Ольга Силаева №1

Голоса пыли

Голоса пыли
Работа №100

Время большого снега закончилось. Он растаял будто и не лежал повсюду целых шесть месяцев. Растекся лужицами чёрной воды, которая быстро высохла, оставив на земле трещины. Настала пора Великой пыли.

Долину словно обсыпали мелким серым порошком, он висел в воздухе, оседал на одежде, забивался в складки кожи, делая выражения лиц более жёсткими. Серебристая пыль скрипела на зубах, хрустела, падая в костры, вилась водоворотами у ног при малейшем движении. Она покрыла высокие конусы зимних домов так, что те стали казаться холмиками, маленькими копиями далеких каменных гор.

Ночью Аша лежала на ковре рядом с матерью в наглухо завешенном жилище и слушала, как снаружи тонко шипит серый ветер, пытаясь найти щель и просочиться внутрь. Забиться в уши, глаза, нос, наполнить лёгкие и задушить во сне. Но девочка не боялась, она слушала этот шелест с рождения. Её народ мог выжить только здесь, в Долине пыли — тонкой границе между землёй Вечного холода и Лесом.

Утро выдалось спокойным, лишь небольшой ветерок нёсся над землёй, заставляя пыль двигаться волнами, как воду в луже. Серая муть, клубившаяся в воздухе, осела, и над горами взошло яркое белое солнце. Под его лучами всё засверкало словно покрытое кристалликами льда. Аша щурилась, но не смотреть было невозможно, сияние шло отовсюду. Мать, выбравшаяся из дома вслед за дочерью, тоже остановилась, заворожённая блеском обычно тусклой долины. Затем она озабоченно вздохнула и принялась собирать с земли глиняную посуду. За ночь пыль, движущаяся за надземными течениями ветра, отполировала все горшки дочиста.

— Свет — это знамение, — задумчиво проговорила она, вытирая миску подолом длинной юбки. — Сегодня Кетх вновь будет читать знаки и скажет, не пришло ли время отправляться в путь. Вода-то почти кончилась.

Разрешения шамана сняться с зимней стоянки ждали c тех пор, как сошёл снег, но тот медлил. Чертил символы, которые тут же уносил ветер, бродил по серой пустоши, пытаясь найти смысл в следах, оставленных многоножками, ворочал чёрные камни на дороге. Но пыль не говорила с ним, и Кетх лишь недовольно качал головой. Приход солнца — точно знак, это чувствовали все и потихоньку принялись собирать вещи, но так, чтоб шаман не заметил, без его слова им всё равно никуда не двинуться.

В ожидании Аша решила пойти проверить ловушки. В натянутых между камней тонких сетках привлечённые кусочком сушёного мяса застряли несколько сколопендр, маленькая ящерица и множество больших сизых жуков. Ящерицу девочка отпустила, хоть та не принадлежала к священным. Пусть подрастёт, а из остальных получится хороший ужин. Одну сколопендру Аша раздавила камнем и положила на землю, в знак благодарности за добычу. Пыль, влекомая ветром, медленно окутала подношение будто проглотила.

Когда Аша вернулась в стойбище, все уже собрались вокруг дома шамана. Он сидел на корточках возле входа и опять чертил что-то перед собой длинной отполированной палкой. Сегодня он надел высокую прямоугольную шапку и множество опаловых амулетов, переливающихся в солнечных лучах. Девочка залюбовалась красивыми камнями, эти камни тоже как пыль — серые или белые, тусклые и мутные. Но стоит лучу света осветить их — вспыхивают голубым и оранжевым будто языки пламени. Разглядывая амулеты Аша чуть не пропустила как знаки, начертанные Кетхом, вдруг зашевелились и превратились в какой-то иной символ. Послышались удивленные возгласы, и хотя девочке показалось, что это просто ветер сдул часть написанного, все очень заволновались.

Шаман внимательно оглядел символ и вздохнул.

— Пыль сказала своё слово. В этом году нам придется не просто, ритуал будет нарушен. Но ждать более благоприятного времени уже нет смысла.

Толпа вокруг вновь забеспокоилась, слова Кетха внушали тревогу. Но такова воля пыли, а значит такова судьба, её не изменить. К вечеру в стойбище свернули полотняные стены домов, разобрали очаги, уложили всё на давно приготовленные повозки и в сумерках двинулись в путь. Трекки — гигантские серебристые ящерицы, впряженные в возы, хорошо видели в темноте и выучили дорогу наизусть двигаясь по одному и тому же пути из года в год.

Мать, сидя в повозке, держала вожжи и подгоняла ящериц, хотя в этом не было нужды. Засидевшиеся в загонах трекки мчались быстро как могли. Двигались ровным рядом, не сбиваясь с пути и не отставая друг от друга. Аша видела, как им нравится бежать, замечала возбуждение и радость, вызванные скоростью на лицах кочевников. Мать, одетая в длинную накидку с тяжёлыми рукавами, повязала лицо новым платком, чтобы легче дышалось, но капюшон сняла. Пыль осядет в волосах, и её придется долго вычёсывать, но так сделали многие, им хотелось почувствовать ветер, какой бывает только в начале пути.

Аша сидела рядом и тоже радовалась. В этом году она уже стала достаточно взрослой, и её пустят посмотреть на ритуал. Эти мысли наполняли и страхом, и восторгом одновременно. Она увидит странных лесных людей, знакомых ей раньше только по сказкам. Говорят, те опасаются жителей пустоши, но не встречаться они не могут. Лесной народ никогда не доберётся до Края самостоятельно, а люди пыли не выживут без их подношений.

Время ритуала приближалось.

***

Через несколько дней караван добрался до равнины, поросшей кустами похожими на пучки жёлтых волос. Они колыхались и громко шелестели, пугая привыкших к тишине трекков. Кетх приказал разбить лагерь. В этом месте следовало сложить большой костёр, чтобы лесные люди узнали об их приближении. Огонь будет гореть целый день, и в путь они двинутся лишь завтра.

Охотники отправились добыть какой-нибудь дичи, вблизи леса водилось много крупных зверей. Им повезло, неподалеку от лагеря они наткнулись на следы раненого топоса. Серо-жёлтый зверь повредил одну из своих тонких ног и теперь волочил её, путаясь в ветках кустов. Приготовленное на костре, его мясо оказалось очень вкусным, а главное — его было много. Людям пыли редко удавалось наесться досыта.

Мать поджарила несколько кусков, и после того как они с Ашей поели, велела отнести оставшееся шаману.

— Знаю, он уже получил достаточно, но если не захочет, пусть отдаст пыли. Надеюсь она поможет благополучно завершить ритуал и добраться до Края.

Девочка понесла тяжёлую миску к жилищу Кетха. Он сидел у входа один — давно стемнело и все разошлись спать. Длинным прутиком шаман чертил на земле какие-то символы и вздыхал. Увидев Ашу, он покачал головой и указал на целый ряд тарелок с мясом, стоящих немного поодаль.

— Я так напугал вас пророчеством? Этого много и для меня, и для подношений…

— А правда случится что-то плохое? — тихо спросила Аша усаживаясь рядом.

— Как бы я ни спрашивал, пыль показывает одно и то же — двое потерянных с каждой стороны. Один у лесных людей, другой наш…

Девочка уставилась в ряды закорючек, которые под ветром шевелились как жуки.

— Как тут можно что-то понять? — удивилась она.

— Придет время, и может ты тоже услышишь голос. Для кого-то он как тихий невнятный шёпот, для других как шелест сухой травы. Для меня — как бой барабана, потому я не могу пропустить ни слова.

Аша кивнула и, спохватившись, что обещала матери не задерживаться, поспешила домой.

***

Утром на горизонте появился чёрный дым. Лесные люди послали ответный сигнал. К вечеру караван доберётся до границы пустоши, а значит ритуал пройдет на закате.

Аша заметила перемены в соплеменниках, те стали сосредоточенными и молчаливыми. Они переодевались в серебристые одежды, надевали украшения из опалов и высокие шапки. Явиться к месту церемонии следовало уже готовыми. Мать достала из сундука накидку с капюшоном, завернула в неё Ашу, заплела пепельные волосы в множество кос, а поверх пристроила обруч с молочно-белыми камнями.

— Ты ведь пойдёшь в этот раз с нами… — задумчиво проговорила она, расправляя ткань на плечах дочери.

— Что мне нужно будет делать?

Аша знала, что происходит на церемонии. Лесные люди звали их жрецами смерти, погонщиками усопших или пастухами душ. Ведь они забирали всех, кто умер за год, и увозили к Краю, где отдавали пыли. Та поглощала их, растворяла, после чего души возрождались вновь. Пыль хранила в себе частицы всего, жившего на свете, всё возникло из неё и возвращалось обратно. Кетх постоянно говорил об этом. Но как именно проходит ритуал, девочка не знала. Её, вместе с несколькими другими детьми и стариками, оставляли в лагере, стеречь пожитки и дары, полученные от лесных людей. К Краю племя вело за собой лишь мертвецов.

— Первый раз ты просто посмотришь, ничего делать не придётся. Да и нет там никаких сложностей. Только не вздумай заговорить с кем-нибудь или засмеяться.

Аша кивнула, снаружи послышались крики — Кетх созывал всех, пора было отправляться.

Караван из пустых повозок отправился к чернеющему вдалеке лесу.

***

Это выглядело как столкновение миров. Блестящая серебристая равнина резко переходила в стоявший ровной стеной лес. Огромные тёмные деревья покрывал сизый мох, длинные ветки настолько переплелись, что между ними почти не осталось просветов. Взгляд Аши словно ударялся об эту преграду. Она почувствовала будто вокруг становится тесно, деревья тянулись схватить своими кривыми ветками, дышалось тяжело, хоть караван только приближался к месту встречи. Под деревьями собралась толпа. Сначала они показались Аше зверьми: из-за бесформенной одежды из кожи и шкур, длинных чёрных волос и бород казалось, что они покрыты собственным мехом. Лишь на головах женщин колыхались белые покрывала из какой-то лёгкой ткани.

Мать почувствовала беспокойство дочери и взяла её за руку, стало полегче. Глядя на своих, она поразилась контрасту. А ведь её народ тоже должен показаться лесным жителям странным и, наверное, страшным… Люди верхом на гигантских ящерицах, возникшие в сверкающем облаке посреди бескрайней равнины. Совсем другие — высокие, худые, в длинных серых одеждах, расшитых дымчатыми камнями, они сами казались порождениями пыли.

Трекки с телегами встали немного поодаль, их погонщики двинулись вперёд и остановились напротив лесного народа. Каждый остался на своей стороне, не перешагнув границу. Аша поняла, что дышать ей стало трудно не только от страха. Воздух возле леса был настолько сырой, что казался густым. Она сразу вспомнила рассказы матери, как некоторые из племени в годы большого голода уходили к лесу в поисках пищи, а вернувшись долго не жили, умирали, слабея и закашливаясь от неизвестной болезни.

Минуту стороны оглядывали друг друга, а потом зашевелились. Кетх вышел вперёд, слегка поклонившись толстому мужчине в шапке из бурого меха.

— Приветствую тебя и твой народ, Атунай! Мы явились, как и год назад, чтобы проводить ваших мёртвых к Краю…

— Вы не слишком торопились в этот раз, — недовольно скривился тот. — Мы ждали вас раньше.

Он махнул своим людям, и из леса выехали несколько возов, гружёных мешками с вяленым мясом, сушёными ягодами, толчёным зерном и крахмальным корнем. Много припасов. Такого количества хватит надолго, даже если охота будет неудачной. Аша успела рассмотреть и белое полотно, из которого у них шили почти всю одежду, становившуюся серой от пыли после первой же носки.

Двое мужчин приняли повозки у края леса и повели туда, где отдыхали трекки. Шаман проследил за ними взглядом, махнул рукой, и его племя выстроилось вдоль границы. Кетх что-то тихо зашептал, и Аша увидела, как серебристые облачка пыли словно волны начали накатывать на кромку леса. Женщины в белых покрывалах вышли вперед, каждая несла в руках какой-то сосуд. Они были разные: простые глиняные горшки или красивые стеклянные, кто-то нес бутылки или берестяные короба. Глядя на один прозрачный сосуд Аша увидела внутри серый порошок.

«Пепел, — подумала она. — Прах».

И тут же радостно выдохнула. Она-то уж представила, что сейчас придется смотреть на разложившиеся тела мертвецов умерших за весь год. А пепел — это хорошо, пыль легко смешается с ним, растворит в себе и создаст что-то новое.

Своих мёртвых они не сжигали, увозили к Краю сразу же. Племя было настолько мало, что смерти, как и рождения случались очень редко.

Женщины приносили всё новые сосуды, пустые повозки быстро заполнялись.

«Как же много мертвых... А как много, наверное, у них живых…» — с изумлением думала девочка.

Вдруг кто-то внезапно сунул и ей в руки бутылку. Большую, зелёного стекла, запечатанную воском. Аша подняла глаза — перед ней стояла молодая женщина с красными глазами. По таким глазам видно — они плакали много дней.

Аша легонько поклонилась и по примеру остальных понесла бутылку к повозкам. Порошок внутри тихо пересыпался в такт шагам, но вдруг бутыль дрогнула. Девочка с изумлением поглядела внутрь — пепел шевелился будто живой. Внезапно в его движении возник человеческий глаз, который поглядел прямо на неё.

Аша вскрикнула и уронила бутыль. Та разбилась и прах поднялся вверх тёмным облаком, на секунду образовавшим фигуру человека, которую тут же унес ветер.

Со стороны леса послышался громкий крик.

— Этиль! Этиль! Что ты натворила? О, я же чувствовала, он никогда не вернётся…

Аша, бледная от ужаса, обернулась. Женщина, что подала ей зелёную бутылку билась у края пыльной пустоши, воя в голос и царапая руки.

Остальные застыли, поражённые. Но вот несколько женщин кинулись успокоить и увести убитую горем подругу, по толпе пробежал недовольный рокот, и Атунай заголосил:

— Она… Она убила его! Лишила возможности возродиться! А Тинна, его жена, как она переживёт это? На её глазах… Девчонку нужно наказать! Убить её тоже!

Теперь уже кочевники заволновались. Вперёд вышел Кетх и поднял руки в примирительном жесте:

— Она будет наказана. Но не убита. По законам Долины пыли и ритуала, она отправится искать потерянного, пока не найдёт. Если во время поисков погибнет, так тому и быть.

Лесные люди недоверчиво глядели на шамана. Напасть в открытую они опасались, да и что будет если завяжется потасовка? Эти серые чужаки просто уйдут, бросят их мёртвых, и вернутся ли после?

Кетх видел их колебания и подал знак своим людям отходить. Сам он ещё раз встал перед лесом и, вновь подняв руки, заговорил:

— Как я сказал, так и случится. Ритуал будет исполнен до конца. Мы, как и вы, не хотим разрушать веками сложившиеся порядки.

До Аши эти слова долетали уже издалека, мать быстро уводила её от леса. Она взяла дочь за руку, потому что от слёз та ничего не видела…

***

Повозки ехали по неизвестной Аше дороге до самого вечера. Людей с ними осталось немного, большая часть уехала вместе с провиантом в основной лагерь. Девочку с матерью Кетх приказал взять с собой, и она с ужасом ждала, когда же её изгонят.

У вечернего костра, так и не дождавшись, она наконец спросила об этом. Ответом стали улыбки. Шаман подошёл и обнял её за плечи.

— А ты не поняла? И весь день боялась? Аша, никто тебя не выгонит. Дети у нас такая редкость… Да и раньше бывало, что мы разбивали какой-нибудь сосуд в дороге. Это не важно. Судьба. Рано или поздно душа найдёт путь куда следует, просто немного поплутает. Я так боялся, что лесняки кинутся на тебя, ведь пыль предупреждала, что пропадут двое с каждой стороны. И слава ей, что помогла этого избежать!

Сначала девочка почувствовала такое облегчение, будто выпила воды после долгой жажды. Она вновь оглядела сидящих у костра — те продолжали улыбаться, занимались своими обычными делами, словно ничего не случилось. Но у Аши в голове ещё звучал крик той женщины: «Этиль! Этиль!» Даже если шаман прав, и потерянная душа когда-нибудь доберется до Края, каково ей будет одной, в бескрайней серой пустоши?

У костра Аша сидела тихая, не слушала разговоры, оглядывалась во мглу, пыталась уловить хоть какое-то движение. А когда все устроились на ночлег, насыпала в заплечную сумку сушёных ягод, погладила уснувшую мать по голове, и тихо двинулась в темноту. Она быстро найдет этого Этиля. Он не мог уйти далеко.

***

Уходя в ночь, Аша была полна уверенности, что поступает правильно. Вина давила, и отправиться на поиски казалось единственным правильным вариантом. Но к утру, когда темнота начала таять, растворилась и Ашина решительность. Она вдруг осознала, насколько огромна долина, когда ты одна. И ещё то, что даже если найдется дух Этиля, вернуться в лагерь уже не получится, за ночь все следы стёрлись. Куда ни глянь — вокруг лишь голая равнина, застывшая волнами движимой ветром пыли.

«Вот и я теперь буду бродить здесь, как и Этиль, — думала Аша. — Ну и пусть, сама виновата»

Плакать Аша не стала, после ещё пить захочется. Она вспомнила, как искал дорогу Кетх, когда племя сбивалось с пути. Сейчас девочка, как и он опустила руки на землю и постаралась прислушаться. Тёплая пыль текла под пальцами, Аше показалось, что она слышит лёгкое шипение или шёпот, и направилась туда, откуда, казалось, шёл звук. Вскоре на пути стали попадаться знаки — странные закорючки, совершенно ей непонятные.

«Почему я никогда не спрашивала у Кетха значение символов?» — морщилась она, пытаясь осознать, что говорят знаки. Но пройдя дальше, она увидела.

Размахивая хвостом и загребая лапами, перед ней ползла ящерица. Красивая голубая спинка блестела на солнце. Её следы и оказались странными символами. На ходу у ящерицы то отрастала, то исчезала третья пара ног, когда ей приходилось взбираться на невысокие холмики. Пальцы на лапах удлинялись, цепляясь за землю или расплющивались, наступая в зыбкую пыль.

— Ну вот, — обиженно сморщилась Аша. — И на что я только надеялась?

Она села на землю и надувшись посмотрела на химеру, принявшую вид ящерицы. Она принадлежала к священным, очень редким порождениям пустоши. Кетх говорил, что она само воплощение пыли и может превратиться во что угодно, хоть чаще и остается ящерицей. Встретить такую вроде бы к удаче... Но что толку, если её даже съесть нельзя?

Ящерица тем временем подошла к сумке и потянула край на себя, всем видом показывая, что хочет то, что внутри.

— Бери, — вздохнула Аша, высыпая перед ней горстку сушёных ягод. — Может поможешь мне как-нибудь? Подскажешь, как найти потерянную тень?

Ящерица не мигая поглядела на девочку, отчего та почувствовала холод, ползущий по спине, и вдруг, резко подпрыгнув, вцепилась ей в ногу.

— Ай! Ты чего? — только и успела крикнуть Аша, но тут перед глазами поплыли чёрные пятна, ноги онемели и всё погасло.

***

Аша пришла в себя, когда красное солнце уже клонилось за горизонт. И первое, что девочка увидела — оказалась она сама. Полускрытое пылью тело лежало, раскинувшись на земле. На неестественно вывернутой ноге сидела голубая ящерица-химера.

Девочка подняла руки, они оказались прозрачными как дымка. Руки тени.

Вскрикнув от отчаяния, Аша кинулась к ящерице.

— За что? Я же покормила тебя! Почему? — ей хотелось заплакать, но у тени это не получалось.

Морда химеры неуловимо изменилась, взгляд стал осмысленным, внимательным, почти человеческим.

— Потому, что ты все равно умрёшь здесь. Сейчас или позже. Но раз уж попалась мне на пути, хотя бы не придётся долго мучиться без воды. И с твоей просьбой всё теперь проще. Тень может найти только другая тень…

До Аши не сразу дошло, о чем говорит химера, настолько её поразило то, что она вообще разговаривает.

— Это тебя я слышу? — наконец спросила она, так и не поверив до конца.

— На этой стороне все разговаривают, точнее всех можно понять. Хотя некоторые из ваших шаманов умудряются кое-что понимать и там. Немного, правда...

Тень девочки заметалась, не зная, что делать. Да, вот так и сбылось предсказание Кетха. Они всегда сбываются. И почему только она ушла?

Ящерица продолжала спокойно наблюдать за ней.

— Страх сейчас — это нормально. Но пройдёт день, а потом ещё день, и ты смиришься, — задумчиво произнесла она. — Если мы пропустим это, то сможем двинуться в путь прямо сейчас. Кстати, можешь звать меня Хоки, полное имя для тебя слишком сложно...

Аша яростно посмотрела на ящерицу. Как же она ненавидела сейчас эту Хоки! Но та, ничего не заметив, медленно двинулась по струящейся пыли, прямо в сторону заходящего солнца.

Продолжая злиться, девочка двинулась следом. Больше ей ничего не оставалось.

Не желая разговаривать с химерой, Аша разглядывала пустошь. Теперь она стала совсем другой. Звонкой, беспокойной, наполненной жизнью. Девочка слышала, как прорастают под землей семена жёлтой травы, шелестят чешуёй змеи, проползая в норах, шуршат крылья летучек. Отовсюду раздавались голоса тысяч существ: многоножки, песчаные ежи, чёрные жуки и шестикрылки... Аша понимала их всех.

— Кто-то идёт, — пищала маленькая сколопендра.

— Никого, — отвечала ей большая. — Это тень. Просто облачко пыли.

Вдруг девочка услышала жуткий вой. Кто-то заунывно тянул одну тоскливую ноту.

— Ну вот, — довольно показала удлинившейся лапкой ящерица. — Эта? Быстро нашла, да?

Аша увидела на земле силуэт человека. Тень сидела, обхватив колени и раскачивалась из стороны в сторону. Но даже издалека было заметно, что это не Этиль, а какая-то длинноволосая девушка.

— Это не тот! — воскликнула Аша. — Но откуда она здесь? Я же разбила только одну бутылку!

— Ха, — усмехнулась ящерица. — В этот раз одну. А в прошлом году? А раньше, за много-много лет? Помню, однажды, ваша телега вообще перевернулась, так и не добравшись до Края. К тому же, многие умирают так и не попав в руки погонщиков.

— И они все бродят здесь! Так и не нашли дорогу! Но Кетх говорил...

— Может кто-то и дошёл, но это скорее редкость. Дар водить мертвецов есть только у вашего народа, вы сроднились с пылью, она в ваших лёгких и вашей крови. Остальные ведут себя здесь как безумные и не понимают, что умерли.

— Тогда возьмём её с собой! — воскликнула Аша.

— Ну уж нет! — возмутилась Хоки. — Я не собираюсь таскаться по пустоши с толпой ненормальных духов!

Но Аша уже шла к девушке.

— Не бойся, — проговорила она. — Я из погонщиков. И я тебя выведу отсюда.

Девушка недоверчиво поглядела на мутную Ашину фигурку и ничего не сказала, но склонив голову пошла следом.

***

Маленький караван шёл по пустоши третий день. Впереди Хоки, за ней Аша, а следом ещё десяток теней. Напуганные и потерянные, за весь путь они не сказали ни слова, похоже, просто разучились. Но девочку они понимали и слушались, жаль лишь, что Этиль им так и не встретился.

Аша, немного боясь идти среди молчаливых теней, пела песни. Голос её нравился пустоши, шестикрылки жужжали в такт музыке, змеи тарахтели трещотками на хвостах, даже сама пыль, казалось, кружилась водоворотами в ритм песни.

Хоки учила находить путь, и Аша уже видела, что пыль движется по чёрной земле будто ручьями — и каждый звучит по-своему. Они соединялись, перетекали друг в друга, и нужно было не потерять тот, что вёл их. До Края оставался ещё день. Так, по крайней мере, утверждала ящерица. Но к ночи погода вдруг испортилась. Небо закрыли тёмные тучи, поднялся ветер, сносивший лёгких духов как пучки сухой травы.

Дождь в этих местах редкое явление. Но если он и случается, то это не просто гроза — это буря. И сейчас всё указывало на то, что тучи просто так не уйдут.

Животные зарылись глубоко в песок. Их голоса умолкли, над пустошью повисла непривычная тишина.

— Мы не можем идти дальше, — покачала головой Хоки. — Вас просто смоет, разнесёт в разные стороны. А если я намокну, перестану менять форму.

— Нужно добраться до тех больших камней, — предложила Аша. — Там можно укрыться от ветра.

— Может получиться, — согласилась ящерица и быстро потрусила в сторону чёрных скал.

Им повезло, между камнями удалось найти засыпанную сверху расщелину, в которой они спрятались как в пещере. И вовремя. Небо вспыхнуло молниями, окрасив серую пустошь в фиолетовый цвет, по земле затанцевали дождевые капли. Сначала они катились ртутными шариками, не в силах смочить пыль, но вскоре по равнине заструились ручьи, собираясь в целые маленькие речки.

Аша видела дождь второй раз в жизни. Почувствовать его она не могла, но даже смотреть было страшно. Хоть вода и не попадала в пещеру, от сырости тени притихли, замедлились, отяжелели, будто их дымчатые тела пропитались влагой. Аша посмотрела на свои руки, те стали не такими прозрачными как раньше. Хотелось закрыть глаза. Хоки же напротив, металась, пытаясь загнать всех поглубже в пещеру.

— Нет! Не засыпайте! Вода для вас опасна, знали бы вы сколько теней растворил дождь!

Аша, слишком обессиленная, поняла лишь, что её подопечным грозит опасность. Но сделать она ничего не могла, бурю не остановить.

Вдруг очередная вспышка молнии высветила вдали чей-то силуэт. Аша вгляделась. Сквозь струи дождя, тяжело двигаясь и будто растекаясь, шагала ещё одна потерянная тень.

Сонливость резко оставила девочку.

— Смотри, — крикнула она Хоки. — Она растает? И прямо у нас на глазах! Ей нужно помочь! — девочка вскочила и выбежала наружу.

— Стой! — кинулась вдогонку Хоки. – А эти? Я не смогу вести их без тебя! Они меня не послушают...

Спеша добраться до тени, Аша не успела заметить, что ящерицу смело порывом ветра, прямо в один из ручьёв. Вода унесла её прочь.

Тень тоже разглядела Ашу и двинулась навстречу. Но расстояние оказалось слишком велико. Глянув вниз девочка увидела, что ноги теряют форму, стекая вниз как таящий воск. Другая тень выглядела ещё хуже, идти у неё больше не получалось.

Всего в десятке шагов от цели Аша в бессилии опустилась на колени, и положив руки на мокрую пыль, попрощалась с ней. Вдруг, ей показалось, что она чувствует тепло, и в тот же момент между двумя тенями ударила молния. Будто огонь пронзил тело Аши, возвращая ему силу. Каждая частица её дымного тела взметнулась вверх, засветилась, превратив её в сияющий призрак. Она подняла глаза, то же самое случилось и с потерявшимся. Перед Ашей стоял мираж — молодой темноволосый парень, силуэт которого она увидела когда-то мельком. Этиль. Свет начал гаснуть, и девочка испугалась, что силы сейчас опять исчезнут, и под дождем они пропадут насовсем. Но тут Этиль резко шагнул вперёд подхватил её на руки и побежал туда, где прятались остальные.

***

Только утром, когда дождь закончился, и воздух стал не таким сырым, Аша смогла подняться. И заметить, что Хоки с ними нет. Девочка обшарила всю пещеру, звала химеру, но бесполезно.

Выйдя на равнину Аша посмотрела вдаль, пытаясь найти знакомую мелкую рябь — их дорогу. Пыль, сырая после прошедшего дождя, не шевелилась, застыв плотной мёртвой коркой. Девочка положила на неё руки, пытаясь почувствовать движение, хоть несколько частиц, несомых ветром, сквозь пальцы.

Сзади подошел Этиль. И присел рядом с Ашей. Говорить он тоже не мог, но казался гораздо живее остальных. Наверное, потому, что ходить по пустоши ему пришлось гораздо меньше. Он тронул гладкую, твёрдую как камень землю и попытался разрыть слипшуюся пыль. Но для тени это оказалось не под силу.

Аша встала на ноги и посмотрела вдаль. Куда идти? Ветер нёсся над равниной с прежней силой, но серебристых ручьев, указывающих путь, больше не было. Тени собрались вокруг девочки и молча глядели на неё. Аша заволновалась. Скоро они станут как прежде — безумными, дикими, размытыми. И она с ними. Разучится говорить, потеряет память. А ведь идти осталось так мало.

Этиль вдруг снова резко присел к земле, подставив руки под низко дующий ветер. Пальцы словно начали таять. Частицы мелкой пыли понеслись вдаль.

— Стой, — выкрикнула Аша. — Как? И зачем? Слишком рано! Если ты растворишься, не дойдя до Края…

— Смотри… — послышался тихий голос.

Аша обернулась, не сразу поняв, чей голос слышит. Тени для неё оставались беззвучны. А пыль она понимала — и теперь знала, как звучит голос Этиля. Рука его указывала туда, куда тонкой стройкой неслась пыль, и это была их дорога.

— «Частицы всего, жившего на свете», так вроде говорил Кетх, — прошептала Аша. — И мы тоже пыль. Проложим себе путь сами. Нужно только перестать чувствовать себя человеком…

Она подняла руки и, вспомнив, как размывал её тело дождь, попыталась раствориться так же. Тело её рассыпалось, вплетаясь в поток, где уже был Этиль. Остальные тени последовали их примеру. Они не перестали существовать, но теперь слышали друг друга, чувствовали мысли. Недолго привыкая к своему новому состоянию, они кружились на месте, пока порыв ветра не подхватил и не понес их дальше.

***

Почти лишившись формы, слившись тёмным облаком, они летели над землей. Равнина уже пересохла, трещины расширились и вновь растеклись серебряными ручьями, которые смешивались с чёрным дымом теней, и неслись вперед.

К Краю.

Конец пути они заметили издалека. Плоская равнина резко обрывалась глубоким оврагом, с высоты которого пыль летела вниз словно водопад. Внизу казалось, бушевал океан или кипела вода в котле. Волны цветных песчинок — графитово-чёрных, кристально-прозрачных, золотистых и бурых, смешивались в серые водовороты. Над всем этим летали тени, погружались в глубину и исчезали. Крутящиеся столбы поднимались высоко над поверхностью словно смерчи, перемешивали пыль и пепел, поднимая их к самому небу.

Тени отделялись от облака, и их одну за одной ветер уносил вниз. Последним ушёл Этиль. Перед тем как исчезнуть, он обернулся и улыбнулся девочке. Аша осталась одна и тоже шагнула вперед, к самому обрыву, почти прозрачная, но спокойная. Она пришла куда нужно. Она — погонщик мёртвых, нашла путь и всё сделала правильно. Один из смерчей вдруг словно живой двинулся к скале и склонился над ней. Из его вращающейся глубины возникло белое лицо, похожее на маску с тёмными пустыми глазами.

— Я готова, — прошептала Аша, собираясь закрыть глаза и исчезнуть.

Губы существа чуть дрогнули, но глухой голос раздался откуда-то из глубины.

— Нет. Однажды ты вернёшься. Но сейчас, научившись слышать, ты станешь водить караваны мёртвых ещё многие годы.

Из смерча вытянулась рука, похожая на лапу химеры, и коснулась девочки. А потом рот на белом лице-маске широко раскрылся, выпуская наружу ветер. Он налетел на Ашу, сбил с ног и поволок от края обрыва.

Придя в себя, кашляя и захлебываясь от набившейся в нос пыли, она протирала лицо, пытаясь очистить глаза и тут поняла, что чувствует его. Руки — обычные живые, человеческие. Волосы, грязные, выбились из платка, но снова стали настоящими! Лицо – её прежнее, тёплое…

— Постой! — закричала Аша куда-то вверх, ища глазами то существо. – Что мне теперь делать? Остаться здесь? Искать тени? Вернуться к своим? Нет, как? Я ведь умерла…

— Вот и Кетх так же орал, когда полез в скалы, а потом грохнулся оттуда, — послышался знакомый голос. — Как и многие другие из ваших… Но как иначе они стали бы слышать тени?

— Хоки, — усмехнулась девочка, увидев перед собой голубую ящерицу-химеру.

На песке перед Ашей появились символы, которые тут же сами собой сложились в голове в слова:

«Я слышу тебя. Мы ждем. Возвращайся.»

Девочка улыбнулась.

И пальцем вывела в пыли несколько знаков:

«Кетх, передай маме, я иду домой».

+5
15:54
970
19:30
+2
Чудесный рассказ. Такой продуманный мир, такие невероятные детали. Рассказ осязаемый. Только закончила читать и подавляю в себе желание отряхнуться, такое ощущение, что пыль кругом.
Наталья
13:26
+1
Великолепный рассказ. Очень хочется прочитать про этот мир ещё, но не осталось вопросов к этой истории. Спасибо.
11:53
+1
Такое не придумать, это где-то надо было коснуться,
чтобы то, что для большинства просто пыль — вдруг обрело форму.
Форму этого рассказа например.
Невероятно умение, такое видение облечь в слова!
Руслан
14:37
+1
Рассказ просто супер
10:29
+1
Очень круто! Браво автору!
15:10
+1
Примерно на середине поймал себя на мысли, что не хочу, чтобы этот рассказ заканчивался. Такое бывает редко. Пожалуй, он достоин короткометражной экранизации. Живи я поближе к пустыне или хотя бы якутским пескам, я бы этим занялся.
Очень красиво и необычно, спасибо!
15:42
Спасибо!
16:19
+1
вкусно.
Замечательным языком написано. Выпукло, зримо. Полное погружение.

Прекрасный рассказ.
Автор, браво! Вы — талант!
19:33
+1
Очень хороший рассказ! Прочитала на одном дыхании. всего вмеру, всё понятно. Браво автору!
00:20
+1
Позвольте выразить сомнения..
Рассказ мне понравился… Я не в восторге… но как говорили мои преподы во вгике. если рассказ имеет начало и завершение, то он имеет уже претензию хотя бы на то, что бы его прочитали… но я не об этом..
Когда не было интернета, я успешно пробивался во всякие там журналы, публикации… Но когда пошел интернет… я как литератор завис… Я как литератор учавствовал во всех конкурсах, которые были объявлены.Удивительно, но практически всегда оказывался за рейтингом… И это не смотря на то, что рассказы которые побеждали, откровенно, были ниже .Я не мог понять, почему это так происходит..
Просветить меня взялся один Одесский компьютерный гений… когда я ему расплакался, он сказал..100 баксов и вы победитель конкурса. В крайним случае-номинант
Я заплатил. каково было мое удивление, когда я стал лауреатом, интернте конкурса… я спросил: Дима как???
Он разъяснил мне… Что на каждом форуме у него есть группа раскрутки (т.е 10-15человек, но которые под различными никами зарегистрированы на различных лит. форумах, которые они контролируют ). Надо продвинуть человека, тему. они начинают его пасти… типа…
Какой великолепный рассказ…
Очень хочется еще прочитать…
Такое не придумать… это где-то надо было коснуться,
чтобы то, что для большинства просто пыль — вдруг обрело Форму этого рассказа.
Невероятно умение, такое видение облечь в слова!

Отлет полный… Я сам видел заготовку, которую тут изобразили группа товарищей…
.О том что я в теме вы можете проверить, прочитав мою повесть «Любовь в прямом эфире… или Маша Маша это я Саша»… я уже выложил на этом сайте.
Но проблема не в этом
И раньше когда надо было продвинуть свой рассказ. приходилось платить редактору, пить с редколегией… Это все понятно..но вот это меня возмутило..
Когда благодаря 100 у.е я стал лауреатом… и мне даже пообещали моего Костю шалунишка напечатать в популярном журнале Плей Бой, в разделе, самое неудачное свидание…
Я на радостях снова позвонил комп. олигарху, поблагодарил, и уточнил — Димон, тебе мой рассказ хоть понравился…
Его ответ меня расстроил- Он сказал, андрей ниолаевич,ну вы прикидываетесь наверное… Мы одновременно на более чем 40 форумах ведем 200 человек… одновременно… У нас что есть читать время кто что написал… вот психолог сделал нам методичку… вот мы ее штампуем… Надо поднять человека, мы его поднимаем. надо опустить, мы его топим… Просто как в супермаркете…
Поэтому если бы среди восторженных отзывов я бы прочитал вот это
Волны цветных песчинок — графитово-чёрных, кристально-прозрачных, золотистых и бурых, смешивались в серые водовороты. Над всем этим летали тени, погружались в глубину и исчезали. Крутящиеся столбы поднимались высоко над поверхностью словно смерчи, перемешивали пыль и пепел, поднимая их к самому небу.
Тени отделялись от облака, и их одну за одной ветер уносил вниз. Последним ушёл Этиль…
и кто то сделал дополнение…
здесь начинает чувствоваться рука созревшего литератора… Я слова не сказал
Но когда я читаю в один один фразы из ПОСОБИЯ ПО ПРОДВИЖЕНИЯ ТОВАРА
Примерно на середине поймал себя на мысли, что не хочу, чтобы этот рассказ заканчивался. Такое бывает редко. Пожалуй, он достоин короткометражной экранизации.
Меня начинают одолевать смутные сомнения… и это несмотря на то, что я если бы учавствовал в голосовании, проголосовал бы за этот рассказ… Хотя это не мой профиль…
О том, что все это есть на самом деле, вы можете убедиться прочитав мою повесть «Любовь в прямо эфире» Я ее уже выложи на форум… Вот интересно, не обижая автора, не подвергая сомнению его несомненный талант, ЧТО ПО ДАННОМУ ВОПРОСУ МНЕ МОГУТ ВОЗРАЗИТЬ.
00:28 (отредактировано)
+1
Вы таки шо хотите сказать, я не понимаю… Шо всё куплено, но не этот рассказ, и не этот конкурс, или они тоже, или одно из двух, или надо просто вашу повесть прочитать? crazy

Мы не Следственный комитет, во-первых, а во-вторых, куплено или не куплено… какая разница? laugh
05:14
Да я в год по три рассказа пишу. Какое уж мне продвижение…
09:59
Судя по слогу, писал действительно победитель конкурса )))))))))
11:02 (отредактировано)
Честности нет на земле!
©
laugh
Загрузка...
Аня Долгова