Ольга Силаева №1

Наколка судьбы

Наколка судьбы
Работа №469

- Здравствуйте доктор, - мужчина внимательно посмотрел на медсестру, а затем снова на хирурга, - я бы хотел, чтобы мы остались с вами наедине.

Это был солидный господин в сером дорогом костюме с властными чертами лица. Квадратный подбородок, черные, начинающие седеть волосы, смуглые глаза и пристальный сжигающий взгляд, говорили о том, что этот человек не терпит возражений. Однако врач Алексей Владимирович Сичкин не смутился, такие пациенты к нему приходили часто – клиника, в которой он работал, обслуживала богатых и известных людей, они всегда хотели особого к себе отношения. Хирург, не смущаясь, внимательно оглядел посетителя и невольно обратил внимание на черную кожаную перчатку на левой руке посетителя, несмотря на июньскую жару.

- Извините, - врач заглянул в тонкую медицинскую книжку, - Александр Сергеевич, но Надежда является моей ассистенткой и ее присутствие необходимо.

- Ваше руководство заверило меня, что вы специалист высокого уровня и вполне можете обойтись без помощницы, тем более что сейчас пойдёт разговор не совсем о медицине. И еще, если бы вы прочитали не только мое имя, но и фамилию вам бы многое стало ясно.

Хирург снова взял в руки медицинскую книжку и прочитал:

- Прокопович?

Пациент слегка кивнул головой, наблюдая за реакцией врача.

Фамилия Прокопович стала широко известной совсем недавно, этого человека мало показывали по телевизору, но говорили о нем много, как о талантливом финансисте способном предсказывать взлет и падение акций крупных и мелких компаний за счет чего он сколотил огромное состояние. Желтая пресса говорила о нём, как о человеке, который не останавливается ни перед чем, даже перед убийствами. В последнее время между сотрудниками ходили слухи, что Прокопович недавно стал одним из акционеров клиники.

- И все же, - настаивал Сичкин,- Надежда для меня, как правая рука.

- Я же говорю, у меня к вам необычное дело и разговор пойдет не только о медицине. Неужели, Алексей Владимирович, мне придется вернуться в кабинет главного врача этой элитной клиники, а именно Владимиру Ивановичу, акции которого находятся в управлении моей компании, и объяснить ему, что меня не поняли в столь приличном заведении. – Сказал пациент, немного раздражаясь.

- Извините Александр Сергеевич, если разговор не о медицине, тогда зачем вы пришли в клинику? - Хирург не хотел так легко уступать.

- Вы это узнаете, а сейчас пусть Надежда покинет нас.

Медсестра вопросительно посмотрела на доктора – тот кивнул, и она с большим облегчением вышла из кабинета.

- Я рад, что мы, наконец, поняли друг друга, - успокоился Прокопович после небольшой паузы,- а теперь перейдем к сути, как я сказал в самом начале у меня к вам необычное дело. Я хочу, чтобы вы мне отрезали кисть руки.

- Что простите? – удивился доктор.

- Вы не расслышали, Алексей Владимирович? Тогда повторю еще раз: я настаиваю, чтобы вы мне ампутировали кисть левой руки, вот этой. – Он положил руку в перчатке на стол перед хирургом.

- Но я должен знать причину, - он взялся за медицинскую карту, – вы больны, прошли всестороннее обследование, и есть только один единственный выход - удаление очага инфекции, я вас правильно понял.

- Не совсем. Для начала положите мою карточку на стол, уверяю вас в ней вы ничего не найдете кроме моей фамилии. Следующее, я абсолютно здоров, как в физическом, так и в психическом плане и самое важное без ампутации никак не обойтись, я уже использовал много других способов, поверьте, остался только этот.

- Вы говорите загадками и недомолвками. Должен вам сказать, что никогда не берусь за операцию, если у меня есть хоть малейшее сомнение в ее необходимости, поэтому будьте добры, рассказать мне все с самого начала или ищите другого врача и в этом случае даже авторитет Владимира Ивановича не изменит моего решения.

- Я доволен, что мне вас порекомендовали. Несмотря на вашу внешнюю мягкость, вы обладаете достаточной твердостью это хорошая черта для любого мужчины, тем более для хирурга. Теперь я расскажу вам историю, и вы сами убедитесь в моей правоте. Однако, мне необходимо ваше слово о том, что все, что вы услышите, должно остаться между нами, именно поэтому я просил медсестру выйти из кабинета. – Прокопович внимательно посмотрел на собеседника.

- Даю вам слово, что все сохраню в тайне, но только в том случае, если дело не дойдет до суда и мне не придется давать свидетельские показания под присягой. – Сказал Сичкин после небольшой паузы.

- Дело вряд ли дойдет до суда, но если вдруг вы там окажетесь, можете рассказать все, что услышите сегодня, но только в суде.

- Договорились!

Прокопович задумался на несколько секунд, а затем начал свой удивительный рассказ.

***

Я работал заместителем директора небольшой фирмы. Директор был моим другом и взял на работу только из-за этого. До встречи с ним, я был никем, и звали меня никак. Неудачник, жизнь не сложилась жена ушла, работы не было и к своим сорока годам, я был гол, как студент первого курса. Мой друг и директор, звали его Сергей, увлекался охотой, причем на охоту он любил ездить в Африку. Однажды он предложил поехать с ним, я согласился. Экваториальная Африка, представлялась загадочной, мы все выросли на рассказах о докторе Айболите, реке Лимпопо. Потом был Хемингуэй с его «Зелёными холмами Африки» в общем, я поехал.

Не буду рассказывать о том, как мы туда добирались. Не буду говорить и о прелестях африканской природы, о запахах и звуках, которые там присутствуют и днем и ночью, о первобытной своеобразности местных обычаев и народов, расскажу лишь о случае, который изменил всю мою жизнь.

На второй день после нашего приезда, было решено нанять местного проводника из отдалённой деревни. Конечно, у нас были хорошие проводники, с которыми Сергей общался уже несколько лет, но в этот раз он захотел выбрать проводника из местного племени в глубине сельвы, который бы смог организовать охоту в самых диких малоизведанных местах. Если меня Африка поражала и удивляла на каждом шагу, то для Сергея она уже приелась, он хотел новые маршруты, новые ощущения, новые места охоты.

Наш караван из джипов долго добирался до деревни или, как говорят в Африке крааля, и достиг ее только тогда, когда уже стемнело. В краале уже все спали, мы не стали никого будить и уснули прямо в машинах, которых наш караван насчитывал, пять.

Солнце там встает рано, а вместе с ним проснулась и вся деревня – местная детвора сразу окружила нас. Они бегала вокруг нас с гиканьем и улюлюканьем весёлые и озорные.

Вместе с Сергеем мы направились к местному вождю договариваться о проводнике. Это были длительные и утомительные переговоры. Не буду подробно рассказывать о том, как Сергей пытался договориться с местным вождем о проводнике, как просил у него разрешение на охоту в землях племени. Скажу только, что вождь торговался очень искусно и просил то, чего у нас не было, например он хотел взамен буйволов – а где мы могли их взять?

На все эти переговоры уходило много времени. Должен сказать, что все это меня раздражало. Жара усилилась, мошкара почему-то не трогала местных, а над нами кружилась целыми роями. Дети горланили без устали и в середине дня я ушел с переговоров в машину, завел двигатель, включил кондиционер, сунул в магнитолу диск с какой-то музыкой и закрыл глаза, пытаясь забыться и отдохнуть. Однако местные, наглые пацаны мне и тут не давали покоя, продолжая прыгать вокруг машины и перекрикивать музыку. Сколько я так просидел не знаю, только в один момент снаружи вдруг всё стихло. Это меня заинтересовало. Я открыл глаза, поглядел в окно и в испуге сразу отпрянул назад.

На меня смотрело существо, в котором я не сразу разглядел человека. Широко распахнутые черные глаза с красными белками, татуированное черное лицо, широкий нос, проткнут, и в него вставлена кость какого-то животного, череп с рогами на голове, на плечах шкура большой змеи, на шее различные ожерелья, а на груди старые и свежие порезы из которых ещё сочилась кровь. Больше всего поражало в этом человеке наколки. Он был весь татуирован. Ни одного сантиметра на его теле не пустовало: нос, щеки, лоб, уши и даже губы всё покрывало тату.

Он смотрел на меня, а затем скрюченными пальцами стал стучать в окно и что-то говорить на хрипящем гортанном языке. Конечно, из того что он говорил я ничего не понял. Абориген продолжал стучать в окно и знаками звал меня. Я не хотел выходить из прохлады на жару, да и зачем? Между тем африканец не успокаивался, он продолжал стучать в окно все более настойчиво, громко кричать и казалось, что он злиться на меня. На шум появился один из наших сопровождающих переводчиков по имени Мохаммед. Он подошел к машине и о чём–то спросил незнакомца. Потом обратился ко мне и сказал, что шаман племени хочет, чтобы я вышел к нему. Теперь, когда появился переводчик, мне ничего не оставалось, как выйти из машины и узнать в чем дело. Я заглушил двигатель и с большой неохотой, вышел на раскаленный воздух, удивленный Мохаммед стал переводить речь разрисованного человека, который всё время показывал на меня пальцем.

- Человек без имени говорит, что должен тебе помочь. Духи его предков пришли к нему сегодня ночью, и все рассказали о белом пришельце из холодной страны, который нуждается в помощи. Он говорит, что внутри тебя горит огонь, который сжигает твою душу и если его не потушить, то ты умрешь. Еще он говорит, что в тебе течет кровь его отца, и что твой дед был великим магом этого племени. Он говорит, - Мохаммед удивленно поглядел на меня, - что в тебе и в нем течет одна кровь, кровь великих магов Африки, только в тебе ее мало, и она спит, но он разбудит ее, и ты станешь великим вождем.

Шаман замолчал, стал улыбаться и качать головой. Я вспомнил отца, у него действительно была смуглая кожа и курчавые волосы, но об его отце – своем деде я ничего не знал. Как же мог этот дикарь узнать о моих родственниках.

Шаман что-то проговорил, схватил мою руку и стал куда-то тащить.

- Что он хочет? – Спросил я у Мохаммеда.

- Он хочет помочь тебе, разбудить дух твоего деда!

- Что? – Я резко остановился и с силой выдернул руку, - не бывать этому, пусть убирается ко всем чертям, не хватало еще, чтобы со мной проводились какие-то африканские обряды.

Шаман остановился, посмотрел на меня, проговорил пару фраз и пошел прочь в хижину вождя.

- Что он сказал?

- Он сказал, что духи не обманули его и теперь он должен выполнить то, что положено.

- Никогда! – Возмутился я и снова отправился к джипу.

Прошло полчаса, затем дверь машины открылась, и ко мне подсел Сергей.

- Ну, как все прошло?

- Никак! – возмущенно ответил он. – Они не дают нам проводника, и не разрешают охоту. Мы почти договорились, когда явился местный шаман и стал кричать на вождя на своем тарабарском языке.

Появление шамана во время переговоров не сулило ничего хорошего. Я догадался, что это как-то связано со мной:

- Что они хотят?

- Проводника, - Саша, - нам дадут только при одном условии, если их шаман сделает тебе татуировку.

- Ни за что!

- Поверь, я предлагал им себя, и меня бы это даже позабавило, но их шаман уперся, как баран, говорит, им нужен только ты.

- Серега, поехали в другое место, разве мало деревень в Африке?

- Деревни, конечно, есть, если еще пару дней потрястись по местным дорогам, но договариваться с аборигенами это такая мука. С нашими бюрократами гораздо проще – обговорил, сколько и всё, дело сделано, а здесь, то одно, то другое, не факт, что в другой деревне пройдет все гладко.

- Саша, всего маленькая наколка на пальце может все решить, у нас будет и проводник и охота. Соглашайся, а я тебе, когда вернемся в Россию перстень куплю, дорогой, оденешь на палец, и никто ничего не заметит.

- А если он мне заразу какую-нибудь занесёт?

- Мы же сделали все прививки – не беспокойся.

- Хорошо, только ради нашей дружбы и не надо мне никакого перстня, пусть колет, но только на одном пальце,

Так я согласился на эту проклятую наколку. Всё прошло быстро. Шаман наколол какую –то каракулю, в которой с трудом угадывалась голова змеи. Я убедил себя вывести эту пакость, как только вернемся домой.

***

Прокопович сделал небольшую паузу и продолжил.

На следующий день у нас было целых три проводника и еще пять африканцев из племени. Охотится, мы собирались на слонов, которые по сведениям местных находились далеко от крааля, поэтому из деревни выехали до рассвета. Не буду рассказывать подробности поиска, расскажу лишь, что к середине дня стадо слонов нашли и начали гнать в удобное место. На джипах мы пытались их окружить и вытеснить из рощи акации, но они не выходили, пришлось выйти из машин и зайти в лес. Мы разделились на несколько групп по три-четыре человека и начали поиски. Через некоторое время моя группа наткнулась на вожака стада – огромного серого великана. Я поднял тяжелое ружье и выстрелил. Пуля ранила слона, он затрубил и быстро побежал вглубь рощи, туда где должен был быть Сергей со своей группой. Вожак бежал со всей слоновой мощью, снося все на своем пути, размахивая хоботом и головой. Его огромное тело удалялась от нас с невероятной скоростью. Через миг мы услышали несколько выстрелов и быстро побежали на звук. Следы привели нас на небольшую поляну, то, что я увидел, не забуду никогда. Взбешенный слон раскидывал и топтал людей. Местного проводника он отшвырнул хоботом, другой африканец с переломанными ногами полз в колючую акацию в поисках спасения, но больше всего досталось Сергею, слон подцепил его огромными бивнями и поднял кверху. По бокам от меня раздались выстрелы, серый гигант пошатнулся, издал душераздирающий крик и бросил свою жертву на землю за несколько метров от себя, он уже собирался растоптать ее, когда еще два выстрела поразили слона и огромный самец рухнул на землю замертво.

Сергей был еще жив. Я подбежал к нему, кровь шла ртом, но мне удалось понять его последние слова:

- Позаботься о жене и детях.

Вот так я первый раз убил человека.

***

Прокопович нервно потер рукой подбородок, воспоминания разволновало его.

- Вы не убивали его, это сделал слон! – Возразил хирург.

- Все так подумали и я тоже, сначала, но затем постепенно я стал понимать, что причиной смерти моего друга являюсь именно я, точнее наколка.

- Наколка, но как?

- Вы верите в судьбу?

- Я верю в чудо.

- Судьба существует доктор. Шаман с помощью наколки изменил мою судьбу. Не знаю как, но татуировка устраняла любые преграды, которые возникали передо мной и мешали мне подниматься все выше и выше к вершинам власти. Я это понял не сразу, но она сама подсказывала мне – татуировка менялась, она становилась больше и сложнее. После смерти Сергея, я, конечно, не сразу это заметил, но наколка у меня появилась и на втором пальце, дальше с каждой новой смертью, она расползлась на мизинец указательный и большой. Я боролся с ней, пытался вывести, даже удалял кожу, но когда кожа восстанавливалась, татуировка уже была на ней, словно отпечаток пальца, наколка не исчезала.

О других смертях я не стану рассказывать, это не доставляет мне удовольствие, и заняло бы много времени, но с каждой смертью мое влияние и репутация становились все солиднее и солиднее, а наколка увеличивалась в размерах. Поверьте, мне я хочу это остановить и единственный выход, это отрезать кисть пока наколка не расползлась дальше.

- Вы не пытались найти шамана?

- Это первое, что я сделал. Через три месяца я вернулся в Африку и нашел то самое племя, но шамана уже не было. Он умер через неделю после нашего приезда. Вождь предложил мне занять его место, - грустно усмехнулся Прокопович.

- Могу я взглянуть на нее.

- Только прошу вас, закройте шторы, солнечный свет усиливает ее рост, на свету она словно оживает.

Хирург закрыл шторы и включил настольную лампы, Прокопович снял перчатку и положил руку на стол.

Рука выглядела необычно, не только потому, что на ней была замысловатая наколка, похожая на печать, состоящая из переплетающихся змей, вокруг разрисованного жезла выходящего из трона, расположенного в центре, но и еще, потому что рука походила на руку мертвеца – она была бледной без волосяного покрова, словно в резиновой перчатке.

- Я могу вас попросить засучить рукав чуть выше.

- Конечно, только это моя рука и ничего более, а выглядит она так из-за того что, как вам говорил, я пытался избавиться от татуировки несколько раз. – Прокопович засучил рукав, и врач увидел здоровую руку. - Ну, вы теперь убедились, доктор, что моя просьба, не является сумасшествием.

- Да, ваши доводы убедительны, неужели с помощью наколки можно изменить судьбу человека?

- Не вижу других причин.

- Хорошо, но прежде чем резать руку мне необходимо взять у вас кровь из пальца для анализа с этой руки.

- Конечно, только хочу вас предупредить, ей это не понравится.

- Кому извините? – Спросил хирург, подготавливая, необходимые инструменты.

- Ей – наколке!

- Мы сделаем это аккуратненько. – Сказал Сичкин, проколов безымянный палец и надавил на него, собирая алую жидкость в трубочку.

- С этого пальца все началось. – Сказал пациент, прикладываю вату.

- Жду вас завтра Александр Сергеевич, если анализы будут нормальными, я проведу операцию. Возьмите мою визитку и позвоните к концу дня, думаю, что завтра мы решим вашу проблему.

***

Алексей Владимирович Сичкин имел хорошую репутацию врача хирурга, он не срывал звезд с неба, но был довольно известен в узком кругу своих коллег и слыл профессионалом высокого уровня, поэтому ему не составило большого труда и времени провести анализ взятой крови. Тем более что гематологический анализатор находился в соседнем кабинете. Вскоре он знал, что его пациент абсолютно здоров, а количество лейкоцитов и эритроцитов лежит в допустимых пределах.

Рабочий день подошел к концу, хирург вышел из клиники, расправил плечи, улыбнулся июньскому солнышку и уверенно направился к станции метро – он не любил автомобильных пробок. Неожиданно резко зазвонил мобильный телефон, Алексей Владимирович остановился, сунул руку в боковой карман пиджака, достал телефон и нажал кнопку приема. В этот момент автомобиль неожиданно выскочил из-за поворота и на полном ходу врезался во врача…

***

- Алло, алло? - Раздалось в телефоне, - Не успел! – С сожаленьем проговорил Прокопович и посмотрел на наколку, которая протянула свою щупальцу выше запястья.

+1
274
15:30
Как-то раз в детстве осталась я одна дома и отрыла в родительском шкафу странную кассету без обложки. И было на ней не то, что можно предположить в такой ситуации, а записи страшилок «Байки из склепа».
И вот одна из баек была как раз в духе рассказа, только был там салон, в котором делали «истинные» наколки, по натуре человека. У парня, кажется, дьявол на всю грудь появился. И свести тоже было не реально, ну не суть.
Рассказ получился бы неплохим ужастиком, если бы не его стерильность и обертка. Это как одеть байкера в костюм-тройку, суть-то не измениться, а внешность обманет.
На примере первого блока истории:
— Здравствуйте доктор, — мужчина внимательно посмотрел на медсестру, а затем снова на хирурга, — я бы хотел, чтобы мы остались с вами наедине.

«Здравствуйте доктор» — первая фраза цепляет — нет. Она информативна? — тоже нет. Почему нет? Потому что буквально сразу же говориться про медсестру и хирурга. И хирург это более конкретное определение, нежели доктор.
Давайте представим, что началось все со второй реплики:
— Я бы хотел, чтобы мы остались с вами наедине. — мужчина внимательно посмотрел на медсестру, а затем снова на хирурга.

Согласитесь, такое начало цепляет куда больше, уже есть тайна. А теперь представим, что рассказ начинается с фразу:
— Отрежьте мне руку!

И без всяких докторов. Просто реплика. В таком начале уже и интрига и вопрос и, очевидно, что-то интересно.
Дальше по тексту автор степенно расскладывает историю и губит всю динамику.
Во-первых, блок с ассистенткой абсолютно лишний. Чудь дальше уже будет сказанно (в лоб) что у доктора характер мягкий, но решительный. А ассистентка больше нигде не появляется ( ее имя вообще не понятно зачем нам).
Во-вторых, не понятно, почему доктор не знает пациента, который приходит к нему на примем. По записи вероятно. Автор при нас заставляет его посмотреть фамилию, описывает важность и бла бла бла, растягивая динамику работы. Предположим более вероятный вариант: доктор (не терапевт же, хирург) заглянул в карточку чуть раньше и знает кто к нему пришел. А еще более вероятно ему об этом сказал глав врач, которым пациент прикрывается.
И так, пациент с порога просит отрубить ему руку, врач одним кивком отсылает ассистентку (потому что она не то чтобы ему, она сюжету не нужна) и невозмутимо требует объяснений. Невозмутимо только внешне, ибо он представляет кто перед ним и что от него ждать. И его удивляет что такая крупная шишка просит отрубить ему руку. Предположим.
Текст сокращается в раза три, при этом увеличивается динамика, создается напряжение, интерес распаляется.
Примерно также и дальше. Вместо того, чтобы степенно описывать ситуацию, разжевывая все и описывая каждый шаг героя, выгоднее было бы держать темп. Идеально — пустить рассказ не пересказом, а действиями. Опуская все лишнее. Например, о том, что до встрече с другом герой был никем. Ну так и так нынешний директор — единсвтенный кт омешает своему заму стать новым директором. Герой же такая себе мямля — о его амбициях не слова. Более логично было бы если бы он мечтал стать шефов и его останавливала честность в дружбе а тут опа, как удачно совпало со слоном. Удачно и ужасно. И сразу мысли, подозрения, чувства вины.
В общем — рассказ потенциальный, но его не помешало бы выжать и сократить хотя бы в половину, а лучше в раза три.
19:39 (отредактировано)
едва ли не единственный из группы, достойный внимания рассказ. без гениального, но норм.
09:13
нагромождение лишних местоимений и предлогов губят и без того не блещущий изяществом и оригинальностью текст
вторичность и скучность ожидают вас за каждым поворотом сюжета, хотя, стоп! поворотов сюжета тут и нет
Загрузка...
Arbiter Gaius №1