Олег Шевченко №1

​Курочка

​Курочка
Работа №6

Все началось с того, что Уля наткнулась на объявление о продаже совершенно очаровательного существа: голубоглазого, ушастого, с изящными лапками и коротким чешуйчатым хвостом. Размером дракониха была с крупную курочку, а еще к ней прилагался полный пиротехнический набор и подписка на двадцать галлонов ацетона на год вперед. Главный же плюс состоял в том, что у Курочки были обрезаны крылья. Это избавляло от хлопот.

Уля показала фото Паше. Вот Курочка только вылупилась и лежит в огнеупорной будке полосатым брюшком кверху. А вот уже подросла: стоит на задних лапах и лакает из поилки. На третьем фото Курочка грустила: лежала, распластавшись, и было видно, что подкрылки у нее ампутированы под корень. Паша расстроился: вот зачем так издеваться? Достаточно ведь просто укоротить: внутренние крылья необходимы для выработки эндорфинов! В сети можно найти кучу роликов: летит дракон, изрыгает клубы дыма, стрекочет, как батарея цикад. Глаза прищурены, челюсти сжаты, крылья трепещут, мощный хвост задает направление. Потом камера сползает вниз, а там бац! – оказывается, что он сидит на палке от швабры. При этом драконы и понятия не имеют, что не сдвинулись с места, а в морду им дул вентилятор. По-настоящему взлететь такой дракон не может, и «феномен мотылька» ему не страшен. Никто толком не знает, что за инстинкт заставляет драконов лететь на молнии, но Уля на всю жизнь запомнила, как отчаянно кричал и плакал соседский мальчишка, не удержав дракона в грозу. Что ни говори, обрезание хоть и варварство, но спасает от жуткой электрической смерти. Паша же не принимал и этого.

– Не можешь справиться – не заводи дракона! – ругался он. – А то смотри! Когти отпилят, огнеплюйку залепят, крылья вообще отчекрыжат. Огнем не дыши, по воздуху не летай, пол не царапай! Сиди в клетке, как игуана какая...

С драконихой тогда не сложилось, хотя Уля все подготовила. Она так загорелась, что сама оббегала все инстанции, несмотря на восьмимесячный живот. Собрала справки: из полиции – о несудимости, из психдиспансера – о душевном здоровье, и еще “Подтверждение оборудованности для жилья уровня опасности класса 3 и выше” из пожарной службы. Она даже купила огнеупорную драконоску, розовую, для девочки. Но Паша внезапно передумал.

– Слушай, малыш, – сказал он. – По-моему, мы погорячились. Эта дракониха ни туда ни сюда. К тому же обрезанная. Я так думаю, если уж брать так брать, а не это прости господи. Представляешь меня с этой твоей курой на цепочке? И вообще, давай, может, сначала со своим... дракончиком... разберемся?

Внутренне Уля к Курочке уже очень привязалась и считала своей. Но Пашины аргументы звучали убедительно, и от идеи пришлось отказаться. Тем более, что Уля и сама понимала, что скорее всего, дело в беременных громонах и проклюнувшемся материнском инстинкте. Она куксилась еще где-то с месяц, а потом родился Тимоша, маленький, розовый, покрытый шелковым золотистым пушком. У Тимоши были тонкие пальчики и огромные темные глаза. Он беззубо улыбался и пах малиной. Одним словом Тимофей был так прекрасен, что Уля с головой погрузилась в материнство и о Курочке забыла. Да и вообще о драконах.

Так пролетел год. Как-то осенью Паша, задумчиво разглядывая спящего Тимофея, заявил:

– Знаешь, малыш, я тут подумал… Дети без драконов вырастают эгоистами. Настоящего нам еще рановато, а вот драмячка можно. Хлопот с ним мало: выпускать полетать, наполнять поилку, чистить золу. Как думаешь?

Уля подумала и решила, что да, отличная мысль, и Тимоша обрадуется! Хлопот, действительно, мало, а если купить клетку побольше, то и выпускать не надо: летают себе внутри, стрекочут как кузнечики, плюются искрами. Бывают таких сказочных расцветок – ну чисто феи! Если к мордам не присматриваться.

Сели изучать. Объявлений о продаже драмяков в Сети огромное множество. Вот драмячиха–чемпион Европы снесла сразу три яйца, и, судя по окрасу, детеныши ожидаются редчайшие. Но стоит такое яйцо чуть ли не половину Пашиной зарплаты. А вот еще: экзотический трехголовый и двухвостый изумрудный драмяк. На картинках красоты невероятной: тонкокожий, пупырчатый, полупрозрачный, головы украшены радужными гребнями. Если иногда подсыпать в ацетон чуток фосфора – светится в темноте. Но очередь на пять нoсок вперед. Стали искать дальше и нашли: двое только вылупившихся белоснежных драмчат. Крылья уже расправлены, но дышать еще не могут, скукожились в баночке с ацетоном, таращат красные глазки. Паша одобрил: норм драмяк. И цена норм. Созвонились с заводчицей и сразу решили брать.

***

Дверь открыла грузная блондинка лет сорока в розовой пижаме с сердечками.

– Вы за белыми? Десять тысяч за обоих, по одному не продаю. С клеткой двадцать.Берете?

В спальне у блондинки было сумеречно, от клетки на прикроватной тумбочке так разило ацетоном, что Уля закашлялась. Вот ведь, драконов разводит, а систему очистки установить не может. Экономит небось. Пока Паша отсчитывал деньги, Уля рассматривала на стене портрет тучной женщины в белом чепце и с громадным драконом за спиной. Заводчица поймала взгляд.
–– Прабабка моя, это в честь нее я Валерия. Великая женщина была... грузовых драконов разводила... Кстати, не споткнитесь там...
Уля, конечно, тут же споткнулась и едва не загремела в желтое пластмассовое ведро. Она точно грохнулась бы, если бы Паша вовремя не подхватил, но ведро они все же задели, расплескали ацетон. В ведре покачивалось яйцо.
–– Простите, –– пробормотала Уля.

–– Под ноги смотреть надо, –– сказала Валерия.

Паша заглянул в ведро, присвистнул:

– Фигассе! Эт что за порода?

– Да кто ж знает. Метис какой–то. Вон как глаза пучит. Наверняка примесь гималайского снежного, а они вообще безумные… Хотела выбросить, да рука..

– Сколько? – перебила Уля, голос ее дрожал.

– Ульян, ты с ума сошла? – спросил Паша.

– Цена не вопрос, – обрадовалась Валерия. – Двадцать косарей и забирайте. Копейки... за такое качество...

Уля, как завороженная, присела на корточки. Жидкости в ведре было до половины и часть яйца выступала наружу. Сквозь полупрозрачную скорлупу отчетливо виднелась приплюснутая голова, крупные голубые глаза и полностью сформировавшееся тельце цвета вареной креветки.

Размером яйцо было с небольшой арбуз, хотя это ничего не значит. Известны случаи, когда из крошечного, с муху, дракончика вырастает трехметровый монстр. А бывает наоборот. Найдут в пустыне яйцо, погрузят, привезут на электро ферму. Ну, думают, сколько энергии наш дракон будет давать, когда вылупится. А в яйце – хлоп! – гигантская личинка. И с каждым днем уменьшается, усыхает, пока до размеров апельсина не усохнет. Вроде как пуповина. А сам дракончик махонький, невзрачный. Ни уму, ни сердцу.

– Он большой вырастет?

– Да кто ж его знает. С барашку где-то.

– Слушай, если уж брать, давай хоть породистого! – возмутился Паша.

Уля вдруг расплакалась:

– Это же Курочка, понимаешь? Паш, это судьба!

Паша в судьбу не верил, но он абсолютно не понимал, что делать с Улиными слезами. Впадал, как говорится, в ступор. Так они и заявились домой: вместо белоснежных драмяков – кислотно-желтое ведро с голубоглазым яйцом на последней стадии вылупления. Судя по заостренной форме – скорее всего девочка. Ведро поставили в теплый и темный угол и накрыли одеялом. Каждый день проверяли и подливали свежего ацетона. Паша тем временем накупил огнетушителей и всяческой дрессировочной пиротехники.

– При правильной дрессировке огнетушители необходимы только в первые несколько недель, – Паша зачитывал «Основы дрессировки драконов в домашних условиях». – В крайних случаях – несколько месяцев. Иногда, исключительно редко, до полугода.

Уля приклеивала к ошейнику стразы и улыбалась: несколько недель или несколько месяцев – такая ерунда! Она абсолютно счастлива. У нее есть любящий муж, прекрасный сын, а в ведре зреет новый долгожданный член семьи...

***

Курочка вылупилась ранним воскресным утром. Взрыв был такой силы, что в кухне выбило окна и с корнем вырвало кондиционер. Дико завопила сигнализация, к ней примешались завывания скорой, пожарной и полицейской машин. Скорая произвела быстрый осмотр домочадцев и никаких повреждений не нашла, кроме легкой контузии у Паши. Пожарные потушили занявшиеся занавески и заменили клапаны авто-огнетушителей. Полицейские выяснили личности проживающих и проверили лицензию на содержание дракона высотой до метра. Пожурили: как же так, дракон есть, а глушителя нет? Всех соседей перебудили. Выписали штраф и обещали заглянуть через неделю. А пока идите, граждане, займитесь новорожденной. И поздравляем, да.

Новорожденная была очаровательной, как все детеныши. Она потешно барахталась в лужице ацетона, среди осколков стекла, кусков желтого пластика и чего-то скользкого и бурого, безуспешно пытаясь подняться на лапы. Размером с ладонь, с оранжево-розовым чешуйчатым хвостом и совсем еще тонкими, почти невидимыми крыльями. А глаза какие! Огромные, синие, прозрачные.

– Курочка, – умилилась Уля и протянула руку.

– Перчатки! – крикнул Паша, но поздно. Курочка приоткрыла огнеплюйку, и крохотная искорка зашипела на тыльной стороне ладони. Первый звоночек.

Весь день занимались обустройством Курочкиного жилья по инструкции. Паша установил огнеупорный чехол и глушитель, закрепил поилку, а Уля постелила кварцевый коврик, подвязала Курочке крылья и надела розовый в стразах ошейник. Вечером подкармливали Курочку крохотными кусочками пенопласта. Тимоша аккуратно, в перчатках, чтобы не обжечься и не пораниться об острые, как иголочки, зубы, протягивал лакомство. Курочка благодарно хрустела. Она успокоилась и огнем больше не плевалась. Во всяком случае, в тот день.

Дракониха оказалась прелестной. У Ули сердце заходилось от нежности, когда Курочка, приподнявшись на толстенькие задние лапки, изящными передними обхватывала прозрачную трубку поилки, и, прищелкивая от удовольствия, лакала ацетон. Или же ела, урча и покряхтывая. Аппетит у Курочки был драконий, ела она отлично и быстро, и так же быстро росла. Коробку каучука, которой должно хватать на неделю, Курочка уминала за три дня. Улины каучуковые тапочки тоже бесследно исчезли. Вечерами Курочка вытягивалась на полу, задирала передние лапки, подставляя подмышки, а Уля с Тимошей вынимали из ящика стола электрошокер и усаживались рядом. Летели голубые искорки, потрескивали Курочкины язычки, подрагивали от удовольствия лапки.

То, что у Курочки на редкость буйный нрав, стало ясно буквально через месяц. Поначалу Уля еще наивно полагала, что это единичные случаи: новорожденная перегрызла стальные прутья, развалила клетку, разодрала в клочья огнеэкран, спалила шторы, помяла, а в некоторых местах прокусила батарею. А еще сожрала розовый в стразах ошейник, хоть и не должна была, судя по отзывам других покупателей. Начались непредвиденные расходы. Новая клетка – раз. Вместо изящных, цвета морской волны, штор – стальные жалюзи – два. Батареи тоже пришлось заковать в металлическую сетку. Сетки Курочка не любила, путалась. Стало ясно: без профессиональной помощи не обойтись. Того пиротехнического набора, что Паша купил в магазине «Драгомир» за углом, явно не хватало.

Так в доме появился дрессировщик Толя. Он пришёл обвешанный военной пиротехникой с головы до ног, как коммандо: сигнальные ракетницы, светошумовые спецсредства, дымовые шашки, – и заломил безумно высокую цену. Согласились, а что делать? Курочка была уже ростом со взрослого упитанного барана, ещё немножко – и Уля не сможет ее удержать.

Толя расставил спецсредства по дому и с каждым днем усиливал их действие: в ход пошли взрывпакеты, авиабомбы, мины и прочее. Курочка носилась, сметая вещи, мебель, натыкаясь на римские свечи и сбивая их тоже. Она ликовала, подрываясь на одной мине, тут же неслась к другой. От усердия Толя спалил телевизор и стиральную машину, пришлось покупать новые. Вечером грузчики притащили две здоровенные коробки, а утром Уля с Пашей нашли только обрывки картона и куски металла и пластика. Пенопласт же Курочка сожрала подчистую, а потом долго отрыгивала металлические скрепки и шурупы. Когда минами пол разнесло так, что ходить стало невозможно, пригласили мастера паркетчика. Не успел он выгрузить инструменты и стройматериалы, как налетела обезумевшая Курочка и, пока Уля бегала за пистолетом, прогрызла и выпила три банки паркетного лака.

Курочка ела не только лак и пенопласт. За год она сожрала четыре дерматиновых кресла и три дивана. Уля ходила по знакомым и унижалась, выпрашивая старую мебель. У Паши внезапно обнаружилось чрезвычайно много работы и он целыми днями торчал в офисе. Все Толины уловки пропадали даром, Курочка делала что хотела. Время шло, и Уле начало казаться, что так будет вечно. Драконы живут от двадцати до тридцати лет, а это значит, что Уле будет около пятидесяти, когда это безумие наконец закончится? Однажды она даже решилась и поговорила с Пашей, давай, может, мы её того... Обрежем. Говорят, обрезанные поспокойней. Но Паша был непреклонен:
— Не выдумывай. Это вилами по воде. Нет доказательств, что летучие буйнее и наоборот... Ты пойми, малыш, нельзя отнимать у живого существа его природу...

С другой стороны, Тимоша Курочку обожал, а она, в свою очередь, ни разу его не укусила, не обожгла и не поцарапала. Она вообще любила детей и часто с удовольствием катала. Ей даже купили седло, а Тимофею – шлем и портативный парашют. Парашют, впрочем, так ни разу не понадобился. С детьми Курочка была предельно осторожна, летала медленно, крутых виражей не закладывала и беспрекословно слушалась команд. Пашка, задрав голову, следил, как плавно Курочка огибает верхушки деревьев, провода и фонари, слушал, как повизгивает счастливый Тимоша, и довольно хохотал:

– Видишь теперь, как здорово, что не обрезали?!

А вот с драконами Курочка была необъяснимо и неуправляемо агрессивна. Как–то, наматывая свои ежедневные круги вокруг тополя, она внезапно рванулась, чуть не вывихнув Уле плечо. Уля быстро сориентировалась, сгруппировалась, закрепила цепь, выхватила пистолет и пальнула в воздух, надеясь купировать Курочкин припадок. Но не тут-то было. Курочка тянула цепь, шипела, плевалась дымом и угрожающе трещала, глядя куда-то за угол: наверное, там гулял соседский дракон. Когда Курочка поняла, что вырваться не получится, она окончательно озверела, бросилась на электрические провода и принялась остервенело их рвать. В стороны летели искры, куски проволоки, пластмассовые и резиновые ошметки, Уля палила в воздух, как заведенная, кричала, звала, но все напрасно. Курочка прекратила свое варварство только когда выдохлась, а от проводов не осталось и следа. Два дня сидели без света. Два дня Курочку тошнило проводами. Через неделю получили гигантский штраф, а еще было ужасно неудобно перед соседями.

Как–то на выходные Тимоша принес из живого уголка пару драмяков–молодоженов, Гусика и Бусю. Буся была беременна и должна вот-вот разродиться. По словам Тимофея она уже раза три раздувалась как шар и раскалялась докрасна, но яйца так и не снесла. Дети очень волновались и, чтобы не оставлять молодых без присмотра, установили дежурство. Тимоша, притащив в дом клетку, был невероятно горд и воодушевлен. Очень опекал молодоженов, подсыпал пенопластовые крошки, подливал ацетон, проверял, не сквозит ли...
Оба драмяка, и молодой отец Гусик, и беременная Буся были расстреляны в упор двумя точечными плевками. Уля, найдя утром обугленные тушки, сначала хотела придушить Курочку, а потом понеслась в “Драгомир” за двумя точно такими же драмяками.
Вечером еле дождалась Пашу с работы, он теперь возвращался совсем поздно. Прямо с порога, сбиваясь и всхлипывя, замямлила речь, которую весь день обдумывала и репетировала. Паша выслушал, не перебивая, а потом сказал глухим голосом:

— Ты вообще отдаешь себе отчёт? Курочка — член семьи. А если Тимофей что-то натворит? Или я? Тоже в приют?

***

В то утро все было как обычно. Накануне Курочка опять объелась какой-то дряни, и Уля проснулась от характерных лязгающих звуков. Пока Паша с Тимошей спали, убрала рвоту, помыла пол, приняла душ, приготовила завтрак, разбудила и собрала мужа на работу, а сына в школу. Это было очень тихое и душное утро, и Уля открыла окно, предварительно заперев Курочку в клетке.

Она жарила котлеты, когда за окном внезапно стемнело, загрохотало, и яркие вспышки молнии рассекли небо. Зазвонил телефон.

– Курочку запри, – сказал Паша. – И окна закрой. Гроза.

Уля закрыла окно как раз в тот момент, когда крупные капли начали лупить по подоконнику. Какое-то время она стояла и смотрела, как гигантские вспышки рвут на куски тяжелое небо, как ветер выворачивает деревья наизнанку. Стояла, не замечая, что в кастрюле выкипает вода, а на сковородке подгорают котлеты. А потом она открыла окно, прошла в комнату и отперла клетку. Курочка, лежавшая в углу, встрепенулась, вскочила, обрадованно защелкала языками, забегала вокруг Ули.

– Гулять, – сказала Уля. Курочка всегда очень активно отзывалась на команду «гулять». Она и в этот раз радостно поскакала к выходу, но увидев черное небо, забеспокоилась, припала пузом к полу, поглядывая на хозяйку.

– Сидеть, – очень спокойно сказала Уля и отстегнула с крыльев заклепку. Еще не поздно было захлопнуть окно и оттащить Курочку в клетку. Но Уля сказала:

– Лети.

Курочка вскарабкалась на подоконник. Еще раз неуверенно оглянулась.

– Давай уже! – крикнула Уля.

Курочка раскрыла крылья и ярким розово-оранжевым пятном вылетела в темное небо. Она зависла метрах в десяти от окна, не очень понимая, что теперь делать. Оглянулась, увидела хозяйку, радостно затрещала чешуей, защелкала языками. Ледяной дождь хлестал по Курочкиной спине и крыльям, она стала совсем мокрая.

– Курочка, домой! Простудишься! – спохватилась Уля и метнулась в спальню за пистолетом. Пистолет, как назло, завалился за спинку кресла, пришлось отодвигать, и когда Уля опять подбежала к окну, то с облегчением вздохнула: Курочка была все там же, даже немного ближе. Уля вытерла рукавом дождь с лица и выстрелила в воздух:

– Домой!

Курочка послушно полетела навстречу. Она медленно и неуверенно приближалась, то и дело оглядываясь на притихшее, будто затаившееся небо. Она почти долетела, и Уля уже протянула руку, чтобы закрепить на ошейнике цепь…

Небо треснуло, Курочка вздрогнула, замахала крыльями. Опять сверкнуло и грохнуло... И опять... Молнии били в землю одна за другой, Курочка еще пыталась цепляться когтями за воздух, но у нее ничего не получалось. Будто какая-то темная и невероятно мощная сила тянула вверх, и тогда она развернулась и полетела в небо, навстречу рокочущим тучам и гигантским электрическим разрядам. Уля палила в воздух, плакала, кричала «Домой, Курочка! Домой, плохая дракониха!», но Курочка ее больше не слышала. Она поднималась все выше и выше, туда, где бурлило небо и полыхали молнии, и Уле очень хотелось верить, что там, в глубине самой чёрной и зловещей тучи, Курочку ждал небывало светлый и безмятежный ацетоново-пенопластовый рай.



Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
+5
427
21:15
+1
Рассказ понравился. Из фантастического только драконы с сопутствующим антуражем, но история хороша сама по себе: драконов можно заменить на любых питомцев без ущерба для сюжета. Грустный финал, конечно, но жизненно.
22:15
+1
беременных громонах

Я падаю, снова…
подкармливали Курочку крохотными кусочками пенопласта

Должно быть, у хозяев Курочки стальные нервы. Это ж надо ежедневно слушать визг зубов по пенопласту — почище, чем ножичком по тарелочке…
Паша выслушал, не перебивая, а потом сказал глухим голосом:

— Ты вообще отдаешь себе отчёт? Курочка — член семьи. А если Тимофей что-то натворит? Или я? Тоже в приют?

Вообще не совсем адекватно, ИМХО. Тут какбе не мелкая шалость, дракон других животных убил. Это в России на такое порой глаза закрывают, и в России будущего, видимо, ничего не меняется. А в ином месте хозяев и спрашивать бы не стали. И пошла бы Курочка на суп.

А вообще, история забавная. С нелогичными, но милыми персонажами. Пока что — лучшее из прочитанного в группе. Кроме драконов и впрямь ничего фантастического, но на них весь сюжет завязан, так что претензий нет.
Мое почтение.
23:07
Рассказ про фантастических животных. Фантастика — с натягом. Написано хорошо. Читаю по порядку. Пока этот рассказ с рассказом про машину Свету — лучшие. «Пять с минусом» (по пятибалке).
23:18
Да, рассказ очень приличный. Но в конце творится какое-то немотивированное безумие.
… Впрочем, для данного конкурса это нормально. eyes
10:55 (отредактировано)
+1
Если честно ожидал какого-то неожиданного поворота: раскрытия происхождения К., об'яснения отношений с молниями и т.п.А тут бытовая драма) P. S. Читать интересно.
13:47
+1
Наконец, я узнала, с чего всё началось!
20:47
+1
Да! А вот финал подкачал. Нет, чтобы «всё кончилось тем, что...».
19:33
+2
Рассказ хороший, увлекательный и даже жизненный. Но несколько прямолинейный и несабытийный. Финал угадывается заранее. Удивительно, что от такого члена семьи не избавились раньше. Из фантастики присутствие драконов и уровень жизни ( для стран СНГ). Столько денег на питомца, у нас только в кредит можно!
14:06 (отредактировано)
+1
Согласен; меня уровень жизни прям порадовал))
Дракон с ушами? Впервые такого встречаю.
И с обрезанными крыльями???? Автор садист ((((((
Как я понимаю Пашу!!! Хоть кто-то ценит драконов такими, какие они есть.
Сия разновидность драконов явно создана искусственно, коль скоро питается лишь продуктами химической промышленности. Это объясняет отсутствие у неё хоть минимального интеллекта и отчасти примиряет с варварским отношением к зверушкам.
«За год она сожрала четыре дерматиновых кресла и три дивана.» — Однако семья богатая, столько мебели в год заменить сумела.
«У Паши внезапно обнаружилось чрезвычайно много работы и он целыми днями торчал в офисе.» — Классика. Любые проблемы на плечи женщины, но принимать решения только мужчина.
«…расстреляны в упор двумя точечными плевками.» — скорее точными.
«Ты вообще отдаешь себе отчёт? Курочка — член семьи.» — Не зря Паша говорит это глухим голосом. Потому что кидаться пафосом со стороны легко, но все проблемы свалены на одну голову, и это не Пашина голова.
Финал ожидаемый, фантастики как таковой одни драконы. Заменить их на соколов, взрослых на детей, молнию на убитого голубя – такой рассказ я читала в далёком детстве.
Рассказ хорош наличием психологических моментов, увы, классических. Относительно вычитан, что тоже заставляет радоваться. Но сюжет так себе, короткий бытовой эпизод из жизни любой семьи.
07:08
Дракон с ушами? Впервые такого встречаю.


Взяли обидели Драконицу из «Шрека»

18:06
История одного предательства.
Концовка трагическая и красивая. Умеет автор в эмоции.
03:14
Поначалу читается бодро, даже увлекательно.Но текст перенасыщен событиями и довольно быстро от этого начинаешь уставать. И вроде есть умилительные сцены, неплохо описанные, но за этим бытоописанием не видно глубины. Персонажи не произвели никакого впечатления и не запомнились. Трагизм финала потерялся из-за нагромождения событий.
07:46
+1
Неплохое исполнение, хотя фабула с сомнительной моралью. Завести животное, которое не можешь содержать, а, когда эта невозможность становится слишком очевидна, убить его бездействием…

В остальном же — увлекательное описание быта счастливого хозяина существа с иной биохимией (пьёт ацетон, пенополистиролом закусывает, вырабатывает электричество и плазму). Детали вроде дрессировочного пистолета интересные, а вот с пиротехникой уже перебор — авиационная бомба от квартиры камня на камне не оставит, всё-таки, а Курочка их взрывает десятками (и, что более странно, судя по тексту — они многоразовые %( ) Драмяки — тоже забавная деталь. Кто сказал, что дракон должен быть с овчарку? Зоопсихология драконицы тоже хорошо прописана — с одной стороны, узнаваемо, с другой, не забыта поправка на то, что это не собака, а всё-таки дракон.

Но поведение главной героини (нет, не Курочки, человеческой героини) ни понять, ни оправдать не могу. Даже на сиюминутный аффект (на который, видимо, намекает автор, позволив героине осознать жестокость своего поступка постфактум) не спишешь — больно долго она его подготавливала, пусть и поддавшись мимолётному импульсу. Если бы Курочка сама рвалась наружу, навстречу молниям, то произошедшее выглядело бы менее одиозно.
Загрузка...
Александра Неярова