Нидейла Нэльте

Сказочный бюрократ

Сказочный бюрократ
Работа №430

Служебный автомобиль бодро скакал по ухабистой сельской дороге прямо в логово нарушителей налогового кодекса. А ведь Дмитрий Фёдорович хотел решить всё по-хорошему. Штук пять предписаний отправил, где русскими канцелярскими буквами требовал оформить юридическое лицо и заплатить налоги. Но ни ответа, ни поступлений денежных средств в бюджет области так и не было. Вот и пришлось ехать лично. Дмитрий Фёдорович, конечно же, остался бы в офисе и продолжил на сигналы от населения реагировать стандартными письмами, но квартальный показатель такой квартальный и такой показатель. Да и премию очень хотелось.

— Хорошая сегодня погодка, правда? — спросил водитель, прервав молчание.

— Управление транспортным средством должно осуществляться без отвлечения на посторонние факторы, такие как разговор, — ответил Дмитрий Фёдорович, угрюмо смотря в окно.

— Что? В смысле — мне заткнуться? Можно было и по-человечески сказать… А давайте я хотя бы радио включу?

— Управление транспортным средством должно осуществляться без отвлечения на посторонние факторы, такие как радио...

Водитель обиженно замолк и больше не предпринимал попыток завести беседу.

Деревня. Всего с десяток домов. Старые покосившиеся избушки. Мимо, похрюкивая, пробежал поросёнок. Ни одна собака не залаяла, зато на каждом заборе восседало по чёрному коту. И все они немигающе смотрели на Дмитрия Фёдоровича. Где-то на заднем фоне тревожно поскрипывала дверь уличного туалета.

— Здравь будь, добрый молодец. С чем пожаловал? С бедой али с радостью? За советом али за помощью явился? — внезапно выскочила молодая девушка в сарафане и с платком на голове. Налоговый инспектор вздрогнул от неожиданности.

— В моей ответственности провести проверку выполнения предписанных ранее требований о переходе на юридические лица для всех граждан, ведущих деятельность, подпадающую под действие Федерального закона от 05.04.2022 N 6166-ФЗ, — на автомате ответил Дмитрий Фёдорович.

— Чудно́ говоришь, мо́лодец. Не по-нашенски. А давай я тебя к баб Маре отведу? А? Может, она уразумеет, что сердце твоё печалит.

— В силу текущих обстоятельств, а также в связи с отсутствием нумерации домов мной принято решение одобрить вашу инициативу, — аккуратно ответил налоговик. Он тоже с трудом понимал собеседницу.

— Ох и чудно́! Ступай за мной, я всё тебе покажу. Только след в след ходуй, и не отставай. Опасно это. Ноги переломать можно, али вляпаться, что не отмыться...

Дмитрий Фёдорович оглянулся на служебную машину. Водитель открыл все окна и таки включил радио. «И ты попала к настоящему колдуну. Он загубил таких, как ты, не одну», — разносилось над дорогой. Налоговик поморщился и пошёл за девушкой по тропинке вдоль домов, старательно обходя ямы и грязные лужи.

Деревенька производила крайне угнетающее впечатление. Казалось, что большую часть жилого фонда уже давно пора вывести из эксплуатации. Краска облупилась, когда-то красивые резные наличники потрескались и явно держались только на честном слове. Некоторые дома от старости почти наполовину просели, став больше напоминать землянки. Лишь дым из печных труб показывал, что жизнь из деревни никуда не делась. Неужто сюда даже газ не провели? Где-то вдалеке печально мычала корова. Дмитрий Фёдорович поёжился. А в этом царстве безнадёги и упадка вообще кто-нибудь может платить налоги?

От печальных размышлений налоговика отвлекли неожиданные действия спутницы. Она резко присела и одним ловким движением сорвала пучок травы.

— А дозволь я тебе погадаю, молодец. На суженую, на деток. Вот сколько травинок в рученьку попало, через столько лун и семью свою обретёшь. Мои гадания самые верные, — и тычет кулак с травой в лицо Дмитрию Фёдоровичу. — А ты за доброту мою бескорыстную платок новый подаришь. А?

— Настоятельно прошу сообщать ваш ОГРНИП перед внесением коммерческого предложения. Если вы ещё не регистрировали ИП, то рекомендую подобных предложений не делать, так как данным образом вы можете втянуть физлиц в незаконную экономическую деятельность, — опешил от такого напора налоговый инспектор.

— Эх… — тяжело вздохнула девушка. — И как же у бабы Мары так всё ладком выходит? Пойдём, тут недалече топать осталось.

Немного в стороне от основного скопления домов стояло вполне на вид приличное здание. Краска свежая, наличники целые, да и земля не выше фундамента. На заборе сидели сразу три жирных чёрных кота. Или кошки. Как-то Дмитрий Фёдорович не горел желанием заглядывать животным под хвосты.

Девушка не стала останавливаться или заходить в дом, а повела дальше, на задний двор, откуда открывался обзор на довольно ухоженный огород. А ещё там был небольшой участок, оборудованный для посиделок. Место под костёр, заботливо обложенное кирпичами. Маленький столик, который пусть и неуверенно, но стоял, а вокруг него – разномастные табуретки. На одной из них, зажмурившись, сидела старая бабка, а напротив неё расположилась приличного вида женщина в светлом деловом костюме.

— Ой! А у баб Мары просительница. Подождать надобно, — прошептала девушка, придерживая Дмитрия Фёдоровича за локоть.

— Бяда у тебя в семье… Бяда. Нет согласия, доверия. Все врут, — проникновенно вещала бабушка.

— Точно. Так всё и происходит! Муж постоянно врёт, что он на рыбалке. Дочь якобы у подруги уроки делает. Но я всё чувствую. Только доказать не могу. Бабушка, подскажите, как мне поступить? — плакала женщина. Слёзы ручьём стекали на газетку, заменявшую скатерть.

— Тебе надобно дома кактус завести. Там, где кактус есть, вся ложь явной становится, но долго растение в доме держать нельзя, иначе семья разрушится!

— Бабушка, я даже не знаю, как вас отблагодарить! Возьмите, пожалуйста, чисто символически, — женщина достала из сумки заранее приготовленные пятитысячные купюры.

— Ну что ты, деточка. Разве уж я так сильно помогла? — не открывая глаз, бабушка шустро пересчитывала деньги.

— Берите-берите! Очень помогли.

— Ну раз так, то я с радостью принимаю дар твой, — и наличные в мгновение ока скрылись в кармане засаленного халата. — А теперь ступай с богом. Чую, новому посетителю не терпится судьбу свою узнать, да совета доброго спросить.

— Конечно, бабушка. Всего вам хорошего.

Проходя мимо Дмитрия Фёдоровича, женщина обратила внимание на его форму и вздрогнула. И, не сказав ни слова, ускорила шаг.

— Здравствуй, милок. Садись, не стесняйся. С чем пожаловал? — позвала баба Мара, даже не повернувшись в его сторону.

Нервным жестом Дмитрий Фёдорович одёрнул форменный пиджак и присел на освободившуюся табуретку.

— Калинина Маргарита Умировна? — с лёгкой запинкой выговорил инспектор.

— Да. А кто спрашивает? — баба Мара несколько насторожилась от такого официального обращения. Уже более двадцати лет к ней никто с её полным именем не приходил.

— Булов Дмитрий Фёдорович. Инспектор Федеральной налоговой службы. Уполномочен сообщить, что ведение предпринимательской деятельности без регистрации ведёт к штрафам и административной ответственности. В случае, если будет установлено, что ваш доход за период действия Федерального закона от 05.04.2022 N 6166-ФЗ превышает полтора миллиона рублей, то возможна и уголовная ответственность с лишением свободы сроком до шести месяцев, — твёрдо выдал Булов.

— Милок, ты чего? Какая ещё ответственность?! — баба Мара демонстративно схватилась за сердце.

— Уголовная, сроком до шести месяцев, — стоял на своём Дмитрий Фёдорович.

— Бога побойся такое старикам говорить! Как язык-то повернулся!

— Ведение вами бизнеса без регистрации…

— Да какое ведение! Какого бизнеса! Ты про эту милую особу? Так она эта… по доброте своей душевной, да за совет полезный. Это этот, как его, ну мо́лодежь так говорит ещё… Донат! Вот! — баба Мара уже почти кричала на Дмитрия Фёдоровича.

— В данном случае совершённое действие нельзя квалифицировать как благотворительность. Следовательно, с дохода от оказания консультативных услуг необходимо выплатить налог, — давил Булов.

— Вот окаянный. Как шарманка испорченная, про одно и то же талдычишь. Нет у меня этих твоих доходов. С огорода живу, да с подарков от людей добрых. Какие налоги?

— Налог на собственность, налог за предпринимательскую деятельность, страховые взносы за себя и сотрудников... — принялся перечислять Дмитрий Фёдорович.

— Остановись! — заорала баба Мара. Ей нужна была пауза, чтобы осмыслить происходящее.

Конечно, Маргарита Умировна была в курсе нового закона. И письма из налоговой ей регулярно зачитывали. Как же баба Мара удивилась в первый раз! Особенно тому, что государство о ней знает.

— Кого ты ко мне привела, дурища! — рявкнула баба Мара на девушку, которая стояла в отдалении раскрыв рот и ничего не понимала в происходящем.

— А ты чего припёрся? — набросилась Маргарита Умировна уже на Дмитрия Фёдоровича. — Меня уверили, что инспекторы почти никогда никуда не ездют.

Булов и правда не любил командировки. И будь на то его воля, жил бы в своём кабинете. Только вот охранники не разделяли такого его стремления, регулярно выдворяя его из здания. Дмитрий Фёдорович не обижался, ведь каждый должен делать свою работу и получать положенную зарплату. И премии.

— Настоятельно рекомендую зарегистрировать ИП до конца месяца. Также необходимо сдать налоговую отчётность за последние полгода. Это последнее официальное предупреждение в порядке досудебного урегулирования. В случае невыполнения поставленных требований дело будет передано в суд, — Булов решил проигнорировать вопрос.

— Тьфу. Да говори ты по-человечески! — раздражённо выкрикнула баба Мара. — Это всё?

— В связи с тем, что ваша деятельность связана с оказанием услуг физлицам, чему я оказался свидетелем, в обязательном порядке требуется установка кассового аппарата и его постановка на учёт в налоговой инспекции, — Булов решил проявить немного сочувствия к пожилой женщине и дать ей небольшую консультацию. Даже без официального запроса.

— Да что ты за тварь такая! А?! Совсем бедную меня со свету сжить собрался?! То есть я тут людям буду про судьбу их рассказывать, как проблемы решить, как здоровье поправить, сглазы и венцы безбрачия снимать, а потом чеки выдавать?! Да какая в этом может быть магия?! Я не торгашка какая-то. И меня в кабалу свою налоговую ты не затащишь. Слышишь?!

Совсем как-то незаметно поднялся ветер. Зашуршали молодые листочки на деревьях. Заколыхалась овощная ботва. Похолодало. А где-то на самом краю горизонта появилась тонкая серая полоса.

— Баб Мара! Вам не след так бушевать, — девушка, про которую уже все забыли, кинулась к Маргарите Умировне и крепко её обняла. Бабушка глубоко вздохнула и медленно выдохнула.

— Всё-всё, милая. Я спокойна, — ведьма похлопала девушку по руке.

Дмитрий Фёдорович не знал, как относиться к разыгранной перед ним сцене. И поэтому решил никак на неё не реагировать.

— Также хочу донести до вашего сведения, что в случае производства товаров для продажи, таких как амулеты, и прочей магической атрибутики, потребуются разрешительные документы для их реализации, — без всякой задней мысли посоветовал Булов.

Мара впервые за весь разговор подняла веки. На Дмитрия Фёдоровича уставились покрытые бельмами глаза, и его передёрнуло от этого зрелища.

— Вон, — прохрипела ведьма.

— Вынужден напомнить ещё раз, что все рекомендации, выданные мной в ходе текущего визита, необходимо выполнить до конца месяца. В противном случае ваше дело будет решаться в судебном порядке с возможностью применения к вам уголовного преследования, — спокойно проговорил Дмитрий Фёдорович, хотя внутри у него и поселилось неприятное и тянущее чувство.

— Проклинаю! — не своим голосом гаркнула баба Мара.

Дмитрий Фёдорович спокойно поднялся, попрощался с женщинами и отправился обратно к машине. Не первый раз на него кричат, и такое вполне привычно. Но сейчас было по-настоящему жутко. Ещё и коты эти... смотрят.

Путь к выезду из деревни показался инспектору значительно длиннее. Может, из-за того, что ранее Булова сопровождала пусть и странная, но вполне симпатичная девушка. А может, проблема была в том, что налоговик внезапно стал очень неуклюжим и приобрёл топографический кретинизм. Иначе не объяснить три падения в лужу, ржавый гвоздь, о который он распорол пиджак, и атаку гуся. Дмитрий Фёдорович на него наткнулся, когда заблудился. В итоге к машине налоговик вышел грязный, драный и вонючий. Что поделать, в деревенских лужах плавает всякое.

— Ну уж нет! Я не дам превращать салон машины в свинарник! — возмутился водитель, как только увидел своего пассажира. А из окон тем временем продолжала литься музыка: «Мир не таков, каким кажется он, чудесами каждый окружён»...

— Согласно требованиям заключённого вами контракта с городским управлением автомобильного транспорта вы обязуетесь обеспечивать перевозку любого указанного в маршрутном листе сотрудника ФНС, — Дмитрий Фёдорович вдруг испугался, что ему придётся задержаться в деревне. Как назло, снова скрипнула дверь уличного туалета. И этот звук почему-то был тревожнее, чем раньше.

— Но в машину я тебя… то есть вас! Не посажу! — водитель не спешил соглашаться с законными требованиями налоговика.

Их взгляды скрестились в неравной битве. Воля против воли. Желание против желания. Хотелка против хотелки. Чистота в машине против обязанностей. И как всегда победил компромисс.

— Эх. Хорошо, что у меня есть с собой пакет с пакетами, — сообщил водитель. — В один сложим твоё грязное шмотьё, а другие я постелю на сиденье. Ещё у меня пятилитровка с водой была… Хм. Устроим летний душ?

Дмитрий Фёдорович не нашёл возражений. Ему не терпелось и от грязи избавиться, и вернуться. Причём домой, а не в офис. После водных процедур на свежем деревенском воздухе очень уж не хотелось показываться начальству на глаза.

Но у водителя на этот счёт было своё мнение.

— Как вы там говорили? Согласно контракту? Вот откуда забрал, туда и привёз. Удачи! — злорадно сказал водитель и вдарил по газам.

Булов проводил машину хмурым взглядом. Прямо сейчас он стоял перед городским управлением ФНС в одних влажных трусах.

«Да ё…» Вещи остались в машине. Как и телефон.

Теперь было только два варианта: либо идти на проходную и вызывать такси оттуда, либо добираться домой на общественном транспорте. В первом случае Дмитрия Фёдоровича наверняка засмеют коллеги, а во втором есть риск попасть куда-нибудь на ютуб. И всё такое вкусное! Но пока налоговик размышлял, всё решилось за него.

К Дмитрию пристали двое подвыпивших прохожих.

— О-о! Михалыч! Что? С Дулиным поссорился? — прицепился первый мужчина.

— А? — налоговый инспектор так удивился, что не нашёл слов для ответа.

— Или красные труселя нынче в моде? Гы-гы-гы! — засмеялся второй.

— Данный вид нательной одежды предназначен исключительно для создания благоприятных гигиенических условий и не рассматривается мной как обязательный элемент для эстетического восприятия образа, — Дмитрий Фёдорович засмущался. Красные семейники в оранжевую крапинку ему подарила мама на День налогового работника. Они были сделаны из очень приятного хлопка, и Булов носил их с удовольствием, хотя и старался никому не показывать.

— Чо-о-о?! Самый умный? А в глаз? — возмутился первый.

— Гы-гы-гы! Да он в таких трусах явно не в глаз хочет! — продолжал издеваться второй.

— Настоятельно рекомендую воздержаться от угроз и оскорблений сексуального характера. В противном случае возможна административная ответственность по… по различным статьям, — стоя почти голым перед недружелюбно настроенными индивидами, Булов чувствовал себя настолько некомфортно, что даже стал забывать номера статей. Хотя раньше он всегда их помнил.

— Чо?! Ты нам мусорами угрожаешь? Совсем чёрт? — разозлился первый.

— Нафига с этим придурком базарить? Пойдём возьмём ещё пивка, — второй потянул своего приятеля в сторону магазина «Шестёрочка».

А Дмитрий Фёдорович в это время потихоньку смещался в сторону здания ФНС. Где-то он читал, что к хулиганам, как и к хищникам, не стоит поворачиваться спиной.

— Но он чёрт!

— А пиво — это пиво. Давай докупим и вернёмся на нашу лавочку…

— Штрафные санкции за распитие спиртных напитков в общественном месте составляют от пятисот до полутора тысяч рублей. Также возможны санкции в виде максимального наказания до пятнадцати суток административного ареста, — Булов хотел всего лишь предупредить мужчин о возможных последствиях, но его, как всегда, неправильно поняли.

— Так! Иди сюда! Ща я буду бить тебе морду, — и первый двинулся в сторону инспектора.

Булову оставалось каких-то тридцать метров до входа в здание, когда первый выпивоха налетел на него и сильно толкнул, от чего Дмитрий упал, больно ободрав голые локти и колени. Дебошир не остановился на достигнутом и принялся увлечённо пинать служащего ФНС.

— Ты чо творишь, здесь же камеры! Заметут! — обалдел второй.

Как в воду глядел: нагрянул наряд полиции, и, не разбираясь, забрал в отделение всех троих. Дмитрий Фёдорович пытался убедить стражей порядка, что ни в чём не виноват, но парню без документов и в трусах никто не верил. Лишь к утру удалось дозвониться до водителя, чтобы получить обратно забытые вещи. Грязная форма вместе с потрёпанным служебным удостоверением подтвердила слова инспектора.

Прошлые сутки выдались адские, а новый день радовать не спешил. Начальник отказался дать отгул. Ведь нужно готовить отчёты и по второму кварталу, и за первое полугодие в целом. А Дмитрий Фёдорович только и успел, что душ принять, да закинуть форму в стиральную машину. Хорошо, что был запасной комплект. Во второй половине дня объявили, что на следующей неделе будет аттестация. Булов физически почувствовал, как в его жизни начинается чёрная полоса. Или просто поднялась температура?

Дмитрий Фёдорович добрался до дома в полубессознательном состоянии. Шутка ли, не спать почти двое суток! И как есть, в одежде, уснул на диване.

Утро снова не принесло радости. Тело ломило, появилась отдышка, а из-за сна без подушки заклинило шею с левой стороны. Булов понял, что работать сегодня он точно не сможет, о чём и сообщил начальнику. Тот повозмущался, но отпустил на больничный — с условием, что завтра обязательно нужно выйти на работу.

День стал ещё хуже, когда Дмитрий Фёдорович увидел очередь к терапевту своего участка. Но ему удивительным образом повезло: люди в очереди в дружном порыве пропустили его вперёд. Возможно, этому поспособствовала мятая форма сотрудника ФНС, а то и вид Булова в целом. Бледный, трясущийся почти всем телом... Кроме шеи.

— Пил? — спросила терапевт.

— Только воду, — честно и просто ответил Булов. На большее у него не было сил.

— Ага. Я вижу, — в голосе врача было много скепсиса, хотя осмотр она всё-таки провела.

Но температуры не было, и шумов в лёгких не оказалось. Из-за шеи терапевт всё же выписала больничный на три дня, записала на повторный приём и отправила сдавать кровь на анализы. От таких новостей Булов воспрял духом. А поскольку опять пропустил завтрак, то затягивать с неприятной процедурой не стал.

И тут снова что-то пошло не так. Медсестра сначала не могла найти вену, а потом попасть в неё. Пять игл испортила! С исколотыми руками налоговый инспектор и вовсе стал походить на наркомана. Но на удивление Дмитрий Фёдорович почувствовал себя лучше. Даже шею отпустило.

Дома первым делом Булов решил наконец нормально поесть. Но в процессе нарезания колбасы на бутерброды вспомнил про форму в стиральной машинке. Поздно. Как только Дмитрий Фёдорович открыл дверку стиралки, в его нос ударил противный запах прокисшей ткани. Форма безнадёжно испортилась.

В глазах защипало. То ли от расстройства, то ли от непередаваемого аромата.

Зазвонил телефон. Булов ответил — уже с пониманием, что ничего хорошего этот звонок не несёт. Так и оказалось.

— Скотина! — сразу начала ругаться бывшая жена. — Ты чего трубку не берёшь?! То недоступен, то не в сети! Ты о сыне своём подумал?!

— В связи с обстоятельствами непреодолимой силы... — попытался оправдаться Булов.

— Ой! Да заткнись! Твоя манера говорить дико бесит. Ты заявление на летний лагерь в Анапе для ребёнка написал? Только коротко!

— Нет, — Дмитрий Фёдорович с ужасом понял, что крайний срок подачи заявления был вчера, но из-за недавних злоключений он совсем об этом забыл.

— Вот, значит, как… У нас была договорённость. А теперь её нет. Мне плевать, что у тебя маленькая зарплата. Раз ты не хочешь заботиться о собственном сыне, то я полностью возьму это на себя. Я подаю на алименты. Всё, — и телефон замолчал.

Дмитрий Фёдорович даже не понял, как оказался на полу. Он тяжело дышал. Даже когда жена с ребёнком сбежала от него к другому мужчине, Булов так не переживал, ведь всё к тому и шло. Ограничился трёхдневным запоем, а потом спокойно вернулся на работу. И, несмотря на развод, старался быть хорошим отцом своему сыну.

Горькие размышления Булова прервал настойчивый стук в дверь. Подозрительно настойчивый. Человек с той стороны словно пытался выбить дверь кулаком. Или не кулаком? Дмитрий Фёдорович испугался и затих. Чего ожидать от такого гостя?

— Открывай давай! Я знаю, что ты там! — кричал кто-то. — Кристалл поиска врать не будет!

Инспектор медленно поднялся с пола и стал потихоньку, спиной, отходить на кухню. Потому что на кухне есть не только еда, но и универсальные средства для самообороны.

— Если не откроешь, то я сам зайду! — продолжал орать неизвестный. — Твой замок — фуфло! Даже не заговорён! А, неважно. Считаю до трёх! Ха-ха-ха! Три!

И дверь распахнулась. Только вот Дмитрий Фёдорович уже был к этому готов. Он взял на кухне самое эффективное оружие против внезапных нападений. Едва нарушитель статьи 25 Конституции Российской Федерации пересёк порог, в его лицо полетело облако чёрного перца. Только вот не долетело. Булов с удивлением смотрел, как перец аккуратной горкой падает к ногам незнакомца.

— Серьёзно? Мог и нормальный перцовый баллончик взять или хотя бы нож. Что за детский сад? Или у тебя был коварный план — чтобы я зачихался до смерти? Ха! Это была бы нелепая смерть. Мне нравится. А ты изобретательный малый! Мы с тобой точно кучу ведьм перебьём. И они будут сильно страдать! Му-ха-ха! — злодейски рассмеялся незнакомец.

Выглядел он весьма колоритно. Бобровая шапка, чёрная майка в сеточку и чёрные кожаные шорты, а руки почти до локтя украшены самыми разнообразные фенечками и браслетами. Дмитрий Фёдорович застыл на месте. Однако незваный гость не проявлял агрессии.

— В-в-вы про… извели незаконное прон-ик-новение на частную т-т-тер-риторию. Ст-тат-тья д-д-д-вадцать пятая, — слегка заикаясь, произнёс Дмитрий Фёдорович.

— Чего? А, неважно, — отмахнулся незнакомец. — Пойдём на кухню. Выпьем чего. У тебя же есть чо?

И парень, не стесняясь хозяина квартиры, прошёл внутрь, а входная дверь за ним закрылась сама… Словно по волшебству.

Дмитрий Фёдорович постарался незаметно выдохнуть. Как минимум сразу его никто убивать не будет. Незваный гость в это время чем-то шуршал на кухне. Булов с опаской заглянул в комнату, но ничего криминального не увидел: парень в бобровой шапке бодренько дорезал забытые бутерброды.

— Я уже посмотрел, что пива у тебя нет. Хоть чай поставь. А то как неродного встречаешь, — гость уже переработал всю палку салями и переключился на сыр «Российский».

Булов лишь кивнул и поставил чайник. Это всё, что ему оставалось делать. В каком-то смысле Дмитрий Фёдорович уже был готов к любому развитию событий. И даже к тому, что это последний чай с бутербродами в его жизни.

— Да расслабься ты. Мы с тобой буквально братья по несчастью. А значит, должны помогать друг другу, — сказал незнакомец, ставя на стол доску с кусками колбасы и сыра. — Кстати! Забыл совсем. Меня Игорь зовут.

— Булов. Фёдор Дмитриевич. То есть Дмитрий Фёдорович, — налоговик никак не мог прийти в себя после такого знакомства.

— Да хватит нервничать! Пей чай, кушай колбаску. Всё хорошо будет. Причём скоро. Тока ведьму убьём.

На этих словах Дмитрий Фёдорович подавился чаем. И если обычно этим и заканчивалось, то на сей раз он умудрился пролить немного кипятка прямо на штаны. Булов взвыл от боли и очередной неожиданности.

— Классика, — философски изрёк Игорь, жуя кусочек сыра. — Сглазили тебя. И очень качественно сглазили, скажу. Прям на оба глаза.

— Интерпретация случайных стечений обстоятельств подобным образом является противоречием здравому смыслу.

— Ну и загнул! А нормально говорить можешь? Я же простой антиведьмак. В общем, сглаз на тебе. Не смертельный, но неприятный — ты скорее сам в петлю полезешь. Понимаешь, чем тебе больнее, тем меньше с тобой творится разной фигни. Вот сейчас ты обжёгся. И это хорошо! Значит, ничего эдакого в ближайшее время не случится.

— Интерпретация случайных стечений обстоятельств…

— Да прекрати ты нести эту чушь! Слушай, что тебе прошаренные в этом вопросе говорят. Меня ведь тоже так проклинали. Ей-богу! Еле выжил. Тоже антиведьмак помог. Мы ведьму, которая мне подгадила, в пруду притопили. И как рукой сняло! Я потому и решил сам антиведьмаком стать. Таким же бедолагам помогать. Ну а ещё убивать ведьм весело! Тебе понравится.

Дмитрий Фёдорович в этом сомневался. В чём в этом? Да во всём! И в том, что это сглаз, и в том, что убивать — весело.

— Убийство по предварительному сговору является тяжким преступлением и карается…

— Кажется, я понял, за что тебя так. Да говори ты уже по-человечески! Кстати, а не подскажешь, кто именно тебя сглазил? Ну, кто на тебя недавно смотрел самыми страшными глазами в твоей жизни?

— Калинина Маргарита Умировна, — не задумываясь, ответил Дмитрий Фёдорович.

— Кто?! — удивился Игорь

— Баба Мара. По крайней мере, именно таким образом в моём присутствии её именовали окружающие.

— А-а-а-а! О-о-о-о… Ну ты и попал. Там же не деревня, а настоящая антиведьмачья крепость! Придётся тебе убивать ведьму одному. Но не боись! Я научу как. Там не сложно.

Подобная концепция с трудом укладывалась в голове у Дмитрия Фёдоровича. Вот так просто пойти и кого-то убить? Невозможно! Да и в существование какого-то там сглаза налоговый инспектор не очень-то верил.

— Настоятельно рекомендую воздержаться от подобных предложений. Также вами в обязательном порядке должно быть совершено действие по избавлению моей квартиры от своего присутствия.

— Жесть! Если бы я мог, сам бы тебя проклял за такие ругательства! Ладно. Вот моя визитка. Когда совсем припрёт, звони, — Игорь положил на стол кусочек бумажки.

Затем встал, молча забрал с собой весь сыр и удалился, недовольно хлопнув входной дверью.

Совершенно незаметно со стола исчезла колбаса. Дмитрий Фёдорович так глубоко задумался, что не заметил, как съел абсолютно всё. Прав ли этот странный антиведьмак? Или он какой-то мошенник? Налоговик никак не мог понять, как проверить слова Игоря.

Снова зазвонил телефон.

Это был начальник, который требовал немедленно явиться на работу. И как бы Дмитрий Фёдорович ни жаловался ему на самочувствие (и вообще у него больничный), тот оставался непреклонен и грозил увольнением. Булов от расстройства ударил кулаком в стену. Силу он не рассчитал от слова совсем, и от боли перед глазами запрыгали чёрные мурашки.

— Знаете... — осенило Дмитрия, — Гострудинспекция наверняка заинтересуется нарушением статьи 81 ТК РФ, согласно которой вы не имеете права уволить сотрудника, если он находится на больничном. А случаем препятствия моему уходу на больничный по причине нетрудоспособности весьма вероятно, заинтересуется прокуратура.

— Хм, — раздалось в ответ, — ещё перезаражаешь нас всех. Вот уйдём всем отделом на больничный, и кто тогда работать будет? Останемся дружно без кварталки... Так что лечись давай.

Боль сработала! Дмитрий Фёдорович не верил, что смог самостоятельно противостоять руководству: в нём никогда не было столько смелости. И быстренько выключил телефон.

Это что же получается? Он на самом деле проклят? Ну, или лучше сказать — сглажен? Порчен? Булов редко сталкивался в своей жизни с магическими терминами и не знал, как правильно их склонять. Хотя это вопрос второстепенный. Для начала нужно определить, что со всем этим делать. Ведь убийство — не выход.

Как всегда, помог гугл.

Первым делом Дмитрий Фёдорович решил посмотреть специалистов, которые предлагают услуги по снятию порчи. Но их расценки были таковы, что ему бы пришлось перейти на хлеб и воду, а гарантий никто никаких не давал. Краем глаза налоговый инспектор автоматически отмечал, что у многих на сайтах указан ОГРНИП. А если ОГРНИП отсутствовал, добавлял в закладки возможного неплательщика налогов.

Тогда Булов решил пойти другим путём и поискать способы снять сглаз своими силами. Сначала выбрал варианты попроще. Например, часто попадались советы читать заговор перед зеркалом. В ванной как раз было подходящее.

— В связи с тем, что в данный момент на меня наведён сглаз, прошу зеркальный мир поспособствовать избавлению меня от оного, и в дальнейшем не возвращать его в мир реальный до особых распоряжений Отца, Сына и Святого Духа. Аминь, — с большим скепсисом и в своей обычной манере прочитал Дмитрий Фёдорович.

Зеркало почернело. По нему пошла сеть мелких трещин. Булов как-то сразу понял, к чему всё идёт, и быстро выскочил в коридор. Раздался короткий хлопок, и зеркало осыпалось мелкими осколками. Дмитрий для себя отметил, что, в принципе, метод рабочий, но слишком слабый для его случая.

Пришло время яиц. И пусть в рекомендациях значилось, что яйца обязательно должны быть деревенскими, но Булов не видел большой разницы. Скорлупа, желток и белок везде одинаковые. Ещё в рецепте присутствовал гранёный стакан, но Дмитрий Фёдорович в этот раз решил обойтись без стеклянных предметов. Очень уж хлопотно убирать осколки.

В пластиковый таз пошло содержимое всех сорока двух яиц, которые нашлись в холодильнике. Дмитрий подумал, что это хорошее число, и таким образом у него точно получится избавиться от сглаза. Да и лишней самодеятельностью он решил не заниматься, а прочитать заговор как он есть.

— Возьми с меня всё плохое, — нараспев над яйцами произнёс Булов.

Сразу после этого в тазу стало происходить странное. Все желтки покраснели, а белки покрылись чёрной плесенью. Сильно запахло серой. От этого аромата Булова чуть не стошнило, и он быстро вылил всё в унитаз.

Что ж. Остался последний метод, который Дмитрий был готов испытать здесь и сейчас. Правда, он казался весьма рискованным... Нужно включить телефон и сделать звонок в службу доставки святой воды.

И только боль могла уберечь Булова от новых внезапных неприятностей.

Дмитрий долго и морально готовился к тому, чтобы сделать этот шаг — намеренно причинить себе боль. Он тщательно взвешивал все за и против. Ходил из угла в угол, как загнанный зверёк, но задуманное должно было быть сделано. Ведь на кону не только его спокойное существование...

И Дмитрий Фёдорович со всей мощью своего отчаянья пнул мизинчиком ноги ножку тумбочки.

Боль была такой сильной, что Булов завыл, упал на пол и схватился за пострадавшую ногу. Но едва сознание прояснилось, он сделал заказ. И всё получилось! Воду доставили к вечеру.

Нога продолжала нестерпимо болеть, и Дмитрий подумал, что перестарался и получил перелом. Только вот ехать в травму поостерёгся: сглаз не дремлет.

Эксперты-эзотерики советовали для снятия негативных программ совершать ежедневные омовения святой водой. Куда там! Как только Булов попробовал это сделать, лицо стало гореть огнём, а местами выскочили маленькие чёрные точки.

Дмитрий Фёдорович разозлился. Столько усилий и продуктов впустую! Но он решил, что будет экспериментировать дальше, пока полностью не избавится от сглаза. Завтра нужно сходить на повторный приём к терапевту, и Булов первый раз искренне молился, чтобы ему продлили больничный.

***

В кабинете врача было не холодно, но Дмитрия всё равно немного потряхивало. Скорее всего, нервное.

Поначалу ничего не предвещало беды. Терапевт задала несколько стандартных вопросов, померила температуру и давление, послушала лёгкие. Была в принципе стандартная больничная атмосфера. Но всё изменилось, когда врач открыла результаты анализов Булова.

— Знаете, — с непонятной интонацией произнесла терапевт, — не нравится мне ваша биохимия. Глюкоза, холестерин и билирубин сильно отклонены от нормы, заметно повышена щелочная фосфатаза, трансаминазы тоже какие-то непонятные, про СОЭ я вообще молчу. А вот лимфоциты прям стремятся к нулю...

— Что... Что это означает? — взволнованно спросил Дмитрий.

— А ещё я запишу вас на УЗИ брюшной полости. Посмотрим там всё. И сходите на КТ. По ОМС очередь большая, так что лучше пройдите платно. Нужно будет проверить лёгкие. И головной мозг, — врач проигнорировала вопрос своего пациента, что-то постоянно дописывая в протокол приёма.

— Зачем? — с нажимом спросил Булов.

— И давайте вы на всякий случай сдадите иммунологический анализ. Цитологические исследования бы ещё провести, но это вы уже будете определять с другим специалистом. Сейчас посмотрю, где есть свободная запись…

— Да скажите уже по-человечески! Что со мной?! — не выдержал Дмитрий неизвестности.

— Пока говорить рано. Сдайте сначала анализы, — врач кинула на буйного пациента короткий взгляд и вернулась к протоколу.

— Вы уже что-то подозреваете! И не врите мне! — Булов не знал, куда деть себя от беспокойства, и вскочил со стула.

— Сядьте и успокойтесь, — твёрдо приказала терапевт. Булов сел, но не успокоился. — Если судить по текущим анализам, то у вас рак.

После этих слов Дмитрий уже ничего не слышал. Рак? У него?! Но он же ещё так молод! И столько ещё не сделал! Хотя ничего такого особенного и не планировал. После развода в жизни Булова остались только бесконечные налоговые отчёты да редкие встречи с сыном.

Прихрамывая, с пачкой направлений на анализы Дмитрий вернулся домой. Включил чайник и присел в ожидании, когда тот закипит. В первый раз за очень долгое время Булов почувствовал, как остро ему не хватает водки. Напиться бы сейчас — и будь что будет! Взгляд упал на сиротливую бумажку с номером Игоря, которую тот гордо обозвал визиткой.

— А я знал! Знал, что ты позвонишь! — радовался антиведьмак, ковыряясь в холодильнике Дмитрия. — А у тебя ещё сыра нет?

— Нет. Кстати… Тобой употребляется в пищу так много сыра в связи с тем, что он необходим для обеспечения магической защиты? — с надеждой спросил Дмитрий.

— Дурак, что ли? Люблю я сыр. Не нужно во всём искать второе дно. Лучше бы про мою шикарную бобровую шапку спросил. Вот там зашибись история! Но уже поздно! А-ха-ха! И говори проще. Я тебя через слово понимаю.

— Х-хорошо. Так значит, мне требуется... умышленно причинить... с-смерть ведьме? — обычные слова Булов подбирал с трудом.

Разговор снова проходил на кухне. Дмитрию было несколько не по себе обсуждать физическое устранение бабы Мары именно здесь, но лучшего места всё равно так быстро не найти.

— А ты шустрый! Мне нравится. Ща всё расскажу. Есть несколько отличных способов убить ведьму: утопить, сжечь, расчленить. Лучше, конечно, всё сразу. Я теперь так и делаю. Но ты новичок, да ещё и в одиночку работать будешь, так что держи, — и антиведьмак достал из рюкзака пистолет.

— Я буду обязан её за-за-застрелить? — полушёпотом, чтобы соседи не услышали, спросил Булов.

— Ага. Самый простой и скучный способ. Зато надёжный, как танк против фрицев, — ответил Игорь, жуя бутерброд из хлеба и майонеза. Больше ничего съедобного не нашлось.

— П-погоди. Должны использоваться серебряные пули? — такая простота не укладывалась в голове у Булова.

— Она же не оборотень. Так что нет.

— Следовательно, пистолет каким-то образом зачарован? А оборотни существуют?!

— Нет. И нет. Я же говорю. Скучный способ.

До прихода антиведьмака инспектор снова обращался к гуглу и успел насмотреться на различные методики ликвидации ведьм и колдуний — из компьютерных игр, фильмов, сериалов и аниме. Даже «Молот ведьм» глянул краем глаза. И ждал чего угодно! Кроме этого.

— А тебе приходилось... заниматься физическим устранением... исключительно ведьм? — Булова давно это мучило.

— В смысле?

— Ну… ты только ведьм убивал? Или... не только?

— Вот привязался-то! В основном да. Но вообще-то их от обычных страшных баб хрен отличишь. Настоящую ведьму проще по жертве найти. Ну, как с тобой. Но это редко. Понятно?

— В-вроде бы да...

— Вот и славненько! Так что? Берёшь пушку? — Игорь явно обрадовался окончанию допроса.

— Ввиду имеющихся обстоятельств я вынужден выразить согласие по данному вопросу, — опять непонятно выразился Булов.

— Чо?

— Б-беру в общем.

— Опыт есть? Хотя откуда… Лучше в упор стреляй. Не промажешь. И про контрольный в голову не забудь! И это…

— Что?

— Сделай для меня пару фоток. А? — и антиведьмак глазами голодного котика посмотрел на инспектора налоговой.

— Зачем?! — искренне удивился Булов.

— Для антиведьмака нет большего счастья, чем лицезреть труп своего исконного врага! И ещё... Лучше её хотя бы посмертно расчленить. Так что вот тебе топор. Му-ха-ха! — и со своим фирменным злодейским смехом Игорь достал из рюкзака старый грязный туристический топорик.

Когда Дмитрий Фёдорович остался наедине с пистолетом и топором, ему стало по-настоящему жутко. Даже когда баба Мара смотрела на него своими слепыми глазами, было не так. И когда терапевт сказала, что подозревает у него рак.

И когда Булов остался один в пустой квартире без любимых жены и ребёнка.

Вот уж не думал налоговый инспектор, что ему однажды предстоит решать, кому жить, а кому нет. Но особой решительностью Дмитрий никогда не обладал.

***

Путь до деревни прошёл относительно спокойно. Мизинчик продолжал стабильно болеть, защищая своего хозяина от неприятностей, а Игорев рюкзак с топором и пистолетом внутри — придавал уверенность. Такси, правда, вышло дороговатым, но денежный вопрос сейчас занимал Булова в последнюю очередь.

Снова полузакопанные домишки. Снова жуткие коты на каждом заборе. Вокруг всё скрипит и недвусмысленно намекает, что гостям тут не рады. Навстречу опять выскочила прежняя девушка в платке и сарафане, но, узнав налогового инспектора, звонко ойкнула и скрылась где-то в узких улочках. Только вот Булов не нуждался больше в её услугах. Он и так прекрасно помнил дорогу.

Маргарита Умировна сидела всё там же — за маленьким шатким столиком в окружении табуретов. Дмитрий лишь горько усмехнулся, увидев рядом с бабкой кассовый аппарат.

— Здравствуйте, бабушка! Как здоровьице? — и Дмитрий отвесил Маре шутливый поклон, прекрасно зная, что она ничего не видит.

— Ты?! Чего надо, кровопийца?! — баба Мара была в своём репертуаре.

— Да вот... Проведать вас захотелось. Узнать, всё ли в порядке? — и Дмитрий присел напротив. Рюкзак он поставил к себе на колени.

— Не твоими молитвами, ирод! Последнее у пожилых забираешь!

— Так это же не я придумал. Попробуйте направить свои претензии государству... А лучше просто возьмите и сглазьте его. По себе знаю — у вас это прекрасно получается.

Дмитрию Фёдоровичу показалось, что на секунду воцарилась полная тишина. Даже ботва — и та замерла, игнорируя лёгкий летний ветерок.

— Понял, значит. И что теперь? Мстить пришёл?

— В каком-то смысле да, — постарался спокойно ответить Булов, непроизвольно сжимая рюкзак.

— А силушки-то на это хватит? — баба Мара поднялась с табуретки и для большей устойчивости опёрлась на столик.

Ветер усилился.

— Надеюсь, что хватит. Ведь я знаю ваше слабое место.

— Думаешь, меня хладное железо возьмёт? Или эта ваша водица храмовая? Даже время и то не властно надо мной! И ты, смертный, смеешь угрожать мне?!

Где-то совсем недалеко ударил гром.

— Деньги.

От неожиданного ответа баба Мара опустилась обратно.

Ветер затих.

— Пф-ф-ф, — фыркнула Маргарита Умировна. — Вот это деловой разговор. Значит, так! Я согласна снять сглаз за…

— Вы не поняли, — перебил её Булов. — Я могу отнять у вас очень много денег.

— Что? Ещё больше?! Да я тебя тогда не только сглазю…

— Да выслушайте меня уже! Хватит угроз. Мы с вами взрослые люди и можем прийти к удобному для всех компромиссу. Снимите сглаз, а я не сдам вас Федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения.

— А это что ещё такое? — притворно удивилась бабушка.

— Да всё вы знаете. Не нужно прикидываться. Я тут выяснил, что вы не только снабжаете доверчивое население сомнительными советами задорого да амулетами и травками волшебными торгуете. В одном совсем новом выпуске газеты «Оракул» я нашёл весьма примечательный прайс. Оказывается, вы у нас и гастроэнтеролог, и нарколог, и диетолог, и даже онколог. А новый закон такой новый, и такой закон. Вы утонете в штрафах. И замучаетесь получать лицензию.

— Да где я там эти все?!

— А кто предлагал вылечить рак, язву, запор? Справиться с лишним весом и алкогольной зависимостью? Поднять либидо?

— Хватит! Я поняла. Сглаз снять? Хорошо, сниму. И вали на все четыре стороны!

— А знаете… Мне этого мало. Хотелось бы получить компенсацию морального и физического вреда.

— Денег не дам!

— Пф-ф, — Булов махнул рукой, — да я не об этом! Просто колданите что-нибудь на здоровье и удачу. И мы в расчёте.

— Хм, — задумалась баба Мара. — Так-то мне не сложно. Только если ты меня обманешь, добра не жди.

Булов удовлетворённо кивнул.

Такси бодро скакало по ухабистой сельской дороге, навсегда увозя налогового инспектора из деревеньки. Водитель что-то беззаботно рассказывал про свою жизнь, а из магнитолы играл очередной бодрый хит этого года. Впервые за очень долгое время на сердце Дмитрия Фёдоровича было тепло и свободно.

Эффект от магического лечения Булов почувствовал почти сразу. Мизинчик перестал болеть. Появилось странное чувство, что теперь у него получится абсолютно всё! Даже вернуть свою семью.

Топор и пистолет ему, слава богу, не пригодились, зато их оценит полиция. Статья 105 УК РФ, подпункты… Неважно. Булов решил сразу ехать в ближайшее отделение, чтобы сдать Игоря со всеми потрохами. Даже легенду заготовил: новый приятель просто забыл рюкзак у него дома. Да ещё и на проходе оставил. Булов споткнулся, рюкзак расстегнулся, и всё оттуда как вывалилось, а там такое!.. А приятель-то подозрительный. И, по слухам, не любит бабушек. Особенно слепых.

«Под ведьминой удачей и не такому поверят», — решил Булов. Убийцы должны сидеть в тюрьме.

Ситуация, в которую попал Дмитрий Фёдорович, чем-то похожа на этическую задачу. Машинист поезда видит развилку железной дороги. На одной ветке — привязанный человек. Другая — ведёт к обрыву. И будто бы есть только два варианта.

Но люди тем и отличаются от бездушных машин на колёсиках, что способны идти не только по рельсам. Когда оба решения неверны, нужно искать третье. 

0
22:05
205
Светлана Ледовская №2