят, болтают небольшие кучки людей вокруг своих лошадей. Входя внутрь через деревянную дверь, видишь вполне обычные столы, камин как единственный источник тепла, стойка для раздачи блюд и на полках бутылки от всевозможных напитков. На полу шкуры местной фауны, а на стенах кости тех самых краллов, и игральные кости на столах, видимо, тоже из них. Оглядывая посетителей и постояльцев, можно сказать, что все уставшие и дела им нет не до чего кроме еды и выпивки.

- Здравствуйте господин Рист! Рады вас видеть. О! Вы наконец-таки взяли кого-то с собой? Часом не ваш сын? Очень похож! - встретила женщина у входа, прямо-таки обгладывая взглядом.

- Нет, это Лайл, ученик. Можно, пожалуйста, поесть на ваш чудесный вкус Клариээннаа, и мы заночуем в вашем чудном заведении. Надеюсь, для мен…эээ….нас место найдется? – припеваючи протянул “Рист” в образе.

- Ну конечно, О! У нас сегодня чудная дичь: господа охотники выменяли у нас на ночлег, а место для двух красавцев точно найдется, только в одну комнату, но она просторная. Присаживайтесь, сейчас всё принесут.

Сев у свободного столика и приостыв с пути, начинаешь ощущать тепло, дым от кострища из камина, наслаждаться запахом алкоголя, впитавшейся в дерево трескучестью пола, небольшим гулом не то от ветра, не то от людей и наконец сладким запахом мяса.

- Вот, ешьте, парнишки, как тебя зовут? Меня зовут Клара, – спросила подсевшая женщина.

- К…Лайл, - подавившись едой, ответил “Лайл”.

- Уууу, папа хотел девочку? Сколько тебе лет? Дай угадаю, 18? Не-не-не 17!

- Точно.

-А! Мой глаз не обманешь, и что тебя принесло Рист? Может, что-то принёс для меня? Я приметила лютню на суме, ух ты! Ты никак научился играть!?

- Пф, конечно, перестань, - прыснул Рист. - Просто музыкант на севере заказал, везу ему, а для тебя у меня вот что…

Маг с мастерством истинного торговца достал из сумок разные шкуры зверья и раскинул на уже прибранный стол. Тут и медведь, и крокодил, и разные мелкие шкуры – иной раз поражаешься: как это влезло в сумки, и как вообще можно было это дотащить.

- Вот это всё для ещё большего уюта в вашем домике, - последнее словом «торговец» почему-то выделил из остальных.

- И что же ты хочешь взамен? Здесь точно больше, чем за ночлег, - немного мрачно ответила Клара.

- Хм, немного денег не помешает, а ещё пусти меня “внутрь”.

Теперь Кальн целиком запутался. Их вечные акценты и интонации уже раздражали, зачем ему вообще сидеть и слушать, если они болтают на непонятном языке . Он решил, что ему будет лучше подняться в свою комнату, Клара распорядилась чтобы его проводили. Поднявшись на второй этаж и пройдя в свою комнату, он, не разбирая что и где, лёг на кровать и уснул, углубляясь в свои вопросы.

Ему приснилось озеро - куда они идут? Люди стягиваются к нему, луна бьёт своим светом на дно, волна белого света льется на земли вокруг. Тут он видит Лилиан, она в светлом платье её глаза без глазниц, они полны света, всё, что озаряет свет, становится странным. Теперь он видит, как он спит, к нему тянуться оживленные шкуры! Они натягиваются на его тело, и он задыхается, почему-то совсем не сопротивляясь.

Парень быстро вскакивает и вдыхает полной грудью, он жив, никто его не душит, просто кошмар.

- Не спится? Ещё бы - спать в теле монстра то ещё удовольствие. Так раз ты выспался, иди вниз и расспроси, кого можешь об этом озере и религии. Скажи, тебе просто интересно или ты ссыкливый, потому и не хочешь попасть в неприятности. Выбери сам, и да, избегай Клари, она тебя ещё куда-нибудь затащит. Я пока посплю, закрой дверь за собой. Я перепил походу.

- Хорошо, - произнёс паренек, и, убедившись в факте перепоя, поспешил выйти.

На лестнице он пересекся взглядами с одной девушкой у самого входа. Она одета в тёмно-зелёный камзол самого примитивного покрова и потёртого вида, видимо, из кожи. Она сидит тут давно, раз не покрыта снегом от погоды снаружи. За столами сидят ещё 3 человека: один отдельно и одна пара в самом углу. Клары не видно, за стойкой сидит парень моложе, чем он сам, видимо сын, и наливает заказы постояльцам.

После столь страшного сна он решил тоже промочить горло.

- Эмм..Здравствуйте, меня зовут Лайл, я остановился с господином Ристом, можно мне выпить?

- О да, конечно, меня зовут Ноджи, но есть только мятный чай, его у нас много. А вот алкоголь, к сожалению, весь кончился кроме северной браги, но её никто кроме самих, собственно, северян не пьет. Еще есть козье молоко… Сэр, вы меня слушаете? – робко пролепетал мальчик. Но внимание Лайла все еще было приковано к девушке, чувство подсказывало – от нее одни беды. Ее глаза были обращены в никуда, сквозь него.

- Скажи, а кто все эти люди и эта дама?

- Так вы что-то будете пить?

- Чай, а теперь расскажи, пожалуйста.

Передавая с довольным лицом кружку, он начал рассказ.

- Те парни, что сидят в углу, занимаются охотой, вот эта мисс у входа относится к курьерам короля, не знаю, к кому она здесь. Хммм, того господина, что спит у камина, зовут Дарлон. Он руководил, армией в прошлом, теперь бывает у нас частенько, мадам Клари жалеет его. Двух других не знаю, они тут впервые. Еще чаю?

- Нет, дай мне лепешек, кто здесь знает о Нистралях?

- Впервые слышу, сэр, может вас интересует что-то еще?

- Люди уходили группами по здешним землям?

- Ничего не знаю, сэр.

- Я знаю, - вмешалась со спины девушка, - меня зовут Силена. А тебя, мальчик?

- Лайл, - отшатнувшись от неожиданности, чуть ли не писком выдал парень.

- Я так не думаю, может, сядем, поговорим, а ты скажешь свое полное имя?

- С чего бы?

- А почему нет? Или ты застеснялся меня? А? - кокетливо подталкивая плечом, выдала девушка.

На вид ей не больше, чем ему самому. Но ее выдает грация и оживленность, в движениях наблюдалась уверенность и опытность. Никаких лишних движений, на ремне за спиной виден короткий меч. Ее волосы черного цвета были длинными и прикрывались шляпой.

Он проследовал за ней к ее столу.

- Я знаю, кто ты и твой господин, что сопит сейчас наверху. Кальн сын Синраса. И Алриен - цепной пес короля.

Данное заявление пошатнуло спокойствие, слишком уж точно и в лоб было сказано.

- Ты только не дергайся, если бы ты мне нужен был мертвым, ты бы таким и был, на счет - его не уверена, а ты точно. Я хотела с тобой поболтать, для меня фанатики проблема, как и для Синраса и твоего господина. Дело-то, собственно, в чем. Фанатики начинают тащить всех людей, скоро и сюда и доберутся. Ты не удивляйся, что тебе никто ничего не скажет, никто не хочет сеять слухи. Людям становилось интересно, а что это такое? А может и нам проверить? Так они и уходят. Я ходила по деревням, там никого нет, даже стариков. И это бред, все поголовно согласились, пойти не пойми куда? Скотина и утварь, вещи, дома все разобрано, что можно унести с собой. Я была в одной из деревень, случайно наткнулась на людей. Они меня не слышали, спешно собирали вещи и бубнили про озеро.

- Стоп, стоп, стоп, мисс…

- Силена.

- Да, так какой вам толк говорить мне про все это? И зачем не мне так ему? Что вам нужно?

- Люди, мне нужны люди, такие как ты, мальчик, - сказала девушка с ухмылкой.

- Так, Лайл, сходи за моими вещами, мы уходим, - донесся голос с лестницы.

- Нет, нет зачем? Я сама уйду, О, ВЕЛИКИЙ АЛРИЕН!

- Кто сказал это имя? – сказал встающий бывший вояка Дарлан.

- Я сказала, вон он на лестнице, ты ведь его искал, да? Как и договорились, вот и он.

- Заткнись, Силена! Что встал? Иди за вещами, мы УХОДИМ.

- Никуда вы не пойдете, господа. Я жаждал этого так долго, мое тело не протянет еще больше пропивать ожидание. Я обязан этому помещению, так что куда ты и выйдешь так это на холод.

- Ну что ж давай. Давай проверим тебя Силтилом? А!? Господа? Как насчет древнего обычая данных земель? Не побоишься, Дарлан-Баклан? Или лучше тебя назвать командир южных войск?

- Ах ты ж…Тащи свою болтливую тушу.

Все, кто был внутри, потянулись за двумя настроенными агрессивно мужчинами наружу в холод, ветер уже нарушил уют и тепло заведения и словно выгонял посмотреть, что же будет дальше. Тут выбежала Клара из подвала и поняла, что происходит, велела Ноджи за стойкой быстро все прибирать и запереть двери. Кальна подтолкнула сама хозяйка, а он словно застыл.

- Что происходит?

- Ой, бедняжка, тебе он не сказал? Ох, Алриен такой проказник.

- Так вы знаете его имя?

- Конечно, как оказывается, все тут друг друга знают, кроме тебя. Бедняжка.

- Что такое Силтил?

- Сейчас увидишь.

Двое мужчин встали друг напротив друга и достали ножи, для наблюдателей предстала неожиданная картина. Они сделали надрезы на руках, пустив кровь на снег, а затем стали чертить круг друг напротив друга. Шаг за шагом капли стекали и делали линию, противники смотрели друг на друга пока не закрыли круг, размер оказался где-то в 5 шагов. Ветер и снег словно застыли в воздухе в ожидании и изумлении от происходящего, мужчины подошли к зданию ближе и каждый окровавленной рукой взял по сосульке! Отрезали ножами и спрятали, метал в карманы. Зрители прошептались между собой и наблюдали поодаль под крышей. Лед начал приобретать кровавый оттенок, и холод заковал этот цвет вместе с рукой.

- Я все равно ничего не понимаю! - промямлил Кальн, не отрывая взгляда.

- Это древняя традиция Северян, - сказала Клара, - любой, кто хочет законно убить соперника, вызывает его. Они чертят круг крови, тем самым делая это место знаковым. Кто заступит за него, объявляется трусом. Линия - это неизбежность, а сосулька взята в качестве лезвия, как бы это смешно не звучало, здесь это очень сильное оружие. В древние времена не было оружия. Кровь скрепляет лед с обладателем, и этим они заключают союз с богами севера, давая им возможность решать, кто прав. Оставляя лед в проигравшем, боги решат жить ему дальше или он умрет. Можно бить в торс, лучше всего под сердце. При такой погоде сомневаюсь, что будет ничья.

- Откуда вы все это знаете?

- Посидишь тут, и не такое узнаешь, - с ухмылкой заметил сын хозяйки. – Силтил, собственно, бог правосудия, который забирает кровь обоих через снег, он найдет того, кто бежал по следу от нее.

Дальше говорить было нельзя, все шушуканья смолкли, как только они оба встали в круг. В другой ситуации любой бы засмеялся и стал шутить, как двое взрослых мужиков дерутся на сосульках, еще б в снежки покидались на выбивание глаз. Но при виде мускулистых и всерьез настроенных мужей было не до смеха, даже драка подушками, казалось, могла закончиться для них смертью одного из противников.

Военный скинул свою кожанку и сжал свою бороду в умном жесте. Скзвозь рубаху было видно, сколько войн прошел человек, даже по его лицу израненному временем и утратами стало ясно, это его последнее желание – убить противника. Кальна же поражало: как пьянчуга мог в нужный момент и с кодовым словом стать хоть и старой, но машиной войны. Виновницу среди толпы он не увидел, Силена смылась.

Его господин ничем не хуже: с вечной ухмылкой на лице он откинул плащ, и его тело не уступало по подготовке упитанной туше командира. И все внимание было приковано к нему: тело покрыто темной паутиной, повторяющей изгибы шрамов, причем огромных, какие остаются от ударов плетью. На его поясе позвякивали кости разных форм и размеров. «Вот что шуршало», - подумал про себя Кальн.

- Ну давай, хочешь отомстить мне? За свое эго? За армию, которую повел на смерть? Может, тамошний управитель отослал тебя?

- За их семьи. Не знаю, как, черное отродье, ты убил их и почему я даже не смог найти их тела, но ты ответишь!

- А может не я такой уж черный? – пританцовывая говорил маг. - Зачем вы пришли на наши земли, ваших было мало? О, семьи? Может, если им было так тревожно за своих детей, мужей и жен, они бы не стали отсылать их на войну!?

На этих словах командир кинулся на мага, причем, даже зная, насколько легендарен господин, Кальн боялся за него, может, он и чернокнижник, но не войн. А тут, закаленный опытом и местью войн до мозга костей, как тут быть? Причем последний больше в разы.

Маг отпрыгивал и уворачивался на самом краю круга. То наклоняясь, то отпрыгивая от ударов “Баклана”, зайдя ему за спину, он пнул тушу в попытках выкинуть из круга. Но это только разозлило громилу, тот, обернувшись, с криком, схватил юркую цель за руку ударил несколько раз ударил по корпусу коленом после чего, маг дал отпор ударом головой в шею, давая возможность выйти из захвата и отойти на шаг назад. Придя в себя спустя секунду, Дарлан побежал вперед, в стойке выставляя удар острым льдом вперед, делая ловушку для любого, кто уйдет в бок. Но Арлиен оказался не дурак, он присел, словно кошка, готовясь к прыжку, и прыгнул прямо на него, делая обхват ногами вокруг его головы. Оба повалились на землю, масса вояки пошла ему в минус, и теперь его слишком холмистые руки и были ему помехой: он не мог дотянуться или встать, перекатиться до противника. Битва окочена, Алриен наклонился немного вперед из захвата, поставил сосульку и второй рукой, словно молот вогнал лед в солнечное сплетение. Даже вскрика или звука не успело раздаться из рта Дарлана.

В этот момент из наблюдавших четверо кинулись уже с ножами и мечами на победившего, за долю секунды рефлексы Кальна наугад бросил руки вдогонку. Он успел придержать одного за одежду и сцепился с ним в неуклюжем танце. На дороге же около трупа с вытекающей и уже леденеющей кровью стоят 4 человека, остальные побежали внутрь, как постояльцы, так и хозяева, почуявшие неладное.

-Господин маг, убейте себя сами, сделайте нам одолжение, хоть вы и убили армию, у вас нет времени подготовиться. Это не ваши земли.

- И не ваши тоже, - сказал окровавленный маг с ухмылкой на лице.

После этих слов он достал нож из кармана с эмблемой черепа и встал в боевую стойку. Ещё находясь под впечатлением от увиденного, Южане колебались, но вот один стал кричать и кинулся вперед орудуя тонким, но острым мечом, разрезая снежинки. В полумраке всем вокруг показалось, что света от костра становится меньше, люди внутри ощутили холод от улицы еще сильнее, что вынудило Ноджи бежать к камину и разжигать огонь. Паутина на теле начала издавать пар нож, стал покрываться льдом в его руках. Одно мгновение, и он оказался за спиной мечника: кувырок за его спину и нож в спине с пол-оборота.

Крича имя друга войн, что дрался с Кальном, с крыши здания кинулась Силена. Теперь маг точно окружен. Отползая, раненный в спину, шептал про себя молитвы, загинался и дрожал от боли.

- Хотите знать, что с ним? Он сейчас чувствует эмоции всех тех, кому причиняли увечья этим ножом, поэтично не правда ли?

- Назвать нож агонией? Ну ладно, Силена, говори, чего тебе надо, парня не отдам, себя тоже.

- Ууу, какие мы категоричные, - протянула Силена. - Моя задача помочь им, я ведь обещала им.

- Ну да, конечно, а самой так и хочется передавить их и спросить, чего они хотят на последок? Кальн, знаешь, с кем ты болтал? Познакомься ближе, это Силена Крин такая как я, только вот она очерняет мое имя и профессию. Сейчас вам, Южане, она помогает умереть через меня, чтобы унести на тот свет и поиграть на ваших костях мелодию молодости. А ваш командир просто не мог жить дальше. И почему-то виноват постоянно я! НАДОЕЛИ!

Слова словно выжгли воздух вокруг ледяным ветром, маг взмахнул ножом вверх и воткнул со всего маху в лежащего командира и вспорол его грудь, второй рукой вынимая ребро. Ошарашенные вокруг стоят не то от слов, не то от увиденного, смирно переглядываясь, кроме Силены Она также подняла руку и со всей злостью и криком ударила по земле под собой. А после едва живой войн заорал пуще прежнего, цепляясь за лед вокруг, он превращался в снег. Манипуляция руками ускоряла превращение, и вскоре кровавая вода эссенцией крутилась вокруг новой волшебницы. Она уже вытягивала из эссенции волну из иголок в сторону мага и принялась втыкать иголки в стоящих рядом. Двух солдат постигла участь товарищей, а один убегал подальше от эпицентра безумия. Алриен с ребром в руках, словно не обращая вниманию на все вокруг, начал ритуал битвы заново: порезал руку и чертил круг по уже заледеневшей крови, он кивнул в сторону спутника. Эссенция росла за счет новой подпитки, три товарища таяли в снегу в агонии боли. Кальн уже бежал наверх за вещами подальше от команды-жеста господина. Когда он прибежал, иглы уже решетили его единственную защиту перед этим ужасом. Алриен стоял и принимал удары игл, поддаваясь их силе, отходил назад, а Силена, чувствуя свою мощь, начала давить. Волна достигла оглушительной силы, и от этого начался свист, от которого хотелось закрыть уши. Он тоже зашагал навстречу, понимая план господина, пнул Силену в спину на круг куда она и повалилась.

- Молодчина, парниш, - прошептал маг и последовал его яростный крик, он сломал ребро об свое колено двумя руками.

Взрыв...женский крик…тишина.

Кальна отбросило от места, где он стоял, в пределах Ритуальной арены. Снег и лед взмыли вверх, делая столб из стен льда, а внутри этой ловушки оказалась девушка. На ее лице читалась паника и агония. Мгновение, и столб наполнился огнем, языки пламени словно вливались под кожу сжигаемой. Слышно было столько криков, сколько никто, наверное, не слышал. Хлопок, и башня падает. Только теперь снег начал падать на землю, закрашивая красный цвет.

- Уходим… Прощай, Клари, прости за беспорядок, - накидывая на себя плащ, уже серьезно сказал маг и стал удаляться понемногу.

- А что с ними? И где она? -с помятым и мутным видом сказал “парниша”.

- Опять много вопросов. Они мертвы, а она еще жива, только сильно ранена и уже далеко. А ты молодец, без тебя пришлось бы терпеть дольше.

Так они продолжили идти, оставляя кровавый след словно трусы, но каждый из очевидцев знал, что это не так.

Глава вторая – стереотипы.

- Ваше величество Синрас! Проснитесь! Извещение от Алриена. Ну же, сэр.

Король хворал уже с неделю, для свиты это не было проблемой, в последнее время это стало частым, с приходящей зимой каждый болеет.

- Скажи, что там есть что-то хорошее.

- Я не вскрывал, сир, оно адресовано вам лично.

- Тогда выйди, - спокойно произнес король, с трудом дойдя до стола, открыл конверт и стал читать.

Синрас, я крайне разочарован, ты обещал мне разобраться с моей проблемой уже 3 года назад, чего тебе наплели, чего ты побоялся? Ну да ладно, твой сынок хоть и туповат, но получше твоих чистых отпрысков. Я думаю, это дело крайне серьезнее, чем ты думал. Дуй сюда.

P.S. Про тебя не ноет, видимо папашка ты - неплохой.

Король сел на стул засмеялся, потом это переросло в плач. Дворецкий-побегушник подходит и спрашивает

- Нужно ли что-нибудь? С вами все в порядке?

- Собирай свиту, мы выезжаем.

Снег, метель, пурга – как ни назови, а все будет плохо для двух путников, если не найти укрытия. Благо, жители ушли, из своих домов, и можно было зайти в любой, в них даже не успела осесть пыль до прихода новых хозяев. Прошло уже около трех дней скитаний, за это время они о многом успели поговорить:

- Господин, а вы и вправду считаете меня болтливым?

- Нет, просто я отвык говорить помногу, особенно с юнцами. В вас много энергии, и от вас пышет жизнью, хотя вот от тебя поменьше, чем от любых других, может, потому и терплю тебя.

- А расскажите подробней, кто была та девушка?

- Она не девушка вовсе, ей уже лет эдак 70 кто разберет. Она чернокнижница, как и я, по крикам можно понять, что в ней уже живет не одна душа. То, что она наплела про спасение, так просто – в ее окрестностях не осталось молоденьких для своих целей. Стариков же она впитала, не моргая глазом, так, наверное, и наткнулась на Дарлана. Он скорее всего пообещал, что отдаст ей все после того как отомстит и убьет меня. Но как видишь, это не так просто.

- А про очернение?

- Что ты знаешь о чернокнижниках? - резко оборвал его маг.

-Ну, я знаю разные версии. Вы используете то, что обычным магам использовать не следует, обмен жизненной силы и самой души взамен на мощь. Еще знаю о пактах с душами мертвых, демонах. И вас всего три на континенте: вы двое и Клест на востоке.

- Да ты удивляешь меня с каждым разом, знаешь больше обычных бандюганов. Так вот, очернение моего имени происходит именно от этих двух, если я использую черную магию, это не делает меня плохим. Эта дура использует магию просто потому, что ей весело и не хочется стареть. Старый дурак на востоке изничтожает целые народы в угоду своему эго: кто-то не так чихнул, шепнул или пукнул так все, он об этом знает, и он ужасен в гневе, - в этот момент они уже сидели у печки и смотрели в огонь. - И причем ты не лучше них.

- Почему, сэр? Что я сделал?

- Ты можешь сделать, тебе ведь продолжает сниться твоя возлюбленная, да? Никак не уймешься? Как это говорится, горы хочешь свернуть и в ад спуститься? А ты подумал, что будет с тобой?

- Меня не волнует, что будет со мной.

- Да, а ты знаешь, как сделать так, чтобы ее вернуть? Давай расскажу рецепт, хоть сейчас приступай, записывай: берешь тело, которое умерло не позже 2 часов, кусок своей души, еще одну душу, котел с порталом в астрал призраков, полгода скитаний в отчаянии, и готово, она здесь. А знаешь, что будет, пока ты все это делаешь? Откуда ты возьмешь новое тело? Убьешь кого-то? За операцию надо платить как и везде: за сам товар, за наценку и хранение. Кто будет смотреть и содержать твою тушу?

- Но ведь есть и другие выходы? – с надеждой в голосе произнес парень.

- О, ты у нас еще умнее стал? Может, просвятишь меня, такого глупого в магии, а то я вот не знал, как колдовать все эти годы. Дьявола поди перехетрить собрался. Причем тело и душу ты будешь выменивать равную важности по тебе. Встретишь ты девушку, влюбишь ее в себя, убьешь и вселишь ту самую. Хотя мог бы дать шанс новой, может, она окажется лучше или такой же. Ты сранный эгоист, как и все в этом мире, - с небольшой в дрожью в голосе проговаривал маг.

- Но я ее люблю! Она единственное, что меня интересовало!

- Да? То есть жизнь тебя не волнует? Скажи-ка мне, сколько раз ты мог умереть и потерять жизнь, особенно в последнее время? Что молчишь? Много, да? А знаешь почему? Потому что так и должно быть, силы выше тебя решили – ты должен жить для чего-то. Будь ты не нужен, ты умер бы от зверей пока шел ко мне, или просто испугал меня, и я тебя зарезал бы. Да просто споткнулся неудачно и сломался шею. В мире столько всего хочет тебя убить, а ты сам хочешь отправиться к смерти?

- Да.

- Ну и идиот. Раз так нужно, сделаешь одно дело, и я тебе покажу, через что ты должен пройти умник.

Это воодушевило Кальна настолько, что он начал хлопотать по дому более активно, а маг при этом сидя у окна смотрел то на снегопад, как он тихо укладывает снежинки, то на протеже с печальными видом.

- Уже скоро.

Раны Арлиена на удивление паренька быстро затягивались, но по ночам господин спал с треском зубов, и его руки постоянно сжимались в кулаках. От этого становилось тяжелее спать, в тишине хижины только это и было слышно. Чернокнижник еще распорядился найти чан, чем больше, тем лучше. Он сказал, что это нужно для подготовки продвижения к озеру. Несколько мелочи, что-то вроде грибов, воды, сена и много всего, на что ушел целый день. Он пояснил, что сейчас можно не торопиться, и сам сходил к озеру. Озеро было на небольшой возвышенности, и на удивление там не было снега. Там была весенняя погода, и стояла толпа людей. Он вернулся назад, пока его не увидели.

- Вот, слушай, теперь сюда, - стоя у чана, произнес маг, помешивая в нем все подряд. – Знаешь, зачем я таскаю кости на поясе? Это кости врагов или близких мне людей, они хранят часть их души и мои воспоминания. Души можно хранить в чем угодно или отпустить их, надеясь, что они тебе не прикончат. Так вот, чем сильнее эмоции, тем сильнее твоя воля к жизни. От того и исходит магия.

- То есть когда вы убивали командира и выдирали его кость…- при этих словах ему снова стало плохо.

- Да, я вспоминал войну с югом, всю ненависть, что я испытывал, радость, когда одержал победу над ним, гордость, печаль и много чего еще. Это очень выматывает… А теперь, что тебя тянет, кроме твоей бабы, к жизни?

- Девушка. Ее зовут Лилиена, перестаньте о ней так отзываться.

- Хорошо, как скажешь. Так что, кроме этого у тебя ничего нет? Если нет, то ты идиот, как будто ты родился, только чтобы спариваться как животное. А как же музыка, что ты сочиняешь.

- Это скорее забвение от того, что могло остаться.

- Я поселился на болоте, потому что наслаждаюсь природой, тишиной, звуками леса, я люблю смотреть на танец снега. Мне нравится помогать людям, - тут маг замешкался, - а вот из-за таких, как Силена, все начинают меня ненавидеть, словно я монстр, пожирающий души. Я думаю, ты ее встретишь там.

- Где там?

Без лишних слов маг перестал мешать, над котлом образовалась дымка, словно маленькая тучка, и, взяв за шкирку наклонившегося от любопытства паренька, одним рывком закинул его в котел.

Он снова летает во сне, причем том же самом. Озеро, шкуры, Лилиан, только он не спит, теперь он может идти куда хочет. Он перестал думать, а начал двигаться, как только увидел свою утраченную суженную. Он плыл к ней сквозь сон. Она стояла возле озера неподвижно, вокруг толпа людей, они блуждают среди тумана. Когда он потянулся к ней, голос произнес.

- Хочешь к ней, да?

Обернувшись, он увидел Силену в таком же платье, причем она стала похожа на объект его обожания, словно они сестры. Но в ее глазах читается коварство, он все еще ей не доверял.

- А знаешь причину, по которой эти люди здесь собираются? Здесь исполняются все их желания: можно вернуть умершего, избавиться от того, что тебе мешало всю жизнь, пожелать излечения от любой болезни. Всего то и нужно ждать, пока согреется озеро, и окунуться в нем. Так хочешь вернуть ее?

-Я…нет…этого нельзя сделать - замешкался утопленник снов.- Но ведь…

- Что, тебе сказали, что нет способа вернуть близкого? Так нет, он есть, Кальн. Иди к Озеру, призови к Нистралям, они оживят твою любимую.

Кальн смотрел и метался думая, что делать. Он столько шел к этой цели, он шел за своим мастером, только чтобы узнать, как вернуть жизнь. Начала шептать его тень, для него это был шок.

- А может ли быть так все просто? А может она продолжает обманывать, с чего ей доверять? Неужели отец бы тебя доверил кому-то плохому?

Тень словно копировала его мысли, от которых его разум разрывался в сомнениях и догадках. Теперь он чувствовал и холод, и жар, тянуло запахом моря, хотя он никогда там не был. Он вспомнил конец сна и испугался, что он снова не захочет жить, поэтому сорвался с места и начал бежать, его тень светилась все ярче и становилась самим светом. Больно, больно, БОЛЬНО!

Бултыхаясь в чане, парень выбрасывается на пол и пытается отдышаться от ужаса того, что он чувствовал. Сейчас каждая его мышца болела и ныла, словно его действительно варили в этом чане и уже разрывали, чтобы съесть. Лежа на полу, на него смотрел его довольный мастер.

- Поздравляю, Кальн, ты не такой уж овощ – я не смог тебя сварить. И ты не оказался идиотом, молодец.

Ответная улыбка не заставила себя ждать.

- Ты мне понравился, всегда хотел сына.

На следующее утро.

У озера стояло тысячи палаток и вдоль берега сброшено множество деревьев – церемониальные костры, если быть точнее. Люди в церемониальных белых одеждах толпятся и шныряют туда-сюда, звучат трели, и звенят колокола вдоль холмов. На холмах видна трава, пахнет росой и тянет туман. Дым и огонь начинают развиваться вдоль замершего озера, звуки затихли, озеро от такого жара начинает оттаивать…

На те, участки, куда не достает жар костров, люди голыми руками сбрасывают раскалённые камни! Бьют кирками, лед трескается местами, появляются расщелины и лунки, в которые начинают опускаться люди, они ныряют с головой, забирают с собой детей, и ничего от них не остается, они растворяются во всем мареве огня и льда.

В восточной части озера стоят высокие палаты и монумент нового божества – Нистраля, паломники кланяются ему и кричат наперебой свои желания. У основания стоит старый мужчина в белой тоге, его наряд расшит золотой нитью. Его лицо украшает борода и венок на голове, который успел пустить корни и свиться с волосами.

Когда все утихло, и люди потоком тянуться от него к озеру, он вещал необычайно громко и ясно на площадь перед собой.

- Я обещаю вам вернуть все, что вам не дал ваш король, что не могут дать обряды вашего старого мира, вы будете жить среди богов Нистраля! Настал день перенаселения!

- А я вижу, тебе на своем месте уже не сидится? Клест? – произнес Арлиен, открывая свое прикрытие в одном из паломников. - А я все думаю, кому понадобилось дурить столько народу, а это тебе стало мало востока. СЛУШАЙТЕ, ЛЮДИ, - закричал еще громче, чем Клест Алриен. – Этот удод просто дурит вас, он вернет вам всех ваших родных лишь в ваших снах! Он даст вам здоровье, лишь чтобы вы жили и работали на него, а богами он называет свой народ, живущий на востоке! Опомнитесь! КАЛЬН!

Имя его ученика прозвучало как клич, и тут часть паломников начала уводить людей от озера прочь, в разные стороны, кто просто бежит, а кого тянут силком, главное дальше от лужи с огнем. Пар начинал клубится, и становилось трудно дышать

- Не отведаешь душ в таком душном месте? А?! – рассмеявшись, произнес Кальн, подходя ближе к двум чернокнижникам.

Перед Клестом появилась картина: стоит его знакомый Алриен, перетянутый черной паутиной с черепами и костями наперевес, и его, видимо, новый ученик - седой парниша удивительно молодой и ниже его волос проступает игольчатая изморозь, его синие глаза отдавали уверенностью. И оба смеют ухмыляться ему в лицо.

- Ужасный каламбур, песенки лучше. А ты, видимо, Силену научил не только души жрать, чтобы прыщи давить, да?

- А я думал, ты гниешь на болоте, неужели от войны ты быстро оправился? И как умно использовать золото как подпитку, над ним столько людей чахло и испытало столько эмоций. Молодец Алри, я бы сказал умница, - самодовольно, но с яростью выпаливал бородатый мужчина.

- Старик, ты зашел, куда не следует, кто меня учил балансу? Я целыми днями учился не давить бабочек и муравьев, чтить баланс душ и не быть эгоистом, а кем ты стал? Дебил ты мастер, совсем сбрендил…

- А ты помнишь, что значит Силена на языке животных?

- Нет и не хоч….

В этот момент вспенилось озеро, огонь стал шипеть, и дерево трещать неприятным гулом, пар, что поднимался до этого момента, стал обволакивать холмы плотной стеной, словно купол храма, серая стена закрыла небо, едва показавшееся солнце с востока было закрыто.

Из озера пробивался оранжевый свет костров, языки пламени, словно утекали в озеро, вода уже давно отступила на дно или в небо в качестве пара. Когда все стихло, настала тишина, нехорошая, словно сейчас грянет гром.

Из озера выползала огромная тварь: покрыта черной чешуей, туша размером в 20 человек словно из тысячи угольков – змея? Нет, скорее паук с 20 лапами, из-под чешуи виднеется белая шкура. Она снова меняет форму? Непонятная абоминация, продолжает менять облики и пыжиться огнем.

- Импровизация? Не хватило тел и душ, а? Мерзкий Нистраль? – уже неспокойно и со злостью высказал Алриен бывшему учителю. – Но я ожидал подобного.

Кальн, понимая учителя, вытащил нож со знаком черепа в руке и проткнул себе руку, его тело затряслось и начало биться, голова так и силилась не кричать от боли, и парень старался стоять ровно и достойно принимать волны боли и отчаяния, накатывавшие на него. Его белые волосы стали покрываться изморозью как и его шея, кожа бледнеет, и его стоны перерастают в возгласы.

- Кхниим ваар КАЭЛЬ..! - вскрикнул старик со спины.

- Не получится! –Алриен затыкал кулаком старого человека и запихивал слова ему обратно в глотку. Старик оказался проворней своего бывшего аколита и бросился в сторону. – Что, никого не взял старый дурак, и эгоист? Думаешь, сам потянешь?

Из разных сторон потянулись белые силуэты, это не были фанатики в робах, это были сами робы, и из них струился жар со светом, словно в костюм поместили огниво. Они стали окружать чернокнижника с костями наперевес.

- Ты, видимо, совсем слепой стал с возрастом, я переучился после темных пактов, но, видимо, по моему ученику не заметно, кем я стал.

- Криомант.

- Точно, это последнее, что ты скажешь.

Вынимая длинные кости из-за пояса, он стал бить ими друг об друга, каждый удар сопровождая криком, Класт хотел было, что-то сказать, но его горло выдавало осиплость. С каждым криком мага старик выдывал жесты удушья. Огнива подбежали к Алриену, и из-под рукавов на него пустились струи пламени, его черный покров на теле стал сгорать словно сено. Он разломал кости, осколками которых стал кидаться и рвать силуэты словно простынки.

Кальн же шел неспешным шагом с ножом в руке и с кровью с другой, притаптывая траву только оправившуюся от сна. Чудище, Силена, обратила внимание на парня, пепел окутывал воздух. Из недр твари послышался знакомый смех, и раздался крик, выпад вперед выдал намерение твари. Кальн не понимал, что делать, его руки словно сами взмывали в защитной стойке, из земли, где сохранился холод, взмыла влага и устремилась потоком в тушу непонятной твари. Она корчится и кричит, чешуя-уголь застывает и отпадает от монстра. Она оглушена и трепещет перед столь оглушительным ударом.

Позади доносится крик его мастера, тот, объятый огнем, силится справиться с огненной тканью, окружившей его, но она прилипает, словно готовит его заживо.

В этот момент монстр выходит из оцепенения отряхивается и бросается в сторону мастера, чувствуя его слабость. В предвкушении добить.

Теперь Кальн видит, что могут вновь отнять его близкого, он помнит болезненное лицо Лили. Кровь в его жилах стынет от боли и утраты, мгновения хватило, чтобы последовала цепочка.

Боль-утрата-Злость.

Кальн встал в праведном гневе, глядя на него чувствуешь, как исходит агония его чувств. Тут он затянул со спокойствие едва слышно:

Король Синраса в жизни бы не собрался,

Чтобы дать того, чего я хочу.

Не отцовства, не деньги, ни власть,

А утешения хотя бы малую часть,

Мастер мой горит от огня,

И нет ему утешенья,

Кроме ученика в лице меня.

Нет дела никому до народа,

Кроме Алриена и сына Синраса.

Упокойтесь враги короля.

Небеса и стена обрушились, словно лавина с гор, грохот и свист, с которым падало само небо, было слышно за многие дали. Люди, что успели убежать от озера, как можно дальше, запомнили этот день как“Падение северных богов ”. Короли центрального, северного и восточного королевства после неразберихи с людьми дружно разбирали завалы – ничего, кроме снега и льда, только кости….

+1
473
21:46
Начало рассказа:
Он пробирается сквозь лужи грязи и ветви деревьев
Окончание:
Боль-утрата-Злость.
Кальн встал в праведном гневе, глядя на него чувствуешь, как исходит агония его чувств. Тут он затянул со спокойствие едва слышно

Это описание мох эмоций от прочтения данной работы.
Загрузка...
Константин Кузнецов №2