Оживи персонажа - № 10. Любовь и панталоны
💋
Автор:
Осенёныш
Источник изображения:
художник Клод Верлинд, "Две головы".
Текст:
Мадемуазель Жанна прелестна, влюбчива и немножко ведьма. Ну как ведьма. Так считают женщины посёлка. А мужчины утверждают, что волшебница.
Мадемуазель Жанна шьёт мужские панталоны. Яркие, бархатные и с лампасами. С той поры, как она открыла швейную мастерскую, посёлок живёт будто украшенный к празднику: всюду ходят нарядные и счастливые месье. Только дураки и бедняки всё ещё не сшили у мадемуазель Жанны полосатые панталоны из бархата.
– Носите с удовольствием, дядюшка Теодор, вы словно помолодели на двадцать лет! – И раскрасневшаяся от усердной работы швея весело машет ему на прощание. Дядюшка Теодор, сияя лысиной, гордо выносит из маленькой мастерской свои обновлённые чресла в восхитительных полосках:
– Мерси, мадемуазелечка Жанна! Не забудьте к осени прикупить побольше ткани, мне потребуются новые панталоны!
Вот и опять очередной счастливец щёголем выкатывается на ступеньки мастерской. Жмурится от удовольствия и поглаживает шёлковые лампасы на своём бедре.
Прелестница щебечет вслед:
– Вам очень хорошо, месье Пьер. Приходите ещё!
– Всенепременно приду, милая Жанна! Всенепременно, волшебница!
О, святые модельеры! Полоски на панталонах от мадемуазель Жанны – это не только новшество в мире моды. Это фейерверк вкуса и чувственности. Это вызов. Это революция.
Но кто же там, вон там, у куста, под окном швейной мастерской?
Ах, это несчастный месье Шарль, успевший стать местной достопримечательностью с той самой поры, когда на улицах появились первые полосатые панталоны. Он беден и благороден. Он поэт и безумно влюблён в мадемуазель Жанну. Безумство его очевидное, хоть и не буйное: почти ежедневно Шарль теребит струны мандолины около мастерской и с придыханием лопочет в рифму что-то любовное. Однако войти никак не решается. Другие мужчины входят и выходят, входят и выходят, а он только вздыхает и лопочет, вздыхает и лопочет.
– Ах, милая Жанна, услада очей, моя королева бессонных ночей!
И всё в таком духе.
Мадемуазель Жанна изредка вежливо улыбается Шарлю из-за занавески. Как-то даже кивнула, если ему не показалось. Однако у мадемуазель Жанны слишком много работы, а у бедного поэта слишком мало франков.
Зато чувств у месье Шарля избыток. И, между прочим, его завитые локоны по нарядности почти не уступают панталонам некоторых. А перед тем, как направиться под окна мадемуазель Жанны, он тщательно обрызгивает локоны одеколоном, приобретённым в дешёвой лавке на распродаже. Запах поэта гуляет по посёлку, соревнуясь со знаменитостью панталон в силе воздействия на женскую впечатлительность. Возможно, это вторая причина, по которой мадемуазель Жанна не часто открывает окна мастерской: у прекрасной швеи слезятся глаза и щиплет в носу.
А вот, совершенно неожиданно, к Жанне пришёл месье Луи, известный мизантроп и сноб. К тому же циник и скряга. При этом он красавчик, каких в посёлке больше не сыскать. Жаль, что Луи не любит женщин и не гонится за модой. Но зато он слушается маму.
Нет, Луи не считает Жанну ни ведьмой, ни волшебницей. Он считает, что она слишком дорого берёт. Однако мама его, серьёзная женщина, в конце концов громко потребовала:
– Поди сюда, Луи! Так больше не может продолжаться. Негоже тебе, сыночка, ходить в чём попало. Все уважаемые граждане носят панталоны, сшитые у мадемуазель Жанны. Хоть она и ведьма, а шьёт хорошо, чертовка. Немедленно ступай к этой продавшейся дьяволу девчонке и закажи, наконец, приличные панталоны на свой упрямый зад!
Мадемуазель Жанна моментально влюбилась. Не то чтобы впервые, но безответно. А это, знаете ли, бодрит посущественней, чем едкий запах дешёвого одеколона и назойливые куплеты под окном.
Месье Луи в упор не замечал знаков. Нетушки, женщина – зло; опомниться не успеешь, как раскошелишься на неё сверх пошива, а это всё равно, что выбрасывать франки на ветер.
Если бы не строгая мама, Луи ни за что бы сюда не вернулся. Но возвращаться пришлось трижды: мадемуазель Жанна назначала примерки одну за другой и всё никак не оставалась довольна.
Во время третьего сеанса, разглаживая на Луи примётанные лампасы, Жанна так увлеклась, что тот возмущённо смахнул мягкую ручку, замершую в ожидании, со своего не знавшего страстей бедра:
– Надеюсь, эта примерка последняя и скоро я смогу, наконец, выйти отсюда в своих новых панталонах?
Взгляд месье Луи был холоден и раздражён, а голос напоминал зловещий скрежет дуба на местном кладбище. Жанна вздрогнула, убрала руку и смиренно произнесла:
– Конечно, месье Луи. Мне уже всё ясно. Приходите в четверг, как дождик закончится.
Луи хмыкнул и вышел за дверь, оставив гордую швею колдовать над панталонами в одиночестве.
Оказавшись на улице, Луи едва не задохнулся от резкого запаха. Он поискал глазами источник и обнаружил поэта Шарля, мирно дремавшего под кустом в обнимку с мандолиной.
От скуки ли, от циничного ли желания подразнить влюблённого недотёпу, Луи завёл беседу:
– Говорила мне мама: «Ведьма она!».
Шарль встрепенулся и укоризненно возразил:
– Ну что вы, мсье Луи, какая же она ведьма? Волшебница! Мне б только ручки Жанны целовать, что я любим – мне б только это знать… Ах…
– Экие у вас, месье Шарль, дурацкие стишки. И далась же вам эта Жанна…
– Ещё нет, но я весь в предвкушении. Просто не могу решиться. Ах, манят меня эти белые плечи, мерцают нам в комнате жаркие свечи…
– Не будете ли так любезны заткнуться! – Луи сплюнул и направился прочь.
Локоны Шарля печально всколыхнулись, напомнив о себе тяжёлым ароматом.
Поморщившись, Луи вдруг остановился, прищурился и огорошил поэта предложением, напрочь лишённым всякого романтического смысла:
– Слушай, Шарль, я тут подумал: если Жанна до четверга отдастся одному из нас, то если это буду я – ты отдашь мне свою мандолину. А если Жанна отдастся тебе – мандолина останется у тебя. По рукам? И давай на ты, кстати.
– Мечты опять похожи на обман, ведь я поэт, в башке моей туман… – растерянно пробормотал поэт. – То есть... я хотел сказать... а разве вы умеете играть, месье Луи?
– Нет, не умею. Я её продам. Кажется, она стоит хороших денег. Мы на ты, Шарль.
Плут Луи определённо воодушевился шансом компенсировать расходы на пошив. Он таинственно улыбался и бесцеремонно сверлил поэта взглядом. Какая удача этот озабоченный придурок с мандолиной. Может, хоть пари подтолкнет его к решительным действиям? Так и так – польза.
Но месье Шарль проявил странное непонимание. Горло несчастного вдруг болезненно и хрипло булькнуло. Поэт трагично взмахнул кудрями, несколько раз надрывно охнул, ахнул, всхлипнул, после чего пролепетал что-то бессвязное вроде «какой наглец, какой позор, не отвести от Жанны взор…» и затих. Судя по отчаянному вращению глазами, в его ароматизированной голове происходило нечто ужасное. Видимо, так проявляет себя безжалостно попранная любовь. Соглашаться на пари месье Шарль явно не спешил.
Луи ещё немного подождал, потом недобро усмехнулся, махнул рукой и пошёл домой.
По дороге тут и там ему попадались месье в бархатных панталонах с лампасами.
«Дурацкие полоски. Цена явно завышена. Вонючий убогий поэтишко. Чёртова ведьма, как же я устал от них всех…»
Я вообще люблю сюрреализм и магический реализм в картинах этого французского художника.
Браво!
Ожили и две головы и панталоны) и все)
Про художника прежде, кажется, не слыхала, так что с удовольствием познакомилась. Картины да, завораживают сюром. Эту как увидала — упала в обморок и писала прямо оттуда.
да, у этого художника если и выбирать картины, то выбор велик и очень разнообразен)
Предполагаю, что у каждого автора в этом движе немного обморок в момент получения своей картинки)))
да, дух такой и задумывался. Рада, если он ощущается.
Я очень улыбался с мелочей. Тонкий и острый юмор. Читать — одно удовольствие.
«Наконец» я бы так часто не отзапятовывал.
Я не очень увидел про картинку, потому что она странная. Мягко говоря. Вряд ли вообще возможно придумать внятную историю по этой картинке. Но это и не требовалось. Требовалось оживить персонажей. И они ожили преотлично! Не уверен, правда, что именно эти… Но неважно.
Неважно так же, и что история как бы не окончена. Ведь разве она должна закончиться? Вовсе нет. Хотя хотелось бы.
ну вот я представила именно всеобщие панталоны Жанны, они тут главный образ — в них же все месье поселка поневоле угодили. Как бы одинаково околпаченны даже в своем роде (это про одинаковые колпаки на головах). То есть из шара теоретически торчат и головы всех остальных месье поселка, раз уж такая мода пошла, но эти двое чуть больше.
Но беда в том, что Шарль — тоже не положительный персонаж. Просто жалкий.
Очень понравилась история. Особенно как вы её рассказали.
Спасибо! )
Спасибо! ))
Здорово, улыбалась, читая.