Ольга Силаева №1

Встреча в подземелье

Встреча в подземелье
Работа №53

Я слышал крики отчаяния, мольбы о помощи и сокрушающий сердце вопль. Они звучали отовсюду, а может, это кричал я сам? Может, мне показалось, и это созданная сознанием ложная иллюзия и галлюцинация. Если так, то я бы тогда не спускался всё ниже и ниже.

Сколько времени движусь вниз по лестнице? Порой кажется, что целую вечность. Спуск, каждая ступень примерно пять метров в ширину. С обеих сторон горят факелы на мраморных стенах, а с высокого потолка свисают сталактиты, временами почти достигающие уровня моей головы. Ни ветра, ни звуков, совершенно ничего.

Я пришел сюда осознанно – единственное, в чем уверен. Подобные странности не новость, видел подземелья и похуже, но это подземелье отличается чем–то особенным. Сочетание мраморной белизны стен и ступеней, прекрасных огней факелов и не совсем уместных сталактитов. Будто бы что–то прекрасное испорчено чем–то другим.

Подниматься обратно не вижу смысла, и нет никакого желания. Остается лишь добраться и узнать, вспомнить причину прибытия.

Из снаряжения за спиной расположен меч из аметистовой стали, лезвие которого украшено гравировкой и закалено в горниле. В нем заключена огромная сила, превосходящая все существующие мечи в мире. На поясе, прикрепленный адамантовой цепью, до уровня колен свисает большой том. Особая книга–усилитель для призыва оружия или создания мощных заклинаний. Обычно хватает пассивной формы усиления посредством удержания книги в руке.

Собственно, раз здесь мое лучшее снаряжение, значит, подземелье имеет высокую важность. Следующая ступень, как и все нижележащие ступени, одна за другой начали трескаться и обваливаться в темноту. Я рефлекторно отступил назад.

А?... Толчок в спину сбросил меня в пучину тьмы. Я закрыл глаза, готовясь применить заклинание парения, чтобы избежать повреждений от падения, как без какой– либо боли под ногами ощутил твердую поверхность. Полет длился пару секунд.

Что? Глаза в удивлении открылись. Яркий свет ударил по ним, вызывая неприятные ощущения. Легкий ветер покачивает волосы и край серого пальто, всюду растут полевые цветы и трава, на небе кружат птицы, исполняя умиротворяющие песни. Солнце освещает всё вокруг необычно ярко. Прекрасная поляна в окружении высокого и густого леса.

Это настораживает. Я отвел руку за голову и схватил воздух. На привычном месте должна была быть рукоять меча, но ни рукояти, ни меча самого нет. Отточенное движение к поясу – ничего – том тоже исчез.

Замешательство сковало меня. Уставившись на ромашку, принялся вспоминать цель прибытия в это место. Вот только в какое место? Где я?

– Хороший вопрос, не правда ли?– раздался мягкий женский голос позади. – Ну же, оглянись, не люблю разговаривать со спиной.

Тело среагировало прежде, чем решил обернуться, будто бы меня развернула невидимая сила. Промелькнуло жуткое чувство, ощущение себя марионеткой.

Изысканной красоты светловолосая девушка стоит в метрах десяти. В ее фиалковых глазах ощущается немыслимая мощь, но нет признаков агрессии. Украшенный белыми ленточками черный сарафан до колен, отсутствие рукавов и угольного цвета перчатки. Лицо настолько изумительно красиво, что отвести взгляд – то еще испытание.

– А мы раньше не встречались? – спросил я, пребывая в смятении.

– Хороший вопрос, но у меня есть лучше. Как ты здесь оказался?

Увиливает, не люблю таких личностей. Если бы не ее красота и отсутствие агрессии или злого умысла, то разговор был бы уже окончен. Впрочем, не обязательно отвечать прямо, можно использовать ее метод общения.

– «Здесь» это где?

– Где? – она удивленно уставилась на меня, поднеся палец к уголку губ. – То место, где ты сейчас стоишь и находишься. Разве не очевидно?

– Та–а–ак, допустим. А хоть что–то человеческим языком можешь сказать?

– Угу! – внезапный торжественный кивок немного сбил с толку. – Добро пожаловать!

– Знать бы куда…

– Сюда.

– Ну да, я догадался…

Нужно найти способ ее разговорить. Общение не является сильной моей стороной, а применять насилие – не вариант. Еще и снаряжение пропало, всему должно быть логическое объяснение, нужно подумать.

– Не расстраивайся, Тосия, думаю, мы отлично проведем время.

Тосия? Судя по всему, мы не знакомы, но тогда…

– Откуда знаешь мое имя? Кто ты?! – я решительно приблизился к ней, но тело застыло всего в паре метров от цели.

– Не нарушай границы дозволенного. Не смей повторять подобное. Ни-ко-гда, – холодный и властный голос только усилил ощущение скованности. – Ты понял?

Она отступила назад и ласково улыбнулась, а я начал осознавать… Передо мной явно не друг и не союзник, определенно не товарищ или кто–то из знакомых. Красота этой девушки, мягкий голос, изысканные движения и очаровательная улыбка, а вместе с тем власть, полностью лишившая возможности пошевелиться.

Солнце продолжает греть спину, постепенно возможность двигаться вернулась. Чувствую себя жертвой, оказавшейся в гуще сражения разных сторон. Здесь только мы двое, что только добавляет необычности ощущений.

Может, не стоит идти на поводу и рискнуть подойти еще раз? Показать, что меня так просто не запугаешь. В конце концов, я всегда так делал.

– Оу, не советую тебе этого делать, Тосия. Я ведь запретила, разве нет? Категорически.

– Читаешь мысли?

– Да.

– Может… Хотя бы имя назовешь? Обычная вежливость между людьми.

Девушка развела руки в стороны, ее ладони покрылись неистовым пламенем. Пламя резко обрушилось на землю и в мгновенье ока сожгло всю траву на земле. Между нами осталась только часть травы, причем срезанной, образующей слово «Имя». Она определенно сильная волшебница, одна только способность чтения мыслей чего стоит.

– Вот так меня зовут. Можешь сам дать имя или прозвище. Любое.

Снова увиливает. Может, вызвать ее на дуэль? Куда, кстати, делось оружие? Мысль о нем выскальзывает из головы, словно ему здесь не нужно быть.

– Отклоняется, но ты можешь напасть на меня, как безоружную, – она опустила руки, сложила их вместе перед собой и мирно улыбнулась, излучая детскую невинность.

– Читая мои мысли, ты ведь знаешь, что не нападаю на тех, кто без оружия? По глазам вижу, что знаешь.

На лице девушки мелькнула печаль. Она задумчиво уставилась на меня, перебирая пальцами. Безмятежность с нотками грусти окутывает ее, заполняет воздух вокруг.

– Груб, как всегда, груб. Мы знакомы, Тосия, но ты забыл обо мне. Предал меня, оставил совершенно одну.

– Прости, но не припоминаю подобного. Если так, то стоит извиниться.

– Не извиняйся. Я вижу, что ты не помнишь, и это таки необычно. Впрочем, со временем разберусь, все равно цель твоего прихода совсем другая.

На сердце стало гадко. Каждое ее слово пропитано ядом, отвращением, чувствуется явная досада и осуждение. Такое отношение вполне обоснованно. Кто любит предателей? Правильно, никто не любит. Мало кто способен на подобное, а я еще далек от такой планки.

– Если ты готов, то давай начнем. Мне больно видеть тебя сейчас.

– Готов к чему?

– Начнем же! – она хлопнула в ладони, и свет погас, всё вокруг окружила тьма.

По телу прошла дрожь, волны жара и холода сменяют друг друга. Окружающая темнота кажется вечной, она всё более и более поглощает меня. Всматриваясь в ее глубины, держа кулак на уровне груди, вижу медленно вырисовывающиеся силуэты.

Волшебница, без спору, сильна, раз способна на такое перемещение. Возможно, идея с дуэлью была глупостью в порыве негодования. Нужно спокойно всё обдумать, нельзя поддаваться спешке. Если бы она хотела убить меня, я был бы уже мертв. Значит, у меня есть время найти ответы и разобраться во всем.

Также не стоит исключать возможность иллюзии. Сильные волшебники часто побеждают, не используя атакующей способности, но сокрушая дух противника обманом органов чувств. Образы родственников или близких людей – частая уловка.

По–прежнему темно. Вокруг видно множество столбов высоких деревьев, касающихся кронами звезд на небесах. Легкий туман бродит по округе, скрывая в себе небольшие кусты и лежащие в траве ветки. Так деревья похожи на те, какие видел вокруг поляны, вот только отсюда ее не видно. Вообще ничего нет, кроме мрачного леса, тумана и необычайной ночи. Таинственно-мертвый лес – вот как можно его назвать.

– Жуткое место, не так ли? – знакомый голос раздался позади, я обернулся, но никого не увидел. – Бесполезное занятие, лучше поспеши. Выход прямо по курсу.

– Где ты?!

– На твоем месте я бы начала идти.

Очередные уловки? Нельзя поддаваться зря. Трезвость и наблюдательность к самому себе – основа для сопротивления всякому внушению.

«Поспеши…»

Голос в голове сдавил сердце. Камила? Нет, должно быть, иллюзия. Развейся!

«Мне жарко… Я… Горю…»

– Беги, твоя любимая в беде. Беги! Бегом!

«Помоги…»

Я сорвался с места со всех ног в спонтанно выбранном направлении. Это не иллюзия, просто невозможно! Ощущение этого настолько реальное, насколько быстр пульс в груди.

Туман ухудшает видимость, нередко удается увернуться от ветки или столба дерева за мгновение до столкновения. Ноги начинают гореть, пот льется всё сильнее. Дело не только в нагрузке, сам воздух пропитан жаром, но ничего не горит в буквальном смысле.

– Камила! – крикнул я выбежав из леса на знакомую поляну. – Это же…!

Некое подобие балрога сверлит меня взглядом. Огромная тварь высотой метров в семь–восемь с хлыстом в правой руке, мощная туша покрыта бурлящим пламенем, изо рта вырываются столбы пламени и дыма. Всматриваясь в его глаза, отчетливо вижу отчётливое отражение лица Камилы. Она, поглощенная тварью из преисподней, смотрит на меня молящим взглядом, кривясь от боли.

От одного только вида внутри вспыхнул гнев. Нужно оружие, чтобы сокрушить монстра. Уничтожу его, а следом и ту странную девушку без имени. Вы заплатите за страдания Камилы!

– Вот, держи. Это, кажется, твое.

Я резко обернулся на голос и чудом успел поймать брошенный меч. Адреналин все-таки дает о себе знать.

Да, тот самый меч, с каким спускался сюда. Светловолосая девушка смотрит на меня без малейшего интереса. Она украла его -возмутительно. Ладно, позже, сначала нужно покончить с балрогом.

– Грха–а–а–а!

Демон готовится к нападению, не нужно смотреть, чтобы понять это. Я поднял меч вертикально напротив себя. В отражении аметистового лезвия, под светом луны, мелькнуло мое злое лицо. Оно настолько отвратительно и безобразно, что захотелось выбросить меч.

Гнев сделал меня таким ужасным? Нет, здесь примешивается что–то еще. Отвращение к тому, что злюсь. Странная боль сдавила сердце, отчего неосознанно повернул голову в сторону демона.

Он уродлив, безобразен. Внутри него заключена любимая, которую нужно освободить. Неистовая злоба едва не овладела мной, теперь же без ярости, но с решимостью сражусь с монстром.

Я направил лезвие меча к небесам, вливая в него энергию. Как только наберется нужное количество, направлю луч энергии и пронижу противника.

А? Легкий свет явился в темном небе, словно откликаясь на мои мысли. Широким раскатом в острие меча ударила молния. Столько энергии, откуда она? Теперь я чувствую, что демон ничуть не страшен.

– Твое пламя слабее закаленной в горниле аметистовой стали с усилением молнии. Я не устрашусь перед тобой, чудище!

Разворачиваясь, взмахом клинка без проблем отразил направленный хлыст. Янтарно–красная плеть устремилась в сторону в сопровождении обилия искр, падающих на сгоревшую землю. Демон громко возопил, ударяя кулаком в землю, множество столбов пламени вырвались из–под почвы к самим звездам.

– Сколько в тебе гнева и ярости. Сам не понимаешь того, что делаешь, да?

Знакомое чувство, до отвращения и боли знакомое.

– Грха–а–а–а! – из раскрытой пасти вышел столб пламени, рассекаемый острием закаленного клинка.

– Я чувствую злобу, слишком много злобы… Только принадлежит ли она ему?

В голове начинают мелькать воспоминания. Они слишком быстры, чтобы сфокусироваться на них, но каждое из них отпечатано в сознании.

– Почему ты разговариваешь с ним, Тосия? Он схватил твою любимую, а ты бездействуешь, только защищаешься.

Языки пламени захватили лес, но вмиг потухли. Деревья не загораются от столь сильного жара, тем более рядом с демоном могу стоять как я, так и девушка позади. Единственный, кто страдает, – Камила, заключенная внутри монстра.

– Хо–хо, сомнения? Ты никак не поймешь, как же она здесь оказалась. Потому допускаешь мысль, что, может, это все же не она.

– Ошибаешься. Я верю, что ни демон, ни Камила, ни ты, ни я, ни это место – не иллюзии. Я это уже понял.

– Тогда почему бездействуешь? Неужели ты не любишь ее? Она ведь ждет тебя.

Так и есть. Она ждет, глядя полным страдания взглядом, сжимающим сердце и пробуждающим мысли всё сильнее. Однако не только это, есть другая неточность, нарушение логики.

– Балроги – неистовые существа. Почему же он нападает настолько слабо? – спросил я, продолжая вспоминать кружащие в голове события из прошлого.

Знакомая девушка стала слева в десяти метрах от меня, очевидно, соблюдая дистанцию.

– Удивительно, как ты смог призвать молнию в основание клинка. Это место было запечатано от подобного. Почему ты сражаешься, не теряя спокойствия? Почему не сбежишь при виде балрога? Не начнешь мстить за любимую?

Слова девушки касаются не ушей, а сердца. Я всегда избегал важных тем и трудных решений, особенно в отношениях с любимой Камилой. Сколько обид она промолчала? Однако видя ее страдающее лицо сейчас – просто не нашел сил уйти, закрыть глаза.

– Думаю, если бы видел ее в те моменты, когда уходил, то увидел бы что–то подобное.

– Думаешь? Ты делал то, что считал правильным, и то, что хотел делать. Конечно, ты потом всякий раз извинялся, она тебе улыбалась, и всё было замечательно.

– Улыбалась, а я не хотел видеть ее страдания, недовольство и возмущения, потому не видел, – слова сами вырвались из моих уст.

Я в изумлении уставился на светловолосую девушку. Снова движет как марионеткой? Боковым зрением, всего на мгновение, удалось заметить стремительное приближение хлыста. Удар пришелся прямо по голове, огромное количество искр разлетелись во все стороны, но на мне ни грамма повреждений.

– Передумала? – разочарованно спросила девушка, опустив голову, глядя в пол. – А жаль… Был хороший шанс.

– О чем ты?

– Вот как… Очень жаль… – она повернула голову в мою сторону, не скрывая болезненного выражения лица. – А ты изменился, Тосия. Снова причиняешь мне боль, отвратительно… Ладно, так и быть, заканчивай с этой битвой, больше меня ничего сейчас не интересует.

Она присела на обугленную землю, сложила руки на коленях и опустила голову. Жалость сдавила сердце, захотелось подойти к ней, утешить, но между нами возникла стена из земли.

– Не приближайся, сказала же. Иди к своей любимой.

Еще один взмах хлыста. Стена из земли разлетелась со страшной силой в окружении фейерверков. На мне, как и в прошлый раз, ни капли повреждений.

– Хорошо, если ты так хочешь.

Я сжал рукоять меча и с сожалением бросил его в голову демона. Едва лезвие вошло вглубь, как монстр возопил, вспыхнул, подобно спичке, и исчез. Камила… Ноги сами потащили меня к медленно падающему телу и мечу, которые исчезли в паре метров от земли. Камила точно здесь, живая, я ощутил ее энергию жизни.

– Куда она делась?! Верни ее, сейчас же!

– Это тебе нужно с ней говорить, а не со мной, – девушка медленно поднялась, стряхивая пыль с ног. – Кроличья нора будет глубокой, готов ли ты ради любимой продолжить путь? Таковы условия.

– Довольно! Сначала ты всё расскажешь, хватит манипулировать мной.

– Увы, здесь правила устанавливаешь не ты.

– Хм–м–м, возможно, все же стоит просто победить тебя и заставить всё рассказать? Неважно, как ты сильна, и то, что ты девушка.

Безмятежная улыбка украсила пустое лицо, вызывая тем самым дрожь по телу. Хрупкая на вид, но излучает подавляющее количество энергии и власти. Может, и вправду победить ее буду не в состоянии.

– С таким настроем, – она неожиданно запнулась, на несколько секунд задумалась и вновь успокоилась. – Позволь вопрос.

– А если не позволю? Впрочем, думаю, все равно его задашь.

– Конечно. Я не из тех, кто отступает. Так вот. Ты действительно любишь Камилу? Ты часто ею пренебрегал, редко делал комплименты, заставлял чувствовать себя ненужной, одинокой. Не слушал ее тревог, страхов, волнений. Всё, что ты делал, – говорил пафосные слова о любви, думая только о том, как тебе с ней хорошо.

– Я знаю… Однако что–то во мне изменилось. Не могу сказать точное время, но я всё осознал.

– Осознал? Это чувствуется, вижу это в тебе с самого начала, но ты всё еще слаб. Скажу честно… А нет, я передумала. Все равно узнаю каждую деталь.

Почему каждое ее слово бьет меня подобно молоту по колоколу? Она знает все слабые места, все тонкости и мелочи моего отношения к Камиле, моего состояния в целом. Более того, можно предположить, знает и ее.

– Ха–ха–ха, боишься меня? Ха–ха–ха–ха–ха!

От звонкого смеха объекты вокруг нас погрузились во тьму. Кроме нас нет ничего, но я чувствую, что мы движемся в каком–то направлении. Примечательно, что ни ее сарафан, ни мое пальто – не движутся совершенно.

– Хах, позабавил ты меня. Поверить не могу, что предал меня, а теперь полон массы сомнений. Кстати, по поводу сомнений, мы пришли.

– Куда пришли?

Из ниоткуда вокруг нас появились высокие стены, образующие длинный коридор с развилками впереди, и потолок из кристаллов в виде сталактитов, освещающих всё. Стены грязные, мрачные, по виду, будто из ила, содержащие огромное количество энергии – разрушить их вряд ли возможно. Пол ничем не лучше, на сантиметр или два ботинки вошли в него, как в вязкую, мокрую грязь.

– О–о–о… Интересный получился лабиринт. Сможешь ли выбраться отсюда и отыскать Камилу?

– Теперь уже я скажу честно, эти игры начинают раздражать.

– Игры? – девушка иронически посмотрела на меня и сложила руки у груди. – Слишком горькая, а в то же время сладкая игра. Не самая лучшая комбинация, не так ли?

Я тяжело выдохнул, не найдя больше сил говорить с ней. Она все равно читает мысли, так что нет смысла утаивать. Что устно, что мысленно – итог один и тот же.

– Верно, я знаю всё, что ты хочешь сказать и что говорить не желаешь.

– А на деле знаешь еще больше.

Она размашисто кивнула с важным видом.. Интересный человек, как ни крути, только что же ей от меня нужно? Все равно не скажет. Думаю, лучше сосредоточиться на поисках, хватит стоять без дела.

– М–м–м, начинаешь понимать суть вещей. Вперед, твоя возлюбленная ждет. Ах да, не забудь вот это, возможно, пригодится, – из-за спины она достала зеленую книгу в твердом переплете и положила ее рядом с собой на пол. – Без лишних вопросов, молча, взял это и отправился в путь.

Исчезла. Только том остался лежать на месте, излучая легкое свечение от прикосновения к источнику энергии. Я поднял его и задумался о выборе пути: вперед и вправо или вперед и влево, а может, прямо. Назад все равно не пойдешь – массивная стена преграждает путь.

Бр–р–р… Жуткое местечко, все ботинки полностью испачканы. Я прошел несколько километров, сотни развилок. Коридоры настолько монотонны, что от них начинает болеть голова. Так еще следы сглаживаются, едва делаешь следующую пару шагов. Проще говоря, на земле отпечатаны всегда только два следа.

Да уж, настоящий лабиринт, точно ли есть ему конец? Чем больше задумываюсь, тем больше сомнений появляется. Я свернул на очередной развилке вправо и наткнулся на фотографию, лежащую прямо на грязи, ничуть не испачканную.

Хм–м, что это? Фото после нашего первого с Камилой турнира, где мы заняли первое место. После него мы как раз и начали отношения, которые вот уже длятся шестой год. Сколько нам тогда было? Лет по восемнадцать, да?

– Тогда ты был амбициозен и целеустремлен. Всех победил, ох! Это было прекрасно, – сказала появившаяся впереди девушка, закрыв мечтательно глаза. – Сейчас твоя сила в магическом искусстве еще больше, господин директор. Образец не только для учеников, но также для учителей!

Дразнящие нотки в ее голосе вызвали ироничную улыбку. Да, я директор, но еще учиться и учиться. В крайнем случае, мои силы заметно меньше, чем хрупкой волшебницы.

– До твоего уровня силы мне далековато. В боевых способностях, возможно, будем равны, но в остальном – я все же слабее. Мой профиль это ближний бой, владение стихиями и манипуляция физическими законами, а телепатия и телепортация - это за гранью всего возможного.

– Тьх… Не будь занудой, Тосия. Сильнее тебя нет не то, что в городе - в области точно. Уважай себя хотя бы немного, как ученики будут смотреть на того, кто плохо о себе говорит?

– Будь я по–настоящему силен, то может быть, а так, в моей власти слишком малое.

Внутренний голос подсказывает это, но в то же время он шепчет, что я могу многое. Эти мысли только усугубляют противоречия, вызывая всё больше сомнений.

– Противоречиво, не так ли? – спросила она, точно читая мысли, со всем вниманием.

– Не знаю, что–то определенно изменилось во мне… Среди учеников звучали подобные вопросы о силе человека. Я помню, как говорил им те слова, что ты сказала мне вот сейчас.

– Верно, так и было. Ученики тебя любили, восхищались, подражали – удивительное зрелище, как можно быть вдохновителем для сотен и тысяч людей, – светловолосая девушка, пребывая в восторге, сложила ладони на уровне груди. – Красота, да и только!

– Но тогда… Возникает вопрос: а всесильны ли мы? Всему есть предел.

– Конечно же, всесильны. Вспомни выдающихся людей, которые шли к цели, любили себя и свое дело, отдавались ему вплоть до мельчайшей детали. Каким был и являешься ты – выдающимся волшебником.

Слова снова достигают сердца, но что–то препятствует их принятию. Они так сладки и привлекательны, что сопротивление им вызывает больше недоумения. Я не могу принять их, но и не могу отвергнуть.

Если я всесилен, то почему не могу разрешить противоречия? Почему не могу выйти из этого лабиринта? Почему не могу вывести из него других? В лучшем случае могу только указать путь, но человек должен идти сам. Его можно нести, такой варианта остается, а может, и нет.

В трудные минуты, несмотря на свое поведение, коим обижал Камилу, все равно мог выговориться ей и получить поддержку. Что бы она сказала сейчас? Что она вообще мне говорила? Ведь я слышал только то, что хотел слышать. Получил поддержку, поднялся и ушел – до чего же мерзкое ощущение внутри.

– Посмотри на себя, Тосия. Ты выглядишь жалко сейчас, сам запутался и пребываешь в сомнениях. Чтобы выбраться из лабиринта – тебе нужна сила. Прими мою помощь, прислушайся к словам, мы выйдем из лабиринта, и ты поговоришь с любимой, решишь все возможные вопросы, – глядя мне в глаза, она протянула руку. – Стань сильным, довольно сомневаться.

– Почему ты помогаешь? – спросил я, делая шаг навстречу. – Сначала оружие даешь, теперь пытаешься дать сил. Почему?

– Потому что ты мне нужен. Я не хочу терять тебя ни в этом месте, ни вообще.

Кто же она? Столь сильна и проницательна, прекрасна и властна. Я делаю еще шаг в ее сторону. Мысли внутри путаются, что–то жаждет подойти к ней и схватить за руку, как за последнюю надежду, а что–то отказывается. Пребывая в сомнениях, делаю еще один шаг.

– Ты вправду настолько сильна и знаешь где выход?

– Конечно. Можешь верить мне как самому себе.

Еще шаг, осталось около шести–семи метров. Я смотрю прямо на нее, как вдруг замечаю пламя. Фотография в моей руке ярко вспыхнула и сгорела в считанные мгновения. Рука ничего не почувствовала, но покрылась пеплом, – необычное зрелище.

Оторопь сковала тело, горечь сдавила сердце, и мысли вновь перемешались.

– Вижу твой страх, давай же объединимся и вернемся к Камиле.

«Беги…»

Камила?!

«Быстрее. Убегай!»

Это ведь ты? Где ты?!

«Здесь опасно! Беги, уноси ноги прочь!»

Почему? Скажи мне! Твой голос, он полон отчаяния, подобно крику самых недр души.

«Ты замерзнешь, если не убежишь…»

Я не знаю, куда бежать. Девушка поможет мне.

«Доверься сердцу, слушайся его… Оно укажет путь, просто доверься!»

Довериться?

– Возьми мою руку, Тосия. Я помогу тебе.

Попытка сделать шаг в ее сторону отозвалась холодом во второй руке. Она также покрылась пеплом.

«Уходи оттуда, живо!»

Хорошо, я верю.

Я сорвался с места и пробежал мимо девушки. Вскоре оказалась развилка, куда же…

Вправо, да! Внутренний голос, звучащий тише шепота, ласково направляет меня. Снова развилка, но ответ о выборе пути дается прежде, чем успеваю задуматься. Позади все громче и громче раздается жуткий шепот, будто тьма сомнения гонится за мной.

За очередным поворотом снова наткнулся на светловолосую девушку, появившуюся буквально на мгновение.

Сердце подсказывает, что для рывка понадобится ускорение. Стоило об этом подумать, как заметил том в руке. Держа его, начал копить энергию, чтобы в нужный момент использовать усиление. Финальный рубеж приближается, злостный гул настигает всё больше и больше. Он поглотит меня, если хоть на мгновение замешкаю или усомнюсь.

«Ты выберешься, я верю в тебя. Но мои силы… Они слабеют…»

Камила?! Я бегу, потерпи немного!

Да, больше никаких сомнений. Без помощи девушки, без ее силы, но я могу быть ничуть не слабее, а даже сильнее. За очередным поворотом оказался тупик, но… Сомнений нет. Стена будет разрушена!

Том в руке начал светиться. Скорость бега многократно возросла, приятный свет окружил меня. Стена – не препятствие, вот что я понял окончательно и с громким треском пробил ее насквозь.

Тотчас моя скорость существенно замедлилась – том исчез из рук. Гул прекратился, свет медленно вернулся до прежнего уровня яркости, взору открылась просторная, но пустая зала замка. Позади меня в стене нет ничего похожего на дыру, абсолютно нормальная и ровная стена.

Хм–м, это еще что? Вдали, кажется, кто–то есть. Это она! я побежал без раздумий.

Лежа на полу, словно оправляясь от удара, Камила медленно поднимается. Над ней лицом ко мне стоит схожая фигура. Она выглядит точно также…

– Думаешь, я уступлю его тебе? Он все равно любит меня, а не тебя.

– Как бы ни так, разве что в твоих снах.

Обе Камилы стали лицом друг к другу с холодом в глазах. Заметив меня, они подошли ближе с недовольными лицами. На их лбах находится печать молчания, запрещающая что–либо говорить без получения разрешения от наложившего печать, кем, вероятно, является та самая девушка. Это похоже на какой–то бред.

– Это не бред, – знакомый голос и как всегда за спиной. – Одна из них – твоя любимая, а вторая всего – копия. Так уж вышло, что ты часто смотрел на других женщин, обделял любимую вниманием, вот и породил ужасное чувство. Теперь предстоит выбор.

– Припоминаю, вроде бы. Я игнорировал подобные темы и надеялся, что ее отпустит со временем.

В конце концов, я имел право делать то, что хочу. Общаться с теми, с кем и как хочу. А Камила… Ее это не касалось, ведь это было мое личное пространство. Ни истерики, ни упреки, ни просьбы подобного плана практически не волновали.

– Просто отпусти ее!

– Кого из них?

– Не знаю… Настоящую.

– Сначала ты должен выбрать ту, которая останется. Слушай свое сердце, изучай их, задавай вопросы, но дай конкретный ответ. Угадаешь, и всё закончится.

– Тогда для начала разреши им говорить, – сказал я, обернувшись назад.

Девушка посмотрела на меня исподлобья и тяжело вздохнула. Ей явно не нравится требование, но иначе не разобраться. Нужна хоть какая–то база для определения.

– Я разрешу каждой ответить на поставленные вопросы, не более. Это не обсуждается.

– Ладно, пусть так.

Небрежный жест взмахом руки в значении «делай, что хочешь» развернул меня невидимой силой. Хватит уже управлять мной!

– Выбирай и не возмущайся.

– Снова заложник твоих прихотей и правил. Остается только забрать Камилу и уйти отсюда, да? Хорошо!

– Меньше слов, я жду ответ.

Я осмотрел Камилу и Камилу… Они одинаковые во всем, идеальный клон высочайшего уровня мастерства. Энергетически, физически, абсолютно во всем ни грамма разницы. И все же… Порой что–то не дает покоя.

– Вы настоящие?

– Да, – ответили они по очереди ласковым голосом.

– Каким образом вы оказались здесь?

– Совсем забыл, любимый? Я пошла за тобой в подземелье, как договаривались ранее. Принимаем участие в конкурсе пар среди учителей.

– Это я должна была сказать.

Они косо посмотрели друг на друга с откровенным недовольством.

– Самозванка! – одновременно сказали обе.

– Конкурс? Хм–м, может, и так, мы часто их устраивали, правда, между учащимися. Ладно, допустим, возможно, потеря воспоминаний одно из условий конкурса, чтобы всё было по–честному.

Также это объяснит таинственность девушки. Она, по факту, исполняет роль судьи – всё логично. Если так, то, исходя из слов судьи, мое поведение породило или усугубило ревность Камилы.

Конкурс между парами, интересно. Значит, чтобы пройти конкурсное испытание, нужно выбрать настоящую и тем самым подтвердить свою любовь к ней.

– Я правильно думаю? – обратился я к девушке позади.

– Не могу сказать, сам ведь понимаешь. У тебя есть конкретная задача сейчас.

Понятно, другого ответа было глупо ожидать. Зато теперь многое встает на свои места, даже легче стало… Ничего Камиле не угрожает, никто в случае проигрыша или ошибки не умрет. Фух… Самое страшное позади.

Я присел на прохладный пол, собираясь с мыслями. Существует много информации и статей о ревности. Вот только в методах избавления от нее все же не силен.

– Многие отзываются о ревности негативно, но она является силой, побуждающей человека на поступки, – «судья» снова включилась в разговор. – К тому же, отсутствие ревности сродни безразличию.

– Хах… Снова мои слова. Когда–то я бы согласился с ними, но сейчас что–то не дает согласиться на все сто процентов.

– Почему? Что конкретно не позволяет? – голос девушки содержит повышенную твердость и требовательность.

– Самому бы знать. Пусть Камила ревновала, но измен с моей стороны не было… Здесь я совершенно чист.

Или была? Ведь если подумать, то изменой можно считать не только близость с кем–то еще. К примеру, уделять время кому–то в большей мере или переходить за рамки дружеского общения. Внутренний голос, которого никогда не слышал прежде, а только в этом месте.

– Снова выдумываешь, Тосия… Почему порой такой глупый? Каждый свободен и может делать то, что ему хочется. Это право самого человека. Если другие не могут принять тебя таким, какой ты есть, то… Это их проблемы.

Снова не подкопаешься. Во избежание тотального хаоса существуют законы, а в остальном всё логично. Каждый человек, действительно, имеет право быть свободным. Собственно, практически всегда так и делал. Благодаря чему смог стать директором, завоевать уважение окружающих, купить хороший дом. Однако что–то пошло не так, вот только что? Да, к тому же, был ли я свободен?

– Мне самому знакомо чувство ревности. Когда папа играл больше со старшим братом, а не со мной, постоянно обделял. Всё лучшее – старшему, всё внимание – старшему… Обычно внимание младшим, но отец вряд ли согласится.

– Потому ты стал сам бороться за себя и свое счастье.

– Да, так и было. Никто не имел права меня унижать, обделять или ограничивать.

– А ко всему благодаря таким качествам стал очень сильным и успешным волшебником. Разве ты не был счастлив, будучи свободным, сильным, независимым?

В груди скребут терзания. Я не понимаю, что происходит, что же оно там, внутри меня?! Ревность толкнула на поступки, но состояние было ужасным.

– Как бы то ни было, ревность делала меня несчастным. Пока не отказался от нее и не избрал независимый путь от всех и всего.

– Прекрасно же!

Я думал, что был свободным, а потом встретил Камилу и вел себя далеко не лучшим образом по отношению к ней. Мало того, что страдала от моего поведения, так еще страдала от ревности, сомнений, злости и все равно оставалась верной. Почему свобода причиняла столько страданий, как мне, так и ей?

– Разве это не ее выбор и проблемы? Если что–то не нравится, то ты здесь ни при чем.

– Но что–то не давало ей уйти, что–то давало сил терпеть и ждать. Не это ли и была любовь? А я причинял столько боли… Да уж, тот еще объект для подражания. Стыд и позор.

– Так выбери с чистой совестью Камилу и…

– Я хотел бы избавить ее от ревности, больше нет сомнений. Она должна стать свободной.

Едва сказал это, как передо мной появился меч и том. Я всмотрелся в лезвие меча, отражающее обе Камилы, и погрузился в глубины сердца. Ее голос ранее говорил, чтобы прислушивался к сердцу, возможно, подскажет и сейчас то, какая из них именно та самая Камила, которую люблю.

Глубины молчания и покоя, глядя внутрь, прислушиваюсь к мельчайшим деталям, но ничего не слышу. Не потому, что там пустота, а потому, что не вижу отклика к двум одинаковым фигурам перед собой. А свобода… Я шел на поводу у своих эгоистичных чувств, был движим ревностью, злостью, завистью.

«Внутри меня… Больше нет ревности… Я верю тебе, Тосия, возьми меч…»

– Ты права. Нужно уничтожить это всё, а раз говоришь, что ревности в тебе нет, то и я поверю. Справимся вместе.

Я взял в руки меч и поднялся. Размашистым ударом разрубил обе фигуры перед собой – они рассыпались подобно пыли.

– Настоящей тебя среди них нет, иначе бы остановила, как минимум. Но раз так, значит, это не конкурс.

В груди воцарилась легкость, какой не было ранее на протяжении долгого времени. Том теперь на своем законном месте – прикрепленный к поясу. Меч удобно расположен в руке. Я обернулся и посмотрел в глаза светловолосой девушке, не скрывающей раздражения.

– Это место… Начинаю вспоминать причину прибытия. Я здесь ради встречи с тобой.

– Какой упрямец!

– Мы справимся с ней, да? Сделаем же это, Камила! – сказал я, направляя меч ввысь.

Мрачный потолок замка обрушился вокруг нас в сопровождении раскатов молний. Ночное небо плавно стало прозрачно–голубым без единой тучки. Камила здесь, в этом месте!

– Вот мы и встретились, Гордость. Дух, не дающий покоя, всегда диктующий правила за спиной, сеющий раздор между людьми и внутри самих людей.

Девушка с почтением склонила голову. Грациозность движений выше всяких похвал. Мастерства в подобном ей явно не занимать.

– Все-таки узнал меня спустя столько времени. Должна сказать, что польщена такой чести.

– Без Камилы я бы не справился с твоей ложью.

– Замолчи! Камила–Камила, сколько можно повторять ее имя? Ты предал меня, отвергнул, оставил одну! – она резко взмахнула руками в негодовании. – Тем более, что благодаря твоей Камиле, ее слабостям, удавалось устраивать ловушки.

– Я еще не вспомнил всего, возможно, ты права, а возможно, снова врешь.

Я попытался вспомнить что–то, но ничего не приходило в голову. Кроме внутреннего ощущения покоя и присутствия Камилы, нет ничего.

– Мы были вместе столько лет. Я помогала тебе, давала сил, а ты! Камила то, Камила это, ранишь меня снова и снова… Я не оставлю всё так. Не отступлю. Никогда!

В голубых глазах появляются капельки воды и неистовые языки пламени. Открытые участки рук Гордости покрываются неизвестными письменами, излучая всё больше власти и силы вокруг. Пол под ней медленно трескается, из трещин испаряется черно–белая пыль.

– Мы были едины. Ты можешь быть только моим. Каждый человек принадлежит мне, включая твою дражайшую Камилу. Ее сердце имеет семя пламенеющей гордости, как и твое.

Я направил меч в сторону девушки, держа сияющий том в руке. В груди таится небывалое ранее тепло, которое ощущал ранее после общения с Камилой. Только в этот раз ощущение тепла значительно сильнее. Она рядом, внутри и снаружи.

– Я сказала, хватит! Почему она? Зачем? Я не смирюсь, никогда! Ты должен был проиграть балрогу, почему твой гнев исчез?! Должен был застрять в лабиринте, почему том воссиял?! Должен был выбрать ревностную часть, почему уничтожил обе ловушки?! Ты должен был стать моим снова! Должен! И станешь!

Пол трескается всё сильнее. Мало–помалу начинают обрушиваться стены замка.

– Жалкая Камила, мой план был гениален, но ты взяла и изменила свое движение сердца! Я так хорошо использовала твои слабости, Тосия был почти в моих руках. Вы раздражаете меня, я все равно захвачу вас, а начну с тебя, Тосия!

Воздух вокруг Гордости электризуется. Ее силы запредельно сильны, но удивительно, как мое тело подчиняется именно мне, а разум и сердце спокойны.

«Мы вместе, и мы справимся. Верно?»

– Да, больше во мне нет сомнений, а что насчет тебя?

«Я гневалась на тебя, но, увидев изменения, – перестала. Сомневалась в тебе, но ты понадеялся на меня и поверил. Ревновала, но было зря… А источник этих ужасных чувств – это…»

– Гордость. Продолжающая жить в наших сердцах, мастерски дергающая за ниточки, манипулируя нами и нашими чувствами, чтобы всё разрушить и подчинить себе. Мы не были свободны, мы были настоящими рабами, – добавил я, удивляясь собственным словам.

Я вспомнил. Всё до последней секунды. Причину, по которой стал иным.

Девушка, излучая свечение, внимательно уставилась на меня. Взгляд самой настоящей хищницы, которая вот–вот поглотит добычу. Может быть… А ведь правда.

– Ты сама не знаешь причину перемен во мне. Я прав?

– Скажи мне, живо!

– Покажи свою силу и прочти ответ во мне.

– Не испытывай моего терпения!

Стены продолжают постепенно обваливаться. Но, что удивительно, несмотря на весь устрашающий вид и ауру власти, Гордость не может причинить вреда. Я вижу ее, стоя лицом к лицу, больше она не сможет незаметно дергать за ниточки.

– Давай так, – твердо сказала она, сократив расстояние между нами вполовину. – Ты скажешь свою причину, а я скажу причину твоего проигрыша.

– Думаешь, я поверю очередной уловке? Ты ведь всё сделаешь, чтобы победить.

– Даю торжественную клятву моего Имени. Сейчас уже не до уловок, придется использовать силу. Так что говори, иначе никогда не выберешься отсюда.

Если Камила со мной, то бояться нечего. К тому же, с нами есть что–то еще… Сейчас хороший шанс выступить против Гордости.

– Я был в очередной командировке. Всё было прекрасно, и в отличном настроении вернулся домой. А дома в постели при смерти лежала Камила. Находящийся рядом доктор сказал, что медицина и магическое лечение бесполезны, потому что болезнь пронзила само сердце.

Гордость слушает меня внимательно, не сводит взгляда ни на мгновение, даже не моргает.

– Полностью покрытая потом, изнывающая от жара и скривившаяся от мучений, она лежала, издавая тяжелые стоны агонии. Удивительно, как ты не знаешь об этом, если живешь также и в Камиле.

– Я забыла. Не люблю обращать внимание на какие–то мелкие детали. Получается, что причина твоего изменения и отречения от меня – предсмертное состояние Камилы? Что за нелепость. Как ты мог поддаться такой ерунде, будучи со мной?!

– Видимо, это на самом деле не было ерундой для меня, жаль, понял поздно… Страх того, что она умрет, так еще и из-за моего эгоизма, – слишком горькое, но действенное лекарство. Теперь твоя очередь.

– Секрет прост. Пока я существую – ты останешься здесь навсегда. Единственный способ прекратить существование этого места – соединиться со мной, что значит поражение. Я не выпущу тебя отсюда, ты понял?

– Тогда я убью тебя.

Я совершил рывок и взмахнул мечом. Лезвие прошло сквозь нее, а изумительная красота девушки оказалась вблизи пустой. Фигура передо мной стала прозрачной, едва различимой для глаз.

– Ты дух? Нет, меч способен поразить любое существо, будь оно живое или мертвое.

– Но он не может пронзить саму сущность духа, ха–ха–ха! Я – Гордость. Не живая и не мертвая, а вечная и вездесущая! Потому ты проиграл, Тосия. Я давала тебе шанс принять меня добровольно без знания ненужных вещей, теперь всё станет тяжелее для тебя.

Девушка в мгновенье ока переместилась от меня на пару метров на обломок потолка.

– Убить тебя невозможно…

– Да, я бессмертна. А захватив тебя, тем самым погублю Камилу, болезнь добьет ее, но тебя это волновать не будет. Потому что мы снова будем вместе, любить друг друга до смерти и после нее!

Я еще раз всё переосмыслил. Убить сам дух и его сущность – вне моих сил, а пока «девушка» жива, останусь здесь навсегда. Принять ее в сердце – значит выбраться отсюда, но это все равно поражение…

«… Не расстраивайся, милый. Главное, что ты будешь жить…»

– Замолчи. Решение должно быть, еще рано сдаваться.

– Как скажешь, я могу ждать хоть целую вечность.

Я как-то сказал ей, что, несмотря на предательство Гордости, находил в себе силы двигаться дальше. Пусть с помощью Камилы, но ведь было что–то еще, т.к. взывал к ней, будучи почти на крючке. В глубинах сердца обязательно должен быть ответ!

– Поищи–поищи. Я в нем ничего не вижу, но если тебе хочется, то, пожалуйста. Ты будешь моим, ха–ха–ха! И только моим!

Предсмертное состояние любимой изменило меня, но не именно оно стало изменением. Это было причиной, а сама перемена произошла внутри меня. Что–то, что предало Гордость. А также что–то, что она не способна увидеть во мне.

– Ну как, нашел? Молчишь? Ну ладно. Я еще подожду.

При первой здесь встрече с ней мне стало неприятно. Она привлекала, но в то же время ощущалась чужой. Сама воля не желала соединяться с ней, но это ей почти удавалось благодаря уловкам во время испытаний.

Если бы я смог принять ее и отречься снова, будучи лишен сомнений, имея решимость.

– Ты не сможешь это сделать, потому что будешь подчиняться мне. Самолюбие не позволит сделать себе ничего плохого. Сдавайся, Тосия.

Ее слова достигают сердца, но вместе с тем чувствую сопротивление. Внутри меня есть что–то, что не вижу сам и чего не видит она. Возможно, это самое что–то поможет мне. Я попробую ради себя и любимой… Надеяться на себя – глупо, потому доверюсь этой… Невидимой силе.

«Что ты задумал, Тосия?! В твоем сердце нечто странное…»

– Да будет так, Гордость. Я сдаюсь.

– Ха–ха–ха! Вот так бы сразу. Надеешься на пустоту? Балбес! Подойди ко мне, я поцелую тебя, и мы станем едины снова.

Я направился к ней с мечом и томом в руках. Последний шанс, где я не могу рассчитывать ни на собственные силы, ни на помощь Камилы, но сделать необходимо.

Девушка улыбнулась и приблизилась к моим губам. Жгущий холод сковал их, не давая сил к сопротивлению. Плавно холод распространился по всему телу, замораживая всё на своем пути к сердцу.

Силуэт передо мной растворился окончательно.

«Теперь ты будешь слышать только мой голос. Никакой Камилы отныне и вовеки! Ха–ха–ха! Подчинись мне – великой матери!»

Кха! Холодно… Не могу пошевелиться, но, если хоть что–то возможно сделать… Я… Не хочу принимать тебя! Твой холод слишком отвратителен, хотя выглядит манящим… Лучше пусть будет то невидимое, но греющее сердце.

«Что?! Как ты можешь противостоять? Ты принадлежишь мне!»

Эта странная сила, исходящая из самых глубин сердца, я чувствую ее.

«Невозможно! Я не вижу ничего, хватит обманывать!»

Есть способ… Только один–единственный.

Я с трудом протянул дрожащую руку вперед и направил лезвие меча в сторону себя.

«Что ты делаешь?! Я запрещаю!»

Единственный способ уничтожить тебя – убить тебя прямо внутри вместе с самим собой. Ты мне не нужна.

Кха! Острая боль прошла по телу всего на секунду. Лезвие меча вошло в живот, пройдя насквозь.

Постепенно голос Гордости становится тише, вместе с тем сознание угасает. Глаза медленно закрываются, и я чувствую, как падаю на пол.

– Эта сила… Она спасла тебя, – прозвучал живой голос Камилы поблизости, на мгновение мне показалось, что увидел ее перед собой. – И меня.

– Да… Нас.

Я все–таки жив? Кто–то гладит меня по голове, это несколько щекотно. Приятные и до боли знакомые ощущения. Сладкий и нежный запах, лицом чувствуется чье–то тепло.

Я открыл глаза и поднял голову. Камила смотрит на меня слабым взглядом, лежа на кровати. Спокойная и умиротворенная улыбка украшает ее лицо, а зеленые глаза сияют подобно звездам.

– Ох… Кажется я вернулся, судя по всему… А где доктор?

– Я не знаю. Главное, что ты справился, любимый.

– Мы справились. Всё благодаря той силе, которая позволила победить Гордость. Жаль, еще одно имя останется неизвестным.

– Думаю, я знаю. Она кротко улыбнулась мне, храня молчание и поддерживая тебя, пока ты падал. Смотреть на нее было одно удовольствие и утешение.

– Вот как? Такая незаметная сила, а побеждает даже саму Гордость. А что насчет имени?

– Ах да… За мгновение до исчезновения на уровне ее груди простыми буквами вспыхнуло слово «Смирение», – Камила задумалась, отведя взгляд в сторону. – Думаю, смогла увидеть ее имя только благодаря тому, что не надеялась узнать, кто она.

Дверь в комнату открылась, мужчина в белом халате в изумлении вошел внутрь. Я облегченно выдохнул и снова прилег.

Теперь всё изменится, потому что мы сами изменились. Кошмарная жизнь с Гордостью подошла к концу, теперь мы по-настоящему свободны. Зная ее в лицо, мы больше не позволим рушить нашу жизнь, но сами по себе, своими силами, конечно же, не справимся, ибо она хитра и коварна.

-4
505
15:35
Страшно затянутый квест бесконечной компьютерной игры. Глубокомысленные диалоги о ревности, о гордости, о свободе… ни о чём. Описания, претендующие на яркость, но не бередящие воображение. Заштампованные откровения. Хроническое косноязычие. По-моему, здесь половину текста можно для рубрики «Перлы» выщипать.

Я всмотрелся в лезвие меча, отражающее обе Камилы, и погрузился в глубины сердца.

И так всю дорогу по забитому унылыми чудесами подземелью.

… ха–ха–ха!

Нервный смех как послевкусие. С трудом удалось продраться сквозь многословные разборки с Гордостью, наверное, Упрямство подсобило.

Дверь в комнату открылась, мужчина в белом халате в изумлении вошел внутрь.

Я сваливаю отсюда, пока не понадобилась помощь людей в белых халатах… crazy
14:02
-1
Полностью поддерживаю предыдущего оратора. Не надо так писать. Просто — не надо.
20:39
-1
Да, особо нечего добавить. Картонные неприятные персонажи, затянутое монотонно действие, корявый слог.
18:06
+3
Господа, ставящие минусы комментаторам, вы бы аргументировали свою позицию. А то очень некрасиво выглядит.
18:08
Не говорите глупостей, прошу вас) очевидно кто и за что ставит плюсо-минусы. Ну, серьезно…
Загрузка...
Светлана Ледовская №1