Светлана Ледовская №1

Ящик

Ящик
Работа №224

Как только мы приземлились и вышли из корабля, Фрэнк написал ногой на песке «4821». Цифры получились небрежными: скафандры у нас были дутыми и нижняя часть туловища больше походила на ноги слона, каллиграфией не позанимаешься. Даже Пандора перестала, наконец, выглядеть элегантно. Думаете, мне это помогло? Опять пришлось одёрнуть себя и напомнить об установке не влюбляться.

— На удачу, — объяснил Фрэнк.

— Прямо скажем, шансы тут мизерные, — не удержался я.

— А я на каждой планете буду это писать. И однажды нам точно повезёт.

Пока я раздумывал, стоит ли снова ввязываться в спор о том, существует ли удача или всё это просто статистика, мы сделали полный круг вокруг места посадки и вернулись к люку. Цифры к этому моменту уже подзанесло песком. Хорошее настроение тоже куда-то улетучилось.

— Значит, так, — нарочито бодрым голосом начала Пандора. — Завтра разделим планету на сектора и начнём планомерный поиск. Я хочу, чтобы вы выспались, поэтому сегодня никаких шахмат, сразу спать. Вопросы?

— Есть вопрос! — сказал я. — Ты чего это раскомандовалась?

Ух, какой взгляд из-за стеклопласта!

— Значит, так...

— Стойте! — прошипел вдруг Фрэнк. — Вы слышали это?

***

Фрэнк тогда сказал мне, что 4821 — это счастливый номер. Нет, я понимаю 3, 7 или 10. Но 4821? Бред какой-то. Да и вообще, везение и невезение — это просто статистика. Так я ему и сказал. В первый раз чуть не подрались. Пандора меня урезонила: если этот номер выпал нашей команде в лотерее, то для здорового климата в коллективе можно считать его счастливым. Тогда-то я и дал себе установку не влюбляться. Лучше оставаться с холодной головой.

Пандора была на пару лет старше и уже дважды летала в экспедиции Свободного поиска. Такой опытный старший товарищ был нужен каждой группе, но нам, конечно же, повезло. Другого такого старшего товарища ни у кого не было. Красавица Пандора плюс мечтательный добряк Фрэнк и я. Вот и вся команда.

Мы зарегистрировались, получили «счастливый» номер и стали ждать. В лотерее участвовали тысячи таких же зелёных, самоуверенных и жаждущих приключений парней и девушек, как мы с Фрэнком и Пандорой. Да, она тоже ещё зелёная и самоуверенная, я же вижу. Две учебные экспедиции это не докторская диссертация. Главное, не ляпнуть ей чего-нибудь в этом духе.

Куш был большой, и желающих побороться за него было предостаточно. Мне же нравилась не столько награда, сколько идея: тот, кто первым найдёт внеземную жизнь, получит всё. К разнообразным благам прилагалась слава, а куда же без неё. Молодость честолюбива.

Команды разыгрывали участки космоса, в каждый из которых входило энное количество планетных систем, чтобы уравнять шансы. Сделать это было непросто, космос это не поле, которое можно размежевать на тысячи равных по качеству участков. Кто-то обязательно получил бы преимущество. Например, те, кому выпадали сектора поближе к Земле. У этих везунчиков было чуть больше времени для поиска. Зато дальние сектора были практически не изучены и таили больше загадок.

Счастливый номер Фрэнка получил участок ровно посередине — в двадцати парсеках в направлении на Рукав Персея.

— А я тебе говорил ведь, говорил! — оживлённо жужжал мне в ухо Фрэнк, пока мы выбирались из Зала Малого Совета.

— Говорил-говорил! — передразнил я. — Ты мне лучше скажи, найдём мы там что-нибудь или не найдём?

Ничего он, конечно же, сказать не мог. Участок и участок. Порядка десяти подтверждённых планетных систем, сотня звёзд, из них потенциально пригодных для жизни — кот наплакал. Экспедиция Свободного поиска заглядывала в этот сектор десять лет назад и ничего не нашла.

Собрались. Полетели. Прилетели. Все вы знаете про нуль-транспортировку, чего мне распинаться. Скука. А вот после прибытия в квадрат началось интересное. Уточнили количество планет в планетных системах и получили целых 58.

— Вычтем газовые гиганты, и у нас останется всего…

— Ничего мы не будем вычитать! — оборвала меня Пандора. — Ты чего, Жимановского не читал?

— Гм... Жимановский? По-моему, читал. Давно.

— Врёт, — неожиданно выдал Фрэнк. — Я знаю всё, что он когда-либо читал. Жимановским там и не пахло.

Пандора куда-то ушла. Я дулся на Фрэнка и придумывал, как бы подставить его в ответ. Потом она вернулась с огромным фолиантом.

— Итак, мальчики, это «Тридцать статей Константина Дмитриевича Жимановского о возможных формах жизни и местах её поиска». Выучить наизусть. Или хотя бы близко к тексту. Ну а ты (это она ко мне, даже не по имени!) открывай сто четвёртую страницу и читай вторую лекцию вслух.

— Всю?

— Всю.

Угрюмо переворачиваю стопку пожелтевших листов.

— Лекция два. О возможных формах жизни в атмосферах газовых гигантов и трудностях её обнаружения. Это был заголовок.

- Читай-читай, - бросил мне Фрэнк.

- Актуальность поиска развитых организмов в верхних слоях плотных атмосфер впервые была показана в работах…

В общем, сузить зону поиска не удалось. 58 планет, которые надо было тщательно обыскать. Фрэнк достал свой затёртый кожаный блокнот и начал составлять план. Это он любил - подставлять друзей и составлять планы.

- Если брать по три дня на каждую планету...

- Ты что такое говоришь? - оборвала его Пандора. - У серьёзной экспедиции на это уходят месяцы, а ты собрался за три дня во всём разобраться? И поставить штамп «нет жизни»? И подписаться под ним?

- Пандора, погоди. Фрэнк прав. У нас всего шесть месяцев на поиск. И целых 58 локаций. Ты же не дала мне отбросить газовые гиганты...

- Ещё бы ты отбрасывал газовые гиганты!

- Вот и считай. По три дня на каждую - это уже 174 дня. Плюс прыжки от планеты к планете. И это нонстоп.

Пандора смутилась. Рубка корабля показалась мне маленькой и тусклой, а Пандора - большим светлым пятном в ней. Так, у меня есть установка!

- Как-то это несерьёзно...

- А никто и не говорил про серьёзность. Это же научно-образовательный проект. Мы скорее соберём пробы и статистику, зато успеем сделать это везде. Я почти уверен, что мы ничего не обнаружим.

Как-то я резко это сказал. Даже Фрэнк захлопнул свой блокнот и глянул на меня обижено. Ну конечно, его счастливое число!

- Тогда нельзя терять ни минуты! Давайте выберем планетную систему, с которой начнём исследования, и приступим.

- Предлагаю оставить все газовые гиганты на потом, а начать с землеподобных, их на нашем участке...

- Ты же только что прочитал лекцию Жимановского!

- Не убедительно.

Такого возмущения в глазах я ещё не видел.

- Давайте не ссориться, - предложил Фрэнк. - Я выберу планету за вас в ближайшей к нам системе, а вы остынете, договорились?

В итоге он указал на четвёртую планету. Потом мы покрутились вокруг неё, составляя карту и фотографируя всё с орбиты. Это был небольшой шарик, 7000 километров в диаметре, с плотной непрозрачной атмосферой. Всё, кроме цвета облаков, было похоже на Титан, спутник Сатурна. Та же очень низкая температура, давление чуть больше земного, жидкие углеводороды на поверхности. Автоматический анализатор предлагал разные места для посадки, но Фрэнк выбрал только восьмой вариант. Четвёртая планета, восьмой вариант... я его прекрасно читал. Потом он вышел на поверхность вторым вслед за Пандорой и первым написал своё идиотское «4821» на песке. Меня это начало раздражать. Что дальше? 4821 калория на завтрак? 4821 знак в отчёте?

Но когда Фрэнк указал нам на странный звук, я вдруг понял, что далёкий неисследованный мир - это не место выяснять отношения. Да что это с нами, в конце концов? 15 лет ни одной ссоры, а тут из-за каких-то пустяков... За дружбу надо держаться, особенно вдали от Земли.

- А, это просто ветер завывает в посадочных опорах, - сказал Фрэнк и заржал.

Мне всегда нравился его смех, но тут, извините, другого слова я подобрать не могу. У меня аж зубы заскрипели от злости, и предыдущая мысль показалась абсурдной. Какие тут шахматы? Я стащил с себя скафандр и, нарочно гремя сапогами, ушёл к себе в каюту.

Утром, не сговариваясь, мы встали раньше указанного в расписании часа и собрались на завтрак. Я хмуро жевал синтетическую овсянку и краем глаза читал на экране всё, что успели к этому моменту собрать датчики. Фрэнк уминал сэндвичи с видом, будто ничего не произошло. Пандора тоже была в нормальном расположении духа. Может, я сам себя накрутил, и ничего не случилось?

- Итак, мальчики, план на сегодня. Дроны облетели всё северное полушарие и отметили 152 интересные точки. Их нам надо посетить лично. Ну и осмотреться получше, они могли что-то упустить. Действуем по протоколу безопасности. Надеюсь, его вы читали?

- Читали, - пробурчал я.

- На улице прохладно, -152, так что следим за расходом кислорода и сохранностью скафандров. Купаться в метановые лужи не лезем. Рацию не выключаем, в случае проблем не молчим.

- Прям как летний лагерь на Марсе! - вздохнул Фрэнк, и Пандора почему-то засмеялась. Это было смешно?

Доели. Собрались. Поехали. Я первым схватил глайдер и умчался в желтовато-зелёную муть. По местному времени был полдень, и сквозь плотную завесу тумана угадывалось расплющенное дифракцией светило. Я долго гнал на небольшой высоте, практически не глядя по сторонам, когда до меня, наконец, дошло, что это не Земля, не Марс и даже не лаборатория бабушки на Титане. Это по-настоящему новый мир! Пусть не опасный, пусть даже мы под присмотром компьютеров, но кроме нас здесь никого нет и не было. Я передал управление автопилоту и проверил на экране записи об экспедиции Свободного поиска, пролетавшей в этом квадрате космоса. Они прошли далеко в стороне. Значит, мы самые первые! Сорок восемь двадцать один! Сорок восемь двадцать один, чёрт побери!

- Что-то случилось? - сразу же откликнулась по рации Пандора. Наверное, я сказал это вслух, но эмоции переполняли.

- Здесь... неплохо.

- Неплохо? Ха! - усмехнулся Фрэнк, его голос был слегка искажён приёмником. Мне показалось это противным. - Неплохо - слабо сказано. Надеюсь, ты не потеряешь голову и будешь действовать как на тренировках. Хотя, признаться, у меня самого дух захватывает от пейзажей.

Тут они начали мило общаться с Пандорой по поводу местных красот, а я всё гнал и гнал, и ничего кроме зелёной мути вокруг не видел. Небольшой экранчик глайдера на основе данных дронов обрисовывал мне окружающий ландшафт, но по ним кроме горок и низин понять ничего было нельзя. А потом туман вдруг разошёлся, и я выскочил на открытое пространство. Мамма миа! Хорошо хоть, что автопилот вовремя подхватил управление, не то бы я отпустил рули и рухнул в каньон, над которым летел. Даже не в каньон, а трещину, которая на экране была парой кривых линий, а в реальности - чёрным змеистым проломом, уходящим к горизонту и скрывающимся в дымке. Левее начинались горы, справа что-то нетерпимо блестело. Где-то тут была точка, отмеченная автоматикой как заслуживающая отдельного внимания, и я решил снизиться.

За интересную локацию дроны приняли скучный овраг. А вот трещина тянула меня как магнит. Я опустил в неё насколько хватало руки газовый анализатор. Так и думал: внутри было теплее на несколько градусов. Вероятно, гейзер или другие проявления вулканической активности. А не слазить ли мне внутрь?

Кое-какое снаряжение было встроено в скафандр, трос и карабины хранились в багажнике глайдера. Впервые с момента приземления я почувствовал азарт. Вспомнились спуски в пещерах причерноморья и Африки, подъём на Эверест и марсианский Олимп. Всё это где-то в десятках световых лет. А здесь... Я на минутку выключил рацию, чтобы болтовня Фрэнка меня не отвлекала и начал спуск.

Трещина оказалась глубже, чем я предполагал. Когда стометровый трос вышел, пришлось закрепляться на стене и думать. Сдаваться и подниматься наверх не имело смысла, ведь я же начал. К счастью, стена была неровная, и после минутных колебаний я продолжил спуск без страховки. Чем ниже, тем темнее. И уверенности меньше. Пару раз, едва не сорвавшись, я плюнул на всё и решил возвращаться. Но до этого собрал образцы пород и даже пожертвовал одним газоанализатором, сбросив его вниз. И чего я раньше не догадался? Звука падения я так и не дождался. Или прослушал.

Путь к свету занял гораздо больше времени и сил. Пот лил градом, я ругал себя и скафандр, но долез без происшествий. А наверху меня уже ждала грозная Пандора. Она постучала себя по шлему и показала мне кулак. Ай, рация!

В трещине я провёл целых пять часов. Удивительно! Отчаявшись вызвать меня по радио, Пандора и Фрэнк бросились меня искать. И нашли.

Когда я получил взбучку, мы вернулись на корабль и собрались в кают-компании, чтобы поделиться результатами работы за день. Точнее, делился только Фрэнк. Пандора молчала, поджав губы, я осмелился только сказать в конце: «Признаков разумной или органической жизни не обнаружил». Ужинать наш старший товарищ ушла к себе в каюту, и я остался мучить гуляш со вкусом папайи в компании Фрэнка. Он, казалось, ничего не замечал. Зная его внимательность и чувствительность к окружающим, я был уверен, что конфликт прошёл мимо него. Он весело рассказывал мне, как случайно принял нашего дрона за местного обитателя и, следуя протоколу, попытался спрятаться в метановом болоте. Не сказав ни слова, я пошёл слоняться по кораблю. Меня грызла совесть. Хотелось прийти к Пандоре, признаться в собственном идиотизме и уверить её, что такого мальчишества с моей стороны больше не повторится. Но как прийти просто так? Я искал достойный повод и не находил его. Просто так ведь она не захочет меня слушать. В голове крутились диалоги, но везде я выходил ещё большим кретином. Фрэнк ушёл спать, и посоветоваться было не с кем. Освещение корабля переключилось на приглушённое ночное. В отчаянии я пришёл в библиотеку и заперся с «Тридцатью статьями Жимановского о возможных формах жизни и местах её поиска». Постепенно ссора, Фрэнк и Пандора вылетели у меня из головы. Чтение было интересным, несмотря на «впервые актуальность исследования была показана...» или «перечислим ниже все химические соединения, обнаруженные в атмосфере TRAPPIST-5d и дадим им анализ». Жизнь в подлёдных океанах, жизнь на безатмосферных телах, жизнь на спутниках крупных планет - всё это захватило и не отпускало моё воображение. Автор приводил много наблюдательного материала и свои теоретические построения на их основе, потому что пока жизнь нигде не нашли, но... Стоп, что это было? Жизнь на спутниках крупных планет? Как когда-то предполагали жизнь на Европе, Ганимеде и Титане. Мы ведь об этом совсем не подумали. Вот оно! Вот с чем я могу прийти ночью к Пандоре и заодно извиниться! 58 планет по три дня, а как же её любимые газовые гиганты с кучей спутников? Туда ведь тоже надо заглянуть. Теперь не скажешь «месяцы на серьёзные исследования». И Фрэнк пусть в своём старом блокноте график пересчитывает.

Это я уже широким шагом подхожу к каюте Пандоры и придумываю первую фразу. А дверь открыта и внутри никого нет... Может, встала поесть? На кухне пусто. В рубке? Тоже пусто. В библиотеке? Так я там только что был. Для приличия я немного подождал и постучался к Фрэнку. Он был заспанный и даже не открыл глаза.

- А? Тревога?

- Эм... Ты случайно Пандору не видел?

- Видел, конечно.

- А, ну тогда я пойду...

- Ага, спокойной ночи. Она ужин взяла и ушла к себе.

Я уже развернулся было уходить, но остановился.

- Погоди. А после этого?

- Нет. Спит, наверное. Добрых снов.

Бегу к складу. Одного скафандра и одного глайдера не достаёт. Несусь к главному компьютеру. Улетела час назад. Фрэнк спал, я читал в библиотеке. Никто ничего не заметил. Включаю рацию и тараторю позывные. Треск помех в ответ. Переключаюсь на резервный канал. То же самое. Ночь по корабельному времени совпала с местной. Чужая планета, дроны в другом полушарии. Меня охватывает смятение, потом паника. Ага, радиопеленг! На интерактивной карте сразу обозначилась красная точка. Не так далеко, пара сотен километров от места посадки. Влетаю на склад, напяливаю скафандр и хватаю глайдер. Почему не открывается люк? Забыл откачать воздух! Как же долго работают насосы... Открылся! Переключаюсь на ручное и на полной скорости выношусь в темноту. На этот раз тумана нет, и только светлое пятно от фар прыгает по неровной каменистой пустыне.

В голове - сумбур, руки трясутся, сердце колотится. Уехала ночью, никого не предупредив. Это раз. Отключила рацию. Это два. Отчитала меня как школьника в марсианском лагере за мелкий проступок. Это... Нет, не за мелкий проступок. Какая же она... Ах, опять забываю про установку. Только бы не влюбиться. Найду её, выскажу всё про нарушения протокола и доставлю на корабль. А на Землю сообщу, что наша команда возвращается из-за систематических нарушений дисциплины... мной. Возьму на себя. Невозможно работать, когда рядом такая девушка, а нужно работать. Что я несу? И друг оказался не друг... А он, собственно, чем меня так задел? Взять бы себя за шкирку, да встряхнуть хорошенько! Где адекватность, где холодный рассудок?

Я хотел дать себе пощёчину, но удар пришёлся по стеклопласту шлема. Свет фар вильнул в сторону, автопилот подхватил управление и вырулил на прежнюю трассу. Я судорожно вздохнул.

Красная точка на карте была совсем рядом. Слева от меня высились горы. Их с трудом можно было различить в темноте: вот тёмное небо, затянутое облаками, а вот пятно, будто кто-то разлил машинное масло. Это горы. А вот и глайдер! Стоит у самого подножия. С высоты Пандору не видно, опускаюсь. Посадочные опоры хрустнули галькой, амортизаторы мягко качнулись. Соскакиваю и подбегаю к её машине. Спящий режим, не активна.

Меня опять захлестнула паника. Что делать? Как её искать? Датчики на скафандре, конечно же! Пара кликов на ручном компьютере, и местоположение её скафандра отображается... нет, не отображается. Ой-ой-ой! Что могло случиться? Она разбилась? Упала? Но глайдер стоит нетронутый. Осматриваюсь вокруг и замечаю характерные круглые следы в мелкой гальке - будто прошёл слон. По следу, скорее! Автоматически включается нашлемный фонарь, я бегу, стараясь не сбиться с пути, и скоро начинаю задыхаться. Вес на этой планете почти в два раза меньше, чем на Земле, но попробуй побегать в стокилограммовом шкафу! И тяжело, и неудобно.

Прежде, чем я споткнулся или выбился из сил, след оборвался. Вернее, галька закончилась, и дальше пошла скала, но мне повезло: помотав головой, я заметил в прыгающем свете фонаря вход в пещеру. Куда же ещё направиться одинокому исследователю на неизвестной планете с выключенной рацией? По крайней мере, это объясняло отсутствие сигнала от скафандра: он мог экранироваться внутри скал. О, голова заработала лучше! Но вдруг она упала и разбила стекло шлема? Или там, в темноте, на неё кто-нибудь напал, прямо как в том космическом ужастике, который мы смотрели перед отлётом?.. Я больше ничего не боялся, а в голове уже стояла картинка, как я выношу на руках из зловещих глубин спасённую Пандору...

Вбегаю в пещеру и тут же налетаю на неё за поворотом.

- Ааа! - кричу я от неожиданности. Она тоже кричит, это я вижу по губам, но радиоэфир молчит. Бью себя по шлему и показываю ей кулак. Включается.

- Знаешь, про что мы забыли? - радостно ору, будто она в километре. - Про спутники планет-гигантов! Планеты посчитали, а как же спутники?

- Чего? - слабо говорит она.

Что я опять несу? Где все нужные слова? Опять бью себя по шлему, но уже с другой целью.

- Ты... ты... поступила неправильно!

- Ты хоть представляешь, как меня напугал?

- А зачем уезжать ночью, никому не сказав?

- А зачем выскакивать из-за угла?

- Я нёсся от самого корабля, боялся, что что-то случилось! Вызывал на всех диапазонах! Что с рацией?

Смотрит в сторону.

- Ты, Пандора, два раза нарушила протокол. Я один раз, а ты... мамма миа, вот это да!

Узкий вход в пещеру за поворотом расширялся и переходил в огромный грот. Только сейчас заметил. По стенам бегали блики от фонарей, но чуть дальше они уже терялись во тьме. И только в вышине что-то слегка серебрилось.

- Дроны сюда не пролезли, но заметили вход и оставили метку. Днём у меня не хватило времени исследовать всё подробно, потому что ты не вышел на связь и мы забили тревогу. Но мысль, что здесь что-то может быть, не давала уснуть. Я вернулась и нашла.

Я запрокинул голову, насколько позволял почти не гнущийся дутый скафандр и попытался определить на глаз высоту.

- Я нашла то, что мы искали!

- А? - я отвлёкся от созерцания грота. - Что нашла?

- Вот ты что здесь искал?

- Я тебя искал.

- А я жизнь искала! И нашла.

- Ты нашла жизнь? Здесь? Не может быть!

Пандора немного смутилась.

- Во всяком случае, мне так кажется. Смотри.

Она подняла с пола и протянула мне какой-то короб. В чересчур ярком свете он выглядел почти как наш алюминиевый ящик для инструментов.

- Чуть не разбила из-за тебя с перепугу. Он стоял посередине грота на каменном возвышении. Не сильно тяжёлый, но точно не каменный.

- Эээ... это шутка?

- Не волнуйся, я всё задокументировала, а сам ящик залила стеклопластом.

- Подожди, - я остановил Пандору и недоверчиво усмехнулся. - Если ты устроила этот розыгрыш, чтобы мы тебя не обвиняли в нарушении... Подожди, дай договорю! обвинили в нарушении как минимум двух статей протокола, то зря. Утром я отправлю по Нуль-связи депешу на Землю о нашем возвращении. Не перебивай! И всю ответственность возьму на себя. Считаю нецелесообразным продолжать работу экспедиции... в условиях подобного... дисциплинарного...

- Глупый ты, - Пандора поставила ящик и вдруг обняла меня. У меня окончательно отнялся язык. - И я тоже глупая. Тоже мне, старший товарищ. Веду себя как в марсианском лагере. И ты тоже хорош. Вообще ты хороший. Из тебя выйдет отличный разведчик. Это даже на тренировках чувствуется. Я тебе хотела предложить в следующую экспедицию со мной поехать. Тебе и Фрэнку. Уже почти решила. А ты вон что выдал сегодня. Ну не стыдно?

- Стыдно, - выдавил я.

- Мне тоже стыдно, - она опустила руки и отступила на шаг. - Но подобных розыгрышей я бы никогда устраивать не додумалась!

- То есть, этот ящик - настоящий? Я хотел сказать, местный?

- Давай заберём его на корабль, я покажу снимки. Это точно что-то искусственное.

На корабль мы вернулись уже почти засветло, а пока снимали скафандры и смотрели отснятый Пандорой материал, местное солнце полностью выкатилось из-за горизонта. Когда проснулся Фрэнк и прошлёпал на кухню в своих тапках и пижаме со звёздочками, я уже был полностью уверен, что мы обнаружили Что-то Такое.

- Вы чего так рано? - удивился Фрэнк и зевнул.

- Фрэнк, иди сюда. Смотри. Как ты думаешь, что это такое?

Он подошёл поближе и хмуро посмотрел на ящик.

- Зачем вы это сделали?

- Что сделали?

- Изуродовали ящик с инструментами. Это расточительство.

- Фрэнк. Это не ящик с инструментами.

- Тогда что?

Убедить Фрэнка было гораздо проще, чем меня. Я был предубеждён, а он предрасположен. Короткий рассказ Пандоры и несколько кадров. Всё. Сидим вокруг ящика втроём и размышляем. У Фрэнка уже в руках блокнот, он записывает наши гипотезы. Мои идеи самые реалистичные: здесь были земляне и забыли алюминиевый ящик. Правда, сплав необычен и снимок в рентгеновских лучах даёт очень странную картину, но это мог бы быть и модифицированный ящик из-под инструментов. Фрэнк считает, что зря мы эту штуку на корабль принесли и она нас сожрёт, но мы его успокаиваем. Пока все целы. Пандора ничего не предлагает и копается в своём компьютере.

- С таким именем ты не могла не найти какой-нибудь ящик, - говорю я Пандоре, и мы смеёмся. На свежую голову никогда до такого бы не додумался.

- Нашла! - вдруг говорит она. - Давно читала один фантастический рассказ, а сейчас о нём вспомнила. Целиком читать не буду, перескажу суть. Описывается цивилизация, отдалённо похожая на земную. Она разрабатывает компьютеры, которые всё усложняются и усложняются. Наконец, уровень развития технологий позволяет перенести сознание этих существ в компьютер.

- Что-то такое и у нас разрабатывали, нет?

- Да. Но слушайте дальше. Вскоре абсолютно вся цивилизация оказывается таким образом оцифрованной и продолжает существование внутри одного суперкомпьютера, объём которого - внимание! - не превышает объём обычного ящика.

Казалось бы, фантастический рассказ, но в данных обстоятельствах я был потрясён.

- То есть, ты хочешь сказать?.. - начал Фрэнк.

- Я ничего не хочу сказать. Просто был такой рассказ. А теперь есть этот ящик. Решайте сами.

- А если попробовать открыть...

- Даже не думай. Прежде всего, его тщательно исследуют. И не мы, а более компетентные люди.

- Хорошо-хорошо, не будем открывать! И всё-таки...

Молчание. Я начинаю засыпать от усталости, и мне сразу же видится цивилизация, которая существует внутри этого ящика. Тысячи маленьких человечков копошатся внутри и пытаются вылезти наружу. Испугавшись, я просыпаюсь.

- То есть, нам предстоит ещё полгода исследовать оставшиеся 57 планет, а этот ящик будет спокойно лежать на складе? - спросил Фрэнк.

- На самом деле, мы забыли ещё про спутники планет, их тоже надо исследовать. Давайте решим. Можно вернуться прямо сейчас. Но если это окажется ящик из-под инструментов...

- Нет-нет, это точно суперкомпьютер с сознанием целой цивилизации. – Уверенно сказал Фрэнк и снова раскрыл блокнот. - Нам очень повезло наткнуться на него! А теперь напомни, пожалуйста, как называется тот рассказ?

- «Ящик». А насчёт удачи... - Пандора посмотрела на меня и улыбнулась. - По-моему, Фрэнк, это просто статистика.

И тут я понял, что моя установка не влюбляться всё-таки не сработала.

+1
428
20:04
Да, конечно «рояль в кустах» с Пандорой и ящиком всю дорогу мозолил глаза. Если бы концовка оказалась традиционной ( для неграмотных — это вскрытие ящика), я бы серьезно огорчился.
А так… Легкое, забавное чтиво. Переживания влюбленные поданы с оригинальностью. Автор и сам несомненно легкий человек. Тяжеловесности он позволил проявиться лишь в научных (а им и положено) трудах. Но читалось все на удивление бодро. Глубины особой нет, да она и не подразумевалась. Драмы и нерва — следы.
Гость
22:41
Хочется найти какую-то глубину, но так и не удаётся. Космос, внезапности, настоящее время. И тут я понял, что установка на то, чтобы данное произведение понравилось, не сработала. Спасибо автору за старание!
Загрузка...
Мартин Эйле №1